Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Уникумы Вселенной

ModernLib.Net / Научная фантастика / Иванович Юрий / Уникумы Вселенной - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 6)
Автор: Иванович Юрий
Жанр: Научная фантастика

 

 


В тридцатиметровой толще перекрытия находятся окружные транспортные магистрали, оборудование насосных станций и системы коммунальных служб. На двести метров ниже, на уровне океана, расположено второе перекрытие, которое называется рабочей (или пляжной) платформой. Она выдвинута в сторону воды на шестьсот, а в сторону Нового города – на пятьсот метров. Платформа разбита на восемь секторов, из которых четыре, находящиеся напротив бастионов, являются портовыми предприятиями; а остальные, между ними, – местом для отдыха горожан. Внизу, вплотную к стене, стоят самые высокие жилые постройки – здания Второго ряда. Напротив, на расстоянии шестисот метров к центру, стандартные дома первого ряда. Симметрично каждому из бастионов в Большой стене имеется по шесть двойных ворот размером десять на четыре метра каждые. Они используются только в случае крайней необходимости. – Девочка замолчала и выжидающе посмотрела на учительницу.
      – А толщина стены? – спросила та.
      – Большая стена является двойной, – спохватившись, продолжила Гелеби. – Толщина ее колеблется от тридцати до сорока метров. Внутри находятся основные запасы питьевой воды и главные топливохранилища.
      – Отлично, Гелеби! – похвалила мисс Абелия и обратилась ко всему классу: – Кто еще что-нибудь добавит о Большой стене?
      – А что добавлять, она же всё рассказала? – Рыжий веснушчатый паренек явно томился и с нетерпением ждал конца занятий. – Но у меня есть два вопроса.
      – Задавай.
      – Почему пляжные зоны не сделали по всему периметру стены?
      – Если бы не было портовых секторов, то как бы снабжался весь Хрустальный город товарами и продуктами?
      – Но есть же огромные шахтные стволы в стенах бастионов?
      – Они служат только для вентиляции в Подводном городе и не приспособлены для грузопотоков. Что еще ты хочешь спросить?
      – Почему все школы не строят в пляжных секторах?
      – А потому что тогда такие, как ты, вообще бы в школу не ходили!
      В этот момент раздалось два удара школьного колокола, возвещающие об окончании урока. Рыжий, а за ним чуть ли не полкласса принялись скандировать:
      – Если школу не найдем, отдыхать на пляж пойдем!
      – Можете идти, до свидания! – махнула рукой мисс Абелия и в поднявшемся шуме и гаме выскакивающих из класса учеников тихо добавила: – Я тоже уйду, сил моих больше нет с этим преподавательством.
      Выйдя из школы, учительница истории мисс Абелия постояла в школьном скверике, раздумывая, куда отправиться. «И зачем я согласилась, пусть даже временно, – думала она, – работать в школе? Не могу я без движения, даже короткое время. Тем более – в помещении! – В этот момент она с улыбкой вспомнила учеников: – А ведь я полностью с ними согласна: на пляже, возле воды, в сто раз лучше и приятнее. Может, и мне… Решено! Пойду погуляю по песочку, посижу где-нибудь на скамеечке под зелеными пальмами. Все равно надоедать отцу бесполезно: он говорил, что в ближайшие две недели никаких интересных поездок и экспедиций не будет». И она быстрой походкой деловой женщины отправилась к Большой стене.
      Поднявшись на лифте до уровня Пляжной платформы, Абелия прошла через пассажирские ворота и села в открытый вагончик монорельса, следующего в сторону ближайшего места отдыха. Через несколько коротких остановок, проехав над частоколом пирсов мимо многочисленных кораблей, стоящих на погрузке и разгрузке, она вышла в самом начале покрытого роскошной зеленью четвертого сектора.
