Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Век Дракона - Источник магии

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Пирс / Источник магии - Чтение (стр. 3)
Автор: Энтони Пирс
Жанр: Фэнтези
Серия: Век Дракона

 

 


Для того же, кто умер преждевременно, но не угас окончательно, возможность получить смертность становилась исключительной надеждой! Разумеется, если Милли совсем оживет, то со временем и умрет, как всякий человек. Однако в действительности она лишь завершит жизнь, которую уже начала столько столетий назад. Оставаясь призраком, она не могла как-то повлиять на свою судьбу – призрак не в состоянии любить, бояться, вообще ощущать что-либо.
      Хотя – нет, поправил себя Бинк. Очевидно, она все-таки что-то чувствует, пусть и не так, как живые люди. Но ей недоступны телесные удовольствия, недоступна боль.
      На доске появилось:
 
       ВТОРОЕ -
       ДОКТОР ЗАКЛИНАНИЙ ДОЛЖЕН ВОССТАНОВИТЬ ТВОЙ ТАЛАНТ ДО ОПТИМАЛЬНОЙ ПОТЕНЦИИ.
 
      – Есть в этом доме доктор заклинаний? – требовательно вопросила Королева, оглядываясь. Острия ее трезубца сверкнули. – Нет? Отлично... Посыльный, покажи направление на ближайшего доктора.
      Кромби едва не зарычал, но и на сей раз любопытство пересилило. Закрыв глаза, он завертелся волчком и вот – вытянул правую руку: она показала на север.
      – Так, – произнесла Королева. – Должно быть, это – Деревня Провала.
      На Провал – гигантскую расщелину, разделявшую Ксант на северную и южную части – было наложено заклинание: никто не мог вспомнить о его существовании. Но на замок Ругна и его окрестности было, в свою очередь, наложено контрзаклинание, позволявшее его обитателям и гостям вспоминать о Провале. Да, трудновато пришлось бы Королю править своей страной, не помни он о столь важной особенности ее ландшафта, как Провал!
      – Где наш переносчик?
      – Я здесь, Ваше Величество! Доктор уже в пути, – отозвался мужчина рядом с Королевой Ирис.
      Он взглянул в указанном Кромби направлении, сосредоточился и... неожиданно перед ним появилась пожилая женщина. Она посмотрела по сторонам, на лице ее отразилось изумление: она оказалась в толпе нарядных людей, в зале, погруженном на дно океана...
      – Ты – доктор заклинаний? – властно спросила Королева.
      – Да, – ответила старуха. – Но я не лечу дураков, потонувших в море. Особенно, если меня отрывают прямо от корыта со стиркой...
      – Это Торжественный Бал в честь Годовщины Коронации Короля Трента! – надменно произнесла Королева. – А теперь у тебя есть выбор, старая карга: вылечить для нас одно заклинание и остаться на балу, есть, пить и развлекаться, сколько душе угодно и в таком, например, костюме... – На старухе вдруг появилось одеяние важной матроны, любезно сотворенное магией Волшебницы Ирис. – ...или не вылечить заклинание, тогда это вот существо тебя поперчит. – И она приподняла злобно зашипевшего перечника.
      У старухи, как до того у Кромби и у Честера, был возмущенный вид, но в конце концов она все же решила выбрать более выгодный курс.
      – Какое заклинание?
      – Заклинание Милли. – Королева указала на призрак.
      Докторша осмотрела Милли и усмехнулась.
      – Уже готово, – сказала она и широко разулыбалась, показав все свои четыре зуба.
      – Любопытно, почему она так развеселилась? – пробормотал Роланд. – Не знаешь, какой у Милли талант?
      – У призраков нет талантов, – возразил Бинк.
      – Но при жизни ведь был! По всей вероятности, он у нее какой-то особый.
      – Пожалуй. Надеюсь, мы скоро это узнаем. Если, конечно, она сможет выполнить третье условие.
      И снова засветилась доска:
 
       ТРЕТЬЕ -
       ПОГРУЗИ СВОЙ СКЕЛЕТ В ЦЕЛИТЕЛЬНЫЙ ЭЛИКСИР.
