Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сила ее страсти

ModernLib.Net / Короткие любовные романы / Кэссиди Гвендолин / Сила ее страсти - Чтение (стр. 2)
Автор: Кэссиди Гвендолин
Жанр: Короткие любовные романы

 

 


Кьяра ласково провела рукой по черному полированному боку. А затем, неожиданно для себя, уселась на вертящийся табурет и откинула крышку. Руки ее мягко опустились на клавиши, и инструмент тут же благодарно откликнулся низким густым рокотом. Забыв обо всем на свете, она заиграла, – почему-то ей вспомнился Шопен.

Как давно она не садилась за рояль! Пальцы отвыкли. А ведь когда-то она мечтала стать пианисткой… Но это было до рождения Филиппо. А с тех пор, как они переехали в Америку, играть ей приходилось редко – в основном в тех домах, где она работала воспитательницей.

Она не слышала, как открылась дверь, как тихо вошел в комнату синьор Виченци.

– Моя жена тоже любила эту мелодию.

Вздрогнув от неожиданности, Кьяра резко оборвала игру.

– Извините, – сказала она виновато. – Мне не следовало садиться за рояль без спроса.

– Ничего страшного, – улыбнулся синьор Виченци. – Мне было приятно слышать, что инструмент ожил. Если есть рояль, значит, должен быть кто-то, кто будет на нем играть. А вы хорошо играете.

– Спасибо, – ответила она смущенно. – Все же мне надо было сначала спросить разрешения.

Он слегка передернул плечами.

– Относитесь к этому дому, как к своему собственному. Вы ведь здесь живете. Играйте на здоровье. Может быть, вам даже удастся снова заинтересовать Филиппо. Когда-то он неплохо играл. Но после смерти матери практически не притрагивается к инструменту.

– Это понятно, особенно если они играли вместе. – Кьяра старалась говорить легко. – Я могу попытаться его увлечь, но не уверена в положительном результате.

– Кто знает. Впрочем, Филиппо сейчас предпочитает подвижные игры на свежем воздухе. Тлетворное влияние английской школы, – пошутил он. – Кстати, вы умеете играть в теннис?

– Ну… смогу отличить один конец ракетки от другого.

Синьор Виченци весело рассмеялся.

– Почему-то мне кажется, что вы сумеете постоять за себя в любой игре. Я собирался посидеть на террасе. Не составите мне компанию?

– Почему бы и нет.

Кьяра легко поднялась из-за рояля, закрыла крышку. Синьор Никколо уже стоял в дверях, поджидая ее. Встретившись с взглядом его глубоких серо-зеленых глаз, она вдруг ощутила во всем теле странную легкость. Глаза его притягивали ее к себе как магнит, а за внешней мягкостью обхождения чувствовалась спокойная твердость. Если он раскроет ее обман, придется отвечать по всей строгости. Но он не раскроет. Никто ни о чем не догадается.

– О чем задумались? – спросил синьор Виченци с улыбкой. – Вас что-то беспокоит?

– Вовсе нет, – Кьяра тряхнула головой. – А Филиппо к нам не присоединится?

– Все зависит от того, как долго он пробудет с Султаном, это его конь, – пояснил он.

Синьор Никколо шел рядом с Кьярой. Девушка невольно отметила, какой он стройный и сильный, как перекатываются мускулы у него под рубашкой. Во время интервью она на это не обратила внимания, но сейчас… исходящая от него сила будоражила ее. Лучше бы он был не такой симпатичный, мелькнуло у нее внезапно.

– Вы хорошо ездите верхом?

– С лошади еще ни разу не падала. – Ей не хотелось признаваться в своем неумении. – А Филиппо в теннис играет? У вас есть корт?

– Да. Он там, дальше, от дома его не видно.

– А вам никогда не хотелось переехать в дом поменьше?

– Вы имеете в виду после смерти Лауры? Нет. – Он покачал головой. – Как я могу? Это дом моего отца, и деда, и прадеда. Я люблю его. И Лаура любила. Надеюсь, и Филиппо тоже. Конечно, не очень практично жить вдвоем в таком большом здании. Но для нас это родной дом. Мы не хотим расставаться с ним.

