Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Секретные материалы (№118) - Змеиная кожа

ModernLib.Net / Ужасы и мистика / Картер Крис / Змеиная кожа - Чтение (стр. 3)
Автор: Картер Крис
Жанр: Ужасы и мистика
Серия: Секретные материалы

 

 


— Скажите, когда вы вернулись домой, вы говорили с отцом? — тихо спросила Скалли.

— Нет… Он очень злился за то, что я пошел на похороны. Я помню. Он сидел на крыльце, качался в кресле… Но я не помню разговора… Почему?.. Мы что, не разговаривали?

— Ваш отец умер… — так же тихо произнесла Скалли. — Мне очень жаль…

Паркер сидел, недоуменно моргая, затем ткнулся лицом в ладони.

— Кажется, его загрызло животное, но… Я подозреваю, что это убийство. Лайл, я недавно потеряла отца и знаю, как обессиливает…

— Вы думаете, — Лайл поднял взгляд, — это моя вина? Я пошел на похороны, разозлил их, и они убили моего отца?

— Не знаю, — ответила Скалли.

— Но если я — причина… Если я виноват… Я не могу даже… Как… — он смотрел на Дану, словно она могла дать ему ответ. — Со смертью я справлюсь, — Лайл вдруг заговорил быстро, словно пытаясь оправдаться. — Когда живешь на ранчо — оказываешься настолько близко к природе, что смерть ощущаешь как уход, растворение в окружающем тебя мире. Смерть — это не страшно. Но предательство, убийство! — Паркер посмотрел на свои руки, поднес их вплотную к лицу, всматриваясь в рисунок. — Мне кажется, что я своими руками…

Лайл виновато посмотрел на Скалли и заплакал.

Вигвам шамана стоял на самом краю поселка. Большинство индейцев уже давно переселились в нормальные, двух— и трехэтажные дома, но шаман оставался верен традициям. Скенит указал на вход, завешенный шкурой лося:

— Нам туда. Старого шамана зовут Иш. Он единственный, кто сможет рассказать вам то, что вы хотите узнать.

Малдер постоял в нерешительности, окинул взглядам свой костюм, наконец решился и откинул полог.

Шаман сидел на огромной шкуре гризли и курил трубку. Горький запах дикого табака заполнил все небольшое пространство вигвама.

— Иш, это Фокс Малдер, он хочет говорить с тобой. Он представитель закона, но сейчас он пришел как тот, кому небезразлична жизнь индейцев. Он хочет узнать, зачем Маниту снова появился в нашем городе.

Фокс огляделся. На закопченных деревянных опорах висели сушеные травы. Он с трудом узнал зверобой и мяту, пыльный веник которых висел прямо над костром. Сердоликовый амулет — фигурка свернувшегося полоза — покачивался в неровном свете пламени. Малдер кивнул шаману, тот указал ему и шерифу на большую кипу шкур, сваленных вдоль стены.

— Не знаю, зачем Маниту снова пришел в наш город. — Иш покачал головой. Затянулся и медленно выпустил струю дыма. Табачный дым смешался с дымом костра и вытек в дырку в крыше. — Я могу рассказать вам все, что знаю. Что-то я видел своими глазами, что-то рассказали люди, о чем-то пришлось догадываться. Но начинается мой рассказ — как предание, переданное старой скво маленькому внуку, еще не умеющему говорить, но уже любящему слушать.

Шаман подтянул ноги, уселся поудобнее и заговорил нараспев. Голос оказался неожиданно сильным и красивым. Малдер вдруг заметил, что его завораживает звучание и он почти не вслушивается в смысл фраз.

— Давным-давно, когда солнце светило ярче и добрый дух Вакантанка еще не покинул людей, родился на свет Лунный Волк. Он был могуч, и, как у любого могучего повелителя, у него были слуги. Эти слуги назывались Маниту.

