Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Майя. Исчезнувшая цивилизация: легенды и факты

ModernLib.Net / Культурология / Ко Майкл / Майя. Исчезнувшая цивилизация: легенды и факты - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 2)
Автор: Ко Майкл
Жанры: Культурология,
История

 

 


Представители других лингвистических групп, входящих в семью языков майя, были менее склонны к перемене мест. В результате их языки распространены более компактно. К ним можно отнести архаичный язык народности мам, живущей на западе Гватемалы, который лишь недавно начал распространяться на юг, к Тихоокеанскому побережью, и малоизвестные языковые группы чух, канхобалан и мотосинтлек.

Многочисленные народности киче, какчикель и родственная им народность цутухиль, представители которой живут в деревнях, расположенных вдоль побережья озера Атитлан, окруженного со всех сторон вулканами, говорят на языках, которые тысячу лет назад были единым языком – киче.

Со времен завоевания испанцами Мезоамерики доминирующая роль принадлежит языку народности кекчи, который продолжает постепенно распространяться от центра, расположенного в Алта-Веропаз в Гватемале, захватывая юг Британского Гондураса и области, расположенные вокруг озера Исабаль в Гондурасе, в которых когда-то говорили на языке народности чоль.

Так какой же язык положен в основу письменности майя? Одного взгляда на лингвистическую карту достаточно, чтобы увидеть, что полуостров Юкатан заселен исключительно юкатеками. Именно на этом языке и говорили те люди, которые в северной области использовали для письма иероглифы майя.

Интересно, что центральная часть лингвистической карты пустая. На этой территории нет коренного населения, за исключением областей, где живут народности лакандон, кекче. Но они там живут недавно. Не ранее XIII в. н. э., а возможно, и гораздо позже некоторые представители юкатеков начали переселяться в Петен. Поэтому гипотеза о том, что языком надписей в центральной области был язык юкатеков, имеет мало сторонников.

Несколько лет назад Эрик Томпсон выдвинул гипотезу, согласно которой на протяжении классического периода центральная область была заселена народностями, говорившими на языках группы чоль. В настоящее время одни из них – чонталь и чоль – населяют зону равнин и невысоких холмов на северо-западе, а другие – чорти – живут на юго-востоке. Кажется бесспорным, что язык чоль был некогда доминирующим на территориях, лежащих вдоль огромной дуги, протянувшейся через всю центральную область. Правоту такой точки зрения подтверждают документы, относящиеся к временам завоевания Мезоамерики испанцами. Дополнительным аргументом в пользу этой точки зрения является то, что язык народности мопан, который некоторые исследователи ошибочно относят к той же группе, что и язык юкатеков, то есть к группе собственно языков майя, скорее входит в группу языков чоль. Вряд ли является простым совпадением и то, что на языке народности чоль говорят в местности, где расположены руины классического города Паленке, а на языке чорти – поблизости от Копана.

Неизбежен вывод, что людьми, создавшими все великие цивилизации центральной области, были майя, говорившие на языке чоль, хотя на протяжении раннеклассического периода к ним присоединялись некоторые представители групп, говорящих на языке цельталь. Возможно также, что в развитие этих цивилизаций внесли свою лепту и представители загадочной народности лакандон.

Языки, не входящие в семью языков майя, обнаруживаются в некоторых отдельных регионах, указывая либо на чужеземное вторжение, либо на остаточные группы населения, язык которого растворился в языках майя. Достаточно мало изученная народность пипил, представители которой говорят на языке, очень близком к языку науатль, который был официальным языком империи ацтеков, в основном живет на западе Сальвадора, но целый ряд общин этой народности есть на Тихоокеанском побережье и в долине реки Мотагуа в Гватемале. Некоторые авторы считают, что они вторглись на территории майя из Мексики после крушения государства тольтеков в начале постклассической эпохи. Эта теория не противоречит данным, полученным при проведении исследований их языка с помощью метода лексикостатистики.

