Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Агент перемен (Лиад - 2)

ModernLib.Net / Ли Шарон / Агент перемен (Лиад - 2) - Чтение (стр. 5)
Автор: Ли Шарон
Жанр:

 

 


      Точильщик склонил голову.
      - Наше время было потрачено удачно. Мои благодарности за то время, что вы подарили нам.
      Они с Экспертом повернулись - осторожно, потому что магазин был набит хрупкими вещами - и направились к двери.
      - Извините, господа, - проговорил старший из двух хорошо одетых мужчин.
      Точильщик остановился. Позади него Эксперт остановился тоже: ему нельзя было двигаться дальше, поскольку брат загородил ему дорогу.
      Мужчина слегка поклонился - так, как местный принц поклонился бы другому принцу, проезжающему через его страну.
      - Мое имя Джастин Хостро. Я невольно услышал сейчас ваш разговор. Многое из сказанного вами меня заинтересовало, и, полагаю, я вижу возможность нашего обоюдного процветания. Я был бы очень счастлив, если бы вы нашли время пройти со мной в мой офис, где мы могли бы обсудить этот вопрос подробнее.
      Точильщик был доволен. Поистине, человек с поразительно утонченными манерами и великолепными оборотами речи. И более того - пожелавший больше узнать о ножах Средней Реки. Он наклонил голову.
      - Мы с братом счастливы узнать ваше имя и будем рады обсудить с вами наше мастерство. Давайте, как вы и сказали, пройдем в ваш офис и поговорим.
      Джастин Хостро снова поклонился.
      - Я в восторге от вашей готовности. Не могу ли я попросить вас дать мне одно мгновение, чтобы я завершил покупку подарка для моей дочери?
      - Хорошо, - ответил точильщик. - Мы с моим родичем будем ожидать вас и вашего сородича на улице.
      Если их новый знакомый задержался в магазине дольше, чем на испрошенное им мгновение, этот отрезок времени оказался не настолько значительным, чтобы Точильщик или Эксперт заметили его промедление. Джастин и его спутник быстро к ним присоединились. Его спутник нес большую, нарядно упакованную коробку.
      - О! - воскликнул Точильщик. - Какой вкус выказывает сделанный вами выбор! Насколько превосходны эти цвета: такой смелый желтый, и так великолепно усмиряют его черные ленты! Я полагаю, что ваша дочь будет очень довольна таким подарком.
      Мужчина, несший предмет его похвал, остановился как вкопанный и заморгал, глядя на своего начальника. Однако Джастин Хостро только положил руку на плечо Точильщика и мягко повернул его в другую сторону, приговаривая:
      - Ах, мое сердце радуют эти слова: я вижу, что у вас острый глаз. Признаюсь, у меня были сомнения. Возможно, желтый чересчур смел? А черный слишком строг? Но раз они заслужили от вас такую похвалу, я успокоен.
      Спутник мистера Хостро, покачивая головой, пристроился к Эксперту, и каждый из них последовал за своим начальником.
      ВВЗ составляла 0,9, ВЛВ - 0,82. Вал Кон переключил регистры омнихоры, и его пальцы отыскали интересное переплетение звуков, а мысленные цифры погасли.
      Окутав себя музыкой, он не услышал тех немногих звуков, которые сопровождали ее появление в комнате, и его чувство тела тоже не предупредило о ее приближении. Удар диска о мягкую крышку омнихоры прозвучал неожиданно громко.
      Отточенные реакции не дали ему вздрогнуть от неожиданности, но его глаза быстро метнулись сначала к ее лицу, потом - к диску и снова к ее лицу.
      - Привет, Мири.
      - Что это? - вопросила она резким тоном, ткнув пальцем в диск.
      - Это - Знак Дома. - Он снова перевел взгляд на нее, стараясь, чтобы его голос звучал мягко и ровно. - В данном случае - Клана Эроб, который является Домом, выбравшим в качестве своей резиденции иную планету, нежели Лиад. Они - уважаемые торговцы. - Он повел плечами. - Вот все, что я знаю.
