Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Крик мамонта

ModernLib.Net / Эзотерика / Непомнящий Николай Николаевич / Крик мамонта - Чтение (стр. 1)
Автор: Непомнящий Николай Николаевич
Жанры: Эзотерика,
Научно-образовательная

 

 


Николай НЕПОМНЯЩИЙ

КРИК МАМОНТА

ПРЕДИСЛОВИЕ

Человеку всегда была присуща тяга к неведомому. Быть может именно это стремление узнать – а что там, за рекой, за лесом, за морем позвало в путь первых мигрантов-путешественников, заселивших мало-помалу просторы древней Ойкумены.

Мир оказался удивительно интересен, и мы до сих пор не можем разобраться в том сложном многообразии тайн? которые уготовила нам природа.

Раньше мы избегали говорить о том, что существует еще нечто непознанное, не поддающееся пока разгадке, но продолжающее жить рядом с нами, оставаясь для нас реальностью. Непознанной реальностью… Ученые высказывались на сей предмет осторожно, с оглядкой. Еще бы1 Разве можно было признать, к примеру, существование стеллеровой коровы или арктодуса (гигантского медведя) , когда точно установлено, что их давно уже нет на Земле! Свидетельства очевидцев – десятки! – в расчет не принимались. Людям не давали даже надежды на поиск.

Настрящая вакханалия в прессе (особенно усердствовал отдел науки «Литературной газеты») развернулась по поводу «так называемых хилеров». Сегодня мануальной терапией занимаются у нас в стране – в поликлиниках. В данном сборнике мы собрали очень разные истории. На первый взгляд они разные – эти очерки. Но их авторов объединяет одно – стремление приоткрыть завесу неведомого над вековыми загадками человечества. Пусть это будет еще один небольшой шаг в загадочный мир, медленно открывающийся перед нами.

ПОЛТЕРГЕЙСТ ИЛИ КОЛДОВСТВО?

Недавно у меня дома раздался междугородный телефонный звонок. Звонила женщина из одного южного города? просила о немедленной помощи, настаивала на встрече. О причине своего обращения ко мне говорить по телефону отказалась наотрез: «Только при личной встрече!»

Подобная сдержанность была мне уже хорошо знакома. Рассказы об отрицаемых общественным мнением необъяснимых Происшествиях, как правило, не предназначены для посторонних, но в определенных пределах: пока можно терпеть. Когда же терпению приходит конец, страдающая сторона обращается ко всем мыслимым и немыслимым источникам: к физикам и к священникам, к милиции и к знахарям, к экстрасенсам и к психиатрам, а также к исследователям аномальных явлений.

Репутация и интуиция исследователя полтергейста подсказали мне необходимость этой встречи. Я сообщил? что на днях прибуду в этот город, и мы условились о встрече. Вскоре по приезде ко мне в гостиницу пришла целая делегация: звонившая мне женщина и ее сноха с грудным ребенком – вторая жена ее сына. Мы проговорили почти два часа.

В разговоре выяснилось: пришла одна из двух враждующих половин семьи. Другую половину составляли мужья этих женщин. Источником конфликта в сознании старшей из них был зловещий образ колдуньи – бывшей первой жены сына. Вскоре после его развода с ней в квартире начались странные происшествия: раздавались непонятные стуки, сами собой распахивались двери, появлялись явно посторонние предметы: затейливо перевязанные шелковые ленты и шнурки от ботинок, длинные и ржавые гвозди, жемчуг. В самых неподходящих местах находили россыпи копеек, в зашитой наволочке оказалась записка угрожающего содержания. И все это продолжалось вплоть до последнего времени!

