Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Виолетта

ModernLib.Net / Лей Гринвуд / Виолетта - Чтение (стр. 14)
Автор: Лей Гринвуд
Жанр:

 

 


      Вместо рукопожатия Джефф неожиданно при — жал Виолетту к себе.
      — Ты ведьма, — выдохнул он. — Тебя следовал бы сжечь на костре.
      Потом Джефф так грубо поцеловал ее, что она едва не лишилась чувств, и вдруг, забыв о рассудительности, здравом смысле, даже об обычной осторожности, ответила ему. Виолетта не понимала, почему позволяет Джеффу так грубо обращаться с собой, но больше уже не могла бороться со своими чувствами к нему.
      Ее не волновало, что их может увидеть добрая половина обитателей школы, что они с Джеффом такие разные. Она просто упивалась сознанием того, что находится в его объятиях. Еще никогда в жизни Виолетта не чувствовала себя так хорошо.
      Она поразилась силе Джеффа, будучи даже не в силах пошевелиться. А этот грубый, сердитый поцелуй… Впрочем, какое это имеет значение?! Виолетта тоже вдруг разозлилась. Ей хотелось схватить Джеффа и разрушить стены, которые он воздвиг вокруг себя; хотелось целовать до тех пор, пока Джефф не поймет: она любит его, и ей абсолютно безразлично, сколько у него рук — одна или три. Каким бы грубым и бессердечным иногда не казался Джефф, Виолетта знала: перед любовью он так же беззащитен, как и все остальные.
      Она целовала его с упоением, прижимаясь всем телом, словно хотела сказать, что ничего не скрывает от него. Виолетта обещала все, не требуя взамен ничего.
      Когда Джефф отпустил ее, Виолетта почувствовала себя совершенно опустошенной. Ее губы горели, все тело болело, волосы в беспорядке рассыпались по плечам. В тот момент, когда они оба настолько пришли в себя, что смогли говорить, Виолетта вдруг заметила вдалеке Харви Макки.
      Смелость ее так же внезапно исчезла. Она подумала о том, как объяснит свое поведение Харви.
      — Я лучше войду в здание, — как можно спокойнее произнесла Виолетта. — Даже ведьма должна время от времени давать своей метле отдых. Если я этого не сделаю, боюсь, получу еще одно прозвище.
      — Пусть только кто-нибудь попробует сказать хоть слово, я…
      Судя по всему, Джефф даже сейчас был готов броситься на ее защиту.
      — Опять вы стараетесь защитить меня, — улыбнулась Виолетта. — Разве вы не убедились, что я в состоянии постоять за себя?
      Она видела, как Харви пересек улицу и направился к школе.
      — Мужчинам нравится, когда женщины нуждаются в их защите. Если нас лишить этого преимущества, зачем мы тогда вообще нужны? — спросил Джефф.
      — Спросите об этом еще раз, когда у меня будет время для ответа на этот вопрос. А теперь я должна идти.
      — Не раньше, чем я скажу последнее слово, — заявил Джефф и, поцеловав ее, пошел прочь.
      Виолетта растерянно смотрела ему вслед, совершенно сбитая с толку столь неожиданным поворотом событий. Если Джефф действительно влюблен в нее, — хотя она знала, что это невозможно, — к чему эти насмешки? А если он просто злился на нее, к чему этот поцелуй? Но одно не вызывало у Виолетты никаких сомнений: она полюбила Джеффа. Правда, ее любовь совершенно противоречила всякой логике, но факт оставался фактом.
      Джефф восхищал Виолетту, ее влекло к нему, она постоянно о нем думала. Возможно, этого слишком мало для настоящей любви, но Виолетта не могла не считаться со своими чувствами.
      А вот с Джеффом все обстояло сложнее. Судя по всему, он не собирался влюбляться в янки. Это было выше его сил, какой привлекательной она бы ему не казалась. Если Джефф все-таки полюбит ее, то, наверняка, будет всю жизнь бороться с этим чувством. Да, такая любовь вряд ли принесет радость им обоим. Самым разумным было бы выбросить ее из головы.
