Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Гоблины (Секретные материалы)

ModernLib.Net / Неизвестен Автор / Гоблины (Секретные материалы) - Чтение (стр. 4)
Автор: Неизвестен Автор
Жанр:

 

 


      - Еще один человек-невидимка?
      - Как знать?
      - Или это один и тот же?
      - Как знать, - повторила Скалли.
      - Этот первый, - Малдер заглянул в отчет, - Пирс, он ведь был пьян? Так же как и свидетель.
      - Точно.
      Он еще раз просмотрел оба отчета.
      - И женщина, на глазах у которой убили Фрэнка, тоже была пьяна. К тому же... наркотики?
      -- Верно. Героин.
      От ее внимания не ускользнуло то, что Малдер заметно оживился.
      - Итак... - Он прищурил один глаз. На губах его появилось некое подобие улыбки. - Следовательно... возможно.
      - Как знать, - голосом, лишенным эмоций, произнесла Скалли.
      - Скалли, - взмолился Малдер. - Я сдаюсь, договорились? Ты выразилась совершенно определенно. Я все понял про Барелли.
      Он протянул руку, чтобы взять папку.
      Скалли покачала головой:
      - Это еще не все. Малдер вновь помрачнел:
      - Что еще? Ты пытаешь меня за то, что я до сих пор не посмотрел слайды, снятые тобой в турне? Или хочешь, чтобы я лично обломал Карлу руки?
      - Нет. Просто дело в том... в общем... есть еще хреновые новости.
      - Хреновые? - Малдер удивленно вскинул брови.
      - Это связано с Хэнком.
      Он задумался на секунду, а затем небрежно махнул рукой, давая понять, что это не беда.
      - С Хэнком и компанией, - добавила Скалли. В дверь постучали.
      - Что это, черт побери, значит: "с компанией"? - рявкнул Малдер. - Скалли, может, объяснишь наконец, что происходит?
      Она встала и указала на дверь:
      - Познакомься с "компанией". Фокс Малдер.
      - Привет. - В кабинет вошла высокая блондинка. Малдер нехотя поднялся ей навстречу. - Мое имя Лиша Эндрюс. Рада познакомиться с вами, агент Малдер. Хэнк много рассказывал о вас.
      - Хэнк? - тупо повторил Малдер, протягивая ей руку.
      Лиша вопросительно посмотрела на Скалли.
      - Ну да! Хэнк Уэббер. Разве он вам ничего не сказал? Мы с ним партнеры. Вроде как. Мы едем с вами в Ныо-Джерси. Я правильно говорю, агент Скалли?
      - Ну разумеется, - подтвердила Дана. Ее ни-чуть не смущало то обстоятельство, что вся эта ситуация доставляет ей громадное удовольствие. Абсолютно правильно!
      Вид с Делаварского мемориального моста открывался захватывающий - залив, лента реки, по обе стороны обрамленная лесом, океан и вдоль берега корпуса многочисленных комбинатов и заводов. Однако Барелли ничего этого не видел. Он боялся высоты и ненавидел чаек, злобно кричащих прямо перед его носом. Всякий раз, когда он проезжал по этому мосту, у него потели ладони. Но все же это было куда лучше, чем лететь самолетом.
      Оказавшись на северной стороне, Барелли, не теряя времени, направил свой видавший виды "форд-таурус" желтого цвета в сторону скоростной магистрали. Еще до встречи с Малдером он предусмотрительно позвонил сенатору, и тот заверил его, что все устроит. Однако Барелли не очень-то в это верил.
      Особенно после разговора с Даной.
      В очередной раз не поддавшись его обаянию, она проводила его к выходу слава Богу, им никто не встретился! - и снисходительно, словно мальчишку, потрепала по плечу.
      - Занимайся своим спортом. Карл, - посоветовала она. - Я искренне сожалею о том, что случилось с капралом, но ты все же не теряй голову, ладно?
      Он едва совладал с душившим его гневом, чтобы, как ни в чем не бывало, чмокнуть ее в щечку и вежливо откланяться. Занимайся спортом!
