Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Обучение травами

ModernLib.Net / Эзотерика / Медведев Александр Николаевич / Обучение травами - Чтение (стр. 17)
Автор: Медведев Александр Николаевич
Жанр: Эзотерика

 

 


      Постепенно Женя стал прислушиваться к моим словам, и наконец настал день, когда я дал ему первый урок рукопашного боя. С этого момента Женя начал включаться в активную жизнь. Насколько я знаю, больше у него не возникало проблем с "уходом от мира".

Глава 13

      Среди ночи меня разбудил телефонный звонок. Я в полусне нащупал телефонную трубку и услышал радостный голос Сергея, моего приятеля из Евпатории и большого любителя воинских искусств.
      - Надеюсь, я не разбудил тебя? - бодро поинтересовался Сергей
      Я взглянул на часы.
      - Да что ты! Кто же ложится спать в два часа ночи? Это еще детское время, - зевая во весь рот, пробормотал я.
      - Извини, если разбудил, - в голосе Сергея не чувствовалось ни капли раскаяния. - Речь идет о жизни и смерти.
      - Нельзя ли поподробнее? - попросил я, мучительно борясь с зевотой.
      - Ты должен срочно выехать в Донецк! - сообщил Сергей. - Ты будешь нашим делегатом!
      - Делегатом? Каким еще делегатом? - не понял я. Спросонья я плохо соображал, и единственная ассоциация, пришедшая мне на ум в связи с этим словом, была связана с очередным съездом нашей родной и любимой Коммунистической партии.
      - Мы посовещались и выбрали тебя, как наиболее достойного, - поспешил обрадовать меня Сергей.
      - Неужели? Премного благодарен, - не слишком уверенно отозвался я. - И за что мне такая честь?
      Похоже, Сергея начала раздражать моя тупость.
      - Ты же отец крымского кунг-фу, - объяснил он. - Вот мы с ребятами посовещались и решили отправить тебя в Донецк. Там появились отличные самиздатовские книги по боевым искусствам, и мы собрали деньги, чтобы ты смог выкупить их.
      Автор выражения "отец крымского кунг-фу" применительно ко мне, к сожалению, остался неизвестным, но кто-то прочно запустил его в оборот, и я развлекался, пытаясь выяснить, что если я отец, то кто же тогда мать.
      - А почему ты сам не поедешь? - спросил я. - У меня, как всегда, довольно плотное расписание.
      - Говорят, что донецкие рукопашники - весьма своеобразные ребята. Ты можешь быть самым лучшим представителем крымских конфуистов. Нам бы не хотелось ударить лицом в грязь перед дончанами.
      - Но ведь нужно всего лишь купить книги, - возразил я. - Мы же не будем устраивать показательные выступления. По крайней мере, я ни с кем драться не собираюсь.
      - Конечно, - поспешил успокоить меня Сергей. - Об этом речь и не заходила. Просто мы решили, что было бы лучше, если бы в Донецк поехал ты.
      - Ладно, - согласился я. - Пожалуй, я смогу выкроить пару свободных дней.
      На самом деле для поездки в Донецк у меня были еще и личные мотивы. Я знал, что в Донецке живет удивительный знахарь, который лечит людей, заточая их на весь период лечения в заброшенных штольнях шахт. Звали этого знахаря Павло, с ударением на последнем слоге.
      Я услышал о Павле от другого украинского знахаря по кличке Степняк, живущего на Херсонщине. Степняк был хорошим целителем и очень приятным в общении человеком, но, кроме того, он еще и страстно увлекался воинскими искусствами древности, собирая любую доступную ему информацию, в том числе и про боевые приемы славянских, татарских и прочих народов Советского Союза.
      Степняка настолько захватили техники Шоу-Дао, что он был готов щедро делиться со мной любыми рецептами и приемами народной медицины в обмен на тренировки. Когда я приезжал к нему в гости, мы проводили долгие часы, спарингуясь и отрабатывая приемы, а потом, за чаем, он рассказывал мне множество интересных историй о мире знахарей.
