Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездные войны (№139) - Новое восстание

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Раш Кристин Кэтрин / Новое восстание - Чтение (стр. 12)
Автор: Раш Кристин Кэтрин
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Звездные войны

 

 


Она этого не сделает. Пусть она ненавидит игры, но ей придется сыграть.

Когда она вошла, все замолчали. Гно сидел на привычном месте по правую руку от ее кресла. Ц-Госф занимала кресло слева. Оба выглядели смущенно. Лея кивнула обоим, затем посмотрела на Мейдо. Его глаза искрами горели на алом лице. Белые линии, расчерчивающие лицо, казались белее, чем обычно.

— Я сознаю, сенатор Мейдо, — произнесла Лея, — что политические обычаи вашего народа отличаются от обычаев моего. Но мы управляем Сенатом, Внутренним Советом, правительством Новой Республики по принципам Старой Республики. Было бы неплохо; если бы вы ознакомились с ними.

— Боюсь, что не понимаю вас, госпожа, — его голос был ровен, лицо бесхитростно.

Лея поднялась по ступенькам, ведущим к столу. Положила руку на спинку своего кресла и улыбнулась.

— Я подумала, что причиной ваше незнание. Главу государства всегда информируют о собрании в первую очередь. На деле ей предлагают собрать совещание, а она созывает Совет или нет. Я уверена, что наши коллеги пришли сюда, потому что знали, что вы еще не знакомы с традицией.

— Я действовал согласно уставу, — спокойно улыбнулся Мейдо.

Лея кивнула.

— Я понимаю. Теперь вам известно положение дел, — она повернулась к остальным. — Прошу простить меня за задержку, друзья мои. Но я узнала о совещании всего несколько минут назад.

Она ждала, не убирая руки со спинки кресла. Гно наклонился к Мейдо.

— Сенатор, — проговорил он. — Гораздо легче вести собрание, сидя во главе стола.

Белые линии на лице Мейдо побелели еще больше. Он встал и направился к указанному креслу под хмурыми взглядами Р'йета Кооме, Ввебилса и других новых членов Совета. Лея царственно опустилась в кресло, кивнув Гно в знак благодарности.

— Поскольку вы собрали совещание, сенатор, — сказала она, — мы можем опустить вступительную часть и выяснить, что же вы посчитали столь срочным.

Мейдо положил двупалые ладони перед собой на столешницу. У него был такой сокрушенный, такой застенчивый вид, что желудок у Леи скрутило в узел.

— Предварительные результаты независимого расследования, — сказал Мейдо.

— Так быстро? — удивилась Ц-Госф. — Наши люди все еще сортируют обломки. Они говорят, что случай сложный, и не хотят делать поспешные выводы, пока не будут иметь на руках все факты.

— Разумная предосторожность, — улыбнулся Мейдо. — Но им не хватает одного кусочка головоломки. — Он наклонился вперед, в упор глядя на Лею. — Где ваш муж?

Ощущение неудобства в желудке усилилось. Ладони похолодели.

— Они с Чубаккой расследуют причину взрыва.

— Но где они?

Как бы ей ни хотелось, уклониться от этого вопроса не удастся.

— Они отправились на Ход Контрабандиста.

— Ход Контрабандиста? — утолки рта Мейдо приподнялись. Немного. Практически незаметно. — Некогда ваш супруг вел дела на Ходе, верно?

— Мы собрались не для того, чтобы обсуждать Хэна, — отрезала Лея.

— Боюсь, что именно для этого, госпожа. Прошу вас, ответьте мне. У вашего супруга были дела на Ходе Контрабандиста?

Ей не нравилось, как все поворачивается. Мейдо великолепно держал себя в руках и опережал ее на несколько шагов.

— Разумеется, у него были дела на Ходе, сенатор. Кажется, именно в то время, когда вы работали на Империю.

Слова повисли в воздухе. Прозвучали они мелочно, да, по сути, таковыми и были. Но Новая Республика не осудила Хэна за занятие контрабандой, как не стала вспоминать о родстве Люка и Леи с Вейдером. Мейдо следовало бы воздержаться от упоминании о прошлом.

