Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Компьютерра (№255) - Журнал «Компьютерра» № 1-2 от 16 января 2007 года

ModernLib.Net / Компьютеры / Компьютерра / Журнал «Компьютерра» № 1-2 от 16 января 2007 года - Чтение (стр. 6)
Автор: Компьютерра
Жанр: Компьютеры
Серия: Компьютерра

 

 


Например, какие?

— Недавно Vodaphone отчитывался о том, что ожидания по поводу мобильности услуг 3G не оправдались. Оказалось, что девяносто процентов пользователей высокоскоростных услуг связи третьего поколения живут в крупных городах, и лишь десять процентов из них пользуются услугами подвижно. Ведь 3G по сравнению с WiMAX даёт преимущество в мобильности, а из этого отчёта фактически следовало, что мобильность пользователям не очень-то и нужна. Поэтому в России мы можем, не распыляя сил и средств, начать с городов-миллионников в европейской части, сосредоточившись на бизнес-центрах.

Мы говорим о том, что 3G надо дифференцировать с точки зрения дополнительных возможностей, основанных на высокоскоростной передаче данных, а не на голосовых услугах.

Получается, что в какой-то степени 3G в России будет конкурировать с WiMAX?

— Знаете, о конкуренции говорить трудно, поскольку технологии находятся несколько в разных сегментах. Хотя на первый взгляд HSPA даёт порядка десяти мегабит на абонента и WiMAX даёт примерно столько же. Соответственно, возникает мысль о противоборстве, равно как и при взгляде на пару 3G (без HSPA) и EDGE. Однако надо понимать, что WiMAX — это всего лишь технология увеличения скорости в радиоканале. 3G, в свою очередь, концепция более широкая, и радиодоступ является лишь одной из её составных частей. Мы говорим о том, что успешный старт 3G возможен только в связке с услугами. Поэтому 3G включает в себя, к примеру, IMS (cм. сноску 1. — Прим. ред.). Это специальные платформы, технологии и стандарты, которые решают одну общую задачу — вывести услуги связи на качественно новый уровень. Тот же SIP вообще никакого отношения к радиодоступу не имеет, однако является частью стандарта 3G.

Поэтому 3G — это даже, наверное, не стандарт, а концепция построения сетей, которые будут иметь существенно лучшие показатели в радиоинтерфейсе, существенно иные опорные сети, другие платформы услуг. И, на мой взгляд, рано или поздно произойдёт конвергенция различных сетей радиодоступа, каждая их которых будет решать свою задачу. WiMAX, обладающий потенциально большими скоростями, будет востребован в тех же бизнес-центрах, где подвижность не так критична. 3G будет решать задачу покрытия высокоскоростными услугами больших территорий. CDMA-2000 решит задачу ещё более широкого покрытия. Но в итоге все технологии будут объединяться под единую концепцию универсальной услуги с единым профилем абонента. Неважно, какой сетью ты пользуешься, — набор услуг остаётся тем же. Простой пример: мы идём по улице, говорим по мобильнику и пользуемся сетью 3G. Входим в офис, где есть покрытие Wi-Fi, телефон автоматически (и незаметно) переключается на него. Конвергенция — это основная тенденция.

Звучит красиво, но ведь в России ARPU — у разных операторов и по разным данным — составляет порядка 7—9 долларов на абонента. Насколько выгодно инвестировать в 3G во имя жалких по европейским меркам сборов? Ведь цена оборудования остаётся ровно той же, вне зависимости от географии.

