Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Чудо в Марабране

ModernLib.Net / Ломм Александр / Чудо в Марабране - Чтение (стр. 7)
Автор: Ломм Александр
Жанр:

 

 


Посмотрим, поищем... Кудерн, Улатра, Ланк, Тарта-хона, Паэрта... Вот он! Мчится в черном лоршесе на юг, к Марабране, увозя с собой как модель с подробными планами, так и большой аппарат "ММ-222", самый совершенный в мире материализатор мысли. Коммерческая операция по производству чуда полностью провалилась, причинив чудотворцу одни лишь расходы да беспокойства. Хоть бы гросс сардунский рассчитался за марабранское чудо!.. Но куда там! С его святости теперь ничего не удастся сорвать!.. В золотистых лучах утреннего летнего солнца по сторонам дороги сверкают изумительной красоты пейзажи. Но ведеор Браск не замечает их. Он думает о своей неудаче, о потерянных суремах, о боге из Марабраны. Он в страхе оглядывается назад, словно страшный бог из Марабраны гонится за ним по пятам, угрожая настичь и уничтожить. Руки его судорожно сжимают баранку. Вперед! Вперед!.. Черный лоршес мчится среди холмов, рощ, полей с бешеной скоростью. Еще хорошо, что в столь ранний час дорога почти пустынна... Но приступ страха проходит, и мысли предпринимателя вновь приобретают привычное направление... Черт побери! Полмиллиона суремов на дороге не валяются! Если с гросса их нельзя получить, то, может быть, с кого-нибудь другого?.. Но с кого?.. Разве что... Фу ты, черт! А ведь это неплохая идея! Бога-то ведь создал не кто-нибудь, а он, Куркис Браск из Марабраны. Значит, он имеет полное право предъявить богу счет как за дождевое чудо, так и за создание его самого! Если это бог правильный и справедливый, он не посмеет уклониться от уплаты. Куркис Браск удовлетворился бы каким-нибудь десятком алмазов с божеской мантии, которую, кстати, тоже он создал для бога единого. Одно только тут неприятно: для предъявления счета придется вновь встретиться с богом, а это большой риск. Тут можно не только ничего не получить, но даже поплатиться за дерзость собственной шкурой... Но ведь он, надо полагать, все-таки всеведущий. А коли так, значит, он отлично знает, кому обязан своим существованием, и, пожелав отблагодарить своего создателя, он всегда найдет возможность сделать это без личной встречи. Скажем, переведет на текущий счет Куркиса Браска кругленькую сумму... Такой вывод принес фабриканту некоторое успокоение. Стосильный лоршес самодовольно урчит мотором и без напряжения несет своего хозяина с одного пологого холма на другой. Куркису Браску здесь знаком каждый участок пути. Вот проселочная дорога, ведущая в деревушку, где останавливался бог из Марабраны; вот еще проселок, который ведет к холму с кипарисами, где разыгралась вчера трагедия марабранского чуда. Памятные места!.. Поворот - и снова длинный, пологий подъем на очередной пригорок, с вершины которого открывается прекрасный вид на Марабрану. Это последнее возвышение. С него лоршес покатится вниз до самого города, до которого остается несколько километров. Куркис Браск улыбается: кончились нелепые ужасы - дома! Лоршес мягко выносит его на вершину пригорка. И вдруг - резкий удар на тормозную педаль! Стоп! Машина останавливается как вкопанная и тут же, послушная рукам изумленного водителя, катится задним ходом назад, с пригорка, и чуть не сваливается в кювет. В чем дело?! Чего так испугался Куркис Браск почти на самой границе родного города?! Что он увидел?! По ту сторону пригорка его глазам предстала страшная картина. Не далее чем в двух километрах от вершины он увидел военный кордон, рогатку поперек шоссе, ряды машин и множество солдат. Быстро выскочив из накренившегося лоршеса, Куркис Браск ползет по заросшему травой кювету к вершине пригорка. Достигнув ее, он осторожно приподнимает голову и осматривается. Так и есть - войска! И не только дорога закрыта; но и дальше, по полям, тянутся вереницы палаток, щели глубоких рвов, ряды грузовых автомашин, танков, самоходных орудий и бесчисленные цепи солдатских касок. И все это вплоть до самого горизонта тянется гигантским полукругом, видимо охватывая центр провинции, город Марабрану, со всех сторон. Путь домой отрезан. Почему?! Сердце промышленника вновь холодеет от страха!.. Как это "почему"! Все это, конечно, из-за него, из-за Куркиса Браска! Это именно его ловят на подступах к городу! Но кто ловит? Гросс сардунский, от которого он сбежал, не выполнив его приказа, или сам бог единый, которого он собирался уничтожить и который уже, конечно, об этом знает? И в том и в другом случае его не ждет ничего хорошего! Гроссу нужен аппарат "ММ-222", чтобы расправиться с богом, а богу нужен тот же аппарат, потому что в нем заключена для него смертельная опасность! Что делать?! Выдать аппарат гроссу? А что, если одолел бог? Спрятать аппарат или даже уничтожить и этим снискать расположение бога? А что, если гроссу удалось взять верх?.. Но пока нужно бежать, скрыться, а там будет видно! Куркис Браск ползет по кювету обратно к машине, разворачивается с нею на широком шоссе и гонит назад, прочь от Марабраны...
