Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Гуров (№26) - Почерк палача

ModernLib.Net / Полицейские детективы / Леонов Николай Иванович / Почерк палача - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 2)
Автор: Леонов Николай Иванович
Жанр: Полицейские детективы
Серия: Гуров

 

 


Полковник «хвост» сразу засек, выбрался на трассу, легко ушел, машины-то, мягко говоря, разные. На следующий день Илья вновь зацепился за «Пежо» в центре, где мощность движка значения не имела. Тащились по Бульварному кольцу, Илья нахально уперся в бампер «Пежо», и полковник дружески помахал ему рукой в зеркало заднего вида.

Странный сыщик, рассуждал Илья, за ним неизвестно кто изо дня в день катается, а он лишь вежливо раскланивается, и – никакого интереса. Парень не знал, что уже на второй день Гуров вызвал Гришу Котова и попросил поинтересоваться владельцем экзотического «Опеля». Еще через сутки сыщик знал, что парень живет в Хлебном переулке, считай рядом, с матерью, которая преподает литературу в университете и подрабатывает частными уроками английского. Отец оставил семью в давние времена, систематически платил хорошие алименты, в доме бывал, приносил дорогие подарки. Илья Титов служил в армии, где работал водителем – возил комполка, а на втором году и командира дивизии. Предлагали сверхсрочную, он отказался. Вернувшись из армии, сразу устроился автомехаником и, по мнению автомобилистов, имел золотые руки.

Куда бы Котов ни обращался, везде Илью хвалили, если не считать таких выражений, как зазнайка и страшный бабник. Но старушка, наградившая его подобной характеристикой, обмолвилась: мол, иначе и быть не могет, ежели они, бабы, сами за ним нагло увиваются.

Григорий Котов, приглядываясь к объекту, признавал, что так и должно быть. Двадцать три года, по сегодняшним понятиям почти не пьет, хорошо зарабатывает, рост сто девяносто, фигура легкая, физиономия нормальная, да и проживает с мамой в двухкомнатной квартире. Имеются жилищные перспективы.

Гуров, получив на Титова подобные характеристики, решил проблему преследования просто: парнишка хочет познакомиться. Все у него в порядке, нигде ни зазубринки, и рвется он на оперативную работу. Но если идти путем обычным, пристроят тебя участковым либо опером в отделение милиции. А парень имеет о себе особое мнение и начинать с первой ступеньки не желает. Кто-то из приятелей ему и подсказал фамилию «важняка»-полковника: мол, познакомься, обаяй, тогда возьмет «важняк» тебя в свою группу. Поначалу будешь на посылках, там оглядишься и развернешься. Но Гуров знал твердо: каждый приличный опер должен начинать с земли и идти своим путем, иначе из него ничего не получится.

«Дай мне щенка овчарки самых племенных кровей, – рассуждал сыщик, – если место у брюха матери не завоюешь, если старшие тебя уму-разуму не научат и ты свою миску защищать не научишься, десятки километров зазря не протопаешь, у нерадивого проводника лапу не пососешь, вырастет из тебя красивый комнатный кобель, которого любой пьяница поленом огреет и сделает трусом на всю оставшуюся жизнь. Путь через верха – гнилой путь, дорога в никуда.

Хочешь за мной кататься – твое дело, надоест – отстанешь или сам на контакт пойдешь, на свою гордыню наступишь».

Илья решил действовать, включил указатель правого поворота, вскоре Гуров ответил тем же. Они начали искать место для парковки и в конце концов зарулили в большой двор.

– Ну, здравствуй, Илья Титов! – Гуров протянул руку.

– Здравствуйте, Лев Иванович! – Титов неожиданно для себя смутился, что Гурову понравилось.

– Мог бы не жечь бензин, подойти сразу. – Гуров рассмеялся. – В милицию, как к зубному врачу, следует двигаться рысью, не оглядываясь. Известно, что ни там, ни там человека не ждет ничего хорошего.

– Лев Иванович, я хочу служить в милиции, – начал издалека Илья.