— Мы говорим, что новые возможности 3G будут не отрывать кусок от уже сформированного рынка услуг на базе GSM, но формировать новые сегменты. В частности, если говорить об ARPU в целом, то он действительно довольно низок. Но если всмотреться в его структуру, мы обнаружим две важные составляющие части — голосовые и неголосовые, value-added, услуги. К примеру, опыт голландского KPN показывает, что запуск 3G позволяет увеличить value-added составляющую на 50 процентов. А после того, как в дополнение к 3G запускаются усовершенствованные технологии радиодоступа HSPA/HSUPA, позволяющие сделать разницу с EDGE ещё более заметной (скорость до 7,2 Мбит/с), доля неголосовых услуг в ARPU увеличивается на все сто процентов. Если сейчас у «Мегафона», самого успешного с этой точки зрения оператора, доля value-added составляет 14 процентов, то, экстраполируя практику KPN, после запуска 3G на долю неголосовых услуг придётся 21 процент. После же запуска HSPA/HSUPA можно будет говорить о 30 процентах — и это с учётом того, что голосовых услуг никто не отменял, просто человек начинает пользоваться и другими возможностями общения и развлечений. И это уже вполне серьёзные по европейским меркам показатели.

А появятся ли с переходом на 3G безлимитные Интернет-тарифы в сетях мобильной связи? Что-то в последние годы нас операторы ими не балуют.

— Знаете, все ругаются, что в Новый год все сети в Москве перегружены. Но это не только у нас. Например, в Саудовской Аравии у оператора Etisalat сети традиционно «падают» во время хаджа, когда пятьдесят миллионов людей собирается на узких улочках и начинают активно общаться. У нас почему-то считается, что проблемы с качеством связи вызваны недостаточными инвестициями и стремлением операторов сэкономить на каждом коммутаторе. Но ведь в той же Саудовской Аравии деньги считать не привыкли. На самом деле проблема в том, что радиочастотный ресурс в Москве уже давно исчерпан, и сколько ни инвестируй в сеть GSM, она не способна будет обслужить пиковые нагрузки. Когда мы говорим, что в GSM/EDGE невозможно сделать нормальные безлимитные тарифы, на самом деле проблема исключительно в ограниченных возможностях самой технологии. Я не рискну утверждать, что как только в Москве появится 3G, сразу же введут дешёвую «безлимитку». Однако надо понимать, что сети третьего поколения обладают гораздо большей радиоэффективностью. На один сектор в GSM/EDGE можно предложить 1+3 канала для беспроводного пакетного доступа и максимальной скоростью 384 кбит/с. В UMTS (с HSUPA) уже сейчас можно предложить 7.2 Мбит/с, и таких абонентов в секторе может быть до шестидесяти пяти. То есть спектральная эффективность совсем другая. Имея такой ресурс, можно ввести и безлимитные тарифы. Тот же SkyLink (CDMA 2000) уже такие тарифы, к слову, предлагает.

Кстати, а как насчёт конкуренции между UMTS и CDMA 2000?

— Знаете, делать прогнозы, не зная планы операторов, выходящих на рынок с решениями 3G и WCMA, очень сложно. Фактически цель SkyLink на сегодняшний день — привлечь определённую группу абонентов, готовых платить за высокоскоростной доступ. Если операторы большой тройки, получившие лицензию 3G, выберут такую же стратегию, пойдёт качественное сравнение, и тут уж победит тот, кто придумал рекламу интереснее, больше моделей на выставках привлёк и кто предложит лучшее сочетание цены и качества. Если стратегия развития 3G будет принципиально иной — например, с первой же фазы обеспечить национальное покрытие, SkyLink может занять определённую и довольно узкую нишу, а 3G станет массовым решением. Ничто же не мешало существовать NMT-операторам и GSM, к тому времени уже признанным национальным стандартом. Все были доходными, а некоторые — даже прибыльными…

И ещё: ничто же не мешает CDMA 2000 помочь восьмидесяти процентам людей, пока не имеющих доступа в Интернет, решить эту проблему. С учётом наших географических особенностей беспроводные технологии могут быть неплохим выходом.