— Я просто жил на планете, принадлежащей Империи, — меланхолично отозвался Мейдо. — Я не занимал важной должности. И никогда не был столь известной личностью, как ваш супруг. Удачливый контрабандист, который, похоже, не отказался от прежней профессии.

По спине пробежал холодок. Лея чувствовала, куда заведет их такой разговор. Ей не хотелось идти в том направлении, но она знала. Знала.

— Лучше бы вам чем-нибудь подкрепить свои слова, — еле слышно пробормотала Ц-Госф. — Генерал Соло — герой Республики.

— Все очень просто, — отозвался Мейдо. — Генерал Соло стоит за взрывом в Зале Сената.

Лея ударила ладонями по столу и вскочила.

— Я была в Зале Сената в это время. Вы считаете, что мой собственный муж хотел меня убить?

Гно схватил ее за рукав, но она вырвалась. В комнате было тихо, словно в могиле.

— Вы не слишком серьезно пострадали, госпожа.

— Вы не пострадали вообще, Мейдо. Это теперь преступление?

— Основной удар пришелся на неподвижные платформы. Если он знал, что вы находились на…

— На вашем месте я бы не продолжал, — перебил его Гно. — Генерал Соло пользуется заслуженным уважением. Широко известно, как он любит свою семью. Он рисковал своей жизнью ради Новой Республики чаще, чем кто бы то ни был, за исключением разве что главы государства Леи Органы Соло и ее брата. Подобные игры, может быть, популярны в Империи, но здесь ими не увлекаются. В Совете мы работаем на основе взаимного уважения. Уважения, Мейдо, а не пустых угроз.

Краска почти сошла с лица Мейдо. Белые линии начали сливаться.

— К сожалению, я делаю не пустые обвинения. Я бы хотел, чтобы это было так, но это не так.

Мягкость его голоса завораживала. Лея видела: даже ее сторонники расслабились в своих креслах.

— Вы же сказали, что это лишь предварительный отчет, — сказал Гно. — У вас нет доказательств.

— У меня они есть, — Мейдо смотрел в глаза Леи, радужка его глаз была почти белой. — Мне жаль, госпожа. Мне действительно жаль.

Суть в том, что она ему верила. Она верила, что ему жаль. Наверное, чувствовала его сожаление — то ли с помощью Силы, то ли читала язык его тела. Лея не знала. Она медленно села на место.

Мейдо раздал листки бумаги.

— Мои люди перехватили это сообщение. Я послал его на ваши личные компьютеры, Сможете проверить его достоверность через свои системы.

Лея дрожащими руками взяла записку.

ГРУЗ ДОСТАВЛЕН. ОТМЕННЫЙ ФЕЙЕРВЕРК. СОЛО В КУРСЕ. МОЖЕМ РАССЧИТЫВАТЬ НА ЕГО УЧАСТИЕ.

Ландо. Ландо опять предал их. За прошедшие годы она научилась доверять ему, но всякий раз боялась, что вера ее ненадежна, что в ней завелась червоточина.

Нет, Ландо не предал бы Хэна. Что он сказал? Что ему никогда не расплатиться за предательство. Никогда.

Мейдо получил информацию из другого источника.

— Здесь не говорится, что Хэн связан со взрывом, — сказала она.

— Это сообщение послано с корабля «Пикантная дамочка», как только он покинул наш сектор в день взрыва, — продолжил Мейдо. — «Пикантная дамочка» принадлежит контрабандисту по имени Джаррил, которого видели в компании с Соло в день взрыва. Вскоре после отлета Джаррила Соло также улетел с Корусканта, предположительно, на поиски Джаррила.

Плохо. Еще когда Ландо показал ей сообщение, она поняла, как это плохо. Нужно было еще тогда что-нибудь предпринять, но Ландо заверил ее, что держит все под контролем.

— Это не доказательство, — сказал Гно.

— Это очень подозрительно, -вставил Р'йет Кооме. — Я предложил бы издать приказ об аресте Соло.

— Мы не можем этого сделать, — пролепетала Ц-Госф. — Он герой.

— Он предатель, — возразил Мейдо.

— Он мой муж, — подала голос Лея. — Он никогда не совершил бы ничего, что могло бы повредить мне. Кто-то хочет подставить его, — она крепко сжала руки, чтобы не было видно, что у нее дрожат пальцы. — Что еще?