А также и с воспоминаниями, мысленно добавила Кьяра. Было очевидно, что Виченци искренне любил свою жену. Вряд ли какая-либо другая женщина сможет занять ее место в его сердце, подумала она вдруг с легкой досадой.

На улице все еще было очень жарко, хотя день уже клонился к вечеру. Солнце позолотило деревья, луг и цветы в саду, придав всему пейзажу нереально-сказочный вид.

Сидя на террасе в низком плетеном кресле и потягивая виноградный сок, Кьяра отчаянно пыталась придумать тему для разговора. Но в голову лезли какие-то посторонние мысли. Сама того не желая, она краем глаза все время косилась на графа. Странно, как могла она не заметить его привлекательности с первого момента их встречи. Он слишком хорош собой, и это отвлекает ее от ее цели, заставляет думать не о том.

– Почему вы не замужем?

Вопрос застал Кьяру врасплох. Можно было подумать, что синьор Виченци каким-то образом подслушал ее мысли. Вздрогнув как от щипка, она поспешно выпрямилась в кресле.

– Потому что никто не делал мне предложения.

– С вашей-то внешностью? В это трудно поверить.

– Женятся не только на внешности.

– Но у вас очень интересное, умное лицо. В вас видна личность. Может быть, американские мужчины не любят умных женщин?

– Кто их знает? – Кьяра с улыбкой покачала головой.

– Вам надо попробовать. В смысле, выйти замуж. Завести собственных детей вместо того, чтобы смотреть за чужими. Нынче время не так сурово по отношению к женщинам, как раньше, и все же оно летит для них слишком быстро.

– Я это учту, – ответила она холодно. – А вы сами никогда не думали о том, чтобы завести еще ребенка?

– К сожалению, Лаура не могла иметь детей. – Синьор Виченци говорил абсолютно спокойно, без горечи. – Филиппо мы усыновили.

Кьяра сжала подлокотники кресла так, что побелели костяшки пальцев.

– Извините меня за нескромный вопрос, синьор Виченци. Я не должна была об этом спрашивать.

– Как раз об этом вам знать не помешает. Да, и зовите меня просто Никколо.

Кьяра молча кивнула, стараясь не выдать своего волнения.

– А Филиппо знает об этом?

– Мы никогда не скрывали от него. И он относится к этому совершенно спокойно, хотя иногда, наверное, гадает о том, кто же его настоящие родители.

– Он никогда не хотел их разыскать?

– До сих пор – никогда. Надеюсь, и в будущем не захочет. Насколько мне известно, мать подбросила его на порог одной деревенской старухе. Обычная история в здешних краях.

– Наверное, у матери не было другого выхода?

– Выход всегда найдется. Было бы желание. Но, с другой стороны, не будь этой женщины, и у нас никогда бы не появился ребенок. Так что я не стану отзываться о ней плохо.

Кьяра с тоской посмотрела в темнеющее небо. Знал бы он, с кем разговаривает, кого взял в воспитатели к своему ребенку.

– Вы опять задумались, – заметил синьор Виченци.

– Так, ерунда, вспомнила о доме. Здесь все совсем другое, такое непохожее.

– Вы прожили несколько лет в Америке?

– Достаточно долго, чтобы привыкнуть к тому образу жизни.

– Но, надеюсь, тоска по дому не испортит вам настроения до такой степени, что вы захотите нарушить наш договор?

– Ни в коем случае, – ответила Кьяра решительно. – Я всегда довожу до конца то, что начинаю.

– Полностью с вами солидарен. – Синьор Никколо откинулся на спинку кресла. – Надо будет поблагодарить хозяина траттории за то, что посоветовал вам обратиться ко мне.

– Он не то чтобы советовал, – откликнулась она поспешно. – Я просто слышала, как он обсуждал это с кем-то, и решила рискнуть.

– Значит, нам с вами обоим повезло. Внезапно из золотистых сумерек возник Филиппо и, не говоря ни слова, уселся в кресло поближе к отцу. От мальчика пахло лошадями.