Но ведь даже они не позволят обойти другое ограничение. Ведь многие областные центры соединены с Москвой каналом общей шириной в два-три мегабита…

— С одной стороны, да. С другой — технологии сделали большой качественный скачок вперёд. Например, технология спектрального уплотнения в оптических сетях (DWDM) позволяет заметно повысить эффективность передачи данных. Есть ещё технология распределённой коммутации, благодаря которой можно сократить количество потребных каналов. Новые технологии построения IP-сетей, так называемый NG-Интернет… Наверное, в одиночку оператору трудно будет все это построить, но, не начав строительство, мы рискуем так и остаться с двухмегабитными каналами. Интернет в каждый дом — это неизбежно. Скажем, через пятнадцать лет у нас не будет такой темы для беседы. Вопрос только в скорости его проникновения. Работы по развитию упомянутых выше технологий уже ведутся, но довольно разрозненно, а появление сетей 3G даст толчок консолидации усилий. Иначе мы рискуем отстать и оказаться на обочине прогресса.

Я правильно понимаю, что Huawei, как девочка-отличница из детского стихотворения, дружит и с той, и с другой, и с третьей технологиями будущего?

— Да, мы не делим операторов на более или менее приоритетных. Это показывают и наши финансовые результаты. Например, на долю Huawei приходится шестьдесят процентов всех закупок оборудования SkyLink. Мы строим практически всю Сибирь и Дальний Восток для МТС и «Мегафона». Поэтому с приходом 3G мы не будем вставлять палки в колёса другим технологиям.

Сергей, а ведь сейчас 3G трудно назвать вершиной прогресса. Есть уже так называемое 3.5G, не за горами 4G — может быть, нам перескочить ступеньку и сразу перейти на них?

— Начнём с того, что ITU сформировало спецификации 3G, существует рынок услуг, и никаких недоразумений тут быть не может. Что такое 3.5G, стало известно года два назад; благодаря открытым дискуссиям на форумах мы узнали, что есть технология с более продвинутыми возможностями. Однако чётких всеобъемлющих спецификаций на стандарты, входящие в 3.5G, пока нет, или же эти стандарты закрыты совсем недавно. Взять тот же мобильный WiMAX (802.16e) — с его закрытия ещё и года не прошло. Кроме того, 3G — реальная вещь. Можно получить лицензию и развернуть сеть хоть завтра. А 3.5G и 4G — во многом бумажные. В лабораториях что-то работает, но коммерчески готовых продуктов для массового внедрения просто не существует. И я думаю, что это ещё долго будет сдерживающим фактором при выборе той или иной технологии.

А в каком направлении идут улучшения 3G? Куда ещё расти? Неужели все борются за естественность тембра голоса и наращивание скоростей, которое не каждому нужно?

— Разработчики стремятся повысить радиоэффективность с точки зрения пакетной передачи данных. Скажем, в Южной Корее, где GSM-сетей нет вообще, сети развиваются на базе той же технологии, которую использует SkyLink. То есть это сети CDMA 2000, прошедшие несколько стадий эволюции. Это позволяет корейцам говорить, что у них уже почти 4G, но на самом деле речь идёт о модернизированной сети третьего поколения. Можно, конечно, сказать — давайте не будем ничего строить, а потом сразу на 4G перейдём. Но это значит, что мы отстанем от мирового сообщества и не сможем своевременно расширить спектр услуг связи.

Хорошо, давайте, как в самом начале разговора, представим, что у нас заработала сеть 3G. До этого человек мог себе позволить общаться по мере потребностей и платить 10-15 долларов в месяц. С переходом на третье поколение, при условии пользования тем же набором услуг, его затраты останутся прежними или подрастут?

— Разумеется, в условиях либерализованного рынка заставить человека платить больше за то же самое не сможет ни один самый изощрённый маркетолог. Если же его попытаются заставить это сделать, он останется в GSM: лицензионное соглашение никто не отменял, сети закрыть невозможно, и оператор будет вынужден оказывать прежний набор услуг. Так что если ставить задачу повышения ARPU, это следует делать, базируясь на дополнительных возможностях. Что-то должно измениться — и серьёзно.