— У нас только предварительные результаты, госпожа, — голос Мейдо по-прежнему был мягок и полон сожаления. Лея была готова взорваться. Мейдо обвинил ее мужа в убийстве и уничтожении всего; что они создали вместе, а теперь жалел и сочувствовал ей!

— Какие результаты, сенатор? — холодно поинтересовалась она.

— Бомба была не одна. Было заложено несколько отдельных зарядов.

— Это нам известно. Наши исследователи пришли к тому же результату. Есть у вас еще что-нибудь, кроме сообщения, связывающего моего мужа со взрывом?

— Его видели с…

— Так есть или нет?

Гно положил ладонь на плечо Леи. Резким движением принцесса стряхнула его руку.

— Есть у вас свидетельство, что он размещал эти бомбы? Есть у вас свидетельство, что Джаррил вовлечен в это дело? Известно ли вам, сам Джаррил послал это сообщение или это сделал кто-то другой? Можете вы доказать, что все это не заговор против моего мужа, или же кто-то задался целью внести раскол в правительство?

— Лея, — негромко позвал ее Гно.

— Лично мне дело кажется ясным, — сказал Мейдо.

— А мне нет! Сплошные домыслы! Я могла бы сегодня вечером выдумать любое сообщение и послать его, так что все подумают, что это вы заложили бомбы. Раз плюнуть! Нас с моим мужем часто упрекают за странное поведение. Но это — не преступление. Не думаю, что нам следует выносить решение, пока мы не узнаем всей правды.

— Лея…

— Что еще? — она так резко повернулась к Гно, что прическа развалилась, и волосы рассыпались по плечам.

— В этом вопросе ты не можешь быть объективна.

— Объективна? — гнев сотрясал ее. — Этот человек, этот бывший имперец только что обвинил моего мужа в предательстве, а я должна быть объективна?

— Да, — кивнул Гно. — Должна. Ты возглавляешь правительство. Ты должна быть спокойна.

— Спокойна? Спокойна?! Сейчас не время для спокойствия, Гно! Сейчас сложилась именно та ситуация, которой мы боялись, когда пустили имперцев в Сенат. Они сталкивают нас друг с другом. Ты что, этого не замечаешь?

— Лея…

Лицо Мейдо стало абсолютно белым, только вокруг рта и глаз змеились алые тонкие линии.

— Мне очень жаль, госпожа.

— Я не приму от вас извинений. Как вы смеете…

— Он смеет, потому что поступает верно, — крошка Ц-Госф обвила мягкой, нежной лапкой плечи Леи. — Лучше он обсудит свои сомнения здесь, во Внутреннем Совете, чем с другими сенаторами. Самое лучшее, что мы можем сделать, так это остановить слухи, прежде чем они расползутся по Корусканту. Потому что, если это произойдет, генерал Соло так и останется под подозрением, даже если мы позже признаем его невиновным.

Все ее сторонники переметнулись к Мейдо.

— Мне очень жаль, госпожа, — повторил тот.

— Хэн не связан со взрывом, — отрезала бывшая принцесса.

— Лея, — окликнул ее Гно. — Я думаю, тебе не следует принимать участия в дискуссии. Никто из нас не может быть объективным, когда дело касается наших любимых. Старания тут напрасны.

Ее сердце тяжело билось.

— Вы верите Мейдо. Вы верите ему.

— Я верю, что нам нужно расследование, — Гно отвернулся. — Мне очень жаль. Но обвинение слишком серьезное.

Она обвела взглядом зал. Знакомые лица, только троих выбрали после взрыва. Мейдо, Р'йет и Ввебилс смотрели на нее настороженно. У друзей на лицах было написано сочувствие. Даже те, кто обычно находился в оппозиции, сейчас жалели ее.

— Вот так, значит? — спросила она, — Одно обвинение, и хороший человек объявлен виновным в преступлении, которого не совершал? Это не доказательство, а даже если бы было им, вы все знаете Хэна. Вы знаете, он просто не способен на подобное.

— Лея, прошу тебя, не усложняй ситуацию, — попросил Гно.

— Чего вы хотите от меня, сенатор? — зло спросила Лея. — Чтобы я подала в отставку?