– Хорошо покатался? – Кьяра с улыбкой посмотрела на Филиппо.

– С Султаном всегда хорошо, – буркнул мальчик. – Но он – конь с норовом. Вам с ним не справиться.

– Ну не знаю. – Кьяра смотрела на сына, не отрываясь. – Я бы не отказалась попробовать.

– Лучше попробуйте справиться с Язоном. – В глазах мальчика вспыхнули озорные огоньки.

– Она не будет пробовать, – строго оборвал сына синьор Никколо. – И не вздумай еще раз предложить это синьорине. С Язоном ты и сам не справишься. А синьорина Кьяра может кататься на Пенелопе.

Филиппо обиженно засопел. Судя по всему, Пенелопа принадлежала раньше Лауре.

– Вы надолго уезжаете в командировку? – спросила Кьяра у графа, чтобы направить тему разговора в другое русло.

– Пока точно не знаю. Но, думаю, не дольше, чем на неделю.

– Я мог бы поехать с тобой, – тут же вставил Филиппо. – Помогал бы тебе копать.

– Ты прекрасно знаешь, что раскопки – это не развлечение, – невозмутимо ответил синьор Виченци. – Тебе будет жарко и скучно. И одиноко, потому что я не смогу заниматься тобой.

А здесь будешь плескаться в бассейне. Синьорина Кьяра не даст тебе скучать. Я уверен, что вам будет весело вместе.

– Я тоже так думаю, – улыбнулась Кьяра мальчику. – Может быть, ты покажешь мне здешние места. Тут красиво.

– Машина, на которой вы приехали, ваша? Или вы ее взяли напрокат? – спросил внезапно синьор Виченци.

– Взяла напрокат. – Она совсем забыла про машину!

– Если вы не хотите платить бешеные деньги, надо бы ее вернуть. У нас есть собственные машины. Посмотрите в гараже и выберите любую. – Синьор Никколо бросил взгляд на часы. – Ну, а теперь я вас покину. Дела. Встретимся позже, за ужином.

Кьяра и Филиппо молча проводили синьора Никколо взглядами, и несколько минут стояла тишина. Мальчик не выдержал первым.

– Тоже хотите выйти замуж за моего папу? Кьяра на мгновение онемела от удивления.

– А что, другие хотели?

– Конечно. Вокруг него постоянно вьются какие-то тетки. – Последнее слово он произнес с явным удовольствием. – Только папе они не нужны. Нам и вдвоем неплохо. Ему не нужна новая жена.

– А тебе – мачеха, – вставила Кьяра. – Это понятно. Никакая женщина не заменит маму.

Кажется, Филиппо ожидал совсем иной реакции. Он неожиданно смутился.

– А ваша мама тоже умерла? – спросил он вдруг.

– Да. Но дело не только в этом. Я хорошо представляю себе, что значит потерять кого-то очень близкого. – Кьяра помолчала, пытаясь подобрать нужные слова. – У меня нет видов на твоего отца, Филиппо. Я здесь совсем для другого. Мне очень повезло с этой работой, и я не собираюсь от нее отказываться.

– Там видно будет! – В глазах мальчика сверкнули хитрые огоньки.

– Ты хочешь от меня избавиться? – Кьяра с улыбкой покачала головой. – Это будет не так-то просто.

– Ну это мы еще посмотрим. – Филиппо вскочил с кресла. – Мне не нужна воспитательница. Ни вы, ни кто другой. Я уже взрослый и сам могу за собой последить.

Мальчик повернулся и выбежал в сад. Кьяра грустно смотрела ему вслед. Ей нечего было ему ответить. Он привык к самостоятельности, к тому, что по большому счету никому нет до него дела. Женщина, которую он считал матерью, умерла, отец слишком увлечен работой, немногочисленные слуги также заняты.

И это значит, что с сегодняшнего дня смотреть за своим сыном будет она сама. По крайней мере, следующие шесть недель. Ей будет очень тяжело и больно расстаться с ним, но лучше уж это, чем не увидеть его никогда.

