Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Трагедии (№1) - Аякс

ModernLib.Net / Европейская старинная литература / Софокл / Аякс - Чтение (стр. 3)
Автор: Софокл
Жанры: Европейская старинная литература,
Драматургия
Серия: Трагедии

 

 


Текмесса

О горе, горе![42]

Корифей

Удар жестокий сердце ранит, знаю.

Текмесса

О горе, горе!

Корифей

940 Не в диво мне сугубое стенанье —

Такого друга миг один унес!

Текмесса

Вам понимать, мне ж чувствовать дано.

Корифей

О да, права ты!

Текмесса

Дитя мое, какой ярмо неволи

Нас ждет! Чьей власти покоримся мы!

Хор

Горе новое несказанное

Ты затронула! Власть безжалостных

Двух царей грозит! Да хранит вас бог!

Текмесса

950 Когда б не боги, злой беде не быть!

Корифей

Да, горестей сверх меры нам послали!

Текмесса

Взрастила их во славу Одиссея

Жестокая владыки-Зевса дочь.

Хор

О, злорадствует черная душа

Многохитрого мужа-лиходея!

Исход безумья громким смехом встретит он.

Да, да:

960 Смехом его и цари приветят Атриды!

Текмесса

Что ж, пусть смеются, пусть над горем нашим

Злорадствуют! Живого не ценили —

Поди, заплачут об умершем вскоре,

Когда в бою придавит их нужда.

Не знает благ своих глупец, покуда

Не вырвет их из рук его беда.

На горе мне, не им на радость умер

Аякс; себе ж, конечно, угодил,

Обретши то, чего душа желала.

Пристало ль им смеяться над погибшим?

970 Пал в жертву он богам, а не Атридам.

Пусть Одиссей победою кичится:

Аякса нет; лишь мне одной оставил

Он горький плач и стоны по себе.

Эписодий Четвертый

Со стороны стоянки ахейцев появляется Тевкр.

Тевкр

(приближаясь)

О горе мне!

Корифей

(Текмессе)

Замолкни: Тевкра, мне сдается, голос

Я слышу, отклик нашего несчастья.

Тевкр

Аякс, любимый, брат единокровный![43]

Ужель потух родного ока свет?

Корифей

Да, Тевкр, он умер; нет вернее вести.

Тевкр

980 Судьба моя, как тяжек твой удар!

Корифей

Свершилось все.

Тевкр

О день мой злополучный!

Корифей

Дай волю плачу!

Тевкр

Быстр несчастья ход.

Корифей

О да, он быстр.

Тевкр

(увидев Текмессу)

О боже! Где же сын?

В каком углу земли троянской скрыт он?

Корифей

Один в палатке он.

Тевкр

(Текмессе)

Скорей сюда

Его веди![44] Из логовища львица

Ушла одна – нетрудно супостату

Детеныша похитить. Поспеши же,

Сил не жалей: над витязем лежачим[45]

Всяк надругаться из врагов охоч.

Текмесса уходит.

Корифей

990 Еще при жизни, Тевкр, тебе он вверил

Дитя; его доверье оправдал ты.

Тевкр

(подойдя к покойнику)

О зрелище печальное! Больнее

Тебя вовек не видывал мой взор.

О путь унылый! Кровью истекало

Сердце мое, Аякс, мой незабвенный,

Когда, узнав об участи твоей,

Выслеживать я бросился несчастье.

Весь стан ахейский облетела быстро,

Как божий глас, про смерть твою молва.

1000 Ее вдали стенанием я встретил;

Вижу теперь – и, видя, погибаю.

О доля!

(Воину)

Сними покров, открой мне бездну горя.

О вид немилый! Вид отваги горькой!

О, скольких зол зародышем мне будет

Твоя кончина! Не помог в страданьях

Тебе ничем я; кто ж меня приветит,

В какой стране убежище найду?

Отец наш общий, Теламон – не правда ль,

Сколь ласковым, сколь милостивым взором

Меня он примет, если одиноким

1010 К нему вернусь, тебя оставив здесь?

Он и счастливым не умел смеяться —

Ему ль смолчать? ему ли скрыть зазнобу

Против того, что отпрыском побочным

Рожден от пленной дочери врага?

Из трусости, из жалкого бессилья —

Так скажет он – тебя я предал, брат,

А то и с умыслом, – чтоб после смерти

Твоей и дом, и царство захватить.