— Нет, — Гно как будто не заметил, что она воспользовалась официальным титулом. — Я хочу, чтобы вы воздерживались от участия в любых процедурах, касающихся Хэна Соло.

— А если я не могу?

Гно отвернулся. Ц-Госф чуть-чуть сжала Лею в объятиях, а потом отпустила ее.

— Хорошенько все обдумайте, — прошептала она. — Мы встретимся утром. Тогда новости для вас не будут такими шокирующими.

— Они меня и сейчас не шокируют, — Лея поднялась со своего места. — Меня шокирует ваша готовность поверить в них.

— Прошу прощения, госпожа, — теперь у Мейдо был совсем другой тон. — Кто бы ни установил бомбу, он имел доступ в Зал. Такой доступ имеют очень немногие. Мы доверяли тому, кто установил бомбу. Это единственный вывод. Когда вы успокоитесь, вы согласитесь со мной.

Ей понадобилось вспомнить все, чему ее обучали в детстве, чтобы величественно посмотреть сверху вниз на Мейдо. Хорошо, что сенатор сидел, иначе у нее ничего бы не вышло.

— Мне было восемнадцать лет, я стояла рядом с Гранд Моффом Таркином, когда он отдавал приказ уничтожить Алдераан. Один выстрел Звезды Смерти. До того мгновения я считала, что невозможно в одно мгновение уничтожить целую планету. Так что не надо рассказывать мнео правде, Мейдо. Я обладаю Силой. Если бы мой муж собирался предать меня или Республику, я бы первая узнала об этом. Еще раньше об этом узнал бы мой брат. Но нам все еще неизвестно, что произошло в Зале Сената в тот день. А пока мы не знаем, то не можем быть уверены, было ли это испытание нового оружия или нас предал друг. Если бы я была на вашем месте, я перестала бы выдвигать необоснованные обвинения. Это только нас перессорит. А сейчас более чем когда-либо нам нужно единство.

Она обвела взглядом комнату. Борск Фей'лиа откинулся на спинку стула, глаза его сияли. Гарм Бел Иблис смотрел в сторону. Чофе изучал свои руки. Усики Ц-Госф подрагивали, она не ответила на взгляд Леи. Только Гно улыбался ей.

Они не сделают больше того, что уже сделали. Она может рассчитывать, что они тщательно рассмотрят улики, не больше.

Лея кивнула. Один раз.

— Заседание откладывается до завтрашнего дня. До тех пор, — сказала она, — я жду ответов. Не обвинений. Конкретной информации. Всем ясно?

Лея не дала им шанса ответить. Молча повернулась и вышла, из последних сил держась прямо и гордо. Но как только оказалась одна, то позволила дрогнуть плечам.

Началось. Союз, который Лея ценила превыше всего, кроме своей семьи, разваливался. Как она и предсказывала.

* * *

Пока «Госпожа удача» шла на посадку на Скачок-1, Ландо сканировал посадочное поле в поисках «Тысячелетнего сокола». Корабль Хэна можно было отличить даже в толпе кореллианских легких фрахтовиков той же модели. Ландо не увидел ни одного.

Проклятье, Хэн! Как на тебя похоже взять и улететь в тот самый миг, когда Ландо отважился на героический поступок. Но иначе Хэна не выследишь.

Ландо надеялся, что с Соло все в порядке.

«Госпожа удача» плюхнулась на поверхность. Без дистанционного управления, полагаясь лишь на дряхлую установку захвата, Ландо рисковал разбить корабль. Калриссиан проклял все на свете и с трудом воздержался от желания пробежаться в поисках повреждений.

Когда его птичка выровнялась, Ландо прошел к грузовому люку и открыл его изнутри.

Снаружи, подперев рукой крутое бедро, стояла Синюшка Ана Синь. В коротких штанишках и туго обтягивающей прелести рубашке она выглядела великолепно, чуть-чуть старше, чем он ее помнил, но не слишком умнее. Ландо ухмыльнулся. Он никогда не мог устоять перед Синь.

— Самый потрясающий грузовой манифест, какой мне доводилось видеть, — сказала она. — Определенно, ты не слишком утруждал себя делами с тех пор, как улетел отсюда.