Крошечная группа людей, говорящих на языке зокве, которая живет на Тихоокеанском побережье мексиканского штата Чьяпас и в приграничных областях Гватемалы, является, вероятно, следами некогда гораздо более широкого распространения этой семьи языков. Язык ксинкан, о происхождении которого нет практически никакой информации, был предположительно распространен на всей равнинной части Тихоокеанского побережья перед приходом сюда майя и пипил, но с археологической и этиологической точки зрения этот вопрос не изучен. Следует добавить, что язык науатль был во времена испанского завоевания чем-то вроде лингва франка – универсального языка торговли, использовавшегося в порту Шиколанго, расположенном в Лагуна-де-лос-Терминос на юге штата Кампече.

Глава 1

Самые ранние майя

В старинном эпическом повествовании майя-киче «Пополь Вух» рассказывается, как боги-праотцы Тепеу и Гукуматц подняли из водяной пучины землю и населили ее животными и растениями. Сотворив это, божественные прародители возжаждали почитания и преклонения и вылепили из земли существ, похожих на людей, но они оказались недолговечными и спустя некоторое время вновь обратились в грязь. Следующую расу боги создали из дерева, но творение получилось настолько безмозглым, что было уничтожено самими богами, заменившими его на людей, сделанных из мяса. Однако эти существа обратились к злу и были уничтожены, когда боги обрушили на землю ужасный ливень: чудовищное наводнение смело их с лица земли. И наконец, из кукурузного теста боги создали настоящих людей, предков майя-киче.

Ни предания индейцев, ни археологические исследования не могут пролить свет на происхождение майя. У народов, которые живут племенным строем, историческая память сохраняется недолго, а сложные геологические условия этого региона в сочетании с буйной растительностью сильно затрудняют поиск остатков материальной культуры древнейших времен.

В этом регионе мало естественных пещер и скальных формаций, которые могли бы послужить местом обитанияпримитивных охотников и собирателей, и в этом районе, особенно в зоне тропических ливневых лесов, очень трудно отыскать места, на которых располагаются открытые площадки.

Древнейшие охотники

Мы можем только догадываться, когда человек появился на территориях, где впоследствии возникла цивилизация майя. Первыми начали заселять Новый Свет выходцы из Азии, которые перебрались в Америку в ледниковый период, в конце плейстоцена, когда на месте современного Берингова пролива еще существовала перемычка.

Еще до начала 9-го тысячелетия до н. э. первые индейцы ставили свои лагеря на берегу продуваемого ветрами Магелланова пролива. Можно предположить, что к этому времени примитивные охотники уже расселились по территории обеих Америк.

Большие пространства обоих континентов были тогда покрыты травой, по которой бродили гигантские стада травоядных животных – мамонтов, лошадей, верблюдов и гигантских бизонов.

В Соединенных Штатах, Канаде и на Аляске, где к настоящему времени обнаружен целый ряд стоянок, относящихся к древнейшей эпохе, эта ранняя культура, которая называется «кловис» и до сих пор не раскрыла археологам все свои тайны, существовала примерно 10–12 тысяч лет назад. Основным способом добычи средств к существованию для людей эпохи «кловис» была охота на мамонтов. К такому выводу пришли ученые, изучая останки в местах, где некогда охотились на этих животных, – на юго-западе Америки. Огромных слонов убивали дротиками, для метания которых существовали специальные приспособления. Дротики были снабжены прекрасно сделанными каменными наконечниками, которые исследователи называют желобчатыми, так как от их основания по одной или по обеим сторонам шли желобки, напоминающие чешуйки. Такие наконечники находят и на севере Аляски и Новой Шотландии, и в расположенных гораздо южнее областях Мексики и Центральной Америки. Их находили даже в Коста-Рике и Панаме.

Самым древним предметом искусственного происхождения, найденным на территории майя, является маленький обсидиановый наконечник для метательного орудия, копья или дротика, найденный недалеко от Сан-Рафаэля. Принадлежность его к культуре «кловис» можно определить по желобчатой поверхности на одной из сторон и по тому, что края наконечника сколоты в месте прикрепления к древку. Этот наконечник имеет сильное сходство с несколькими другими, найденными на территории Мексики, и с наконечниками меньшего размера, также относящимися к культуре «кловис», которые были найдены в США. Эти немногочисленные находки позволяют лишь предположить, что в конце ледникового периода по высокогорной зоне майя бродили первобытные охотники. Поиски необходимо продолжать.

