Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хроники противоположной Земли (№13) - Исследователи Гора

ModernLib.Net / Фэнтези / Норман Джон / Исследователи Гора - Чтение (стр. 3)
Автор: Норман Джон
Жанр: Фэнтези
Серия: Хроники противоположной Земли

 

 


— Двадцать семь тарсков.

Девушка стояла, низко опустив голову. Ей было стыдно.

Как странно, подумал я. Женщина стыдится того, что ее хотят и предлагают за нее большие деньги. С другой стороны, нельзя забывать, что она только что с Земли.

— Двадцать восемь тарсков.

Блондинка непроизвольно содрогнулась. На Земле она долго и тщательно скрывала свою сексуальность. Здесь, на шумном горианском рынке, ее безжалостно выставили на всеобщее обозрение.

— Двадцать девять тарсков, — произнес мужчина из толпы. Девушка вздрогнула, но головы не подняла. На какое-то мгновение мне даже стало ее жалко.

— Сорок тарсков, — раздался торжественный голос. Он принадлежал Прокопию Минору, или Маленькому Прокопию, владельцу таверны у шестнадцатого причала под названием «Четыре цепи». Минором его называли, чтобы не путать с другим Прокопием, Мажором, у которого подобных таверн было несколько.

Прокопий Минор владел двадцатью девушками. Его таверна славилась дешевой пагой и горячими рабынями. Там то и дело случались драки и поножовщина. Девушки прислуживали обнаженными и закованными в цепи. На запястьях и лодыжках каждой девушки болтались по два стальных кольца. Длинные цепочки сковывали между собой руки и ноги невольниц. Смотрелось это весьма сексуально. Отсюда и пошло название «Четыре цепи». Разумеется, подобный способ сковывания известен на Горе давно. В одном только Порт-Каре им пользуются в четырех других тавернах. Конечно, они не имеют права называться «Четырьмя цепями», поскольку это название официально зарегистрировано в Лиге таверн за Прокопием Минором. Если кому интересно, это таверны «Веминиум», «Кайлуак», «Рабыни Ара» и «Серебро Тарна».

— Сорок тарсков, — повторил Прокопий Минор, или Маленький Прокопий.

Еще раз напомню, что слово «маленький» применимо к Прокопию Минору только в одном случае: когда его бизнес сравнивают с бизнесом Прокопия Большого. Прокопий Мажор — один из крупнейших купцов Порт-Кара. Паговые таверны — всего лишь одно из его дел; помимо этого он известен как владелец кузниц, бумажной фабрики, а также как держатель огромных партий шерсти и соли. Внешне Прокопий Минор отнюдь не производил впечатления миниатюрного человека. Это был здоровенный увалень, хотя и уступающий в размерах Прокопию Большому.

Девушка подняла голову, словно почувствовав, что в торгах наступил решающий момент. Она по-прежнему держала руки за головой, поскольку не получила разрешения их опустить. Невольница посмотрела на Прокопия Минора и вздрогнула. Похоже, она догадалась, что может достаться именно ему.

— Последняя цена была сорок тарсков, — произнес работорговец Варт. — Полагаю, девочке не повредит служба в патовой таверне. Неплохое место, чтобы познать смысл и значение ошейника. Сорок тарсков, кто больше?

Я представил, как она будет ползать на коленях в таверне и услаждать посетителей. По-моему, ей там самое место.

— Моя рука открыта, — провозгласил Варт. — Сорок тарсков! Я закрываю руку.

— Подожди! — раздался вдруг незнакомый голос. Все непроизвольно обернулись.

Позади толпы стоял высокий худощавый человек в красном с белыми полосами шарфе. Помимо шарфа на незнакомце была белая тога длиной до щиколоток, перехваченная широким золотым поясом. На поясе висел кривой кинжал. На голове красовалась шапочка с двумя золотыми кисточками Шенди.

— Кто это? — прошептал стоящий рядом со мной человек.

— Не знаю, — ответил я.

— Да, господин? — оживился торговец. — Вы хотите предложить больше?

— Похоже, это капитан торгового корабля, — предположил мой сосед.

