Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Парк грез - В безвыходном положении

ModernLib.Net / Научная фантастика / Нивен Ларри / В безвыходном положении - Чтение (стр. 2)
Автор: Нивен Ларри
Жанр: Научная фантастика
Серия: Парк грез

 

 


В пустыне, меня окружающей, не на чем остановить взгляд, разве что вон на том розоватом облачке, закрывавшем часть горизонта. Пыль? Возможно. Больше здесь ничего нет. Если на Марсе и были поселения, то пыль должна была погрести их под собою давным-давно. Я слышал, как слабое пение ветра проникает сквозь мой гермошлем, когда я возвращался на корабль. Естественно, звуки не в состоянии проникнуть сквозь корпус корабля.

Я никак не могу закончить ремонт купола. Сегодня я нашел еще четыре надреза, и у меня совсем опустились руки. Надрезы эти, вероятно, сделаны по всей длине окружности купола. Одному человеку ни за что и никогда такого не сделать. И двоим тоже.

Скорее всего, это марсиане. Только вот где они?

Они могли бы ходить по песку, если бы ступни ног у них были плоскими, широкими и перепончатыми… При этом и следов бы не оставалось. Пыль скрыла бы все. Эти перепонки нельзя было заметить у мумии — они должны были давно превратиться в прах…

Сейчас снаружи совершенно беззвездная чернота. И легкому ветерку не составляет большого труда взбить пыль… Впрочем, сомневаюсь, чтобы и меня самого погребла пыль. В любом случае корабль сможет подняться на поверхность.

Пора спать.


27 апреля 2112 года.

Четыре часа дня, а я все никак не усну. Солнце прямо над головой, ослепительное яркое на фоне безоблачного неба. Пыльная буря прошла.

Марсиане существуют. Я уверен в этом. Больше некому было уничтожить базу.

Но почему они не показываются?

Я отправляюсь на базу и забираю с собою журнал.


Я на центральной площади поселка. Оказалось, что днем идти гораздо легче, чем поначалу думалось. Видно, куда ставишь ногу, даже в тени, потому что небо слегка рассеивает свет, подобно скрытым светильникам внутри купола.

Со всех сторон на меня глядят обрывистые края кратера, разбитые вдребезги черепки из вулканического стекла. Удивительно, как это я до сих пор не изрезал свой скафандр, совершая такую прогулку два раза в день.

Зачем я сюда пришел? Не знаю. Глаза у меня слезятся, будто в них попал песок — так много вокруг света. Меня окружают мумии, с лицами, искаженными мукой и отчаяньем, с высохшей пеной вокруг рта. Погибшие от разрыва сосудов — зрелище далеко не из самых приятных. Десять мумий здесь, еще одна на краю поселка и двенадцатая — в административном здании.

Отсюда видна вся гряда, окаймляющая кратер. Домики представляют собой бунгало с низкими потолками. Площадь вокруг них кажется обширной. Правда, пропорции несколько искажаются внутри опавшего купола, но не слишком.

Вот так. Марсиане нагрянули, перевалив через гряду вопящей ордой. А может быть, и не издавая никаких звуков, но размахивая какими-то острыми предметами. Впрочем никто их все равно не услышал бы, даже если бы они и вопили что было мочи.

Но кто-нибудь из десяти человек должен был своевременно заметить их. Даже одиннадцати, считая того парня на краю поселка… Нет, они могли показаться с противоположной стороны. Значит, все-таки десять. И что — они просто так стояли и ждали? Не может быть.

Двенадцатый. Он наполовину в скафандре. Что он увидел, чего не увидели остальные?

Я отправляюсь рассмотреть его повнимательнее.


Нет, и он ничего не увидел. Двумя пальцами он уже держался за бегунок застежки-молнии и тянул ее вниз. Он не наполовину в скафандре, он скорее наполовину без него!

И никаких теперь больше призраков.

Но кто же тогда изрезал купол?

Ну и дьявол его побери. Спать хочется.


28 апреля 2112 года.

Еще день прошел, пора заняться журналом.

Мой охлаждающий бак полон или почти полон. Готов снова потягаться с «золотыми мундирами». У меня вполне достаточно воздуха, чтобы особенно не торопиться. При замедленном полете достаточно воздуха, чтобы особенно не торопиться. При замедленном полете меньше шансов на то, что тебя засечет радар. Прощай, Марс, прелестное, поистине райское местечко для страдающих манией преследования.

Это совсем не смешно. Разберемся, в каком положении оказались люди на этой базе.

Во-первых, потребовалось весьма много ножей, чтобы так исполосовать купол.

Во-вторых, все находились внутри купола.