      Здесь было единственное место, где высота зданий не превышала пятидесяти метров. Здесь, на натуральных грунтах, завезенных с материка, росли самые редкие и самые красивые растения, собранные со всего мира. Приятно поражали сотни видов птиц, гнездящихся в кронах деревьев. От их многоголосого шума, особенно на некоторых участках, создавалось ощущение, что находишься где-нибудь в джунглях. Легкий ветерок, дующий с океана, был не в силах разогнать неповторимый запах редких экзотических цветов. Некоторые жители Города предпочитали отдыхать не здесь: они садились на корабли, уплывали на острова, которые входили в состав Океании, и уже там, в естественных условиях, проводили отпуска или небольшие каникулы. Но подобное могли себе позволить немногие. В большинстве своем горожане не могли представить себя вне огромных стен Города, Города, в котором они жили с момента рождения. Даже лежа на пляжном песочке, они с успокоением ощущали за своей спиной непоколебимую Большую стену, видели над собой нависающий козырек верхней платформы и всегда могли любоваться возвышающимися на три тысячи метров громадами бастионов. От подножий зданий, расположенных непосредственно над пляжами, были проведены таски с постоянно текущей водой. По ним желающие могли выскочить сразу на поверхность океана. И пользовались ими не только жители третьего и четвертого рядов.
      Пройдя по краю пляжного сектора, Абелия удобно устроилась на самом углу набережной, с удовольствием вдыхая запахи моря и джунглей одновременно. Справа от нее, через десяток метров, набережная переходила в ярко-желтую песчаную полоску пляжа, плавно загибающуюся вправо и скрывающуюся за деревьями. Над смешанным лесом, вдали, виднелась верхушка Северного бастиона. Слева, сразу за узкой полоской воды, начинался гребень пирсов и пристаней, своими зубьями указывающий на исполинскую величественность Западного бастиона. Еле виднеющиеся отсюда, от бастиона к городу тоже тянулись многочисленные пирсы с кораблями, игрушечными издалека. По проливу во всех направлениях курсировали самые разные плавсредства: от мощных боевых кораблей до простейших суденышек и барж, которые перевозили все, что угодно.
      Вот и сейчас одна из таких барж стояла на ближайшем к Абелии пирсе под погрузкой. Работали на ней вручную – мужчины в разной одежде, разного возраста и разной комплекции. Они без остановок грузили в довольно-таки объемные трюмы баржи какие-то предметы в больших свободных чехлах и набитые сумки, тоже немаленькие. Похоже, с личными вещами. «Неужели они собираются плыть пассажирами, – подумала Абелия. – На этой-то лоханке! Вроде не студенты, собравшиеся на каникулы. А может, это геологи, уходят в экспедицию? Нет… Не похоже – никто из них не обращает на меня внимания!»
      Абелия, часто бывающая именно на этом месте, привыкла к постоянно несущимся со стороны пирса комплиментам и свисту. Высокая стройная блондинка всегда привлекала внимание моряков и грузчиков, обслуживающих суда. А эти, хоть и поглядывали в сторону набережной, старательно делали вид, что не замечают ее. Какие-то иностранцы? Тоже нет. По некоторым признакам в них можно было узнать коренных жителей Хрустального города. «Может, я хоть кого-нибудь из них видела раньше?» Но было почти безнадежно случайно встретить знакомое лицо в Городе, численность жителей которого превышала тридцать миллионов. Тем более что физиономии снующих по пирсу личностей ничем особым не выделялись – они казались незапоминающимися. «Да… Довольно-таки подозрительные типы…»
      – Отдыхаете?
      Абелия вздрогнула от неожиданно раздавшегося возле нее голоса. Повернув голову, она увидела мужчину в плавках и с явно неискренней улыбкой на лице, почти полностью лишенном загара.
      – Нет, ищу одиночества! – довольно-таки грубо сказала она в ответ.
      – А погодка сегодня просто загляденье!
      Приветливый голос незнакомца совсем не вязался с колючим, неприятно ощупывающим взглядом. Желая закончить все разговоры, Абелия демонстративно отвернулась. Но мужчина, нимало этим не смущаясь, спросил:
      – Не возражаете, если составлю вам компанию?
      – Возражаю!
