Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Боевые роботы - BattleTech (№26) - Волки на границе

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Черрит Роберт / Волки на границе - Чтение (стр. 14)
Автор: Черрит Роберт
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Боевые роботы - BattleTech

 

 


— Как пожелаете, правитель, — согласился с ним Калафон.

Самсонов не заметил никаких признаков того, что регента задело столь грубое нарушение этикета с его стороны. Может, с этим человеком и стоит иметь дело.

— Боюсь, что вы неправильно поняли цель моего визита, — спокойно продолжил Калафон. — Мне от вас ничего не надо. Более того, я хочу кое-что предложить вам. — Помолчав, он добродушно улыбнулся. — Чисто случайно в моем распоряжении оказалась информация, которая может представлять определенную ценность с точки зрения ваших последних начинаний.

У Самсонова тут же вспыхнуло подозрение. Что этот человек знает о его «начинаниях»? Военный правитель прищурился.

— Какого рода информация?

— Позвольте мне поведать вам о некоем солдате. О пилоте боевого робота по имени Фадре Сингх.

— Я не имею привычки приобретать солдат, регент, — фыркнул Самсонов. — Я-то думал, что у вас есть информация.

— Пилот Сингх — весьма интересная личность, правитель. Знакомы ли вы с его историей?

— Нет, — раздраженно буркнул Самсонов. Регент не обратил внимания на его реакцию, явно намереваясь и дальше вести разговор в своем ключе. Ему нравилось играть роль делового партнера. Но чем скорее старик покончит со своей болтовней, тем быстрее он уберется. — Не сомневаюсь, что вы можете мне поведать о ней.

— В определенной мере, — столь же благодушным тоном ответил Калафон. — Самые последние успехи Сингха связаны с Волчьими Драгунами. Он блистательно зарекомендовал себя во время рейда на Хоффу в три тысячи двадцать третьем, где вел себя как настоящий самурай Дома Куриты. Мне рассказывали, что когда его командир пал духом, он взял на себя руководство боем, что и решило исход кампании. И рейд на Хоффу кончился благоприятно для Империи, не так ли?

Самсонов продолжал хранить безмолвие, что позволило Калафону принять его молчание как подтверждение точности сведений, полученных от его источников.

— Увы, — продолжил регент, — к сожалению, с несчастным Сингхом обошлись не лучшим образом. Двусмысленное положение, в которое он поставил своего командира, перевесило его заслуги на поле боя. Возревновав к ним, офицер унизил бедного Сингха и выгнал его из отряда. Он получил назначение на одинокий форпост на Мизери. Это мрачный унылый мир, где большая часть континентов холодна и негостеприимна, а в зонах вулканической активности стоит невыносимая жара. Словом, то было изгнание в полном смысле слова, которого герой не заслуживал. На Мизери он встретил товарища. Предполагаю, тоже из числа наемников. Женщина была обаятельна и смогла внести умиротворение в его душу. От этой милосердной самаритянки я и узнал о судьбе несчастного Сингха.

Калафон остановился, дожидаясь реакции слушателя.

Самсонов же использовал это время, дабы обдумать, в какой мере может быть полезен оскорбленный и униженный Драгун. Это приманка, решил он. Тем не менее ловкая рыба может стащить наживку и не попасться на крючок.

— Значит, Сингху не повезло с Драгунами, — сказал он.

— Вот это мне и дали понять, — уклончиво ответил Калафон.

— Почему это должно меня заинтересовать?

— Ах да, конечно. Вы же не покупаете солдат. Простите мою дырявую память. Но есть кое-что еще.

— Как-то длинной темной ночью на Мизери пилот Сингх завел обстоятельный разговор со своей приятельницей. В его ходе он кое о чем намекнул данной леди — о так называемом «Плане хегиры».

Он утверждал, что этот план предполагает полномасштабный исход Волчьих Драгун из пространства Дома Куриты. Может ли это представлять для вас какой-то интерес, правитель?