      - На обратной стороне надпись, - сказала ему Мири.
      Ее голос немного смягчился, но по-прежнему сохранял тревожащую его напряженность.
      Он взял диск, перевернул его своими изящными пальцами и вздохнул.
      - Это родословная. Последняя запись не закончена. Она гласит: "Мири Тайазан, родившаяся в год, названный Амрасам". - Он осторожно уронил знак обратно на крышку омнихоры и посмотрел на Мири. - Это будет примерно шестьдесят пять стандартных лет тому назад.
      - Тайзан, - пробормотала она, придав имени земное произношение. Каталина Тайзан - моя мать. Мири Тайзан... бабушка, наверное. Мама могла назвать меня в честь бабушки. Она ничего мне не говорила. Только что ее мать умерла в 1358-м, во время лихорадок, когда толстокошки...
      Она замолчала, встряхнув головой.
      - Похоже, она много чего мне не говорила. Когда я сказала ей, что вступила в отряд наемников Лиз, она дала мне эту штуку. Сказала, что она принадлежала ее матери и что ее радует, что эта штука вырвалась с Пустоши... И я тоже.
      Ее взгляд внезапно стал острее.
      - Ты знал, - сказала она, и это было констатацией факта, а не обвинением.
      Он кивнул.
      - Я был настолько уверен, насколько это было возможно, хоть это ничего и не меняло. Я был удивлен тем, что ты не знаешь, что считаешь себя такой землянкой. - Он адресовал ей улыбку. - Ты посмотри на себя. Все знают, что лиадийцы низкие и мелкие по сравнению с остальными людьми, что сердцебиение немного другое и состав крови чуть отличается...
      Она пожала плечами, и ее ответная улыбка была совершенно искренней.
      - Мутация в приемлемых рамках. Так сказано в моих документах.
      - А я именно это и говорю, - пробормотал он, - потому что реальной разницы нет. Заметной разницы. Я слышал, что все мы происходим от одного семени - земляне, лиадийцы, икстранцы.
      - И икстранцы тоже? - Едва он успел кивнуть, как она уже ухватилась за другой факт: - Ты это официально утверждаешь?
      Он провел пальцем по гладкой эмали знака Эроб.
      - Мой отец утверждал. У него был доступ к наиболее полным генетическим данным и... кое-какой другой информации. По правде говоря, он передал эти сведения Партии Земли.
      - Что?! - Она непонимающе уставилась на него. - Партии Земли? И что они сделали - посмеялись над ним?
      Он снова повел плечами, стряхивая неожиданное напряжение.
      - Они попытались подослать к нему убийцу.
      Она выдохнула воздух сквозь зубы, почти что присвистнув.
      - Это на них похоже, знаешь ли. Особенно если они решили, что он прав. Но ты сказал - они попытались.
      Он опустил глаза, взял диск и стал его поворачивать.
      - Они попытались... Он шел с моей матерью - она была его спутница жизни, понимаешь, а не жена по контракту. Она увидела, как тот человек вынул пистолет, - и шагнула вперед, оттолкнув отца в сторону. - Он продолжал крутить диск в пальцах. Свет переливался по многоцветной поверхности. - Выстрел попал в нее. Они стреляли разрывной пулей. У нее не было шансов.
      - И поэтому, - проговорила она после долгого молчания, - ты объявил вендетту всем землянам.
      Его брови тесно сомкнулись.
      - Нет, не объявлял. - Он небрежно бросил диск на мягкую крышку. Какой смысл объявлять вендетту землянам? Из-за того, что один человек с пистолетом сделал то, что ему приказали? Возможно - вероятно, - он считал, что защищает свою семью, свой Клан, свою планету - всех - от какой-то ужасной судьбы. Я бы счел, что смерть одного человека - это очень дешевая цена, которую можно заплатить за то, чтобы в один момент покончить с подобной угрозой.
      Он согнул руки и откинулся назад.