      До Степняка я, в основном, общался с народными целителями, которые были полностью замкнуты на самих себе, считали свои методики лучшими и уникальными и готовы были зубами и когтями драться с возможными конкурентами за своих пациентов. Степняк был совсем не такой. Как выяснилось, он принадлежал к негласному обществу знахарей, члены которого были разбросаны по всему Советскому Союзу, но тем не менее активно обменивались между собой информацией, лекарственными травами и средствами, а заодно и новыми методиками целительства.
      Через Степняка мне удавалось доставать очень редкие травы. К моему удивлению, оказалось, что через того или иного целителя можно было достать лекарственные растения, произрастающие даже в самых удаленных уголках планеты. На наших азиатских границах все годы Советской власти процветала контрабанда лекарственных трав, и тюки с сырьем на спинах носильщиков доставлялись через горы из соседних государств.
      О донецком целителе я узнал случайно. Одна моя знакомая просила меня помочь ей вылечиться от тяжелого хронического заболевания легких, но, поскольку у меня не было времени и возможностей серьезно заняться ее лечением, я обратился к Степняку, надеясь подкинуть пациентку ему.
      - Это не для меня, - покачал головой Степняк. - Есть другой знахарь. Он ее быстрее вылечит. Ее надо к Павлу отправить, - с ударением на последнем слоге сказал он.
      - А кто такой этот Павел? - заинтересовался я.
      - Не Павел, а Павло, - поправил меня Степняк. - Это уникальный целитель. Конечно, характерец у него тот еще, не позавидуешь, но лечит здорово. Такого больше никто не делает.
      - А как он лечит? - спросил я.
      - Шахтами, - ответил Степняк. - Он запирает человека в заброшенную штольню и там издевается над ним как может, - заставляет его голодать и выполнять различные процедуры, подвергает психическому и физическому насилию, в общем чего только не вытворяет. Иногда он запирает больного на две недели, а то и на месяц в полной темноте, или при слабом свете. В зависимости от заболевания, стены келий, в которых живут больные, он выкладывает разными минералами, в частности каменной солью.
      - И это срабатывает? - с сомнением спросил я. - Звучит все это немного устрашающе. Неужели люди идут к нему?
      - Еще как! - воскликнул Степняк. - У Павла все срабатывает. Он говорит, что невыносимые условия, которые он создает, обостряют защитные силы организма и организм под влиянием дополнительного стресса в конце концов излечивается. Отправь к нему свою легочную больную. Уверен, что она выздоровеет.
      Мне сразу захотелось своими глазами посмотреть, как лечит этот загадочный дончанин с плохим характером. Но, к сожалению, у меня не было ни времени, ни денег, чтобы специально для этого отправиться в Донецк.
      И вот теперь я надеялся встретиться с этим странным целителем, договориться с ним о лечении моей знакомой и, возможно, даже посмотреть на его шахты и процедуры.
      Наутро я позвонил своим знакомым из Комитета Госбезопасности, и они помогли мне купить билет на поезд, отправляющийся в Донецк вечером того же дня. Наученный горьким опытом предыдущего общения с иногородними любителями восточных единоборств, я дал себе слово не устраивать никаких учебно-показательных спаррингов, поскольку подобные затеи обычно быстро переходили с учебного плана на уровень: "а ну-ка, козел симферопольский, посмотрим, кто круче".
      Удобно устроившись на верхней полке, я почти с ностальгической нежностью вспоминал период, который я мог бы назвать своей юностью в мире боевых искусств. Хотя с тех пор прошла всего лишь пара лет, я, под влиянием Учителя, настолько изменился, что иногда мне казалось, что я повзрослел на целую жизнь, и слово "юность" для меня в определенном смысле стало синонимом хотя и восхитительной, но все же глупости, избытка гормонов и наивного романтизма.
      В книге "Тайное учение даосских воинов" я уже упоминал об Эльюнси Мухаммеде по кличке "Мишель". Он был подданным Туниса и учился в Симферопольском медицинском институте. Эльюнси был хорошим специалистом рукопашного боя, но при этом крайне неприятной личностью.
      Мишель обладал способностью оказывать психологическое воздействие на окружающих и широко этим пользовался, подчиняя своей воле учеников до такой степени, что они делились с ним даже своими женами.
      До встречи с Учителем меня очень интересовала техника рукопашного боя Мишеля, но отношения с ним у меня не сложились - то ли он интуитивно чувствовал во мне соперника, то ли понимал, что манипулировать мной было не так просто, как другими, и я не мог учиться непосредственно у него.
