Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мир чародеев

ModernLib.Net / Фэнтези / Нортон Андрэ / Мир чародеев - Чтение (стр. 2)
Автор: Нортон Андрэ
Жанр: Фэнтези

 

 


Крэйк все еще держал лошадей в панике, подстегивая их мысленными ударами. Человек, держащий девушку за волосы, взмахнул ножом, но в этот самый момент она дернулась, освободившись от невидимых уз, связывающих ее. Нож прошел в стороне от ее головы, не задев даже волос, а в следующий момент она выхватила нож из руки, державшей его, и всадила в грудь стражнику.

Один из Черных Капюшонов упал и был тут же затоптан обезумевшими животными. Вдруг из того места, где он упал, полыхнуло пламя, разбившееся на шары, которые медленно полетели или покатились по земле.

Эспер облизнул губы: ситуация вышла из-под контроля. Он больше не подстегивал животных — они действительно обезумели от всего происходящего. Девушка вскочила на ноги и, прежде чем он успел послать мысль, прыгнула в стену тумана, оставляя после себя нечто вроде туннеля.

Одна из лошадей кинулась прямо из Крэйка. Он уклонился от копыт и схватившись за гриву, вскочил в седло. Он не стал успокаивать лошадь по двум причинам: во-первых, она все равно скакала в нужном направлении и, во-вторых, Черные Капюшоны могли обратить внимание на контролируемую лошадь. Они уже оправились от растерянности, и Крэйк сконцентрировался на защите от них.

Он описал полукруг вокруг поляны и, напав на след девушки, поскакал в том же направлении. Лошадь почти успокоилась и лишь пару раз пыталась встать на дыбы, но всадник держался крепко.

Деревья стали редеть, и теперь под ногами шуршал песок. Видимо, они направлялись к реке, хотя из-за тумана Крэйку не было ничего видно. Затем удача покинула его.

То, что он в тумане принял за скалу, вдруг разинуло пасть и страшно заревело. Это был громадный медведь, никак не меньше семи футов ростом. Лошадь Крэйка поднялась на дыбы и развернулась. Крэйк попытался взять медведя под контроль, но нескольких секунд замешательства вполне хватило медведю. Он бросился вперед и его лапа с огромными когтями прошлась сначала по бедру Крэйка, а потом по крупу его лошади. Та, обезумев от боли, рванулась вперед.

Долго ли удавалось ему удерживаться на лошади, Крэйк не помнил. Последнее, что почувствовал — это боль от удара об землю, а затем — темнота.

Когда он очнулся, уже наступили сумерки. Крэйк попытался приподняться, несмотря на боль, как вдруг заметил притаившуюся фигуру, освещенную серебристым светом луны. Борясь с головокружением, Крэйк попытался войти в контакт.

Волк был голоден, но пока он только осторожно рассматривал распростертое тело. Крэйк попытался мысленно отпихнуть волка, но головокружение и боль во всем теле мешали ему. Однако волку это не понравилось. Он понюхал воздух, его уши встали торчком и он прыгнул в кусты — должно быть почуял другую, менее беспокойную добычу.

Крэйк прислушался. Совсем недалеко журчала вода. Вода! Крэйк провел языком, напоминающим наждак, по пересохшим губам. Он сможет напиться и промыть раны!

Со стоном он приподнялся и, волоча раненую ногу, добрался до спасительной воды. Напившись, он отполз в кусты и пролежал там до восхода солнца.

Когда стало светло он попытался найти убежище, в котором смог бы отлежаться, пока не зажили бы раны, и попробовал установить мысленный контакт с девушкой, но все попытки были тщетными. Зато он обнаружил след Черных Капюшонов.

Была середина утра второго дня после того, как его ранил медведь, когда он увидел речные башни, и еще час ему понадобился, чтобы добраться до террасы.

Когда он, ободранный и голодный, наконец, добрался до своей башни, ему ничего не хотелось сильнее, чем упасть на кучу травы и больше не заставлять двигаться измученное тело.