      Но не успела она это сказать, как наглец уже уселся рядом, продолжая в упор ее разглядывать.
      – Я тут прогуливался, скучно стало, не с кем даже поболтать…
      Абелия даже возмутилась от такого хамства:
      – На пляже масса народу, но я не удивляюсь тому, что вас оттуда выгнали: с вами долго не поболтаешь.
      Незнакомец неискренне засмеялся:
      – Да я и не ходил по пляжу. Просто здесь мое любимое место, и мне здесь нравится загорать.
      – Странно! Я здесь почти каждый день, а вас вот вижу впервые. Да это и понятно: ведь вы, с вашей интеллигентной ненавязчивостью, можете приходить сюда только поздней ночью.
      У человека в плавках отвисла челюсть, и никчемная бледность не смогла скрыть того, что он покраснел. Особенно бордово потемнели мочки ушей. «Ага! Понимает все-таки, что ведет себя по-хамски! – злорадно подумала Абелия. – Возможно, отстанет и уйдет куда подальше».
      Но незнакомец, немного оправившись от оскорбления в свой адрес, изменил тактику:
      – Прошу меня, конечно, извинить за беспардонность, но вы мне очень напоминаете одну давнюю знакомую.
      Абелия критически осмотрела собеседника, прикидывая его возраст, и с иронией съязвила:
      – Вы глубоко ошибаетесь, я тогда еще и в школу не ходила.
      – Ну что вы, что вы! Я имел в виду наш, тридцать первый век! Хотя… Неужели я выгляжу таким древним?
      – Да нет. – Она еще раз осмотрела спортивную фигуру незнакомца. – Для своих лет вы прекрасно сохранились, вам никто не даст больше сорока, ну максимум сорока трех лет.
      Тут уже мужчина засмеялся от всей души:
      – Ну спасибо, ну уважили! Приятно слышать такие комплименты.
      – Странно, что вас это радует. Я ведь никогда не приукрашиваю действительность.
      – О-хо-хо! – Мужчина продолжал смеяться. – Трудно представить момент, когда вы начнете кому-нибудь льстить!
      – Вам не кажется, – голос Абелии стал срываться, – что кто-то из нас здесь лишний?
      – Как жаль, – он притворно вздохнул, – что вы уже уходите. А я даже не успел вам представиться.
      «Как надоел! Да он же попросту хочет выгнать меня с моего любимого места. Ну нет, не выйдет! Скорее он у меня искупается, чем я сделаю отсюда хоть шаг! Хотя… Может быть, у него здесь свидание?»
      Абелия осмотрелась, но никаких одиноких особей женского пола поблизости не наблюдалось.
      – Что вы оглядываетесь? Ждете своего кавалера? У вас свидание?
      Она задохнулась от возмущения, а потом процедила сквозь зубы:
      – Удивляюсь, как это вы дожили до такого преклонного возраста!
      В ответ он снова рассмеялся:
      – Благодаря поддержке многочисленных друзей.
      – Какой ужас! – Она притворно всплеснула руками. – Разве существуют еще подобные?
      – Ну, вы, того… – Незнакомец впервые серьезно обиделся. – Мои друзья вам не сделали ничего плохого!
      – Ага! Значит, вы признаете свое неправильное поведение?
      – Ну, отчасти… – Он снова принялся ее бесцеремонно разглядывать. – Вспомнил! Я вспомнил, откуда я вас знаю! Вы живете на Восточном бастионе и работаете в баре двадцатого пирса?
      – Нет! Я живу в Старом городе! – Абелия, в гневе вскочив, шагнула в сторону пирса. Остановившись у самого края, она повернулась к тоже вставшему незнакомцу. – Женщина знатного рода никогда не будет работать в грязной портовой забегаловке. Вы нанесли мне оскорбление!
      – Извините… – Мужчина растерянно улыбался. – Жаль, что мы с вами расстаемся, а то бы я попытался объяснить свое поведение.
      – Да, к счастью, расстаемся! Поэтому прощайте! – И Абелия великодушно протянула руку.