 
      – Этого добра у нас сколько угодно! – сказала Королева. – Эй, лакей!
      Кромби был уже в пути и скоренько вернулся с ведром эликсира.
      – А теперь... Где твой скелет? – нетерпеливо спросила Королева.
      Но тут с Милли что-то случилось: казалось, она очень желает ответить на вопрос Королевы, но не в состоянии произнести ни слова.
      – Заклинание молчания! – воскликнула Королева. – Тебе не позволено сказать нам, где он! Вот почему в течение столетий он оставался спрятанным!
      Милли печально кивнула.
      – Тем лучше! – Королева уже была сама деловитость. – Начинаем охоту за сокровищем! В каком шкафу лежит скелет Милли? Тот, кто найдет его первым, получит особый приз! – Она на мгновение задумалась. – Обычные призы у меня кончились... Знаю! Вот что это будет: первое свидание с Милли, когда она оживет!
      – А что, если скелет найдет женщина? – спросил кто-то.
      – Ради такого случая я попрошу своего мужа, Короля Трента, превратить ее на время в мужчину!
      Раздался неуверенный смех. Шутит она, или говорит всерьез?.. Насколько Бинк знал, Король мог трансформировать любое живое существо в другое живое существо – но того же пола. И вряд ли он воспользуется своим талантом, чтобы выполнить чей-то каприз. Так что Королева, скорее всего, мистифицирует.
      – А как же насчет еды? – громко спросил Честер.
      – Сделаем так! – Королева была настроена решительно. – Женщины уже доказали свое превосходство, поэтому они не будут участвовать в поисках. Они станут угощаться! Пока мужчины будут искать... – Но тут она взглянула на разъяренное лицо Честера и поняла, что зашла слишком далеко. – Хорошо. Пусть мужчины тоже едят. Даже и те, у кого лошадиный аппетит. Но чтобы никто не посмел тронуть Юбилейный Торт! Король сам будет его разрезать – когда поиски закончатся.
      Она на миг задумалась – такой ее видели редко. В самом ли деле она была уверена, что Король станет заниматься разрезанием тортов?
      А юбилейный Торт был роскошен! Многочисленные прослойки мерцающего крема увенчивала огромная цифра I, на вершине которой располагался неотличимый, благодаря магии, от оригинала бюст Короля Трента. Королева всегда поддерживала величие Короля, потому что ее собственное величие являлось всего лишь отражением мужниного. Да уж, какой-то бедняга шеф-повар изрядно потрудился! Создать такую орнаментированную роскошь при помощи заклинаний!
      – Перечник! – распорядилась Королева. – Оставайся охранять торт и приперчивай каждого, кто посмеет к нему прикоснуться! – Она привязала поводок к ножке стола. – А теперь, мужчины, – на поиски сокровища!
      Роланд покачал головой.
      – Лежащие в шкафу скелеты не следует тревожить... Пойду-ка лучше да поздравлю твою умную матушку. – Он взглянул на Бинка. – А ты отправляйся представлять нашу семью в этих поисках. Можешь, конечно, особенно не стараться...
      Он помахал рукой на прощанье и стал пробираться между мерцающими морскими течениями.
      Бинк еще постоял какое-то время, задумавшись. Отец определенно знал, что здесь что-то неладно, но прямо об этом сказать не решился.
      Но что именнонеладно?
      Бинк вполне сознавал, что живет сейчас хорошо, что у него прекрасная, хоть и переменчивая жена, а Король к нему благосклонен. Почему же ему так мечтается о приключениях где-то в отдаленных, диких местах, о сражениях на мечах (ради чего, кстати, он и стал учиться фехтованию), об опасностях и даже о смерти, хотя известно, что талант Бинка защитит его от любой настоящей опасности? Что же с ним происходит?.. И вот уже кажется, что он счастливее тогда, когда будущее под угрозой. Да ведь это же нелепо!
