Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Адрес — Лемурия?

ModernLib.Net / История / Кондратов Александр Михайлович / Адрес — Лемурия? - Чтение (стр. 9)
Автор: Кондратов Александр Михайлович
Жанр: История

 

 


      Обратимся к средневековым картам. На карте, составленной турецким адмиралом Пири Рейсом в 1508 году, остров Цейлон показан там, где ему и надлежит быть, у юго-восточной оконечности Индостана. На юго-восток от него изображен остров Тапробана, в несколько раз превосходящий своими размерами Цейлон. Точно так же на знаменитой карте мира фра Мауро возле Индии показан Цейлон («Сайлам»), а к востоку от него — превосходящий размерами «Сайлам» остров Тапробана.
      «От острова Ангаман (Андаманские острова. — А. К.) на юго-запад в тысяче милях остров Цейлон, поистине самый большой в свете. В округе 2400 миль, а в старину он был еще больше, 3600 миль: так это значится на карте здешних мореходов. Дует северный ветер, и большая часть острова оттого потоплена, и стал он меньше, чем в старину», — пишет Марко Поло. Между тем наибольшая протяженность Цейлона с севера на юг — менее 450 километров, а с запада на восток — 224 километра.
      Марко Поло и все другие авторы средневековья неизменно преувеличивают размеры Цейлона., если только и в самом деле речь идет именно об этом острове, а не о «контаминировавшей» с ним земле, именуемой Тапробана. Брат Одорико пишет в своем «Восточных земель описании» о том, что «есть еще такой остров Силлан; в окружности он более двух тысяч миль и на нем бесчисленное множество змей и тьма разных диких зверей, и особенно много слонов». Арабский астроном и географ ал-Баттани сообщает об острове «в крайнем пределе Индийского океана» у «страны ас-Син, называемый Табрубани и это Серендиб, в окружности 3000 миль, напротив ал-Хинда со стороны востока. На нем большие горы, многочисленные реки, оттуда получаются яхонты, красные рубины и небесного цвета сапфиры. Кругом него 59 островов обитаемых, где много городов и деревень».
      Остров Шри-Ланка действительно находится «напротив ал-Хинда», т. е. Индии, «со стороны востока». Однако он не лежит «в крайнем пределе океана», у страны ас-Син, т. е. Китая. Его не окружает 59 островов, населенных многочисленными жителями, и он, разумеется не достигает 3000 миль в окружности.
      Об огромных размерах острова, именуемого Селевида или Тапробана, сообщает «Христианская топография» (середина VI века) византийского купца Козьмы Индикоплова, уроженца египетского города Александрии. Бузург Ибн-Шахрияр в «Чудесах Индии» сообщает, что на острове Серендиб, называемом также Сехиланом, около 100 000 селений.
      Тапробана, по словам историков географических открытий, «удивительно рано» упоминается в трудах античных авторов. Если считать Тапробану идентичной Шри-Ланке, то в этих сообщениях преувеличиваются не только размеры острова и численность его населения, но и расстояние между Шри-Ланкой и Индостаном. Реальный остров Шри-Ланка отделен от материка Манарским заливом и Полкским проливом, шириной около 60 километров и глубиной в 9—13 метров. Полкский пролив пересекает группа коралловых рифов, отмелей и островков, так называемый Адамов мост. Так что от Индии до Шри-Ланки, как говорится, «рукой подать» (в наши дни их связывает паромная железная дорога, проходящая через Адамов мост). Но вот что сообщают о Тапробане античные авторы.
      Эратосфен, человек, первым определивший размеры земной окружности, называет Тапробану островом в открытом океане, находящимся в семи днях пути к югу от самых южных частей Индии. Остров простирается на запад на расстояние «почти в 8000 стадий», т. е. на полторы тысячи километров (длина же Индии определяется Эратосфеном в 16 000 стадий, т. е. лишь в два раза больше Тапробаны).
      Онесикрит, по словам знаменитого географа Страбона, сообщает о Тапробане, что ее величина составляет 5000 стадий (т. е. около тысячи километров), не различая длины и ширины острова, отстоящего, по его словам, от материка на 20 дней пути; корабли здесь плавают с трудом, так как несут слабое парусное вооружение и построены по обеим сторонам без шпангоута в трюмах. Есть и другие острова между Тапробаной и Индией, но Тапробана — самый южный из них. В окрестностях Тапробаны водятся земноводные чудовища, одни похожи на быков, другие — на лошадей, третьи — на прочих земных животных».