      Между тем Джефф поравнялся с Харви. Даже на таком расстоянии Виолетта увидела, как Джефф нахмурился, а Харви удивленно приподнял бровь. Затем они вместе посмотрели в ее сторону, потом опять друг на друга. Виолетта усмехнулась про себя: оказывается, не настолько неприятно быть предметом вожделения сразу двух мужчин. Признаться, раньше с ней такого никогда не случалось.
      Наконец мужчины разошлись в разные стороны. При этом Джефф Рандольф дважды оглянулся. Ему пойдет на пользу пара уколов ревности, подумала Виолетта. Он заставил ее достаточно пострадать и сделает это еще не раз, пока ей не удастся окончательно выбросить его из головы.
 
      Выбравшись из экипажа, близнецы с опущенными головами двинулись следом за Виолеттой. Мисс Сеттл все-таки исключила их из школы, и Виолетта до приезда родителей привезла девочек к Ферн. Поначалу она хотела обо всем сообщить Джеффу, но, поразмыслив, решила, что близнецы не смогут с ним остаться. Даже если-Джефф и найдет время для своих племянниц, он все равно вряд ли с ними справится.
      — Папа расстроится, — проговорила Аурелия.
      — А мама вообще разозлится ужасно, — вздохнула Джульетта. — Она так надеялась, что у нас в школе все будет хорошо.
      — Но мы ее предупреждали, что не будет.
      — Никто из Рандольфов не любит школ, — подтвердила Аурелия.
      Виолетта позвонила в дверь и строго посмотрела на девочек.
      — Конечно, совсем непросто жить взаперти. И все-таки нельзя убегать из школы, А вдруг с вами что-нибудь случится?
      — С нами еще никогда ничего не произошло, — возразила Аурелия.
      Им открыла служанка и проводила в небольшой кабинет.
      — Я предупрежу мистера Рандольфа о вашем приходе, — сказала она, исчезая за дверью.
      — Я не хочу встречаться с дядей Мэдисоном, — встревожилась Аурелия.
      — Ему не нравятся девочки, — объяснила Джульетта.
      — По-моему, он должен любить детей, — усомнилась Виолетта.
      — Дяде Мэдисону нравятся только мальчики, — заявила Аурелия.
      — Он сказал, что за мальчиков вам бы не пришлось беспокоиться, — вздохнула Джульетта. — Дядя Мэдисон хорошо воспитал своих детей.
      — Но вместо мальчиков у него вполне могли родиться и девочки, — заметила Виолетта. Аурелия сокрушенно покачала головой.
      — Он сказал, что сразу же отдал бы их кому-нибудь.
      Пока Виолетта пыталась понять, правду ли говорили близнецы или выдумывали, как всегда, в кабинет вошел высокий, красивый темноволосый мужчина, похожий на Джеффа. Он сурово посмотрел на близнецов, и те тут же съежились под его взглядом.
      — Наконец-то вы выкинули из школы этих маленьких чудовищ. Это первая сделанная вами разумная вещь. Я давно говорил Джорджу, что их следует посадить на привязь.
      К удивлению Виолетты, Мэдисон Рандольф рассуждал так же, как и Джефф.
      — Девочки — не лошади, чтобы привязывать их или сечь, — довольно сердито возразила она.
      — Возможно, хотя это бы им наверняка помогло, — предположил Мэдисон, направляясь к Виолетте. — Я Мэдисон Рандольф. Ферн спустится через минуту. Девочки сейчас отправятся вниз. Уверен, мисс Гудвин уже вдоволь на вас насмотрелась. Не беспокойтесь, — сказал он, заметив озабоченный взгляд Виолетты, — я уже всех предупредил. Пока не приедут Роза и Джордж, за ними будут наблюдать как за заключенными.
      — Когда это произойдет? — спросила Виолетта, не зная, о чем можно разговаривать с человеком, еще меньше, чем Джефф, интересующимся своими племянницами.
      — Завтра. Телеграмму от них я получил сегодня утром.