Без сомнения, он так бы и поступил, если бы не щелкающие звуки, раздавшиеся со стороны реки, которые заставили его приготовиться к обороне. Но это были не Черные Капюшоны, а всего лишь фермеры, направляющиеся в Сампур на рынок. Они везли с собой продукты на продажу. Крэйк понял, что они остановились, чтобы принести жертву демону башни.

Сначала Крэйк хотел дождаться, пока они уедут, но потом он прочитал в их мозгах нечто такое, что резко переменило его планы. Эти фермеры решили схитрить и принести в жертву лишь сгнившие фрукты. Крэйк заревел так, что сделал бы честь любому медведю. Гребцы от неожиданности едва не выпустили из рук весла, а потом один из них выкинул на берег целую оленью ногу, а другой добавил корзину лепешек.

— Достаточно, жалкие людишки, — голос Крэйка гулко отдавался в пустотах кладки и мало походил на человеческий. — Вы можете проплыть.

В повторении приглашения они не нуждались: еще не успело затихнуть эхо, как гребцы ударили веслами по воде, помогая и без того быстрому течению.

Крэйк мысленно пожелал им доброго плавания, с трудом сполз вниз и с еще большим трудом забрался наверх, но уже с мясом и лепешками.

Заднюю ногу оленя он порезал на полоски своим складным ножом. В других обстоятельствах мясо без соли, да еще вдобавок и сырое, вряд ли соблазнило бы его, но сейчас ему казалось, что вкуснее этого он ничего не ел. Наевшись, он улегся, вытянув больную ногу так, чтобы она поменьше его беспокоила и опять, в который уже раз, задумался о структуре страны, в которой он оказался. Сила эсперов здесь использовалась повсеместно, и это было хорошо, но было кое-что, заставляющее колебаться чашки весов, на которых он оценивал здешний мир. Если он найдет девушку, то сможет спросить у нее…

Тут он снова послал мысль на поиски девушки, но опять ничего не добился.

Ему захотелось пить, но от мысли, что снова придется спускаться вниз и, что, еще хуже, взбираться обратно наверх, ему едва не стало дурно. Поэтому он закрыл глаза и попытался уснуть.

5

О последующих часах у Крэйка остались очень смутные воспоминания. Видел ли он демона в дверном проеме? Облизывающегося волка? Красного медведя? Он не помнил. Он помнил, что он видел девушку. Она сидела, скрестив ноги, как и на плато. Распущенные волосы окутывали ее, как плащ. Иллюзии?

Но могла ли иллюзия подойти к нему и дотронуться холодными пальцами до его лба, успокаивая боль, огнем горевшую в его теле? Могла ли иллюзия уложить его поудобнее на импровизированную постель, причем волосы этой иллюзии, коснувшиеся его, были такими, что напомнили ему ласковую воду ручья, в котором он купался в детстве? Могла ли иллюзия напевать сама себе, расчесывая свои волосы гребнем из рыбьих костей, причем колыбельная так глубоко усыпила его, что он не видел больше никаких снов? Когда же Крэйк проснулся, его голова была ясной. Но иллюзия тем не менее осталась. Она стояла на пороге с корзинкой фруктов в руках. В течение некоторого времени иллюзия внимательно изучала его. Затем он попытался установить мысленный контакт, но наткнулся на стену.

Ее волосы сейчас были скручены в узел, а вокруг тела был обернут кусок материи, скрывающий ее женственность.

— Итак, — заключил он, — ты реальна.

Она не улыбнулась.

— Я реальна. Ты больше не бредишь.

— Кто ты? — он задал первый вопрос из тех, которые накопились у него за эти дни.

— Меня зовут Такия, — сказала она так, как будто это что-нибудь объясняло.

— И ты колдунья, — полуутверждающе, полувопросительно сказал Крэйк.

— Я обладаю Силой, — поправила его девушка.