      Плиний Старший, знаменитый римский натуралист, в своей «Естественной истории» говорит: «Что Тапробан — остров, стало ясно лишь в эпоху Александра Великого и его похода. Его флотоводец Онесикрит пишет, что там водятся слоны, более крупные и более воинственные, чем в самой Индии, а Мегасфен — что река разделяет остров, жители называют себя палайгонами, и у них больше золота и более крупный жемчуг, чем у индийцев».
      Анний Плокам, вольноотпущенник, живший в I веке н. э. (греческие и латинские надписи с его именем были не так давно найдены археологами на побережье Красного моря), сообщает, что от Тапробаны до ближайшего мыса Индии можно добраться на корабле за четыре дня. На острове 500 городов, причем в главном из них живет 200 000 жителей. В глубине Тапробаны находится озеро окружностью в 375 000 шагов, а на нем «многие острова, пригодные только для выгона скота». Из озера вытекают две реки, одна течет на север, другая — на юг, где впадает в океан тремя устьями, самое широкое из них имеет 15 стадий (3 километра), а самое узкое — 5 стадий (1 километр). Больше всего римляне удивились тому, что тени падали на север, а не на юг, и что «солнце восходит слева, а заходит справа, а не наоборот». Длина «той стороны острова, которая лежит против Индии» определяется в 10 000 стадий (две тысячи километров) в юго-восточном направлении.
      Помпоний Мела, один из крупнейших античных географов, пишет: «Что касается Тапробана, то эту землю можно считать островом, но можно, следуя Гиппарху, предположить, что это — начало другого мира. Такое предположение вполне допустимо: Тапробан обитаем и нет сведений о том, чтобы кто-нибудь обогнул эту землю на корабле».

Ланка, Панхайя, Солнечный остров…

      Собственно говоря, мы изложили почти все сообщения античных авторов о Тапробане. Пожалуй, следует добавить только сообщение автора «Перипла Эритрейского моря», говорящего, что нужен дневной переезд, дабы достичь северной оконечности острова со стороны Индии, а «его южная часть уходит все дальше на запад и почти достигает лежащей против него Азании», т. е. восточного побережья Африки. И если внимательно прочитать описания древних, в глаза сразу же бросится их резкое несоответствие с реальными географическими условиями острова Шри-Ланка.
      На Шри-Ланке нет реки, рассекающей остров на две части; ее реки, текущие с гор, коротки, порожисты, они сильно мелеют в сухое время года. Нет на острове озера окружностью в 375 000 шагов, из которого вытекали бы две реки, на север и на юг, причем южная имела бы огромное устье. На Шри-Ланке никогда не было 500 городов. Плокам сообщает, что тени в Тапробане отбрасываются на юг, а не на север, солнце восходит там не слева, а справа. Значит, остров должен находиться к югу от экватора. Шри-Ланка же лежит между 6–8 градусами северной широты, т. е. на много сотен километров севернее «экваториальной» Тапробаны.
      Размеры Шри-Ланки хорошо известны, площадь острова немногим больше 65 000 квадратных километров. Между тем, по величине Тапробана значительно превосходит Шри-Ланку. Античные авторы говорят о тысяче, полутора, двух тысячах километров — на такую длину, по их мнению, протянулся остров Тапробана на запад, в сторону Африки. Максимальная же ширина острова Шри-Ланка с запада на восток равна всего лишь 224 километрам. Автор же «Перипла Эритрейского моря» полагает, что Тапробана протягивается от берегов Индии почти до восточного побережья Африканского материка!
      Правда, тот же автор называет реальную длительность пути от Индии до острова Шри-Ланка: «дневной переезд». Однако все другие античные источники полагают, что Тапробана лежит в четырех, семи и даже, двадцати днях пути от Индии, т. е. гораздо дальше, чем находится от Индии остров Шри-Ланка.