Я кивнул. На нем и в самом деле была белая тога с золотым поясом. Простой матрос не осмелился бы надеть неположенную ему по рангу одежду. На Горе очень серьезно относятся к подобным вещам.

— Как его зовут и с какого он судна? — спросил я.

— Не знаю, — отозвался сосед.

— Что предлагает за эту девушку господин? — поинтересовался торговец.

Повисла тишина.

Все смотрели на незнакомца. Девушка тоже испуганно взирала на странного человека.

— Что предлагает за нее господин? — повторил свой вопрос торговец.

— Один тарск.

Зрители переглянулись. Послышался неуверенный смешок. Затем вновь наступило молчание.

— Прошу прощения, — вежливо произнес торговец, — но господин, очевидно, подошел позже. Мне уже предложили за нее сорок тарсков.

Прокопий торжествующе оглядел толпу.

— Один серебряный тарск, — сказал человек.

— Ай-и-и! — завопил кто-то.

— Серебряный тарск? — опешил работорговец. Прокопий недоуменно вытянул шею, пытаясь разглядеть безумца.

— Да, — повторил тот. — Один серебряный тарск. Я улыбнулся. На этом торги и закончатся. Стоящая на платформе девушка не стоила серебряного тарска.

— Мне предложили серебряный тарск, — объявил Варт. — Кто больше?

Толпа молчала. Варт посмотрел на Прокопия, но тот отрицательно покачал головой.

— Я закрываю руку! — крикнул Варт, выставил на всеобщее обозрение открытую ладонь и сжал ее в кулак.

Девушку продали. Она в ужасе смотрела на кулак торговца. Догадаться о смысле происходящего было нетрудно.

Торговец подошел к рабыне, вытащил волосы из ее рта и отряхнул руку. Затем пригладил ее пряди, словно продавец, смахивающий пыль с товара.

Она, похоже, уже ничего не замечала. Взгляд девушки был прикован к купившему ее человеку.

Работорговец улыбнулся и обратился к покупателю:

— С кем я имел честь заключить сделку9

— Меня зовут Улафи, — представился человек. — Я капитан «Пальмы Шенди».

— Ты оказал мне большую честь, — сказал торговец.

Я уже слышал об Улафи из Шенди. Правда, мне никогда не приходилось видеть этого человека. Говорят, у него очень хороший корабль.

— Доставьте девчонку на мое судно, — распорядился капитан. — Мы стоим у причала Красного Урта. На рассвете мы уходим.

Он швырнул торговцу серебряный тарск. Тот ловко поймал монету и опустил ее в свой карман.

— Все будет исполнено, господин!

Высокий черный человек развернулся и покинул рынок.

Неожиданно девушка разрыдалась. Кажется, до нее дошло, что в жизни ее наступили решительные перемены.

Ее продали.

Варт махнул рукой, и рабы провернули тяжелый ворот. Блондинка пропала из виду. На платформу вытянули темноволoсую миловидную рабыню с Тироса. По команде Варта она сомкнула руки за спиной и сладострастно выгнулась под взглядами покупателей. Я понял, что она уже успела сменить нескольких хозяев.

3. О ТОМ, ЧТО ПРОИЗОШЛО ПО ПУТИ К ПРИЧАЛУ КРАСНОГО УРТА; Я СЛЫШУ СИГНАЛ ТРЕВОГИ

Пошел пятый час

В районе каналов еще не начало светать. В такое время Порт-Кар кажется безлюдным и пустынным местом. Я шел по узкому тротуару вдоль канала, перебросив через плечо морскую сумку. Воздух был влажен. Редкие факелы, вставленные в железные держатели, бросали тусклый свет на каменные стены и скользкие плиты. Я уже чувствовал запах Тассы, моря.

Навстречу попались два стражника. Один из них поднял фонарь, и я произнес:

— Тал.

Как и накануне, на мне было одеяние кузнеца.

Впереди мягко шлепнулся в воду урт.