Собиратели и земледельцы архаического периода

Приблизительно в конце 8-го тысячелетия до н. э. ледниковый щит, до этого времени покрывавший большую часть северных областей материка Америка, начал стремительно отступать. В течение следующих пяти с половиной тысяч лет во всех областях нашей планеты климат был теплее, чем сегодня. В Европе это время интервал носит название «климатический оптимум», но для многих частей Нового Света установившиеся климатические условия были не столь благоприятными, особенно для охотников.

Сочетание жаркой, сухой погоды, из-за которой территории, раньше покрытые травой, превратились в пустыни, и охоты человека оказалось роковым для крупных травоядных. Они практически исчезли. Индейцы, живущие на территории мексиканских нагорий, были вынуждены приспособиться к иному образу жизни, основой которого был сбор семян и корней дикорастущих растений и охота на меньшую и более редкую дичь.

Способы ведения хозяйства, расселения, характерные детали используемых ими орудий свидетельствуют о том, что эти народы вели полукочевой образ жизни. Индейцы, заселявшие Мексику в архаический период, были частью «пустынной» культуры, которая в это время широко распространилась от юга Орегона, через территорию нагорья Большой Бассейн в Америке, где эта культура продолжала существовать еще в XIX в., до юго-восточных районов Мексики.

Во время господства «пустынной» культуры в Мексике были окультурены все важнейшие пищевые растения Мезоамерики – маис, фасоль, тыква, перец чили и многие другие. Раскопки, которые проводились в сухих пещерах долины Техуакан и на плоскогорьях Пуэбло в Мексике, показали, что травянистое растение, являвшееся предшественником современного маиса, попало в сферу интересов человека еще до начала 5-го тысячелетия до н. э. Возможно, что выращивать культурные растения майя начали в доисторический период. Еще относительно недавно всерьез полагали, что именно майя впервые окультурили индейское зерно – маис, растение, по-латыни называемое Zеа mays, но при этом исходили из ошибочной предпосылки, что диким предком маиса был теосинте, растение, носящее латинское название Euchlaena, – сорняк, который широко распространен в Гватемале. С тех пор было доказано, что на самом деле оно является простым гибридом культурного маиса и растения трипсакум, относящегося к роду Zеа. Тем не менее именно то, что в небольшой Гватемале, территория которой примерно равна штату Огайо, существует больше сортов маиса, чем на всей территории Соединенных Штатов, является веским аргументом в пользу того, что именно там должен был располагаться один из тех древних центров, где под присмотром человека происходила эволюция этого растения.

Вполне вероятно, что вся область нагорий, от Южной Мексики и до горных областей Гватемалы, в том числе и горные области штата Чьяпас, участвовала в процессе, который привел к появлению современных сортов этого самого продуктивного из пищевых растений.

Вероятно, следует напомнить, что, согласно данным лексикостатистики, предки майя появились в горных зонах Чьяпаса и Гватемалы не позднее середины 3-го тысячелетия до н. э. По времени их появление укладывается в рамки доисторической эпохи, то есть это произошло еще до того, как сформировались самые древние из известных нам культур, которые использовали изделия из керамики. Возможно, что в пещере на территории штата Чьяпас найдены следы пребывания этих протомайя, хотя само это убежище расположено в Санта-Марте, то есть западнее границ области майя. К сожалению, из-за более влажных, чем в долине Техуакан, условий от древних обитателей этого убежища сохранилось немного, но камни для колки орехов с небольшими впадинами на поверхности, ручные мельницы, митейты, вместе с мано, камнями для растирания зерна, свидетельствуют о том, что зерно и другие растительные продукты уже входили в их рацион. В пещере были найдены и другие предметы: каменные наконечники для метательного оружия, каменные рубила и скребки, очень похожие на аналогичные предметы из пещер Техуакана и Тамаульпаса. Предположительно, все это накапливалось здесь в период времени с начала 6-го до середины 4-го тысячелетия до н. э. и принадлежит к «пустынной» культуре, а точнее, к доисторической эпохе Мексики.