      Однако я не сдавался и решил заслать к нему шпиона - одного из моих приятелей и учеников. Выбор пал на Костю Потлатова - студента мединститута, и нам даже удалось сделать так, что в конце концов Костю подселили в комнату Эльюнси.
      Первое время Костя честно работал на "нашу разведку", принося новые сведения о тренировках Мишеля и о его боевых техниках, но мы не учли один очень важный фактор - влияние жесткой и жестокой личности Эльюнси на ученика.
      Мишель полностью подчинил себе нового соседа по комнате, так что Потлатов с рабской покорностью выполнял все его указания. Наши общие знакомые рассказывали, что он взял на себя все заботы по хозяйству, убирал комнату, застилал Эльюнси постель и готовил ему еду. Если Мишелю казалось, что Костя недостаточно расторопно выполняет его поручения, он даже прибегал к физическому наказанию в виде нескольких сиккенов в различные части тела. Постепенно Потлатов перестал общаться со мной и со своими прежними друзьями, а если мы случайно встречались, он восхвалял мудрость и силу своего нового наставника почти на уровне культа личности.
      Меня это не волновало, поскольку я уже начал обучение у Ли и, в сравнении с учением Спокойных, техники Мухаммеда потеряли для меня свою привлекательность.
      Примерно через год обучения у Эльюнси Потлатов решил доказать превосходство его школы, вызвав на поединок моего приятеля и ученика, Семена, которому я показывал многие техники Шоу-Дао.
      Я уже упоминал о Семене в книге "Тайное учение даосских воинов". Он был одним из кандидатов в мои напарники, которого отверг Ли, сказав, после беглого взгляда на него, что у этого человека слишком огненная воля и что на короткое время он может быть верным другом, но он не способен стать хорошим партнером, поскольку у него непомерная жажда самоутверждения и жесткая, всепоглощающая целеустремленность.
      Учитель, как всегда, оказался прав. Я сдуру рассказал как-то Семену о том, что Ли не согласился сделать его моим напарником, предпочтя ему Славика, и с тех пор наши отношения дали трещину. Я чувствовал, что Семен так и не смог простить мне отказа, в котором я ни капельки не был виноват. Однако в то время мы еще активно тренировались вместе, и, когда Семен сообщил мне, что Потлатов предложил ему драться с ним и с еще одним представителем школы Эльюнси, я не одобрил этого, понимая, что ничего хорошего из подобной затеи не выйдет, но мой приятель, как всегда, шел напролом, не желая показаться трусом.
      Мишель со своими учениками встретился с Семеном в одном из спортзалов Симферополя. Судить поединок должен был некто Пожарский, человек, влюбленный в боевое искусство и изучавший рукопашный бой как у меня, так и у Мишеля. Я относился к этому человеку с искренним уважением, поскольку он, начав изучать воинские искусства в возрасте около сорока лет и находясь почти на грани инвалидности, в относительно короткий срок превратился в сильного спортсмена.
      Незадолго до того, как Пожарский начал заниматься кунг-фу, он был вынужден даже продать свою любимую "Волгу" вишневого цвета из-за того, что он начал терять сознание за рулем, но через несколько лет упорных тренировок он, не останавливаясь, мог взбежать на Чатырдаг. В то же время Пожарский стал жертвой характерной для многих рукопашников жажды проверять себя и окружающих через боль, через поединки в полный контакт, ставящие бойца на грань жизни и смерти.
      Семен наивно полагал, что его ожидает обычный бесконтактный поединок или спарринг в неполный контакт по стандартным правилам. Однако, когда Эльюнси заявил, что ему предстоит драться в полный контакт с каждым из его учеников до потери сознания, Семен из гордости уже не мог отказаться.
      Своего первого противника он уложил через несколько секунд молниеносным ударом в челюсть. Нокаут был настолько мощным, что у ученика Мишеля пошла изо рта кровавая пена и он пришел в сознание лишь спустя несколько минут, но еще долго не мог восстановить координацию движений.
      Теперь Семену предстояло драться с Потлатовьм. Пожарский, обеспокоенный слишком суровым исходом предыдущего поединка, начал активно вмешиваться, пытаясь предотвратить серьезное увечье или даже смертельный исход.