Я шел мимо узких железных дверей в каменных стенах. В таких дверях, как правило, делают небольшую прорезь для обзора. Окна начинаются только на высоте около пятнадцати футов. Сады и дворики, если они вообще есть, находятся внутри. Такова типичная горианская архитектура. Между тем в Порт-Каре садов очень мало. В перенаселенном городе, выросшем на болотах дельты Воска, дорожат каждым метром.

Вдоль всего канала торчали невысокие столбики, к которым были прикованы лодки. Сам же тротуар менялся по ширине от пяти футов до одного ярда.

После того как Варт продал белокурую дикарку, я еще побродил по рынку. Если за мной кто-то наблюдает, нельзя, чтобы он понял, что меня интересовала только эта девушка.

Темноволосая рабыня с красивой фигурой с Тироса ушла за двадцать девять тарсков. Варт продемонстрировал ее покорность и страстность, после чего начались ожесточенные торги. Ее купил Прокопий Минор для работы в «Четырех цепях». Он был очень доволен покупкой. Ему досталась страстная и красивая девушка, причем не за сорок, а всего за двадцать девять тарсков. К тому же Тирос — давний враг Порт-Кара. Многие мужчины Порт-Кара хотели бы видеть рядом с собой стонущую от наслаждения рабыню с Тироса. Она принесет неплохие деньги Прокопию Минору. Очень удачное приобретение. Да он и сам может ею воспользоваться.

Затем продали мать и дочь с Коса. Их купили разные люди. За мать отвалили шестнадцать тарсков, а за дочку дали всего четырнадцать. Всего же Варт купил у Беджара одиннадцать женщин. Все они были обращены в рабство после захвата «Цветка Телнуса». Члены команды и пассажиры мужского пола тоже достались Варту. Их он продавал на отдельной платформе как рабов, предназначенных для тяжелой работы.

… Я посмотрел еще два торга и ушел. На них продали светловолосую крестьянку с юго-запада и дочь купца из Аслериха. Крестьянку купили за восемь тарсков, купеческая дочь, к величайшему ее негодованию, потянула только на шесть. Она еще не познала невольничьей страсти. Ничего, хороший хозяин научит ее всему. К слову сказать, выбора у нее нет. Либо она быстро освоит науку страсти, либо ее убьют. На Горе право на фригидность имеют только свободные женщины. Главное — разбудить в женщине сексуальность. Потом она просто не сможет жить по-другому. Познав однажды невольничий оргазм, девушка не удовлетворится уже ничем. Она становится настоящей рабыней. «Прикоснись ко мне, господин», — будет шептать она, задыхаясь от вожделения. А уж захочет ли хозяин ее удовлетворить, зависит только от его желания. Он ее полноправный хозяин и господин.

Я остановился. В нескольких ярдах от меня на тротуаре лежала темноволосая девушка. Опустив в воду руки, она пыталась выловить из канала хоть что-нибудь съестное. Девушка была боса, одежда ее состояла из мешка с прорезанным для горла отверстием. Вряд ли она была чьей-то рабыней. В портовых городах много бродяжек, живущих подаянием и мелким воровством. Их называют уртами верфей. Время от времени поднимаются разговоры о том, что пора бы их всех переловить и заковать в ошейники, но до дела так и не доходит.

Девчонка меня не волновала. Гораздо больше меня встревожили стражники.

Состав караула всегда произволен. Зачастую его определяют бросанием монеты. Точно так же решают, кто какой маршрут патрулирует. Самый надежный способ избежать встречи со стражей состоит в том, чтобы незаметно следовать за ней на определенном расстоянии. Я хорошо помнил, что в моей сумке лежит кольцо, которое было с белокурой дикаркой на борту «Цветка Телнуса», а также банковские расписки с печатями банков Шенди на имя Шабы, географа из Ананго, исследователя озера Ушинди, первооткрывателя озера Нгао и загадочной реки Уа. Я надеялся, что он сам на меня выйдет, если я не смогу разыскать его при помощи белокурой варварки, которую приобрел Улафи, капитан «Пальмы Шенди».

Девушка стремительно вскочила. Обернувшись ко мне, она улыбнулась и произнесла:

— Тал.