– Нормальная мужская работа. Платят мало, так много все равно никогда не бывает, – ответил Гуров, чувствуя, что парень что-то недоговаривает. – Дорога к нам простая, и за полковниками гоняться необязательно. Отдел кадров на Петровке, рекомендую сразу поступить в школу милиции. Закончишь – и в отделение, а может, сразу и в райуправление, но это хуже.

– А почему хуже? – идти такой дорогой Илья явно не собирался, однако был любопытен.

– Если в детстве сказки не читать, то, повзрослев, их читать точно не станешь. А жить без сказки скучно, а на нашей работе и опасно, – ответил Гуров, изучая Илью и ощущая в нем незримый тайничок.

– Лев Иванович, а внешняя разведка у вас имеется?

Гуров рассмеялся и понял, что с парнем следует разобраться, а здесь, во дворе, под взглядами любопытных тетушек, это невозможно.

– Я бы чего-нибудь съел да чашку кофе выпил, – сказал Гуров.

– Тут через дом есть приличная забегаловка, – ответил Илья.

Гуров оглядел двор, погладил крыло своей машины.

– Боитесь, угонят? – спросил Илья.

– Не угонят, так покалечат. Давай припаркуемся неподалеку от инспектора, я ему пару слов шепну, а потом кафе найдем, сегодня это не проблема.

Так все и сделали, а вскоре уже сидели в маленьком чистеньком кафе.

– Если тебя интересует работа за рубежом, то следует в ФСБ идти, – сказал Гуров. – А у нас если куда и пошлют, так не приведи господь.

– Я две недели в Анталии еле выдержал, – признался Илья. – Я человек российский.

– Это хорошо, – ответил Гуров, все еще не понимая, куда парень клонит. – Честно скажи, что ты от меня хочешь?

– Действительно, что мне темнить? Я хочу быть вашим агентом. Не сотрудником-офицером, а агентом-нелегалом. Не делайте каменное лицо, это прежде все было совершенно секретно, а сегодня об агентуре знают и каждый дворовый пацан, и бабки на лавочке.

Гуров не сдержал улыбки:

– И много ты знаешь? Верно, она существует и работает. Атомное ядро ведь тоже можно расщепить, но ты не знаешь, кто, где и как это делает, хотя о физиках-атомщиках можно прочесть в сотнях газет.

– Вы обучите, – сказал Илья.

– Ты выглядишь умным парнем, а голова у тебя забита неизвестно чем. Забудь про это, как про дурной сон.

– А чем, собственно, разведчик отличается от агента, работающего в преступной среде?

Смутная, еще не оформившаяся мысль мелькнула в голове Гурова, и он спросил:

– А у тебя в уголовной среде связи имеются?

– Сегодня – нет, но захочу – будут, – ответил Илья.

– Лучше не надо, парень. Ты в автосервисе работаешь? И руки, говорят, у тебя золотые, если иномарки дорогие – так только к тебе, ни к кому другому.

– А вы много обо мне знаете, – усмехнулся Илья.

– Ты хотел кататься за профессионалом сыска и оставаться инкогнито? Так не бывает, либо ты катаешься за фраером. И вообще, дурака не валяй, занимайся своим делом, совершенствуйся. Я не знаю, сколько ты там зарабатываешь, но наверняка вдвое больше, чем опер отделения. Налог бандитам платите?

– Не мое, – Илья отгородился ладонью. – Есть бригадир, начальство, у них свои дела. Я и с ребятами-механиками, такими, вроде меня, дружбы не поддерживаю. Они каждый день выпивают, работают в комбинезонах, до которых я только ногой могу дотронуться, клиентам впаривают что надо и не надо. Я им говорил, а они смеются: мы, мол, работяги, нам положено. Неподалеку от нас автосервис есть, там хозяин – мужик крутой и порядки строгие. Я хотел к ним перебраться, к тому же у них настоящего электронщика нет, но они меня бортанули.

Гуров слушал внимательно. Илья ошибался, когда утверждал, что связей среди уголовников не имеет. Сегодня техобслуживание иномарок – золотая жила, даже если работать наичестнейшим образом. Так не бывает: золото есть, а уголовников нет.