Фокс стряхнул с себя оцепенение, посмотрел шаману в лицо. Старый индеец сидел неподвижно, морщинистое лицо было подернуто пеленой воспоминаний.

— Однажды я встретил Маниту, — продолжал Иш. — Я был совсем молод…

— В сорок шестом? Дело Уоркетса? — спросил Фокс.

Шаман поднес к губам трубку, посмотрел на Малдера.

— Ты не такой, как все, — медленно произнес он. — Ты открыт индейцам. У тебя даже имя наше. Лис. Тебя надо было назвать Бегущий Лис. Или Хитрый Лис.

— Главное — чтобы не Лис-Призрак, — в тон ответил Малдер, — остальное меня не волнует. Расскажите, что вы видели?

— Уоркетс гулял один по лесу, — заговорил шаман. — И на него напал зверь. Ричард убил его, шрамы зажили. Все оказалось забыто. Но затем начались смерти. Индейцы кроу поняли, что в Уоркетса вселился дух Маниту. Злой демон, способный превратить человека в зверя. Кровь духа и человека смешалась, и несчастный сам стал Маниту.

— Значит, зажившие шрамы на теле Джо… — шепотом произнес Скенит.

— Маниту нападает на человека ночью. И не в полнолуние. Никто не знает почему, но слуги Лунного Волка боятся луны. Демон послушен двум желаниям. И если первое привычно и понятно, то второе вселяет ужас. Маниту — как маленький ребенок, впервые увидевший мир. Ему интересно все, что можно разорвать и посмотреть, что сокрыто внутри. А второе — Маниту голоден. Он все время хочет набить свой желудок, заставить молчать демона, грызущего его чрево. Страшен человек, попавший под власть демона. И нет спасенья, кроме смерти, и в смерти спасения тоже нет, только тьма.

Иш начертал в воздухе знак, ограждающий от несчастья, и продолжил рассказ:

— Как-то ночью, когда мне было шестнадцать лет, я возвращался с рыбалки. Из ущелья Кай-Тайк. Это совсем недалеко от дома Уоркетса. Я услышал вой. Не звериный, но и не человеческий. Я заглянул в окно. Ричард лежал на полу, весь в крови и поту. Ему было очень, очень больно. Он корчился в судороге, на губах выступила пена. Я увидел его руку. На ней была разорвана кожа. Края разошлись и свисали лохмотьями. Затем кожа лопнула и упала на пол. Словно у змеи. Челюсти удлинились, из-под ногтей проступили звериные когти. Уоркетс обернулся, закричал. И увидел меня. Его глаза все еще были людскими. И они просили, умоляли меня — убей. Если бы я охотился и у меня оказалось ружье — я бы выполнил эту просьбу не задумываясь. Но я был мальчишкой. Я до смерти перепугался. И убежал. Вскоре после этого его убила полиция. Но Маниту появился снова. Через восемь лет.

— Но откуда мог взяться еще один Маниту? Ведь Уоркетс был мертв? — Скенит жадно слушал Иша, словно мальчик, которого нечасто балуют сказками.

— У Ричарда был сын. Возможно, Маниту передается между кровной родней.

— Гвен? Возможно, Джо не был ранен, возможно, он получил Маниту по родству. От своего отца. И тогда Гвен, возможно, тоже оборотень! И она вполне могла убить Паркера, — Малдер посмотрел на шамана, затем на шерифа. — Я думаю, нам пора.

Фокс вытащил пистолет и, откинув полог, выбежал из вигвама. Шериф расстегнул

кобуру и тоже выбрался наружу. Солнце ослепило их, и секунду все стояли не двигаясь, пока глаза привыкали к свету. Малдер быстрым шагом пошел к машине шерифа, на которой они приехали. Скенит, шедший рядом, вдруг рванулся в сторону, в два прыжка оказался около «пикапа» Иша. Дернул дверь. Наружу выкатился растрепанный, царапающийся и кусающийся комок. Чарли отшатнулся, одним движением заломил напавшему руку.