2

Интересно, во сколько же здесь ужин? Поднявшись с кресла, Кьяра отправилась на поиски Терезы. Около восьми, с готовностью сообщила ей домоправительница. Все очень скромно и по-домашнему. Праздничного ужина на вилле не было с тех пор, как умерла синьора Лаура. Само собой, Кьяра будет есть вместе с синьором Никколо и Филиппо.

– Может быть, пока граф будет в отъезде, мы можем ужинать немного раньше? – поинтересовалась Кьяра. – Хотя бы в семь или даже в половине седьмого. Если вы не против.

– Конечно нет! Это просто замечательно! – обрадовалась Тереза. – Чем скорее я вас накормлю, тем лучше; у меня будет целый вечер свободный. Кажется, мы с вами отлично поладим.

Поладить бы с Филиппо, подумала Кьяра. Но для начала нужно убедить его, что она не собирается выходить замуж за его папу и разбивать их мужскую дружбу.

Оставшееся до ужина время Кьяра бродила по саду и по окрестностям виллы. Она обнаружила позади бассейна теннисный корт, вокруг которого была натянута сетка. На скамейке у входа валялась ракетка. Неожиданно для себя Кьяра подошла и подобрала ее. Ракетка оказалась слишком легкой для взрослого человека – значит, ее оставил Филиппо.

Дорогая вещь, купленная в хорошем магазине. Ее следовало бы сразу же убрать на место, – полежав на солнце, она быстро треснет. Но, видимо, Филиппо это в голову не приходило, – его отец наверняка по первому же требованию купит новую.

Прихватив ракетку с собой, Кьяра вернулась в дом. В тот момент, когда она положила ракетку на столик в холле, из кабинета вышел синьор Никколо.

– Вот вы где, – заметил он. – А я вас повсюду ищу.

– Я решила пройтись немного по территории, – сказала она слегка виновато. – Я не знаю, где Филиппо.

– Вы не обязаны ходить за ним по пятам, – ответил он дружелюбно. – Тем более, в ваш первый день. А Филиппо, скорее всего, сидит у себя в комнате, соображая, как бы вам насолить.

– Пусть попробует, – улыбнулась Кьяра.

– Так держать, – подхватил Никколо. – Я прекрасно знаю, что последнее время он ведет себя далеко не так, как следует. У него уже возникали проблемы с разными людьми. Но вы, мне кажется, ближе к нему по возрасту, чем я. Скажите, вы тоже себя так вели в детстве?

– Н-не думаю… – Кьяра осторожно подбирала слова, чтобы не выдать себя. – Но в чем-то наши обстоятельства сходны.

Никколо бросил на нее внимательный взгляд.

– Вам кажется, ему недостает внимания.

– В каком-то смысле – да. Мальчику не хватает вас, вашего общества. Я понимаю, что вы очень занятой человек, но…

– Но что? Продолжайте.

– Может быть, вы могли бы уделять ему чуть больше времени, хотя бы в те дни, когда он приезжает домой на каникулы.

– К сожалению, обстоятельства не всегда складываются так, как хотелось бы. – Лицо Никколо стало непроницаемым. – Не могу же я бросить любимую работу для того, чтобы посвятить все свое время присмотру за ребенком.

– Я вовсе не это имела в виду, – растерялась Кьяра.

– Но вы против закрытых школ. Кьяра решительно выпрямилась.

– Да, против. Школа не может и не должна заменить дом. Тем более что вы могли бы нанять постоянного воспитателя.

– Жаль, что вы не дали мне этого совета два года назад.

– Вы абсолютно правы. – Она тут же пожалела о своей вспышке. – Извините. Я не имею права критиковать вас.

– Именно. – Он молча повернулся и зашел обратно в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.

Кьяра в растерянности стояла перед закрытой дверью. Кажется, она погорячилась. Еще ни одного дня здесь не пробыла, а уже вылезла с советами, хотя никто ее об этом не просил. Теперь придется как-то сглаживать ситуацию.