Старшая из посетивших меня женщин причиной всех этих событий считала колдовские действия первой жены своего сына: бывая тайком в квартире, она с колдовской целью вероломно подкладывает всякие вещи и предметы. Коща же не может посетить квартиру втайне, прибегает к помощи своего бывшего мужа и его отца, которые, до сих пор находясь у нее «под каблуком» и выполняя ее волю, сами по ее указанию подкладывают колдовские предметы в нужное место и в нужное время. Женщина рассказала, что эти свои подозрения она в конце концов высказала и мужу, и сыну. Совместная жизнь с тех пор стала почти непереносимой! И муж, и сын стали считать ее ненормальной. «Свихнулась!» – резонно заключили они.

Более плодотворным оказался рассказ снохи этой женщины, второй жены ее сына. По словам снохи, она никогда не верила во всякую чертовщину, но убедилась, что посторонние предметы появляются в квартире и тогда, когда в ней никого, кроме неси ее грудного ребенка, нет. Так? недавно она целый день пробыла в квартире одна и, перекладывая в очередной раз ребенка, обнаружила в его кроватке английскую булавку, лежавшую под головкой ребенка. Сказала об этом мужу, но тот заявил, что это его мать колдует. На вопрос, как же мать или кто-либо мог это сделать, не заходя в квартиру, муж ответил, что на то есть колдовство.

С каждым новым штрихом суть дела становилась для меня все более и более ясной. Никому из членов этой многострадальной семьи не приходила мысль о том, что странные происшествия, коим они оказались свидетелями? могут происходить с вами по себе, самопроизвольно, без участия рук человеческих! Потому-то они и умозаключили, что для этого требуется человек, лицо, вообще говоря – любая подходящая персона, на которую можно «списать» все эти необъяснимые происшествия. Необходим виновник, «стрелочник», ответственный за эти несуразные события. И все это очень серьезно, потому что несуразность происходящего в корне подрывала основы сложившегося в этой семье мировоззрения, до сих пор непротиворечиво объяснявшего действительность. В роли «стрелочника» выступает то «свихнувшаяся» по мнению мужа и сына их жена и мать, то колдунья – либо —по мнению матери – первая жена сына, либо – по другому мнению сына – его собственная мать. И сразу же все становится на свои места, поскольку все несуразности получают «правдоподобное» объяснение и мир перестает рушиться. А то, какой ценой это достигнуто, отходит на второй план. И уже становится неважно, что одна из предполагаемых «стрелочниц» объявлена колдуньей, а другая – сумасшедшей. Главное, что этим достигнуто – удалось уберечься от крайне болезненной ломки собственного мировоззрения, представления о возможном и невозможном.

Все это я терпеливо разъяснил двум пришедшим ко мне женщинам. Более понятливой оказалась сноха, чему способствовали как ее критический настрой, так и наблюдения за странными проявлениями в отсутствие в квартире посторонних. В конце концов и ее свекровь припомнила случаи, коща посторонние предметы появлялись в квартире при отсутствии и мужа, и сына, и первой жены последнего. Я пояснил, что связь полтергейста с колдовством носит всего лишь гипотетический характер, но что связь с полтергейстом всего того, что они наблюдали, неоспорима. Поэтому нужно прекратить бесплодные поиски «стрелочника» в лице то колдуньи – первой жены сына? то колдуньи-матери, то той же, но уже «свихнувшейся» матери. В том, что происходит, «виноват» полтергейст – весьма редкое аномальное явление, с которым, к несчастью, столкнулась эта семья. Напряженные отношения в семье, продолжал я, могут быть одной из причин, провоцирующих проявления полтергейста. Восстановление же мира в семье, бывает, прекращает полтергейст. Я посоветовал обоим женщинам рассказать все это своим мужьям.

Выходя из гостиничного номера, старшая из женщин произнесла вслух: «Как же это так я за зря на своего старого грешила? Буду просить у мужа прощения!» Эти ее слова еще более укрепили во мне уверенность, что мир в этой семье восстановится, а вместе с ним, скорее всего? прекратятся и проявления полтергейста. Однако ситуация требовала наблюдения и я попросил своего коллегу из этого города поддерживать связь с пострадавшей от полтергейста семьей. Свою же задачу я посчитал на этом выполненной.