      Что она о себе возомнила? Шерлок Холмс в юбке!
      К тому же он не был спортивным репортером. Он был журналистом, которого интересовали проблемы, связанные со спортом. Большая разница - и он готов доказать это!
      Пятнадцатью минутами позже - в сгущающихся сумерках - он гнал по шоссе на север, не обращая внимания ни на подступающий к самой дороге густой лес, ни на ястребов, которые, высматривая себе добычу, терпеливо парили над дубами и соснами. Не обращал он внимания и на знаки ограничения скорости и старался держаться левой полосы. Стрелка спидометра застыла на отметке 70 миль в час. Барелли включил радио. Играли "Янки". В окно заносило мелкие клочки бумаги. В левой руке Карл держал сигарету.
      Проклятая стерва! Он спросил себя: стоит ли и дальше тратить на нее время? И невесело усмехнулся - ответ был очевиден. Она не уступит. И его это возбуждало. Она его возбуждала, черт побери! И в ближайшие дни он ей тоже станет небезразличен. Скоро! Ему недолго придется ждать. Хотя он и не являлся фигурой национального масштаба, однако его имя то и дело мелькало в газетах штата. Его узнавали! Барелли резонно рассудил, что сможет сыграть на этом, когда окажется в Марвилле, хотя и не знал толком, где находится эта дыра. Кажется, прилепилась где-то с краю, по дороге из Форт-Дикса в Макгуайр. Его знают всюду - так что при встрече с ним у людей быстро развяжутся языки. Несколько порций виски, несколько вопросов, пара дружеских хлопков по спине да еще не забыть многозначительно под мигнуть, - и он утрет нос зануде Фоксу Малдеру.
      Ведь Ульман для него все равно что родня. Последний раз, когда Барелли видел Энджи, у той глаза опухли от слез.
      Не может же он примириться с тем, что какой-то выродок убивает его близких.
      Пожалуй, если повезет, он сам достанет гаденыша, который прикончил Фрэнки.
      Улыбнувшись, Барелли включил фары.
      Улыбка, впрочем, вскоре исчезла с его лица.
      Он сидел, вцепившись в руль, одержимый одной только мыслью: Карла Барелли не остановит какой-то гаер с ножом. Он знал - его считают мягкотелым, кабинетным червем. Как же они все заблуждаются!
      "Не бойся, Энджи, - твердил он про себя. - Крепись, малыш. За дело взялся кузен Карл..."
      Дане не нравилось то, что луна и свет фар лишают землю ее естественного цвета. В такие минуты белого больше не существовало в природе - лишь черный, да всевозможные оттенки серого, и что-то такое, что притаилось между черным и серым.
      Кладбищенское время.
      Скалли ущипнула себя за мочку уха, чтобы не Уснуть. Она думала, надеялась, что хотя бы на время будет избавлена от необходимости совершать длительные поездки, но Малдер стоял на своем: нечего откладывать до утра. Ночь можно провести и в дороге, чтобы уже наутро приступить к работе.
      Впрочем, она готова была примириться с этим. Малдер вызвался сам вести машину, взял с собог кофе и сандвичи, а также уговорил Уэббера и Эндрюс ехать в отдельной машине, чтобы у тех была возможность поближе узнать друг друга. "Партнеры, - с торжественной убежденностью наставлял Малдер неопытных коллег, - должны понимать друг друга с полуслова и в случае чего, если дело примет по-настоящему серьезный оборот, уметь прикрыть товарища". Не сказал он им одного - по-настоящему серьезный оборот дело обычно принимает разве что в кино.
      Если, конечно, партнером не является Фокc Малдер.
      Лиша не возражала. Уэббер же, к немалому изумлению Скалли, выглядел даже несколько смущенным.
      По расчетам Скалли, Уэббер с Эндрюс должны были оторваться от них минут на пятнадцать - зарезервировать комнаты в мотеле под названием "Роял-Бэрон", который Малдеру рекомендовал заезжий агент из филадельфийского отделения.