      Признаться, Виолетта не представляла, как можно за два дня добраться от Техаса до Колорадо. Она кое-что слышала о телеграфе и чудо-телефоне. Вот бы взглянуть хотя бы на один! Это казалось просто невероятным: человек говорил в какую-то маленькую коробочку, а его слышали за много миль от него. Виолетта уже обратила внимание на газовые светильники в кабинете Мэдисона. Да, многое изменилось за последние годы. Но у ее отца никогда не хватало денег, чтобы приобретать Такие вещи. Рандольфы, разумеется, могли себе это позволить.
      — Мне очень жаль, что близнецов исключили из школы, — сказала Виолетта. — На самом деле они очень славные, вот только не могут подчиняться правилам поведения.
      Ферн вошла в комнату как раз вовремя, чтобы услышать последнюю фразу.
      — Близнецы никогда и не умели этого делать. Полагаю, Роза и не рассчитывала на их долгое пребывание в школе.
      Виолетту встревожил вид Ферн. Женщина выглядела еще хуже, чем неделю назад. Виолетта хотела помочь ей сесть на стул, но Мэдисон уже был тут как тут. Возможно, его и не интересовали маленькие девочки, но жену свою, судя по всему, он просто обожал.
      — Извините, что вам пришлось везти их сюда, но, как видите, я не могла поехать за ними сама, — сказала Ферн и посмотрела на мужа полным любви взглядом.
      Наблюдая за супругами, Виолетта вдруг подумала о том, сможет ли она когда-нибудь испытать к мужчине такие же чувства.
      — А теперь, когда Мэдисон здесь, я ему больше не позволю уехать до рождения ребенка, — улыбнулась Ферн.
      — Мисс Сеттл согласилась с тем, чтобы я лично отвезла девочек и передала их из рук в руки.
      — Чтобы в случае нового побега в этом уже не было вины школы? — предположил Мэдисон.
      Признаться, мисс Сеттл объяснила это именно так, но Виолетта вовсе не собиралась повторять ее слова.
      — Я как раз говорила вашему мужу о том, что близнецы очень способные ученицы, умные и старательные, вот только никак не могут заставить себя жить по правилам. Вы же понимаете, школа не может позволить им вести себя подобным образом.
      — Мне всегда казалось, что Роза отправила сюда дочерей, чтобы немного отдохнуть от них, — заявил Мэдисон.
      — Как тебе не стыдно, — перебила мужа Ферн. — Ты же знаешь: если кто-нибудь и сумеет сладить с близнецами, так это Роза.
      — Что-то не верится, что это вообще кому-либо под силу. Помоги, Господи, тем мужчинам, которые женятся на этих чертовках.
      Виолетта считала несправедливыми такие суждения. Будь это мальчики, их поведение охарактеризовали бы как горячий нрав, не более того. А если у такого юноши будет достаточно денег и приятная внешность, любая девушка с радостью согласится выйти за него замуж. Однако Виолетта знала, насколько бесполезно бороться с подобными предрассудками.
      — Мисс Сеттл просила передать: если девочки через год-два исправят свое поведение, она с удовольствием пересмотрит решение.
      — Как Джеффу удалось заставить ее сказать это? — удивился Мэдисон.
      — Он еще не знает об исключении племянниц из школы. Я подумала, вы сами сообщите ему об этом.
      — Вряд ли Джеффу понравится такая новость, — ухмыльнулся Мэдисон.
      — Между прочим, пока ты находился в Лидвилле, Джефф старался быть очень полезным для всех нас, — заметила Ферн и с улыбкой продолжала: — Дорого бы я отдала, чтобы увидеть, как он вел себя во время карантина.
      Виолетта улыбнулась ей в ответ.
      — Мистер Рандольф был явно не в восторге от вынужденного заточения. Но для человека с его характером он с честью выдержал это испытание.
      А вот ей самой это не удалось, с горечью подумала Виолетта. Она поддалась глупым, бессмысленным чувствам.
      — Для человека с его характером?! — воскликнул Мэдисон. — Удивляюсь, как вы вообще не пристрелили там Джеффа!
      Виолетта прикусила язык. Она уже встретилась с тремя братьями Джеффа, и все они оказались о нем отнюдь не лестного мнения. Разумеется, Джефф временами был просто невыносим — ей самой пришлось убедиться в этом, — но ведь они — его братья. Сам Бог велел им понимать Джеффа.