В ПОИСКАХ «СТРЕЛОЧНИКА»? ИЛИ КАК ПРОИСХОДИТ «ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ» ПОЛТЕРГЕЙСТОВ

Приведенный случай – выразительный пример персонификации, то есть олицетворения полтергейстных проявлений. Сознание современного человека, отвергая аномальные проявления как невозможные, немыслимые? ищет любое другое хоть сколь-нибудь правдоподобное объяснение. И находит его – в гипотетических «коварных» происках ближнего своего. Чаще всего в роли «стрелочника» выступают реальные или предполагаемые враги: члены семьи, сослуживцы, соседи по месту жительства, повинные в чем угодно; но только абсолютно непричастные к полтергейсту. Такое, признаться, весьма распространенное мнение однажды даже было подкреплено авторитетом Академии наук СССР.

Я имею в виду широко известную статью журналиста В.Н. Травина «Доморощенная магия, или Похождения Барабашки», напечатанную газетой «Московский комсомолец» 3 января 1989 года. Эта статья – интервью о полтергейсте с заведующим лабораторией психотроники Отдела теоретических проблем Академии наук СССР В.Т. Исаковым.

Виктор Трофимович Исаков считает, что есть три вида полтергейста: спонтанный, индуцированный, провокационный. В первом случае человек или группа людей самопроизвольно (спонтанно) «впадают в особое психофизическое состояние; близкое к самогипнозу». Человек в этом состоянии способен делать невероятные для обычного своего состояния «подвиги», затем «тут же выйти из гипнотического состояния и удивиться тому, что произошло». Провокационный полтергейст – это самый натуральный чистой воды обман, к которому прибегают моральцо нечистоплотные люди для достижения своих корыстных целей: «получения новой квартиры, желания произвести эффект на публику, вызвать испуг и так далее», причем они выполняют свои трюки сами, осознанно.

Для нас в данном случае наибольший интерес представляет второй (по В.Т. Исакову) вид полтергейста – индуцированный: "Если в спонтанном полтергейсте все события происходят неосознанно, то в индуцированном это кому-то бывает нужно. Допустим, в семье или среди близких родственников возникает серьезный конфликт, и пострадавшая сторона желает всем отомстить. Хотя это и необязательно должен быть член семьи. Им может быть и сосед, и знакомый, и сослуживец… Условно мы его назвали «скрытым лицом». Но оно, как правило, не обладает способностью вызвать в доме тарарам, то есть то, что мы называем полтергейстом. В таком случае оно вынуждено обратиться за помощью к «колдуну».

– Что представляет из себя этот «колдун»? – спрашивает В.Н. Травин и получает ответ: «Это так называемые в народе „бабка“ или „дед“, обладающие уникальными способностями гипноза. Вот они и могут сделать все, что пожелает „заказчик“. Ведь всем известно? что практически в каждой деревне есть такие люди».

Эта версия о «колдовском» происхождении полтергейста мгновенно стала как бы родной для множества людей? страдающих от псевдополтергейстных проявлений. В.Н. Травин, автор статьи, был буквально атакован десятками телефонных звонков в день, сотнями писем от жертв псевдополтергейста. Звонившие и писавшие упорно не замечали, что в статье слово «колдун» было взято в кавычки. Авторитет Академии наук СССР, в системе которой работал В.Т. Исаков, автор версии о «колдовской» природе индуцированного полтергейста, всегда был достаточно высок среди потенциальных жертв псевдополтергейстных проявлений.

Что же они собой представляли, эти жертвы? Прежде всего, среди них были люди, и понятия не имевшие, в чем заключаются полтергейстные проявления, но придававшие излишнее значение некоторым событиям, странным с их точки зрения (в себе или своем окружении), имевшим вполне разумное объяснение. Вторую категорию жертв составляли душевнобольные, в основном с бредом физического или психического воздействия. Они упорно утверждали, что их недруги воздействуют на них либо лучами находящейся в соседней квартире специальной физической установки, либо своими мыслеизлучениями. Тут? как говорится, все ясно.