Она уселась в свою любимую позу — скрестив ноги, и стала перебирать фрукты, осматривая их с вниманием домашней хозяйки, которая хочет купить получше, но имеет ограниченные средства. В конце концов она выбрала один из них и подала Крэйку, — внешне он был похож на сливу, да и по вкусу тоже. Если бы она убрала свой барьер и дала бы возможность связаться с ней тем путем, который был глубже и ярче, чем речь!

— Ты тоже обладаешь Силой, — заметила она.

Крэйк решил, что будет не более многословен, чем она, и поэтому промолчал.

— И ты не был рогат.

— Так, как ты — нет. Но в своем мире — да.

— Твоем мире? — ее глаза стали похожи на глаза охотящейся кошки. — Что это за мир, и почему ты в нем был рогат?

Крэйк начал рассказывать ей свою историю, особенное внимание он уделил недавним дням. Девушка завороженно слушала.

— Твоя Сила была настолько могуча, что разрушила стену между мирами.

— Стену между мирами?

— Мы — те, кто обладает Силой, — давно знаем, что различные миры могут лежать почти в одной точке. Иногда эти миры оказываются так близко, что человек, Сила которого обострена отчаянием, может пробить эту стену. Разве в вашем мире не известны случаи, когда люди исчезали подобным образом?

Припомнив старые истории, Крэйк кивнул.

— Я предполагала что-то вроде этого. Ты разбил волю Черных Капюшонов, когда я бежала от них в виде животного. Когда я создала змею, ты превратил ее в лисицу. И когда Черные Капюшоны лишили меня моей Силы, ты снова спас мне жизнь. Ты не мог бы этого сделать, если бы ты был рожден в этом мире — ведь наша Сила подчиняется определенным законам. Ты же нарушаешь эти законы и действуешь им вопреки. Ты можешь даже пройти через наши символы.

— Символы? Те символы, которые ты рисовала на плато?

— Да.

— Такия, расскажи мне о своем мире. Кто такие Черные Капюшоны и почему ты не с ними, если ты обладаешь Силой?

Такия не ответила. Но она и не сняла барьер, как он надеялся. Она стала играть своими черными длинными волосами, все быстрее и быстрее. Скоро Крэйк уже не видел ни белых пальцев, ни черных волос — вместо них появились картинки, которые Такия решила показать ему.

Сначала он увидел обширную, большей частью пустынную страну. Те сведения, которые он получил от Калуфа и его торговцев, сейчас предстали перед ним яркими картинами жизни. Небольшие владения здесь и там, управляемые мелкими лордами.

Он видел переселяющиеся группы, целые народы, едущие в огромных повозках, которые гнали перед собой стада. Они останавливались, чтобы посеять и собрать урожай, а потом двигаться дальше, к намеченной цели.

Он видел небольшие города-государства, находящиеся под покровительством Черных Капюшонов — эсперов, которые поощряли смешивание различных рас, но не разрешали этого своим детям.

Такия и ее брат родились в обычной семье — такое случалось, правда, очень редко. Сначала Черные Капюшоны следили за ними, чтобы, когда они вырастут, использовать в своих экспериментах. Потом они бежали, скрывались, а затем их поймали.

И конец, который им был уготован, был гораздо хуже, чем просто смерть. Она показала несколько картин, чтобы Крэйк получил представление.

— Значит, Черные Капюшоны — это зло?

— Не всегда и не для всех, — ответила Такия, прекратив играть волосами. — Они делают много хорошего и без них людям жилось бы хуже. Но я

— другая, и, когда я выйду замуж, мои дети тоже будут другие. Чем мы отличаемся, мы не знаем, но Черные Капюшоны не любят никаких изменений.

— Что ты собираешься делать? — спросил Крэйк.

Она не ответила на его вопрос.

— Это сильное место, — сказала она. — Это ты очистил его?

Крэйк кивнул.

— Так я и думала. Это еще одна вещь, которую не смог бы сделать человек из нашего мира. Те, кто сделал это, еще не знают, что ты все очистил, так что с их стороны нам пока ничего не грозит.

Крэйк нашел ее благодушие раздражающим. Валяться на куче травы и жить на подачки речных путешественников ему совсем не улыбалось.