      Удивленный этим жестом, незнакомец тем не менее шагнул вперед и бережно пожал красивую розовую ладошку. Вдруг девушка закрыла глаза и стала заваливаться назад, будто бы теряя сознание. Мужчина машинально сделал шаг вперед, пытаясь левой рукой схватить ее за талию. Но Абелия неожиданно остановила движение его ноги ступней, тем самым делая подножку, а рукой, молниеносно высвобожденной из рукопожатия, резко дернула его за запястье. Этим она вернула себе равновесие, а телу незнакомца придала солидное ускорение. Так как тормозить было негде, наглый приставала, чуть не задев носом край набережной, сорвался и, пролетев шесть метров, довольно-таки удачно плюхнулся в воду. С баржи раздалась целая буря хохота, одобрительных выкриков и свиста. Вынырнув в пенящейся воде, незнакомец зло взглянул на недостижимую для него девушку и поплыл в сторону пирса, высота которого не превышала двух метров. На него можно было легко взобраться по свисающим на канатах резиновым чалкам.
      Погрузка полностью прекратилась: все возбужденно обсуждали только что увиденное. Но тут вмешался боцман. Выскочив на пирс, он засигналил в свой свисток и тоном, не терпящим возражений, гаркнул:
      – Кончай травить! Шевелитесь, шланги! Не собираюсь из-за вас здесь еще и всю ночь прохлаждаться! – потом, подойдя к краю пирса, протянул руку и помог выбраться наверх неудачливому купальщику.
      «Интересно, – подумала Абелия, – что это хамье будет делать дальше?»
      Но человек, получивший, по ее мнению, заслуженный урок, никуда не ушел, а стал с боцманом что-то обсуждать, время от времени поглядывая в сторону набережной. Потом демонстративно громко хмыкнул, взошел на баржу и скрылся в одном из полутемных трюмов.
      «Э-э, да он из их компании, – подумала девушка. – Пойду-ка я лучше на пляж, поплаваю. Гораздо приятнее, чем рассматривать эти странные рожи».
      Она повернулась и пошла в сторону зеленеющих деревьев, не заметив, что недавний ее собеседник, уже одетый, выскочил на мостик и пристально смотрит ей вслед.

Глава 8
ХАРДИЯ

      На следующий день после помолвки, когда спящая столица Харди только-только начала вырисовываться в предрассветном тумане, Вителла вошел в рабочий кабинет верховного жреца, надеясь первым пожелать своему учителю доброго утра. Но, как бы подтверждая всеобщее мнение, что он никогда не спит, Райгд уже беседовал с главным инженером рудника над разложенными схемами подземных выработок.
      – Пусть даст вам Творец здоровья и долголетия!
      Ответив на приветствие декёрла, Райгд добавил:
      – А я думал, ты еще за столом сидишь!
      – Самые стойкие еще сидят. Направляясь сюда, я слышал песни и музыку. Но я улизнул одним из первых – как только подвернулась возможность.
      – Вижу, вижу! Хотя мог бы и больше уделить внимания той прекрасной даме, которая досталась тебе в пару.
      – Ваше святейшество! – умоляюще протянул Вителла. – И вы о том же? Какие могут быть дамы, когда столько работы?
      – Согласен, – кивнул Райгд улыбаясь и, обращаясь к главному инженеру, подытожил: – Значит, мы обо всем договорились, приступайте к работе немедленно! Чтобы после обеда все было готово. Как только прибудет первый технический корпус, сразу вводите их в курс дела. Возможно, завтра с утра они подключатся к работе. И не забудьте: все водопроводы – только из пузырита!
      – Ясно, господин главный магистр! Все будет сделано согласно вашим указаниям. – Собрав свои бумаги и получив разрешение, инженер поспешно вышел.
      – Вы даже первый корпус сюда перебрасываете? – удивился Вителла.
      – Если сегодняшний опыт удастся, предстоит гигантский объем работ. Возможно, внизу придется построить целый комплекс лабораторий. А в этом случае мне нужны будут лучшие специалисты.