Есть и другой вопрос — будет ли возможность у оператора, сделав инвестиции в развитие сетей, предоставить абоненту те же самые услуги по цене не выше, чем в GSM? Ответ довольно простой и подтверждённый практикой. По показателям покрытия сети UMTS практически совпадают с GSM1800. Известная претензия, мол, 3G работает в более высоком, двухгигагерцовом корневом диапазоне, что приводит к меньшему радиусу покрытия, компенсируется тем, что используется более совершенная технологическая платформа, базирующаяся на кодовом разделении доступа и способная различать сигналы ниже уровня шума. К тому же есть определённые технологии, заложенные поставщиками, вроде разнесённого приёма и передачи, малошумящих усилителей и приёмников — в комплексе все это позволяет нивелировать ограничения, налагаемые повышением спектра рабочего диапазона частот. В итоге голосовое покрытие — по количеству необходимого оборудования — даже более эффективно, чем в сетях GSM. Поэтому я думаю, что цена минуты голоса не возрастёт — как по экономической целесообразности, так и с точки зрения окупаемости инвестиций.

Сергей, как вы думаете, когда закончится свистопляска стандартов и у нас останется какое-то одно "ж"?

— Думаю, что технология беспроводной связи будущего пока не изобретена. Со временем останется только одна суперэффективная радиотехнология, способная эффективно решить все задачи голосового покрытия и передачи данных. Но это вопрос нескольких десятилетий. А наши внуки ещё посмеются над впечатляющими нас возможностями 3G.

ГОЛУБЯТНЯ: Please kindly give…

Автор: Сергей Голубицкий

…crack of Bejeweled2 to me — фраза, отловленная вчера на форуме сорокапятиградусников по наладонному софту. «Фраза как фраза, чего привязался?» — буркнет окказионально забредший на культур-повидло читатель. «Вот уж не скажите!» — заподозрит неладное заматерелый завсегдатай наших тягучих экзерсисов. И будет прав: приведённая фраза — культурологический Клондайк.

За что же зацепился намётанный глаз филолога? Разумеется, не за тавро «Made in China», видное за версту по характерной примете — гипертрофированной вежливости: «Не будете ли вы так любезны дать мне…» Читатели наверняка помнят описания китайских бакунианских форумов, на которых все треды строятся по единому сценарию: пост с описанием программы и «лекарством от жадности» в приложении, за которым следует две-три сотни одинаковых реплик: «Thank you very much for sharing!»

Культурологическая зацепка обсуждаемой фразы скрывается в её окончании: «… крэк игрушки Bejeweled2». К сожалению, перевод полностью убивает смысловое напряжение оригинала, поэтому придётся грубо разжёвывать. Цимес — в предлоге of, который в нормальном английском языке передаёт отношение притяжательности (принадлежности). На том же нормальном английском языке «крэк игрушки Bejeweled2» звучит как «crack to Bejeweled2» или «crack for Bejeweled2», то есть «крэк к игрушке», «крэк для игрушки», но никак не «crack of Bejeweled2». Последняя фраза декларирует принадлежность крэка самой игрушке — чуете, куда клоню?

Елы-палы, куда ж яснее: в голове китайского человечка, отписавшего на форум наивную заяву, «крэк для игрушки» давно переродился в «крэк игрушки», то есть составную, неотъемлемую часть оригинального софта! Такое вот неожиданное культурологическое напряжение у простенького предлога of.

Отнеситесь к моей филологической ковырялке с серьёзностью: на наших глазах происходит реальная революция в сознании пользователей, которые начинают воспринимать средства преодоления защиты софтверного кода не в качестве маргинального добавления, а как само собой разумеющуюся его составляющую. «Crack of Bejeweled2» — сдохнуть можно!



