Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Берсеркер (№12) - Безжалостный убийца

ModernLib.Net / Научная фантастика / Саберхаген Фред Томас / Безжалостный убийца - Чтение (стр. 22)
Автор: Саберхаген Фред Томас
Жанр: Научная фантастика
Серия: Берсеркер

 

 


Прошло уже довольно много времени, но сообщения о потерях все продолжали поступать. Немногочисленные уцелевшие люди и роботы отчаянно сражались с повреждениями, определяли положение выживших друзей и врагов, перезаряжали оружие и по мере сил приводили в порядок силовые щиты.

Связь между кораблями оперативной группы теперь была в лучшем случае прерывистой. В разговорах возникали паузы, длящиеся по многу секунд, и вместо человеческой речи слышалось дикое завывание — результат воздействия разнообразного космического излучения. Но шифровальные аппараты и радиопередатчики как раз и были предназначены для борьбы с этим адским воем, и время от времени все-таки удавалось передавать связные пакеты информации. Некоторые соларианские корабли были превращены в облачка пара, но другие сообщали, что готовы продолжать борьбу.

Главный компьютер флагмана со своим обычным несокрушимым спокойствием произвел подсчеты и пришел к выводу, что враги, должно быть, оставили для этой засады половину своего отряда, если не больше.

Хотя выжившим казалось, что сражение длилось целую вечность, на самом деле, по обычным для отрядов такого размера стандартам, оно было милосердно коротким. За очень краткое время, не. более чем за четверть стандартного часа, было уничтожена несколько берсеркеров. Но с другой стороны, была уничтожена и половина соларианских кораблей, а все оставшиеся получили серьезные повреждения.

А теперь возникло предположение, что к берсеркерам приближается подкрепление.

Во всяком случае, сигналы дружественных кораблей глохли один за одним и снова не появлялись, а их изображения исчезали с места действия.

Принсеп выразил надежду, что хотя бы одному соларианскому кораблю удалось убраться прочь. С помехами, заполоняющими пространства, невозможно было отличить отступление от уничтожения.

Гавот почти успокоился и приободрился. Теперь он сидел, держась за поручень — на случай новой внезапной встряски.

— И что нам делать дальше, шеф? — настойчиво поинтересовался он.

Принсеп снова лишь молча посмотрел на молодого человека.

Подумаешь! Гавот встретил его взгляд с полнейшей без мятежностью.

Командор решил, что «Симметрию» нужно любой ценой выводить из засады. Он прикрыл глаза и приказал своим пилотам — и оптэлектронному, и выжившему человеку — приготовиться к подпространственному скачку.

Прежде чем нормальное пространство расплылось и исчезло, кое-кто из уцелевших людей успел еще мельком увидеть нескольких рыскающих берсеркеров. Машины-убийцы стрелой ринулись к ускользающей добыче. Но в результате они нарвались лишь на сокрушительное столкновение с почти нематериальной пылью и испарились или надолго потеряли возможность продолжать полет.

Так или иначе, но все-таки «Симметрия» пережила свой отчаянный рывок к свободе, несмотря на все повреждения и утечку воздуха, и вынесла Гавота, а с ним и прочих выживших, многие из которых были ранены, и тела погибших в относительно безопасное место.

Последним усилием, заставив поврежденные двигатели работать почти на пределе, компьютер разыскал более-менее свободный проход и провел по нему искалеченный корабль.

Похоже, сейчас из всей соларианской эскадры уцелел один лишь флагман, но он пока что сохранял достаточную скорость, подвижность и огневую мощь, чтобы отбиться от нескольких берсеркеров.

Мертвый кармпанин и множество мертвых соларианцев все еще продолжали лежать там, где их настигла смерть. Единственный уцелевший пилот, лейтенант Тонгрес, сказала:

— Я возьму на себя те обязанности, с которыми смогу справиться, командор… И кстати, я должна сообщить, что, согласно показаниям приборов, снова зафиксирован тот же самый след.

Внезапно вид у командора сделался совершенно изможденным, но голос его звучал по-прежнему твердо:

— А кто-нибудь из этих бандюг впереди виден?

— Пока что ни одного. Но среди этой пыли много не разглядишь, так что где-то они могут и быть. Я не верю, что мы сцепились со всем их отрядом сразу.

— Тогда благодарение всем богам, что хоть от нескольких мы увернулись.