Одна из стоянок, которая относится к этому периоду и находится в пределах территории майя, в Эль-Чайяле, представляет собой настоящую мастерскую по обработке обсидиана, разбросана по вершинам и склонам нескольких холмов к юго-востоку от города Гватемалы в районе, где имеются крупные естественные залежи обсидиана. Вся земля здесь усыпана тысячами больших, грубо обработанных каменных предметов, напоминающих ножи с неровной поверхностью. Возможно, что они являются заготовками для наконечников, для копий и дротиков, ножей.

Раскопки в этом месте не проводились. Некоторые предметы, доведенные до готовности, напоминают аналогичные им изделия из Мексики конца архаической эпохи: наконечник для метательного оружия, примитивные ножи и огромные скребки в форме дисков, назначение которых до сих пор неясно.

Если в горной области материалов, относящихся к культурам доисторической эпохи, найдено мало, то в равнинной зоне их еще меньше. Анализ ископаемой цветочной пыльцы, образцы которой были обнаружены в кернах породы, поднятых при бурении со дна озера Петенхиль, расположенного в самом сердце центральной области майя, дает некоторые знания о том, что тогда представляла собой культура, существовавшая в Петене. Раньше считали, что саванны, нарушавшие целостность тропических лесов региона, появились оттого, что майя классического периода слишком долго использовали эти участки под поля, которые затем зарастали сорняками. В наше время исследователи считают, что на рубеже 2-го и 3-го тысячелетий до н. э. территория Петена, с ее широкими саваннами, окруженными дубравами, напоминала парк. Площадь, занимаемая тропическими лесами, в то время была значительно меньше, чем сегодня. Все данные указывают на то, что территории, покрытые лесом, начали преобладать над саваннами только во время классического периода, в IV–X вв. н. э.

Изучение ископаемой пыльцы позволило сделать неожиданный вывод: маис выращивался на берегах озера уже в конце 3-го тысячелетия до н. э., что на тысячу лет раньше других известных земледельческих цивилизаций этого региона.

Кто же выращивал этот маис? Если верить лингвистам, то этими людьми должно были быть юкатеки, которые проходили через эти области, мигрируя от исконных территорий майя к северу, на Юкатан. Но никаких поселений юкатеков на этой территории до сих пор не обнаружено. Трудно предположить, что первые поселенцы майя могли бы возделывать саванну, не имея металлических орудий труда, хотя известно, что некоторые из африканских народов выращивают свои зерновые культуры на покрытых травой территориях в тропиках. Они скорее бы занялись освоением участков, расположенных в глубине тропических лесов, там, где хорошие почвы и применим Метод подсечно-огневого земледелия.

Таким образом, наши представления о доисторической эпохе до сих пор остаются очень смутными. Но, вне всяких сомнений, именно в этот период закладывались основы культуры майя.

Поселения раннеархаического периода

Во времена архаической эпохи, которая продолжалась с середины 2-го тысячелетия до н. э. примерно до середины II в. н. э., на всей территории области майя появилось много крупных поселений, состоящих из хижин, крытых тростником, похожих на те, в которых занимающиеся сельским хозяйством индейцы майя живут и поныне, что подразумевает, что к этому времени здесь уже существовало по-настоящему эффективное сельское хозяйство. Что же послужило толчком к этому? Некоторые ученые считают, что причиной послужило резкое увеличение урожайности растений маиса в результате гибридизации маиса и его жизнестойкого родственника теосинта. Едва ли переход к более развитому образу жизни архаической эры осуществлялся повсюду одновременно. Скорее всего, в первую очередь это происходило в областях с благоприятными природно-климатическими условиями, которые изобиловали легко добываемыми дикими животными и растениями, где были плодородные и легкообрабатываемые почвы. Именно там и появились первые оседлые поселения.