— Глупый вопрос, а ведь вы далеко не дурак, регент. Какова ваша цена?

— Не будем говорить о цене. — Калафон распростер руки, давая понять, что он совершенно откровенен. Он улыбнулся, и по лицу его разбежались морщинки. — Я ничего не собираюсь вам продавать. Просто в знак доброй воли я преподношу вам дар.

— Добрая воля имеет смысл, если встречает такую же ответную реакцию, не так ли? — сказал Самсонов, глядя в черные глаза Калафона, в глубине которых поблескивали искорки холодной продуманной расчетливости. «За этой внешней воспитанностью кроется опасная личность, — сказал про себя Самсонов. — С ним надо вести себя осторожно и продуманно».

— Рад убедиться, что вы действительно столь мудры, как мне о вас рассказывали, правитель.

— Порой мудрость не торопится дать о себе знать, — сказал Самсонов, включаясь в игру вежливыми оборотами и уклончивыми выражениями. — Предоставьте мне время обдумать грустную историю этого воина. Может, я и найду способ как-то облегчить его судьбу.

— Благородство угодно пресвятому Блейку. — Калафон поднялся. — Теперь я должен покинуть вас, правитель. В нашем хозяйстве многое нужно приводить в порядок. Там вы, конечно, можете меня застать. Да пребудет с вами благословение Блейка, сын мой.

С этими словами регент направился к дверям, которые Акума распахнул перед ним. Служитель Ком-Стара прошел мимо него, не обращая внимания на внимательный взгляд Меченосца.

— Весьма интересный человек, — задумчиво сказал Акума. — Пользы от него может быть куда больше, чем от Фуда.

— Но и весьма опасный.

— Тем интереснее будет иметь с ним дело. Самсонов уставился на своего адъютанта, но не обнаружил на его лице ничего, кроме преданности.

— Когда-нибудь вы слишком глубоко сунете руку в огонь, Акума.

— Заверяю вас, — блеснул взгляд Акумы, — что я всегда очень осторожен, когда играю с огнем.

Его слова заставили Самсонова задуматься — что же он действительно знает о своем адъютанте. Этот человек впервые привлек его внимание, когда поступило требование перевести его из Восьмого полка Мечей Света. Ходили слухи, что мол од ой офицер будет подвергнут репрессиям, ибо он несет определенную ответственность за неприятности, что пали на голову старшего офицера. Это говорило, что он представляет собой опасность в роли подчиненного, но СВБ заверила Самсонбва, что Акума безусловно предан Империи. С ее точки зрения, отстранение Акумы было результатом требования излишне жестких последователей кодекса Бусидо. Это-то Самсонов мог понять. Он считал, что архаичный кодекс и его сторонники доставляют слишком много хлопот, не имеющих отношения к делу. И если Акума стал их жертвой, то с деловой точки зрения такой человек может быть весьма полезен.

Кроме того, Акума опозорил одного из офицеров военного правителя Иориоши, а неприятности подчиненного сказываются и на репутации его начальника. Самсонов решил присмотреться к Акуме в роли своего адъютанта и санкционировал его перевод из состава Мечей Света.

Когда Меченосец оказался на Галедоне, Самсонов увидел в нем черточки, напомнившие его самого в молодости. Акума был умен, работоспособен, честолюбив, и вызывало сомнение лишь его чувство долга. Добром или злом, но он всегда рассчитывался с теми, кто имел отношение к его жизни. Но он мог быть более чем полезен тому, к кому испытывал благодарность, и правитель постарался, что Акума оценил его отношение к нему.

С этой целью он повысил его в звании и сделал своим адъютантом. Решение было удачным, ибо Акума оказался отличным советчиком и агентом. Он был неутомим и предан.