Из какого-то отдаленного района корабля кто-то продолжал отчаянно молить о помощи.

И тогда Иван Принсеп встал с кресла — впервые с начала сражения — и отправился обходить корабль и искать раненых. Пилот был занят. Еще пара человек лежали на амортизационных креслах — без серьезных травм, но полностью обессилевшие.

Гавот, до сих пор не получивший ни царапины, почти с радостью вызвался исполнять при командоре обязанности телохранителя — на тот случай, если какой-нибудь берсеркер все еще прятался в закоулках.

Принсеп молча кивнул.

ГЛАВА 21

Пилот флагмана, лейтенант Тонгрес, на пару с мичманом Динантом — больше работоспособных людей не осталось — пыталась разобраться с поврежденным оборудованием. Попутно они обсуждали сложившуюся ситуацию.

Вскоре был установлен поразительный факт: примерно от того места, где сейчас находилась «Симметрия», начинался канал, позволяющий относительно спокойно двигаться через туманность. И вел он примерно в том же направлении, куда изначально двигались враги.

— Смотри-ка! — изумилась лейтенант. — Создается впечатление, будто его кто-то расчистил-Да, похоже, — неохотно согласился Динант. Такой подвиг был не под силу ни одной из известных технологий; впрочем, о природных образованиях подобного типа мичману слышать приходилось. — Не удивлюсь, если когда-то берсеркер Дирака прошел именно по этому туннелю, а старик дернул за ним следом.

— Да, я тоже не удивлюсь. — Тонгрес наклонилась к интеркому:

— Командор, вы где? Мы здорово пострадали. Двигатель, силовые щиты — в общем, повреждено абсолютно все.

Разбросанные по рубке голографические экраны шипели, извергая какие-то странные и не правдоподобные изображения. Система дисплеев, как и все прочие корабельные системы, явно была повреждена, и теперь флагман старался экономить энергию на чем только было возможно.

Послышался голос Принесла, сильно искаженный помехами:

— Делайте все, что сможете. Я скоро вернусь. У нас серьезные проблемы с ранеными. Кажется, на борту не осталось ни одного действующего медиробота.

Вскоре в рубке действительно появился Принсеп в сопровождении невозмутимо-спокойного Гавота. Они пока не стали пытаться переносить тяжелораненых.

Повернувшись к командору, пилот сказала:

— Думаю, еще на один тахионный скачок нашего корыта хватит, сэр. Станем мы прыгать или повисим здесь?

Командор со вздохом опустился в искореженное кресло.

— Станем. Сперва осмотримся по сторонам, переведем дыхание и поглядим, не уцелел ли кто-нибудь из нашей эскадры. Если окажется, что мы все-таки одни, тогда уйдем в прыжок. Потому что здесь нам ловить нечего.

Гавот пристроился поблизости — чего-чего, а пустых кресел в рубке хватало — и с интересом прислушивался к разговору.

— А куда мы направимся? — подключился к беседе мичман Динант. — И как далеко?

— Направимся прямо вперед, по тому каналу, который вы тут отыскали, — Принсеп кивнул в сторону экрана. — Маршрут пусть прокладывает автопилот. Мы отлично знаем, что у нас позади, — берсеркеры у нас позади, — и вполне можем посмотреть, что у нас по сторонам. А среди этой пыли нам делать нечего.

Если взглянуть через иллюминаторы, действительно становилось ясно, что флагман почти неподвижно висел среди огромного пустынного пространства пыли и плазмы. В некоторых местах заметны были образования, которые наделенный фантазией наблюдатель мог бы сравнить с земными грозовыми тучами, только увеличенными до планетарных масштабов. Эти тучи искрились и вспыхивали электрическими разрядами, но происходило это в жуткой, сверхъестественной тишине.

Во всех направлениях, кроме как непосредственно перед «Симметрией» и за ее кормой, протянулись коварные щупальца Мавронари. Через пылевую завесу еще виднелось несколько звезд, но это лишь делало картину еще более зловещей. Туманность словно раскрывала людям последнее объятие. Отсюда даже ядро Галактики было едва видно невооруженным глазом, да и то заметить его можно было только в том случае, если вы точно знали, куда смотреть. И лишь позади, в том направлении, где находилась Иматра, можно было разглядеть что-то вроде обычных звезд. Впереди же лежала тьма.

— Где остатки нашей флотилии?