      Она и подумать не могла, что место это окажется настолько дрянным. Только Малдер был способен выискать подобную дыру. Он называл это даром. Скалли считала это проклятием.
      - Как ты? - спросил Малдер, оглянувшись. - Можешь поспать, если хочешь.
      - Малдер, еще нет и девяти. Если сейчас я усну, то что буду делать ночью? - Она протянула руку и включила обогреватель. Было прохладно. - А что случилось?
      Он пожал плечами:
      - Ничего.
      - Разбиваться на пары - это на тебя не похоже.
      - А тебе не кажется, что если в городишко типа Марвилла ввалятся сразу четыре агента ФБР, то это будет похоже на военный парад?
      - А если они рассредоточены в двух машинах - это другое дело?
      Малдер промолчал.
      Они проехали еще милю - окруженные все той же сероватой мглой, - прежде чем Скалли повторила свой вопрос.
      - Малдер, только не надо вешать мне лапшу - я не в настроении, - добавила она. Он беззвучно рассмеялся:
      - Боже правый! Сначала "хреновые новости", теперь "вешать лапшу". Чем ты там занималась во время своих вакаций?
      - По крайней мере не уходила от ответов на вопросы, когда мне их задавали.
      Малдер помолчал, нервно постукивая большим пальцем по рулю.
      - На днях мне нанесли визит.
      Скалли, затаив дыхание, выслушала его рассказ о человеке из мемориала Джефферсона. В какой-то момент она даже плотнее запахнула пальто. Когда Малдер закончил, она лишь скрестила на груди руки. У нее не было никаких сомнений в том, что встреча эта действительно имела место, однако она никогда не могла целиком разделить убежденность Малдера относительно существования некоей внеземной жизни, равно как и его веру в то, что в правительстве, а также вне его есть люди, убежденные в этом не меньше, чем он сам, и представляющие для него куда большую опасность, нежели самый жестокий убийца.
      А если прибавить к этому его, не менее экстравагантную, теорию, согласно которой среди "человеко-теней", как он их называл, есть горстка тех, кого можно считать его сторонниками, то будь на месте Малдера любой другой представитель гума-ноидов, Скалли непременно сочла бы его по меньшей мере параноиком.
      Однако в устах Малдера все это почему-то звучало почти правдоподобно.
      "Даже больше, чем "почти", - вынуждена была признать Скалли.
      С другой стороны, появление человека в твидовой куртке скорее всего принадлежало к разряду совпадений, и когда она сказала об этом Малдеру, тот только хмыкнул - не то чтобы он был уверен в обратном, но и серьезных оснований настаивать на своем у него не было.
      - Так какое же отношение данное дело имеет... к кому бы то ни было? спросила Скалли, задумчиво вглядываясь в темноту за окном. - И какое отношение все это имеет к Луизиане?
      - Это выше моего понимания. Я не экстрасенс.
      Она поежилась.
      - Малдер, а как же твоя любовь к чертовщине? Забыто?
      - У меня это вот где сидит. - Он постучал себя пальцем по лбу.
      Скалли посмотрела в зеркало и увидела, как по губам Малдера скользнула улыбка. Некоторое время они ехали молча, пока она не почувствовала, что засыпает.
      - Тогда что это дело значит для тебя лично?
      - Не знаю. Впрочем, нет - знаю. Это значит, что двое людей убито, и скорее всего они не последние. - Он криво усмехнулся. - Вот и все, Скалли, вот и все.
      Она кивнула, словно соглашаясь, хотя и знала, что наверняка он лжет. Глава 7
      Мотель "Роял-Бэрон" представлял собой длинное двухэтажное здание, выкрашенное в красный и белый цвета. Располагался он возле шоссе местного значения, ведущего в Марвилл. В западном крыле мотеля размещался офис. В этой части здания крыша была подсвечена прожекторами и сияла, словно корона, усыпанная драгоценными каменьями. Восточное крыло занимал ресторан. В центральной части располагались номера: двенадцать внизу и столько же наверху. На второй этаж можно было попасть по трем железным лестницам - две по краям и одна в середине - ядовито-красного цвета.