В-третьих, никаких марсиан. Их бы непременно заметили.

Следовательно, надрезы все были произведены изнутри. Но если кто-то и бегал вокруг, делая отверстия в куполе, то почему никто его не остановил?

Впечатление такое, будто произошло массовое самоубийство. Факты есть факты. Люди, должно быть, встали на равном расстоянии друг от друга по всей окружности купола, изрезали его, а затем побрели навстречу друг другу на центральную площадь, преодолевая напор пригодного для дыхания воздуха, вырывающегося из купола в разреженную марсианскую атмосферу. Для чего они это сделали? Спросить бы у них! Те двое, кого не оказалось на площади, возможно, были против этого, но это нисколько им не помогло.

Застрять на дне «мешка» совсем негоже для человека. Стоит только взглянуть на протоколы, регистрирующие случаи помешательства на Земле.

Я теперь намерен вести ежеминутные записи в журнале.

11.20.

Главный привод подготовлен к запуску. Пыли не повредить сопла, ничто не может этого сделать, но вот пламя может разрушить остальную часть корабля. Ничего не поделаешь, приходится рисковать.

11.24 Первая порция плутония не вызвала взрыва. Придется повторить запуск.

11.30 Привод не запускается. Ничего не могу понять. Приборы показывают, что все в порядке. В чем же загвоздка? Может быть, имеется обрыв питателя? Каким образом установить, что это именно так? Трубы питателя сейчас находятся под толстым слоем пыли.

12.45 Я уже столько накачал урана в реактор, что его хватило бы для ядерного микровзрыва. Пыль теперь радиоактивна, как в эпицентре взрыва.

Как же мне отремонтировать питатель? Поднять корабль на своих собственных руках? Нырнуть в пыль и проделать все наощупь? У меня нет ничего такого, что позволило бы произвести сварочные работы под тремя метрами мельчайшей пыли.

Похоже, что я влип.

Может быть, каким-нибудь образом подать сигнал «золотым мундирам»? Огромные, черные буквы «SOS», выложенные на песке… Если бы я только мог подыскать что-нибудь черное, что можно было бы разложить. Придется еще раз порыться на базе.

19.00 В поселке ничего подходящего. Сигнальных устройств масса, но все они для скафандров, марсоходов и орбитальных кораблей, и только с помощью лазера можно послать сигнал в открытый космос. А вот наладить шестидесятилетней давности лазер, пользуясь только собственной слюной, проводками и благими намерениями, мне не удалось.

Поминутные записи прекращаю. Взлет отменяется.


29 апреля 2112 года.

Какой же я идиот!

Эти десятеро самоубийц… Куда они подевали свои ножи после того, как изрезали купол? И, что еще более важно, где они раздобыли такие ножи? Простым кухонным ножом никак не вспороть пластик купола. Лазером можно, но на базе никак не могло быть более пары портативных лазеров. Я, во всяком случае, не нашел ни одного.

И батареи воздушного генератора оказались выведенными из строя.

Может быть, марсиане прибегли к убийствам для того, чтобы выкрасть энергию? Ведь огня у них нет. Значит, и мой уран они забрали по той же самой причине, перерезав линию питателя глубоко под песком и перегнав уран в свой контейнер.

Но как они туда забрались? Ныряют прямо в пыль?

Надо поскорее отсюда удирать.


Я забрался в кратер. Одному Богу известно, почему они меня не остановили. Может быть, им все равно? Ведь у них теперь весь мой уран, необходимый для запуска термоядерного привода!

Они живут под пылью. Живут там, не опасаясь метеоров и чудовищных перепадов температуры, там они возвели и свои города. Возможно, они тяжелее, чем пыль, поэтому и могут ходить прямо по дну песчаного моря.

Что ж, там внизу, наверное, имеется целая сложная экологическая система. На самом верху, возможно, находятся одноклеточные растения, поглощающие энергию солнца. Течения в пыли и песчаные бури разносят их повсюду, где они становятся пищей для промежуточных форм жизни. Почему никто так и не догадался об этом? О, как мне хочется рассказать хоть кому-нибудь о своем предположении!

Но у меня нет времени размышлять на эту тему. Кислородные баллоны из поселка не стыкуются с куполами моего скафандра, и я не могу уже вернуться на корабль. В течение следующих двадцати четырех часов я или все-таки отремонтирую и наполню купол воздухом, или умру от удушья…

…Порядок. Я сбросил свой скафандр, кожа по всему телу безумно чешется. Мне оставалось заделать только три прорехи, после чего купол мгновенно раздулся.

Когда натечет достаточно воды, я вымоюсь. Сделаю это прямо на площади, откуда в состоянии просматривать всю гряду, окаймляющую кратер.