      Почему Хэмели не пришла? Конечно, срок ее близок, но она все же могла появиться на балу – могла, если бы захотела. Во дворце есть и магическая повивальная бабка...
      И Бинк решился. Он отправится на поиски! Кто знает, может быть, ему удастся доказать свои способности еще раз, отыскав в шкафу этот скелет!

Глава 2
Поиски сокровища

      Итак, ему брошен хоть и негромкий, но все-таки вызов. И для начала следует поработать головой. Вовсе не обязательно скелет Милли находится в шкафу. Но так или иначе, поскольку здесь ее призрак, то кости должны быть где-то на территории дворца, в любом месте по эту сторону рва или даже в саду. И подальше от людных мест, конечно. Если только ее кости не спрятаны где-нибудь под полом или внутри стены. Последнее все же казалось маловероятным – дворец был весьма прочным, сцементированным заклинанием долговечности, и долбить пол или стену было бы занятием малоприятным. Если предположить, что Милли умерла внезапно, при подозрительных обстоятельствах (а иначе она не стала бы призраком), то, скорее всего, убийце пришлось прятать тело быстро, тайком. И никакого разрушения стен, чтобы скрыть труп! Старый Король Ругна не потерпел бы подобного.
      Где можно спрятать тело за несколько минут, притом – надежно, чтобы его никто не обнаружил и в последующие столетия? Затеянные новым Королем переделки коснулись почти каждого уголка замка Ругна, превратив его в королевский дворец современного типа; мастера-реставраторы попросту не могли пропустить подобную находку. Выходит, какая-то сверхловкость убийцы механически невозможна, да и не может быть в этих шкафах никаких скелетов.
      Бинк увидел, что другие уже торопливо осматривают все шкафы подряд. Нет смысла состязаться с ними напрямую, даже если там и спрятан скелет.
      Значит, механически спрятать невозможно... Ага, вот в чем разгадка! Магически-то возможно! По всей вероятности, кости были трансформированы во что-то другое, невинное на вид и уводящее поиски в ложном направлении. Вопрос только, во что?
      Во дворце тысячи предметов, и любой из них может оказаться нужным. Но ведь трансформация – серьезная магия. А какой волшебник станет возиться с простой горничной? Так что, выходит, ее кости могли остаться в естественном виде, или, возможно, они в чем-то растворены, а то и перемолоты в порошок. Но все же в любом случае должен остаться хоть какой-то намек на их истинную сущность. То есть главное – догадаться. О, в высшей степени интригующая загадка!
      Бинк подошел к столу с закусками. Здесь были фруктовые пирожные, орехи, печенье, пирожки и пироги, а также всевозможные напитки. Честер уже отводил душу. Бинк обошел вокруг стола, выискивая что-нибудь, могущее заинтересовать. Когда он приблизился к Юбилейному Торту, на него предупреждающе зашипел перечник. У него было кошачье тело с зеленой и острой, как маринад, мордочкой, а глаза влажные от рассола. На мгновение Бинк едва не поддался искушению испытать свою магию против магии перечника. Ему-то нельзя было нанести вред при помощи магии, а животное наверняка попыталось бы его приперчить. И что бы тогда произошло?
      Нет – он больше не тот юный сорви-голова, который везде стремится проявить себя и безрассудно кидается навстречу опасностям. К чему без необходимости напрягать свой талант?
      Он заметил печенье в виде улыбающегося лица и взял его; но стоило поднести ко рту, как улыбка исчезла и на «лице» отразился ужас. Бинк замер, сознавая, что это всего лишь еще одна иллюзия королевы, но тем не менее есть не стал. Лицо на печенье исказилось в предчувствии страшного конца, а поскольку конец все не наступал, глазурный глаз медленно приоткрылся.
      – На, киска... Это тебе, – сказал Бинк и протянул печенье сидящему на поводке перечнику.
      Послышался легкий свист, и печенье тут же оказалось сильно поперченным и приправленным уксусом. Один глаз его все же был закрыт, а из открытого вытекал рассол. Бинк положил печенье на край стола; перечник подался вперед и взял его в рот. И у Бинка сразу пропал аппетит.