      С задней стороны к мотелю подступал густой лес, который тянулся также и с противоположной стороны шоссе.
      Ресторан - несколько кабинок вдоль окон, круглые столики в дальнем конце и длинная стойка - носил название "Трактир королевы".
      В изнеможении Малдер занял место в кабинке, отделанной красной искусственной кожей. Его не оставляло тошнотворное ощущение, будто он никак не может остановиться. В висках у него стучало; перед глазами то и дело вспыхивали круги. Ему хотелось только одного - залезть в постель и на какое-то время забыть обо всем на свете. Однако, когда они подъехали к мотелю, оказалось, что Уэббер и Эндрюс, которые уже успели снять комнаты, дожидаются их в офисе. Малдер пытался протестовать, но его уговорили пойти в ресторан и что-нибудь перекусить.
      Посетителей в зале не было. Молоденькая официантка протирала и без того блестевшие, как зеркало, столики и неторопливо переговаривалась через сервировочное окно с поваром.
      Малдер ничего не заказал - сама мысль о еде вызывала у него тошноту, однако позже вынужден был признать, что блинчики, которые подали Уэб-беру, выглядят действительно аппетитно.
      - Бекон вас доконает, - с сухим сарказмом заметила Скалли, покосившись на вторую тарелку, стоявшую перед Уэббером.
      - Не могу устоять перед соблазном, - по-мальчишески улыбаясь, Уэббер обильно сдобрил блинчики сиропом (Малдеру показалось, что он вылил никак не меньше галлона).
      - Не смущайтесь, - улыбнулась Скалли, с изумлением наблюдая за его священнодействием.
      Эндрюс удовольствовалась тарелочкой супа. Она сидела со следами усталости на лице, в пальто, застегнутом на все пуговицы.
      За окном ветер кружил сухие листья.
      - Так мы сегодня займемся этим? - поинтересовался Уэббер.
      Малдер бросил на него скучающий взгляд:
      -Чем?
      Держа в руке вилку с поддетым на нее блином, Уэббер махнул ею куда-то в сторону, но заметив, что на стол капает сироп, положил прибор обратно на тарелку.
      - Марвиллом. Сегодня приступим? Малдер покачал головой:
      - Не раньше чем завтра утром. Первым делом нам надо представиться местному шефу полиции, известить его о нашем присутствии.
      Уэббер утвердительно кивнул:
      - Хоукс.
      Малдер наморщил лоб, словно соображая, о чем
      это он.
      - Хоукс, - повторил Уэббер. - Тод Хоукс. Начальник полиции.
      - А-а.
      Уэббер посмотрел на Эндрюс, но внимание той было приковано к пустынному шоссе за окном. Девушка отчаянно боролась с зевотой.
      - Вы что, не читали досье? Там все есть. Я имею в виду - про Хоукса.
      После внезапного порыва ветра по оконному стеклу пробежала дрожь.
      Эндрюс поежилась, но взгляда не отвела.
      - Фокс?
      - Малдер. - Он пригладил ладонью волосы. - Не надо называть меня Фоксом. Малдер меня вполне устраивает.
      Уэббер кивнул, давая понять, что он все понял и запомнил и больше не повторит своей ошибки.
      "От этого сопляка, - подумал Малдер, - еще взвоешь..."
      Уэббер неплохо разбирался в теоретических вопросах, а следовательно, сейчас был либо чересчур возбужден, либо изрядно напуган. До настоящего времени сфера его оперативной деятельности не распространялась за пределы округа Колумбия. И вдруг оказаться здесь, где под боком нет родной конторы, а работать приходится с типом, у которого явно не все дома...
      Эта мысль успокоила Малдера.
      Эндрюс доела суп, зевнула и с наслаждением потянулась - да так, что хрустнули костяшки пальцев. Пальто не скрывало очертаний ее фигуры.
      - Черт, - хриплым голосом пробормотала она. - Черт...