Раз уж речь зашла о форумах, не могу удержаться, чтобы не привести интересный пост из компьютерровского треда, посвящённого «Вымени быка»: «Говоря о „пиратоборцах“, Вы почему-то совершенно упускаете из виду, что они в основном (по объёму денежной массы) состоят из посредников между музыкантом и слушателем. „Гиганты звукозаписи“ ведут ожесточённую войну, сражаясь за деньги своих клиентов-музыкантов? Полноте. Так можно сражаться только за свои последние деньги. Договоры музыкантов с лейблами — это форменный грабёж артистов, причём на кабальных условиях. Так что кого звать пиратами — ещё вопрос. Понятно, что с появлением Интернета эти рабовладельцы от искусства поняли — им конец. Они становятся просто лишними в финансовой цепочке творец — слушатель. Думаю, если вычесть из сегодняшней стоимости музыки маржу посредников, то цена окажется на уровне allofmp3.com, если не ниже. Оптимизация финансового потока может принести обществу массу приятно-полезных бонусов. Например: поскольку лейблы прокачивают финансовый поток, то они заинтересованы в его толщине (читай: в количестве исполнителей). Выключим краник посредникам — и куча паршивых групп исчезнет. А что поделаешь — закон рынка. Разумеется, вышесказанное касается не одной музыки, а искусства вообще».

Не успел я зачитать до конца читательский пассаж Козловскому, как в телефонной трубке раздался недетский хлопок по пожилому лбу: «Абсолютно точно!!! Я так и не получил ни копейки ни за один из четырех изданных на DVD моих фильмов!» Со своей стороны могу добавить, что привнесение в дискуссию о посредниках и пиратах студий грамзаписи далеко не однозначно по трактовкам и выводам. Проблема в том, что цепочка «творец — слушатель» никогда бы в жизни не состоялась, не вложись эти самые студии грамзаписи десятками миллионов рекламных долларов по самый бемоль-бекар. Подавляющее большинство современных музыкантов, обделённых талантами природой и богом, стали известны слушателям исключительно усилиями своих «поработителей», без раскрутки которых «творцы» так и продолжали по сей день веселить корявыми аккордами и сиплым хрипом котов, пенсионерок и «девчонок нашего двора» — этих карикатурных завсегдатаев родной рабочей слободки (будь то в Ливерпуле, Днепродзержинске или Бронксе). Вот потому-то студии-"поработители" имеют законное право на львиную долю прибыли от продаж раскрученной до бесстыдства бритневой спирсни.

Ну и разнесло же сегодня культур-повидло — как на дрожжах! Ладно уж: можно и расслабиться чуток к концу года. Как-никак, середина декабря, период фебрильного цикла закупочно-подарочного припадка. О том, как протекает мой персональный цикл, поведаю в следующей колонке, пока же затворю небольшой почтовый должок: сразу четыре читателя поинтересовались в личку [Господи, как же я ненавижу это выражение! Ну да ничего не попишешь: читатель обязан знать матку в лицо!] метафорой «гамачно-вертикального коитуса» — что, типа, имелось в виду?

Полагаю, первоисточник давно уже превратился в общее место: это бородатый анекдот про юношу, пребывающего в мучительном поиске достойного места в жизни и потому воспринимающего любое глубокое и серьёзное чувство исключительно через призму «акваланга, ласт, гамака и стоя». К этой оригинальной трактовке могу лишь добавить интерпретацию в контексте заглавной темы «Голубятен» — программного обеспечения. Посему предлагаю вашему вниманию театральную зарисовку на тему «софтверного гамачно-вертикального коитуса».

Итак, полночь, на сцене кровать, в кровати — истощённый эпистолярным зудом, немолодых лет голубидзе. Отходя ко сну, голубидзе собирается послушать аудиокнигу Эдварда Гиббона «История упадка и крушения Римской империи». Послушать на новом наладоннике — Dell x51v.

Так уж сложилось, что под аудиокниги я давно приспособил программу Pocket Music, которая пользуется совершенно непонятной популярностью в среде наладонной братии. Мне лично Pocket Music никогда не нравилась из-за провинциальной аляповатости интерфейса и чудовищных тормозов, встроенных, кажется, во все её софтверное естество: нет такого процесса в Pocket Music, который бы не запускался по полчаса. Единственным достоинством программы является её умение обслуживать закладки — штука незаменимая при прослушивании звуковых книг и, увы, отсутствующая в лучшем бесплатном mp3-плейере для Pocket PC — GSPlayer.