Мне она показалась хорошенькой.

— Тал, — ответил я.

— Ты сильный, — сказала она.

Недалеко был причал Красного Урта — не самое безопасное место для разговоров. Я опустил сумку на землю.

— Здесь тебя могут обидеть. Иди домой.

— У меня нет дома, — ответила девушка. Она осторожно коснулась моего плеча пальчиком и произнесла: — Не хочешь поохотиться на самку урта?

— Ты о чем? — спросил я и напрягся, услышав за спиной тихий звук.

— Я доставлю тебе удовольствие за долю тарска, — улыбнулась она.

Я молчал. Тогда девушка опустилась передо мной на колени и прошептала:

— Хочешь, я удовлетворю тебя, как рабыня?

— Когда мне захочется рабыню, я возьму себе рабыню, а не свободную женщину, которая пытается изобразить из себя невольницу.

Она смерила меня негодующим взглядом.

— Встань, свободная женщина, — приказал я.

Она поднялась. Лицо ее было сердито. Она была свободной. Чего ради я должен дарить ей удовольствие стоять передо мной на коленях?

— Я красивая и горячая, — сказала она. — Попробуй, ты не пожалеешь.

Я похлопал ее по бедрам. Они мне понравились. Тогда я погладил ее груди и посмотрел ей в глаза. Она потянулась ко мне губами.

— Нет! — завизжала она, когда я резко поднял ее в воздух и поставил на линию удара. Потом я разжал руки, и ее безжизненное тело рухнуло на каменные плиты.

— Ты допустил много ошибок, — произнес я. — Во-первых, ты слишком громко дышишь. Во-вторых, замах нужно делать раньше, чтобы не было слышно шелеста ткани. В-третьих, девчонке следовало закрыть глаза. Так было бы естественнее, и ты бы не отразился в ее зрачках.

Я бы сумел вычислить его приближение, если бы он и не совершил этих ошибок. Чувства воина всегда обострены. От них зависит его жизнь.

С яростным криком он взмахнул дубинкой и бросился на меня. Я думал, пришлют кого-нибудь поопытнее…

Я перехватил руку с оружием, ухватил его за волосы и изо всех сил треснул головой о стену. Он рухнул как подкошенный. Я вытащил из сумки моток веревки и крепко связал ему руки за спиной. Потом занялся девушкой. Связав ей руки, я накинул веревку ей на ноги, перевернул ее вниз головой и опустил в воду верхнюю часть туловища. Продержав под водой несколько секунд, я вытащил ее на тротуар и усадил напротив себя. Теперь ее колотило от холода и ужаса. Прижимая связанные колени к груди, девчонка захныкала:

— Пожалуйста, отпусти меня. Иначе меня отдадут в рабство.

— Разве ты забыла, что обещала мне несколько минут назад? — спросил я.

— Забыла.

— Вот как? — усмехнулся я и сделал вид, что собираюсь снова окунуть ее в канал.

— Что ты, я все помню! — закричала она.

— Повтори, — потребовал я.

— Я красивая и горячая, — запинаясь, произнесла девушка. — Попробуй, и ты не пожалеешь. — Она с трудом сглотнула.

— Хорошо, — кивнул я и подтянул ее за веревку поближе.

— Пожалуйста, отпусти меня, — застонала она. — Меня в самом деле отдадут в рабство. О! О!

Спустя несколько секунд она застонала.

Я заставил ее подчиниться, унизив до самых пределов свободной женщины.

Когда все кончилось, она испуганно взглянула на меня:

— Я тебе понравилась?

— Да.

— Тогда отпусти меня.

Я крепко связал ее ноги, после чего положил девчонку рядом с мужчиной, головой к его ногам. Затем я крепко связал их вместе. Пусть лежат, пока не придут стражники.

— Его убьют, а меня отдадут в рабство, — пролепетала она.

— И правильно сделают, — сказал я. Потом я вытащил из кармана долю тарска и запихал ей в рот. Она была свободной женщиной. Поскольку я не собирался делать ее своей рабыней, ей следовало заплатить за удовольствие.