      - Вендетта? Энн Дэвис, которая приняла меня как своего и вырастила как своего, - она была землянка, хотя мой дядя, ее спутник жизни, был лиадийцем. - Он с полуулыбкой посмотрел на нее. - Мы с тобой могли бы стать партнерами, даже если бы ты была чистокровной землянкой. Между нашими расами нет ничего такого, что делало бы нас естественными врагами. Нет. Никакой вендетты.
      Он взял Знак Клана Эроб и подал его Мири.
      - Думаю, - медленно проговорил он, когда она приняла у него свой Знак, - что ни к чему мыслить такими категориями, как "лиадийцы", "Стая", "люди" или даже "икстранцы". Думаю, лучше думать - и говорить - конкретно: "Вал Кон", "Мири", "Точильщик". Если нужна категория крупнее - потому что для некоторых вещей нужно больше народа, - разумно думать: "Эроб", "Корвал", "Средняя Река". Тогда группа остается достаточно маленькой, чтобы все еще можно было перечислить тех, кто в нее входит. Если группа достаточно маленькая, то со временем можно узнать ее членов, части Клана. Разве есть угроза в словах "Хранитель", "Точильщик", "Терренс"?
      Она продолжала держать на ладони Знак Клана. В ее глазах отразилось недоумение.
      - Ты этому научился не в шпионской школе, - прямо заявила она.
      Он опустил глаза и начал легко прикасаться к клавишам омнихоры.
      - Да, - очень тихо сказал он. - Наверное, не там.
      Она расстегнула кошель и сунула туда доказательство своей связи с Кланом Эроб, не отводя глаз от затылка Вал Кона, склонившегося над омнихорой.
      - Тогда почему ты шпион, а не разведчик?
      Контур ярко вспыхнул, и Вал Кон вскочил, прижав ладони к клавиатуре, готовясь положить конец той смертельной угрозе, которую она для него представляла. Он увидел, как в ее глазах вспыхнула изумление, однако она мгновенно пригнулась в боевой стойке, чтобы отразить его нападение. Тренированный противник, который с каждым мгновением становился все опаснее...
      - Мири... - Его голос сорвался, и он судорожно вздохнул. Подняв руку, он смахнул со лба прядь непослушных волос и сознательным усилием воли заставил Контур уйти из его сознания. - Мири, пожалуйста... Я... я хотел бы... сказать тебе правду. Я намерен сказать тебе правду.
      Он увидел, как она делает над собой ответное усилие, как напряжение боя уходит из ее плеч и ног. Выпрямившись, она неуверенно улыбнулась.
      - Но мне не следует искушать судьбу?
      - Что-то вроде того, - согласился он, снова убирая волосы со лба.
      Упрямая прядь тут же снова упала.
      - Тебе надо бы постричься.
      После прилива адреналина навалилась усталость. Его немного трясло, но в то же время ему было удивительно спокойно. Он мимолетно улыбнулся.
      - Мне трудно серьезно отнестись к такому предложению, поскольку оно исходит от человека, чьи волосы отросли ниже талии.
      - Мне нравится носить длинные волосы.
      - И ты еще считаешь себя солдатом?
      - Угу. Но, видишь ли, мне было велено никогда не стричься. Я просто выполняю приказ командира.
      Он засмеялся и неожиданно почувствовал, что ему хочется говорить. Объясниться. Оправдаться.
      - Приказы бывают непростыми, правда? - сказал он, снова усаживаясь за омнихору. - Я прилетел на эту планету потому, что здесь находился человек, который представлял большую опасность для очень-очень многих людей самых разных форм и размеров. Человек, который считал, что если чье-то сердцебиение или состав крови не совпадают с его собственными, то это вырожденец, ничтожество. И этот человек убивал и мучил тех, у кого не было надежды. Я летел сюда по приказу, но, увидев дела этого человека, я уверен в том, что поступил правильно. Наверное, сюда прислали меня, потому что в случае неудачи все списали бы на вендетту, и никто не стал бы копать глубже.