      Дважды он помешал Семену нанести решающий удар, перехватывая его руку или блокируя удар ногой. Каждый раз судья взывал к разуму Эльюнси, умоляя его прекратить поединок, но Мишель хладнокровно продолжал посылать своего ученика на убой.
      Наконец удар Потлатова разбил Семену губы и подбородок. Кровь хлестала с такой силой, что было необходимо наложение швов. Только тогда Мухаммед прекратил поединок, громогласно заявив о решающей победе своей школы.
      На самом деле Семену крупно повезло, потому что, если бы он вырубил и Потлатова, ему пришлось бы драться с самим Эльюнси и тут ему действительно пришлось бы туго.
      Я вспоминал этот случай и многие другие нелепые "смертельные схватки", в которые по чистой глупости ввязывались мои знакомые рукопашники, и дал себе слово любой ценой избегать в Донецке подобных приключений.
      Сойдя с поезда, первым делом я решил направиться к Павлу.
      Знахарь жил в небольшой двухкомнатной квартире в блочном доме. Открыв дверь в ответ на мой звонок, он окинул меня мрачным и подозрительным взглядом.
      Я улыбнулся как можно доброжелательнее и объяснил, что я от Степняка, что я сам увлекаюсь целительством и пришел поговорить о моей знакомой, которая хотела бы лечиться у него.
      Похоже, Павло колебался, впускать меня или не впускать, но, видимо, имя Степняка сделало свое дело, и он с видимой неохотой приоткрыл дверь, кивком головы пригласив меня зайти. Квартира была грязная, захламленная, темная и унылая. Я подумал, что чем-то она напоминала шахту.
      - Что там за пациентка у тебя? - сразу перешел к делу целитель. Я объяснил.
      - Ладно, присылай, - мрачно буркнул Павло. - Вылечим.
      Он бросил на меня неприязненный взгляд, давая понять, что время аудиенции закончилось. Я уже понял, что увидеть шахты мне не светит, но надеялся вытащить из неразговорчивого целителя еще какую-нибудь информацию.
      - Извините, если я отнимаю у вас время, - сказал я, - но Степняк говорил, что вы единственный в своем роде. Не могли бы вы немного рассказать мне о том, как вы лечите?
      - А что я? Шахта лечит! - буркнул Павло.
      Я сделал еще пару безуспешных попыток вытянуть что-либо из неразговорчивого дончанина, но, кроме отрывистых "шахта лечит" или "шахта вылечит", мне так больше ничего не удалось из него выжать.
      Почему-то стиль его речи вызывал у меня устойчивую ассоциацию с неожиданно пришедшей на ум фразой "могила тебя исправит".
      Забегая вперед, я упомяну, что все-таки послал к Павлу мою знакомую, честно рассказав, что процесс излечения будет не слишком приятным. Однако у нее хватило смелости отправиться в шахту, и действительно, Павло, как и обещал, вылечил ее.
      Но несмотря на то, что болезнь отступила, похоже, что общение с целителем стало для этой женщины сильным шоком, вплоть до психической травмы. У нее заметно испортился характер, она стала угрюмой и нелюдимой. Как говорится в пословице: "одно лечит, другое калечит".
      От Павла я отправился по адресу, который мне дал Сергей, и встретился с группой любителей боевых искусств. Избегая разговоров о себе, я рассказал об иностранных студентах, живущих в Симферополе и владеющих разными стилями боя.
      Я закупил всю имеющуюся в наличии самиздатовскую литературу по боевым искусствам, выполнив таким образом задание общественности. Пришло время возвращаться в Крым.
      Я находился в гостиничном номере, упаковывая свои вещи, когда меня охватило специфическое чувство преследования. Я сам не понимал, из-за чего оно возникло, но я был уверен, что за мной следят.
      Я вышел из номера с большой дорожной сумкой из кожзаменителя, на которой красовалась эмблема чемпионата Европы по дзю-до - два белых равносторонних треугольника с венчающими их сверху белыми кругами, видимо символизирующими головы борцов.
      Я несколько раз осматривался вокруг, пытаясь обнаружить преследователей, и, хотя ничего подозрительного не заметил, ощущение опасности не оставляло меня. Основываясь скорее на интуиции, чем на реальных фактах, я решил, что вряд ли в этот раз за мной следят правоохранительные органы или бандиты. Скорее всего, это были местные "сенсеи", решившие "проверить" приезжего.