— Эти камни были сложены раньше, чем был построен Сампур. Это здание может послужить нам неплохой крепостью. А если еще отремонтировать крышу, то мы будем иметь такой замок, за который любой местный лорд отдал бы все, что у него есть.

— И кто же будет ремонтировать? Мы вдвоем? — саркастически заметил Крэйк.

— Да, мы вдвоем, если работать таким образом…

Кусок камня, размером с кирпич, выпавший из подоконника одного из узких окон, медленно поднялся в воздух и, покачиваясь, полетел к окну. Иллюзия или реальность? Крэйк вскочил на ноги и схватил камень, к тому времени уже лежащий на подоконнике. Он взвесил его в руке и положил обратно. Это была не иллюзия.

— Но иллюзия тоже — если понадобится! — впервые в ее голосе прозвучала теплая нотка веселья. — Посмотри на свой замок, речной лорд!

Крэйк посмотрел в сторону двери. Снаружи было тепло и солнечно, но тем не менее, это была картина руин. Затем все изменилось. Исчезли связки гниющих трав, и все упавшие камни были на своих местах. Человек с каменным лицом внимательно оглядывал окрестности. Другой охранник держал оседланную лошадь. Крэйк улыбнулся. Часовой был одет в форму Полиции Безопасности и держал в руке газовое ружье. Лошадь исчезла, а на ее месте появился спидер. Он услышал вздох удивления.

— Твоя гвардия, твоя машина. Но какая она мрачная и уродливая! Это лучше!

Охрана и спидер исчезли. Крэйк увидел танцующие в воздухе создания, излучающие такую радость жизни, какой он никогда не знал.

Маленькие фигурки людей были такими прелестными, что он подавил вздох разочарования и отвернулся.

— Иллюзии, — сказал он горько.

— Да, иллюзии, — отозвалась она. — Но такие игры утомляют. Нам необходимо отдохнуть.

«Раны больше не причиняют боли, но шрамы останутся на всю жизнь», — подумал Крэйк.

Он лег на свою травяную постель и задумался над теми картинами, которые Такия показала ему.


Такия пробормотала, что скоро придет, и исчезла. Крэйку уже до смерти надоело сидеть внутри замка, и он, дождавшись, когда Такия скрылась из виду, с помощью палки вскарабкался на мост. С этого места другая башня выглядела точно также. Была ли в ней та же охрана, Крэйк не знал.

Он обернулся и посмотрел на свою башню. Такия права — несколько иллюзорных часовых отобьют у незванных гостей охоту к вторжению.

Вступление Такии на пост домашней хозяйки изменило положение на скале жертвоприношений. Все гниющие остатки были убраны, и теперь, к большому удовольствию Крэйка, никакого запаха не было и в помине. Крэйк не очень огорчился от того, что этот источник пищи, скорее всего, теперь иссякнет — вверх по реке было не очень много путешественников.

Но тут чувства эспера уверили его в обратном — он почувствовал чужаков за верхним изгибом реки. Но это были не крестьяне, направляющиеся на рынок в Сампур. Страх, боль, гнев — вот какие эмоции чувствовал Крэйк. Их было трое, и один из них чувствовал боль. Они не были эсперами, и не служили Черными Капюшонами, хотя являлись, или, по крайней мере, раньше были, воинами.

Трудное путешествие через горы, где они потеряли своих товарищей, поиски этой реки, украденный челнок, которым они сейчас так искусно управляли — все это было открыто Крэйку.

Под всем этим лежало нечто, заставившее Крэйка тут же поверить, что он сможет найти с этими людьми общий язык — глубокая ненависть к Черным Капюшонам. Все они были вне закона и близки к отчаянию, но сдаваться они не собирались.

Крэйк осторожно вступил с ними в контакт. Эти люди и не подозревали, что направляются в ловушку эспера. Он начал вселять в них небольшую надежду, предположение, что за поворотом они найдут безопасное место для лагеря. Это было все, что он мог сделать в настоящий момент, но это зацепило их.