      Он помолчал и продолжил уже медленнее:
      - В конце концов, шпион я или разведчик, но я доброволец, правда? Я уже вызвался идти первым, избавляя вселенную от опасностей. Шпион или разведчик - это одно и то же. В любом случае я - агент перемен. Расходный материал, слишком удобный инструмент, чтобы им не воспользоваться. Иногда, - продолжил он тихо, - инструменты программируют так, чтобы они себя защищали. Например, эту омнихору можно без труда двигать по гьотту. Однако если бы мы попытались вынести ее из здания, она начала бы выть или просто перестала бы работать. - Он внимательно посмотрел на Мири. - Эта омнихора может даже не знать, что она сделает, когда граница будет пересечена. Некоторые схемы для нее недоступны. С инструментами порой так бывает.
      Мири беспокойно кивнула.
      - Но люди... - начала было она, однако оборвала возражение, когда дверь открылась, пропуская Хранителя и Помощника.
      - Было договорено, - сообщил им Помощник, - что мы все вшестером пообедаем в так называемом "Гроте", расположенном внизу этого заведения. Обещано, что там будет музыка, что наш старший брат найдет приятным. А еще там будут танцы, что, как нам показалось, может быть приятно нашим друзьям-людям. И, - добавил он, понизив голос до того, что, как решила Мири, должно было обозначать шепот, - форма "Грота" может быть приятна нам всем, поскольку она напоминает систему пещер, расположенную на этой планете. Мы заказали столик на восемь часов и надеемся, что до празднества будет достаточно времени, чтобы вы успели освежиться, украсить себя и приготовиться. Нам не хотелось бы, чтобы вечер начался с неподобающей поспешностью.
      Люди переглянулись, и Вал Кон поклонился.
      - Мы благодарим вас за вашу внимательность. Шести часов для наших приготовлений будет более чем достаточно. Мы будем готовы к нужному моменту.
      - Значит, все очень хорошо, - сказал Помощник. - Если вы позволите, мы сейчас совершим свой уход, чтобы провести должные анализы и также совершить приготовления к вечеру. Он обещается быть временем важных разговоров.
      Люди поклонились в знак благодарности и согласия. Мири попыталась скопировать гибкий стиль Вал Кона и обнаружила, что он требует гораздо больших усилий, чем кажется со стороны. Стая ушла к себе.
      Мири вздохнула.
      - Ну, я не знаю, как я могу себя украсить, хотя идея насчет освежиться меня привлекает. Может, закажу у автокамердинера стильную новую рубашку.
      Она говорила сама с собой, не ожидая ответа. Слова Вал Кона заставили ее подскочить от неожиданности.
      - Знаешь, туда нельзя идти в таком виде, - серьезно сказал он. - Это же самый шикарный курорт на планете.
      - Угу, но я не могу идти и в тех нарядах, которые предлагает этот камердинер! Ты хоть посмотрел, сколько эти штуки стоят? На деньги, которые тут просят за пару туфель, я могла бы организовать вторжение на Землю! Я здесь для того, чтобы получить мои деньги, или ты забыл? Дошло до того, что мне приходится доливать в кинак воду, чтобы выпить вторую рюмку. И я не могу влезать в долги, чтобы заплатить за вещь, которую надену всего раз в жизни!
      Вал Кон наклонил голову и удивленно приподнял брови.
      - В том, что на тебе сейчас, ты привлечешь к себе всеобщее внимание, просто сказал он. - А Точильщик сказал, что все расходы на эту поездку он берет на себя, поскольку считает себя моим должником и потому что ему не пришло в голову поехать в Эконси, чтобы исследовать потребность в ножах на месте. И даже если бы он не пожелал распространить свое покровительство на тебя, я мог бы заплатить...
      - Нет! - Она гневно нахмурилась. - Я так не делаю. Я могу просто остаться в комнате - отговориться, что у меня день поста или еще что-то в этом роде.
      - А вот это было бы оскорблением после того, как Помощник потратил силы и время на то, чтобы заказать столик там, где мы все могли бы поесть и приятно провести время.
      Он помолчал. Казалось, он внимательно изучает воздух.
      - Будет лучше не брать пистолета.