      На вокзале я убедился, что мои подозрения были обоснованы. За мной следили два крупных, хорошо физически развитых парня. Делали они это не слишком профессионально, то ли стараясь напугать меня, то ли боясь потерять меня из виду. Я понял, что, скорее всего, они были в гостинице, когда я почувствовал их присутствие, но затем, зная, что я собираюсь на вокзал, они встретили меня уже здесь.
      Сделав вид, что я их не заметил, я отправился в мужской туалет, расположенный в конце платформы. Как и большинство советских привокзальных туалетов, он не блистал особой чистотой. В середине выщербленного кафельного пола красовалась огромная зловонная лужа, дверь в одну из кабинок была выбита, и ее покосившийся край упирался в бортик грязного унитаза.
      Я зашел в туалет, сняв сумку с плеча и держа ее на весу, а следом за мной вошла дружная парочка амбалов. Один из них остановился сбоку от меня, другой постарался зайти за спину, но я развернулся таким образом, чтобы контролировать их перемещения.
      - Это что за ерунда нарисована у тебя на сумке? - поинтересовался тот, что сбоку, в типичном стиле: "ты козел, - за козла ответишь".
      Я промолчал.
      - Чемпионат Европы по дзю-до, - продемонстрировал свою грамотность другой. - Ишь ты, дзюдоист выискался.
      Я подумал, что для некоторых людей необходима пусть небольшая, но преамбула для начала военных действий. Я не нуждался в преамбулах. Не собираясь ввязываться в дискуссию, я слегка развернулся и левой ногой ударил в пах парня, стоящего у двери. Он взвыл и согнулся, сделав шаг вперед, и в этот момент я швырнул сумку с книгами в дверной проем, чтобы она во время драки не упала в нечистоты и моя бесценная самиздатовская литература не промокла.
      Сумка была тяжелой, мое движение оказалось неловким, и это спасло меня от мощного и резкого удара ногой по дуге типа маваши. В момент, когда мой второй противник выполнил этот виртуозный удар, я как раз поскользнулся и, пытаясь сохранить равновесие, уцепился за оторванную дверь.
      Удар пришелся точно в косяк двери буквально в миллиметре над моей головой, и амбал с душераздирающим воплем ухватился за разбитую голень.
      Я восстановил равновесие и, вытянувшись в струнку, что было силы врезал ребром стопы по колену пока еще целой ноги, на которой он стоял.
      Потеряв равновесие, виртуоз ударов ногами шлепнулся в лужу мочи.
      Его приятель, еще не отошедший от удара в пах, согнувшись, глотал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег. Я сделал к нему широкий шаг и ударил его локтями в области спины и поясницы. Описав небольшую дугу, он с размаху плюхнулся на своего приятеля, катающегося в нечистотах.
      Быстрым шагом выйдя из туалета, я подхватил сумку и, внимательно осмотревшись вокруг, бегом пересек железнодорожные пути и спрятался за товарным поездом, присев на подвеску одного из его вагонов. Я не хотел идти в зал ожидания, подозревая, что там меня могли ожидать новые неожиданности.
      Со своего наблюдательного пункта я мог наблюдать за парочкой, которая, выбравшись из туалета, хромая, продефилировала по платформе к выходу.
      Против обыкновения, я занял свое место в поезде в последнюю минуту перед отправлением. Когда поезд тронулся, я с облегчением вздохнул.
      Сергей встретил меня на платформе, пылая энтузиазмом. Мы отошли в укромное местечко, и он, присвистывая и причмокивая от восторга, осмотрел сокровища самиздата, которые я извлек из сумки.
      - Я прямо сейчас отнесу все к приятелю, который размножит книги на всю компанию, - сообщил он. - Ну как, тебе понравилось в Донецке?
      - В следующий раз делегатом поедешь ты, - не вдаваясь в подробности, отмахнулся я.
      Встретившись с Ли, я первым делом рассказал ему о встрече с Павло и посетовал на то, что так и не смог увидеть, как именно лечит донецкий целитель.