Но была и другая, правда, немногочисленная группа обратившихся, отнесение которых к категории жертв псевдополтергейстных проявлений вряд ли было бы справедливым. Все они действительно страдали от вполне реальных и, похоже, полтергейстоподобных проявлений? но также придерживались версии их «колдовского» происхождения. Приходилось тщательно разбираться в каждом конкретном случае.

Наиболее поучительным из них с точки зрения вскрытия психологических механизмов олицетворения полтергейстных проявлений, механизмов поиска и нахождения «стрелочника» служит письмо человека – условно назовем его И.И. Сидоров – из одного подмосковного города. Письмо от 4 февраля 1989 года адресовано прокурору этого города. Копию же письма И.И. Сидоров направил главному редактору газеты «Московский комсомолец»: "Мне нужна помощь. Это как бы само собой. Нужно погасить в стране нарастающее колдовство, от которого страдают люди, затем уничтожить колдунов, как главных врагов народа и перестройки.

Это не Барабашка. Это хищное зверье с черной дурной завистью, ненавистью. Их голыми руками не прощупаешь. Нужен строгий закон, без пощады карающий их. Прошу сообщить результаты раэбора материала". Так уж случилось, что разбираться в этом материале пришлось мне. Много часов провел я в беседах с И.И. Сидоровым, мы даже подружились и до сих пор поддерживаем это наше знакомство. Что же выяснилось? Если очень кратко, то «симптомы болезни», от которых реально страдают И.И. Сидоров и его близкие, складываются из признаков? характерных как для случаев так называемых беспокойных домов, так и для так называемых геопатогенных зон. А И.И. Сидоров, даже и не подозревая о такой возможности, во всех своих страданиях винит «колдунью» – свою престарелую соседку. Образ врага найден! Довольно долго я уверял И.И. Сидорова, что это не так, что скорее всего и его «колдунья» страдает таким же образом (их отношения не позволили мне достоверно выяснить это) и что один из возможных вариантов изоавления от этого – переселиться в другое место, но он твердо стоял на своем. И только лишь тогда, когда его соседка ушла, как говорится? в мир иной, а «симптомы болезни» остались, И.И. Сидоров наконец-то признал мою возможную правоту.

Собственно говоря, поиски внешнего врага, внешних причин собственных неприятностей – обычная и весьма распространенная форма поведения как сообщества людей, так и отдельно взятого человека. В своем крайнем выражении она особенно ярко проявляется у определенных категорий душевнобольных: неизвестные им причины не' обычных или неприятных ощущений в теле, галлюцинаций, могущие затрагивать все органы чувств, что связано с внутренними патологическими процессами, протекающими в тканях их мозга, такие больные как бы проецируют во вне. Они ищут внешний источник своих мучений и не подозревают, что сами же являются «носителями» своих собственных страданий!

Итак, современный «просвещенный» человек обычно не верит ни в полтергейст, ни в нечистую силу – в последнюю особенно. Поэтому-то в роли «стрелочника» у него выступают не проявления полтергейста и не проделки целого сонма мифологических персонажей, а целенаправленные, закономерные действия своего же собрата – живого человека из плоти и крови, нередко обладающего особыми, например, «колдовскими» способностями.

Если же мы возьмем «не слишком просвещенного» человека наших дней или вообще человека, не обремененного грузом современной цивилизации, то в таком случае на роль «стрелочника» уже будут претендовать духи, божества, различные персонажи народной демонологии. Эти персонажи в фольклористике и этнографии обычно трактуются как персонифицированные, то есть олицетворенные, явления природы. Это – божества разных, 6 том числе и низших уровней иерархии. Каждому из таких персонажей свойственны свои специфические функции.