      – Твоя магия немного нездорова, – произнесла женщина рядом с ним. Это была пожилая докторша заклинаний, которая теперь наслаждалась неожиданным для нее торжеством. Вообще-то вечеринка была открыта для всех, но лишь у немногих простых подданных Короля хватило духу явиться сюда. – Но должна тебе сказать, – продолжала докторша, – что она слишком тяжела для меня, и я не могу ее вылечить. Ты Волшебник?
      – Нет, – ответил Бинк. – Я просто ничтожество с сильным талантом. – Ему хотелось, чтобы шутка прозвучала также легко, как была придумана.
      Женщина сосредоточилась.
      – Нет, я ошиблась. Талант твой не болен. Он всего лишь простаивает без дела. Мне думается, он страдает от недостатка упражнений. Ты хоть пользовался им за последний год?
      – Кое-когда, – вздохнул Бинк и вспомнил о спасении от обитающих во рву монстров. – Не слишком много.
      – Магией следует пользоваться, иначе ты ее утратишь. – Женщина мудро смотрела на него.
      – Но что делать, если такие случаи не предоставляются?
      – Для магии всегда есть такие случаи – здесь, в Ксанте.
      Однако они находились во дворце, где это суждение женщины вряд ли могло относиться к Бинку. Его талант защищал его от опасностей, и то же самое делала благосклонность Короля. Поэтому у его таланта тут было мало возможностей проявить себя, и он в самом деле мог начать слабеть. Схватка с мечом была первой за долгое время такой возможностью, да и то он сам старался не допустить основательного пробуждения своей магии, желая победить лишь умением и храбростью. Правда, талант сработал во рву. Бинк до сих пор еще не успел как следует высохнуть, но среди подводных декораций мокрая одежда была незаметна. Неужели надо специально искать опасности, чтобы поддержать мощь своего таланта? Очень странный вывод...
      Женщина пожала плечами и пошла вдоль стола, пробуя разные деликатесы.
      Бинк осмотрелся. И вдруг встретился взглядом с призрачными глазами Милли.
      Он подошел к ней.
      – Ну, как идут дела? – вежливо осведомился Бинк.
      На близком расстоянии голос призрака был различим; возможно, разобрать слова помогали и движения ее белых губ.
      – Я так рада! – еле слышно воскликнула она. – Снова стать самой собой!
      – А ты уверена, что существование простой смертной стоит того? – спросил он. – Иногда человек, осуществивший свою мечту, бывает весьма разочарован.
      Кому он в действительности адресовал эти слова – ей или себе?
      Она взглянула на него с сочувствием. Сквозь ее полупрозрачное тело он мог видеть других гостей. На ней было не просто сосредоточить взгляд. Но все-таки можно было увидеть, что она по-особому прекрасна – не столько лицом и фигурой, сколько искренней приветливостью и заботой о других. Милли во многом помогла мисс Хамелеон: показала, что где в замке находится, какие фрукты съедобны, какие опасны, объяснила и дворцовый протокол. И именно Милли обратила внимание Бинка на другую грань личности Волшебника Трента, когда Бинк считал его способным только на зло.
      – Было бы прекрасно, если бы ты отыскал мои кости, – сказала Милли.
      Бинк встревоженно рассмеялся.
      – Милли, ведь я женатый мужчина!
      – Да, – согласилась она. – Женатые мужчины лучше всех. Они уже приручены, опытны, нежны, надежны и ничего не обещают просто так. И будет так приятно, если за мое возвращение к жизни, за первый опыт...
      – Ты не понимаешь! – воскликнул Бинк. – Я люблю свою жену!
      – Да, конечно, ты ей верен, – опять с готовностью согласилась она. – Но как раз сейчас она находится в своей уродливой фазе, да еще на девятом месяце, и ее язык столь же остер, как жало мантикоры. Именно сейчас тебе необходимо облегчение, и если я вернусь к жизни...
      – Пожалуйста, замолчи! – зашипел Бинк. Ее слова попали точно в цель.