— У меня нет времени на треп, Синь, — откликнулся Калриссиан. — Мне нужно подлатать малышку и убираться отсюда, пока Нандриесон не обнаружил, что я здесь.

— Боюсь, уже поздно, — сообщила Синюшка. — Нандриесон отслеживает все полеты в этом секторе. Лучше понадейся на то, что он будет занят чем-нибудь поважнее тебя.

— Да ладно, выбора-то у меня все равно нет. Большинство систем накрылось. Мне нужен ремонт.

Синь качнула головой.

— С таким манифестом ты здесь ничего не починишь. У тебя нет ничего ценного. Что в трюме?

— Пусто. Я надолго выбыл из дела.

Синюшка хмыкнула:

— Это верно. Ты у нас теперь уважаешь закон. В точности, как Соло. Так что не крути, Ландо. Ты здесь, чтобы встретиться со своим старым другом?

— Я здесь, потому что «Госпоже» нужен ремонт. А почему ты спрашиваешь о Хэне?

— Потому что он и его мохнатый дружок появились у нас несколько дней назад. Мы все решили, что и ты не заставишь себя долго ждать.

— Ас тех пор, как Соло отверг ее, она жаждет его крови, — Малыш ДКсо'лн сунул в проем лысеющую голову. — Как делишки, Калриссиан?

— То так, то сяк.

— Ага, я слышал про шахты на Беспине. Законопослушность иногда окупается. Верно?

— Империя отобрала, — фыркнул Ландо. Он нырнул под наполовину открытый люк и остановился. На базе находилось дюжины две парней, и все они целились в него из бластеров. Ландо задрал бровь.

— Да, ребята, вы знаете, как поприветствовать старых друзей.

— Ты — не друг, Калриссиан, — сказал Зиен Афит. Он стоял возле трапа. — Ты шпион.

— И кто меня послал?

— Тот, кто заплатил больше остальных, — пожал плечами Малыш.

— Не обвиняй его, если нет доказательств, — Синюшка вдруг решила взять противоположную сторону.

— Я просто хочу починить «Госпожу»…

Оправдание не особо убедительное даже для него.

— М-да? — хмыкнул Зиен. — Тебе известно, как здесь делаются дела. У тебя не хватит груза, чтобы оплатить дерьмо банты, я уж не говорю о ремонте.

— Я знаю. Но у меня есть деньги.

— Так что ж ты молчал? — поинтересовался кто-то.

— Потому что в свое время предложить деньги на Ходе означало расписаться в том, что ты чужак.

Синь поднялась по трапу и обняла Ландо.

— Сейчас тоже, — сказала она. — Не дай им себя запугать.

— Не дам, — пообещал он. — Но мне все еще хочется знать, починят меня здесь или нет?

— Это тебе будет стоить, — Зиен почесал в затылке, — десять тысяч кредиток.

— Десять тысяч? — Ландо прижал Синюшку к себе покрепче. — Ты же еще не знаешь, в чем там дело.

— А мне и не требуется. Я так понимаю, что ты хочешь, чтобы к кораблю не сунулись парни Нандриесона. Десять тысяч — это только за защиту.

Ландо фыркнул.

— Как будто ты можешь защитить меня от Нандриесона! Сколько его прихвостней целятся в меня сейчас?

— Ни одного, — в разговор вновь вступил Малыш. — Нандриесон сидит на Скачке-6. Сюда мы его не пускаем.

— Верно, — согласился Ландо. — А все твои мальчики работают задаром.

— Ландо, времена изменились…

— Не настолько. Не держи меня за дурака лишь потому, что я здесь долго не был. У меня проблемы с кораблем, иначе бы я сейчас не стоял перед вами. Так что найдите мне лучшего механика в округе, а свой корабль я буду охранять сам.

— И сколько ты собираешься заплатить?

— Ровно столько, сколько будет стоить самый быстрый и качественный ремонт, — сказал Ландо и посмотрел на Синь. Похоже, его слова ее убедили, в остальных он не был столь уверен. — Так что ты там говорила про Соло?

— Ты же знаешь, что он здесь.

— Что-то я не вижу «Сокола».

— Не знала, что ты его высматривал.

— А как Хэн еще мог попасть сюда?