— Нет! — безжалостный приказ разорвал нить контакта. Но Крэйк не отступил: «Да, да, да!»

Крэйк убрал иллюзорную охрану, оставленную Такией — сейчас она была ему не нужна. Лодка уже появилась в поле зрения, двигалась она в основном благодаря течению, а не действиям команды. Один из них лежал на дне лодки, другой, гребец, скорчился на носу, а третий сидел на корме с рулевым веслом. Крэйк усилил свою невидимость, и стал еще интенсивнее подталкивать их к высадке.

6

Но тут в сражение вступила Такия. Лодка уже почти подошла к скале жертвоприношений, как вдруг на ней появилась фигура стражника, одетая в черное, с поднятым мечом, лезвие которого сверкало под лучами солнца. Рулевой от неожиданности опустил весло, и лодку подхватило течение. Крэйк почувствовал глубину их отчаяния, резко контрастирующую с надеждой найти спокойное место, и его недовольство Такией перешло в гнев.

Он заставил иллюзию качнуться и упасть со стрелой, пробившей горло. Крэйк не видел в этом мире луков, но он привык к ним за время игр, когда был ребенком.

Неуправляемая лодка неслась под арку. За ней был небольшой пляж, куда выбрался Крэйк, когда впервые очутился здесь. Крэйк попробовал подтолкнуть людей в лодке к высадке в этом месте.

Но они и сами уже причалили к берегу.

Крэйк поспешил вниз — он знал, что Такия так просто не отступится, и он не ошибся.

Из окна замка вылетела пылающая головня и упала на связку сухой травы, которая тут же вспыхнула. Крэйк стиснул зубы. Он больше не пытался уговорить Такию. Они уже противопоставляли свои силы, и Крэйк решил повторить опыт. Однако, огонь не был иллюзией, и Крэйк не мог бороться разумом.

Пламя начало угасать, и Крэйк закидал его камнями. Вдруг посреди двора возник огромный язык пламени. Крэйк усмехнулся. Вот это было уже иллюзией — видно, Такия рассердилась. Он создал огромное ведро, висящее в воздухе — и опрокинул его содержимое на пламя. Крэйк почувствовал ярость Такии, но понял, что она не собирается продолжать.

— Эй! — раздался окрик со стороны реки. Крэйк обернулся. Из лодки выбрался человек, который управлял ею. Однако он сохранял между эспером и собой некоторое расстояние.

Это был крупный мужчина, принадлежавший к той же расе, которая населяла Сампур. Прямые рыжеватые волосы спускались на его широкие плечи. На подбородке выделялся полузаживший шрам, а запавшие глаза показывали, что он в последние дни мало спал.

Он с интересом разглядывал Крэйка. Затем представился:

— Я — Джорик из Орлиного замка! — это утверждение было сделано с самоуверенностью мелкого лорда. Но затем он ухмыльнулся:

— Хотя Орлиный замок не больше чем несколько комнат, наваленных друг на друга. Вот твое жилище больше напоминает замок… друг, — он слегка замешкался, словно сомневаясь, правильно ли выбрал слово.

— Меня зовут Крэйк, — ответил эспер. — И я тоже бежал от врагов. А что касается замка — он, конечно, очень древний, но еще послужит.

— А не носят ли твои враги черные капюшоны? — поинтересовался Джорик.

— Хотя то, что я здесь видел, очень похоже на их штуки.

— Ты прав — я не друг Черным Капюшонам.

— Но все же ты обладаешь Силой?

— Да, — ответил Крэйк. — Проходи. Джорик. Мой дом открыт для тех, кто не любит Черных Капюшонов.

— Что ж, — воин пожал плечами. — Не можем же мы все время находиться в бегах. И если пришло время последней стоянки, то это место ничем не хуже других.

Он вздохнул.

— Некогда нас было двадцать рук. Проклятые Черные Капюшоны выманили нас из замка своими колдовскими штучками, а потом стали охотиться за нами.

— Чем же вы им не угодили?

Джорик коротко рассмеялся.