Он вспыльчив был всегда; теперь и старость

Его гнетет и поводом ничтожным

Склоняет к гневу; в завершенье землю

Покину я, взамен свободной доли

1020 Рабом ославленный из уст отца.

Вот родины привет. А здесь, под Троей,

Враждебно все, друзей слаба опора —

Так обессилен смертью я твоей.

Что ж делать мне? Как из груди холодной

Мне вырвать жало твоего убийцы —

Меча стального? Суждено, знать, было

Тебе от Гектора погибнуть, – даром,

Что он давно могильным сном почил.

Смотрите, как похожа их судьба:

Аякс дал Гектору[46] в подарок пояс,

1030 Тем поясом троянец к колеснице

Привязан был,[47] и в бешеной погоне

В мученьях долгих дух свой испустил.

Аяксу дал он меч, и от подарка

Погиб мой брат в паденье смертоносном.

Эриния сковала этот меч,

Аид – тот пояс, мастер бессердечный!

В таких сплетеньях сказочных судьбы

Игру богов над смертными я вижу;

Кто мыслит розно – пусть лелеет веру

И сам свою, и мне мою оставит.

Корифей

1040 Подумай лучше, как тебе могилой

Его почтить, и как ответ держать.

Врага я вижу; верно, надругаться

Сюда пришел он – нет ведь чести в нем.

Тевкр

Кто там идет? Из нашего ли стана?

Корифей

То Менелай, виновник всей войны.

Тевкр

Да, вижу: он вблизи, узнать нетрудно.

Со стороны стоянки ахейцев появляется Менелай.

Менелай

Эй, друг! От мертвеца подальше руки!

Пусть здесь лежит: оставь его на месте.

Тевкр

Кому в угоду столько слов ты тратишь?

Менелай

1050 Себе и войска высшему вождю.

Тевкр

Дозволь узнать причину вашей воли!

Менелай

Причина есть. Союзника и друга

Мы в нем найти надеялись для нас,

И для того под Трою привели;

А он троян враждебней оказался.

Все войско вырезать задумал он

Мечом, в предательском ночном набеге,

И если б бог не отвратил попытки,

Нас всех его б постигла доля; все мы

Постыдною бы смертью полегли,

1060 А он бы жил. По воле ж бога жребьем

Мы поменялись: гнев свой на овец

И прочий скот направил храбрый витязь.

Зато и не найдется смельчака

Настолько сильного, чтоб этот труп

В могиле честней схоронить. Оставлен

Он будет здесь, среди песков унылых,

И станет птиц добычею морских.

Итак, прошу смирить свой дух надменный.

Если живой не подчинялся он

Державе нашей – мертвого сумеем

Мы обуздать, тебе на зло. Теперь уж

Моя рука над ним. При жизни, правда,

1070 Мои слова он ни во что не ставил.

Никчемен тот, кто в рядового доле

Вождям повиноваться неспособен.

И в государстве лучшие законы

Хиреть должны, коль нет в сердцах боязни,

И в войске здравой выдержки не встретишь,

Коль страх и стыд[48] на страже не стоят.

Всяк должен знать, хотя б большое тело

Себе он вырастил, что пасть оно

От незначительной причины может.

Нет. Стыд и страх: в ком эти два сошлися,

1080 Тот в них найдет спасения залог.

А где преграды нет бесчинству граждан

И своеволью – община такая,

Хотя б счастливые ей ветры дули,

Пучины не избегнет роковой.

Храни ж оплот спасительного страха!

Ты хочешь делать, что душе угодно?

Смотри, претерпишь, что душе невзгодно.

Изменчива судьба. Недавно он

Был дерзок, грозен – ныне мой черед.

Итак, еще раз: руки прочь! Не то —

1090 Взамен его, себя ты в гроб уложишь.

Корифей

Бесчинство в мудрых ты словах караешь,

А сам бесчинствуешь над мертвым, царь!

Тевкр

Что ж, диво ли, друзья, что к преступленьям

Низкорожденные питают склонность,

Когда знатнейшие в ахейской рати

Таких преступных не стыдятся слов!

(Менелаю)

Ответствуй мне, какой ты власти правом

Его сюда союзником привел?

Он сам явился,[49] сам собой владея!

1100 Ты ль вождь ему? Ты ль воинам начальник,

Что из дому привел под Трою он?

Поставлен Спарты ты царем, не нашим:

Им управлять ничуть не боле ты

Уполномочен, чем тобою он.