      По тому, как Скалли тихонько пнула его ногой под столом, Малдер понял, что он неприлично долго разглядывает Эндрюс. Это обстоятельство, более чем что-либо другое, убедило его в том, что пора расходиться. Не учел он того, что Уэббер, видимо, попытавшись сэкономить для Конторы парочку-другую баксов, снял всего лишь две комнаты - одну для женщин и одну для мужчин.
      Открыв дверь и ввалившись в комнату, Малдер швырнул портфель на кровать и сказал:
      - Хэнк, если ты храпишь, мне придется тебя убить.
      Уэббер нервно рассмеялся и поклялся, что спит, как младенец. Все так же продолжая посмеиваться, он принялся распаковывать чемодан. На полочке в ванной он аккуратно разложил туалетные принадлежности, на дверь ванной повесил запасной костюм, остальное уложил в ящик низкого комода, стоящего у левой стены.
      Малдер слишком устал, чтобы еще соблюдать ритуал, а потому решил отложить это дело до утра. Приняв душ, он залез в постель и через десять минут уже крепко спал. Ему нисколько не мешал мягкий голос комментатора теленовостей.
      Он спал.
      Ему снилась погруженная в полумрак комната.. очертания мебели и окна... силуэт луны на шторах. Холодная ночь, живущие в ней и неотделимые от нее звуки - от шороха листьев до пения древесной лягушки и стрекотания сверчка...
      Отдаленный гул... Хотя Малдер знал, что рядом не проходит железная дорога и этот гул не может быть гулом поезда.
      Все громче и громче. Все ярче и ярче. Пока наконец сноп света не ворвался в комнату и не осветил сначала фигуру, скорчившуюся на кровати. а затем потолок - словно кто-то стоял за окном и медленно вращал источник этого света.
      Страх.
      Малдер подошел к двери, и ему стало так страшно, что он присел на корточки.
      Страх сковал его члены. Больше он не смог сделать ни шага. А свет тем временем стал нестерпимо ярким. А гул все нарастал. Фигура вдруг приподнялась на постели и откинула одеяло: в юном лице ни кровинки, глаза широко распахнуты, но в них нет страха, одна лишь упрямая решимость
      Малдер хотел остановить ее, но его неудержимо влекло вниз, и он желал только одного - провалиться сквозь пол, чтобы спастись от невыносимого светового разряда, заполнившего комнату, поглотившего фигуру девочки-подростка.
      Крик застрял у него в горле.
      Почувствовав, что задыхается, он вскочил на кровати и сел, обхватив руками подушку. По лицу его градом катился пот. Простыня и одеяло сбились в кучу.
      Решив, что он в состоянии двигаться, Малдер опустил ноги на пол и положил подушку в изголовье кровати. Стараясь не обращать внимания на бьющую его дрожь, он перевел дыхание, встал и крадучись подошел к занавешенному тонкими шторами окну. Раздвинув шторы, он выглянул на уяицу, но не увидел ничего, кроме пустынного шоссе и плотной стены леса за ним.
      Звезд не было видно, но Малдер знал, что они где-то там.
      У него за спиной раздавалось легкое посапывание Уэббера.
      Он вытер тыльной стороной ладони лоб и, стараясь не шуметь, отправился в ванную, притворил за собой дверь, однако свет включать не стал. Малдер догадывался, кого он может увидеть в зеркале - человека, одержимого одной идеей: найти свою сестру Саманту, пропавшую в те годы, когда они были еще детьми. Сон пытался пролить свет на загадку ее исчезновения. Возможно, это было правдой - возможно, нет. Не имеет значения.
      Был сон или его не было, но именно желание найти разгадку заставляло Малдера действовать.
      Он умылся, смыл с лица слезы, которых не замечал прежде, вытерся полотенцем и вернулся в постель.
      На часы он смотреть не стал, поскольку и без того знал, что только-только перевалило за полночь.
      По шоссе прогрохотал грузовой трейлер.
      Малдер уснул - на сей раз без всяких сновидений.
      - Дана?
      У Скалли не было ни малейшего желания признаваться в том, что она еще не спит. Ей хотелось уснуть, а разговоры могут подождать и до утра.
      - Что происходит с Малдером? - не унималась Эндрюс. - Может быть, мне следовало бы об этом знать?