— Если повезет, мы сможем встретиться с ними где-нибудь впереди.

Гавот не забывал следить за дверью рубки, но при этом он прислушивался к усыпанному жаргонными словечками разговору и постепенно начал лучше понимать суть произошедшего. Командор не просто удрал из нормального пространства, отрываясь от погони; когда он приказывал уйти в последний прыжок, у него были причины надеяться, что остальные его корабли или хотя бы часть их — ну хоть один! — тоже сумеют вырваться из засады, прыгнув вперед. Казалось, что хотя бы пара кораблей обязательно предпримет такую попытку. Теперь же флагман выходил на позицию, с которой он мог надеяться снова связаться со своими подчиненными.

В настоящий момент Принсеп и остатки его экипажа именно это и пытались сделать, но безуспешно. Посовещавшись с Динантом, единственным уцелевшим астронавигатором, командор решил, что если и остается еще надежда собрать флотилию заново, то встретиться с остальными судами можно будет лишь где-то впереди.

— Если хоть кто-то из наших людей жив, они должны были полететь вперед. Если же их там нет, то почти наверняка все они мертвы.

— Так что, уходим в прыжок?

— Уходим.

— Слушаюсь, сэр.

И вот обычное пространство сжалось и развернулось снова. Все, кто еще способен был дышать, собрались в командной рубке — то есть все, кроме тяжелораненых, — и теперь у них вырвался единодушный вздох облегчения.

Они только что пережили С-скачок искалеченного боевого корабля, который, казалось, вообще не был уже способен на такие подвиги. Но все-таки он перенес людей через подпространство, и перенес более-менее неповрежденными.

Ну и куда же они свалились в конечном итоге? Вокруг виден был лишь темный мрачный туннель или, скорее, наполовину перегороженный остаток того канала, из которого они и уходили в прыжок.

Компьютер «Симметрии» быстро произвел расчеты и сообщил, что в последнем прыжке они преодолели миллионы километров. Но что еще более важно — флагман больше не был одинок. И это мог сказать даже Гавот, хотя он и плохо разбирался в дисплеях рубки.

Прямо по курсу неподалеку от «Симметрии» находился объект, сопоставимый по размерам с кораблем. Точнее, их там было несколько.

Сохранившиеся орудия флагмана уже были нацелены на самый крупный объект. Гавот только сейчас осознал, что тот во много раз больше «Симметрии». Кристофер принялся разглядывать форму чудовища, и в нем снова зародилось странное, противоречивое чувство.

Но пока что соларианский корабль медлил, не спеша открывать огонь. Не стрелял и враг.

При рассмотрении через приборы цель распалась на двойную. Один из объектов, побольше, в котором можно было опознать крупного берсеркера, находился чуть дальше второго, сильно уступающего ему в размерах. А в какой-нибудь паре километров от меньшего объекта маячило еще одно судно.

Через несколько секунд компьютер «Симметрии», основываясь на старых записях, опознал в последнем изображении яхту премьера Дирака. «Призрак» висел рядом с объектом, по внешнему виду полностью соответствующему пресловутому берсеркеру Дирака, а похищенная три века назад биостанция по-прежнему была привязана к металлическому чудищу.

Ни у кого из собравшихся в рубке людей не было ни времени, ни сил впадать в эйфорию. У них едва хватало сил на то, чтобы поверить, что они сами все еще живы.

А вот появление еще одного берсеркера было, несомненно, вопросом животрепещущим. Кто-то убийственно спокойным голосом поинтересовался:

— Эти корабли мертвы?

— Скоро узнаем. В настоящий момент от них, включая берсеркера, исходит не больше излучений, чем можно ожидать от такого здоровенного куска металлолома. Но лучше пока что держать их под прицелом.

— Будет сделано. — Непродолжительная пауза. — Сэр, мы продолжаем приближаться к ним.

— Продолжайте. И приготовьтесь сбросить скорость.

Командор не намерен был оглашать причины, побудившие его принять именно такое решение, — если у этого решения вообще были причины. У соларианцев все равно не было особого выбора. Быстрая инвентаризация потерь и ресурсов, проведенная выжившими офицерами и компьютером, свидетельствовала: «Симметрия» получила столько не подлежащих ремонту повреждений, что даже на обычное поддержание жизни людей сейчас уходило неимоверное количество энергии.