      Кстати сказать, с подобным явлением мы сталкиваемся в индийском эпосе «Рамаяна». События, описываемые в нем, согласно индийской традиции, гораздо древнее, чем события другого великого эпоса, «Махабхараты» (которые, согласно взглядам современных исследователей, происходили где-то в середине X века до н. э., т. е. около трех тысяч лет назад). Ныне остров Цейлон справедливо переименован в Шри-Ланку, т. е. «Священную Ланку». Под именем Ланки Цейлон упоминается с IV века н. э. В «Рамаяне» описывается завоевание острова Ланка, однако отсюда вовсе не следует, что речь идет о завоевании ариями Шри-Ланки, как предполагали исследователи прежних лет, ибо, как пишет советский индолог П. А. Гринцер в книге «Древнеиндийский эпос», поход героя Рамы «на юг, в Ланку, отмечен в изложении «Рамаяны» заведомо сказочными чертами, а местонахождение Ланки неопределенно и ее идентификация продолжает вызывать споры». Быть может, та легендарная и сказочная Ланка, о которой идет речь в «Рамаяне», в эпосе, отразившем представления, уходящие в глубины тысячелетий, подобно Тапробане античных авторов, является контаминацией Цейлона и какой-то другой земли?
      Возьмем такую деталь. «Рамаяна» говорит, что Ланка лежит далеко в океане, до нее от Индии сто йоджин. Чему равна эта древнеиндийская мера длины, мы не знаем в точности. Известно лишь, что она находится в пределах от 4 до 16 километров. Таким образом, Ланка находится от Индии где-то между 400 и 1600 километрами. Расстояние, в среднем в десять раз превышающее водное пространство, разделяющее Индию и Шри-Ланку! Некоторые исследователи полагают, что Цейлон стали называть Ланкой в подражание «Рамаяне»; другие считают, что отождествление Ланки и Цейлона в эпосе «состоялось, видимо, сравнительно поздно, скорее всего во времена Ашоки (III в. до н. э.), когда Цейлон оказался в орбите внимания правителей Северной Индии».
      Но если в самом деле произошла контаминация Шри-Ланки с какой-то еще землей в Индийском океане, причем находящейся южнее и гораздо большего размера, то что же это за остров Тапробана, или «Ланка»? Прежде чем обращаться к карте Индийского океана, давайте обратимся к тем же античным авторам. В их сочинениях можно найти описания островов в океане, размеры, природа, общественное устройство населения которых гораздо более напоминает Тапробану или сказочную Ланку «Рамаяны», чем реальную Шри-Ланку.
      Выражение «панхайские благоухания» было одним из самых излюбленных в арсенале поэтов античности. Об открытии острова Панхайя сообщает Диодор Сицилийский в своей «Исторической библиотеке». Совершил это открытие грек Эвгемер, плывя на юг от Аравии в Индийский океан. «Что касается самой Панхайи, то остров обладает многими достопримечательностями исторического значения, — пишет Диодор Сицилийский. — Там много различных садов и лугов, с разнообразными кустами и цветами… пальмы с могучими стволами и прекрасными плодами, разных сортов ореховые деревья, приносящие жителям богатое пропитание. Вдобавок ко всему этому там растет в большом количестве виноград разных сортов, лозы его вьются высоко, их переплетения приятны глазу и доставляют радость без приложения труда… Между горами и в других местах страны панхеян живет много разнообразных зверей. Там много слонов, львов, леопардов, газелей и огромное число разных других животных различного вида и удивительной силы… Ничто там не является личной собственностью, за исключением дома и сада, доходы же все сдаются жрецам, которые делят все справедливо, давая каждому его долю, жрецы же одни получают вдвойне…»
      У Диодора описывается и другой остров в Индийском океане, открытый неким Ямбулом. «Ямбул с юных лет питал склонность к наукам, но после смерти своего отца, который был купцом, занялся торговлей. Направляясь через Аравию в страну пряностей, попал он со своими спутниками в руки разбойников. Через некоторое время он вместе с другими спутниками был увезен эфиопскими разбойниками на побережье Эфиопии. Чужеземцев захватили в плен, чтобы принести их в жертву во искупление грехов той страны, ибо в этой области Эфиопии издревле существовал такой обычай, освященный знамением богов. Согласно этому обычаю, через каждые 20 поколений, то есть через 600 лет, два человека отбирались как искупительная, жертва. Для них строили судно средних размеров, которое должно было выдержать морские штормы и могло управляться двумя людьми. В лодку грузили продовольствие, которого должно было хватить двум лицам на 6 месяцев. Затем двум посаженным в лодку людям сообщали, что, согласно велению богов, они должны выйти в открытое море и вести судно на юг. Тогда они попадут на счастливый остров к радушным людям, с которыми будут жить в полном довольствии. Одновременно изгнанникам говорили, что народ Эфиопии будет наслаждаться миром в течение 600 лет, если они благополучно достигнут острова».