      Раздающийся в темноте голос был низким и хриплым. Можно было бы подумать, что он принадлежит мужчине. Скалли уже имела возможность убедиться, как реагируют на этот голос Уэббер и Малдер, и теперь размышляла о том, знает ли сама Лиша, как его лучше использовать Несомненно, такой голос мог стать сокрушитель ным оружием. "Если пользоваться им во имя добра, а не во имя зла", - мысленно улыбнулась она, глядя в потолок.
      - Дана?
      Скалли шумно вздохнула и перевернулась на бок.
      - Да ничего страшного. Все в порядке.
      - Он выглядит каким-то Отрешенным.
      - Это поначалу.
      - Как это?
      Скалли не знала, как бы подоходчивее это объяснить, тем более что на этот раз она и сама толком ничего не понимала.
      - Приступая к расследованию дела, которое по-настоящему его занимает, он становится гиперактивным. Заряжается. - "Если не сказать больше", - добавила она про себя. - Потом, к сожалению, приходится выезжать непосредственно на место происшествия. Этого он не любит. Я имею в виду - не любит путешествовать. Просто-таки терпеть не может. Считает это пустой тратой времени, которое он... то есть мы могли бы посвятить делу. Так что, когда он прибывает на место, оказывается, что вся изначальная энергия израсходована на переезд. И тогда Малдер на какое-то время ломается.
      Лиша немного помолчала, затем спросила:
      - Утром он будет в норме?
      Скалли озадаченно нахмурила брови. Тревога Эндрюс, никогда прежде не работавшей вместе с Малдером, была вполне понятной. Но в голосе ее появились нотки, которые не могли не настораживать. Скалли закрыла глаза - оставалось лишь молиться, чтобы Лиша не положила на Малдера глаз и не завалила дело.
      - Все будет нормально, - не сразу отозвалась она.
      - Хорошо бы.
      Скалли ничего на это не ответила. Она перевернулась на другой бок и уже в полудреме услышала:
      - Мне бы не хотелось, чтобы мое первое дело пошло насмарку.
      Скалли едва не подпрыгнула на кровати - она желала бы получить объяснения, а возможно, и извинения. Естественно, такой человек, как Энд-рюс, хочет, чтобы ее первое дело прошло как можно более успешно. Видит Бог, она и сама перед своим первым заданием раз сто прочитала молитву. И нервы у нее были ни к черту. Но в том-то и дело, что Эндрюс казалась совершенно спокойной, пожалуй, даже чересчур невозмутимой, исполненной решимости. Вот это-то и пугало Скалли.
      "Или, - рассуждала она про себя, - я просто чертовски устала и потому преувеличиваю..."
      За окном прогрохотал трейлер.
      Скалли зевнула и натянула одеяло на подбородок.
      - Дана?
      На сей раз голос Лиши показался ей каким-то по-детски тоненьким.
      - Я слушаю.
      - Как думаешь, придется мне применять оружие?
      Скалли усмехнулась уголком рта:
      - Вряд ли, Лиша. Поверь мне.
      - В самом деле?
      - Да. - Она помолчала. -~ У правительства не хватает денег на патроны.
      Скалли подумала о том, что начинает рассуждать точь-в-точь, как Малдер.
      Эндрюс рассмеялась.
      - Наверное, я насмотрелась фильмов, - зашуршали простыни. - Спасибо. И спокойной ночи.
      - Не стоит благодарности. Спокойной ночи. За окном - теперь уже в противоположном направлении - прогрохотал еще один трейлер. Скалли вслушивалась в шум мотора, и когда он растаял вдали, она уже спала.
      Ее последняя мысль была о Малдере. Ей хотелось надеяться, что его не мучают кошмары. Глава 8
      От синего безоблачного неба, которое они видели накануне, не осталось и следа. В пятницу, на рассвете, его сплошь затянуло свинцовыми тучами. Когда Малдер со своей группой уже сидел в машине - Уэббер был за рулем, - поднялся холодный восточный ветер, гонящий по шоссе сухую листву и пожухлые сосновые иголки.