      Первый технический корпус считался элитным соединением лучших и самых талантливых инженеров и предназначался как для теоретических разработок, так и для их практического воплощения. Фактически корпус являлся военной единицей и подчинялся непосредственно главному магистру и самому императору. Талантливые высокооплачиваемые умы вместе с вышколенным техническим персоналом, который тоже зарабатывал немало, занимались строительством самых ответственных, а иногда и самых секретных объектов.
      – Вы не изменили мнение по поводу материала для опыта? Может, первый раз лучше все-таки на животных? – Вителла выжидающе смотрел на учителя.
      – Нет, животные тут не подходят. Только человек может рассказать о своих ощущениях после опыта.
      – А если не расскажет?
      – Плакать будет не о ком. Это преступники, приговоренные к смертной казни. Чем умирать без всякого смысла, пусть перед смертью сделают что-то полезное в своей жизни. Хотя бы для науки. Тем более что в случае удачного оживления им будет даровано прощение и жизнь.
      Вителла, прекрасно осознавая, что участь подопытных все равно будет печальной, не смог удержаться и спросил:
      – Жизнь? И надолго?
      – Пока все не расскажут! – Райгд пристально и колюче посмотрел на своего помощника. – А ты что, жалеешь эти отбросы общества? Этих убийц и насильников?
      – Конечно нет. – Молодой ученый смутился. – Но как-то… неприятно.
      – А когда ты убиваешь животных, чтобы изучить их внутренности или сделать с них чучело, тебе приятно?
      – Ну, так то же животные! – Вителла недоумевал. – Как можно сравнивать?
      – Вот ты любишь повторять, что все в мире относительно. А совсем недавно, например, я помню, ты сделал прекрасное чучело льва для музея. И почему ты не задумался, что с точки зрения льва это кощунственно и безнравственно? Более слабое существо лишило его жизни! Лишило того, чего не давало.
      – Но ведь животные не обладают разумом! – пылко возразил Вителла.
      – Это тоже относительно! – назидательно поднял палец Райгд. – И я тебе по этому поводу расскажу кое-что интересное. Лет сорок назад я организовал экспедицию на юго-восток, где на расстоянии трех с половиной тысяч километров отсюда среди огромных гор расположено гигантское озеро. Оно, по рассказам местных жителей, создано великими богами во время какою-то решающего военного сражения. Моей целью было найти в той части нашего континента залежи алмазов, поэтому все усилия были направлены на геологическую разведку в горах. Среди них, в одной из долин, мы и наткнулись на племя дикарей, живущее в своем, веками никем не нарушаемом, мирке. Так вот, у них существует одна древнейшая легенда, которая во многом определяет их образ жизни и мышления. Дело в том, что они поклоняются только одному божеству – льву. Даже если бы они умирали с голоду, то и тогда бы не посмели поднять оружие на льва или хотя бы забрать у того часть добычи. Скорее съели бы друг друга. По легенде, которую мне рассказал их шаман, люди в древности обижали львов, и те в отместку, взлетев на небо, окунули всю землю в море, уничтожая всех без разбору. Спаслись только те, кто оказался высоко в горах.
      Я старался не показывать своего отношения к легенде и к тому, что дикари наделяли львов высшим разумом, однако старый шаман почувствовал мое недоверие и решил доказать обоснованность их верований. С таинственным видом и с потешавшими меня вначале молитвами он привел нас в огромную пещеру, расположенную почти у самой вершины ближайшей горы. Нашему удивлению не было предела! Большинство стен и сводов были расписаны рисунками и надписями на незнакомом языке. Многие были разрушены или стерты временем, но те, что сохранились, поражали красотой и совершенством. На одной стене четко прослеживалась вся история какого-то народа. Возможно, они и были прародителями обитающего рядом племени. А то, что это было очень давно, доказывали исследования, которые нам разрешил провести шаман. Конечно, после дорогостоящих подарков. В одном из дальних ответвлений пещеры мы обнаружили сталагмиты, которые начали образовываться уже после того, как жившие здесь доисторические люди покинули ее. Это доказывалось тем, что под основаниями сталагмитов мы откопали останки здесь же и похороненных, следы костров и обломки утвари. Выяснив время, необходимое для образования сталагмитов, мы подсчитали, когда здесь жили люди, оставившие рисунки и надписи на стенах. Это было приблизительно четыре тысячи лет назад!