И все же странный блеск его глаз встревожил правителя. Причиной его была ненависть, близкая к фанатизму. Самсонов считал, что фанатик несет в себе опасность. Одержимый своей страстью, он ни на что больше не обращает внимания. Может, пришло время убрать с доски эту пешку. Но это зависит от того, в какой мере Акума будет отвечать обращенным к нему требованиям. Если он не справится с ними, если он потеряет ясность мышления, он ответит за это.

— Что вы думаете об этом «Плане хегиры»? — спросил Самсонов. — Существует ли он на самом деле? Может ли он нам пригодиться?

— Давайте не будем заниматься вопросом, насколько можно доверять источнику регента, — с суховатой педантичностью начал Акума. — Если это план отступления, мы должны выяснить о нем во всех подробностях. Знай Драгуны о наших замыслах, они в самом деле могли бы нас оставить. И вот тогда нам позарез надо было бы выяснить, куда они направляются.

— Но это бессмысленно, если они не собираются сниматься с места.

— Конечно, — согласился Акума. — Но разве Координатору не стоит подстраховаться против такой возможности?

— Стоит. — Занятый размышлениями о судьбе наемников, Самсонов даже не удивился, откуда Акуме может быть известно о пожеланиях Координатора. — Как обстоят дела с вашим заданием?

— В соответствии с вашими указаниями, правитель. Я использовал все законные пути, имеющиеся в моем распоряжении. Положение Драгун продолжает ухудшаться. Потери растут, и часть их сил осталась на вражеской планете, считаясь пропавшими без вести. К сожалению, жесткое расписание действий часто вынуждало оставлять этих несчастных во вражеском окружении до того, как удавалось прийти к ним на помощь. Хотя среди Драгун это не принято. Я постоянно высказывал им свое сочувствие, но в каждом случае я был вынужден указывать, что в соответствии с условиями контракта приказ на отход носит совершенно законный характер. И посему Драгунам приходилось подчиняться, как того требовал контракт. Часть своих солдат Драгунам удалось спасти, но такого рода вылазки обходились очень недешево.

— У них все меньше и меньше возможностей позволять себе такие расходы, поскольку они сталкиваются с финансовыми сложностями. Хотя выплаты им производятся в строгом соответствии с контрактом, доходы от Ан-Тинга, к сожалению, падают. Что объясняется низким спросом на продукцию этой планеты. Кроме того, высока стоимость снабжения. Что весьма грустно, но неизбежно, учитывая экономическое давление, которое наши враги оказывают на Империю. Я предложил Драгунам пользоваться военными поставками, но, похоже, они предпочитают других поставщиков. Но скоро им станет ясно, что источники жизненно важных предметов за пределами наших границ стали для них недоступны. Мне придется предупредить их. Остальные планы тоже, успешно претворяются в жизнь.

— Какие, например? — поинтересовался Самсонов.

— Вывод из строя их самых убежденных защитников.

На самом деле Акума имел в виду только одного человека. Войдя в число приближенных военного правителя, Акума продолжал демонстрировать бессмысленную, но по-своему логичную ненависть к Тетсухаре. Но может ли холодный расчет уступить место безрассудным поступкам?

— Вы организовали покушение на Тетсухару?

— Покушение на Тетсухару? — с благородным негодованием переспросил Акума. — Я не считаю себя тупым убийцей.

«Да, — подумал Самсонов, — ты явно не туп».

— Как раз перед появлением регента я собирался проинформировать вас, — успокоившись, сказал Акума. — В командование полком «Райкен» вступил один из самых преданных вам офицеров Элия Сатох. Похоже, что таи-и Тетсухара серьезно пострадал во время аварии скиммера.

— Погиб?

— Только тяжело ранен... к сожалению. Члены гильдии врачей на борту шаттла слишком истово относятся к требованиям профессиональной этики, — сказал Акума. Уголок рта у него дернулся, словно эти неприятные воспоминания вызвали у него раздражение. — Врачи оказались очень опытными, и Тетсухара остался в живых. После выздоровления он может вернуться к своим обязанностям.