Расстроенная, она вернулась в свою комнату, где и пробыла до самого ужина, погруженная в мысли и воспоминания. Лишь когда внизу прозвучал гонг, созывающий всех к столу, Кьяра вдруг поняла, что ужасно проголодалась. Она ведь с самого утра практически ничего не ела. Даже встреча с графом ее уже не пугала – так хотелось есть.

Спустившись на первый этаж, девушка вдруг поняла, что представления не имеет о том, где здесь столовая. Дом такой большой, а она видела всего несколько комнат. Кьяра в нерешительности стояла посреди холла, размышляя, куда же направиться, когда по лестнице спустился синьор Виченци. Он сменил джинсы на легкий светло-серый костюм и казался сейчас очень нарядным.

А Тереза сказала – тихий домашний ужин, мелькнуло у Кьяры.

– У нас еще есть время выпить по бокалу вина перед ужином, – сообщил он, дружелюбно глядя на Кьяру, и распахнул очередную дверь, уступая ей дорогу.

Маленькая гостиная тонула в полумраке. По стенам стояли низкие диваны, из распахнутого окна слабо доносился запах роз.

– Как видите, моему дому не хватает единства стиля, – заметил синьор Виченци, включая светильник, а затем подошел к столику, на котором теснилось множество самых разных бутылок. – Тут и старина, и современность, и Древний Рим, и Египет, и еще бог знает что. Но мне это нравится. Так интереснее жить. Вы не находите?

Кьяра в ответ лишь с улыбкой пожала плечами. Ей, привыкшей жить в скромной нью-йоркской квартире, трудно было судить о привычках богатых людей и известных ученых.

– Что будете пить?

– Немного кьянти, если можно.

Она напряженно следила за тем, как он наливает вино в бокал на тонкой ножке, и собиралась с силами, чтобы извиниться.

– Синьор Виченци…

– Зовите меня просто Никколо. – Он с улыбкой протянул ей полный бокал. – У нас с вами не такая уж большая разница в возрасте.

– Никколо… – Она на мгновение заколебалась. – Насчет нашего спора…

– Забудьте об этом. – Налив себе вина, Никколо подошел и сел около нее. – Я вспыльчив, но быстро отхожу. Просто вы попали по больному месту. Я выбрал для себя самый легкий путь, отправив Филиппо в интернат, пусть очень дорогой и привилегированный. Но в тот момент, когда я так поступил, это казалось единственным выходом из ситуации.

– Здесь сыграло роль то, что он – не родной ваш ребенок? – Кьяра старалась говорить спокойно.

– Конечно нет. – Он бросил на нее удивленный взгляд. – Я не переживал из-за отсутствия детей так сильно, как Лаура. Но Филиппо я принял и полюбил всей душой, и никогда не думал о нем, как о чужом ребенке. Ему было всего полгода, когда мы его усыновили. Лаура просто светилась от счастья. Мы не оставили попыток родить своего ребенка, но ничего не вышло. Жаль.

– Может быть, вы снова женитесь, и тогда у вас еще будут дети.

– Вряд ли. – Он слегка поморщился. – Снова пеленки, ползунки? Нет. Мне вполне хватает Филиппо. Я не хочу делить свою любовь между ним и какими-то другими детьми.

– Может быть, Филиппо не нужны братья или сестры, но ему нужна мать.

– У него уже было две матери. Вряд ли он захочет третью. – Никколо вдруг бросил на Кьяру насмешливый взгляд. – А может, вы переживаете за меня? Думаете, что мне очень одиноко?

Она выдержала этот взгляд, не дрогнув.

– Не думаю, что у вас с этим проблемы.

– Какая прямота! – рассмеялся синьор Никколо. – Вы всегда говорите то, что думаете?

– Не вижу смысла в том, чтобы ходить вокруг да около. Правда, жизнь от этого легче не становится.

– Да уж, могу себе представить. – Он с новым интересом вгляделся в ее лицо. – Послушайте, а мы с вами не могли встречаться раньше?

– Боюсь, что нет. – Кьяра невольно отвела взгляд. – Я бы запомнила.