— Ландо, перестань разыгрывать идиота.

— Я не разыгрываю. Хочешь сама проверить «Госпожу»? Я давно не разговаривал с Хэном. Я пытаюсь провернуть законную сделку с рудниками на Кессле, — Ландо отодвинулся от Синюшки и оправил плащ. — Но если Хэн здесь, я бы хотел увидеться с ним. Чуи знает о «Госпоже» примерно столько же, сколько о «Соколе». Он может помочь с ремонтом, а мне не придется платить.

Синь мгновение не отрывала от него пристального взгляда своих волшебных глаз. Затем неторопливо и соблазнительно улыбнулась.

— Ты всегда был для меня загадкой, Ландо. Мне нравится это в мужчинах.

— Тебе все нравится в мужчинах, — сказал за ее спиной Зиен. — Только не верь его байкам о Соло. Ландо прилетел за ним. Что-то здесь не так.

Ландо покачал головой.

— Зиен, я не собираюсь разубеждать тебя, но хоть Синь верит мне. Просто отведи меня к Хэну, и я оставлю вас в покое.

Но тот продолжал перекрывать путь, а бластер по-прежнему был направлен Ландо в грудь.

— Ты никуда не пойдешь, Калриссиан. Тебя ищет Нандриесон, и ты не был на Ходе почти двадцать лет. Так что ты здесь чужой. А мы чужаков не любим.

У Ландо пересохло во рту.

— Мне не нравится, когда на меня направляют оружие, Зиен. Ты не хочешь его опустить?

— Не слишком, Калриссиан.

— Опусти бластер, Зиен, — вмешалась Синюшка. — Он под моей опекой.

— Замечательно. Тогда сиди вместе с ним на его драгоценном корыте. А мы все вместе подождем возвращения Соло. А потом Калриссиан оставит нас всех в покое.

— Почему ты так боишься меня, Зиен? — спросил Ландо.

— Просто мне не нужны здесь парни Нандриесона.

— Поздно, — сказал тот же голос, который раньше спрашивал про деньги.

Вперед вышел рек. Его худое, похожее на плеть тело трудно было заметить в толпе, но оранжевые глаза напоминали бортовые огни фрахтовика. В худых, точно прутики, руках рек держал бластер. И целился. Разумеется, в Ландо.

— Ты пойдешь с нами, Калриссиан. Нандриесон будет в восторге, увидев тебя.

От дальней стены отлепился еще один рек. За ним еще один, и еще, и еще. Они все прибывали, пока их не набралось штук тридцать. Они окружили контрабандистов.

— Просто в экстазе, — сказал первый рек. — Ты стоишь два миллиона.

— Ух ты! — восхитилась Синь. — Если бы я знала точную цифру, я бы сама тебя сдала!

Сумма потрясла даже Ландо.

— В последний раз было всего пятьдесят тысяч…

— Не сопротивляйся, — сказал первый рек, — и я не трону корабль.

— Мне-то что с того? Мертвым мне на нем не летать.

Ландо потянулся за бластером, но вокруг его запястья что-то обвилось. Он посмотрел: его держал еще один рек. Узкая пасть распахнулась в подобии улыбки. Судя по пурпурным глазам, эта особь была женского пола.

— Я бы на твоем месте не пыталась, здоровяк, — сообщила она. — За мертвого Нандриесон платит лишь миллион.

— Хорошо, — Ландо обращался к Синюшке, своей единственной надежде. — Хватит вранья. Я прилетел найти Хэна. У него неприятности.

— Я бы сказала, — промурлыкала рек, — что он присоединится к нам на Скачке-6. Я уверена, вы оба будете счастливы.

Синь сделала шаг в сторону, подняв руки.

— Прости, Ландо. Но в дела Нандриесона я не вмешиваюсь.

— Ну, вы и друзья…

— Я никогда не говорила, что мы друзья, — отозвалась Синюшка. — Просто группа заинтересованных. Не следовало тебе прилетать сюда, Ландо.

— Как будто я этого не знаю, — сказал он.