Я забросил за плечо сумку и, посвистывая, пошел в направлении причала Красного Урта, где стоял корабль Улафи под названием «Пальма Шенди».

Очень скоро мне пришлось ускорить шаг, ибо на корабле пробили тревогу. Позади раздались торопливые шаги. Мимо пробежал черный матрос. Я поспешил за ним на причал Красного Урта.

4. Я ОТЛАВЛИВАЮ БЕГЛУЮ РАБЫНЮ; Я ПОКУПАЮ БИЛЕТ ДО ШЕНДИ

— Сколько прошло времени с тех пор, как она убежала? — спросил я.

— Почти час, — проворчал матрос. — Но тревогу пробили только что.

Мы стояли у самого причала, недалеко от комнаты претора.

— Никто не думал, что все обернется так серьезно, — сплюнул претор. — Все были уверены, что ее задержит городская стража или кто-нибудь из команды.

— Значит, ее должны были везти на этом корабле? — уточнил я.

— Да. Не сомневаюсь, что после такого ей отрежут обе ноги.

— А раньше она пыталась убежать? — спросил я.

— Не знаю.

— Почему подняли такой шум из-за беглой рабыни? — недовольно спросил человек в порванной одежде. Из уха незнакомца сочилась струйка крови. — Меня вот ограбили, и никто даже не пошевелился. Что вы намерены предпринять в связи с этим?

— Потерпи, — поморщился претор. — Грабители нам известны. Мы уже целую неделю их ищем. — Он сунул какую-то бумагу своему подчиненному.

Вокруг нас постепенно собирались люди. Второй помощник претора перестал колотить в подвешенную на шест полосу железа.

— Сбежала рабыня! — громогласно объявил один из стражников. — Белокурая и голубоглазая. Последний раз ее видели голой. Варварка.

Ее должны поймать быстро, подумал я. Глупо было пытаться бежать. С другой стороны, ее не успели заклеймить и надеть на нее ошейник. А значит, любой мог сделать беглянку своей собственностью.

— Как она убежала? — спросил я.

— Человек Варта привел ее на пристань и поставил на колени возле тюков с провизией. Потом получил расписку и ушел.

— Он что, даже не связал ее?

— Нет. Никто и не подумал, что в этом может быть необходимость.

Я кивнул. В принципе, он был прав. Хотя на деле все обернулось гораздо серьезнее. Девчонка просто встала и ушла. Никто поначалу и не обратил на это внимания. Если бы она хоть немного знала Гор, ей бы и в голову не пришла подобная глупость.

— Девчонку вернуть претору на этой пристани! — распорядился старший смены.

— А как с теми, кто меня ограбил? — не унимался человек в порванной одежде и с кровоточащим ухом.

— Не ты первый, — проворчал претор и вошел в служебное помещение.

— Кто тебя ограбил? — спросил я.

— Мне кажется, их было двое, — ответил потерпевший. — Темноволосая самка урта в драном мешке и ее напарник. Его я не разглядел, он ударил меня сзади.

— Она затеяла с тобой разговор, а когда ты отвлекся, получил удар по голове? — сказал я.

— Именно так все и было, — мрачно кивнул человек.

— Я видел людей, которые совпадают по описанию с твоими знакомыми, — сказал я. — К северу по каналу Рим, недалеко от этого причала.

— Мы пошлем туда стражу, — сказал претор. — Спасибо тебе, горожанин.

— Все равно их там уже нет, — махнул рукой человек.

— Думаю, они еще там, — сказал я. Претор направил двоих стражников в указанном мной направлении.

— Всем искать беглую рабыню! — продолжал выкрикивать один из людей претора. К нему поступила дополнительная информация. Посыльный уже сбегал к Варту и узнал рост, вес и размеры девушки. Как правило, указывались диаметр ошейника и кандалов, которые подошли бы на руки и на ноги рабыни.

Я прошелся по причалу и остановился рядом с готовящимся к отходу кораблем «Пальма Шенди» Грузчики под присмотром второго офицера таскали на плечах тюки с продовольствием. Несколько eн назад взошло солнце, но первые его лучи еще не коснулись зеленой воды моря.