      Ямбул и его спутники «вышли в открытое море и после четырехмесячного бурного плавания попали на указанный остров. Остров этот округлой формы, а длина окружности 5000 стадий». Далее сообщается, что климат Солнечного острова весьма умеренный, несмотря на то что «день там всегда столь же долог, как и ночь, и в полдень ни один предмет не отбрасывает тени, так как солнце находится в зените», т. е. остров лежит на экваторе. «Благодаря плодородию острова и умеренности климата плоды произрастают сами собой, в количестве большем, чем им нужно для пропитания».
      Жители острова, которые «не страдают ни от жары, ни от холода», живут «до ста пятидесяти лет, почти никогда не испытывая болезней. Если же кто становится калекой или страдает от физической немощи, то в силу необходимого закона он должен сам уйти из жизни». Своих детей они «воспитывают сообща, обращаясь с ними, как если бы они были родителями им всем, и любят их одинаково. Кормилицы часто меняют младенцев по порядку, чтобы матери не могли знать своих детей. И так как между ними нет никакого соперничества, они. не испытывают общественных несогласий, придавая высокую цену внутреннему правопорядку».
      Ямбул прожил на острове семь лет, затем совершил — четырехмесячное плавание и добрался до материка, только на сей раз не Африки, а Азии, причалив к берегам не Эфиопии, а Индостана.

«Счастливые острова»

      Где находились Панхайя и Солнечный остров, о которых повествует Диодор со ссылкой на первооткрывателей, Эвгемера и Ямбула? В описании этих земель, безусловно, есть сказочные черты, особенно когда речь заходит об общественном строе панхайцев и жителей Солнечного острова. Но подобным же образом описывает Плокам и порядки, установленные на Тапробане: «У них нет рабов. У них не спят утром допоздна или в течение дня, дома не высоки, цены на хлеб весьма одинаковы, нет ни судей, ни наказаний», а «в цари выбирают старца, отличающегося мягким характером».
      Из истории известно, что в древности были попытки установить «царство справедливости» на земле — вспомним хотя бы «Солнечное государство», которое создали в тридцатые годы III века до н. э. восставшие рабы Пергама (Малая Азия) под руководством Аристоника. С другой стороны, равноправие в племенах с первобытно-общинным строем, живущих на многих островах Индийского океана, могло дать античным авторам пищу для их фантазии.
      А может быть, все эти острова вообще являются плодом фантазии? «В философской литературе развился специальный жанр утопического философско-географического романа, целью которого было изображение справедливого социального порядка, существующего на каком-либо экзотическом и изолированно расположенном в океане острове, — пишет советский историк Л. А. Ельницкий в книге «Древнейшие океанские плавания». — По мере развития нового жанра и углубления его социально-утопической стороны, в нем все более экзотические и яркие краски приобретала географическая сторона. Об этом свидетельствуют такие произведения, как «Священная летопись» Эвгемера, в которой описывается чудесный остров Панхайя, и «Государство Солнца» Ямбула, написанные в III в. до н. э. и известные лишь по краткому пересказу Диодора. И о. Панхайя у Эвгемера и Солнечный остров у Ямбула находятся где-то к югу от Аравии среди вод Индийского океана и своими природными условиями соответствуют островам Мадагаскар или Цейлон, о которых после походов Александра Македонского и плавания Неарха, в эпоху написания рассматриваемых нами произведений, должны были проникнуть в географическую литературу различные полуфантастические сведения».
      Английский историк географических открытий профессор Дж. О. Томсон считает, что Солнечный остров — наивная и бессмысленная утопия, отдельные же черты в его описании навеяны слухами о Шри-Ланке. Эвгемер при описании Панхайи брал живописные подробности «где ему заблагорассудится, в том числе и относящиеся к Цейлону, который и после был известен своим «благоухающим воздухом».
      Однако тот же Томсон признает, что описание Панхайи и ее обитателей «выдержано в достаточно трезвых тонах» и это «придает вескую убедительность» открытию Эвгемера. В описании же Солнечного острова мы находим такие детали, которые никак не могли быть выдумкой Ямбула.