Короче говоря, запускаю я Pocket Music, установленный неделю назад на x51v, и вместо Гиббона вижу фигу в виде системного сообщения: «Вы используете незаконный регистрационный номер» — хлобысь! — и гадёныш захлопнулся. В голове вяло коагулирует спасательный круг мысли: «Нужно сходить на форум сорокопяточников и взять новый генератор ключей». Тут-то и началась гамачно-вертикальная вакханалия, высосавшая ДВА С ПОЛОВИНОЙ часа из моей жизни.

Для того чтобы пойти на китайский форум, нужно вспомнить логин и пароль, которых, ясен перец, нет на новом КПК. Запускаю совершенно незаменимую программу z2 Remote2PC Client, которая по каналу Wi-Fi выводит на экран наладонника десктоп ББ (то есть «Большого Брата» — моего ноутбука), запускаю на ББ Roboform, нахожу реквизиты форума, захожу к жёлтым братьям, загружаю киген на Dell.

Киген, однако, упакован в RAR и, ессно, по умолчанию на КПК не распаковывается. В полудрёме натужно пытаюсь вспомнить, как же называется RAR под Pocket PC? Ах да — PocketRAR! Ищу полезную фривару в Сети, но все ссылки (включая авторский оффсайт) ведут на exe-инсталлятор, который надлежит запускать на ББ, а затем перекидывать на КПК через ActiveSync. Иными словами, нужно вылезать из тёплой постели посреди ночи и чохать в кабинет, рискуя свернуть голову, споткнувшись о лежащую в коридоре леонбергерскую свинью. Нет уж, дудки! Буду бороться до последнего!

Пятнадцать минут интенсивных поисков выводят на PocketRAR в виде зазипованного cab-файла, годного для прямой установки на КПК. Cab, однако, лежит на форуме Pocketz.ru, который — ну йес! — требует логин и пароль для входа. Иду по второму кругу: z2 Remote2PC Client — Большой Брат — Roboform — реквизиты сайта. Закачиваю cab с PocketRAR, устанавливаю на наладоннике.

Открываю rar-файл с кигеном, но китайский гнид и не думает запускаться на КПК! С какой стати ему это делать, если он создан для PC! Упрямая башка выдаёт жалкое подобие нового алгоритма: нужно, типа, переслать киген на ноутбук. Только как эту сволочь переслать, если на всех зашаренных директориях ББ установлен допуск Read Only?! Можно, конечно, связаться с ноутбуком через z2 Remote2PC Client и разрешить изменение файлов по Сети для какой-нибудь специально созданной новой директории, однако, понимая абсурдность фобии умом, совершенно не в состоянии заставить себя разрушить и без того хрупкую обороноспособность компьютера сердцем.

Бинго! Можно послать киген почтой! Идёт второй час мытарства — какой, на фиг, Гиббон! Я и думать забыл о старом английском дураке: все мысли об одном — доконать Pocket Music. Доконать и потом… срыть к чёртовой матери! Да-да, к этому времени я уже твёрдо решил, что ни за какие коврижки не буду пользоваться проклятой программой и непременно подыщу ей замену.

Открываю штатный мякишный почтовик КПК и жму на кнопку «Добавить файл»… А-а-а-а-а! Программа намертво задумывается над созданием списка ВСЕХ файлов на наладоннике! Проклятье! Ведь знал же о подлом подвохе, даже читателей предупреждал (майский «Ечхежоп с Еажелухом»). И потом — полгода назад у меня стояла SD-карточка на 1 гигабайт, а теперь — на 4! Под завязку набитая книгами, музыкой, фильмами.