      С этими словами он открыл свой кошель и достал тонкую полированную палочку, немного похожую на друметайскую счет-палочку.
      - Лучше уложи волосы так, чтобы заколоть их вот этим.
      Вал Кон сделал незаметное движение - и палочка разделилась, превратившись в рукоять тонкого смертоносного клинка, одна сторона которого была изогнута и гладко заточена, а другая имела опасные зазубрины.
      Еще одно движение - и тонкий нож снова стал полированной палочкой. Из ножа в украшение. Повернув странное оружие, он протянул его Мири.
      Она колебалась.
      - Я не эксперт по ножам. Знаю только, как пользоваться стропорезом.
      - Если кто-нибудь подойдет настолько близко, чтобы тебя схватить, сказал он совершенно серьезно, - вытаскивай ее, открывай, втыкай в него и беги. Он вряд ли за тобой погонится. - Он снова протянул ей палочку-нож. Сама простота. И вообще это только предосторожность.
      Она перевела взгляд с ножа на его лицо. Решившись взять протянутое ей оружие, она сделала это осторожно и неохотно.
      - Меня запугивают, - объявила Мири.
      - Несомненно.
      - Лазениа спандок, - сказала она грубо.
      Его брови снова взлетели вверх.
      - Ты говоришь по-лиадийски?
      - Достаточно, чтобы выругаться и худо-бедно продраться сквозь боевую диспозицию. И если кто-то заслуживает, чтобы его назвали деспотичным ублюдком, так это ты. Два раза столько.
      Она направилась к себе в комнату, на ходу открывая и закрывая потайной нож.
      У нее за спиной он пробормотал что-то по-лиадийски. Она стремительно обернулась, радуясь тому, что в эту минуту нож оказался закрыт.
      - Это не смешно, космолетчик! - Слова на торговом были полны негодования. - Я не юная леди, и нечего приказывать мне не ругаться!
      - Извини меня. - Он виновато поклонился и позволил себе спросить: Куда ты идешь?
      - Освежиться и украсить себя. После того как я решу, какие туфли надеть, у меня останется всего пять часов.
      И она исчезла, оставив его удивляться неожиданному уколу одиночества и разбираться, какой порыв заставил его обратиться к ней в интимном наклонении, предназначенном для родственников. Или любовников.
      Глава 7
      Дверь закрылась со вздохом, эхом повторившим ее собственный, и Мири резко повернулась, бросив палку-стилет на стол.
      "Отвратительная игрушечка, - подумала она, морща нос. Ее рука легла на рукоять пистолета, висящего на бедре. - Вот он не менее смертоносен, но чем-то... чище? Прямее? Или просто меньше требует... чувства?"
      Она беспокойно шевельнулась, а потом заметила свое отражение в зеркале у кровати и показала себе язык.
      "Мири Робертсон, девушка-философ", - с иронией подумала она.
      "Иланиа фррогудон..." Негромкий голос Крепкого Парня эхом прозвучал в ее голове, и она застыла, прикусив нижнюю губу.
      Лиадийский язык был древен, неизмеримо древнее, чем пестрое собрание диалектов, претендовавших на звание земного языка, и имел две формы: высокую и низкую. Высокий лиадийский использовался для того, чтобы общаться в основном с посторонними - например, с коллегами по работе, незнакомцами, дальними знакомыми и продавцами в магазинах. На низком лиадийском обращались к родственникам, к старым друзьям, к детям... И никогда - к людям, которых считали расходным материалом.
      Но Крепкий Парень два раза начинал движение, которое убило бы ее автоматически, умело. Возможно, рядом с ним она уже с десяток раз была на волосок от смерти: ей понадобилось время, чтобы понять, что должна была скрывать маска безобидной вежливости, которую он порой надевал.
      Его другое лицо - с подвижными бровями и светлыми улыбками - было лицом человека, который любит смеяться и легко умеет извлекать трогающие сердце мелодии из сложной клавиатуры омнихоры. Это было лицо человека, которого приятно знать. Лицо друга.