— Последнее, что нам сейчас нужно, — это новая драка. Реплика суперинтенданта Газина была слишком банальна, чтобы на нее отвечать или как-либо ее комментировать.

Но Принсеп все-таки счел нужным откликнуться:

— Я не ищу никакого боя. Я ищу способ выжить. Я полагаю, что мы сейчас приближаемся к берсеркеру Дирака, и, раз он до сих пор не обстреливает нас, я рискну предположить, что этот берсеркер мертв. А если объект, находящийся под боком у берсеркера, — та самая пропавшая биостанция, то, возможно, мы сможем перебраться на нее и найти там необходимую помощь. И я не вижу, какой еще вариант дает нам хотя бы призрачные шансы.

Примерно через час искалеченный флагман настолько приблизился к небольшой группе кораблей, что их разделяло буквально несколько сотен километров. Господствующее положение в этой группе занимала огромная, темная, безмолвная и все же невыразимо зловещая фигура берсеркера.

Соларианцы продолжали наблюдать за этой махиной, ожидая вспышки орудий или какого-нибудь внезапного маневра, но никаких действий со стороны врага так и не последовало. Единственная перемена заключалась в том, что изображения трех кораблей становились все более отчетливыми.

— Это и вправду берсеркер, — в конце концов провозгласил Принсеп. — И чертовски большой к тому же.

— Так точно, сэр. Наверняка это и есть… или был… — Наконец лейтенант Тонгрес подобрала точную формулировку:

— Полагаю, что, если принять во внимание наличествующие рядом объекты, мы можем с уверенностью предположить, что это и есть берсеркер Дирака.

— Да.

Гавоту, который наряду со всеми остальными наблюдал за происходящим, потребовалось немалое усилие, чтобы мысленно отождествить загадочную, полуразрушенную громаду, висящую прямо по курсу, и машину-убийцу, преследовавшую его по пятам там, на Иматре.

— Сохранять боевую готовность! — приказал командор. Но хотя его подчиненные и требовали нанести удар первыми, Принсеп отказался нажать на спусковой крючок и перейти к агрессивным действиям.

Командор Принсеп продолжал наблюдать за сближением. Тем временем два дееспособных члена экипажа при поддержке функционирующих корабельных роботов изучали показания аварийной службы, оказывали помощь раненым и пытались хотя бы отчасти починить оружие и систему жизнеобеспечения.

Дальнейшее изучение показало, что починить двигатель и энергетические установки невозможно, а принятых полумер хватило лишь на надежду, что оборудование протянет еще несколько часов.

— Командор флота Принсеп! — официально обратился к Принсепу его собственный умирающий корабль.

— Слушаю вас, — негромко отозвался командор. — Только флота у меня больше нет.

— У меня есть веские основания предполагать, что вскоре вам придется отдать приказ об эвакуации.

— Я принимаю к сведению ваше предположение.

Но командор все медлил, не отдавая этого приказа. С палубы, где лежали раненые, донесся механический голос — одна из тамошних систем принялась настойчиво звать на помощь. Это тянулось до тех пор, пока кто-то из находившихся в рубке людей просто не отключил программу. Помочь они ничем не могли.

Командор тем временем пытался добиться, чтобы аппаратура предоставила ему наилучшее изображение станции, какое только можно было получить. Несмотря на то что Принсеп был близок к отчаянию, он все еще продолжал надеяться, что сможет найти на борту биостанции помощь для своих раненых, если гигантский берсеркер и вправду мертв. Командор продолжал действовать, хотя его подчиненные сперва единодушно сочли этот план фантастическим и неисполнимым.

— Ведь в учреждении, предназначенном для биологических исследований, обязательно должны быть медироботы, правда же? — почти тоскливо протянул Принсеп.

— Сэр, — подала голос лейтенант Тонгрес. — Я полагаю, что триста лет назад там действительно стояли медироботы. Но сейчас там либо берсеркеры, либо просто ничего нет.

Принсеп пожал плечами, словно покоряясь судьбе:

— Если там и вправду сидят берсеркеры, то, может, нам удастся прихватить с собой на тот свет хоть несколько штук. Одно я вам могу сказать точно: если мы просто будем сидеть на «Симметрии», сложа руки, то умрем через несколько часов. Максимум через день.

— Мы эвакуируемся с корабля, сэр?

— Не опережайте события. Но я хочу, чтобы раненых перенесли в спасательную шлюпку. И возможно, я не захочу покидать корабль, если враги действительно наблюдают за нами.