Через двадцать минут все кончено — письмо отправлено на ББ. Лежу, жду. Пять минут. Десять. Два часа ночи, а письмо никак не доходит. Пересменка, епрст, что ли на почтовом сервере? Тут озаряет: «На фига я посылал киген по почте, если можно было загрузить прямо на ББ!» Чего загрузить — киген или сам PocketRAR? А черт его знает — уже ничего не соображаю.

Письмо таки дошло. Через z2 Remote2PC Client запускаю киген на ББ, получаю цифры, вбиваю в Pocket Music, читаю сообщение об успешной регистрации и… Думаете, слушаю Гиббона? Ха! Какой может быть Гиббон после двухчасового софтверного гамачно-вертикального коитуса?! С леденящим, как озеро Коцит, душу спокойствием удаляю проклятую программу из наладонника. И тут же отправляюсь на поиски достойной альтернативы.

Надо же, Господь смилостивился: почти сразу выхожу на сказочную поделку — Pocket Player, по всем параметрам затыкающий Pocket Music за самую повязку борца сумо: шикарный интерфейс, поддержка множественных плейлистов, закладок, DSP, плагинов, визуализации и — sic! — десятиполосного эквалайзера с предусилителем.

Вот вам, собственно, и мораль: в области софтверологии затяжной гамачно-вертикальный коитус подобен корню мандрагоры, взошедшему из семени висельника. С той лишь разницей, что вместо эликсира страсти мы получаем на выходе замечательные софтулины типа Pocket Player!

РЫНКИ: Универсальные ярлыки: Кого и Что можно пометить с помощью RFID

Автор: Родион Насакин

Очереди на подходах к кассам в супермаркетах и турникетам в метро скоро исчезнут окончательно и бесповоротно. Избавиться от этих неприятных элементов повседневности, а равно и от многих других позволяют миниатюрные радиочипы в пластиковых картах, проездных билетах и товарных бирках. Применение RFID (radio-frequency identification, радиочастотной идентификации) становится все разнообразнее. Радиометки приходятся ко двору на складах и заводах, в гостиницах и аэропортах. Их встраивают в мобильники, зашивают в паспорта и даже имплантируют под кожу человека. Все это совершается из самых благих намерений, и вопрос лишь в том, куда приведёт столь тщательно выстилаемая дорога.

Что RFID грядущий нам готовит

Технологию RFID язык не поворачивается назвать новой. Разработки в этом направлении ведутся несколькими университетами и корпоративными лабораториями уже около сорока лет. И в отдельных областях применение RFID давно стало привычной практикой. В частности, более десятка лет прошло с тех пор, как Ford выпустил первый иммобилайзер на основе радиометок. Однако только три-четыре года назад начали активно рассматриваться возможности более масштабного использования технологии в сфере производства, торговли, транспорта и т. д.

Прежде всего RFID позиционировался как удачная альтернатива штрих-коду. По сравнению с последним радиометка обладает рядом преимуществ. Во-первых, сканер может считать с неё информацию даже в том случае, если метка отсутствует в зоне прямой видимости, так что благодаря скромным размерам (до сантиметра в диаметре) чипы можно встраивать в изделия, вшивать в одежду и т. д. Во-вторых, информационная ёмкость меток может достигать мегабайта, тогда как штрих-код содержит всего 50 байт данных. При этом уже существуют программируемые метки с возможностью записи, и есть первые проекты с загрузкой Java-апплетов в RFID-чипы. В-третьих, радиометки способны противостоять механическому, температурному и химическому воздействию.

Есть и множество других плюсов. Так, RFID-чипы могут быть идентифицированы в движении, и сейчас поставщики оборудования ставят скоростные рекорды. Радиометки можно считать на значительных расстояниях — до 50-70 метров, причём значение наилучшего достигнутого показателя тоже растёт с каждым годом. Понятно, что с такими характеристиками практические возможности технологии не исчерпываются бирками на товарах.