      Однако она не замолчала.
      – Ты ведь знаешь, я тоже люблю тебя. Ты напоминаешь мне того... того, которого я по-настоящему любила, когда жила. Но вот уже восемьсот лет, как он мертв. – Она печально взглянула на свои полупрозрачные пальцы. – Я не могла выйти за тебя замуж, Бинк, когда впервые встретила тебя, я могла только смотреть и мечтать. Знаешь ли ты, что значит все видеть и не быть в силах что-либо изменить?.. Я могла бы стать такой хорошей для тебя, если бы только...
      Милли неожиданно умолкла и опустила лицо. Ее голова выглядела туманным облачком.
      Бинк был взволнован.
      – Прости, Милли, я не знал. – Он положил надень на ее вздрагивающее плечо, и ладонь, конечно же, прошла сквозь него, как сквозь воздух. – Мне никогда не приходило в голову, что тебя можно оживить. Если бы у меня была...
      – Да, конечно, – всхлипнула она.
      – Но ты будешь очень красивой девушкой. Я уверен, найдется немало молодых людей, которые...
      – Верно, верно, – кивала Милли, всхлипывая все громче. Ее тело делалось все более прозрачным.
      Гости уже бросали на них удивленные взгляды. Положение становилось неловким.
      – Если бы я мог хоть чем-то тебе помочь... – начал Бинк.
      Она мгновенно просияла, и ее контуры обозначились четче.
      – Найди мои кости!
      К счастью, это было почти невозможно. И тем не менее Бинк не мог не пообещать:
      – Я поищу. Хотя мои шансы не больше, чем у любого, кто уже ищет.
      – Да, иди! Ты сумеешь найти их, если только воспользуешься своим замечательным умом. Я не могу подсказать тебе, где они лежат. Но если ты по-настоящему примешься за дело... – Она посмотрела на него с пылким нетерпением. – Прошло так много веков. Обещай мне, что постараешься!
      – Но я... Что подумает моя жена, если я...
      Милли закрыла лицо ладонями. Взгляды других гостей стали откровеннее, когда контуры Милли начали расплываться.
      – Хорошо, попробую! – кивнул Бинк.
      Ах, ну почему его талант не защитил его от этого?.. Но он уже знал ответ: его магия защищает лишь от физического, магического вреда. Милли же была магической, но не физической сущностью, и ее намерения по отношению к нему, когда она вновь обретет плоть, никто не счел бы вредными. Его талант никогда не утруждал себя эмоциональными сложностями. Так что этот треугольник Бинку придется решать самому.
      Милли улыбнулась.
      – Не задерживайся, – проговорила она и поплыла в сторону, не касаясь пола ногами.
      Бинк высмотрел Кромби и подошел к нему.
      – Я, кажется, начинаю соглашаться с твоим мнением о женщинах.
      – Уж я заметил, как она тебя обрабатывала! – Кромби усмехнулся. – Она давно уже тайком положила на тебя глаз. А когда одно из этих похотливых существ на что-то решается, то у мужчины почти не остается шансов на спасение.
      – Она полагает, что я первым смогу отыскать ее кости... и я вынужден попробовать... попробовать это сделать. По-настоящему попробовать, а не прикидываться.
      – Детская задачка, – сказал Кромби. – Они вон там. – Он закрыл глаза и поднял руку вверх.
      – Я не просил тебя помогать! – резко произнес Бинк.
      – Ах, извини! Забудь, куда я показывал.
      – А теперь уже не могу. Теперь мне придется там пошарить. И кости наверняка отыщутся. Милли определенно предполагала, что я с тобой посоветуюсь. Кто знает, может, в этом и заключается ее талант – знать заранее, что произойдет.
      – Тогда почему же она не сбежала прежде, чем ее убили?
      Что ж – то был отменный вопрос!
      – Не исключено, что она спала, когда...
      – Но ты ведь не спал, когда она тебя настраивала. Ты мог вовремя смыться. И тогда ее кости нашел бы кто-нибудь другой. Тем более если бы я намекнул, куда направиться.