      - У тебя уже был подобный опыт, - заметил Учитель. - Конечно, речь не идет о деталях, но идея заключается в помещении больного в ограниченные замкнутые объемы. Разве ты забыл, как ты выполнял медитативные упражнения в ограниченных пространствах?
      - Ты имеешь в виду медитации в гроте? - спросил я.
      - И их тоже, - сказал Ли.
      О гроте, расположенном недалеко от Партизанского водохранилища, я уже упоминал на страницах книги "Тайное учение даосских воинов". Целью медитаций, которые я выполнял в гроте, было повышение защитных сил организма. Грот был на удивление уютным, хотя и небольшим. За узким отверстием в скале скрывалась маленькая овальная пещера. Лучи солнца, падающие через входное отверстие, нагревали камень, и на нем было тепло сидеть, но в то же время верхняя часть моего тела находилась в тени. Я чувствовал, что грот окутывает меня, как уютный и надежный кокон. Возможно благодаря этому, в гроте ко мне особенно быстро приходило измененное состояние сознания через специфическое ощущение тела, частично замкнутого в каменный мешок.
      - Значит, мои медитации в гроте были сродни тому, что делает Павло со своими пациентами? - спросил я.
      - В том, что касается воздействия на человека замкнутыми пространствами, да, - ответил Учитель. - Человек, находящийся в замкнутых пространствах специфической конфигурации, невольно начинает накапливать защитную энергию. Энергия, исходящая от его тела, отражаясь от мощных каменных стен, возвращается обратно, создавая вокруг тела энергетический слой повышенной плотности. Организм начинает восстанавливаться и запасать на будущее излишки энергии. Поскольку разные минералы по-разному взаимодействуют с энергетикой человеческого тела, выкладывая стены пещеры нужными минералами, Павло добивается дополнительного эффекта в лечении тех или иных заболеваний.
       Мы с тобой уже успели изучить множество техник, которые могут использоваться в том числе и как лечебные. Эти техники связаны с лечением местностью. На самом деле почти любое воздействие на человека может лечить, если это воздействие правильно направлено и правильно организовано. Лечит движение, лечит дыхание, лечит покой, лечит стресс, лечит местность, лечат открытые или, наоборот, закрытые пространства, лечит одиночество и лечит общение, лечат травы, лечат минералы, и так далее. Твоему донецкому знахарю, очевидно обладающему блестящей врачебной интуицией, удалось создать свой собственный метод, отвечающий склонностям его мрачноватой и замкнутой личности, и этот метод оказался эффективным. Но не стоит слишком страдать оттого, что ты не изучил технику Павло. У тебя в любом случае нет условий для ее применения, и у тебя нет склонности к психологическому и физическому садизму в обращении с больными. Ты просто лишний раз убедился в том, что арсенал лечебных воздействий, изобретенных человечеством, удивителен и необычайно обширен. Ты сам уже обладаешь достаточным количеством информации, чтобы не копировать других целителей, а с успехом прокладывать свой собственный путь.

Глава 14

      Несмотря на то что я неоднократно добивался успеха в лечении самых различных заболеваний, иногда случалось, что результаты лечения удивляли даже меня самого. Особенно это касалось некоторых даосских техник, которые в глубине души я относил уже к области чистой магии, поскольку не мог подобрать никакого более или менее научного объяснения происходящему.
      Одна семейная пара обратилась ко мне по поводу бесплодия. Лена и Стас знали меня давно, и вначале Лена просто посетовала на то, что, несмотря на страстное желание иметь ребенка, у них ничего не получается.
      Лена объяснила, что прошла полное медицинское обследование, и врачи сказали, что у нее все в порядке и нет никаких видимых причин, чтобы она не могла иметь детей.
      Поскольку разговор об этом зашел случайно, я, не слишком задумываясь о своих словах, брякнул:
      - Бесплодной не всегда бывает женщина. Возможно, в том, что у вас ничего не получается, виноват мужчина. Может, тебе стоит поискать другого партнера?
      Как выяснилось, мою не слишком удачную шутку девушка восприняла всерьез.
      Несколько месяцев спустя Лена и Стас попросили меня о встрече.
      - Мы последовали твоему совету, но все равно ничего не получилось, - сокрушенно сказал Стас.
      - Какому совету? - не сразу сообразил я.