23

Четыре новых языка за последний день. Си-ЗПиО сидел в компьютерной дома Соло. С тех пор как уехали дети, у него появилась масса свободного времени, которое он тратил на пополнение словарного запаса. Два языка принадлежали народам недавно открытых планет, еще два были новыми разработками для роботов. Что составляло восемнадцать новых языков программирования за последнюю неделю или два целых пятьсот семьдесят одна тысячная языка в день. Длинный период после третьего знака Си-ЗПиО решил не учитывать.

Компьютерная располагалась рядом с детской. Си-ЗПиО сидел в кресле, потому что Йайна однажды настояла на этом. Анакин оклеил стены зала портретами героев Старой Республики. Си-ЗПиО попросил их убрать, но мальчик каждый раз забывал это сделать. Слово «забывал» в данном случае означало, что он не хотел.

В углу экрана мигала небольшая иконка в виде крохотного астродроида серии Р2. Си-ЗПиО нажал золотистым пальцем клавишу, и иконка заполнила весь экран. Он поспешно ткнул в другую — значок превратился в слова:

ПОМОГИТЕ

ПОМОГИТЕ

ПОМОГИТЕ

К букве "е" было прицеплено кодированное сообщение. Робот-секретарь вскрыл код: побежала строка, написанная в двоичном коде. От Р2Д2. Он находился в ангаре с кем-то по имени Коул Фардример, и их обоих обвиняли в саботаже. Послание было новым и повторялось снова и снова.

Си-ЗПиО нажал еще две клавиши. Астродроид оставался на связи, но едва Си-ЗПиО начал набивать ответ, как экран погас.

Р2Д2 отключился.

* * *

Он не уставал изумляться, с какой скоростью исчезали со счета деньги. Куэллер сидел за рабочим столом. Шторы были раскрыты, чтобы можно было видеть городские огни. Башни дже'хар казались черными кляксами на звездном небе. Пустота. Руины. Символ власти Куэллера.

Но власть подпитывается богатством. Придется разграбить Пидир и распродать добычу. Его агенты уже рассылали самым крупным коллекционерам Галактики образцы. Если бы он сумел оптом сбыть дома Пидира, другой партией — все драгоценности, третьей — одежду и личные вещи, тогда ему хватит кредиток начать следующую фазу операции.

Фаза номер один была окончена. Вторая продвигалась к логическому завершению.

Он откинулся на спинку кресла. На столе возле небольшого монитора лежали его перчатки. В искусственном освещении руки Куэллера выглядели слишком бледными. Руки совсем молодого человека, но никак не самого могущественного человека в Галактике.

Пока еще нет.

Но скоро. Очень скоро.

Негромкий звонок, личный канал. Куэллер дотронулся до экрана, и как будто в ответ появилось лицо Бракисса. Светлые волосы его были взъерошены, в глазах остывала мука. Значит, Бракисс уже повстречался со Скайуокером. Куэллер видел все признаки.

— Итак, — заговорил Куэллер, прежде чем Бракисс успел открыть рот, — он поселил сомнение в твоей израненной душе.

Бракисс вздрогнул. Если искушению Скайуокера поддался Бракисс, любивший Империю всем своим извращенным сердцем, значит, Скайуокер сможет убедить кого угодно. Куэллер сделал правильный выбор: уничтожение Скайуокера и всех, кто верит в него, станет его следующим шагом. Без этого Куэллеру не осуществить своих планов.

— Теперь он твой хозяин, Бракисс? — спросил Куэллер.

— Нет! — тот даже попятился от экрана. Меньше стало изображение, Бракисс будто съежился.

— Тогда кто сейчас твой хозяин, Бракисс?

— Никто.

Его губы сжались в тонкую линию, взгляд был полон ужаса и печали.

— На этот раз я хочу выйти из игры, Куэллер. С меня хватит.

Куэллер позволил маске смерти чуть-чуть улыбнуться, несмотря на то, что сам чувствовал гнев.

— Что с тобой сделал Скайуокер?

— Ничего.

— Тогда отчего я наблюдаю внезапную потерю веры?

— Не внезапную. Ты не дашь мне убить его.

— Хотя ты и пытался.

Бракисс снова вздрогнул.

Куэллер нагнулся к самому монитору, зная, что маска смерти сейчас заполняет экран.