      – А сам ты почему их не пожелал найти? – рассердился Бинк. – Тебе оставалось только пойти туда, куда указывает твой палец. Секундное дело.
      – Не могу. Я – на посту, – хитро улыбнулся Кромби. – Спасибо, но у меня и без нее достаточно проблем с женщинами.
      Что верно, то верно. Бинк некогда познакомил этого женоненавистника со своей бывшей невестой Сабриной – талантливой и очень красивой девушкой, которую, как со временем понял Бинк, он сам не любил. Разумеется, знакомство привело бы к свадьбе, и теперь у Кромби появилась возможность отомстить.
      Бинк расправил плечи и зашагал в ту сторону, куда указал Кромби. Стало быть, кости должны находиться где-то наверху. Скорее всего, они не будут лежать на видном месте. Если он честно постарается, но так и не найдет ничего, тогда...
      А вообще говоря, неужели свидание с Милли такой уж скверный поступок? Ведь все, сказанное ею, – правда. Для мисс Хамелеон действительно наступили неприятные времена, и ей хочется теперь только одного: чтобы ее оставили в покое. До тех пор, пока она не превратится в свою прекрасную противоположность и не родит ребенка...
      И все-таки подобные свидания могут привести к краху всего, что было и есть. Он знал, кто такая мисс Хамелеон, когда женился на ней, знал, что его ждут как хорошие, так и плохие периоды. Ему нужно лишь вытерпеть, пока плохой с неизбежностью не завершится. Ведь он справлялся с этим раньше. Когда на него наваливался груз каких-то проблем, жена, переживавшая свою «умную» фазу, становилась неоценимой помощницей. Иногда они специально даже накапливали такие проблемы, чтобы в трудной фазе жена могла поразмышлять над ними. И как после всего этого он смеет заигрывать с Милли или с любой другой женщиной?!
      Бинк отправился в комнату, расположенную на указанной Кромби линии. То была королевская библиотека – хранилище мудрости веков. Неужели скелет призрака там?
      Бинк вошел и... увидел сидящего Короля.
      – О, прошу прощения, Ваше Величество, я не предполагал...
      – Заходи, Бинк, – сказал Король Трент с теплой улыбкой. У него был вид прирожденного монарха – даже сейчас, когда он сидел за столом. – Я размышлял над личной проблемой. И ты, возможно, ниспослан мне, чтобы подсказать ответ.
      – У меня нет ответа даже на собственные вопросы, – несколько застенчиво отозвался Бинк. – Я не в том состояния, когда мог бы быть способным помочь вам.
      – Что же у тебя за вопросы?
      – Хэмели в трудной фазе. Я не нахожу себе места. Кто-то пытался меня убить. А Милли-призрак желает заняться со мной любовью.
      Король расхохотался. Но внезапно смолк.
      – До меня вдруг дошло, что ты не шутишь, – произнес он. – Но ведь характер Хэмели скоро станет лучше, и твое беспокойство пройдет. А вот остальные твои проблемы... Кто покушался на твою жизнь? Заверяю тебя, я не давал на это своей королевской санкции.
      Бинк описал эпизод с мечом. Король задумался всерьез.
      – Мы с тобой знаем, Бинк, что только Волшебник в состоянии нанести тебе вред подобным образом... А в Ксанте лишь три человека такого класса, и ни один из них, я убежден, не желает тебе зла, и ни один не обладает талантом оживления мечей. Поэтому, думаю, реальная опасность тебе не грозит. Но я понимаю твою тревогу. И – проведу расследование. Поскольку тебе удалось поймать тот меч, мы сможем проследить источник его намерений. И если кто-то позаимствовал один из мечей моего арсенала...
      – Гм... Я тоже думаю, что он – оттуда, – сказал Бинк. – Но меч заметил кентавр Честер и взял его...