      Сочинители утопий стараются придумывать подробности, которые должны убедить читателей в том, что рассказанное не выдумка, а описание реальной страны. — Томас Мор помещал свою Утопию в малоизвестной в его эпоху Южной Америке. Свифт свою «страну великанов» поместил в той части Тихого океана, которая была для его современников «белым пятном». Но почему Ямбул, поместив свой Солнечный остров далеко на юге, говорит о его мягком климате? Согласно всем античным теориям, климат, чем дальше к югу, тем все жарче и жарче, а жизнь становится невозможной из-за жары. Это обстоятельство — мягкий климат острова, лежащего далеко на юге, — больше всего смущало Диодора Сицилийского, передававшего рассказ Ямбула. Между тем на островах, лежащих в Индийском океане в этом районе, климат и в самом деле мягкий. Ямбул не стал бы придумывать столь неправдоподобную, с точки зрения своих современников, людей античной культуры, деталь, дабы придать повествованию достоверность.
      Еще более «недостоверная», с точки зрения его современников, а на самом деле удивительно правдивая деталь в рассказе о Солнечном острове — это сообщение о письме, которым пользуются его жители, «весьма сведущие в науке о звездах». Они, по словам Ямбула, «не пишут поперечными строчками, как мы, а вертикально, сверху вниз… У них имеется 28 звуков, однако лишь 7 знаков, каждый из которых может быть, изображен в 4 разных вариантах».
      Мир античности такого способ письма — сверху вниз — не ведал. Однако он широко распространен на Дальнем Востоке, в странах Юго-Восточной Азии и на Мадагаскаре, куда его занесли жители Индонезии, населившие остров около трех тысяч лет назад и неоднократно посещавшие его в более поздние времена.
      Может быть, Солнечный остров — это и есть Мадагаскар? Так полагают некоторые исследователи. По их мнению, «указание на то, что остров имеет в окружности 5000 стадий (1000 км) и что 7 островов в совокупности составляют архипелаг, не противоречит отождествлению его с Мадагаскаром. Путешественники могли принять устья рек за морские рукава, чем и объясняется преуменьшение размеров острова». Немецкий исследователь Лассен отождествляет Солнечный остров не с Мадагаскаром, а с островом Явой, лежащим на противоположном конце Индийского океана, в Индонезийском архипелаге.
      Однако сами античные авторы указывают иное расположение Солнечного острова: не на крайнем востоке или западе Индийского океана, а где-то в его центре. Плиний же считает, что Солнечный остров находится между Индией и Тапробаной, в широком проливе, разделяющем эти земли (конечно, им никак не могли бы быть рифы и островки Адамова моста между Индостаном и Шри-Ланкой). О «Солнечном острове» говорится в эпосе «Рамаяна». Помпоний Мела в своем сочинении «О положении Земли» пишет: «Напротив устья Инда лежат так называемые Острова Солнца. Острова эти необитаемы: всякий, кто вступит на их землю, в тот же миг задохнется — таков напор разлитого здесь воздуха».
      Конечно же, это описание «Островов Солнца» не соответствует описанию, данному Ямбулом, совпадают лишь наименования. Зато в описании островов, именуемых «Счастливыми», «Золотыми», «Блаженными», можно найти много общего с описанием Солнечного острова, причем острова эти были известны индийским, арабским, античным географам.
      Название острова Сокотра, вероятно, происходит из древнеиндийского «Двипа Сукхадара» — «Земля, дающая счастье», т. е. «Счастливый остров». В описании «Счастливых островов» возле Аравии мы находим черты, характерные для Солнечного острова и Панхайи: они также наполнены благоуханием, жители здесь не знают бедствий и т. п. Между тем о реальной Сокотре, именуемой Диоскоридой, автор «Перипла Эритрейского моря» сухо сообщает, что остров этот «очень велик, но почти необитаем, хотя и богат водой; на нем есть реки и крокодилы, очень много змей и очень большие ящерицы, мясо которых едят, а жир топят и пользуются им как оливковым маслом; плодов же этот остров не приносит никаких — ни винограда, ни зерновых. Немногие жители его живут на одной его северной стороне, там, где она обращена к материку; это население пришлое и смешанное из арабов и индийцев, и даже греков, выехавших сюда для торговых дел».
      Столь же кратко и сухо сообщает о Сокотре арабский географ Масуди: «На нем произрастает сокотрийское алоэ. Он расположен между страной зинджей (т. е. Африкой. — А. К.) и страной арабов. Большая часть его жителей — христиане». Как видите, ничего от «Счастливого острова» тут нет. Вероятно, мы имеем дело с очередной контаминацией: на реальную Сокотру переносились черты, свойственные легендарным «Счастливым островам», и только хорошо осведомленные географы избегали этой ошибки и описывали Сокотру такой, какой она на самом деле была.