— Тем не менее пока нет никаких оснований сворачивать операцию на Барлоу. В распоряжении Сатоха великолепный план действий, и, реализовав его, он покроет себя славой. И даже выздоровевшему Тетсухаре не удастся отнять у него лавры героя, — заключил Акума.

— Будем надеяться, что вы правы, — промолвил Самсонов. — Сатох обделен воображением, но солдат он преданный. С его помощью я смогу контролировать «Райкен». Когда придет день, они послужат рычагом в моих руках. И Меч Дракона поможет мне противостоять Тени Дракона, если в этом возникнет необходимость.

Акума испытал глубокое удовлетворение при виде воодушевления правителя. Он прикинул открывающиеся перед ним возможности. Самсонов был восходящей звездой, и если держаться за него, то yмный человек может взлететь на недосягаемые высоты — как никто другой, Акума считал, себя поистине, умным человеком.

Тактично помолчав, он напомнил правителю, что его ждет почта, в которой должна быть депеша об исходе рейда на Барлоу.

— Да, пришло время, — согласился Самсонов, сдвигая панель на своем письменном столе, за которой скрывалась компьютерная консоль. Когда из ниши появился монитор, правитель набрал требование выдать на экран тексты последних донесений. — Они пришли, — сказал он.

На лицо правителя упали янтарные отблески, когда по экрану побежали строчки. Акума увидел, как на скулах Самсонова вздулись желваки; он вытаращил глаза, и его лицо побагровело. Что-то случилось.

— Предательство! — взорвался он. — Эти трусливые наемники сбежали с поля боя!

Самсонов разразился проклятиями в адрес Драгун, но Акума не слушал его. Он развернул к себе экран и пробежал текст. Меньше всего он ожидал отхода наемников. Проклятье! Трудно даже представить, к чему это может привести, если этот толстый старый болван будет и дальше бесноваться. Он совершенно не умеет держать себя в руках, подумал Акума, хотя еще несколько лет назад он сам был точно таким же. Но в конце концов Самсонов не собирается тыкать пальцем в Акуму, возлагая на него ответственность за все происшедшее. И прежде чем оценить размеры бедствия, он первым делом должен успокоить правителя.

Через час Самсонов недвижимо сидел за столом, сцепив перед собой руки. Ярость его вроде стихла, но хотя правитель хранил спокойствие, гнев продолжал бурлить в нем.

— Слишком часто Волчьи Драгуны ставили меня в трудное положение и оскорбляли меня, — сказал он. — И я хочу уничтожить их.

Акума отпрянул, столкнувшись с его холодной решимостью. Он тоже хотел уничтожения Драгун, но его намерения не носили столь личного характера. Их устранение было способом нанести удар Тетсухаре. Но чтобы справиться с Драгунами, предстояло тщательно продумать все действия и двигаться шаг за шагом. В уточнении и согласовании нуждались тысячи мелких деталей, чтобы поставить противника в безвыходное положение. Да, какие-то подробности могут и не укладываться в общую схему, но надо тщательно подготовить решающий удар, от которого уже не будет спасения. Непридуманные действия, продиктованные вспышкой ярости, ни к чему не приведут и погубят замысел. Они навлекут беду скорее на нападающего, чем на противную сторону. И если Самсонов позволит себе какую-то глупость, оба они получат «приглашение к расставанию». А у Акумы не было никакого желания вспарывать себе живот. Он позволил себе осторожно предупредить Самсонова:

— Имеет ли смысл действовать без разрешения Координатора?

— Нет, — сказал Самсонов. — Нет, не имеет.

Редкая для правителя удовлетворенная улыбка растянула его губы. Акуме оставалось надеяться, что она говорит о появлении какого-то блистательного плана, а не о предвкушении кровопролития.

— Действовать тут придется очень тонко, — хрипло рассмеялся Самсонов. — Попросите регента вернуться.

Хотя Акума испытывал страх, что потерял контроль над правителем, ему не оставалось ничего другого, как выполнять его приказы.