— Они не любят тех, кто не укладывается в их рамки. Мы — свободные горцы. Разве Черные Капюшоны помогали нам захватить Орлиный замок? Или помогали нам охотиться? А когда мы привезли в долину шкуры для продажи, они потребовали долю. Но разве их чары посылали зверей в наши ловушки или направляли наши копья? Мы отказались платить. При этом присутствовали другие люди, и Черные Капюшоны решили наказать нас, пока все их законы не рухнули.


Крэйк помог донести раненого, бывшего без сознания, и уложить его на травяную постель. Джорик снова отправился к лодке за оставшимся имуществом, и Крэйк получил время, чтобы рассмотреть спутников Джорика получше.

Один из них, который был ранен, был молодым исхудавшим парнем. Другой был невысок, темнокож и напоминал расу Калуфа.

Крэйк не стал читать мысли этих людей, а попытался связаться с Такией, но ничего не вышло. Крэйк забеспокоился. Ему хотелось быть уверенным, что Такия твердо уяснила себе, что он намерен дать этим людям убежище.

Еще Крэйк подумал об оружии. Если они будут безоружны, его Сила будет слабой защитой от массированной атаки Черных Капюшонов. Раньше ему удавалось использовать свою Силу, потому что об его присутствии не догадывались, а в другой раз могло и не повезти. Крэйк подумал о луках. Торговцы Калуфа их не имели, не видел он их и среди воинов Сампура. Надо будет спросить об этом Джорика.

Некоторое время спустя они вместе сидели у костра. Джорик кормил полубеспомощного юношу фруктами, а его товарищ, придвинувшись ближе к костру, решил представиться:

— Закут.

— Ты, случайно, не из Ларуда? — спросил Крэйк, вспомнив название одного из городов, про которые ему рассказывал Калуф.

— Что ты знаешь о Детях Нои, чужак? — сразу ощетинился Закут.

— Я путешествовал по равнине с Калуфом, мастером торговцев.

— Это такой толстый мужчина, часто смеется и шапка у него украшена перьями сокола?

— Нет, — ответил Крэйк ледяным голосом. — Он несколько худощав, а на его шапке красный камень.

Закут пожал плечами.

— Не обижайся, ведь встречаются разные люди. Я не из Ларуда, но я знаю Калуфа. Куда он сейчас направляется?

— Я дошел с ним только до Сампура, и куда он пошел дальше, я не знаю.

— Видно, тебе пришлось быстро расстаться с ним, — заметил Джорик.

Крэйк ответил правду.

— Там было двое рогатых. Я последовал за ними, чтобы помочь им.

Джорик нахмурился. Закут продолжал смотреть в костер.

— Мы не рогатые, мы не обладаем Силой, — заметил Джорик. — Они сыграли с нами в несколько другую игру. И что же случилось дальше?

— Меня ранил медведь, и я пришел сюда, чтобы отлежаться, — Крэйк решил скрыть часть своих приключений.

— А откуда ты берешь такую еду? — удивленно спросил Закут. — Ведь здесь такие фрукты не растут.

— Люди думают, что здесь живет демон и приносят ему в жертву пищу.

Закут хлопнулся на колени.

— Боги Реки благосклонны к тебе, лорд Ка-рак! А что скажешь ты, лорд Джорик?

— Раз лорд Ка-рак принял нас, то, значит, боги Реки благосклонны и к нам тоже, — с усмешкой ответил Джорик. — Или, быть может, это не так? — спросил он у Крэйка.

— Если на небе тучи, то может пойти как снег, так и дождь, — ответил Крэйк поговоркой караванщиков.


Солнце уже клонилось к закату, а Такии все еще не было. Крэйк начал беспокоиться о ней.

Он решил снова, без всякой надежды на успех, попробовать установить мысленный контакт. К огромному его удивлению тут же пришел ответ:

— Они должны уйти!

— Они вне закона, так же, как и мы, к тому же один из них болен. И они тоже против Черных Капюшонов. Почему бы не разделить с ними кров, огонь и пищу?