— Гвен! — произнес шаман, возникший позади Малдера.

— Ты арестована за попытку угона машины Иша! — Шериф снял с пояса наручники, с трудом удерживая вырывающуюся Гвен.

— Что случилось, Гвен? Отчего ты убегаешь? — Фокс подошел ближе, внимательно и с участием посмотрел индеанке в глаза.

— Я видела это! Я видела, как это убило Паркера! — закричала Гвен. Глаза девушки стали безумными, в них плескался страх. И тоска.

— Отпусти ее, — Малдер кивнул шерифу.

Чарли Скенит нехотя выпустил руку, повесил наручники обратно на ремень

— Успокойся и рассказывай. Я должен знать, — Малдер подошел вплотную, взял девушку за руку.

Гвен вздрогнула от прикосновения, хотела отдернуть руку, но удержалась и торопливо, словно боясь не успеть, заговорила:

— Я после похорон отправилась на ранчо. Собиралась набить морду этому мальчишке. Я ждала, но Джим Паркер сидел на веранде. А потом эта штука, эта тварь, животное… — Гвен заплакала. — Боже мой! Никогда в жизни мне не было так страшно! Я убежала. Пряталась в лесу целый день. Я хотела выйти, выбраться. Уехать отсюда как можно дальше. В Вашингтон, в Европу, на другой край света. Только подальше от этого…

Девушка содрогнулась, ее начал бить озноб. Малдер обнял ее за плечи, повернулся к шаману:

— Отвезите ее домой.

Фокс вытащил из кармана телефон, торопливо набрал номер.

— Здравствуйте, говорит доктор Джозеф, — раздался в трубке пожилой, утомленный голос.

— Добрый день, это агент Малдер. Мне сказали, что я смогу дозвониться по этому номеру до агента Скалли.

Ax да. Вы по поводу Лайла Паркера? — спросил доктор Джозеф. — Мы выписали его из больницы. Агент Скалли сейчас везет его обратно на ранчо.

— Вы не знаете, можно ей туда позвонить?

— К сожалению, они только что выехали, — в голосе доктора не было никакого сожаления, он оставался все так же холоден и равнодушен. — Да, кстати, мы тут обнаружили одну очень необычную вещь, — доктор немного оживился, словно медицина была единственным, что могло развлечь его. — Такого у меня в практике еще не случалось.

— Что? — подстегнул Малдер, проклиная медлительность и обстоятельность доктора Джозефа.

— Лайла стошнило. Стошнило кровью. Было подозрение на внутреннее кровотечение. Мы провели анализ — оказалось, что Лайл абсолютно здоров. — Доктор замолчал, ожидая, что скажет Малдер.

— Ну и что? — Это было единственное, что Фоксу пришло на ум.

— Неужто вы не понимаете? Как кровь могла попасть в желудок, если нет никаких повреждений? Только если он ее выпил.

— Кто? — переспросил Малдер.

— Лайл Паркер. Между прочим, исследование проглоченной крови показало, что она идентична крови его отца. Мы как раз получили труп. И делали полный патологоанатомический анализ.

— Может быть, вы что-то перепутали? — негромко спросил Фокс.

— Нет, все точно. Результаты несколько раз перепроверялись. И вы знаете, я с трудом могу представить человека, который пьет кровь собственного отца. Но это так, мои личные предположения.

В трубке раздались гудки, Малдер спрятал телефон в карман и побежал к машине шерифа. Времени оставалось очень мало.


Ранчо «Два Снадобья»

Четверг

Ночь


Скалли вылезла из машины, хлопнула дверцей, проклиная автомобильный прокат всех стран, начиная от США и заканчивая Саудовской Аравией. Заезженный «вольво» и раньше не делал больше шестидесяти километров в час, сегодня же стрелка спидометра принципиально отказывалась перешагнуть через пятьдесят. В результате до ранчо они добрались только через три с половиной часа.