XXVII

Королевский дворец, Авалон-сити, Новый Авалон, Федеративное Содружество,

15 ноября 3026 г.


Квинтус Аллард миновал кордон стражи у входа в то крыло дворца, что было отведено под личные апартаменты, и поприветствовал охрану лишь вежливым кивком. И сам старик и его истертый, несколько великоватый деловой костюм давно примелькались королевской страже, которая охраняла Хэнса Дэвиона в его дворце. Часовые передали сообщение, что к принцу направляется его министр специальных операций и расследований.

Когда тяжелая дверь кабинета личных аудиенций скользнула в сторону, принц Дэвион с доброжелательной улыбкой поднял глаза.

— Особое послание, Квинтус? Надеюсь, оно не несет в себе плохих новостей?

— Я не уверен, можно ли это вообще считать новостями, мой принц. — Аллард вынул из кармана и показал зелено-золотистый голодиск.

Хэнс был заинтригован. Если уж и Квинтус Аллард не уверен, тут в самом деле что-то странное.

— Ничего особо странного тут нет, — продолжил Аллард, словно прочитав мысли принца. — Смущают меня мотивы, которые побудили вашего возлюбленного шурина передать вам это послание. И я пытаюсь понять, какие надежды его питают.

— Что ж, вы дали и мне пищу для размышлений. Давайте ознакомимся с посланием.

Кивнув, Аллард вставил диск в щель проектора. Экран ожил и замерцал. Первым делом на нем появился личный герб Майкла Хасек-Дэвиона — золотой лев на зеленом поле. Затем его изображение расплылось, уступив место самому Майклу, сидящему за письменным столом. Оператор тщательно соблюдал композицию кадра, в соответствии с которой на месте глаз льва появлялись зеленые зрачки Майкла. Но замысел представить Майкла в виде благородного животного сводили на нет беспокойно бегающие глаза персонажа. Вот голос, который донесся из динамика, куда больше соответствовал львиному облику. То был голос настоящего политика, глубокий и звучный.

— Приветствую тебя, брат мой. Я надеюсь, что пожелания благоденствия от Мэри и от меня найдут тебя в добром здравии. Я знаю, насколько утомительны обязанности по руководству Федеративным Содружеством, и поэтому постараюсь не отнимать у тебя много времени.

При этих словах Хэнс и Аллард обменялись многозначительными взглядами. Оба они знали, что Майкл мгновенно перехватил бы эти «утомительные обязанности», если бы ему представилась такая возможность. Возникнув на экране, герцог Нового Сиртиса отбросил длинную прядь черных волос, упавшую на плечо его безукоризненного мундира.

— Недавно я получил некую информацию, которая может представлять интерес для тебя, — сказал он.

Майкл щелкнул пальцами, подавая знак кому-то за кадром. Голографическое изображение уплощилось, став обыкновенной черно-белой видеозаписью. Она производилась в полутемном помещении, освещенном лишь мерцанием синеватой полусферы в центре стола. За ним сидел маленький взъерошенный человечек, и по его лицу с острыми чертами бродили странные тени. Пряча глаза, он обвел взглядом комнату и наконец уставился на что-то или на кого-то за рамками кадра.

Скупая обстановка и почти голые стены не позволяли определить место действия. Рекламы алкогольных напитков давали основание предположить, что речь может идти о каком-то питейном заведении или, точнее, о задней комнате дешевого бара, который мог находиться в любом месте Внутренней Сферы.

Голос Майкла объяснил:

— Мой агент перехватил это на Ле-Бланке. Запись адресовалась некоему Стену Уэллеру, известному детективу, что работает по свободному найму. Я не сомневаюсь, что вслед за данным сообщением ему последовало бы приглашение взять на себя некие обязанности.

Герцог замолчал, когда раздался голос человека на экране.