      - Как какому? Найти другого мужчину, - спокойно объяснила Лена. - Мы договорились с братом Стаса, что он сделает мне ребенка, я специально подгадывала нужные дни, мы пытались несколько раз, но ничего не вышло. А уж брат-то точно не бесплодный, у него ребенок есть.
      - Я тоже сходил к врачам провериться, не бесплоден ли я, - вмешался Стас. - Врачи говорят, что мы оба в полном порядке, и они не понимают, почему мы не можем иметь детей, а не понимая, в чем дело, они, естественно, не могут и помочь нам.
      Тут я решился всерьез взяться за лечение. Было ясно, что речь идет о каком-то функциональном нарушении. Я попробовал прижигание и массаж, но это не помогло. Учитель к тому времени уехал на Дальний Восток, и я не мог попросить у него совета. Я принялся ворошить свои конспекты в поисках старинных народных рецептов от бесплодия, но то, что я там находил, вряд ли смогло бы помочь Лене.
      Одним из самых оригинальных рецептов было ношение на шее живого скорпиона в холщовом мешочке, подвешенного на уровне солнечного сплетения. Это был китайский рецепт. Страх перед укусом скорпиона заставлял женщину непрерывно сосредоточиваться на области под мечевидным отростком, которая считалась "сосудом зачатия", и это стимулировало ее способность к зачатию ребенка.
      Потом ко мне внезапно пришло воспоминание о том, что когда-то объяснила мне Лин.
      - У некоторых женщин бывает холодная матка, - сказала она. - Такие женщины с физиологической точки зрения кажутся совершенно здоровыми, и тем не менее они не могут родить.
      - Что означает "холодная матка"? - спросил я.
      - Слишком много инь, - объяснила Лин. - Хотя внешне матка здорова, у нее просто не хватает сил для того, чтобы выполнить то, что предназначено ей природой.
      - И что нужно делать в таких случаях? - поинтересовался я.
      - Облучение луной, - сказала кореянка.
      - А что это такое?
      - Увидишь, когда наступит полнолуние, - улыбнулась моя возлюбленная.
      Я поразился своей забывчивости. Как странно, что только сейчас мне пришло в голову, что единственное объяснение происходящего с Леной - это то, что у нее холодная матка.
      Я вспомнил ночь полной луны и сказочно прекрасное обнаженное тело кореянки с распущенными волосами, озаренное лунным светом. Лин стояла у открытого настежь окна времянки.
      - Когда нет туч, я каждое полнолуние выполняю облучение луной, - объяснила мне Лин. - Луна настраивает циклы женщины, согревая ее естество, поэтому купание в лунном свете исключительно полезно для женщин любого возраста. А если женщина страдает какими-то женскими расстройствами, то прежде, чем начинать лечение, ей нужно провести несколько полнолуний наедине с луной. Тогда, может быть, и лечение не понадобится.
      - А что ты делаешь, общаясь с луной? - спросил я.
      - В принципе, можно даже вообще ничего не делать, а просто подставлять тело лунному свету или спать в лунных лучах. Но гораздо эффективнее дышать лунным светом. Это стандартная медитация, сопровождаемая мыслеобразом того, что ты вдыхаешь лунный свет и он равномерно растекается по твоему телу, наполняя его силой луны, насыщая его луной. Можно представить, что лунные лучи пронизывают твое тело насквозь, как если бы ты был привидением, или можно уже на интуитивном уровне выполнять еще какие-либо изобретенные тобой техники.
      Конечно, в глубине души у меня сохранялись сомнения в том, что облучение лунным светом может оказаться достаточным для излечения от бесплодия, но поскольку других идей у меня в данный момент не возникало, я посоветовал Лене в течение нескольких месяцев каждое полнолуние облучаться и дышать лунным светом.
      Месяца полтора спустя, когда я пришел домой, мама протянула мне записку.
      - Тут какой-то парень приходил, - сказала она. - Принес тебе два мешка разносолов, спирт, окорока, говорит, что даже не знает, как тебя благодарить. Что ты ему такое сделал?
      Я развернул записку и прочитал:
      Я назову нашего сына твоим именем.
Стас.
      - Пожалуй, ему стоило бы поблагодарить не меня, а луну, - улыбнувшись, сказал я.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17