Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тоннель в небе

ModernLib.Net / Хайнлайн Роберт Энсон / Тоннель в небе - Чтение (стр. 9)
Автор: Хайнлайн Роберт Энсон
Жанр:

 

 


      Купер призвал к порядку. Он заговорил:
      – Здесь для этого не место и не время. Когда комитет представит свой доклад, вы увидите, что все демократические права и гарантии свободы личности будут учтены… может быть, несколько модифицированы с учетом нашего полного опасностей положения. – Он сверкнул улыбкой. – Переходим к нашим очередным делам. У меня распоряжение для охотничьих отрядов.
      Каждый охотничий отряд обязан…
      Дюмон продолжал стоять.
      – Я говорю: больше не откладывай, Грант. Ты доказал, что нам необходимы законы, а не диктаторская власть капитана. Благодаря этому ты и стал мэром, но у нас до сих пор нет никаких законов. В чем заключаются твои обязанности? Какова твоя власть? Являешься ли ты одновременно главой законодательной и исполнительной власти? Имеет ли каждый из нас какие-нибудь права?
      – Замолчи и садись!
      – На какой срок тебя выбирали?
      Купер с большим трудом сдерживал себя:
      – Шорти, если у тебя есть предложения на этот счет, представь их в ко миссию.
      – А, ерунда! Дай мне прямой ответ.
      – Ты не имеешь права требовать отчета.
      – Я имею это право. Я настаиваю, чтобы комитет по выработке конституции отчитался в своей работе. Я не откажусь от выступления, пока не получу ответ. Это общее собрание, и я имею такое же право говорить, как и все остальные.
      Купер покраснел.
      – Я в этом не уверен, – угрожающе сказал он. – Сколько тебе лет, Шорти?
      Дюмон яростно взглянул на него:
      – О, так вот ты как! Наконец-то тайное стало явным! – Он огляделся. – Я вижу, что большинство здесь моложе меня. Друзья, посмотрите, что он задумал. Граждане второго сорта. В этой так называемой конституции будет введен возрастной ценз. Разве не так, Грант? Посмотри мне в глаза и попробуй отказаться.
      – Дьявол! Рой, схвати его и приведи к порядку.
      Род внимательно слушал: представление сегодня оказалось весьма интересным. Джимми сопровождал его своими обычными насмешливыми комментариями.
      Теперь он сказал:
      – Вот где прорвало! Будем ли мы вмешиваться или подождем и посмотрим, чем же окончится этот театр?
      Прежде чем Род успел ответить, Шорти ясно показал, что он не нуждается в посторонней помощи. Он шире расставил ноги и крикнул:
      – Только дотронься до меня!
      Сухое щелканье курка показало, что он не намерен шутить. Он продолжал:
      – Грант, я кое-что скажу тебе, прежде чем закончить. – Он повернулся и заговорил, обращаясь ко всем. – Вы видите, что у нас никаких прав, однако мы организованы: так организует смирительная рубашка. Комиссия для того, комиссия для этого – а к чему хорошему это привело? Разве мы стали лучше жить после создания этих комиссий? Стена все еще не окончена, в лагере больше грязи, чем было раньше, и никто не знает, что ожидает его завтра. Чего уж там, даже сигнальный огонь вчера забыли разжечь. Когда протекает крыша, вы не нуждаетесь в комиссиях: вы чините крышу. Я призываю: пусть капитаном будет Род; довольно этих глупых комиссий, и давайте чинить нашу крышу. Кто со мной? Прошу – подайте голос!
      Раздались одобрительные возгласы. Конечно, шумело менее половины собравшихся, но Купер понял, что утратил свое влияние. Рой Килрой стоял возле Шорти Дюмона и вопросительно смотрел на Купера. Джимми толкнул Рода в бок и прошептал:
      – Сиди спокойно, парень!
      Купер отрицательно покачал головой.
      – Шорти, – сказал он спокойно, – ты кончил свое выступление?
      – Это было не выступление, а предложение. И ты лучше не говори, что я не имею права его делать.
      – Я не уловил твоего предложения. Сформулируй его.
      – Ты все уловил. Я предложил убрать тебя и вернуть Рода.
      Килрой прервал:
      – Эй, Грант, он не может этого предлагать. Это не соответствует…
      – Помолчи, Рой. Шорти, твое предложение незаконно.
      – Я так и знал, что ты это скажешь.