      С подобными же явлениями мы сталкиваемся при описании и других островов в Индийском океане. Бузург Ибн-Шахрияр пишет об острове «Андаман Великий». Реальные Андаманские острова населены людьми, и по сей день живущими в каменном веке. Между тем в «Чудесах Индии» говорится, что на Андамане Великом «есть большой золотой храм. В нём находится гробница, которую особенно почитают туземцы, они и этот золотой храм возвели из благоговения к ней… Никто из побывавших на этом острове не возвращался к нам назад».
      Помпоний Мела пишет, что «близ мыса Тамус находится остров Хриса, а неподалеку от устья Ганга — Аргира. Согласно старинному преданию, почва Хриса содержит золото, а почва Аргиры — серебро. Очевидно, что либо острова названы по этим свойствам, либо, наоборот, названия их послужили источником для предания». Арабские географы сообщают об острове Яхонтов, Джазират ал-Йакут, расположенном у экватора, или острове Драгоценных камней, Джазират ал-Джуакар. К северо-западу от мыса Амбр на Мадагаскаре помещают они «Блаженные острова». Но, пожалуй, еще более интересны сведения арабских географов о «центре земли», находящемся на экваторе. Посреди Индийского океана, между Эфиопией и Индостаном, лежит остров, на котором находится «Купол земли» — Арин.
      Академик И. Ю. Крачковский объясняет происхождение этого представления о «Куполе земли» так. По теории древних ученых, долготы отсчитывались от меридиана, проходившего через центр обитаемой земли. Таким центром является остров Ланка, расположенный на экваторе, «где равны день и ночь» (Шри-Ланка, как известно, лежит несколькими сотнями километров севернее; неизвестно, то ли это ошибка астрономов древности, то ли «контаминация» современной Шри-Ланки и загадочной Ланки-Тапробаны). Точка, в которой экватор и меридиан, проходящий через центр обитаемой земли, пересекаются, была названа арабскими астрономами и географами «Куполом земли» или просто «Куполом». Остров Ланка, «не сохранивший у арабов своего индийского названия, был по недоразумению перенесен ими к западу, тоже на экватор, но в их представлениях посередине между Индией и Абиссинией», — пишет Крачковский.
      Так это или нет, известно одно: именно здесь, в Индийском океане, средневековые европейские ученые и философы помещали не только «центр земли», но и земной рай, а некоторые путешественники даже пытались отыскать этот «земной рай», и побывать там!

Поиски рая земного

      В средние века Библии верили свято. Верили, что помимо рая небесного есть и рай земной — то ли где-то на западе, то ли на востоке. Причем большинство придерживалось именно «восточного адреса» этого рая. Как писал Христофор Колумб повелителям Испании, Фердинанду и Изабелле, если «некоторые язычники желали доказать путем допущений, что земной рай находился на Счастливых островах, которые ныне называются Канарскими и т. п., Исидор, Беда, Страбон, магистр схоластической истории Амвросий, Скотт и все ученые-богословы полагают, что рай земной находится на востоке».
      Действительно, святой Исидор Севильский, богослов и географ VII века; английский историк церкви и богослов, комментатор Ветхого и Нового Завета, живший в 637–735 гг., Беда Достопочтенный; «магистр схоластической истории» и комментатор Библии Петр Коместор; архиепископ Амвросий, один из «отцов церкви», живший в IV веке; богослов и философ XIII века Дуне Скотт — все эти столпы средневековой мысли помещали земной рай на востоке.
      Правда, точного местонахождения его они не указывали. Зато это охотно делали другие средневековые авторы, лучше, чем святые ученые мужи и схоласты, знакомые с географией. Например, Филострог, византиец, живший в IV–V вв. н. э., в своем главном труде «История церкви» упоминает остров Див и остров Тапробан. «Под островом Тапробан он, вероятно, подразумевает Цейлон — пишет Н. В. Пигулевская в монографии «Византия на путях в Индию», отметив, впрочем, что «Дива или Селедива — наименования острова Цейлон, как это известно из всей ранней византийской литературы», и в таком случае «под островом Див он может подразумевать остров Сокотру». По мнению Филострога, земной рай находится «против острова Тапробана» и омывается «внешним морем», т. е. водами Мирового океана, окружающего всю земную твердь. В земном раю «все наилучшее» порождается прекрасным воздухом и прозрачными водами, несмотря на то, что страна находится в жарком тропическом поясе (вспомните Солнечный остров и Панхайю).