      – Вот как? Хорошо же! Значит, покончим с этим. Союз с кентаврами важен для меня, как был важен для любого Короля Ксанта в течение всей его истории. Честер может оставить меч себе. Но, как я считаю, нам следует выключить некоторые его магические особенности. Я полагаю, здесь наблюдается известное сходство с твоей собственной магией. То, что выступило против тебя, скрывается, пользуясь чужой, а не своей магией. Сам по себе меч не был твоим врагом. Он был всего лишь инструментом враждебной тебе силы.
      – Магия, подобная моей... – повторил Бинк. – Думаю, такая может существовать. Она, конечно, не в точности такая же (ведь магии в Ксанте не повторяются), но, по всей видимости, похожая... – Он взглянул на Короля с тревогой. – Это значит, что я могу ждать неприятностей отовсюду, от кого угодно. И все будет казаться случайностью.
      – Да, от кого и от чего угодно – от зомби, от меча, от чудищ во рву... Или от призрака, – произнес Король. – Тут может таиться некий замаскированный план. – Он умолк и о чем-то размышлял некоторое время. – И все же каким образом может призрак...
      – Как только я найду ее скелет, она будет оживлена. Скелет может находиться и в этой комнате... И все-таки больше всего меня тревожит, что я, кажется, начал поддаваться искушению.
      – Да, Милли, если видеть в ней бывшую женщину, весьма соблазнительна, – заметил Трент. – Я хорошо понимаю твое искушение. Впрочем, оно-то и есть предмет моих размышлений.
      – Не сомневаюсь, Королева способна помочь исполниться любому... э-э-э, искушению, – осторожно проговорил Бинк, не желая показать, насколько свободно дворцовые сплетники судачили об этом: личная жизнь Короля должна оставаться личной. – Она ведь может придать себе сходство с любой...
      – Совершенно верно, Бинк. С тех пор, как умерла моя жена, я не прикоснулся ни к одной другой женщине. В том числе и к Королеве. – Для Трента слово «жена» означало только женщину, на которой он был женат в Мандении. – Но все же, – продолжал он, – на меня оказывают определенное давление: я, видишь ли, должен обеспечить наследником престол Ксанта. Либо по праву рождения, либо через усыновление. На тот случай, если не окажется подходящего Волшебника, когда придет время. Искренне надеюсь, что такой Волшебник есть! Тем не менее, я чувствую себя обязанным сделать хотя бы попытку, поскольку это – одно из тех обязательств, которые я возложил на себя, принимая корону. Естественно, с помощью Королевы, как того требует этика. Да, я сделаю такую попытку, хотя и не люблю ее и никогда не полюблю. Вопрос лишь в том, какую внешность ей принять ради такого случая.
      То была, разумеется, сугубо личная проблема, и Бинк чувствовал, что не ему давать Королю советы.
      – Как мне кажется, любую внешность, приятную для вас...
      Одним из самых значительных достоинств Королевы была ее способность мгновенно приобретать новую внешность. Если бы мисс Хамелеон тоже была способна...
      – Но я не хочу получать от этого удовольствие – я лишь желаю выполнить то, что необходимо.
      – А почему бы не объединить и то, и другое? Пусть Королева примет свою самую привлекательную иллюзорную внешность. Или же трансформируйте ее по собственному желанию. А когда появится наследник, придайте ей прежний облик. Нет ведь ничего плохого, когда еще и наслаждаешься своими обязанностями. Разве не так?
      Король покачал головой.
      – Твои слова, конечно, верны, если иметь в виду обычную ситуацию. Но мой случай – особый. Я не уверен, что смогу выполнить свой долг с прекрасной женщиной, да что там – с любой женщиной! – если только она не будет очень похожа на мою бывшую жену.
      – Тогда пусть Королева примет внешность вашей жены, – не раздумывая, посоветовал Бинк.
      – Боюсь, это осквернит воспоминания, которыми я дорожу.
      – О, понимаю... Вы хотите сказать, что если она станет слишком напоминать вашу жену, то сможет заменить ее и...
      – Приблизительно так.