      — Ему со многим пришлось мириться во время карантина, — добавила Виолетта.
      Ферн внимательно посмотрела на нее и, судя по всему, заметила больше, чем этого хотелось бы Виолетте.
      — Мне кажется, мисс Гудвин считает, что мы слишком жестоки к Джеффу.
      Виолетте вовсе не улыбалось стать объектом столь пристального внимания, но она не могла спокойно выслушивать грубости о Джеффе, ей хотелось защитить его. Разумеется, родственники лучше знали Джеффа. Разве может она давать им советы, как следует обращаться с собственным братом?!
      — Поймите, я чувствую себя виноватой, поскольку вовремя не сообщила мистеру Рандольфу о карантине.
      — Если вы на самом деле из Массачусетса, как это можно догадаться по вашему акценту, — чудо, что Джефф вообще стал разговаривать с вами, — усмехнулся Мэдисон. — Не хочу быть слишком любопытным, но нам очень интересно узнать, как же вам это удалось?
      — Джефф не настолько тяжелый человек, — пожала плечами Виолетта. — Ему лишь нравится казаться таковым. Между прочим, вы сами испортили его, позволяя делать и говорить все что хочется, как бы это ни было глупо.
      Мэдисон и Ферн изумленно уставились на нее и Виолетта вспыхнула от смущения, что сказала явно лишнее.
      — Вам следовало просто не обращать внимания, когда Джефф начинает говорить на свои излюбленные темы, или показывать ему, насколько это абсурдно. Он очень умный человек. Вряд ли ему понравилось бы выглядеть глупцом.
      — Вы с Розой рассуждаете очень похоже, — заметил Мэдисон. — И кстати, пришли к одному и тому же выводу.
      — Но по разным причинам, — усмехнулась Ферн. Мэдисон не понял, о чем идет речь, и собирался уже потребовать объяснений, что для Виолетты было крайне нежелательно. Поэтому она торопливо поднялась и сказала:
      — Мне нужно вернуться в школу. Правда, меня всегда успокаивают, что все будет в порядке, но лучше находиться там, если что-либо произойдет.
      — Вы очень умная женщина, — сделал ей комплимент Мэдисон. — Почему бы вам не попросить Джеффа взять вас на работу в банк?
      — Не думаю, что он разделяет ваше мнение о моих способностях, — улыбнулась Виолетта.
      Не могла же она, в конце концов, признаться, что, работая рядом с Джеффом, не сможет контролировать свои чувства!
      — Благодарю, меня вполне устраивает мое нынешнее положение. Я…
      Виолетта осеклась, потому что Ферн в этот момент начала подниматься со стула и чуть не упала.
      — Со мной все в порядке, — заверила Ферн, когда Виолетта и Мэдисон поспешили к ней на помощь. — Просто иногда у меня совсем нет сил. Но скоро все придет в норму.
      — Не думаю, — не согласилась Виолетта.-Поверьте, у меня есть некоторый опыт работы с беременными женщинами, поэтому я считаю: у вас не все благополучно. Я не верю вашим докторам. Во время предыдущих беременностей вы чувствовали себя так же?
      — Нет, — ответила Ферн, чувствуя облегчение от того, что наконец-то нашелся человек, с которым она может поделиться своими страхами.
      — Ее осмотрели все доктора Денвера, — возразил Мэдисон. — И все они в один голос утверждают, что нет ничего серьезного.
      Виолетта знала, насколько бесполезно какой-то воспитательнице оспаривать мнение докторов, но не сомневалась, что Ферн угрожает опасность.
      — Вы оба знаете: что-то не в порядке. По взглядам супругов Виолетта поняла, что права.
      — В Бостоне работает доктор, непревзойденный специалист в подобных ситуациях. Вам следует непременно показаться ему.
      — Ферн так слаба, — встревожился Мэдисон.
      — Но ведь есть же поезда.
      Ферн и Мэдисон переглянулись, потом Мэдисон спросил:
      — Как его имя?
      — Доктор Фредерик Улмстед. Если вы дадите мне бумагу и ручку, я напишу его адрес.