Ты сам другим подвластен, не над всеми

Военачальник; где ж ты царь ему!

Владей своими, их – внушеньем грозным

Обуздывай; Аякса ж – твоему

Наперекор запрету иль другого

Начальника – я погребеньем честным

1110 Почту, твоих не убоявшись слов.

Елены ль ради он в поход собрался,

Подобно жалким подданным твоим?

Он клятвою был связан,[50] не тобою:

Ничтожество он ни во что не ставил.

Вот мой ответ. Хоть рать возьми с собой

Глашатаев и полководца с нею:

Не испугаюсь грома слов твоих,

Пока собой останешься ты сам!

Корифей

И эта речь нам в горе не пристала:

И в добром деле резкость нам вредна.

Mенелай

1120 Знать, одержим гордыней наш стрелок!

Тевкр

Стрелок я вольный,[51] не наемник жалкий.

Mенелай

А щит возьмешь – не будет меры спеси!

Тевкр

И так с тобой вооруженным справлюсь!

Mенелай

Лишь твой язык вскормил твою отвагу!

Тевкр

Она святою правдой взрощена!

Mенелай

По правде ль победит убийца мой?

Тевкр

Хорош убийца, если жив убитый!

Mенелай

Бог спас меня, а для него я мертв!

Тевкр

Спасенный богом, не гневи богов!

Mенелай

1130 Чем же нарушил божьи я законы?

Тевкр

Не позволяешь мертвых хоронить.

Mенелай

Долг не велит нам почитать врагов.

Тевкр

Тот враг тебе, кто за тебя сражался?

Mенелай

Про ненависть взаимную забыл ты?

Тевкр

Судом кривым ты оскорбил его.

Mенелай

Вините судей;[52] я тут непричастен.

Тевкр

Всегда злодейство тайною красно.

Mенелай

Раскаешься ты в слове дерзновенном!

Тевкр

Раскаешься стократ больней ты сам!

Mенелай

1140 В последний раз: нет похорон Аяксу!

Тевкр

Ответ запомни: похороны будут!

Mенелай

Я видел мужа: языком отважным

Он в бурю плыть заставил моряков.

Но лишь в беде он очутился – слова

Не произнес; плащом покрыл он тело,

И всякий мог лежачего топтать.

Так и тебя – невелика, мол, тучка —

И твой язык бесстыдство обуяло;

Но пусть из этой тучки буря грянет,

И сразу стихнет твой несносный крик.

Тевкр

1150 И мне был ведом неразумный муж,

Что над несчастьем ближних не стыдился

Злорадствовать. Его другой увидел —

Вроде меня по внешности и нраву —

И речь такую стал ему вести:

«Не обижай умерших, человече!

Тебе воздастся за обиды их».

Так некто неразумного учил.

Его и ныне вижу; мнится мне,

Муж этот – ты. Жду похвалы за притчу!

Mенелай

Прощай; позорно укрощать словами,

1160 В руках имея принужденья власть.

Тевкр

Прощай и ты; еще позорней – слушать

Слова пустые из безумных уст.

Mенелай уходит.

Корифей

Недалек уже ярого спора разгар.

Поскорее же, Тевкр, ты для брата наметь

Усыпальницы место под кровом земли.

Осенит его мрачное ложе курган,

Незабвенный для смертных навеки.

Возвращается Текмесса, ведя за руку Еврисака.

Тевкр

Ты прав. И вовремя как раз приспели

Жена и сын покойного, чтоб вместе

1170 Последний долг несчастному воздать.

Сюда, дитя, поближе! как проситель

Рукой к отцу родному прикоснись.

В молитвенной осанке, на коленях,

Держи в руках[53] по пряди ты волос

Моих, своих и матери своей —

Просителей святыню. Если ж кто

Тебя насильно от останков этих

Дерзнет отторгнуть – пусть злодей злодейски,

Отторгнутый от родины своей,

Без погребенья на чужбине сгинет;

Его же рода корень срежьте, боги,

Как я срезаю эту прядь[54] мечом!

1180 Храни ее, и с места ни на шаг.

Изо всех сил прильни к отцу, дитя.

А вы, друзья, не стойте, точно жены,

В беспомощном унынии кругом!

Нет, заступитесь; я ж вернуся скоро

И всем назло земле его предам.

(Уходит.)

Стасим Третий

Хор
Строфа I

Ах, когда исполнится час

После годов

В бездне томлений горьких —

Час, когда спасения луч

Нам наконец

В вечной службе бранной блеснет,

1190 Чтобы нам бросить Трои поля,

Стыд и горе родной Эллады?