На улице почти стемнело, старый дом глядел в сгущающиеся сумерки черными провалами окон. Лайл достал ключ, спрятанный под небольшим камнем, лежащим около двери. Тихонько скрипнули петли, Скалли шагнула в коридор. Сзади раздался щелчок — Паркер хотел включить свет. Лампочки вспыхнули и плавно погасли, оставив круги в глазах и звон остывающего стекла.

— Электричества нет, — спокойно произнес Лайл. — То и дело отключают. У нас стоят аккумуляторы. И небольшой движок. Пойду, запущу генератор. В него только надо долить солярки. Это очень просто.

Затем Лайл вдруг побледнел и медленно опустился на пол.

~ С вами все в порядке? — Скалли схватила Паркера за плечи, не давая ему упасть.

— Мне плохо. Пожалуйста, отведите меня в туалет, — Лайл поднялся с коленок и, неуклюже переставляя ноги, пошел вверх по лестнице. — Это, наверно, от голода, — оправдываясь, произнес он. — Я ничего не ел уже три дня. Меня словно сосет что-то изнутри, я постоянно чувствую голод. Одно и то же, все время — голод…

Машина шерифа накручивала километры. От вигвама шамана до города, через весь город и, наконец, до ранчо «Два Снадобья». Шериф Чарли Скенит вжимал акселератор, нимало не заботясь о правилах движения. Малдер набирал номер телефона Даны. В трубке что-то шуршало, иногда были слышны обрывки разговора, а один раз Фокс даже поймал программу радио. Вот только Дана не отвечала.

— Черт, все время рассоединяется, — Малдер в раздражении отложил телефон. -

Наверное, горы мешают. Сигнал не проходит. Сколько еще ехать?

— Примерно километров десять, — ответил Скенит.

— Недолго, — отозвался Малдер и откинулся на спинку сиденья. — Надеюсь, что мы успеем.

— Лайл, впусти меня! Скалли заколотила в деревянную дверь. За дверью послышался сдавленный стон.

— Я хочу отвести тебя обратно в больницу. Хорошо? Тебе нужен врач. Открой! — крикнула Скалли.

— Нет! Ничего, я сейчас приду в себя, — раздался слабый голос.

— Лайл! Лайл, ответь мне, — Скалли ударила в дверь носком туфли. — Что с тобой? Все в порядке?

— Скалли… Уходи… Я чувствую голод. Мне плохо. Ты слабая… Уходи, пока мне не стало интересно… — услышала Дана невесомый шепот.

Затем дверь дрогнула от удара. Раздался громкий отвратительный скрип, словно гигантская кошка точила когти. Тонкая филенка двери дрогнула и разошлась на несколько одинаковых кусков. Скалли заметила блеснувшие в темноте клыки.

— Господи…

Она выхватила пистолет, сняла предохранитель. Тяжелый рык придавил ее к полу, Дана отшатнулась в темноту. Дверь слетела с петель, медленно, как во сне, упала, подняв столб пыли. Мелькнула хищная стройная тень.

Наступившая тишина навалилась на плечи. Казалось, темнота пропитана страхом, каждый шорох, собственное дыханье готовились броситься вперед, сбить с ног. Скалли подошла к лестнице, стараясь не скрипеть старыми ступенями, медленно спустилась со второго этажа. Где-то здесь, в темноте, ждет чудовище. Хищник, неведомо как попавший в дом.

Она вспомнила стоящие во дворе клетки с дикими животными. Вспомнила красавца горного льва, который мерил стиснутое решетками пространство, хищно щерясь на людей. Большой, сильный и очень злой зверь. Кто-то забыл закрыть клетку. И сейчас тварь бесшумно ходит по дому, кончик пушистого хвоста подрагивает от возбуждении. Он подкрадывается, подбирает задние ноги… Прыжок.