      Мэдисон с готовностью протянул ручку и бумагу, и Виолетта быстро записала необходимую информацию.
      — Передайте доктору, что это я предложила вам обратиться к нему. Улмстед меня хорошо знает. Это бывший коллега моего отца, — пояснила она, придав тем самым себе некоторый вес. — Правда, он всегда очень занят, но, полагаю, выкроит для вас время.
      Попрощавшись, Виолетта вышла из дома, беспокоясь о близнецах, о Ферн, о Джеффе и о самой себе. Единственное, о чем она не тревожилась сейчас, так это о серебряном руднике. О нем Виолетта просто-напросто забыла.
 
      Роза влетела в комнату Ферн словно ураган.
      — Мэдисон сказал, что ты плохо себя чувствуешь, — проговорила она, крепко обнимая золовку. — Что с тобой?
      — Слабость, — ответила Ферн. — Но в остальном все в порядке.
      — И нет никаких необычных болей?
      — Иногда, но не очень сильные.
      Роза встревожилась еще больше. А Ферн уже приветствовала ее мужа, высокого красивого мужчину, очень похожего на Мэдисона. Именно поэтому ей всегда было приятно встречаться с Джорджем.
      — Мэдисон сообщил нам, что собирается отвезти тебя в Бостон к хорошему специалисту, — сказал Джордж.
      Роза сердито посмбтрела сначала на мужа, потом на Мэдисона.
      — Ферн и шагу не сделает из дома. Телеграфируйте этому доктору, чтобы он немедленно садился на первый же поезд, направляющийся в Денвер. Кстати, где живет этот доктор?
      — В Бостоне.
      — Если он выедет сегодня, когда прибудет в Денвер?
      — Роза, доктор никуда не поедет. Он ждет нас в Бостоне.
      Роза повернулась к Ферн, и женщины поняли друг друга без слов.
      — Ферн слишком слаба, чтобы ехать в Бостон,
      даже в одном из ваших специальных вагонов. А что говорят местные доктора?
      — Что она слишком слаба.
      — Это ясно и любому дураку. Кто вам посоветовал обратиться к доктору из Бостона?
      — Мисс Гудвин. Она работает воспитательницей в школе для девочек.
      Роза озабоченно сдвинула брови.
      — Ну, с ней мы побеседуем завтра, а сейчас, до возвращения в отель, я хочу повидать близнецов. Она опять повернулась к Ферн.
      — Правда, мне что-то не хочется останавливаться в отеле. Я уже слишком стара для такого удовольствия. Кроме того, там Монти. Мы рассоримся с ним еще до вечера. Вы не возражаете, если мы с Джорджем обоснуемся у вас? Здесь так много комнат, что вы даже не заметите нашего присутствия. Я буду присматривать за мальчиками, а Мэдисон сможет все свое время посвятить тебе. Обещаю ни во что не вмешиваться.
      Ферн с облегчением рассмеялась. Она была благодарна Розе за то, что та собиралась взять на себя ведение хозяйства.
      — Это будет просто прекрасно. Да и близнецы здесь.
      — Это тоже немаловажно, — несколько успокоившись, заметила Роза. — Джордж, позаботься о багаже. А мне, думаю, пора поговорить с дочерьми.

Глава 18

      При появлении матери близнецы на мгновение застыли, но, заметив улыбку на ее лице, бросились к ней в объятия. Роза прижала к себе дочерей и со слезами на глазах покрыла поцелуями их макушки.
      Она сама безмерно радовалась этой встрече. Роза скучала без Аурелии и Джульетты и сожалела, что отправила их в Денвер: ведь девочки были еще такие маленькие. Им с Джорджем пришлось пойти на это только ради самих же близнецов. Роза считала, что вместе им будет легче вступать в жизнь. Поведение дочерей доказало ее правоту.
      Существовала еще одна причина для слез. Девочки были ее плотью. Роза очень любила их, но знала, что они несчастливы. В противном случае близнецы не вели бы себя так отвратительно. Однако она понимала: дочери должны научиться жить в этом сложном мире, им не удастся переделать его по своему вкусу. Роза плакала, думая о страданиях, ожидающих девочек. Но это была лишь минутная слабость.