В Гурове происходила борьба – с оперативной точки зрения Илья Титов парень очень даже интересный, но продвигать его к уголовникам аморально, да и крайне сложно. Парень в зоне не был, не пьет, в картишки не перекидывается, взял инструмент, отдал инструмент. Бригадир в нем очень заинтересован, потому и не отдал соседу. Возможно, и попасть на ремонт к Титову не просто, и за это деньги берут. «А может, он все прекрасно знает и долю берет, а меня просто проверяет, секу я в их деле или нет? – промелькнула у него мысль. – А если Титов гонец от бандитской группировки, которую мы разрабатываем? Выбрали парня интеллигентного, чистого, познакомься, говорят, с Гуровым, узнай, как дела, далеко ли они продвинулись? Парень неделю за мной катается, мол, агентом хочет стать. Жидковата версия…» Сыщик решил пойти напрямик.

– Что ж, если рассуждать теоретически, то, учитывая твою профессию и положение в коллективе, можно получить некоторый навар. – Гуров увидел в глазах парня угасший было интерес. – Считается, что агент должен быть личностью серой, незаметной, не воспринимать окружение всерьез. Так, значит, и информацией он будет обладать серой, малозначительной. Меня же не устраивает, если на машине старый аккумулятор поменяли на старый, лишь свежезаряженный, а тормозные колодки и вовсе не меняли. Какая информация меня интересует, я тебе скажу позже, не сегодня.

– Значит, мы еще увидимся? – обрадовался Илья.

– Обязательно. Ты мне ответь на такой вопрос. Допустим, что на вашу станцию, якобы для тщательной диагностики, поступили два «мерса». Практически новые. Тебя к машинам не допускают, работают с ними сам бригадир и его личный приятель. Ты заметил, что на машинах перебивают номера, а к владельцам они уходят без номерных знаков. Ты сможешь поставить меня в известность об этом?

– Нужно, чтобы об этом еще кто-то знал.

– Верно. Лучше, чтобы знали двое.

– Смогу, – уверенно ответил Илья. – Вы берете владельцев, в конце концов приезжаете к нам и проводите общую чистку.

Цинизм парня покоробил даже старого сыщика.

– Наверняка два «мерса» будут только частью цепи, – добавил Илья.

– О цепи подожди. Бригадир семейный?

– Черт его поймет, там с бабами неразбериха.

– А как ты самому бригадиру в глаза будешь смотреть?

– Так он вор!

– Вор, – согласился Гуров. – Но в тюрьму отправится именно он, Иван Иванович, который тебя вчера бутербродом с колбасой угостил. А следующий твой клиент будет с детьми и старушкой матерью. У тебя со сном нормально?

– Так вы меня отговариваете? И каждого так отговариваете? – Илья побледнел.

– А ежели товарищи твои что-то просчитают и судилище над тобой устроят? – продолжал давить Гуров. – За что умирать будешь?

– Не думал я, что так разговор сложится, – тихо сказал Илья.

– Ты до встречи со мной вообще мало думал, – резко сказал Гуров. – Есть такой знаменитый полковник, а я у него негласным помощником стану. Думал ли ты, если я головой тронусь и соглашусь, что со мной будет потом? Как буду жить, как спать? Ты – одно, а «важняк» Гуров, работающий в сыске третий десяток лет, другое, мы с тобой люди разнополюсные, с тебя один спрос, а с меня – совсем другой. Ты бреешься?

– Каждый день.

– Отлично. Значит, ты каждый день свою морду наблюдаешь и руки. Скажи, каким краем ты с уголовниками можешь соприкоснуться? Актерское мастерство? Станиславский? Да пацаненок от трех вокзалов на тебя даже издалека глянет и сразу подумает: вот фраер идет, и бумажник у него в левом внутреннем кармане пиджака либо в заднике, хотя такой может и в чужой карман его положить.

– Отказали, издеваться-то зачем? – Илья покраснел.