      – Не может быть! – поразился Вителла. – И что же, надписи удалось прочитать? Что было на рисунках?
      Улыбнувшись, Райгд достал с полки толстый альбом и положил его на стол.
      – Увы! Написанное до сих пор не расшифровано. Но все это тщательно скопировано, в том числе и рисунки, и занесено в этот альбом.
      – Почему же вы мне его раньше не показывали?!
      – А ты что, все это время страдал от безделья? Я сам потратил на разгадывание этих надписей почти полгода жизни и не желаю, чтобы и ты, забыв про все на свете, дни и ночи просиживал над этими закорючками. Для этого есть специалисты. И у них уже есть определенные результаты. Так что скоро почитаем, что здесь написано. – Райгд перевернул несколько страниц. – А вот рисунки, которые нас интересуют.
      На нескольких страницах были изображены дома, сады, поля и работающие люди, разнообразные животные и растения с диковинными плодами. Дальше над людьми появилось изображение лежащего льва с человеческим лицом, который явно находился в полете. За львом тянулся шлейф кувыркающихся животных и людей. Потом нарисованы были огромные тучи с целым частоколом молний и нитками падающего дождя. Следующие картинки показывали страшные наводнения, затопленные города и усталых людей, обессиленно карабкающихся вверх по склонам и преодолевающих встречные потоки воды. На последней были изображены верхушки гор, торчащие из океана, и вышедшие из пещеры люди, протягивающие руки к солнцу.
      – Но ведь эти рисунки доказывают несокрушимость и вечность солнца! – Ошеломленный Вителла внимательно разглядывал страницы.
      – А они тем не менее поклоняются львам! – возразил Райгд. – В их легенде говорится, что, если люди перестанут почитать львов, те снова взлетят на небо и покарают неверующих.
      – И все-таки это сказки!
      – Сказки? Документально подтвержденные четыре тысячи лет назад? Все сказки и легенды на чем-то основываются, и все зависит от точки зрения, с которых их рассматривают. Это и есть относительность понятий.
      Раздался стук в дверь, и в кабинет вошел Ренни, ближайший помощник Райгда, выполняющий его самые деликатные, а порой и грязные поручения. Выступал он и в роли палача. Ренни был четвертым человеком – после Вителлы, принца и императора, – который всегда мог пройти к верховному жрецу: без доклада, не спрашивая разрешения, минуя личную охрану. Главный помощник по науке и палач недолюбливали друг друга. Райгд, отвечая как-то на недоуменный вопрос Вителлы о том, зачем тот держит возле себя такую личность, ответил: «Может быть, ты хочешь взять его обязанности на себя? – и, выждав, добавил: – Тогда будь добр, занимайся своими делами!» После этого декёрл при встречах всегда делал вид, что не замечает человека, про которого во дворце говорили: «Если у вас что-то болит, обратитесь к Ренни. После его вмешательства вы забудете обо всех своих болезнях – в усыпальнице!» Длинный и тощий, с неровно растущими пучками волос на лысеющей голове, с бесцветными, лишенными ресниц глазами и крючковатым носом, палач даже своим внешним видом внушал окружающим настороженное отвращение и подспудный страх.
      – О святейший! – начал докладывать Ренни с подобострастием. – Два смертника готовы. Я выбрал самых молодых и здоровых, как вы и приказали. Их должны были повесить еще вчера вечером, и они с радостью согласились на любые эксперименты, лишь бы прожить еще день.