      — Дайте-ка мне взглянуть на вас, — сказала она, отстраняясь от дочерей.
      — Почему ты плачешь? — спросила Джульетта.
      — Потому что я давно вас не видела и очень соскучилась.
      Джульетта снова крепко прижалась к матери.
      Роза тоже обняла дочь и сказала:
      — Вы все так же похожи друг на друга. Вас по-прежнему путают?
      — Нас никто не различает, кроме мисс Гудвин, — заявила Джульетта.
      — А вы еще больше похорошели. Папа, наверняка, будет гордиться вами. Возможно, он даже забудет о ваших проделках, — проговорила Роза, доставая из рукава носовой платок и вытирая им глаза затем она взяла стул и поставила его между кроватями. — А теперь поговорим о вашем поведении.
      Улыбки тут же исчезли с лиц близнецов, и они молча устроились каждая на своей кровати.
      — Надеюсь, вы понимаете, что папа очень расстроен вашим поведением? — спросила Роза; дочери согласно кивнули в ответ. — У него так развито чувство ответственности, что он просто не в состоянии понять подобного поведения.
      Впрочем, это было не совсем точно. В действительности девочки очень походили на своего деда. Джордж сам признался в этом Розе с глубокой печалью в голосе. «Даже если бы они и захотели, — утверждал он, — им вряд ли удалось бы вести себя как следует». Что-то внутри толкало близнецов на неприглядные поступки, ведущие их к саморазрушению. Роза не стала спорить с Джорджем, но решила, что пока жива, она не позволит своим дочерям погубить себя.
      — Я собираюсь отвезти вас обратно в школу, чтобы мисс Сеттл выпорола вас как следует и заперла в комнате, если это необходимо.
      Девочки с ужасом смотрели на мать.
      — То же самое хотел сделать с нами дядя Джефф, — проговорила Аурелия.
      — Наконец-то мы хоть в чем-то достигли с ним согласия, — с сарказмом заметила Роза. — Обычно я не наказывала вас, но я не могу позволить вам вести себя как дикарям.
      — Мы старались быть хорошими, — сказала Аурелия.
      — Иначе мы натворили бы еще больше, — поддержала сестру Джульетта.
      Роза с трудом удержалась от улыбки.
      — Ничуть не сомневаюсь, что это так. Всем Рандольфам приходится сражаться самим с собой, чтобы вести себя как подобает нормальным людям.
      — Но ведь Лиззи и Вильям Генри ведут себя хорошо.
      — Я думаю, они больше Торнтоны. А Торнтоны всегда ведут себя так, как им говорят. Наверно, поэтому из них получались хорошие солдаты.
      — А почему мы не можем быть Торнтонами? — спросила Джульетта.
      — Не знаю, но вы, вне всякого сомнения, Рандольфы. Вы не только внешне похожи на них, но даже ведете себя и думаете, как они. Однако с этим необходимо бороться.
      — Почему?
      — Вы не должны расти дикарями. В будущем это принесет вам много страданий. Кроме того, вам нельзя больше расстраивать отца. Из-за вашего исключения из школы нам пришлось уехать еще до того, как он продал бычков. На этом мы потеряли кучу денег, а они, как известно, не растут на деревьях. Папе приходится очень много работать. Теперь выбирайте: вы можете вернуться домой или остаться здесь.
      — Мы хотим вернуться, — встрепенулась Аурелия.
      — Нет, лучше останемся, — возразила Джульетта.
      — Если вы решите вернуться домой, — предупредила Роза, про себя поразившись тому, что впервые в жизни мнения близнецов разделились, — то не будете кататься на своих пони, посещать праздники, ездить с визитами. Я найму вам учителя, и все дни вам предстоит проводить за учебой. Я лично прослежу за этим.
      Девочек явно озадачил такой поворот событий. Потом Аурелия осторожно спросила:
      — А если мы останемся?
      — Если школа согласится взять вас обратно.
      — Но мисс Сеттл заявила, что больше не желает нас видеть.