      Создавалось безвыходное положение. Если Король был в силах желать лишь свою бывшую жену и не мог допустить, чтобы любая другая женщина напоминала ее физически, то что ему оставалось делать? Здесь и скрывалась тайна личности Короля, которую Милли некогда открыла Бинку: Трент по-прежнему был предан бывшей семье. После этого Бинку трудно стало считать Трента злодеем. И в самом деле – Король не был злым. Он был превосходным Волшебником и, возможно, самым превосходным человеком Ксанта, поэтому Бинк меньше, чем кто-либо, стремился подорвать это качество Короля.
      И все же проблема наследника была реальной. Никто не желал повторения смутных времен, которые могли наступить из-за разрыва наследования в законной королевской династии. Должен существовать наследник престола, пока не появится настоящий Волшебник и не переймет бразды правления, обеспечив его непрерывность.
      – Кажется, у нас с вами сходные дилеммы, Ваше Величество, – сказал Бинк; он старался относиться к высокому собеседнику, соблюдая надлежащий этикет, хотя и знал Трента, когда тот еще не был Королем. Следует в этом показывать достойный пример другим. – Каждый из нас предпочитает остаться верным собственной жене, но находит это весьма трудным. Но моя-то проблема со временем исчезнет, а ваша... – Он умолк, потрясенный внезапной идеей, но тут же опять заговорил, не в силах умолчать: – Ваше Величество! Милли будет оживлена, когда ее скелет погрузят в целительный эликсир. Предположим, что и вы отыщете кости вашей жены, привезете их в Ксант...
      – Если это сработает, я стану двоеженцем, – заметил король, но вид у него был потрясенный. – И все же, если бы моя жена смогла жить снова...
      – Вы можете проверить, насколько удачно эта процедура пройдет, когда будут оживлять Милли!
      – Милли – призрак. Она ведь не мертва полностью. Особый случай – как, например, с тенью. Такое бывает, когда у духа остается важное незавершенное дело. А моя жена – не призрак; у нее не осталось незавершенных дел, кроме самой жизни. И реанимировать тело, в котором не будет души...
      Бинк уже жалел, что осмелился предложить такую возможность. Что за ужасы могут обрушиться на Ксант, если начнут без разбора оживлять древние кости – представить трудно...
      – Она может стать зомби, – вслух подумал он.
      – Да-да, существует серьезный риск, – заключил Король. – Но все же ты снабдил меня пищей для размышлений. Кто знает, вдруг еще и для меня есть надежда! А пока что я определенно не позволю Королеве принять внешность моей жены. Не исключено, что я поставлю себя в неловкое положение, сделав попытку и потерпев неудачу. Но...
      – Как жаль, что вы не можете трансформировать сами себя, – сказал Бинк. – Тогда вам удалось бы испытать себя, и никто бы ничего не узнал.
      – Королева бы все равно узнала. А потерпеть неудачу с ней – значит, проявить слабость, на которую я не имею права. Она тут же станет себя чувствовать выше меня, если поймет, что мой внешний железный самоконтроль на деле лишь импотенция. Такое знание таит в себе большой вред.
      Бинк, знавший Королеву, мог в полную меру оценить эти слова. Ведь лишь ее уважение к Королю да страх перед его личностью и магической силой удерживали ее в рамках повиновения. Талант Короля к трансформации, безусловно, сохранится, но уважение, которое она испытывала к его личности, будет неизбежно разрушено. С ней станет необыкновенно трудно справляться, а это вряд ли пойдет на пользу Ксанту.
      – А не можете ли вы сперва провести, а-э, эксперимент с какой-нибудь другой женщиной? Тогда, если получится неудача...
      – Нет, – твердо произнес Король. – Я не люблю Королеву, но она – моя законная супруга. Я не стану обманывать ее – или любого из моих подданных – ни в этом, ни в каком-либо другом случае.
      Вот в чем состояла суть его благородства! Но зато Королева может обмануть его – если увидит такую возможность и будет знать о его импотенции. Бинку не понравился такой вывод. Правление Короля Трента виделось ему как начало Золотого Века. Но насколько же у Короля больше обязательств, нежели преимуществ!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25