Антистрофа I

Пусть эфир бы мужа того

Раньше объял

Или Аид бездонный,

Мужа, что жестокой войны

Первый пример

Средь сынов Эллады явил!

Вот оно, зло, родившее зло!

От него мы и ныне гибнем.

Строфа II

Он виной, что нежных венков

1200 Нет для нас, что радостный звон

Мы глубокой чарки забыли,

Он, несчастный, сладкий напев

Звучной флейты отнял у нас,

Отнял сна ночного отраду.

Любви, любви лишил он нас, о горе!

Мы без ласки лежим; в кудрях

Виснут капли росы ночной;

Будем помнить тебя вовек,

1210 О постылая Троя!

Антистрофа II

Все ж доселе был нам Аякс

От лихой напасти во мгле

И от копий вражьих оплотом.

Пал оплот наш; демону тьмы

Жизнь свою он в жертву принес;

Нет для нас уж в мире услады.

О, раз еще б Сунийский кряж[55] увидеть,

Где на пену лазурных волн

Смотрит лесом поросший мыс,

1220 Чтобы вам наш привет послать,

Вам, святые Афины!

Эксод

Быстро возвращается Тевкр.

С другой стороны приближается Агамемнон.

Тевкр

Прибавил шагу я:[56] военачальник,

Царь Агамемнон к нам заторопился.

Польется, вижу, злобных слов поток.

Агамемнон

Ты ль возомнил, что в грозной речи сможешь

Над нами безнаказанно глумиться —

Ты, ты, военнопленницы отродье?

Подумать страшно, как бы возгордился

1230 Спесивец наш, как голову бы поднял,

Будь благородной крови мать его,

Когда теперь, в ничтожестве своем,

На нас восстал – пустого места ради!

Еще божился ты, что я не волен

Начальствовать ни над ахейской ратью,

Ни над тобою; сам собой владея —

Так молвил ты – приплыл сюда Аякс.

Пристойны ли рабу[57] такие речи?

И за кого ты хвастаешь так дерзко?

Куда шагнул он, чей напор жестокий

Он выдержал, где я бы отступил?

Ужели нет мужей среди ахейцев,

Опричь него? Напрасно объявили

1240 Из-за Ахилловых доспехов мы

То состязанье, если повсеместно

По мненью Тевкра трусы мы и только!

И даже судей приговор законный

Вам не указ; за пораженье мстя,

Вы поносить нас будете бесстыдно

И меч на нас злодейский поднимать?

Такие нравы не дадут порядок

Среди людей установить нигде,

Когда мы победителей законных

Гонять дозволим, а их честь и место

Предоставлять прикажем побежденным!

1250 Тому не быть. И не в плечах могучих

Залог победы, не в спине широкой —

Нет; выше тот, кто разумом силен.

Бок у быка огромен – все же им

Невзрачный бич успешно управляет.

Приспеет и к тебе лекарство это,

Если ума не припасешь заране.

Ты ль не безумен? Ведь твой брат – ничто,

Он тенью стал; и за него ты дерзко

Нас поносить и вольнословить вздумал!

Возьмись за ум! Подумай, кем рожден ты,

1260 И хоть свободного сюда поставь,

Чтоб за тебя у нас ответ держал он.

Твоя же речь не будет мне понятна:

Я в варварском не сведущ языке.

Корифей

Когда бы оба вы взялись за ум,

Я не желал бы ничего иного.

Тевкр

Как быстро к мертвым благодарность тает,

Как им охотно изменяют все!

Вот муж; его так часто от врагов ты

Спасал, Аякс, своею за него

1270 Душою жертвуя – и хоть бы словом

Он помянул тебя! Исчезло все.

(Агамемнону)

О образец обидных словопрений!

Ужель забыл ты, все забыл бесследно,

Как в судовой ограде взаперти

Сидели вы, как после бегства рати

Уж пред глазами видели вы смерть,

И он один вас спас? Пылало пламя

Уж на кормы верхушке корабельной;

Коней гнал Гектор[58] через ров с разбега

И выстроенным угрожал ладьям;

1280 Кто удержал его? Аякс, тот самый,

Что ни сразить, ни отразить врага

Способен не был, по словам твоим!

Что ж, разве свой не выполнил он долг?

Затем припомни, как бойцом он вольным

В единоборство с Гектором вступил.