Интересна группа мифологических персонажей низших рангов, чьи функции в значительной степени схожи с «функциями» (или проявлениями) полтергейста – аномального явления, не находящего удовлетворительного объяснения в рамках современной науки. К этой группе следует отнести домового-доможила, домового-дворового? банника, овинника, гуменника, кикимору, мокруху и ряд других персонажей народной демонологии.

Возьмем, например, мокруху. Этот персонаж, согласно поверью, оставляет мокрое место там, ще посидит. С другой стороны, одно из нередких проявлений полтергейста – необъяснимое появление мокрых пятен, луж или струй воды. Мне приходилось сталкиваться с такими случаями. Так, например, года два тому назад меня пригласили посетить одну московскую квартиру, в которой невесть откуда на полу, на стульях, табуретках появились лужицы воды, смачивались кресла, диван, постель и постельное белье, носимая одежда – брюки, платья, юбки. Созвонившись и получив приглашение приехать я, положив в портфель запасные брюки, отправился в путь. Приехав, а дело было в октябре, я застал такую картину: вся квартира представляли собой своего рода сушилку! Просушивалось все: матрацы, простыни, одеяла, подушки, наволочки, пододеяльники, покрывала, платья, брюки, юбки и прочее. Дело осложнилось тем, что отопления, как нарочно, еще не включили. Особо доставалось одиннадцатилетней Наташе. Коща она ложилась спать, приходилось неоднократно и безуспешно менять постельное белье: только что замененное на сухое, оно вдруг оказывалось мокрым! На запах же вода оказывалась обычной – московской водопроводной.

Во время рассказа и показа этих и других полтергейсгных проявлений все мы – Наташа, ее дядя, бабушка и дедушка, а также и я – сидели в одной комнате. Время от времени Наташа или ее дядя со смущенной улыбкой скромно удалялись из комнаты – около дюжины раз – и возвращались в других, сухих брюках (дядя) или юбочках (Наташа). Места, на которых они только что сидели? будь то диван, стул с мягкой обивкой или табуретка с пластиковым сиденьем – внезапно оказывались мокрыми. Однажды чуть не замочило дедушку. Он деликатно и с опаской присел на краешек табуретки – и вдруг на нащих глазах на другом ее краю все мы увидели узкую, в несколько сантиметров шириной, полоску воды. Спустя несколько дней фаза водного полтергейста закончилась? сменившись другими, не менее диковинными проявлениями. Запасные брюки мне, к счастью, на этот раз не потребовались. В данном случае эта предосторожность оказалась излишней, но не бессмысленной: я знал, что на первых этапах развития фазы водного полтергейста смачивается все и вся и лишь потом смачивание фокусируется на «носителе» таких проявлений и на принадлежащих ему вещах. «Носителем» в данном случае была Наташа, и феномен смачивания уже вступал в фазу сосредоточения на своем «носителе» и на принадлежащих ему вещах. Поэтому-то меня и не затронуло.

Бывая позже в этой же квартире, я не раз жалел об опрометчиво не взятых с собой запасных ботинках, зимней шапке, шарфе, перчатках: кое-что оказывалось под струей воды из крана, кое-что портилось, кое-что на время оесследно исчезало. Но это уже были не мокрухины проделки: скорее, это было баловство домового или кикиморы, если судить по приписываемым этим мифическим существам функциям. Они буквально «выживали» меня из квартиры и однажды, испытав в течение примерно получаса свыше двадцати «нападений» на принадлежащие мне вещи я, сумев наконец-то собрать в охапку залитые водой зимнюю шапку и ботинки, пальто без пуговиц, исчезнувший, а потом найденный втиснутым в рукав пальто причудливо – в виде «Чебурашки» – завязанный шарф, выскочил на лестничную площадку. Я вежливо отклонил любезное предложение искренне соболезновавших мне хозяев этой «нехорошей» квартиры вновь войти в нее, прямо на лестничной площадке привел в относительный, насколько это было возможно, порядок себя и свои вещи и, рассыпаясь в извинениях, тут же отбыл восвояси, испытывая муки от укоров совести, что оставил эту несчастную семью один на один со столь вредной нечистой силой.