      ЧУДОТВОРЕЦ В ЗАПАДНЕ
      В домике Дуваниса Фроска заседает комитет заводской ячейки компартии... Собрались здесь еще ночью, три часа спустя после того, как Дуванис примчался в город на велосипеде с поразительной вестью. До утра они успели обсудить все вопросы: о катастрофе, о распродаже алмазов, о распределении помощи крестьянам, об отношении к материализованному богу, об аппарате "ММ-222". Последним комитет постановил завладеть во что бы то ни стало. Одним словом, до утра все было решено и можно было расходиться по домам. Но тут по деревне разнеслась новость: город за ночь опоясался рвами и густой цепью военных постов. Дуванис включил радио: передавалось сообщение о том, что губернатор объявил в Марабране осадное положение, стянул в город все войска из провинции и готовится отражать приступ каких-то космических пришельцев, возглавляемых страшным всемогущим старцем, объявившим себя якобы повелителем вселенной. Незадолго до полудня мимо усадьбы Дуваниса промчался черный лоршес. Раздавив двух зазевавшихся кур и вызвав яростный лай собак, он скрылся в глубине деревни. Прибежавшая Калия сообщила, что большой автомобиль стоит на деревенской площади, а прибывший на нем ведеор в соломенной шляпе о чем-то переговаривается с крестьянами. - Сходи-ка, Дуванис, узнай, в чем дело, - посоветовал Гардион молодому хозяину. - Мы должны теперь быть в курсе всех событий!.. На деревенской площади десятка два крестьян и целая орава мальчишек обступили черный, покрытый пылью лоршес. Приблизившись и решительно протолкавшись через толпу, Дуванис даже вздрагивает от приятной неожиданности, узнав во владельце машины своего хозяина Куркиса Браска. Фабрикант, приоткрыв дверцу, высунулся наружу и о чем-то просительно говорит крестьянам. Те слушают его хмуро, уставившись в землю, и ничего не отвечают. "Его нужно заманить к себе! Любым способом!" - проносится в голове Дуваниса. С сильно бьющимся сердцем он подходит вплотную к Куркису Браску и громко произносит: - Добрый день, ведеор Браск! Рад видеть вашу милость в нашем бедном селенье! Я - ваш рабочий и готов оказать любую услугу! В первый момент Куркис Браск пугается и бледнеет: "Узнали!" Но тут же оправляется от испуга: "Свой рабочий и, кажется, тот самый парень, что охотно принял на холме пятьдесят суремов! Он коммунист, но это ничего! Смышленый враг лучше равнодушных и тяжелых на подъем друзей!" - Вы работаете на моем заводе, молодой человек? - спрашивает он вкрадчиво. - А как же, ваша милость! Уже два года, в сборочном цехе. Меня зовут Фроск, Дуванис Фроск! - Отлично, дорогой Фроск!.. Это вы вчера были на холме во время молебна? - А кто же другой! Я вас сразу узнал, ваша милость, хотя вы и замаскировались бородкой. Премного вам благодарен за пятьдесят суремов! - А старик, что был с тобой? Он... - Не извольте беспокоиться, ваша милость! Этот вредный старик еще с вечера уехал куда-то с нашим абом! - Хорошо, Фроск... Я теперь в несколько затруднительном положении, и мне необходимо... - О чем же может быть речь, ваша милость! Зная вашу доброту и щедрость, я готов для вас сделать решительно все! Заворачивайте ко мне во двор, у меня все и обсудим! Не ожидая приглашения, Дуванис обегает машину, рвет дверцу и садится рядом с фабрикантом: - Разворачивайтесь, ведеор Браск, и назад той же улицей! Тут совсем недалеко! - говорит он с деланной суетливостью и, наклонившись к хозяину, тихо добавляет: - Надеюсь, что дело стоящее и я на нем подработаю? - Да, да, Фроск! Я щедро вознагражу тебя... - поспешно заверяет Куркис Браск и включает мотор... Когда машина была поставлена на тесном дворике и ворота закрыты, Дуванис повел гостя к себе в домик. При этом он без умолку болтает о том, что хочет строиться и что деньги ему нужны теперь позарез. Фабрикант только поддакивает. Когда же Куркис Браск переступил порог комнаты, он едва не упал в обморок при виде семерых здоровенных мужчин, молча и с любопытством его рассматривающих. Дальнейшее проходит для Куркиса Браска как в кошмарном сне. Присутствующие, среди которых он узнает двух своих старых рабочих, поднимаются при его появлении и с подчеркнутой вежливостью здороваются с ним, называя его "досточтимым ведеором Браском", "добрым хозяином" и "вашей милостью". Потом они усаживают его за стол на почетное место, а сами рассаживаются вокруг, отрезав ему, таким образом, все пути