      Напарника.
      Она подошла к кровати и медленно улеглась, заставив натренированные мышцы расслабиться.
      - Разведчик - это не шпион, - сообщила она потолку. - А люди - не инструменты.
      Она закрыла глаза. Разведчики, подумала она. Разведчики ближе всего к героям... А он сказал - разведчик-первопроходец. Лучший из лучших: пилот, исследователь, лингвист, культуролог, ксенолог. Талантливый, гибкий, бесконечно находчивый. Будущее планеты зависело только от его слова. Будет ли она заселена? Открыта для торговли? Подвергнута карантину?
      Мири открыла глаза.
      - Разведчики нужны для того, чтобы все скреплять, - пояснила она потолку. - А шпионы нужны, чтобы все растаскивать.
      А что он ей нес насчет инструментов!
      Она перевернулась, спрятав голову в сцепленные руки, и заново пережила недавние минуты, когда она поняла, что он собирается броситься на нее, перепрыгнув через омнихору.
      "Боги, вот это скорость!" - подивилась она.
      Судзуки и Джейс отдали бы все боевые выплаты, полученные за годы, чтобы залучить такую скорость в свой отряд, не говоря уже о мозгах, которые этой скоростью управляли.
      Но хватит о его мозгах. Она не понимала, почему он удержал себя в те моменты, когда она видела в его глазах свою смерть. Она не понимала, почему он доверил ей этот смертоносный клинок, почему говорил с ней... И на секунду она усомнилась в том, что он в своем уме.
      Возможно, он просто псих.
      "А от психов надо стараться держаться как можно дальше", - сказала она себе.
      Она перекатилась на колени в центр огромной кровати, собралась, чтобы спрыгнуть на пол. "Пора делать ноги, Робертсон. У тебя ума не хватит, чтобы разобраться в этой мешанине".
      - Иди! - крикнула она себе еще через секунду, но не сдвинулась с места.
      К черту Мерфа и деньги. К черту Хунтавас и их идиотскую вендетту. И тем более к черту фразу, сказанную на языке, который, может, и был родным для ее бабки, но не был родным для нее самой.
      Да, и что потом? К черту человека, который уже два - нет, четыре раза спас ей жизнь?
      "Ты дура, Робертсон, - яростно сказала она себе. - Ты еще психованнее, чем он".
      - Угу, ну, это же работа, - произнесла она вслух, чуть ссутулившись. Я хоть чем-то занята.
      Она сделала кувырок и приземлилась на ноги. По дороге в ванную она остановилась у стола и взяла небольшую деревянную палочку. Ее так легко спрятать... Она вспомнила Пустошь и один из многих случаев, когда такое приспособление было бы желанной защитой. Перед ее мысленным взором промелькнуло лицо, которое она не видела уже много лет, - и ее рука автоматически дернулась. Клинок вырвался на свободу, бесшумный и готовый к бою.
      - А, какого дьявола, - пробормотала она, сложила нож и унесла его с собой в ванную.
      Чуть позже, вымытая и облаченная в халат, с еще непросохшими волосами, она снова включила каталог автокамердинера. При виде первой картинки она нахмурилась, пытаясь понять, что изменилось - и чуть было не расхохоталась во весь голос, развеселившись и возмутившись одновременно.
      Каталог не показывал цен.
      "Ладно, - решила она, начиная его просматривать. - Если ему так хочется. Надеюсь, я его разорю".
      Чуть позже она поймала себя на том, что пытается угадать, какие наряды могут ему понравиться, какие наряды могли бы склонить его принять предложение разделить с ней этой ночью огромную постель.
      - Красавчик, правда? - сочувствующе спросила она у своего отражения и вздохнула.
      Красивый, и опасный, и умный, и совершенно психованный. Она мысленно обругала себя, пытаясь понять, почему только сейчас опознала это чувство. Страсть. И не простая похоть, которая быстро проходит, а классический вариант, как в "Потерянной неделе на Моравии".