Не беглый жребий[59] в воду бросил он,

Ком глины влажной – нет, такой, который

Из шлема первый порывался прочь!

Таков был он, а я – его товарищ,

Я, в рабской доле варваркой рожденный.

1290 Несчастный! Ты ль мне это говоришь?

Не твой ли дед Пелоп, отца родитель,

Сам варвар был,[60] фригийской сын земли,

Отец же твой, Атрей, в пиру безбожном

Вкусить дал брату[61] плоть его детей?

Не той ли ты критянки сын, которой

Отец родной, застав с рабом на ложе,[62]

Назначил рыб быть пищею немых?

Вот слава рода твоего – и ты же

Глумишься над рождением моим?

Отец мой – Теламон; он в войске первым

1300 Прослыл бойцом и доблести наградой

В подруги ложа мать мою добыл,

Царевну родом, дочь Лаомедонта.

Он получил ее из рук Геракла

Как избранный высокой чести дар.

От витязя рожденный[63] и царевны

Я не позорю рода моего.

А ты страдальца чести погребенья

Лишил – и не стыдишься слов своих?

Заметь однако: ту ж насилья меру,

Как и к нему, придется к нам троим

Вам применить: мы заодно. И, право,

1310 Мне больше чести за него погибнуть,

Чем в битве за супружницу твою, —

Или там брата твоего – Елену.

Теперь подумай. Не мое уж только,

Но и свое решаешь дело ты.

Не раздражай меня! Не то – быть трусом

Ты предпочтешь, чем хватом против нас.

Со стороны стоянки появляется Одиссей.

Корифей

Пришел ты кстати, Одиссей – коль скоро

Распутать узел, не стянуть ты хочешь.

Одиссей

В чем дело, мужи? Издали я слышал

Атридов крик над витязем умершим.

Агамемнон

1320 Крик? Да, пожалуй; чересчур обидных

Наслышались речей мы от него.

Одиссей

Каких речей? Простить я мужа склонен,

Когда на брань он бранью отвечает.

Агамемнон

Он эту брань делами заслужил.

Одиссей

Что ж сделал он и в чем тебя обидел?

Агамемнон

Не позволяет труп лишить могилы

И мне назло грозит похоронить.

Одиссей

Возможно ль другу, – честь воздавши правде,

Тебе и впредь с готовностью служить?

Агамемнон

1330 О да; запрет безумью был бы равен:

Из всех аргивян ты мне лучший друг.

Одиссей

Послушай же. Не должен ты бездушно

Аякса оставлять без погребенья,

Не должен силе доверять настолько,

Чтоб в ненависти правду попирать.

Он и ко мне враждой пылал безмерной

С тех пор, как я доспехами Ахилла

По приговору овладел. Но я

Не отплачу бесчестьем за бесчестье.

Признать я должен, что из всех ахейцев,

1340 Что против Трои двинулись в поход,

Он уступал Ахиллу одному.

Так и тебе не след его бесчестить.

Ведь не его, а божий законы[64]

Ты оскорбишь. Позорить трупы храбрых

И в ненависти Правда не велит.

Агамемнон

Ты, Одиссей – ты с ним – и против нас?

Одиссей

Да; ненависти честь кладет предел.

Агамемнон

И я не вправе мертвого попрать?

Одиссей

Не домогайся выгоды бесчестной!

Агамемнон

1350 Во власти правду нелегко блюсти!

Одиссей

А уступать благому друга слову?

Агамемнон

Долг добрых – уступать законной власти.

Одиссей

Брось! Власть – твоя, хотя б и внял ты дружбе.

Агамемнон

Ты помнишь ли, кого почтить ты хочешь?

Одиссей

Он мне врагом, но благородным был.

Агамемнон

Что ж, столько чести мертвому врагу?

Одиссей

Я помню не вражду его, а доблесть.

Агамемнон

Безумия полны такие речи!

Одиссей

Подчас и друг становится врагом.

Агамемнон

1360 Таких друзьями делать – твой совет?

Одиссей

Совет мой – избегать жестокосердья.

Агамемнон

Ты трусом выставишь меня сегодня!

Одиссей

Нет, праведным судьей для всей Эллады.

Агамемнон

Велишь отдать его для похорон?

Одиссей

Да; и меня ведь та же участь ждет.

Агамемнон

Все таковы: всяк о себе радеет!

Одиссей

О ком же больше мне радеть прикажешь?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8