      — Будем надеяться, что она изменит свое мнение, — сказала Роза. — Короче, если вас все-таки примут обратно, я заберу ваши самые лучшие платья и лишу карманных денег. Если через неделю на вас никто не пожалуется, вы получите снова свои платья. Продержитесь месяц, получите карманные деньги. Думаете, вам это по силам?
      — Не знаю, — с сомнением проговорила Аурелия.
      — Ну что ж, подумайте над этим сегодня вечером. Я не повезу вас обратно в школу, пока вы не дадите мне слово, что будете вести себя хорошо.
      — Тогда нам придется именно так и сделать, — вздохнула Аурелия.
      — Что есть хорошего в Рандольфах, — заметила Роза, — так это то, что если они дают слово, то обязательно его держат, даже маленькие Рандольфы.
      — У нас есть какой-нибудь выбор? — спросила Аурелия.
      — Нет. И не вздумайте уговаривать своего отца что-либо изменять. Мы с ним договорились, что я сама все улажу. А теперь признайтесь, что у вас произошло? Почему вы так плохо себя ведете? — уже мягче проговорила Роза.
      — Близнецы вернулись, — сообщила Бет. — С ними их мать.
      — Вернулись? — удивилась Виолетта. — Ничего не понимаю. Мисс Сеттл выгнала же их.
      — Миссис Рандольф утверждает, будто мисс Сеттл согласится взять девочек обратно, если вы не станете возражать против этого.
      Виолетта даже не предполагала, что ее мнение имеет такой вес у директора. После недавнего визита Джеффа в их отношениях появился некоторый холодок. Виолетта не сомневалась, что это связано с тем поцелуем перед школой. Правда, мисс Сеттл даже не заговаривала об этом, но, видимо, кто-то все видел и сообщил ей.
      Отложив книгу, Виолетта посмотрела в зеркало. Сегодня на ней было рубиново-красное платье. Интересно, что миссис Рандольф подумает о столь вызывающем наряде?
      — Они в кабинете, — сказала Бет. — Миссис Рандольф хочет с вами поговорить.
      Роза Рандольф оказалась совсем не такой, как ожидала Виолетта: небольшого роста, стройная, очень приятная, с темно-каштановыми волосами, начинающими уже седеть на висках. Взгляд тем не менее был как раз таким, какой следовало ожидать от женщины, способной справиться с близнецами.
      — Добрый день, мисс Гудвин, — произнесла Роза. — Я очень рада наконец познакомиться с вами.
      — Мне тоже очень хотелось встретиться, — ответила Виолетта, взглянув на смирно сидящих близнецов.
      Нужно отметить, девочки не казались ни подавленными, ни даже несчастными. Более того, они выглядели достаточно решительными. Это заставило Виолетту почувствовать себя несколько неуютно. Никогда не знаешь, что ожидать от этих плутовок.
      Женщины сели. Прежде чем обратиться к Виолетте, Роза внимательно посмотрела на дочек.
      — Извините за доставленные девочками неприятности. Я с ними долго беседовала, и они пообещали, что до конца года на них никто не пожалуется.
      Виолетта взглянула на близнецов, и те согласно закивали в ответ.
      — Я уже переговорила с мисс Сеттл, — сообщила роза. — В случае вашего согласия, она позволит Аурелии и Джульетте вернуться в школу. Если же девочки опять что-нибудь натворят, их выгонят окончательно и бесповоротно.
      Виолетте нравились близнецы, и она совершенно искренне радовалась их возвращению. Кроме того, ей казалось, что вместе с ними вернулось что-то еще.
      — Теперь все зависит от вашего желания вновь взять на себя ответственность за девочек, — продолжала Роза. — Идите сюда, — позвала она дочерей.
      — Мы хотим извиниться за наше поведение, — сказала Джульетта.
      — Правда, нам ничуть не жаль Бетти Сью, — добавила Аурелия. — Но, поверьте, мы не хотели, чтобы у вас были неприятности.
      — Мисс Сеттл сказала, чтобы мы попросили у вас разрешения каждый уик-энд навещать тетю Ферн и кататься там верхом.
      Виолетта удивленно посмотрела на Розу, и та поспешила все объяснить.