– А я тебе не отказал, – быстро ответил Гуров. – Если бы отказал, мы бы с тобой кофе не пили.

– Так чего мне делать?

– Жить, как живешь, и ничего в себе не менять. Машину вот только смени, на таком броском драндулете хорошо в рекламе работать.

– Я на дорогую машину не зарабатываю, – с вызовом ответил Илья.

Разговор можно было бы давно закончить, да одна мысль не давала сыщику покоя. Тридцать человек с машинами пропали в Москве, как в омуте. И разговоры об этом должны среди специалистов ходить, а этот парень молчит, словно ничего не ведает.

– «Опель» продай, купи подержанную «трешку», отрегулируй, сделай машину, сам понимаешь. Цвет лучше синий. Ты парень не жадный?

– На работе, считай, каждый мне должен.

– Включи им счетчик, не деньгами, услугами, заведи блокнотик, записывай, такой-то помыл машину, минус червонец. У тебя дама завелась из киношного мира, а может, она и дорогая путана. Но ты влюблен дальше некуда. Она желает на «мерсе» кататься, в казино бывать. Обвал! И больше ничего. Левую работу бери выборочно, деньги вперед, с жестянщиком подружись. Ни на какие сомнительные дела не подписывайся. В долг не бери и сам не давай.

– Вот парни шарахнутся.

– Любовь с людьми и не такое делает, – ответил Гуров.

– Легенда мне нравится, хотя жмотом стать трудно. Лев Иванович, я и в одежде должен измениться?

– Нет, в крайнем случае, новые джинсы и кроссовки. Если дружки начнут вопросы задавать, мол, тебе теперь и новый прикид требуется, отвечай, мол, у моей девушки, – о ней говори всегда уважительно, – хахали так разодеты, что и не угнаться. А ты рабочий парень, потому и шанс имеешь. Так она сама сказала. Кстати, такое в жизни часто случается.

– До поры, вскоре парни захотят на нее взглянуть, – сказал Илья.

– Обязательно. А ты ревнивый, гни свое, мол, на свадьбу приглашу, – ответил Гуров. – На крайний случай, если шибко ретивые следить начнут, скажи нам. Найдем девушку подходящую.

– Лев Иванович, а вы не слышали, вроде в Москве несколько дорогих машин вместе с хозяевами пропали? – спросил Илья.

Гуров этого вопроса ждал, но тут на мгновение растерялся и, слегка запинаясь, ответил:

– Слышал краем уха… Болтают наверняка. Машину угнали, продали, а людей куда? Да это вообще не мое, – он махнул рукой. – Я и машинами не занимаюсь, и пропавшие без вести меня не волнуют. Я «важняк».

– Вам виднее, однако такие люди говорят, трепаться не будут.

– Все, парень, – Гуров взглянул на часы, сказал свой телефон, велел повторить и помнить во сне. – Звони, ерундой не занимайся. По моим подсчетам, у тебя раньше чем через две-три недели новостей быть не должно. Поезжай, я еще посижу.

Гуров взял еще чашку кофе, наградил недовольную официантку улыбкой и задумался. Восстанавливая состоявшийся разговор, сыщик пришел к выводу, что выиграл его с минимальным перевесом. В своей открытости, даже наивности, Илья порой становился непробиваем. Как-то не улавливается его главная цель. Предложенная Ильёй легенда годилась разве что для парнишки лет двенадцати. Но он совсем не дурак, сам отлично понимает, на предложенной сказке ни далеко, ни близко не уедешь. Или он все городил ради последнего вопроса? Тогда слишком долго ждал, мог бы и не дождаться. Черт его знает! Поговорил пять минут, выяснил, что неинтересен полковнику, и занавес. А пять дней таскался по городу зазря. Ясно, разговор сам Титов не готовил, так как вел его Гуров. А его реакция на предательство слабовата. И напрашивающийся ответ Илья пропустил. Ведь мог бы запросто спросить: мол, господин полковник, а как у вас лично с нравственностью и сном? Или вы на погоны списываете?