      Малдер не любил такую погоду - она напоминала ему о поздней осени.
      В четверти мили от мотеля начинался Марвилл. По обе стороны шоссе, на отвоеванных у леса просеках, были разбросаны немногочисленные дома, перед которыми посреди каменистого песчаника виднелись чахлые лужайки, такие же невзрачные, как и сами дома.
      Малдера охватило смутное ощущение того, что этот городишко умирает.
      Торговая часть занимала пять небольших кварталов. Здания здесь были в лучшем случае трехэтажные, в основном деревянные, хотя попадались и каменные, и кирпичные фасады, все как один обшарпанные и облупившиеся. Малдер насчитал по меньшей мере шесть домов, сдаваемых внаем. Куда чаще встречались такие, витрины которых были заколочены фанерой или закрашены белилами. Узкий транспарант, натянутый над Мэйн-стрит, извещал о том, что город отмечает свой 150-летний юбилей. Малдер не мог понять, что же занесло в эти края первых поселенцев: никакой реки; лес, состоящий из бедных пород деревьев, не имеющих промышленного значения. Форт-Дикс был основан лишь в 1917 году, а соседняя база Макгуайр - и того позже.
      Уэббер щелкнул пальцами и указал налево:
      - Таверна Барни.
      Малдер посмотрел на угловой бар, один из немногих все еще функционирующих на этой улице, и подумал о том, что, какими бы ни были причины для основания Марвилла, в настоящее время город держится по большей части за счет непосредственной близости гарнизона и военно-воздушной базы. Краска фасадов облупилась, многие дома нуждались в реконструкции. И все же это был город, который жил своей жизнью, невзирая на жестокую конкуренцию со стороны окрестных городов.
      На следующем перекрестке, слева, возвышалось унылое гранитное здание местного банка. Магазинчики продолжали худо-бедно работать - настолько, насколько это позволяло состояние местной экономики и то обстоятельство, что за последние несколько лет численность гарнизона значительно сократилась.
      - Тоскливое зрелище, - подала голос Эндрюс. - Как здесь можно жить?
      - Дешевое жилье - прежде всего, - предположил Уэббер и притормозил, пропуская трио переходящих улицу старушек. - Довольно мелкий городишко. До Филадельфии добираться непросто. И заработать негде.
      Малдер подумал, что дело заключается еще и в инерции. Куда ехать, если и здесь-то едва сводишь концы с концами? Конечно, ответы могут быть самыми разными, однако сводятся они, несомненно, к одному - а какая, собственно, разница?
      - Вот, - произнесла Скалли, молчавшая с самого завтрака.
      Справа показалось длинное, обшитое досками здание, занимающее примерно треть квартала. Новая вывеска с золотыми буквами говорила о том, что это и есть местный полицейский участок. На флагштоке рядом с входной дверью понуро висел американский флаг.
      Уэббер затормозил, воодушевленно потер ладони, выскочил из машины и бросился открывать заднюю дверцу - для Эндрюс.
      Малдеру до подобного рвения было далеко. Он неторопливо вышел из машины и подождал, пока выйдет Скалли. Они обменялись мимолетными взглядами, словно проверяя готовность друг друга, и, не произнося ни слова, побрели по бетонной дорожке. Эндрюс начала проявлять беспокойство - зачем начинать отсюда? Ведь сенатор уже связывался с Форт-Диксом и базой ВВС.
      - Скажем так,- пояснила Скалли, пытаясь уклониться от порывов ветра, - как правило, иметь дело с гражданскими властями куда проще, нежели с военными.
      - Им же хуже, - радостно заметил Уэббер. Малдер посмотрел на него, затем перевел взгляд на Скалли, открыл дверь и кивком предложил остальным следовать за ним. Они оказались в просторной комнате, занимающей, должно быть, добрую треть здания и разделенной от стены до стены деревянной перегородкой. За дверцей, расположенной в центре, сидела женщина-диспетчер в форме и что-то строчила в журнале. Позади нее стояли три металлических стола, на которых ничего не лежало.