– Позвольте счесть это за комплимент. – Одним залпом допив вино, синьор Виченци поднялся с дивана. – Ну что ж, пойдемте ужинать, а то Тереза устроит нам головомойку за опоздание.

Кьяра поставила на столик почти полный бокал. Она не привыкла пить перед ужином, да и вообще пила очень мало. Еще не хватало опьянеть и окончательно утратить бдительность. Она и так все время чувствовала себя разведчиком во вражеском лагере. Подумать только, Никколо подсознательно заметил сходство между ней и Филиппо. К счастью, он и сам не понял, почему ее лицо кажется ему знакомым.

А если и поймет, все равно не страшно, попыталась успокоить себя Кьяра. Многие люди похожи друг на друга, хотя они даже и не родственники.

Ужин прошел напряженно. На все попытки Кьяры завести с ним разговор Филиппо отвечал односложно, не поворачивая в ее сторону головы. Когда она попросила передать соус, мальчик двинул соусник так, что брызги полетели во все стороны. Тут уж синьор Виченци, до сих пор молча наблюдавший за происходящим, не выдержал.

– Так, с меня достаточно, – произнес он ледяным тоном. – Если ты не умеешь вести себя прилично в обществе, выйди из-за стола.

Филиппо вскочил с оскорбленным видом и вылетел из столовой. Кьяра молчала, но выражение ее лица говорило само за себя.

– Вы не согласны со мной? – Его вопрос прозвучал как утверждение.

– Может быть, это было слишком сурово, – ответила она осторожно. – Мне будет очень сложно найти с мальчиком общий язык, если вы станете наказывать его из-за меня.

– Что же, я должен был промолчать? – возмутился он.

– Нет, но зачем же так горячиться? А потом, я подозреваю, что до сегодняшнего дня Филиппо даже не знал, что вы ищете ему воспитателя.

– Вы правы, не знал. Но я не видел смысла обсуждать то, что, возможно, даже не произойдет.

– А что бы вы делали, если бы не подвернулась я? – заинтересовалась Кьяра.

– Как всегда, уговорил бы Терезу присмотреть за ребенком. Не думаю, что она действительно могла бы отказаться. Она ведь очень любит Филиппо, хотя часто сердится на него.

– То есть вы в любом случае не отказались бы от командировки?

– Конечно нет. Я не только не хочу, но и не могу от нее отказаться. От этого пострадают другие люди. Я ведь работаю не один.

В столовую вошла Тереза. Бросила взгляд на почти нетронутую тарелку Филиппо и нахмурилась.

– Вы можете убирать со стола, Тереза, – невозмутимо произнес синьор Виченци. – Филиппо уже не выйдет в столовую.

Недовольно бормоча что-то про себя, Тереза собрала тарелки. Кьяра мысленно подивилась отсутствию другой прислуги. Похоже, Тереза отвечала здесь за все. Еще только присматривать за мальчиком ей и не хватало.

Никколо налил себе и Кьяре вина.

– Неужели весь остаток вечера мы проведем за обсуждением моих недостатков как отца?

Кьяра вдруг с удивлением поняла, что, действительно, говорила с синьором Виченци только об этом. Хотя на самом деле было очевидно, что он – любящий и заботливый отец. А Филиппо и вправду вел себя не лучшим образом. Если бы речь шла о каком-то другом ребенке, она не реагировала бы так остро на происходящее. Пора было взять себя в руки.

– Извините. – Девушка смущенно улыбнулась. – Наверное, вы все сделали правильно. Подростки должны чувствовать сильную руку.

Синьор Виченци усмехнулся.

– Передаю Филиппо из своих рук в ваши. Я в вас верю.

– Спасибо за доверие, постараюсь оправдать, – ответила она легко.

– Думаю, что у вас все получится, – сообщил он. – Считается, что я неплохо разбираюсь в людях.

– Ну конечно, специалист по древнему миру просто обязан хорошо знать людей, – пошутила девушка.

– Да вы, я смотрю, изучили мое досье, – удивился он.