На флагмане осталась пара шлюпок. На таких спасательных корабликах люди могли прожить немало времени, но добраться с их помощью домой — об этом нечего было и мечтать.

Но зато были все причины предполагать, что через несколько часов флагман перейдет в стадию неконтролируемого самоуничтожения. Поэтому командор, перетаскивая раненых в шлюпку, даже не стал обдумывать, как запрограммировать «Симметрию», чтобы флагман взорвал себя. Пустой корпус не будет представлять никакой ценности для берсеркеров, даже если те его и захватят. Надо только не забыть убедиться, что шифровальные коды и еще кое-какие секретные данные уничтожены.

По мере того как минута шла за минутой, а «Симметрия» подплывала ближе и ближе к загадочной группе, природа самого дальнего объекта становилась все более очевидной. Это явно был берсеркер неимоверного, внушающего ужас размера. Он был настолько велик, что мог бы в одиночку справиться со всей флотилией Принсепа, если его чудовищные мозги и арсенал все еще были работоспособны. Но ясно было, что этот берсеркер тоже прошел через жесточайшие схватки.

Он занимал достаточно удобную позицию, вполне позволявшую ему дать залп по чужакам из кормовых орудий. Но какой бы ни была причина, берсеркер продолжал безмолвствовать.

— Сэр, я засек какую-то разновидность силовых полей, связывающих берсеркера со станцией, — доложил Динант.

— Возможно, это остаточные поля. Или я ошибаюсь? Я имел в виду: может ли быть, что эти поля сохраняются неограниченно долгое время после того, как создавшая их машина уже умрет?

— Не исключено, сэр. Впрочем, двигатели берсеркера, очевидно, тоже все еще функционируют. В настоящий момент они работают не на ускорение, а исключительно на корректировку курса. Тогда получается, что связующие поля исходят от двигателя либо их поддерживает какая-то автоматика с низким уровнем интеллекта. Мы все еще можем надеяться, что настоящий мозг берсеркера мертв. И яхта, расположенная с одного конца странной группы, и берсеркер, висящий на другом конце, несли на себе несомненные следы повреждений. Кажется, некоторые повреждения берсеркер получил недавно, если судить по исходящей от шрамов радиации.

Интересно, а насколько давнего происхождения вон то скопление мелких обломков, дрейфующих по соседству? Похоже, что они совсем свеженькие.

— Черт подери, а это откуда взялось?

Среди людей возникло некоторое замешательство. Командор, оглядев эти следы недавнего сражения, заявил:

— Думаю, мы должны предположить, что некоторые наши корабли добрались сюда и вступили в бой с врагом.

— А где же наши корабли?

— Раз их здесь нет, то, очевидно, они не пережили боя.

— А может, они просто свалили всю работу на нас, а сами развернулись и рванули домой? /Но как бы то ни было, а отсутствующие соларианские суда не могли оказать никакой помощи Гавоту и его товарищам.

Теперь пассажиры флагмана получили возможность получше рассмотреть похищенную биостанцию. Никаких сомнений не оставалось: в старых записях сохранилось достаточное количество ее изображений. За триста лет внешний корпус станции не пострадал — во всяком случае, на вид, — но на нем наличествовали кое-какие отметины — такие могли появиться в том случае, если рядом со станцией происходили мощные взрывы.

Автопилот «Симметрии» сбросил скорость до нескольких километров в минуту, и соларианцы могли видеть древние силовые поля, связывающие берсеркера и биостанцию. Рассмотрев эти поля, соларианцы отчасти укрепились в предположении, что они действительно могут быть и остаточными.

Торможение продолжалось. Впрочем, умирающие двигатели «Симметрии» сбрасывали бы скорость, даже если бы их никто об этом не просил. Теперь яхту и флагман Принсепа разделяло не более километра.

Маленькая группа древних кораблей, к которой теперь примкнула и «Симметрия», медленно плыла среди туманности. Яхта Дирака, «Призрак», дрейфовала у самой границы поля, связывающего двух ее соседей. Она тоже хранила полнейшее молчание. Кто-то вполголоса высказал предположение, что яхта тоже как-то была присоединена к берсеркеру и ее осторожно буксировали.

— Очевидно, премьер Дирак все-таки настиг своего врага…

— Судя по тому, как эта штука выглядит, он от этого много не выиграл.