      Оглянувшись - и снова вернувшись к нарядам на дисплее камердинера, она подумала, не удастся ли когда-нибудь заинтересовать его потерянной неделей. А потом снова себя обругала. С каких это пор у нее появилась неделя, которую можно было бы потерять?
      Послужной список Коннора Филлипса, который неохотно предоставили с "Салина", включал в себя голограмму. Изображение скопировали и разослали полисменам, пожарным и спасателям, которые работали на пожаре в Микеле.
      Сержант Мак-Каллох отреагировала немедленно.
      - Ага, - сказала она Питу, - я его видела. Он, рыжая девчонка и четыре черепахи - они все ушли вместе. - Она наморщила лоб от усилия вспомнить поточнее. - Сказал, что его зовут как-то там и еще как-то йос еще кто-то. Имя, как у вырожденца. А ее имени не знаю. Тоже вырожденка. Говорили с черепахами на торговом - что-то насчет того, чтобы всем вместе путешествовать пару дней... - Она пожала мощными плечами. - Мне очень жаль, мистер Смит. Если бы я знала, я могла бы их всех прямо там и задержать.
      - Ничего страшного, сержант, - сказал начальник полиции, опередив досадливое ворчание Пита. - А вы не слышали чего-нибудь такого, что сказало бы, куда они направляются?
      Сержант покачала своей огромной головой.
      - Никак нет. Только что им следует держаться вместе.
      - Ну, - сказал начальник полиции, - на самом деле, вы нам сильно помогли. Четыре черепахи и двое людей, путешествующие вместе? Их будет легко найти. - Он улыбнулся своей подчиненной. - Это все, сержант. Спасибо, что явились доложить. Вы проявили себя наилучшим образом.
      - Слушаю, сэр. Спасибо, сэр. И вам спасибо, мистер Смит.
      Сержант четко развернулась и строевым шагом вышла из комнаты, довольно резко закрыв за собой дверь.
      - Ни фига себе! - выругался Пит. - И, надо думать, теперь нам надо только разослать бюллетень на четырех черепах и двух вырожденцев и дожидаться сообщений.
      - На самом деле, - ответил начальник полиции, откидываясь на спинку кресла, - вы близки к истине. Мы рассылаем голограмму и просьбу сообщать обо всех компаниях из черепах и людей. С инструкциями установить наблюдение и доложить в штаб-квартиру в Микеле. Ни при каких обстоятельствах их не следует арестовывать.
      - Что?!
      Пит остановился на полушаге и возмущенно воззрился на своего собеседника.
      Начальник полиции покачал головой.
      - Подумай сам. Парень изобретателен: он устроил здесь славный отвлекающий маневр - ограниченный материальный ущерб, никакого риска для жизни. А если ты прав и он замешан в деле О'Грейди, то, наверное, он немного опасен.
      Он устроил ногу на крышке стола.
      - И еще: черепахи - это очень щекотливый дипломатический вопрос. Злить их мы не можем себе позволить. А они очень разозлятся, если считают парня своим другом, а его придет арестовывать какой-то сельский полисмен. - Он покачал головой. - Про девицу мы ничего не знаем, но разумно предположить, что она так же опасна, как парень. А черепахи и ее друзья.
      Пит задумчиво заморгал:
      - Так что нам надо подождать, пока их найдут и накроют, а потом бросить на них все, что у нас есть, - и так быстро, чтобы черепахи даже ахнуть не успели. А сказать "извините" можно будет потом.
      Начальник кивнул:
      - Вот именно.
      - Дефектные клинки, - говорил Точильщик в тот момент, когда Мири вошла в комнату в начале вечера. - И только дефектные клинки, братья мои! Все, которые сейчас у нас есть - на складах, помнишь, Хранитель? Ближе всего к реке! И все, которые только может породить та трижды проклятая пещера! Кто бы мог такое вообразить?
      - А какой может быть толк в дефектных клинках? - спросил Помощник, озадаченно кося глазами.