      – Хорошо! Постарайся как можно незаметнее доставить их к шестнадцати часам вот в это помещение. – Верховный жрец показал на разложенной схеме нужное место. – И не забывай о повышенной секретности во всем, что связано с работами в подземных выработках. Займись этим лично. Держи под наблюдением всех, кто принимает в этом хотя бы косвенное участие. Можешь идти.
      – Слушаюсь, ваше святейшество!
      Палач, кланяясь, сложился пополам и стал похож на поломанный циркуль. Когда он вышел, Вителла спросил:
      – А если опыт не удастся?
      – Тогда тотчас проведем еще один опыт. Но уже с тем, кто прошел подобное и, как он сам говорил, «согласен еще раз побывать в гостях у Творца нашего». Кстати, как этот Халид себя чувствует?
      – Превосходно, господин магистр! По пути к вам я его проведал: молится, отсыпается и отличается завидным аппетитом. Но если и с ним ничего не получится?
      Райгд задумался, потирая свой подбородок. Потом решительно сказал:
      – Тогда, скорее всего, прекратим дальнейшие опыты. Я не собираюсь тратить напрасно время и силы, если не получу хотя бы минимального подтверждения случившемуся.
      – Эксперимент будет проводиться с затоплением всего помещения или в отгороженном бассейне?
      – Конечно в бассейне. При этом будет прекрасная возможность наблюдать за телами в течение всего времени. Бассейн уже строится. Также подводят воду к специальному резервуару, где она должна предварительно прогреться. Надо ведь приблизить условия к реальным. А ты, Вителла, если свободен, спускайся вниз и на месте проследи за всеми тонкостями подготовки.
      – Конечно свободен! И считайте, что я уже внизу.
      Вителла направился к двери, но та открылась раньше и в кабинет влетел принц Бутен, еще растрепанный и сонный после недавнего пробуждения.
      – Ваше святейшество! – Не обращая внимания на Вителлу, он прошел прямо к Райгду. – Я к вам с жалобой на вашего помощника.
      – О Творец! – притворно ужаснулся жрец. – Что опять натворил этот дебошир и пьяница?
      – Вы о ком? – Принц в недоумении остановился.
      – А ты о ком?
      – Я о Вителле.
      – И я о нем же.
      – Какой же он дебошир и пьяница? – продолжал недоумевать принц.
      – А за что же на него еще, кроме этого, можно жаловаться?
      – А-а-а!.. Нуда, конечно… Но, как ни странно, вчера обошлось без привычных для нас эксцессов. Даже более того, – принц перешел на доверительный тон, – он вчера ушел трезвый, раньше всех и даже никого не избил!
      – Ай-ай-ай! – Райгд, подыгрывая племяннику, с удивлением уставился на Вителлу. – Даже не верится… А что ж, в таком случае, он натворил?
      – Нечто гораздо худшее! – Принц с прокурорским выражением лица направил палец на своего друга. – Он стал избегать светского общества и, как следствие, не хочет жениться!
      – Ну, это уж совсем… – Райгд притворно всплеснул руками. – А ведь уже такой большой… Нехорошо, ой как нехорошо!
      – О Творец! – Возмущенный Вителла даже стал заикаться: – А-а в честь ч-чего я должен ж-жениться?!
      – Ваше святейшество! Вы только взгляните на него! – Бутен сложил руки, взывая к справедливости. – В детстве мы дали друг другу обещание жениться в один день. И вот: я скоро женюсь, а он даже не собирается!
      – Я?! Обещал?! – От изумления глаза Вителлы, казалось, вот-вот выскочат из орбит.
      – Обещал, обещал. – Принц присел на стул и заложил ногу за ногу. – Я вчера при всем дворе сказал: твоя супруга будет настолько же прекрасна, как и моя. Поэтому я тебе вчера и намекал перед церемонией, что если бы моя оказалась некрасивой, то и твоя была бы некрасивой. Если бы моя оказалась прекрасной (а свершившееся превзошло все мои ожидания), то и твоя была бы красавицей. Теперь встает один неразрешимый вопрос: возможно ли отыскать еще одну такую же несравненную жемчужину? Поэтому можешь выбирать любую, которая тебе нравится. Но сказать о своей избраннице ты мне должен сегодня, до конца дня. Если ты не выберешь, мы с принцессой назовем твою будущую супругу сами. Раз договаривались, значит, должны отпраздновать свадьбы одновременно, в один день.