Скалли резко развернулась, прогремел выстрел, направленный в темноту. В следующее мгновение Дана присела, шипя от боли. Она не заметила угол шкафа и, поворачиваясь, попала по нему кистью. Пистолет с громким стуком упал на пол. За окном послышался шум подъезжающей машины. Скалли, придерживая левой рукой правую, подбежала к двери, выскочила наружу. В лицо ей смотрело дуло револьвера.

— Все в порядке, это я, — крикнула : Скалли прицелившемуся в нее шерифу. — Я не знаю, что-то бросилось на меня. Оно бежало вниз по лестнице. Я потеряла пистолет. — Дана растерянно развела руками. Никогда раньше она не чувствовала себя так беспомощно. — Оно очень быстрое, — произнесла она.

— Догадываюсь, — буркнул Малдер. — Пойдем.

Прикрываясь кустами и тенью дома, они осторожно подошли к двери. Дверь была открыта нараспашку и тихо поскрипывала, покачиваясь на ветру.

— Я пошел, — шепнул Малдер. Шериф прицелился, готовый выстрелить в темнеющий проход. Малдер прыгнул внутрь, пистолет метался из стороны в сторону, ища цель. В прихожей было пусто. Шериф зашел следом, револьвер он держал у пояса, как привык еще в годы своей ковбойской юности. Перестрелки в салунах были тогда не редкостью, и считалось хорошим тоном стрелять от бедра. К тому же так пистолет сложнее выбить. Малдер целился с вытянутых рук, дуло пистолета всегда было направлено туда же, куда и взгляд.

Призрак постоял, ожидая, пока глаза привыкнут к мраку. Затем молча, аккуратно наступая на скрипучие доски пола, пошел к лестнице. Шериф остался около двери. Лицо его было неподвижно, и только глаза метались из стороны в сторону, не упуская ничего важного. Малдер коснулся рукой гладкого дерева перил, хотел сделать шаг. И замер. На него смотрели. Пара черных, слитых с темнотой глаз. Следили, поджидая, что чужак сделает этот шаг. Тогда можно будет ударить, разорвать единым движением горло и, не останавливаясь, прыгнуть вперед, туда, где, незряче глядя во тьму, стоит второй. А потом уже поиграть и с последним. Он слабый, у него нет железа. Как будет радостно наконец-то попробовать вкус сильной добычи. На время заглушить голод… Мучительный голод… Вот тогда он наиграется. Это ведь так интересно… Ну что же ты не ступаешь? Сделай шаг! Иначе мне не достать тебя. Я ведь знаю, ты не видишь меня. Вперед, не бойся, я тебя не больно укушу.

Малдер отступил на шаг, почувствовал, как озноб пробежал по всему телу. Рука сама, против воли и разума, нацелилась наверх второго этажа, туда, где кончалась лестница. Палец плавно, как на ученьях, нажал спусковой крючок. Грохот, ослепительная вспышка перед лицом, вскрик, похожий на звериный вой. Тварь, почти с человека ростом, проломила перила, скатилась вниз по лестнице. Два раза стукнул револьвер, прокручивая барабан. Пули прошли мимо. Зверь вскочил, оставляя клочья шерсти, метну лея вверх, на второй этаж. Шериф подбежал к Малдеру, остановился в двух шагах позади. Малдер взбежал по лестнице, ударом ноги распахнул дверь в комнату Джима Паркера.

Темно. Силуэты во мраке. Шкаф, пианино. Кресло. В углу стоит всего лишь кресло.

Шаг вперед, осторожно. Подальше от стен. Скенит, молодец, держится сзади, прикрывает спину. Безоружная Скалли немного отстала, так, чтобы не мешать, но — если вдруг потребуется помощь — успеть. Куда оно могло задеваться? Это надо убить. Уничтожить прежде, чем зараза Маниту коснется остальных. Один способен заразить сотни.

«Где? Где оно может быть? Черное пятно напротив — следующая комната?»