Глава 2

Егор Рощин в мае открывал свой автосервис в семь утра, за что работники не любили бригадира и хозяина, приходилось рано вставать. Егор Егорович жил в десяти минутах хода от своего рабочего стола. А Лева Будяк, жестянщик и маляр, ехал через всю Москву, дремал в метро и клял начальника последними словами. Илья Титов тоже жил неблизко, добирался с пересадкой, потом бежал трусцой. Вадим Алисов, хромой парень, не всегда отличавший гаечный ключ по номеру, вообще ночевал где-то за городом. Вадька не говорил, но приятели знали, что он снимает угол, часто переезжает с места на место. В сервисе он работал на подхвате, и подметал, и машины мыл, вообще был парнем безответным.

Хозяину катило под сороковник, он прошел Афган и Чечню, добрым на войне не стал, но и лютым не был. К примеру, если видел, что Вадька начинал хромать сильнее обычного, ставил его подсобным к жестянщику Будяку, которому лишние руки никогда не мешали. Егор был танкистом и на практике постигал хитрости моторного дела. Привыкший в полевых условиях чинить машину, обходясь минимумом инструментов, он и на гражданке отличался смекалистостью, чем импонировал Илье Титову.

Титов любил железо от рождения и фактически был главным на их шарашке.

Никто особо не вникал, но работяги догадывались, что свой первый капитал Егор Егорович притащил с войны, а что конкретно он украл да как в Москве продал, никто не знал, да и не интересовался. Илье хозяин платил больше, чем другим, даже жестянщик Будяк, до работы и денег злой, на уровень Титова не вытягивал.

Хозяйство жило небогато, на современную технику денег не хватало. Ключ, отвертка, молоток были основным орудием бригады. Правда, у самого Титова имелся хитрый чемоданчик, необходимый, когда на яму ставили «иностранку», но то была забота самого Ильи.

Будяк, как специалист классом лучше других, Илье пару раз говорил: ты, пацан, дурак, тебе на фирме денег бы в два раза больше положили. Илья соглашался, но с насиженного места не уходил. «Мне хватает, – обычно отвечал он. – Да и Егору без меня лавочку закрыть придется».

Лишь однажды с ближайшего сервиса, богатого и современного, пытались Илью перекупить, но дальше разговоров дело не пошло.

На следующий день после встречи с Гуровым Илья взял в шкатулке матери золотое обручальное кольцо, надел и за завтраком спросил:

– Как, мать, идет? Не будешь возражать, если покрасуюсь?

Надежда Викторовна потихонечку переживала, что сын уже взрослый, неплохо зарабатывает, а к женщинам довольно равнодушен, на себя внимания не обращает, ходит в рабочих джинсах и застиранной ветровке, и в парикмахерскую его палкой приходилось прогонять. Увидев на пальце сына кольцо, она обрадовалась, – может, девушка серьезная завелась, ей уже давно хотелось нормальной семьи, внуков.

– Носи, раз нравится, но в принципе сначала женятся и только потом кольцо надевают.

– Ма, ты знаешь, у твоего сына всегда все наоборот. – Он взглянул на часы и заторопился в гараж.

Мать подумала, что все к лучшему, может, и появился кто, да стесняется парень. Ее совершенно не волновало, что в семье потомственных интеллигентов младший имеет за плечами лишь десятилетку и работает простым механиком. Диплом получить нынче – дело нехитрое, свое место в жизни надо найти. Нравится сыну с железом возиться, получается – и дай бог. Не говоря уже о том, что Илья зарабатывал вдвое больше матери, благодаря чему они жили в относительном достатке.

На работу метро везло быстрее машины, да и пробежаться не грех. Кроме того, после смены случалось за компанию и принять, а Илья за руль даже после ста граммов не садился.

От метро до места работы Илья всегда бежал, в армии он спортом занимался серьезно, на гражданке бросил, остались лишь утренние пробежки. Поднявшись на последний пригорок, Илья увидел милицейские машины и несколько пьянчужек, которым всегда до всего было дело. «Стряслось чего? – подумал он. – А чего могло случиться, ведь ворота отомкнули, железо не горит, денег у Егора никогда не бывает, ящик, изображающий сейф, даже не запирается».