— Они не такие, как мы! Прогони их, или я сама их прогоню. Я имею Силу.

— Возможно, но я тоже ее имею! — сорвался он, но тут же стал уговаривать: — Пойми, Такия, для нас самих будет лучше, если мы поможем им

— они воины.

— Мечи не устоят против Силы!

Крэйк мысленно улыбнулся.

— Не мечи, Такия. Сражаться можно не только мечами, копьями или с помощью Силы. Что могут сделать Черные Капюшоны, если кто-то сможет их убивать на расстоянии, а товарищи будут прикрывать его с помощью Силы?

Он почувствовал, что она внимательно слушает.

— Помнишь, чем я убил твоего иллюзорного стражника на скале жертвоприношений?

— Маленьким копьем.

— Нет, — он нарисовал ей мысленную картинку: человек стреляет из лука, стрела перелетает через реку и вонзается в грудь Черному Капюшону.

— И ты знаешь секрет этого оружия?

— Да. И пять человек в этом случае лучше, чем два, разве я не прав?

— Хорошо, я возвращаюсь, — после короткого раздумья согласилась Такия. — Но им это не понравится.

— Не бойся, они не охотятся за девушками-колдуньями, — начал он, но тут его обожгло ее негодованием.

— Ка-рак, ты большой дурак. Они не будут пытаться приставать ко мне, даже если я вдруг захочу. Разве может орел жениться на охотящейся кошке? Но все-таки твой план не плох, а выйдет ли из него что-нибудь — увидим.

7

Такия оказалась права в своей оценке реакции изгнанников. Они знали, кто она такая, и только присутствие Крэйка удерживало их в замке. Оно, да еще тот факт, который Джорик даже не пытался объяснить — они не надеялись далеко уйти без помощи. Правда, их опасения сильно уменьшились после того, как Такия с помощью Силы вылечила юношу, подобно тому, как она помогла Крэйку. На следующий день она приготовила ему суп и требовала от остальных такого же повиновения, как будто все были ее вассалами.

Когда солнце поднялось достаточно высоко, Джорик, насвистывая, направился окунуться в реке.

— Это хорошая крепость, лорд Ка-рак. И с помощью Силы мы сможем удержать ее. Это будет вдвойне правдой, если леди поможет нам.

Такия рассмеялась. Она сидела в луче света, падающего из узкого окна, и расчесывала волосы. Она смотрела на них через плечо с каким-то выражением лукавства в глазах, и в этот момент была больше всего похожа на женщин родного мира Крэйка.

— Дай нам сперва посмотреть, как лорд Ка-рак собирается нас защитить,

— это колкость была направлена на то, что он обещал прошлой ночью.

— Скоро ты это увидишь, — спокойно ответил Крэйк. Они направились в лес, и Крэйк объяснил, что ему нужно для изготовления нового оружия. Через час они вернулись с грудой дерева для экспериментов. Так как Крэйк никогда раньше не делал луков, он не сомневался, что его первые попытки закончатся неудачами.

После обеда Закут отправился в лес и вернулся с добычей — оленем. Он был явно горд своим охотничьим искусством. Крэйк видел тетивы для луков там, где другие видели мясо и шкуру, пригодную для изготовления обуви. Весь остаток дня они трудились над луками и стрелами. Такия, в пику Закуту, продемонстрировала свое искусство, добыв двух черных речных птиц — для оперения.


Четыре дня спустя башня действительно стала напоминать настоящую крепость. Большинство из камней было возвращено на свои места. Две верхние комнаты были очищены от древней пыли и мусора. В самой верхней комнате решила поселиться Такия. С помощью выздоровевшего Никуса она заполнила ее душистыми травами. Единственное, что ей не нравилось — это летучие мыши, заполнявшие башню с наступлением сумерек. Чтобы избавиться от них, Такия завела сову.

Новых путешественников не было, и скала жертвоприношений оставалась пустой. Но Закут и Джорик охотились, а Крэйк позаботился устроить коптильню, так чтобы у них был запас мяса на всякий случай. Три лука были уже закончены, и они упражнялись на террасе, используя тупые стрелы.