Радиометки всех форм и размеров состоят из трех основных элементов: антенны, принимающей электромагнитный сигнал от сканера; чипа, обрабатывающего запрос и формирующего ответный сигнал; и корпуса. При этом метки подразделяются на активные и пассивные. Первые работают от встроенного аккумулятора, требуют меньших затрат энергии сканера и, как правило, улавливают сигнал на большем расстоянии. Пассивные метки получают питание от сигнала ридера, обладают более скромными габаритами и весом и, разумеется, стоят меньше активных. Но возможности у них поуже, так как они отправляют сканеру только свой серийный код и не поддерживают какие-либо расширенные запросы.

Кроме того, метки классифицируются по дальности действия и частотному диапазону. Идентификаторы малой дальности принимают сигнал на расстоянии около 10 см и используются в системах доступа и транспортной сфере. Метки со средней дальностью могут взаимодействовать со сканером на расстоянии до 1-2 метров. Они применяются в торговле и на производстве. Идентификаторы, считываемые на более значительных расстояниях, используются не столь широко, хотя их потенциал как минимум не ниже, чем у других групп. По радиоспектру различают метки, работающие в низкочастотном диапазоне (125 и 134 кГц), среднечастотном (13,56 МГц) и высокочастотном (850-950 МГц и 2,4-5 ГГц).

Торгово-промышленная радиометка

Поставщики оборудования и ПО для работы с RFID на различных выставках ярко и наглядно демонстрируют возможности своей продукции. Например, можно вспомнить экспонат «примерочной» в магазине одежды, представленный на CeBIT 2006. После того как идущие с товаром радиометки попадают в зону считывания, на находящемся неподалёку экране появляется трехмерное изображение соответственно одетого человека. Впрочем, это лишь скромная демонстрация одного из многих возможных применений RFID. Очевидно, что изменения, которые радиометки грозят привнести (и уже привносят) как в розничную торговлю, так и во многие другие сферы, гораздо существеннее. Если технология оправдает все надежды, которые возлагаются на неё рынком, то совершенно по-иному будет выглядеть вся цепочка прохождения товара до потребителя — от производства до оплаты покупки.

Крупнейшие поставщики ИТ-решений для предприятий, такие как Oracle, SAP, IBM и Microsoft, активно продвигают идею использования радиометок для маркировки деталей и конечной продукции, что позволяет постоянно отслеживать все производственные процессы на более совершенном уровне и формировать очень подробный технологический паспорт. Как ожидают приверженцы скорейшего и полнейшего внедрения RFID в промышленность, это позволит кардинально снизить количество отклонений от заданных условий на разных этапах технологического цикла и, следовательно, уменьшить процент бракованной продукции. Не менее важную роль играют радиометки при контроле движения продукции по складским каналам вплоть до размещения на полках магазинов. Оптимистично настроенные аналитики утверждают, что использование RFID в контроле движения материальных потоков со временем позволит отказаться от ручного учёта.

Первыми глобально перестраивать свои бизнес-процессы под радиометки начали в Procter & Gamble. Причём в компании оценили достоинства RFID задолго до массового признания технологии у производителей товаров категории FMCG [Fast moving consumer goods (англ.) — товары широкого потребления] — девять лет назад. Вскоре по стопам «королей шампуня» пошли Johnson & Johnson, Pepsi, Coca-Cola, Gillette и др. Но все же самым нашумевшим оказался переход на радиометки розничной сети Wal-Mart. Руководители корпорации два года назад чуть ли не в приказном порядке перевели всех своих поставщиков на работу с RFID. Обрушившиеся вследствие такой реформы потоки заказов производителям оборудования стали началом бума на соответствующем рынке, набирающим обороты по сей день. Только Wal-Mart требуется около миллиарда радиометок ежегодно. Впрочем, как уверяют представители сети, использование RFID в торговой и складской сфере позволяет сэкономить до $8,4 млрд. в год, благодаря сокращению ручного труда, снижению числа инцидентов с отсутствием того или иного товара на прилавках и росту эффективности цепочек поставки.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8