— Ты попробовал и не смог, а Скайуокер благодаря доброте его джедайской души оставил тебя в живых. И теперь ты так благодарен своему бывшему учителю, что не знаешь, а может ли кто-то его победить. И ты не уверен, а нужно ли побеждать его. Я прав, Бракисс?

— Ненавижу Скайуокера, — пробормотал собеседник.

Куэллер покачал головой.

— Нет, ты ненавидишь не Скайуокера. Ты ненавидишь то, что он заставляет тебя чувствовать. Ты ненавидишь себя, Бракисс. Ты ненавидишь то, чем ты стал.

— Он говорит, что я могу вернуться. Говорит, что могу бросить Темную сторону. Говорит, что Вейдер сумел.

— Разумеется, Вейдер сумел, — голос Куэллера был тих и мягок, но рвал на части в наказание за одно то, что Бракисс стал слушать Скайуокера. — Он умирал. Рядом с ним был Скайуокер. Император погиб. У Вейдера ничего не осталось, ни сил, ни надежды. Вот он и принял предложение Скайуокера. У него не было выбора.

— Скайуокер сказал, что был.

— Скайуокер пытался взять тебя под контроль. И ему удалось это, Бракисс?

Бракисс скрестил на груди руки.

— Не можешь сказать?

Куэллер улыбнулся. Хорошо, что не пришлось использовать голографический проектор, тогда бы его небольшая фигурка едва ли смогла кого испугать. На экране он казался больше, могущественнее, а сейчас ему требовалось быть сильным.

— Я думаю, что Скайуокер мог бы вернуть тебя, если бы захотел. Но он не сделал этого. Ты ему не нужен. Ты для него — ничто. Об тебя даже руки пачкать не стоит.

Бракисс снова дернулся. Значит, он все-таки открылся; Скайуокер мог с легкостью убить его, но добродетель не позволила.

— Скайуокеру нужен я, — сказал Куэллер. — Он знает: чтобы укрепить свою власть, он должен победить меня.

— Он даже не подозревает о твоем существовании, — отозвался Бракисс. В его голосе прозвучал вызов. Ровно столько, чтобы считать его все еще полезным.

— О, он знает. Ты ведь послал его ко мне, верно?

— Я предупредил его держаться от тебя подальше…

Он еще произносил эти слова, когда понял, что сказал больше, чем собирался.

— Вот и хорошо. Теперь он тем более захочет познакомиться. Ты молодец, Бракисс. Хорошо поработал.

— Хорошо? — ошеломленно повторил тот.

— Да. Ты выполнил задание даже лучше, чем я предполагал.

— Зн… значит, я могу остаться здесь? — он заикался, точно ребенок.

Он любил тот заводик. Ему было там хорошо. Спокойно. Куэллер находил это очень полезным.

— Ты, правда, этого хочешь?

Бракисс кивнул, как будто боялся отказа.

— Тогда ты, конечно, можешь остаться, Бракисс. Ты хорошо служил мне.

— И больше ты сюда никого не пошлешь?

Куэллер вновь улыбался.

— Не будет нужды. Телти отныне твоя, Бракисс. Я по-прежнему буду финансировать этот завод — для тебя. А ты будешь продолжать на нем работу — для меня. И мы никогда больше не будем обсуждать ни Скайуокера, ни академию, ни Явин. Ты ведь этого хочешь?

— Я хочу, чтобы Скайуокер не приближался ко мне.

— Ты будешь в полном одиночестве. Твои способности направлять Силу потихоньку иссякнут, но это будет твоя потеря, Бракисс, не моя. Для меня ты теперь бесполезен.

— А Скайуокер?

Какое же впечатление произвел на него его бывший учитель, что Бракисс никак не успокоится? Слишком сильное впечатление, чтобы Куэллер не встревожился.

— Им теперь займусь я, — сказал Куэллер. — Вскоре он никого вообще не сможет побеспокоить.

24

Глотталфиб улыбнулся Хэну в лицо. Между длинными желтоватыми зубами вытянулась струйка дыма, жгутиком поднялась к потолку каюты.

— Что ж, генерал Соло, — сказал глотталфиб. — Мы снова встретились.

Хэну пришлось хорошенько поднапрячься, чтобы припомнить имя.

— Ты в меньшинстве, Ииснер.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27