— Направляетесь в Шенди? — спросил я офицера.

— Да, — ответил он, отрываясь от списка товаров.

— Мне тоже надо в ту сторону.

— Мы не берем пассажиров, — покачал головой офицер.

— Я согласен заплатить серебряный тарск, — сказал я.

В самом худшем случае до Шенди можно добраться и на другом судне. Нанимать для этого дела отдельный корабль было неумно, подобные вещи всегда вызывают подозрение. Tак же было неумно брать собственный корабль, «Дорну» или «Тесефону». Их сразу же узнают. Нa Горе корабли узнают так же быстро, как и лица. Впрочем, подобное верно в отношении всех морских рас.

— Мы не берем пассажиров, — повторил второй офицер.

Я пожал плечами и отвернулся. Конечно, мне хотелось плыть именно на этом корабле, поскольку на него должны привести пойманную рабыню.

На палубе «Пальмы Шенди» капитан корабля Улафи беседовал с человеком, которого я принял за первого офицера.

«Пальма Шенди» была кораблем средних размеров, с соотношением длины к ширине примерно шесть к одному (у крупных судов оно достигает восьми к одному). Два руля, две постоянные мачты и с каждой стороны по десять весел. Большинство горианских кораблей имеют два руля. На крупных судах мачты ставят стационарно, на мелких их делают съемными и перед боем обязательно убирают. Паруса на Горе почти всегда треугольной формы, что дает возможность идти круче к ветру. Кроме того, длинный треугольный парус необычайно красив.

Я отвернулся от корабля. Не надо, чтобы все видели, как я его разглядываю. В конце концов, на мне одежда кузнеца.

По расписанию прилив должен был начаться через шесть ен седьмого ана.

Интересно, отплывет ли Улафи без своей белокурой дикарки? Вряд ли. Не стал бы он просто так выкладывать серебряный тарск. Будет ждать до последнего, решил я. И очень разозлится, если придется пропустить прилив.

Мне показалось, что у комнаты претора на верфи началось какое-то движение.

— Это она! — кричал человек в порванной тунике и с окровавленным ухом, показывая на маленькую темноволосую девушку. Она стояла перед столом претора со связанными за спиной руками. Рядом с ней, также связанный, топтался ее сообщник. Любопытно, что с девчонки уже успели сорвать рваную тунику из грубой мешковины. Я ее не снимал, просто задрал повыше. Вряд ли бы это сделали люди претора, поскольку она все-таки была свободной женщиной. Так или иначе, тунику с нее кто-то снял. Девушка осталась совершенно голой.

— Они были связаны, как вулы, — рассмеялся один из стражников.

— Кто это мог сделать? — спросил претор.

— Во всяком случае, не наши. Наши бы притащили их в караулку.

— Похоже, они напали не на того человека, — сказал кто-то.

— Это она! — повторил потерпевший с окровавленным ухом. — Она отвлекла мое внимание, а вот этот тип, — он обернулся к сообщнику, — ударил меня сзади.

Девушка отрицательно покачала головой. Мне показалось, что она хочет что-то сказать.

— Говори, женщина, — сурово приказал претор.

Один из стражников открыл ей рот и вытащил из него крупную монету достоинством в долю тарска. Десять таких монет составляют один тарск. Сто медных тарсков равняются одному серебряному тарску.

Претор положил монету перед собой на высокий крепкий стол. Стул он поставил таким образом, чтобы видеть в окно весь причал. При этом все, кто находился в комнате, непроизвольно чувствовали себя подавленными величием закона, который представлял здесь претор. Со стороны посетителей стол прикрывал толстый брус. Таким образом, никто не мог видеть лежащих перед ним бумаг.

— Верните мою монету! — тут же произнесла девушка.

— Заткнись! — рявкнул претор.

— Так это она участвовала в нападении? — сурово спросил претор, указывая на задержанную.

— Да, — кивнул человек с окровавленным ухом.

— Ложь! — завопила она. — Я вообще его никогда не видела!