– Вы – человек известный.

– Кто бы мог подумать! Даже в Америке?

– Когда я устраивалась на работу, я про вас почти ничего не знала, – заговорила она торопливо, словно оправдываясь. – Меня интересовала именно работа, а не…

– А не что? – Он смотрел весело, с любопытством. – Не желание выйти замуж за богатого и знаменитого ученого?

– Наверное, такие попытки уже делались?

– Не раз. Но, думаю, если бы вы хотели выйти за меня замуж, то попытались бы понравиться мне, а не читали бы постоянно лекции о воспитании детей.

– А вдруг я такая хитрая, что решила как-то выделиться среди остальных претенденток? – сказала она лукаво.

– Может быть, и так, – засмеялся Никколо. – Значит, я не так уж хорошо разбираюсь в людях, как казалось.

– Вы прекрасно в них разбираетесь, – ответила Кьяра неожиданно серьезно. – Я здесь только для того, чтобы смотреть за Филиппо. Кстати, неужели он так и ляжет спать голодным?

– Вы предлагаете позвать его сюда? Он все равно не спустится. Но не волнуйтесь, Тереза потихоньку от меня отнесет ему что-нибудь перекусить. Пойдемте лучше на террасу, выпьем кофе.

Кьяра не стала спорить. В саду было чудесно. Полуденная жара спала, дул нежнейший ветерок, благоухали цветы. На небе мерцали крупные звезды. Такой жизни можно было только позавидовать. Казалось, она попала на прекрасный остров, надежно отгороженной от остального мира с его заботами. И весь этот остров принадлежал двоим – мужчине и мальчику. Правда, нельзя сказать, чтобы они проводили здесь много времени. Филиппо большую часть года находился в школе, его отец – постоянно в разъездах.

– Вы очень красивы в лунном свете, – проговорил вдруг Никколо, выводя Кьяру из задумчивости.

– Но на небе нет никакой луны, – возразила она.

– А лунный свет есть, – парировал он. – И вы опять унеслись мыслями куда-то далеко от меня.

– Вы привыкли, чтобы при вас думали только о вас? Филиппо говорил, что вокруг вас постоянно вьются толпы женщин, готовых на все, лишь бы быть рядом с вами.

– Он несколько преувеличивает. Он готов подозревать любую женщину в том, что она хочет отнять меня у него. Недавно вот обвинил молоденькую дочку одного моего приятеля в том, что у нее на меня виды.

– А на самом деле все наоборот? Никколо иронически вздернул бровь.

– На самом деле я предпочитаю взрослых женщин. Примерно вашего возраста, – добавил он насмешливо.

Сама напросилась, подумала Кьяра.

– Кажется, я опять переступила черту дозволенного, – пробормотала она смущенно.

– Вы делаете это регулярно, – заметил он. – Похоже, вам нравится жить интересной, насыщенной, полной опасностей и приключений жизнью.

– Вы так действительно считаете?

– О да! – Он медленно улыбнулся.

Кьяра вдруг осознала, что кокетничает. Только этого не хватало, учитывая все, только что сказанное. Но она ничего не могла с собой поделать. Это получалось неосознанно, против ее воли. Синьор Виченци действовал на нее таким удивительным образом. До сих пор ни одному мужчине не удавалось привлечь ее внимание, – она слишком сильно обожглась тогда с Серджио. И вот сейчас от одного только вида синьора Никколо сердце ее начинает биться чаще.

– У вас говорящие глаза, – мягко сказал Никколо, откидываясь на спинку кресла и не сводя с нее взгляда. – Они говорят интересные вещи.

Он успел снять пиджак, и тонкая рубашка легко облегала его крепкое сухощавое тело, кажущееся совсем темным рядом с белой тканью.

– Лучше бы они помалкивали, – отшутилась Кьяра.

– Не уверен.

Некоторое время он молча и внимательно смотрел ей в лицо.

– Вы не так просты, как может показаться на первый взгляд. Вас что-то мучает. Какая-то тайна… У вас неприятности?