      — Мисс Сеттл отказывается брать на себя ответственность за девочек, когда они покидают школу. Не могли бы вы сделать это за меня?
      — А как же остальные девочки и мои обязанности? — спросила Виолетта.
      — Я сама побеспокоюсь об этом, — заверила Роза. Виолетта поразилась власти, которой обладают Рандольфы, но благоразумно решила, что это даст ей возможность немного отдохнуть от своих обязанностей.
      — Конечно, я не возражаю.
      — Девочки хотят также объяснить причину своего плохого поведения. А вы, пожалуйста, подумайте, что можно сделать для решения этой проблемы.
      — Нас никто здесь не любит, — торопливо перебила мать Аурелия.
      — Все называют нас «коровьими детьми», — пожаловалась Джульетта.
      — А Бетти Сью говорит, что мы никогда не отмоем грязь со своего ранчо.
      — Она говорит…
      — Полагаю, мисс Гудвин услышала уже достаточно, — вмешалась Роза. — Если бы вы что-нибудь придумали, чтобы старшие девочки приняли их в свой круг, это очень помогло бы близнецам. Не думайте, я вовсе не оправдываю их поведение, но хорошо помню, каково быть дочерью полковника Союзной армии в городе конфедератов во время войны. Я была готова на все, чтобы отомстить людям за слова о моем отце.
      Виолетта хорошо понимала Розу. Она сама годами слышала, как люди шептались о ее собственном отце.
      — По-видимому, нам действительно следует найти способ заставить девочек более уважительно относиться к занятиям ранчеро, — согласилась Виолетта. — Полагаю, немногие из них видели коров, а уж на лошади сидели раз-два, не больше.
      — Бетти Сью вообще боится лошадей, — вставила Аурелия.
      — Я не хочу, чтобы вы опять упоминали Бетти Сью, — прикрикнула Роза на дочерей. — Мы пытаемся исправить положение, а не вспоминать то, что уже нельзя изменить.
      Виолетта с грустью подумала о том, насколько трудно девятилетним девочкам вести себя правильно. Даже поведение многих взрослых не отличается зрелостью. Ей сразу вспомнился Джефф Рандольф. Впрочем, его проблемы вызваны несправедливым отношением к нему. А может, в случае с Джеффом все объяснялось скорее упрямством? Да, в семье Рандольфов его было хоть отбавляй. Достаточно вспомнить одних близнецов.
      — Очень жаль, что мы не можем пригласить всех девочек к себе в Техас, — сказала Роза. — Они бы увидели, как мы ухаживаем за коровами.
      — Но ведь есть же ранчо и поближе к Денверу, — возразила Виолетта.
      — Мы смогли бы покататься на наших пони, — вздохнула Аурелия.
      — А Вильям Генри мог бы пострелять по мишеням, — добавила Джульетта.
      — Вам нужно устроить что-то вроде родео, — предложила Виолетта. — Приехав в Денвер, я однажды присутствовала на одном.
      — Мы можем устроить родео у тети Ферн, — глаза Джульетты загорелись от волнения. — У нее очень много коров.
      — И места, — подхватила Роза, заметив энтузиазм дочерей.
      — А нельзя ли доставить сюда из Техаса наших пони? — спросила Аурелия.
      — Между прочим, дядя Монти собирается привезти своего Найтмара.
      Роза с улыбкой повернулась к Виолетте.
      — Как вы думаете, школа одобрит нашу затею?
      — Не знаю, — пожала та плечами. — Я ничего не знаю о родео. Вряд ли мне под силу его организовать.
      — Мы сами позаботимся об этом! — воскликнула Роза. — Все, что от вас требуется, — это добиться согласия мисс Сеттл на приезд девочек. Все остальное мы устроим лучшим образом.
      — Думаете, это поможет?
      — Не знаю. Но мне хочется использовать любую возможность, чтобы близнецам легче жилось в мире с остальными. Они должны гордиться тем, что родом из Техаса.
      — Мы можем тренироваться во время поездок к тете Ферн, — радовалась Аурелия.
      — А папа поможет нам? — спросила Джульетта.
      — Конечно. Думаю, для участия в родео вам также следует пригласить Джеймса и Тейзвелла.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23