      Справа от дверцы находился еще один, гораздо больших размеров стол, за которым сидел полицейский, чью форму, как показалось Малдеру, пошили лет десять тому назад, когда этот малый был фунтов на двадцать полегче. У полицейского было лицо человека, который большую часть своей жизни провел на открытом воздухе и в пьяном виде. У него были стриженые ежиком и, видимо, когда-то рыжие волосы.
      Малдер вытащил бумажник и показал ему удостоверение.
      - Доброе утро, сержант - ФБР беспокоит, - вежливо, с должным уважением отрекомендовался он и представил всех остальных. - Мы хотели бы видеть шефа полиции Хоукса.
      Нельзя сказать, что это сообщение произвело на сержанта Нильсена хоть какое-то впечатление. Не говоря ни слова, он встал из-за стола и не спеша направился к расположенной в дальнем конце комнаты двери, на которой не было никакой вывески. От внимания Малдера не ускользнуло выражение недоумения на лице Уэббера и злости - на лице Эндрюс.
      - Мы на их территории, - тихо напомнил им Малдер. - Не забывайте, это не они нас приглашали.
      - Ну все-таки, - пробормотал Уэббер. У Малдера не было ни времени, ни желания пускаться в объяснения на тему "Как вести себя с представителями правоохранительных органов". Все свое внимание он сосредоточил на сержанте, который, открыв дверь, стоял в проеме, уперевшись одной рукой в толстую ляжку, а другой почесывая то задницу, то затылок. "Мяса в нем много, но, наверное, оно жестковато", - мысленно усмехнулся Малдер и посмотрел на женщину-диспетчера, которая, в свою очередь, впилась в него своими колючими глазками. На вид ей было под тридцать, и она явно гордилась своим густым макияжем и пышными, спадавшими до плеч волосами.
      Наконец женщина соблаговолила кивнуть ему, он в ответ сделал то же самое.
      - Короткий день? - осведомилась Скалли, оглядывая пустую комнату.
      Женщина пожала плечами - судя по форменной бирке на пиджаке, звали ее Винсент, - и неопределенно махнула рукой:
      - Все на дороге. - Вялая улыбка скользнула по ее губам. - Час пик, знаете ли.
      Скалли хмыкнула, а женщина смущенно кашлянула в кулак.
      - Это что, ядовитый сумах? - спросил Малдер, глядя на белые пятна на тыльной стороне ладони у женщины-диспетчера. - Терпеть не могу эту дрянь.
      Винсент наклонила голову, выражая согласие:
      - Верно, так получилось, что...
      -Эй!
      Сержант поманил их пальцем.
      Уэббер тут же напрягся. Скалли поспешила успокоить его, слегка пожав ему локоть. Малдер с неизменной улыбкой поблагодарил сержанта и посторонился, пропуская вперед остальных.
      Нильсен не счел нужным улыбнуться в ответ. Мельком взглянув на Малдера, он вернулся к своему столу, предоставляя гостям возможность повторно совершить ритуал представления. На сей раз для Тода Хоукса.
      Шеф полиции Марвилла оказался моложе, чем предполагал Малдер, - ему смело можно было дать лет 45-47. У него были густые черные волосы, которые он зачесывал назад; тяжелые брови, сросшиеся у переносицы, и крупный, с едва заметной горбинкой нос. Хоукс не носил ни формы, ни даже галстука. На нем были черные брюки и белая рубашка. Пиджак его висел в углу на оленьих рогах, заменявших вешалку.
      Его стол был такой же серый, как и все остальные. Единственной живой деталью на нем была фотография в серебряной рамке, на которой, по всей видимости, были изображены жена Хоукса и трое его детей.
      Встав и пожав каждому руку, он предложил Скалли и Эндрюс занять два свободных стула - других в комнате не было. Уэббер прислонился к стене, у самой двери, и небрежно скрестил руки на груди.
      Шеф полиции взял со стола лист бумаги и нахмурился:
      - Должен сказать вам, агент Малдер, факс, который я получил от вашего человека по имени Уэббер, застиг меня врасплох.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12