На какое-то мгновение Кьяре показалось, что сердце ее перестало биться.

– С чего вы взяли? Он пожал плечами.

– Мне так кажется.

– Интуиция? – Она попыталась снова перевести разговор в шутку. – Но этим славятся женщины, а не мужчины.

– По-вашему, средний мужчина слишком туп, чтобы почувствовать то, что недосказано? – хмыкнул он. – Точнее, то, что не сказано открытым текстом?

– Зачем же так грубо? Просто мужчины – материалисты. Они проще смотрят на вещи. А что касается меня, то я не грабила банки и не торговала наркотиками. В этом смысле можете спать спокойно. Правда, однажды я припарковала машину в неположенном месте. Может, вы почувствовали именно это?

Никколо со смехом вскинул руки.

– Пощадите! Легче взломать сейф, чем проникнуть в мысли женщины. Не стоило даже и пытаться.

– Да мы, женщины, самые откровенные существа на свете, – подхватила она радостно, довольная, что разговор перешел на безопасную тему. – Всегда все как на ладони.

– Не сказал бы. Прелесть женщины как раз и заключается в ее загадочности. Никогда невозможно понять, что делается в ее хорошенькой головке.

– О мужчине можно сказать то же самое, – фыркнула Кьяра.

– Но не в той же степени! – Глаза его задорно блестели. – Вот я сейчас перед вами – как открытая книга.

От откровенного взгляда Никколо у нее загорелось лицо. Этот мужчина пробуждал в ней такие чувства, о существовании которых она и не подозревала до сегодняшнего дня. Если бы не Филиппо…

Но, если бы не Филиппо, ее бы здесь просто не было. Не стоит забывать об этом, напомнила себе Кьяра. Их отношения с Никколо развиваются слишком быстро и совсем не так, как надо.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала она, вставая.

– Убегаете?

– Мне нужно выспаться. День был долгий.

– Ну что ж, у нас с вами будут еще дни для общения, – ответил он дружески.

Дней будет много, думала Кьяра, поднимаясь к себе в комнату. И надо постараться взять себя в руки и сдержать эти непрошеные эмоции. Совсем ни к чему увлекаться синьором Никколо, у нее и без того проблем полно. А ведь он сейчас ясно дал понять, что она нравится ему так же, как и он ей. К счастью, он скоро уезжает. Это даст ей возможность успокоиться и направить все свое внимание на Филиппо.

Как это ни странно, но, несмотря на все свои тревоги, Кьяра заснула почти мгновенно и спала как убитая. Разбудило ее лишь яркое утреннее солнце, осветившее всю комнату.

Сегодня они должны заехать в деревню, чтобы отдать взятую напрокат машину, вспомнила она, одеваясь. Может быть, Филиппо тоже захочет прокатиться?

Завтрак был подан на террасу. За столиком сидел один синьор Виченци, просматривая газету. Вяло кивнув Кьяре, он лениво поинтересовался, хорошо ли ей спалось.

– Просто замечательно, спасибо, – ответила она, усаживаясь напротив и берясь за кофейник. – А Филиппо еще не встал?

– Филиппо встал еще в половине седьмого, до жары. Сначала катался на Султане, а сейчас, кажется, в бассейне. Советую и вам тоже искупаться. В такую погоду нет ничего приятнее. Кьяра согласно кивнула, отпивая кофе.

– А кстати, – поинтересовался Никколо, – как вы проводите лето?

– Как все. Немного путешествую, немного занимаюсь спортом, загораю, выезжаю на природу. У моей подруги есть собственная яхта.

– У подруги, не у друга?

– У подруги. – Почему-то Кьяра не решилась поднять на Никколо глаза. – Друга у меня нет.

– Я имею в виду просто друга, и не более того. Ей стало смешно.

– По-вашему, такое возможно? – Она все-таки решилась посмотреть ему в лицо.

– Для кого-то – вполне. – Синьор Никколо хитро улыбнулся. – Но для вас – вряд ли. Вы слишком хороши собой. Ни один мужчина не сможет питать к вам исключительно платонические чувства.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9