Под тщательным присмотром выжившего человека-пилота флагманское судно пристроилось в хвост некогда великолепному кораблю Дирака и плавно сбросило скорость.

Мичман Динант, оставшийся навигатор, выдвинул приемлемое объяснение тому, каким образом флагман ухитрился вынырнуть из подпространства настолько близко к этим трем древним машинам. Объяснение оказалось следующим: в туманности существует канал, позволяющий обеспечить наименьшее сопротивление и наибольшую скорость. Распределение материи и сил в окружающем космическом пространстве и подпространстве сложилось таким образом, чтобы у любого пролетающего поблизости корабля появились достаточно большие шансы пройти именно через этот канал. И этот путь, это сочетание соответствующих условий существенно не изменились за последние три сотни лет.

С того момента, когда древние корабли оказались в поле зрения флагмана, пока что ничего не изменилось: и яхта, и берсеркер, и биостанция продолжали хранить радиомолчание. Ни одно судно не передало ни одного сигнала ни на одной частоте.

Наконец-то командор Принсеп позволил себе вздохнуть с некоторым облегчением:

— Ну что ж, господа, мы можем видеть, что этот берсеркер выглядит как мертвый. Но, как нам известно, когда мы рискнули и пошли на последний С-скачок, буквально на хвосте у нас висели некоторые чрезмерно живые бандюги. Если и вправду любого, кто двинется в эту сторону, понесет именно тем же путем, мы в любой момент можем обнаружить, что преследователи снова присоединились к нашему обществу. Боюсь, нам стоит исходить из предположения, что именно это они и постараются сделать.

— Я нимало не удивлюсь, сэр, если здесь и вправду появятся берсеркеры, от которых мы удрали. Если, конечно, хоть кто-то из них все еще боеспособен. — Мичман Динант, имевший боевой опыт еще до этого путешествия, на секунду умолк. — О господи, командор, вот это была драка-Да, молодой человек, драка была недурственная. Но всем нам отлично известно, что если кто-то из наших противников уцелел, то они нимало не обескуражены полученной трепкой. Они все равно будут изо всех сил стараться нагнать нас. Потому нам следует оставаться начеку.

— Сэр! — подала голос Тонгрес. — Здесь недостает не только наших кораблей. Нам не следует забывать, что их отряд состоял тоже из нескольких частей. Не думаю, что берсеркеры вправду поставили в засаду все свои силы.

— Я тоже так не думаю. Если учесть, с каким рвением они стремились к этим трем кораблям, некоторые из них наверняка должны были остаться в боевом охранении. Но похоже, эта часть отряда промахнулась или еще каким-либо образом сбилась со следа. Во всяком случае, здесь их нет, и в этом наше везение.

— По крайней мере, их пока что здесь нет, — уточнил суперинтендант Газин. Он давно уже хранил молчание и теперь невольно привлек внимание всех присутствовавших.

Гавот тоже решил внести свой вклад в беседу:

— Получается, что мы возвращаемся к тому же самому проклятому вопросу. Никуда от него не денешься. Если бы только мы могли выяснить, что именно заставило берсеркеров затеять эту мышиную возню…

Командор покачал головой:

— Мы можем лишь строить предположения. Но непосредственную цель наших берсеркеров мы, кажется, выяснили. Я думаю, они просто пытались догнать эту вот компанию, древнюю составляющую часть всей этой мышиной возни, как вы ее назвали. — Принсеп кивнул в сторону трех загадочных кораблей, выстроившихся по размеру, — точнее, в сторону экрана, на котором красовались их уменьшенные изображения.

— А что после этого?

— Возможно, если мы останемся на месте действия, то сможем что-нибудь выяснить. По крайней мере, разберемся, почему берсеркеры вели себя так загадочно.

Возвращение к знакомому спору было полезно хотя бы в том плане, что дало уцелевшим соларианцам тему для разговора и позволило людям ненадолго отвлечься от их собственного отчаянного положения.

— А я бы все-таки сказал, что какую бы там цель ни преследовали те берсеркеры, за которыми гонялись мы, но уж явно их задачей не был захват премьера и его яхты. Берсеркеры ни за что бы не прервали успешно развивающееся нападение на плотно заселенную систему лишь ради того, чтобы схватить этого человека. Он наверняка уже лет триста как мертв, а если даже и жив, то не имеет больше ни флота, ни какой бы то ни было власти, — возразил мичман Динант.