      Правда, соотечественник и современник Филострога Козьма Индикоплов решительно отвергал существование рая на земле, что лежит напротив острова Тапробана. Зато флорентиец Джованни Мариньоли, епископ Базиньянский, считал, что ему довелось побывать в каких-то сорока милях от Эдема! В конце XIII столетия епископ, посланец папы Бенедикта XII, направился из Южной Аравии «морем на Сейллан (т. е. Цейлон. — А. К.), великую гору, что лежит против рая, а от Сейллана до рая, как уверяют местные жители, ссылаясь на предания отцов своих, — сорок итальянских миль. Так что, говорят они, слышен здесь шум вод, текущих из Райского ключа».
      Мариньоли даже посвятил специальную главу описанию земного рая, места на земле, окруженного океаном, в восточной стороне «против горы Сейллан». Это место — высочайшее изо всех мест, достигающее, «как доказал Дуне Скотт», лунной сферы и «удаленное от всея смуты, с воздухом мягчайшим и ясным, а посредине бьет из земли ключ и орошает рай и все деревья его, а они дают лучшие плоды на усладу взору, ароматные и нежные, и идут они в пищу людям. А ключ райский сходит из горы и питают его воды озера, которые философы называют озером Евфират».
      На острове Шри-Ланка есть гора, именуемая Адамов пик, высота которой равна 2243 метрам. Мариньоли считает, что «наш прародитель обосновался здесь после изгнания из рая, который находится по соседству». Описание же рая — острова, посередине которого находится озеро, заставляет нас вновь вспомнить Тапробану, «двойник» острова Цейлона-Ланки. Ароматы земного рая, его плоды и прочие прелести отвечают тем красотам и благам, которыми наделяли Солнечный остров, Панхайю и другие «Счастливые», «Золотые», «Блаженные» острова в Индийском океане античные и средневековые географы.
      Миссионер Журден де Северак в своем «Описании чудес, что в Индии Наибольшей», составленном в 1329 году, сообщает, что «между Индией и Эфиопией, ближе к востоку, расположен- рай земной и из него вытекают четыре райские реки, а в этих реках великое множество драгоценных камней и тьма золота». Наконец, о том, что ему удалось побывать неподалеку от рая земного, сообщает монархам Испании Христофор Колумб.
      Колумб, как известно, был уверен, что открыл западный путь к берегам «Индий». Обнаружив устье могучей южноамериканской реки Ориноко в 1498 году, он посчитал ее одной из рек, вытекающих прямо из рая. «Если же не из рая вытекает эта пресная вода, то это представляется мне еще большим чудом, ибо я не думаю, чтобы на земле не знали о существовании такой большой и глубокой реки». Правда, сам Колумб не делал попыток достичь того места, откуда вытекает Ориноко. «Не потому, что невозможно было бы добраться до наиболее возвышенного места на земле, не потому, что здесь непроходимы моря, а поскольку я верю — именно там находится рай земной, и никому не дано попасть туда без божьего соизволения».

От Колумба до шумеров

      Итак, представление о земном рае, находящемся на востоке, разделял Христофор Колумб, и оно сыграло свою роль в открытии Америки. Как отмечает академик Крачковский, гениальный Данте, «многим обязанный мусульманской традиции, как выяснилось в XX в., помещал свое «чистилище» на горе в западной полусфере южного полушария, как бы в параллель старым христианским представлениям о том, что земной рай расположен на крайнем востоке земли, где-то за морями». Представление о «земном рае», о «Куполе Арин», центре мира, исчезло в Европе лишь после кругосветного плавания Магеллана. Корни же этого представления, как можно заметить, уходят к очень древним представлениям, теряющимся в глубинах тысячелетий.
      Древнейшие письменные тексты нашей планеты найдены в земле Двуречья. Создателями их были шумеры, преемники культуры убаидцев. В Музее Пенсильванского университета в Филадельфии хранится табличка шумерского мифа «Энки и Нинхурсаг» (а бог Энки, как вы помните, имеет не шумерское, а убаидское происхождение!). Поэма записана клинописными знаками и насчитывает 278 строк, размещенных в шести колонках (меньшую копию этой же таблички удалось найти в собрании Лувра в Париже). В мифе описывается страна Дилмун, лежащая к востоку от Шумера. И в описании этом нетрудно найти черты библейского рая.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12