Одна из таких зон расположена на Тихоокеанском побережье Гватемалы, недалеко от границы с мексиканским штатом Чьяпас. Возможно, в древние времена этот регион был заселен людьми, язык которых не входил в группу языков майя, но ранние этапы развития культур этого региона должны были совпадать с общей схемой эволюционных процессов, ведущих к оседлому образу жизни. Возможно, когда-нибудь материальные свидетельства того, как эти процессы протекали, будут обнаружены и в других областях майя. На этой жаркой и плодородной земле самыми старыми являются поселения, относящиеся к культуре «окос», начало которой относится приблизительно в середине 2-го тысячелетия до н. э. Следующая за ней культура – «квадрос», исходя из данных радиоуглеродного анализа, возникла где-то на рубеже 1-го и 2-го тысячелетий до н. э. и продолжалась примерно полтора столетия. Оба культурных этапа относятся к раннему периоду архаической эры. Поселения этого исторического периода представляли собой крошечные деревушки, в каждой из которых проживало от трех до двадцати семей. Поселения располагались прямо на заросших мангровыми деревьями берегах мутных лагун, устьев рек и морских рукавов. Жители деревень архаической эпохи эффективно пользовались богатствами окружающей среды, собирая в солоноватой воде мангровых устриц и других съедобных моллюсков, ловя крабов и черепах. Их добычей были также игуаны – огромные и безвредные, несмотря на устрашающий вид, ящерицы. В пищу шло их вкусное мясо и яйца. В лагунах и близлежащих реках они ловили рыбу: саргана, снука, морского окуня и зубатку. На небольших возвышенностях индейцы расчищали от тропического леса участки под свои поля. Маис известного сорта нальтель, стержни от кукурузных початков которого чудом сохранились в развалинах поселений культуры «квадрос», до сих пор пользуется благосклонностью многих земледельцев майя.

Следует отметить, что на территории поселений этапов «окос» и «квадрос» очень редко встречаются кости тех животных, охота на которых сложна, например оленей и пекари. В некоторых поселениях таких костей нет вообще. Это свидетельствует о том, что люди не были склонны далеко отлучаться от своих домов. Процветали виды искусства, характерные для оседлого образа жизни, особенно керамика, которая приблизительно в это время впервые появилась в области майя.

Надо отметить, что в Мексике, в Тихуакане, известны обожженные глиняные сосуды, имеющие еще более раннее происхождение. Эта чрезвычайно грубая утварь, которая производилась еще на рубеже 2-го и 3-го тысячелетий до н. э., относится к культуре «пуррон». Говоря о керамике культуры «пуррон», следует отметить тот небезынтересный факт, что эти изделия бывают только двух форм: шаровидные сосуды без горлышка, текомейты, и блюда с плоским днищем и утолщенным краем. Формы этих изделий являются точным повторением форм сосудов, относящихся к предшествующей эпохе «абехас», которые высекались из камня.

Изделия из керамики такой формы преобладают среди материалов, относящихся к культурам «окос» и «квадрос», так же как они преобладают и среди находок, относящихся к другим культурам раннего периода архаической эпохи, и в материалах, относящихся к родственной культуре этапа «чьяпа» или «котора» в центральном Чьяпасе. Удивительно изысканной является керамика этапа «окос» – для украшения поверхности сосудов использовалась совершенно необычная техника лепки, в которой участки с шероховатой поверхностью резко контрастируют с гладкими участками; при изготовлении многих сосудов использовалась темно-красная искрящаяся суспензия из отражающего свет красного железняка – гематита.

Поверхность керамики украшали узорами из желобков, волнистым концом раковины проводя по невысохшей глине зигзагообразные линии. Отдельного упоминания заслуживают еще два способа украшения поверхности глиняной утвари. Узоры на многих из обнаруженных черепков, относящихся к этапу «окос», были оттиснуты при помощи тонких веревок или стеблей вьющегося растения, которые обматывались вокруг еще не затвердевшего изделия. Линии узоров иногда очень тонки, и для того, чтобы сделать подобное, должна была использоваться нить из хлопка. Применение веревки для нанесения узоров на изделия из керамики характерно для многих культур неолита, существовавших на большей части Старого Света. Однако использование такого метода не встречается в Мезоамерике больше нигде, и его появление на этапе «окос» до сих пор не получило никакого объяснения. Другой особенностью является использование глянцевой суспензии, придающей поверхности изделия, если смотреть на него под правильным углом, металлический блеск. Такая техника обработки керамики известна еще только в одном месте – на побережье Эквадора, где она применялась во время архаической эпохи. Менее эффектные находки – каменные мано и митейты, предназначенные для размалывания маисовых зерен, зазубренные глиняные черепки, применявшиеся как грузила при ловле рыбы сетями, и тому подобные предметы, которые использовались в повседневной жизни людей этого периода.