к отступлению. Разговор по существу начинает старый токарь Гардион. Он сидит напротив фабриканта и смотрит на него как будто даже с сочувствием. - Дорогой и уважаемый хозяин! - говорит токарь. - Мы знаем, сколько хлопот и беспокойств доставил вам аппарат "ММ-222", который вы по доброте своей согласились принять в дар от известного вам полупомешанного изобретателя. Вы от всего сердца старались оказать людям благодеяние, но вас преследовали неудачи! Крестьяне всей провинции разорены! Их ожидают нищета и голод! Пока что они не знают, кто виновник их несчастья. По темноте своей они сваливают все на бога. Но что будет, если они вдруг узнают правду?! Для нас, добрейший ведеор Браск, это, во всяком случае, будет непоправимым ударом. Ведь мы лишимся тогда нашего доброго хозяина и даже не сможем собрать его останки, чтобы, обливаясь слезами, предать их должному погребению! И вот, чтобы оградить вас, ваша милость, от столь жестокой расправы, мы, ваши благодарные рабочие, решили избавить вас от злополучного изобретения. Сейчас вы подпишете дарственную бумагу на имя Дуваниса Фроска и передадите ему аппарат, модель, планы и всю документацию. А завтра мы скрепим этот акт в нотариальной конторе. Вы вздохнете свободно и поведете прежний благородный образ жизни... Дуванис, голубчик, дай нам бумагу и чернила! - Вы не смеете! Это грабеж! Я буду жаловаться! - визжит Куркис Браск, вне себя от страха и злобы. - Дуванис, не надо бумаги и чернил! - ласково останавливает Гардион поднявшегося было Дуваниса. - Разве ты не видишь, что наш добрый хозяин хочет пострадать за правду? Мы не смеем противиться его воле! Не заставляй же ждать его, Дуванис! Беги скорей в деревню и созови всех крестьян к своему дому! Мы сделаем приятное нашему хозяину и объясним этим людям, кто навлек на них беду! Дуванис направляется к двери. - Стой! Не ходи! - в ужасе хрипит фабрикант. - Вы передумали, ваша милость? - вежливо осведомляется Гардион. - Я согласен. Пишите бумагу... - обреченно шепчет Куркис Браск... И вот дарственная запись составлена и подписана, с одной стороны, фабрикантом Куркисом Браском, с другой - всеми членами заводского комитета в качестве свидетелей. Затем все направляются во двор, к машине. Из багажника извлекаются модель в чемодане, планы и документы в папках. Акт передачи закончен. Фабриканта горячо поблагодарили и разрешили ехать домой. Но Куркис Браск мнется возле машины и не торопится уезжать. - Что у вас еще на сердце, ваша милость? - спрашивает Гардион. - Я не могу ехать в город! Он окружен войсками! Меня ловят! Вы должны мне теперь помочь скрыться!.. - истерически выкрикивает несчастный чудотворец. - Напрасно вы волнуетесь, ведеор Браск! - с улыбкой успокаивает его Гардион. - Никто вас не ловит. Войска губернатор расставил из страха перед вымышленными космическими пришельцами! Вам, конечно, не имеет смысла хвастать, что всю эту кашу заварили именно вы, ибо губернатор вас за это отнюдь не похвалит, но задерживать вас никто не будет. Напротив, столь уважаемого и богатого марабранца, члена городского муниципалитета, примут с радостью. Вас, как свежего человека, прибывшего из глубины провинции, конечно, пригласят к губернатору и спросят относительно обстановки. Вы не забудьте сказать, что в провинции царят мир и порядок и что никаких пришельцев, ни космических, ни земных, не наблюдается. Это для того, чтобы губернатор взялся за ум и убрал всю свою воинскую силу. Тогда и мы вернемся в город и приступим к работе на вашем заводе. Поверьте мне, что все это так. Мы сегодня слушали по радио приказ губернатора!.. Кстати, чуть было не забыл, ваша милость! Вы не скажете нам, чем окончилось столкновение вашего неразумного детища, материализованного бога, с его святостью уважаемым гроссом сардунским? - Не знаю. Я уехал раньше, чем у них все закончилось! Ничего не знаю! хмуро бросает Куркис Браск и садится в машину. - Ну, тогда счастливого пути, ваша милость! - учтиво поклонился Гардион, а остальные последовали его примеру, с трудом пряча насмешливые улыбки. Дуванис поспешно отворяет ворота. Лоршес мягко выкатывается со двора и, набирая скорость, уносится в направлении марабранского шоссе. Гардион с довольным видом смотрит на своих друзей. - Главное дело сделано! - говорит он бодро и весело. - Теперь мы можем померяться силами и с врагами нашими, и с самим богом единым!..