Тонгрес с готовностью включилась в спор:

— Ну ладно. Тогда объясните мне, за чем же охотились берсеркеры, если не за Дираком и его яхтой?

— Я признаю, что другие варианты кажутся несколько менее осмысленными. Но все равно, вот вам версия вторая: нынешние берсеркеры пытаются догнать и захватить биостанцию, которая под завязку загружена человеческими зародышами. Кстати, эти зародыши вполне успешно пребывали в состоянии заморозки все время, прошедшее после исчезновения Дирака, или даже больше. Наконец, версия третья — пожалуй, самая крутая. Со стороны похоже, будто целый флот берсеркеров остервенело гоняется за одной из собственных машин. Почему — понятия не имею. Вот вам все наличествующие варианты. Мне ни один из них не нравится. Но, черт бы их всех побрал, ничего больше я предположить не могу. Маленькая группа выживших людей при помощи тех роботов, которые еще были в состоянии нормально функционировать, тщательно осмотрела прилегающие районы, ежесекундно страшась и ожидая обнаружить свежие орды берсеркеров. Но ни один враг так и не появился.

Сенсоры и аналитические системы военного корабля, как и все прочее оборудование, пострадали во время боя. Тем не менее они могли достаточно уверенно установить, что количество свежих, все еще горячих обломков — свидетельств недавнего боя — в окружающих тучах пыли невелико и продолжает быстро уменьшаться. Кроме того, чем дольше люди рассматривали огромного берсеркера, тем яснее становилось, что некоторые из его повреждений тоже подозрительно свежие — возможно, получены буквально за последние несколько часов. Некоторые поврежденные места все еще тлели. Видимо, там продолжали идти какие-то химические процессы.

На лице командора Принесла явственно отражалось отчаяние. Но тем не менее командор продолжал оставаться безжалостно решительным — на свой незаметный для других манер:

— Сперва мы проверим яхту. Я намерен лично возглавить абордажную группу. Если мы благополучно переживем эту экскурсию, но не сумеем получить там требуемую помощь, то попытаемся сразу же перебраться на биостанцию и исследовать ее.

— Абордажную?

— Да, лейтенант, именно абордажную. У вас есть предложение получше?

Предложения не последовало.

Принсеп указал на те экраны, где высвечивались последние данные о полученных кораблем повреждениях.

— Боюсь, у нас на самом деле нет выбора — если учитывать состояние двигателей и систем жизнеобеспечения. Если мы сумеем найти на яхте или на станции действующего медицинского робота и запустить его, у наших раненых появится хоть какой-то шанс. Не говоря уже о том варианте, что если двигатели яхты работают — а если исходить из того, что нам известно, это вполне вероятно, — то она сможет доставить нас обратно домой.

Эти слова вызвали среди присутствующих воодушевленное бормотание.

Командор тем временем продолжал:

— Если мы не сможем получить требуемую помощь на каком-нибудь из этих кораблей, никто из нас долго не протянет.

Принсеп нимало не колебался, определяя, кто пойдет с ним на яхту. Командор желал видеть своим спутником Гавота. Гавот кивнул.

— Наша задача может оказаться легче по крайней мере в одном аспекте, — добавил командор. — Думаю, мы должны предположить, что биостанция занята берсеркерами или, по крайней мере, некоторое время пробыла под их властью. Но мне кажется, что это предположение не стоит распространять и на яхту.

Затем последовал спор на технические темы, которого Гавот практически не понимал и потому по большей части пропустил мимо ушей. Спор касался природы силовых полей, которые удерживали три древних корабля в единой сцепке, — одинаково ли они прочны на разных участках и представляют ли эти поля какую-нибудь опасность для маленького судна или человека в скафандре, если тот попытается войти в них.

В конце концов спорщики сошлись на том, что яхта скорее всего была случайно захвачена силовым полем; со стороны казалось, что она связана с этой группой куда слабее, чем два больших корабля между собой.

Командор невозмутимо принялся готовиться к высадке на яхту. Гавот немного понаблюдал за ним, потом последовал его примеру.

Для высадки они выбрали одну из маленьких, лишенных какого бы то ни было вооружения спасательных шлюпок.

Перед ними лежали два источника надежды, слабой, но вполне реальной. Яхта и биолаборатория. Что же касается третьего корабля…


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30