— Так вот, я вам и толкую. Видел я ее прямо аж в упор. Да она это была — и никто другой. Даже ее черную машину узнал. Сам я еле унес ноги из Кемписа, точно вам говорю. Как только все стихло. Говорил и с другими, что видели ее. Они запомнили ее физиономию и рыжие волосы. Даже рассказывали мне о тех забавных побрякушках, что она носит. А другой парень, хоть и сущая деревенщина, но прочел на ее машине слово «Молот». Действовали они как чистые профессионалы. Сам видел ту оторванную руку машины, что они бросили. Хотели сбить со следа. Они вдарили и сразу пропали. Получили, что им было надо, и оторвались со всем добром. Чистые профи. Все одно к одному. Кроме них, больше некому. Вот и все, чего могу вам рассказать. Так что а кончил.

В поле зрения возник другой человек. Синеватые отблески падали на его кирасу, усеянную вмятинами и буграми. Хотя лицо его было в тени, поблескивание металла говорило, что он носит шлем. Щуплый соглядатай вздрогнул, когда человек в доспехах, вытянув руку, сделал шаг вперед. Пальцы кованой перчатки, разжавшись, бросили на стол бумажник. Человек с крысиной мордочкой торопливо подтянул его к себе, словно опасаясь, что бумажник тут же исчезнет. Он и в самом деле пропал в складках его лохмотий.

— Благодарствую вам. Работа была что надо. Как у настоящего детектива...

— Лучше бы ты был настоящим копом, мой высокооплачиваемый друг. — Голос закованного в металл человека передавало электронное устройство, ибо то ли скафандр полностью изолировал его от окружающей среды, то ли модулятор искажал его голос — так же как шлем не позволял увидеть его лица. — Но если все это специально подстроено, Билли, нет такого места, где бы ты мог скрыться от меня.

— Да все точно. Честное слово. Жизнью клянусь. — Человечек был явно перепуган.

— Быть по сему, — подвел итог ледяной голос. Изображение растаяло, и на экране снова появилось лицо Майкла.

— Если ты еще не догадался, брат мой, то темой разговора была небезызвестная Черная Вдова — Наташа Керенская и ее люди. Похоже, что эта преступная банда совершила жестокое преступление против Дома Куриты на планете Новый Мендхэм. И как сказал этот человечек, действовали они как настоящие профессионалы. Точнее, как профессиональные убийцы, а не солдаты. Я знаю, что ты восхищаешься Волчьими Драгунами, но, может, теперь у тебя откроются глаза, и за сиянием славы Драгун ты увидишь в них нечто иное. Они всего лишь бандиты, преступный сброд с Периферии. Это правда, что в наши дни в их распоряжении обилие подержанных машин и разрушенных предприятий. И без сомнения, они разграбили несколько забытых промежуточных станций, оставленных после исхода генерала Керенского. Но есть у них снаряжение или нет, они продолжают оставаться грязными наемниками, которые прикрываются хорошо продуманной ложью, что, мол, они всего лишь профессиональные солдаты. Они профессиональные ГРАБИТЕЛИ, оставляющие по себе кровавые следы по всей Сфере, и их следует уничтожить, а не привечать. Как ты знаешь, мною руководит всего лишь забота о благе нашего Федеративного Содружества и о величии нашего Дома. И я считаю, что ты должен тщательно обдумать ситуацию прежде, чем твои агенты на Галатее заключат сделку, которая нанесет урон нашему престижу. Я сказал, что не хочу отнимать у тебя время, так что я прощаюсь, дабы ты мог обдумать поступившую информацию. — Серьезное выражение на лице Майкла сменилось его привычной усмешкой. — Пока — и до встречи, брат мой.

Изображение померкло, и Аллард восстановил нормальный уровень освещения кабинета.

Хэнс нахмурился.

— Жестокость. Это не совмещается с обликом той Наташи Керенской, которую я знал двадцать лет назад.

«Та Керенская была на двадцать лет моложе, — подумал Аллард. — И предательство еще не заставило ее лишиться любимого. С тех пор она могла измениться».