Эта московская семья, в отличие от семьи из южного города, о которой я рассказала начале этой статьи, недавно прочитала о проделках «Барабашки» и была таким образом психологически готова к встрече с полтергейстом. Тем не менее по предложению Наташи все, что происходило у них в квартире, шутливо считалось проделками «Чебурашки». Постепенно в эту игру, незаметно для себя, включился и я. Сколь же живуче оказалось стремление к олицетворению аномальных явлений, хотя бы и в шутливой форме!

Но человеку далекого прошлого или современному человеку при столкновении с аномальным явлением нередко бывает отнюдь не до шуток. Даже и мне было совсем не весело, когда я, «выжитый» из «нехорошей» квартиры? стоял как неприкаянный на лестничной площадке с прижатой к груди охапкой своих вещей. А каково было в тот момент ее обитателям, временно лишившимся столь необходимой для них тоща психологической поддержки с моей стороны? Можно предположить, что для человека и далекого, и не столь далекого прошлого, столкнувшегося с проявлениями полтергейста, поверья о фантастических с современной точки зрения существах, производящих эти феномены, служили своего рода эквивалентом психологической поддержки. Эти поверья давали как непротиворечивое объяснение случившегося, так и способы противостояния или совместного, относительно бесконфликтного, проживания с этой нечистью. А это уже реальные знания, своего рода руководство к действию? облеченное, правда, в суеверную форму. И задача исследователя – найти в этих крупицах воплощенного народного опыта рациональное зерно.

В самом деле, каковы, например, функции, приписываемые домовому? О.А. Черепанова в книге «Мифологическая лексика русского Севера», изданной в 1983 году? так описывает эти функции: домовой «проявляет себя различными звуками – стуком, скрипом, вздохами и кряхтением, а также перемещением и пропажей вещей. Наваливается на спящего и „гнетет“ ночью, оставляет на теле синяки». Но все это характерно и для «проделок» полтергейста!

Полтергейстные проявления в русской крестьянской избе нередко не ограничиваются геометрическими переделами дома, а распространяются на двор и дворовые постройки. Поэтому, как пишет С.В. Максимов в книге «Нечистая, неведомая и крестная сила», переизданной в 1989 году, в народе считают, что есть домовой-доможил, обитающий в избе, и приданные ему в помощь домовой-дворовой, банник, овинник (гуменник) и кикимора: «Вся эта нечисть – те же домовые, – пишет С.А. Максимов, – отличные лишь по более злобным свойствам, по месту жительства и по затейливым проказам».

А уж проказы бывают действительно более чем затейливые. Возьмем, например, кикимору. Чаще всего она проказит с веретенами, прялкой и начатой пряжей, причем нитки сучит не слева направо, как принято у людей, а наоборот. Бывает, что кикимора треплет и сжигает кудель? оставленную у пряжи без присмотра. Кикимора невидимо ходит по полу, сильно стуча при этом ногами, гремит посудой, бросает и бьет горшки и плошки, портит хлебы и пироги, кидается луковицами из подполья или из-за печки, стучит вьюшками, крышками от коробов и под. Об этих и других проказах кикиморы пишут и О.А. Черепанова, и С.В. Максимов. А ведь все эти «проказы» характерны и для полтергейста!

Среди проказ домового и кикиморы, а также среди проявлений полтергейста имеется одно весьма любопытное общее: самозавязывание и саморазвязывание узлов. Сучение и прядение нитей, свойственное кикиморе – из того же самого ряда, как и способность домового заплетать в косы волосы на голове человека, хвосты и гривы лошадей. Кстати, мой многострадальный шарф, завязанный наташиным «Чебурашкой», оказался скручен справа налево.