Хотелось бы знать, сколько времени марсианину требуется для того, чтобы перебраться через гряду и спуститься к куполу?

Только что толку с этого? Все равно я буду на виду у этих призраков.


30 апреля 2112 года.

Потрясающая штука — купание в воде. По крайней мере, эти древние туристы не дураки, коль могли позволить себе подобную роскошь.

У меня прекрасный обзор по всем направлениям. От времени материал, из которого сделан купол, несколько помутнел, это, естественно, немало раздражает. Небо черное, как сажа. Я включил все освещение, какое только имеется на базе. Теперь внутренняя поверхность кратера хотя и тускло, но все-таки освещена в достаточной мере, чтобы можно было заметить, если что-нибудь будет подползать к куполу. Правда, звезды при этом уже не кажутся столь яркими.

Призракам не захватить меня врасплох, пока я бодрствую.

Но мне все больше хочется спать.

НЕУЖТО КОРАБЛЬ? Нет, всего лишь метеор. Небо здесь кишмя кишит метеорами. Мне ничего не остается иного, как разговаривать с самим собою, пока не произойдет что-нибудь…

…Я прогулялся к краю кратера, чтобы удостовериться, не случилось ли чего с моим кораблем. Марсиане вполне могли затащить его в пыльные глубины. Нет, пока они еще этого не сделали, да и не похоже было, что они вообще его трогали.

Убедиться что-ли в существовании этих домовых? А что, это можно. Все, что мне нужно для этого сделать, — это заглянуть в нижнюю часть ядерного реактора. Имеется ли там сейчас ядерное топливо — к настоящему времени главным образом свинец, или его выкрали семьдесят лет тому назад.

Однако в любом случае остаточная радиация не оставит без наказания мое любопытство.

Вот я наблюдаю сквозь стенку купола за тем, как восходит Солнце. Восход Солнца здесь необыкновенно красив, такого зрелища мне никогда еще не доводилось видеть в космосе. Мне посчастливилось любоваться Сатурном с бесконечного множества ракурсов, когда я выуживал монополи из колец, но даже это не идет ни в какое сравнение с тем, что разворачивается перед моими глазами сейчас.

Теперь я точно знаю, что сошел с ума. Ведь это же «мешок»! Я на самом дне самого паршивого в мире «мешка»!

Солнце прочертило ярко-белую пунктирную линию вдоль гряды, окаймляющей кратер. Она просматривается мною отсюда вся, и поэтому никакого страха я не испытываю. Независимо от того, как быстро они двигаются, я успею забраться в свой скафандр прежде, чем они до меня доберутся.

Было бы очень неплохо встретиться лицом к лицу со своим врагом.

Зачем они сюда явились, эти пятнадцать человек, которые жили и умерли здесь? Я-то понимаю, почему я здесь — из любви к деньгам. А что — они тоже? Сто лет тому назад археологические находки представляли из себя немалую ценность. Они прибыли сюда, по всей вероятности, чтобы перетащить на Землю колодцы из алмазных блоков. Но в те времена космический транспорт был невероятно дорог. Вряд ли можно было что-нибудь заработать на этих колодцах.

Или они полагали, что могут видоизменить Марс точно так же, как это удалось им в случае с астероидами? Смешно! Вряд ли они были столь непредусмотрительны, как я, загнав себя в такой «мешок». Но из любого «мешка», из любого безвыходного положения можно извлечь пользу… Взять хотя бы залежи чистейшего свинца, образующегося вдоль линии терминатора на Меркурии. Чистый свинец конденсируется из паров, образующихся на дневной стороне планеты — бери его и волоки куда вздумается. То же самое можно было бы делать с алмазами, которыми испещрены стенки марсианских колодцев, не будь столь дешевым изготовление их на Земле.

Вот и Солнце. Напряжение, которым я был охвачен, спадает. Однако я так и не могу до сих пор спокойно на него смотреть, хотя оно здесь кажется более тусклым, чем то Солнце, к которому привыкаешь, разрабатывая руды в Белте. Меня уже давно не восхищает пейзажи, пригодные для почтовых открыток.

Вввууу…

Мне уже ни за что не добраться до своего скафандра. Любое малейшее движение — и купол превратится в сито. Сейчас они застыли так же неподвижно, как и я, глядя на меня, хотя глаз-то у них нет. Хотелось бы мне узнать, каким это все-таки образом они меня учуяли? Копья держат наизготовку. Неужели они в самом деле в состоянии проткнуть ими материал купола? Но марсианам должны быть хорошо известны их собственные возможности и сила, ведь они уже когда-то совершили такое.