Дорогу Илье преградил сержант и миролюбиво сказал:

– Работаешь здесь? Не торопись, опоздал.

– Надо у бригадира отметиться, – ответил Илья, показывая засаленное удостоверение. – Домкрат украли?

– Иди, шутливый, отмечайся, домкрат твой на месте, – мент опустил палку.

Егор, Вадим и Левка стояли кучкой, еще не переодетые в рабочую одежду. Чуть в стороне в «Скорую» задвигали тяжелые носилки. Тут же, на улице, составив ящики из-под бутылок, какой-то мужичок в прокурорской форме соорудил себе стол и стул, разложил бумаги и быстро писал. Рядом с ним стоял, видимо, врач, они перебрасывались словами, не соглашаясь друг с другом.

Илья направился к своим, но его остановил сидевший в милицейской «Волге» штатский.

– Здорово, Титов, можно тебя отвлечь? – И он вышел из машины. – Полковник Крячко. Видишь, какое дело приключилось? Дерьмовое дело, вашего паренька Власова Юрия Васильевича ночью застрелили.

– Да у него только что пацан родился, – не зная зачем, сказал Илья.

– Да уж, хренота, – полковник осуждающе покачал головой. – Ты вчера поздно ушел?

– Со всеми, как Егор ворота замкнул, – ответил Илья.

– Да-да, знаю. – Илья почувствовал на себе изучающий взгляд. – А с пригорка чего бежал?

– Вроде гимнастики. – Илья прямо посмотрел полковнику в глаза. «Мужичок-простачок, хитрющий и цепкий», – довольно точно определил Илья. – Я в цех не возвращался, Юрке там тоже делать было нечего.

Предсезонная подготовка прошла, считай, лето на носу, у всех кони в порядке.

Илья видел, полковник что-то хочет спросить, сомневается.

– Неподалеку автосервис имеется, видать, пошикарнее вашего, – выдавил из себя Крячко и, видно, совсем не то, что на языке крутилось.

– Лучше нашего найти – дело нехитрое. Хуже – оно сложнее, – сказал Илья. – Вы не крутите, полковник, я честно правду говорю.

– Однако не всегда?

– Не Иисус я и не придурок. При Юрке деньги нашли?

– А как ты думаешь? – вопросом на вопрос ответил полковник.

– Нашли небось около тысячи новыми, – уверенно сказал Илья. – Вот вы головы и ломаете, за что парня убили, если деньги не взяли? Видно, знал неположенное? – Илья отвернулся и посмотрел на приятелей, которые пили пиво из банок.

– Ты как со следователем закончишь, подойди, еще побеседуем, – полковник сказал это таким тоном, словно и не сомневался – парень никуда не уйдет и беседа состоится.

– Светке, жене Юрия, сказали?

– Позвонили, ее «Скорая» вместе с малышом забрала, – полковник кивнул и снова присел на сиденье машины. Он словно ждал чего-то.

Илья подошел к своей бригаде, пожал всем руки.

– Жизнь какая-то сучья, – сказал Егор. – Я уж этой костлявой столько навидался, на взвод хватит, а все равно за сердце берет. Как работать будем, и так еле вытягиваем, за Юркины деньги никто ишачить не пойдет. Не завистливый я, но как на хоромы Полоза взгляну, дурею. Ну как это он так выкручивается, что у него на все хватает? Работает хуже, получает больше, как при коммунизме.

Илья относился к хозяину неплохо, хотя и не раз ловил его на лжи. Но Егор точно ел из одной тарелки со своими ребятами, имел «мерс» еще крепкий, а в остальном не выделялся. Неподалеку от них стояла еще одна станция, начала она работать лишь два года назад, уже поднялась, ребята на иномарки сели, постоянно клиентура из богатеньких. В общем, кругом у всех прилично, вот только у них деньги от клиента до клиента, концы с концами то сойдутся, то разойдутся.