      - О, их будут давать неким избранным членам организации этого Джастина Хостро. Этим личностям поручаются задачи, связанные с честью и целостностью организации. Джастин Хостро решил, что используемый в таких целях клинок должен использоваться только для этой цели и ни для какой другой. Более того, он должен быть безупречно изготовленным оружием, чтобы не подвести в момент выполнения самой задачи. Эти ножи просто великолепно отвечают критериям, установленным Джастином Хостро, не так ли, брат?
      Последний вопрос был адресован Эксперту, который наклонил голову.
      - Это действительно так. Можно подумать, что Пещера Дефектных Ножей была создана и открыта только для того, чтобы мы могли заключить это соглашение с Джастином Хостро.
      Вал Кон, устроившийся на ручке кресла чуть в стороне от кружка из членов Стаи, ухмыльнулся, различив ехидство, скрытое в этой фразе, и поднял голову на звук открывшейся перед Мири двери.
      Она была одета в темно-синее платье, которое в некоторых местах облегало ее, словно вторая кожа, а в других ниспадало свободно и изящно, словно водопад полуночной воды. Справа часть ее волос была уложена сложным узлом, в который была продета тонкая блестящая палочка. Остальная медная масса свободно падала на плечи и спину. Ее шея была обнажена, как и одна рука, на пальцах не было колец.
      Когда она приблизилась к Точильщику и склонилась в поклоне, Вал Кон встал и незаметно ушел к себе в комнату.
      - Да, моя самая младшая сестра, - прогудел Т"карэ, сразу же ее узнав. - Этот цвет тебе идет. Он подчеркивает пламя твоих волос. Поистине разумный выбор.
      Мири поклонилась в знак благодарности.
      - Я хотела поблагодарить вас за возможность надеть это платье. Ничего более красивого я никогда в жизни не носила.
      - Искусство, которое ты воплощаешь, - это достаточный знак благодарности. Ты с моим столь красивым юным братом... Куда он ушел?
      Крупная голова стала поворачиваться.
      - Я здесь. - Вал Кон улыбнулся, бесшумно входя в гостиную. - Забыл кое-что.
      Мири увидела, что он прекрасен. Темный кожаный костюм исчез: его заменила белая рубашка с широкими рукавами, туго схваченными на запястьях. Кружевные манжеты наполовину закрывали изящные кисти рук. У его горла тоже кипело кружево, а брюки темно-винного цвета были из какого-то мягкого материала, который так и хотелось потрогать. С мочки правого уха свисала зеленая серьга, на левой руке было золотое с зеленым кольцо. В мягком освещении комнаты его темные волосы шелковисто блестели.
      Он поклонился ей и протянул принесенную из комнаты коробочку.
      - Я прошу прощения за нанесенную обиду.
      - Я не обиделась.
      Она взяла коробочку и осторожно подняла крышку.
      Внутри сияло ожерелье из серебряной сетки с одним граненым камнем синего цвета и серебряное кольцо в форме невероятной змеи, крепко сжимающей в челюстях камень такого же цвета.
      Она застыла, остолбенев, а потом глубоко вздохнула и заставила себя встретиться с ним взглядом.
      - Спасибо. Я... - Она тряхнула головой и попробовала снова. - Палесси модасса.
      Это была официальная фраза, выражавшая благодарность. Вал Кон улыбнулся.
      - Не стоит благодарности, - ответил он, потому что ему показалось безопаснее придерживаться земного языка. Он слегка дотронулся до ожерелья указательным пальцем: - Можно мне?
      Ее губы изогнулись в улыбке.
      - Конечно, почему бы и нет?
      Сначала она надела кольцо на левую руку, а потом подняла обе руки, чтобы поднять волосы с шеи.
      Он надел на нее ожерелье с ловкостью, говорившей о прошлом опыте, а потом осторожно высвободил волосы Мири из ее рук и уложил их волной у нее на спине. Мири подавила волну возбуждения и сумела сохранить маску бесстрастности, когда Вал Кон встал рядом с ней и поклонился Точильщику.
      - Я думаю, мы готовы праздновать, старший брат, - сказал Вал Кон. Приятно ли будет тебе пойти с нами?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18