Все это время я ждал, что они появятся, толпой преодолев гряду скал вокруг кратера. Но они вылупились из толстого слоя пыли, что покрывал дно кратера. А другое, что мне давно следовало уразуметь, так это то, что обсидиан здесь при расщеплении имеет такие же острые кромки, как и где бы то ни было, поэтому он вполне пригоден для изготовления ножей и копий.

А они в самом деле очень похожи на домовых!


…Какое-то время тишину нарушало только жужжание шмелей и рокот далекого трактора. Затем Лит протянул руку, чтобы выключить журнал.

— Мы бы спасли его, — произнес Лит, — продержись он еще хоть немного.

— Вам было известно его местонахождение?

— Разумеется. Телескоп на Деймосе зафиксировал запрос о разрешении на посадку на территории, находящейся под юрисдикцией Объединенных Наций. К сожалению, плоскоземцы медлительны, как черепахи, а мы никак не могли придумать, как их поторопить. Станция на Деймосе легко бы определила траекторию полета, если бы Мюллер сделал попытку покинуть Марс.

— Он действительно сошел с ума?

— Нет, марсиане оказались вполне реальными. Но мы этого не знали, а когда поняли, то было уже слишком поздно. Мы видели, как надулся купол и оставался в таком состоянии какое-то время, а затем вдруг мгновенно опал. Похоже было, что у Мюллера произошла какая-то авария. Мы нарушили закон и послали корабль, чтобы подобрать Мюллера, если он все еще живой. Именно поэтому я и рассказываю вам обо всем этом, Гарнер. Как руководитель внешнеполитического департамента правительства Белта, я тем самым сознаюсь в том, что два корабля Белта совершили несанкционированную посадку на планете, являющейся собственностью Объединенных Наций.

— У вас на то были веские основания. Продолжайте.

— Вам бы следовало гордиться им, Гарнер. Он не бросился опрометью к своему скафандру — он прекрасно понимал, что до него слишком далеко. Вместо этого он бегом пустился к ближайшему баллону из-под кислорода, наполненному водой. К тому времени, когда он вернулся, марсиане уже, должно быть, изрезали купол, но он подтащил баллон, пролез через одно из отверстий и направил струю воды на марсиан. При низком давлении это все равно, что прибегнуть к огнемету. Он успел уничтожить шестерых прежде, чем пал сам.

— Они сгорели?

— Естественно. Но не полностью. Кое-что от них осталось. Мы подобрали три трупа вместе с их копьями, а три оставили там, где они лежали. Вам нужны эти трупы?

— Разумеется.

— А зачем?

— Что вы имеете в виду, Лит?

— Зачем они вам? Мы забрали эти три мумии и три копья в качестве сувениров, на память. А что они для вас? Это ведь белтер там погиб.

— Прошу прощения, Лит, но для нас очень важно заполучить эти трупы. Это поможет нам выяснить химическую природу строения тел марсиан. Только после этого можно продолжить исследование Марса. В зависимости от этого совсем иной может быть подготовка следующей экспедиции.

— Вы снова хотите туда отправиться? — В голосе Лита зазвучало изумление.

— Люк, зачем вам это надо? Что вам вообще нужно на Марсе? Вами движет чувство мести? Или вам понадобились миллионы тонн пыли?

— Нам нужно знание.

— Лит, вы меня удивляете. Зачем же, по-вашему, отправились в космос земляне поначалу, как не за знанием?

Слова, очень много различных слов, готовы были слететь с языка Лита. Он едва не поперхнулся ими, развел широко руками, и наконец вымолвил:

— Но это же очевидно!

— Говорите медленнее. Я туповат немножко.

— В космосе в изобилии чего-угодно. Монополей. Металлов. Вакуума, столь необходимого для некоторых отраслей промышленности. Места для возведения недорогих сооружений без применения высокопрочных конструкций. Невесомости для людей со слабым сердцем. Свободного пространства для испытания штуковин, которые могут взорваться. Полигонов, где можно изучать законы физики, располагая возможностью наглядного их подтверждения. Среды, которую можно подвергать необходимому контролю для создания наилучших условий жизни в ней…

— Но разве все это было так уж очевидно до того, как нами были получены знания в результате осваивания космоса?

— Разумеется, было!

Лит смерил своего гостя свирепым взглядом — высохшие конечности Гарнера, дряблую, морщинистую, лишенную волос кожу, от него не ускользнула вековая усталость, запечатлевшаяся в выцветших глазах…

И только Лит вспомнил о возрасте своего собеседника.

— Разве не так? — растерянно спросил он.


  • Страницы:
    1, 2