Да и проказы такого персонажа, как банник, мало чем отличаются от некоторых типичных проявлений полтергейста. С.В. Максимов пишет, что банник, в частности? может бросаться горячими камнями из каменки. Но камнебросательный полтергейст известен с незапамятных времен! Например, описано самопроизвольное камнебросание, датированное 355 годом нашей эры. В январе 1989 года самопроизвольное камнебросание наблюдали в кишлаке Спинз Шугнанского района Горно– Бадахшанской автономной области Таджикистана, о чем 7 марта 1989 года сообщила газета «Тоджикистон совети».

Итак, «стрелочники» найдены. Ими оказались, с одной стороны, реальные или предполагаемые склонные к колдовству живые люди из плоти и крови, с другой – различные мифические персонажи, запечатленные во многих фольклорных жанрах. Представляется интересным продрлжить анализ параллелей в проявлениях как полтергейста, так и этих персонажей в соответствии с приписываемыми им функциями.

РАССКАЗЫ О СЛУЧАЯХ, ЛОГИКА КОТОРЫХ ЯВНО ВЫЗЫВАЕТ СОМНЕНИЕ

В 1987 году в Новосибирске вышла в свет необычная книга – «Мифологические рассказы русского населения Восточной Сибири». Это – составленный иркутским фольклористом В.П. Зиновьевым сборник быличек и бывальщин, собранных в 1966-1980 годах в Забайкалье и в Иркутской области. Книга содержит описание случаев? представляющих несомненный интерес для исследовате-. лей аномальных явлений. И, видимо, не случайно для большинства из них эта книга стала как бы настольной. Не остался в стороне и автор этих строк, испытывающий давний интерес к феноменам полтергейста. При чтении ряда сюжетоь меня постоянно охватывало ощущение встречи с чем-то уже давно известным и хорошо знакомым? в том числе и по личному опыту. Вот, например, быличка? записанная в селе Курумдюкан Читинской области в 1980 году. В ее основе – «событие, взволновавшее несколько соседних деревень», а потому и рассказ об этой истории на сюжет «Кикимора общается с людьми» записан от пяти человек (все случаи из книги В.П. Зиновьева излагаются в сокращении, но по возможности близко к оригинальному тексту):

– В одном доме, где жила мать с тремя дочерьми, появилась кикимора. Она отвечала стуком на вопросы. Послушать ее приходили не только местные жители, но и приезжие. Как-то узнавала, сколько чужих, сколько своих. Когда спрашивали, точно отвечала стуком. По просьбе выигрывала мелодию – стуком на половицах. Бросала в людей разными предметами: углем, ботинками, клубком пряжи. Нельзя же так жить. Хозяевам нет покоя. С помощью знакомого человека нашли в доме куколку и сожгли ее на костре. Все прекратилось.