Джорик, имевший меткий глаз воина, быстро освоил новое оружие, как впрочем и Никус. У Закута дела шли похуже. Крэйк тоже не блистал. Такия сделала очень неплохой выстрел, когда ее уговорили попробовать. Однако она предпочитала свой метод ведения войны и большую часть времени сидела на стене, перебирая пальцами свои волосы и занималась тем, что подбадривала стрелков или издевалась над ними, в зависимости от их меткости.

Однако передышка была короткой. Крэйк первым почувствовал это. Он пробудился от сна, в котором снова убегал от толпы преследователей, и почувствовал злобное влияние, наполнившее замок. Он чувствовал, как что-то подталкивает его к выходу, и дальше — в лес.

Он осторожно раскинул вокруг себя мысленную сеть — недалеко, в пределах замка. Это было не то, что встретило его в первый приход, а что-то другое.

Кто-то беспокойно зашевелился в темноте.

— Лорд Ка-рак? — голос Никуса был напряженным, будто он с трудом удерживал себя под контролем.

— В чем дело?

— Что-то происходит снаружи…

Громадная фигура, которая могла принадлежать только Джорику, заполнила дверной проем.

— Снаружи охота, — сказал он. — Они хотят выгнать нас в лес, как крыс, и прикончить.

— Так же, как ты рассказывал? — спросил эспер.

Джорик кивнул.

— Да, это их любимый метод. Они наводняют замок таким ужасом, что люди выскакивают наружу, а там они делают с ними, что захотят.

Крэйк не смог остановить мысленный поток, идущий снаружи. Это просачивалось сквозь стены вокруг него. Затем он услышал зов Такии.

— Разведи огонь, олух. Они могут догадаться, что имеют дело не с теми, кто ничего про них не знает.

Вспыхнувшее пламя осветило спокойные лица людей, готовых к схватке. Закут поглаживал лежащее на коленях копье, а Никус и Джорик смотрели только на колдунью, сидящую перед костром. Ее мысль достигла мозга Крэйка.

— Мы должны действовать, или скоро эти незащищенные люди будут вытянуты отсюда. Дай мне свою Силу, сейчас я должна быть главной.

Хотя Крэйк был оскорблен этим присвоением главенства, он сознавал, что это правда. Но все-таки ему нелегко было решиться на то, что требовала Такия. Отдать контроль над своим мозгом другому! Чтобы избежать этого в своем родном мире он бросился со скалы.

— Насильственная капитуляция — это зло, а добровольная, для нашей же защиты — это совсем другое дело, — мысленно ответила Такия на волну его возмущения.

Команда выйти из замка усилилась. Никус приподнялся, а Закут уже направился к двери, и лишь рука Джорика удержала его.

— Ты видишь, — нахмурилась Такия, — они уже наполовину под чарами, скоро мы не сможем прикрывать их.

Крэйк, прихрамывая, обошел костер и опустился на пол возле нее. Такия бросила в огонь несколько пучков папоротника и густой дым окутал их. Никус вскрикнул, схватился за голову и опустился на пол. Борьба между Джориком и Закутом утихла, как будто дым связал их движения.

Холодная рука Такии легла на грудь Крэйка напротив сердца. Раздалось негромкое монотонное пение, и он почувствовал, что его внутренние ощущения как бы закрываются дымкой от его мозга, как дым от костра скрыл окружающих.

В течение долгой секунды или двух он видел комнату и своими глазами, и глазами Такии; затем комната исчезла. Он, бестелесный, летел в ночи, мчась, как охотничья собака, ищущая след.

Все, что раньше было твердым, теперь перестало быть таковым. Но теперь он видел темное облако давления на замок и мог проследить, откуда оно идет.

В лесу горел другой костер, вокруг него сидело четверо в черных капюшонах. Здесь также вился дымок, освобождающий разум от тела. Субстанция, которой был Крэйк, оплыла вокруг костра, пересчитывая спящих охранников.


  • Страницы:
    1, 2, 3