      РУДОКОП ИЗ РОБРЫ ВЕРРЫ
      Куркис Браск благополучно добрался до родной Марабраны и благополучно принялся за свое прежнее ремесло коммерсанта и промышленника... А где же другой герой? Куда девалось удивительное воплощение несуществующего бога? Куда скрылся могучий бородатый старец, купивший себе свободу и жизнь за баснословную цену своей алмазной мантии? Это трудный вопрос. Даже его святость гросс сардунский, призвав на помощь префекта полиции и министра внутренних дел, напрасно пытался разыскать и поймать крамольного старика... Бог исчез бесследно, словно сам, без посторонней помощи, вернулся назад, в первоначальное полевое состояние и улетучился, по выражению Куркиса Браска, в мегасферу... А впрочем, если поговорить с рудокопами Робры Верры и с крестьянами известной нам деревни, а в особенности если вызвать на откровенность нашего молодого друга Дуваниса Фроска, то и про бога можно кое-что узнать... На одном из рудников Робры Верры, вскоре после исторического скандала в Гроссерии, появился новый рудокоп, по имени Дорфаль Кар-Ботер. Это высокий, пожилой человек, атлетического телосложения, с сухощавым, всегда гладко выбритым лицом, с густой щеткой седых, коротко подстриженных волос, с черными, выразительными глазами. Он называет себя выходцем из Варенги самой северной провинции Гирляндии - и уверяет, что покинул родные места в поисках работы. Это, конечно, вполне возможно, тем более что Варенга действительно глухая и беднейшая провинция, а Дорфаль Кар-Ботер не первый варенжец, променявший чистый воздух родных сосновых лесов на духоту и пыль рудников Робры Верры. Но тем не менее тут есть несколько интересных обстоятельств, которые, если к ним внимательно присмотреться, могут многое объяснить. Прежде всего: у пожилого рудокопа из отдаленной Робры Верры с самого начала завязалась крепкая дружба с марабранским рабочим Дуванисом Фроском и его женой Калией, проживающими в известной нам деревне, близ Марабраны. Одинокий, неразговорчивый варенжец каждое воскресенье спускается на автобусе из Робры Верры в долину и бывает гостем в домике молодых супругов. Калия называет его дядюшкой и в разговоре часто поминает какие-то его длинные белоснежные кудри! Это второй, не менее знаменательный факт. И наконец, если подслушать иную из бесед молодого слесаря с его суровым другом, то можно окончательно понять, с кем мы тут, собственно, имеем дело. - Чего вы добились, Кар-Ботер? - горячо восклицает молодой рабочий, яростно дымя сигаретой. - Аппарат не взяли, драгоценную мантию потеряли и сами чуть не погибли в этом гнезде пауков и тарантулов! - Они не могли бы меня убить! - упрямо возражает варенжец, сдерживая раскаты своего громового голоса. - К моменту развязки у них уже не было аппарата! - Ну и что ж, что не было! Мерзавец Браск напоролся на нас совершенно случайно! Если бы он догадался включить в машине радио и узнал, для чего вокруг Марабраны расставлены войска, он благополучно привез бы аппарат домой, а потом по требованию гросса выдал бы его без разговоров! Но, если бы и не было этого, если бы вы просто оказались пленником Гроссерии, что, вам легче бы было?! Вас отдали бы на расправу молодчикам Барбитского Круга, а те не постеснялись бы замуровать вас живьем в железобетонный мешок. Сидели бы вы там до сих пор и размышляли над своей божеской сущностью!.. Нет, Кар-Ботер, вам надо было открыться крестьянам и поднять их на борьбу по-настоящему! Тем более, что сардунские газетчики сами подсказали вам эту мысль: раструбили панические слухи о марабранском мятеже и о чудесном старце, который возглавил этот мятеж. Замечательный случай упустили!.. - Брось, Дуванис, ты увлекаешься! Я не верю, что крестьяне способны на что-нибудь серьезное. Дай им хлеба вдоволь, и больше ничего им не надо! Будут себе копаться