— Понятно, — кивнул претор. Похоже, девушка была ему знакома. — Как получилось, что вас нашли связанными на берегу канала? — спросил он, обращаясь к арестованным.

Девушка затравленно огляделась и произнесла:

— На нас напали какие-то бродяги, избили нас, ограбили, а потом связали.

Присутствующие разразились хохотом

— Вы должны мне верить! — обиженно воскликнула де — Я не рабыня!

— Осмотрите мешок задержанного! — распорядился претор.

Один из стражников принялся развязывать тесемки. Девушка напряглась. Руки ее нервно перебирали стягивающую да веревку.

— Похоже, что ваших грабителей не заинтересовал этот мешок, — насмешливо произнес претор. Связанный преступник молчал, мрачно уставившись в пол. — Он даже оставил вам долю тарска, — добавил претор. Стражники рассмеялись.

— Меня никто не грабил, — произнес задержанный. — Кто-то ударил меня по голове сзади. А потом привязал к этой caмке урта. Полагаю, о ее проделках известно всем. Меня подставили.

— Тургус! — закричала девушка.

— Первый раз ее вижу, — решительно повторил задержанный и обратился к жертве ограбления: — Ты видел, что этo я тебя ударил?

— Нет, — покачал головой тот. — Меня ударили сзади.

— Это был не я, — решительно заявил человек, которого назвали Тургус. — Развяжите меня. Неужели не понятно, что я стал жертвой заговора?

— Это он научил меня! — закричала девушка. — Он заставил меня этим заниматься!

— Я первый раз в жизни тебя вижу, потаскуха! Естественно, теперь она будет утверждать, что это я во всем виноват, чтобы ей меньше досталось.

— Уверяю тебя, — улыбнулся претор, — мало ей не покажется.

— Спасибо, офицер, — благодарно произнес связанный.

Девушка пришла в неописуемую ярость и попыталась, несмотря на веревки, пнуть стоящего рядом человека. Стражник ударил ее копьем по ноге, и она завизжала от боли.

— Еще раз дернешься, крошка, и до конца слушания пролежишь связанная на животе, — проворчал претор.

— Хорошо, офицер…

— Назови свое имя, — потребовал претор.

— Саси.

— Госпожа Саси? — уточнил он.

— Да, я свободная женщина. Раздался смех.

Девушка гневно оглядела собравшихся. Мне показалось, что ей не долго осталось кичиться своей свободой.

— Обычно, — произнес претор, — свободные женщины одеваются получше.

— С меня сорвали одежду, а потом связали, — ответила она.

— Кто это сделал? Наверное, любопытный мужчина, которому захотелось посмотреть на твое тело?

— Это сделала женщина! Светловолосая женщина. Она забрала мою одежду и оставила мне это тряпье. Вы должны ее немедленно задержать. А меня отпустить, я здесь ни при чем. Я невиновная гражданка!

Стражники снова засмеялись.

— Может быть, развяжете меня? — неуверенно произнес задержанный. — Произошла ошибка. Претор повернулся к страже:

— Прочешите район, где вы нашли эту парочку. Скорее всего, наша беглянка прячется неподалеку.

Двое стражников тут же выскочили из помещения.

Распоряжение претора показалось мне разумным. С другой стороны, чего бы беглая рабыня стала околачиваться возле места, где совершила кражу?

— Я требую справедливости, — произнесла девушка.

— Вы ее получите, госпожа Саси, — ответил претор. Она побледнела.

— По крайней мере, ее не придется раздевать, чтобы поставить клеймо, — заметил кто-то из охраны.

Девушка застонала.

Претор повернулся к человеку, ухо которого покрылось коркой засохшей крови. Вся левая сторона головы тоже была в крови.

— Ты утверждаешь, что женщина, назвавшаяся леди Саси, отвлекала твое внимание в момент нападения?

— Точно, она, — проворчал потерпевший.

— Я никогда его не видела, — заплакала девушка.

— Это она, — повторил мужчина.

— Я всего лишь хотела попросить долю тарска… Я не знала, что он тебя ударит.