      Ошеломленный декёрл обратился к Райгду:
      – Ваше святейшество, заступитесь! Как можно так издеваться над человеком? Более того, над ближайшим другом!
      – Ну, во-первых, – жрец выразительно хмыкнул, – грех считать издевательством женитьбу на прекрасной женщине, которую, как я понял, собираются тебе найти. И которая будет не хуже, чем супруга самого императора! А во-вторых: с чего это я должен за тебя заступаться? Я полностью поддерживаю принца в этом вопросе. Тебе действительно пора жениться.
      – Но мне даже не на ком! Нет подходящей девушки, которая была бы мне близка и которую я хорошо знаю…
      – Ну, это не всегда обязательно! – перебил Райгд Вителлу. – Брак по договору даже лучше. Ты пойми: теперь тебя дома всегда будет ждать близкий человек, за тобой будут ухаживать, кормить постоянно чем-то вкусненьким. Короче: ты будешь иметь все то, что называется домашним очагом. Так что, дружище, готовься к свадьбе. А сегодня, будь добр, назови мне имя своей избранницы.
      – Как я за один день могу выбрать кого-нибудь для такого ответственного дела, как женитьба?!
      – Вот для этого ты и должен почаще находиться в светском обществе! – Принц встал и обратился к своему дяде: – Мы с утра решили все вместе прокатиться по пузыритовой магистрали. Так что я его забираю.
      – Не возражаю.
      – А как же опыт? – Вителла даже обиделся. – Неужели вы будете проводить его без меня?
      – Начало опыта – в шесть часов вечера. Ты вполне успеешь за это время покататься в прекрасном обществе и даже, возможно, решить свои семейные проблемы. Не переживай, я без тебя не начну. Кстати, не помешает иметь возле принца человека, который бы его сдерживал: ведь он слишком любит большие скорости.
      – Я?! Да Вителла всегда гонял быстрее! Это за ним нужен глаз да глаз!
      – Вителле можно. – Райгд с улыбкой смотрел на молодых мужчин. – Он, в худшем случае, рискует не стать в будущем верховным жрецом. А вот вы, выше высочество, должны являть собой пример сдержанности и рассудительности.
      – Все, Вителла, убегаем! – Принц схватил друга за плечи и поволок к выходу. – Сейчас дядя начнет читать наставления, и мы застрянем здесь до вашего опыта. А нам еще надо выбрать лучшие лимузины и ехать в посольство за дамами.
      И, толкая перед собой упирающегося Вителлу, Бутен поспешно вышел из кабинета верховного жреца.
      – Что это у вас за опыт, – спросил он, уже спускаясь по лестнице, – что ты ради него готов все бросить?
      – Пока еще ничего конкретного. – Декёрл явно был расстроен изменившимся распорядком дня. – Когда что-нибудь получится, расскажу все подробно. Но ты мне лучше признайся, ты что, на самом деле хочешь меня женить?
      – Да! Потому что если этого не сделаю я, ты сам никогда не решишься. И мы к тому же всегда мечтали сделать свадьбу одновременно.
      – Да перестань. Насколько я помню, не давали мы таких взаимных обещаний!
      – Помнишь?! А ты готов с полной уверенностью заявить, что подобного не было?
      – Мы же тогда были совсем детьми!
      – Все равно – это не освобождает тебя от ответственности!
      Вителла обреченно вздохнул:
      – Ну тогда ладно, но с одним условием.
      – Не стесняйся, выкладывай!
      – Я сам себе выберу суженую, и для этого мне надо десять дней.
      – Хорошо! – Принц похлопал Вителлу по плечу. – Ты вполне укладываешься в минимальные сроки месячной помолвки и успеешь сыграть свадьбу вместе со мной.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9