В развалинах поселений этапа «окос» в Ла-Виктории было найдено множество массивных глиняных женских статуэток. В поселениях в области майя и Мексики в позднеархаический период такие статуэтки изготавливались тысячами. Точно определить их предназначение сложно, обычно полагают, что они имеют отношение к культу плодородия, подобно фигуркам Богини-Матери неолитической и бронзовой эпох Европы. В Новом Свете такие фигурки впервые появились в Эквадоре в конце 4-го тысячелетия до н. э., и возможно, что подобные предметы получили свое распространение именно из этого региона.

Дома этапа «окос» из жердей, которые обмазывали глиной, а затем белили. Чтобы избежать затопления в наступавший летом период дождей, их ставили на невысокую земляную платформу. В поселении недалеко от Ла-Виктории, относящемся к этапу «окос», имеется насыпная платформа, достигающая высоты примерно в 25 футов. Нет никаких сомнений в том, что на ней находился храм. Все храмы доиспанской Мезоамерики, даже огромные пирамиды равнинной области майя, являются просто увеличенными копиями скромного жилища земледельца – простой прямоугольной хижины, стоящей на плоской насыпной платформе. В древние времена, когда только формировался присущий архаической эпохе образ жизни, переход к оседлому образу жизни привел к появлению не только искусных мастеров, занимавшихся весь день или какую-то его часть изготовлением изделий из керамики, плетением и ткачеством, но и людей, занимавшихся совершением религиозных обрядов. Возможно, что в начале для этих целей использовались дома наиболее уважаемых членов общины, но затем начали создаваться специальные сооружения, которые с течением времени становились все выше. Соответственно, становились больше насыпные платформы в их основании. Так возникли храмы, каждый из которых, вероятно, служил религиозным центром для нескольких окружающих его селений.

С течением времени внутри храмовых платформ начали погребать представителей правящей верхушки общества, подобно тому, как простого человека хоронили, закапывая в землю под полом его собственного дома. Есть основания предполагать, что такая практика существовала еще до появления культуры «окос».

Находки, дающие нам представление о жизни людей раннеархаического периода, были сделаны лишь на Тихоокеанском побережье, хотя вполне вероятно, что толстый слой осколков разбитых кувшинов для воды, напоминающих по форме римские амфоры, обнаруженный ныне покойным Джорджем Брейнердом на краю сенота, расположенного на Юкатане, недалеко от Мани, принадлежит к ранним периодам этой эпохи, поскольку найденные предметы являются предшественниками изделий из керамики, характерных для среднего периода архаической эпохи. С большой долей вероятности к раннему периоду архаической эпохи можно отнести и культуру народа аревало, представители которого использовали уже известные нам текомейты. Данные об этой культуре получены в результате весьма скромных раскопок в крупном культурном центре майя, известном под названием Каминальгуйю, который расположен на окраине города Гватемалы. Но этим все находки и ограничиваются.

Экспансия среднего периода архаической эпохи

Если до начала XIX в. до н. э. не было, за исключением нескольких регионов, достаточно благоприятных условий для распространения эффективных методов земледелия, позволяющих перейти к оседлому образу жизни, то в течение следующих столетий ситуация изменилась. В течение среднего периода архаической эпохи, который продолжался до начала III в. н. э., в горной и равнинной областях появляется достаточно плотное население, использующее изделия из керамики. По своему образу жизни эти люди не отличались от примитивных земледельцев: не найдено каких-либо материальных свидетельств развития письменности, архитектуры или искусства. Кроме быстро растущего населения, ничто не отличает этот период от предшествовавшего.