Невольно вспоминается другая история с похожим сюжетом – «Барабашка» общается с людьми. «Барабашка» —главныйгероЙзнаменитоготелефильма «Ктотам?»? показанного на первой неделе января 1989 года, а также бесчисленных газетных репортажей. В результате этот весьма неоднозначный персонаж до сих пор пользуется поистине всесоюзной известностью. А тогда, 28 сентября 1988 года, автор этих строк вместе со своим коллегой В.Н. Фоменко пришел в гости к «Барабашке», который незадолго до этого незаконно «прописался» в одном из московских общежитий молодых строителей, в комнате, где проживали три подруги – Феруза, Флюза и Таня. Минут через 1^ начались стуки в пол. Я заметил, что стуки раздаются из-под ступней Ферузы. Приглядевшись внимательнее? увидел, что одновременно со стуками у Ферузы сокращаются сухожилия ступней: один стук – одно сокращение? два стука – два сокращения, стук из-под левой ступни – сокращаются сухожилия левой ступни и т.д. Стало неинтересно. Попросил всех присутствующих оторвать ноги от пола. При этом был уверен, что после этого все стуки прекратятся. К моему удивлению, стуки продолжались. Они глухо раздавались из матраца кровати, на котором сидела Феруза. Я также присел на эту кровать. К еще большему удивлению, синхронно с глухими стуками я ощутил отчетливые точечные прикосновения изнутри матраца, и так много раз. Уступил свое место В.Н. Фоменко – все слышат глухие стуки из матраца, а он сообщает еще и о таких же прикосновениях. Вновь занял свое место – то же самое. Под общий смех заглянул под кровать – убедиться, что там никого нет. В конце визита В.Н. Фоменко задал «Барабашке» серию альтернативных вопросов об исходе финального олимпийского матча по футболу, который должен был состояться через пять дней – 3 октября 1988 года. Ответы давались «обычным» способом: один стук – «да», два – «нет». Победа олимпийской сборной СССР по футболу и счет матча были предсказаны точно. А вот другая быличка, записанная В.П. Зиновьевым: – Инвалид Отечественной войны, несуеверный, вздумал построить себе новый дом. Сыновья строили, а он им указывал. И вот, как они спать лягут, в этом доме ночью такой тарарам поднимался^ будто ведра стукаются и переворачиваются, гром, шум ужасный стоит – спать невозможно. И так повторялось каждую ночь. Однажды отец не выдержал, накричал на сыновей, что они там ведра забыли, вот их ветер и гоняет по крыше, по чердаку. Они отца подняли наверх, осветили – а там пусто. Слезли, а все ведра стоят внизу. Плюнул отец с досады, пошел спать. Только в дом – на крыше опять началось. Так ничего они сделать и не смогли. Жуть стала брать всех. Продали дом и уехали.

И опять вспомнилась покожая история, о которой сообщила одна московская семья, прочитав в июльском номере журнала «Юный техник» за 1989 год интервью со мной:

– Мы решили написать о том, что у нас творилось в доме в деревне, где мы жили до пожара. Когда дом еще строился, то есть был совершенно новый, по ночам происходили странные вещи: коща все ложились спать, вдруг начинала капать вода, как будто в пустую чашку. И не только одни мы слышали эти звуки, за стенкой жилец? еще одна семья, то есть под одной крышей жили две семьи из нашей родни, они тоже слышали, как капает вода, или вдруг на «потолке» начинали ходить так, что прогибались доски, а коща поднимались на «потолок», то есть на чердак, то все прекращалось, а коща спускались, происходило все то же самое. Также в очень лунную ночь, в сарае происходило нечто странное: однажды привезли дрова и мы их сложили в поленницу, ночью мы вдруг услышали стук топора и звуки, напоминающие кряхтение, как будто ктото колет дрова, уже пожилой и е^у тяжело заниматься этим. Но на следующий день, когда мы вошли в сарай? дрова лежали так же, как и были положены раньше, то есть будто ничего не происходило. Также мы слышали разные звуки, слышали, как в стене пела птичка, мы переходили из комнаты в комнату и она как будто переселялась с нами, то есть перелетала, но как она могла петь и перелетать по очень тонким жердочкам из железобетона, а стены были не из дерева, а из шлака, почти примерно в ^0 см толщиной? Нам говорили, что это нас кто-то предвещает о беде, но мы не верили, и вот 24 декабря 1977 года дома у нас начался пожар, дом сгорел и по сей день стоят только стены.

По мере дальнейшего чтения сюжетов, запечатленных В.П. Зиновьевым, вспоминались и другие аналогичные случаи, известные мне как по литературе, так и из личного опыта. Все это не могло не вызвать вопрос о соотношении фольклора и аномальных явлений. Неужели подобные, воистину необыкновенные, явления и происшествия не получают отображения в фольклоре? Подавляющее количество сюжетов, записанных В.П. Зиновьевым, он слышал от людей, родившихся в конце прошлого века или в начале текущего. Неужели все это только бабушкины сказки?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14