— Могу согласиться, что она резка и темпераментна, но она из тех, у кого все на виду. Она никогда не нанесет удара в спину. — Несмотря на готовность к защите Керенской, Хэнс все же не смог не спросить: — Как вы думаете, правдива ли эта история?

— Как раз это меня и смущает, — признался Аллард. — В тот день, о котором идет речь, в Кемписе в самом деле был разгромлен и разграблен торговый конвой Дома Ку-риты. Серьезные разрушения были причинены и гражданским сооружениям. Вне всяких сомнений, нападающие действовали решительно и жестоко.

— Вопрос, кого они представляли, продолжает оставаться открытым. Экспедиционный корпус наемников, который мы высадили на Новый Медхэм, не сообщает ни о каких контактах с Драгунами. Хотя не исключено, что отряд Керенской в самом деле был на Новом Медхэме и вел себя именно так, как рассказывается в отчете свидетеля.

— Почему Майкл наконец решил выслать нам эту запись?

— Если обвинения соответствуют истине, он действует как любой верноподанный Дэвиона, обеспокоенный нашей честью.

— Майкл — и верноподанный? — расхохотался Хэнс.

— В той мере, в какой его устраивает нынешнее положение, даже Майкл не хочет, чтобы Федеративное Содружество погибло под ударами врагов, — напомнил Аллард принцу. — Является ли эта история истинной или ложной, в данном случае он действовал всего лишь как посыльный, доставив нам информацию, которую, с точки зрения друзей его приятеля Ляо, нам стоило бы иметь.

— Интригующий вариант, — задумался Хэнс. — Несмотря на то что я «восхищаюсь ими», на самом деле я давно потерял следы Вульфа и его людей и не знаю, что они сейчас представляют собой. Не они ли участвовали в деле на Барлоу?

— Они, мой принц. Данные разведки сообщают, что силы десанта состояли, главным образом, из полка «Альфа» и батальона «Зета», плюс приданная куританская часть.

— Войска Дома Куриты? Не является ли это в какой-то мере ответом на "Операцию «Галахад»?

— В сообщениях говорится, что десант Куриты был запланирован до начала наших военных игр.

— И все же они засекли переброску Легкой Кавалерии Эридана. — Хэнс пощелкал ручкой по зубам, обдумывая эту возможность. — Что они могли выяснить?

— Думаю, немного. Ход сражения сложился для них далеко не самым лучшим образом. Вскоре после того, как в бой вступила Легкая Кавалерия, части Драгун оставили войска Дома Куриты. Скорее всего, они поняли, что достичь своей цели теперь им не удастся. Части Куриты остались без поддержки. Сражение длилось еще день, и им пришлось отойти.

— Мы тоже понесли потери, но в целом небольшие. Тем не менее единственная «модель» прыжкового стабилизатора профессора Макгаффина была уничтожена. Профессор, конечно, впал в ярость. Не сомневаюсь, что профессор Банзай тоже будет расстроен. Он вложил столько трудов в эту конструкцию.

— Но в заключительном рапорте Легкой Кавалерии есть одна любопытная деталь. Хотя куритане в конечном итоге все же отступили, но их войска дрались едва ли не с фанатичным упорством. Мы нашли их командира на боевом посту мертвым, с мечом в руках. В затылке у него было пулевое ранение. То было что-то вроде ритуального убийства, может быть, вариант сеппуку.

Хэнс покачал головой, не в силах понять требования этического кодекса, который требовал отдать жизнь из-за обыкновенного отвода войск. Разве мало потерь на поле боя?

— Значит, вы считаете, что сейчас Драконы бросят все силы на передислокацию своих войск и им не удастся понять суть наших оборонительных действий?

— Да, я так считаю, — ответил Аллард. — «Галахад» пока остается для них недоступен. Тем не менее я убежден, что разведка Драгун, как минимум, на шаг опережает СВБ.