– Титова к прокурору! – крикнули издалека.

Илья подошел к ящикам, за которыми сидел следователь прокуратуры, мужчина среднего роста, полноватый, с заспанными глазами.

– Садись, Илья, у меня такая странная фамилия – Гойда, зовут Игорь Федорович. Твои паспортные данные мне известны. – Он поправил лежавшую перед ним папку. – Обычно, Илья, ты приходишь на работу одним из первых, чего сегодня припозднился?

– Я от метро бегу, Игорь Федорович, сегодня ногу слегка подвернул, на тротуар сел, растирал, прошло.

– Бывает. – Следователь пока ничего не писал. – Деньги при Власове нашли. Ты лично сколько давал?

– Сотенную. Мы скинулись ему на подарок, потом решили деньгами выдать, женщине ведь всегда виднее, что купить, – ответил Илья.

– Верно решили, – следователь все не писал и смотрел куда-то в сторону. – Убили явно с целью грабежа, а вот деньги не взяли; считай, такое впервые в моей практике, – Гойда почесал лысину. – Какой грабитель сюда забредет, в вашу мастерскую, ведь никаких дорог мимо не проходит? Сюда разве что пьяный может забрести. Кто же будет в бухарика из пистолета стрелять, когда с него и кирпича достаточно?

Илья легко выдержал взгляд следователя, пожал плечами, ответил:

– Юрка уходил со всеми, и трезвый. Пузырек выпили на всю команду.

– В котором часу? – спросил следователь.

– Засветло, восьми еще не было.

– А убили его после часа ночи, – рассуждал следователь. – Он наверняка домой торопился. Зачем вернулся?

– Делать ему тут было нечего, Игорь Федорович, – уверенно ответил Илья. – У Полоза случается, что задерживаются, так не до ночи же.

– Кто такой Полоз?

– Фамилия такая смешная. Хозяин станции за поворотом, отсюда с километр, наверное, – обстоятельно ответил Илья.

– Убитый с соседями дружил? Ну, не со всеми, хотя бы с кем-нибудь одним? – спросил Гойда.

– Не видел, мы с ними отношений не поддерживаем. Они люди богатые. Сейчас подъезжать начнут, увидите, на каких машинах, – с некоторой завистью сказал Илья.

– Мастера хорошие?

– Какие там мастера! – Илья сплюнул. – Вы, начальник, меня о них не пытайте, не люблю я их, могу и наговорить.

Неподалеку остановилось «Пежо», из него быстро вышел Гуров. Все милицейские сразу подтянулись, Гойда тоже закрыл папку и сказал:

– Ну, Илья Титов, будут вопросы, вызову. Если ты что ненароком вспомнишь, звони мне или в милицию, – и, подхватив портфель, направился к Гурову и его подчиненным.

– Привет законнику и руководителю, – Гуров пожал руку Игорю, старому приятелю.

– Здравствуй, Лев Иванович, – Гойда ответил мягким рукопожатием. – За что-то зацепились, вот за что конкретно, понять не могу.

– Не зацепились, а напрямую вышли на банду убийц и угонщиков, – уверенно сказал стоявший здесь же Станислав. – Правда, некоторая несуразица все же наблюдается.

Гурову вкратце пересказали события прошедшей ночи.

– Мы имеем труп, прострелена голова. Тело обнаружено в нескольких метрах от станции техобслуживания. Это все, больше никаких выходов у нас нет и, как я полагаю, не предвидится, – сказал Гуров, повернулся к Станиславу и спросил: – Или ты что-нибудь утаил?

– Не успел я ничего сказать, а ты уже так яростно решил доказать, что убийство к нашему делу не имеет отношения…

– Так мы тебя слушаем. – Гуров злился на свою категоричность и добавил: – Станислав, я полностью на твоей стороне и не хотел никого обидеть.

– Начнем с мотива. При убитом находилось около тысячи рублей, товарищи скинулись Юрию на подарок по случаю рождения сына.

Гуров болезненно поморщился и заметил:

– Убийство с целью грабежа отпадает.