Малдер прыгнул вперед, хлипкая дверь слетела с петель. Тень, стремительная и легкая, похожая на стрелу, выпущенную в упор. Выстрел, еще один. Грохочет револьвер. Одиннадцать пуль. Летящая смерть.

Тишина…

Шериф снял с пояса фонарик, посветил вперед. Тусклый лучик света вырвал из темноты осколки фарфора, стол, покрытый клеенкой, немытую чашку в раковине. В самом углу, свернувшись калачиком, лежал голый человек. Луч коснулся лица лежащего, освещая тонкие губы и квадратный, гладко выбритый подбородок.

— Это Лайл Паркер, — произнесла Скалли. — Он мертв. Совсем. — Она наклонилась, бегло осмотрела тело. — Два ранения в спину, одно в голову и два или три в ноги.

— Все целы? — спросил Малдер, повернувшись к шерифу. Вопрос был излишен.

— Как же так? — прошептала Скалли. — Лайл пошел в туалет. Сказал, что ему плохо, и заперся там. А потом… Я подумала, что на нас напал горный лев.

— Это был не горный лев, — ответил Малдер, вынимая стреляную обойму и вставляя новую. — Горный лев сидит себе в клетке на заднем дворе. И его никто и никогда не выпускал.

Они вышли на улицу, Малдер достал телефон и принялся тут же кому-то звонить. Скалли нашла потерянный пистолет и отправилась вокруг дома. Она не могла понять, как же человек может превратиться в животное. Она вновь и вновь представляла себе схему превращений и каждый раз останавливалась в самом начале. Это было абсолютно невозможно. Но ведь она видела все сама. Клыки. И когти. Дюймовые когти, порвавшие фанерную дверь, как кошка папиросную бумагу. Дана, дойдя до заднего двора, приблизилась к клеткам.

«Наверно, когда я прихожу сюда, то вспоминаю и о моей матери тоже», — Скалли казалось, что она слышит голос. Она пошла между клеток, выискивая ту, с горным львом.

Скрип несмазанных петель заставил ее обернуться. Стальная решетка покачивалась на ветру, рассекая светлеющее небо на несколько равных квадратов.

«Горный лев, пойман в январе 1989 года», — с трудом прочитала Скалли. В клетке никого не было.

«Пожалуй, это случайное совпадение», — подумала Дана. Она быстро развернулась и пошла обратно к Малдеру и шерифу.

Горный лев ровным, стелющимся шагом мчался по лесу. Он чувствовал голод. Белка метнулась на дерево, вскрикнула, прибитая тяжелой лапой. Раздался хруст тонких костей. Горный лев облизнул морду длинным, розовым языком. Ему было интересно.


Офис шерифа Скенита

Браудинг, штат Монтана

Пятница

Утро


Скалли, постучав, вошла в кабинет. Чарли Скенит встал из-за стола, кивнул в знак приветствия

— Где Гвен? — спросила Дана. — Она сказала, что придет нас навестить, прежде чем мы уедем.

— Вчера ночью она собралась и покинула территорию резервации, — холодно ответил Скенит. — Все, что у нее было, она раздала друзьям.

— Просто так, собралась и уехала? Зачем? — Скалли недоуменно пожала плечами.

— А чего ей здесь оставаться? Брат умер, семьи больше никакой нет. Все эти замороки с Паркером закончились.

— Но ведь она видела что-то, чего не смогла понять. Неужто ей совсем не интересно? — Может быть, — спокойно ответил шериф. — Наверное, легче жить, когда все понятно.

— Ну что ж, спасибо, — Скалли кивнула на прощание, сбежала по лестнице. Села на переднее сиденье. На крыльцо вышел шаман, замер в дверях, загородив собой проход.

— Федералы? — крикнул Иш. — Увидимся примерно через восемь лет.

— Надеюсь, что нет! — ответил Малдер, заводя машину.

«Вольво» тронулся, с трудом набирая скорость. Это было железо. Медленное железо.


  • Страницы:
    1, 2, 3