Совершенно другая ситуация складывалась на жарких прибрежных равнинах Мексики, на территориях современных мексиканских штатов Веракрус и Табаско. Здесь происходил подъем цивилизации ольмеков, которая к концу среднего периода архаической эпохи достигла зенита, а затем исчезла столь же неожиданно, как несколько веков спустя исчезла цивилизация майя. Один из крупных центров этой цивилизации находился неподалеку от Ла-Венты, на острове, расположенном посреди заболоченных бесплодных земель, тянущихся вдоль нижнего течения реки Тонала. Над этим поселением возвышается насыпная пирамида огромного храма, достигающего в высоту 30 метров. В развалинах как этого, так и других поселений ольмеков было найдено множество предметов этой культуры: тщательно обработанные надгробья, ритуальные предметы из нефрита, статуэтки, напоминающие змей.

Центральное место в искусстве ольмеков занимает персонаж, в облике которого сочетаются черты рычащего ягуара и плачущего человеческого ребенка. Его облик запечатлен как в гигантских базальтовых скульптурах, вес которых нередко достигает нескольких тонн, так и в маленьких резных изделиях. Нет никаких сомнений в том, что этот ягуар-оборотень представлял собой божество дождя, культ которого возник раньше, чем культы остальных известных нам богов пантеона Мезоамерики. Исходя из единства художественного стиля, размеров и красоты скульптурных монументов, огромных масштабов строительства общественных зданий, можно с уверенностью сделать вывод о былом могуществе государства ольмеков, располагавшегося некогда на побережье залива Кампече. Несмотря на столь раннюю эпоху, оно располагало значительными материальными и людскими ресурсами.

Есть все основания полагать, что именно ольмеки создали сложный календарь, основанный на системе «длинного счета», и изобрели письменность. Хотя нет единого мнения о том, стоит ли считать культуру ольмеков родоначальницей всех других культур Мезоамерики, нельзя отрицать, что другие цивилизации этого региона, включая и цивилизацию майя, многим обязаны достижениям ольмекской культуры. Это особенно ярко проявилось во времена среднего периода архаической эпохи, когда мелкие крестьяне с берегов залива Кампече начали усваивать культурные достижения их более развитых соседей, точно так же, как варвары древней Европы, жившие на западе и севере Европейского континента, сумели в конце концов воспользоваться достижениями современных им цивилизаций Ближнего Востока.

С точки зрения археологии, одним из самых интересных мест Нового Света является Каминальгуйю – древний культурный центр, расположенный на западной окраине города Гватемалы, в широкой, плодородной долине, расположенной перпендикулярно линии границы, отделяющей Южную Америку от Северной. Во времена Моудсли на этой территории возвышались сотни храмовых платформ – огромных насыпных холмов пирамидальной формы. Однако стремительное разрастание столицы, расширение площади трущоб на окраинах города не оставило от былого великолепия ничего, кроме горсточки чудом уцелевших древних сооружений. Учеными из Института Карнеги в Вашингтоне была предпринята операция по спасению Каминальгуйю. Сделанные здесь находки показали, что, в то время как создание определенной части этого поселения относится к раннеклассическому периоду, огромное большинство насыпных платформ относится к архаической эпохе. Но тем не менее урон, нанесенный исторической науке столь опустошительным налетом бульдозеров, просто не поддается исчислению.

При сложившихся обстоятельствах было очень нелегкой задачей разобраться в последовательности археологических слоев Каминальгуйю, но самый древний из них, скорее всего, относится к культуре «аревало». От этого периода сохранилось лишь несколько черепков от текомейтов и красных чаш. За этим этапом наступил черед культуры «чаркас». Это самый длительный период проживания людей в долине Гватемалы, поскольку находки, относящиеся к этой культуре, можно отыскать на довольно значительной территории. Слои с предметами, относящимися к этой культуре, располагаются прямо под напластованиями среднего этапа архаической эпохи, что подтверждается и данными радиоуглеродного анализа, хотя следует отметить, что результаты некоторых из этих анализов не вполне согласуются друг с другом. Исходя из этих данных, мы имеем право предположить, что эта культура, представители которой жили в маленьких деревушках, существовала в конце среднего периода архаической эпохи, примерно в V–IV в. до н. э.


  • Страницы:
    1, 2, 3