— Что вы хотите этим сказать? — с подозрением сказал Хэнс. — Что им удастся выяснить?

— Как вы знаете, наши агенты пытаются вербовать наемников по всей Сфере, главным образом на Галатее. У Драгун в том мире также есть офицер, которая в курсе рыночного спроса на услуги наемников. И хотя наши предложения заключить контракт на их переброску пока встречаются довольно прохладно, она уже начинает проявлять к ним интерес. Затем время от времени в нашей системе стали мелькать «прыгуны» Драгун. И как правило, рядом с нашими местами переброски.

— И боевых действий не велось. Они всего лишь наблюдали за нами, — заметил Хэнс, и Аллард кивнул в знак согласия. — Я не думаю, что они по указанию свыше вели разведку. Внутренняя служба СВБ проверяет и перепроверяет Вульфа. Он старается обезопасить свой тыл.

На лице принца Дэвиона расползлась усмешка.

— А может, взаимоотношения между Драгунами и моим старым другом Такаси складываются далеко не так гладко? Сколько еще будет длиться их контракт?

— Примерно полтора года, — коротко ответил Аллард. Хэнс разочарованно посмотрел на него.

— Долго.

— А что происходит в среде Драгун? Удалось ли нам внедрить к ним агента?

— Мы пытались, но Драгуны редко берут к себе кого-либо со стороны. Практически они представляют собой закрытый клан. Последняя попытка проникнуть к ним, по сути, не увенчалась успехом. Наш агент предстал перед ними в роли потенциального рекрута. Мы исходили из предположения, что воин с новой машиной типа «Убийца» должен вызвать интерес у Драгун, ибо их всегда привлекала новая и нестандартная техника во время их контракта и с нами и с Домом Штайнера. Мы считали, что их командиры захотят заполучить не столько нашего агента, сколько наложить руки на «Убийцу».

Хэнс лишь фыркнул и покачал головой.

— Порой мне кажется, что Вульф куда более хитрый лис, чем я. Они нашли способ прибрать к рукам машину, не имея дел с нашим агентом, не так ли?

— Так они и сделали, — подтвердил Аллард его предположение. — Они предложили нашему агенту в виде сделки одну из их специальных моделей «Лучника» в обмен на его машину. И плюс к тому должность в рядах Кавалеров Картера, отряда наемников, которые работают с ними по субконтракту. И чтобы не расшифроваться, нашему агенту не оставалось ничего иного, как согласиться на это предложение.

— Прихоти войны, — вздохнул Хэнс. — Не каждый гамбит может привести к успеху. Но в конце концов это еще нельзя считать полным провалом. В будущем он еще может принести плоды. Ну а пока придется попробовать что-то еще. Поскольку по другую сторону границы вроде возникло некоторое напряжение, может быть, нам имеет смысл поддать жару. Имеются ли в нашем распоряжении какие-то силы, которые преследуют Драгун на их отходе с Барлоу?

Настала очередь Алларда удивляться.

— Кое-какие имеются.

— Подготовьте сообщение, в котором будет идти речь, что мы отлично знакомы с расписанием отвода Драгун; подчеркните, что мы держим у них на хвосте строго соответствующие силы. Пленка с этой информацией должна попасть в руки агента Куриты. Может, Такаси и посодействует нам, обрушившись на Драгун. Это еще не значит, что они перейдут к нам, но во всяком случае, на него они работать тоже не будут.

Аллард выслушал приказ молча. Он направился к дверям, но на полпути Хэнс окликнул его. Министр повернулся и увидел, как в руке принца блеснул небольшой предмет, который тот протягивал ему. Он взял голодиск.

— Когда вы будете готовить посылки, постарайтесь найти скрытый способ передать это Джеймсу Вульфу. Он человек чести. И если существует какой-то заговор с целью опозорить его людей, ему это не понравится. Не исключено, что в таком случае он может незамедлительно разорвать контракт.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26