в земле и молиться богу единому. А мятежи, восстания, революции - это по вашей, по рабочей, части. Крестьяне, как ни соберутся в кучу, только и толкуют о дожде, об урожае, о хлебе да о ценах на хлеб. Дальше этого их интересы не простираются... - Стойте, Кар-Ботер! Сейчас я вам представлю такой аргумент, что никаких слов не надо! Минутку! Дуванис выскакивает из-за стола и убегает на чердак. Вскоре он возвращается назад и несет что-то завернутое в тряпки. - Вот, полюбуйтесь этой штуковиной! Развернув тряпки, он подает варенжцу новенький, блестящий, тщательно смазанный автоматический пистолет. - Откуда это у тебя?! - гудит удивленно рудокоп, отшатываясь от оружия и пряча руки за спину. - Зачем ты держишь дома?! Вдруг обыск!.. - Это не настоящий! - смеется Дуванис. - Это игрушка! Смотрите, даже замка нет и обойму вставлять некуда! Но тут интересно другое! Знаете, где я взял эту вещицу? - Где? Сам, что ли, сделал? - Если бы сам, то уж как следует бы сделал. Я ведь слесарь и в оружии тоже немного смыслю... Нет, Кар-Ботер, тут история похлеще! Слушайте! Собрались как-то на углу возле нас человек двенадцать крестьян и о чем-то спорят. Зло этак спорят! А меня давно уже подмывало испробовать модель этого аппарата "ММ-222". Забрался я на чердак, смонтировал модель и выставил незаметно в слуховое окошко. Крестьян я оттуда видел как на ладони. Вот, думаю, удивятся, когда им хлеб на голову посыплется! Ведь я был уверен, что в эту минуту они только о хлебе и думают! Включаю прибор, кручу микровинт, все как полагается. Облачко над ними завязывается, небольшое такое, розоватое. Они, конечно, ноль внимания. Потом брызнул из прибора зеленый луч, и крестьянам на голову посыпалось зерно. Много зерна центнеров десять! Тут, само собой разумеется, крики, паника, все удирают по своим дворам. А один на месте остался. Лежит на куче зерна, а из головы у него кровь льется. Я кинул модель под пустые мешки - и туда! Перепугался сам до смерти! Ну, думаю, угробил человека ни за что ни про что! Подбегаю к нему: жив, дышит, но голову ему крепко ободрало с боку, и кровь так и хлещет. Обвязал я его своей рубахой, соседей кликнул, и перенесли мы его к нему в дом... Ничего, через неделю он поправился, даже знака почти не осталось!.. А я, как вернулся тогда к куче зерна, стою над ней и думаю: "Чем же его, беднягу, так садануло? Не зерном же!" А потом, как опомнились крестьяне да принялись пересыпать "дар божий" в мешки, тут я и нашел вот эту штуковину!.. Конечно, это игрушка, задумана без знания дела. Но мысль-то сама об оружии разве не знаменательна?! А вы, Кар-Ботер, говорите, что только о хлебе они думают! Нет, не только о хлебе! Коли и такое у них в мыслях появляется, значит, и о другом они начинают помышлять: о том, как бы жизнь свою переделать и лучшую долю для себя добыть!.. Вы, Кар-Ботер, в одиночку хотели, божеским авторитетом собирались все зло уничтожить и - с треском провалились! А эти если все скопом возьмутся, всей своей многомиллионной громадой навалятся, то непременно добьются своего! И воющих бесов религиозной общины раздавят, и кровососов-помещиков сметут, и настоящую, правильную жизнь для себя наладят!.. Теперь-то вы хоть согласны, что маху дали? - Нет, Дуванис, все это ничего не значит! Вера в бога единого слишком еще крепка в простом народе, и он... - грохочет варенжец с непреоборимым упрямством, но так и не успевает закончить своего возражения. В комнату из кухни вбегает раскрасневшаяся от жаркой печки Калия и весело кричит: - Кончайте пустые разговоры! Надоели! Все о боге да о боге!.. Обедать будем!.. Дядюшка, я для вас такой рыбы сегодня нажарила, что пальчики оближете! Беседа моментально прекращается, и друзья готовятся обедать... Вот, пожалуй, и все.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7