— Почему ты не предупредила его, когда увидела, что кто-то приближается?

— Я никого не видела, — в отчаянии произнесла она.

— Ты только что сказала, что не знала, что он его ударит. Значит, ты видела, что сзади кто-то был.

— Пожалуйста, отпустите меня, — заплакала девушка.

— Никто не видел, что это я напал на него, — сказал задержанный. — Когда меня наконец развяжут? Делайте что хотите с этой потаскухой, а меня отпустите.

— Пожалуйста, развяжите меня, — тихо плакала девушка.

— У него в мешке золотой тарск, — объявил стражник.

— У меня был золотой тарск! — воскликнул потерпевший. — Я нацарапал на нем свои инициалы. Посмотрите, там должно быть написано «Ба-Та Шу, Бем Шандар». А с другой стороны — барабан Табора.

Стражник передал монету претору.

— Так и есть, — произнес тот.

Связанный человек вдруг задергался и попытался разорвать веревки. Привязанная к нему девушка зашаталась и захрипела. Стражники взяли его под руки.

— Здоровый гад, — проворчал один из них.

— Монету подбросили в мой мешок! — решительно заявил человек, которого девушка назвала Тургусом. — Это заговор.

— Ты настоящий урт, Тургус, — произнесла она — Настоящий урт!

— Мы вас обоих давно искали, — проворчал претор, заполняя какую-то бумагу.

— Я невиновен! — выкрикнул мужчина.

— Назови свое имя, — потребовал претор.

— Тургус.

Претор занес имя и подписал документ. Потом он внимательно посмотрел на Тургуса:

— Расскажи, как тебя связали.

— Навалились целой толпой. Ударили по голове. И связали.

— Не похоже, чтобы тебя ударили сзади, — улыбнулся претор.

После того как я треснул его мордой об стену, лицо Тургуса представляло собой кровавое месиво.

— Вы их не развязывали? — спросил претор стражников.

— Нет, сразу же привели сюда.

— Посмотрите на узлы.

— Узлы захвата, — улыбнулся стражник.

— Похоже, ребята, вы нарвались на серьезного человека, — усмехнулся претор.

Задержанные с несчастным видом переглянулись. Их кривая дорожка пересеклась с путем воина.

— Тургус из Порт-Кара, — торжественно провозгласил претор. — Учитывая все обстоятельства дела, данной мне властью объявляю тебе приговор. Ты подлежишь изгнанию из города. Если до заката тебя задержат в черте города, ты будешь казнен.

Лицо Тургуса оставалось бесстрастным.

— Освободите его, — распорядился претор.

Стражник перерезал веревки, и Тургус пошел к выходу, рассекая толпу. У самых дверей он увидел меня. При этом он смертельно побледнел и ускорил шаг. Я заметил черных матросов, обогнавших меня по пути к причалу. Они глядели на меня с нескрываемым любопытством.

Девушка затравленно смотрела на претора. Ее руки были по-прежнему связаны. Рядом с огромным столом она казалась крошечной и беззащитной.

— Пожалуйста, отпустите меня. Я обещаю исправиться.

— Леди Саси из Порт-Кара, — произнес претор, — учитывая все обстоятельства дела, данной мне властью объявляю тебе приговор…

— Умоляю! — закричала девушка. — Приговори меня к сроку в борделе!

— Это слишком мягкое наказание, — заметил претор.

— Пожалуйста, — захныкала она. — Пощади меня.

— Пощады не жди, — проворчал претор. Она в ужасе взглянула на него.

— Приговариваю тебя к рабству, — закончил он.

— Нет! Нет! — завизжала несчастная.

Стоящий рядом стражник коротко ударил ее в зубы, отчего голова женщины резко дернулась, а изо рта побежала Осруйка крови.

— Разве тебе разрешали говорить? — спросил претор.

— Нет. Прости меня… господин.

— Отвести ее в ближайшую кузню и заклеймить, — распорядился претор. — Потом выставить на продажу. Пусть немного постоит на платформе, после чего продать первому покупателю по цене клейма.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26