– Покойный ушел вместе со всеми, значительно позже он вернулся, – сказал Станислав. – Можно предположить, что у него с кем-то была назначена встреча.

– Поздно он вернулся или сравнительно рано, мы не знаем, приблизительно известно только время убийства, а не возвращения, – Гуров взглянул на Станислава. – Я не возражаю тебе, а только уточняю, что является фактом, а что лишь предположение.

По шоссе, у которого стояли сотрудники, пронесся «Мерседес-300», за ним «Ауди-100», следом еще один «Мерседес» подешевле.

– Съезжаются работники соседнего автосервиса. Господин полковник, вы чувствуете разницу? – спросил Гойда.

– Игорь, твоя нелюбовь к богатым людям общеизвестна. Станислав, продолжай, пожалуйста.

Крячко, услышав столь вежливое обращение, чуть не вздрогнул. Он не знал, что Мария накануне отъезда устроила мужу выволочку, обвинив Гурова в высокомерном и даже грубом обращении с подчиненными.

– Пожалуйста, – Станислав слегка поклонился. – В четыре утра мы пустили по следу собаку. Пес уверенно шел от трупа в сторону соседнего автосервиса. Почва каменистая, частично асфальт, интересных следов не обнаружено. Последнее. Парень был убит выстрелом в затылок, почти в упор.

– Врач убежден, что пистолет имел глушитель, – вставил Гойда.

– Человек, пользующийся таким оружием, редко обыскивает карман жертвы, – добавил Станислав.

– Так в какую сторону ушел убийца и где собака потеряла след? – переспросил Гуров.

– Вышел на шоссе, – ответил Гойда.

– Игорь, прошу тебя, приложи максимум усилий и установи связь между жертвой и работниками соседнего автосервиса.

Гуров кивнул и пошел к рабочим, которые так пока и не переоделись и работать вроде не собирались.

– Здравствуйте, – сухо сказал Гуров. – Горе есть горе, беда не ищет человека, она слабая, сама натыкается. Я полковник Гуров, мы будем разыскивать убийцу. Дело дерьмо. Трасса, новостройка, каменистый грунт. Каждый может найти объяснение своей неудачи. Но я гарантирую, что люди будут стараться. Следователь прокуратуры и оперативники зададут вам еще тысячи различных вопросов. Терпите, а если можете помочь, то сами понимаете… Егор Егорович, на станции никогда не появлялось огнестрельное оружие? Никто не предлагал купить?

– Такого отродясь не было, – ответил Рощин. – Следователь всех пытал, не дружил ли Юрка с соседями? Так я вам официально отвечу, что мы такого не замечали. И деньги у нас разные, и водка другая, и девчонки не такие.

– А работники у них хорошие? – спросил Гуров.

– Может, где и получше нас, но спеца класса Ильи у них нет, – Рощин указал на Титова.

– Не прощаюсь, будем видеться. Егор, по дружбе мужской говорю, если ты сегодня лавочку не откроешь, будет только хуже. Поминками позже займетесь.

– Парни, работать! – приказал Егор. – У кого жена посвободнее, пусть к Светке Власовой поедет.

* * *

Хозяин соседней станции Анатолий Иванович Полоз оказался кряжистым седоватым мужиком с откровенно недобрым взглядом. Он стоял набычившись против Станислава и уверенно говорил:

– Убивают по сто раз на дню! Ежели каждый раз работу останавливать, ноги протянешь. Ты мне справку в налоговую инспекцию дашь, что я день не работал?

Станислав широко улыбнулся. Люди, хорошо его знающие, в такой момент старались отойти от сыщика подальше.

– А почему на «ты», Анатолий Иванович? – Улыбка стала еще шире, как в передаче «Куклы». – Почему только день? Я полковник из главка, не простой участковый, я меньше пятнадцати и устраивать стесняюсь.

– Мальцов пугай, ментяра! – И событие утра, и утренний опохмел ударили по нервам Полоза. Он хоть уже и понимал, что едет не в ту сторону, но остановиться не мог.


  • Страницы:
    1, 2, 3