      – На самом деле это два предложения. Но я не буду мелочиться. Ты говоришь, что вам не нравится то, что я делаю. Ладно, обсудим. – Он быстро спросил. – Кто еще за это предложение?
      – Я!
      – И я тоже!
      – Достаточно. Итак: предлагается сместить меня и вновь назначить капитаном Рода. Есть у кого-либо замечания?
      По крайней мере десять из собравшихся просили слова. Род добился его, перекричав остальных:
      – Мистер председатель, мистер председатель! Прошу слова.
      – Слово предоставляется Роду Уокеру.
      – Слушай, Грант, я ничего не знал о том, что Шорти собирается выступать. Подтверди это, Шорти.
      – Верно.
      – Ладно, ладно, – кисло сказал Купер. – У кого еще замечания. Не кричите, поднимайте руки.
      – Я не кончил, – настаивал Род.
      – Ну?
      – Я не только не знал о выступлении, я вообще против него. Шорти, я хотел бы, чтобы ты снял свое предложение.
      – Нет!
      – Я думаю, ты должен это сделать. Ведь у Гранта была всего одна неделя: мы не можем ждать от него чудес за такой срок – я знаю это. Вам может не нравится многое из того, что он делает, мне самому многое не нравится. Этого следовало ожидать. Но если мы сейчас его сместим, то ясно, как день, что наш отряд распадется.
      – Это не я обанкротился, а он! Он, может быть, старше меня, но если он думает, что это дает ему какие-то преимущества, то… пусть лучше дважды подумает сначала. Я предупредил его. Ты слышишь, Грант?
      – Слышу. Ты меня не понял.
      – Такие шутки я всегда понимаю.
      – Шорти, – настаивал Род, – откажись от своего предложения. Я прошу тебя.
      Шорти Дюмон смотрел упрямо. Род беспомощно посмотрел на Купера, пожал плечами и сел. Купер отвернулся и заговорил:
      – Кто еще хочет выступить? Агнес? Тебе предоставляется слово.
      Джимми шепнул:
      – И зачем ты так выступил? У тебя совсем нет самолюбия.
      – Я не горд, но я знаю, что нужно делать, – тихим голосом ответил Род.
      – Ты намного уменьшил свои шансы на переизбрание.
      – Подожди, – Род слушал; кажется, у Агнес тоже накопилось немало обид. – Джим.
      – Что? – Быстрей вставай и предложи отложить обсуждение.
      – Что? Отложить сейчас, когда все идет так хорошо? Я надеюсь, что здесь еще немало волос будет вырвано.
      – Не спорь, делай!
      – Ну, ладно. Ты портишь мне все удовольствие. – Джимми неохотно встал, набрал в легкие воздуха и закричал: – Я предлагаю отложить обсуждение.
      Род тоже встал:
      – Я поддерживаю это предложение.
      Купер едва взглянул на них:
      – Не имеете права. Садитесь.
      – Имеем право, – громко сказал Род. – Предложение об отсрочке обсуждения всегда законно, это даже обсуждать не нужно. Я вторично повторяю свое предложение.
      – Я не узнаю вас. Я соглашаюсь обсуждать, и вы тут же выступаете против, – лицо Купера дрожало от гнева. – Ты тоже так считаешь, Агнес? Или ты тоже хочешь обсуждать мои манеры?
      – Ты не можешь отклонить предложение об отсрочке обсуждения, – настаивал Род. Поднялся гул возгласов, поддерживающих требование Рода или просьбу Агнес Фрис. В суматохе раздавались неодобрительные восклицания и выкрики.
      Купер поднял обе руки, требуя тишины, а затем заговорил:
      – Ваше предложение ставится на обсуждение. Кто за то, чтобы отложить заседание, скажите «Эй»!
      – Эй!!!
      – Кто против?
      – Нет, – сказал Джимми.
      – Заседание откладывается. – Купер вышел из круга света.
      Шорти Дюмон подошел, сел перед Родом и посмотрел на него:
      – Хорошую ты со мной сыграл шутку! – Он плюнул на землю.
      – Да, – согласился Джимми, – что с тобой? Шизофрения? Нянька стукнула тебя головой об пол? Благородство хорошо в умеренных дозах. Но ты не можешь остановиться.
      В это время подошла Жаклин.
      – Я не хочу никакого обмана, – настаивал Род. – Я думаю, что говорю.
      Сместить капитана через несколько дней после выборов означает разобщение нашего отряда на мелкие группы. Я бы не смог вновь собрать их вместе. И никто бы не смог.
      – Ерунда! Джеки, скажи ему.
      Она неодобрительно посмотрела на Джимми:
      – Джимми, ты хороший парень, но недостаточно смышлен.
      – И ты туда же, Джеки?
      – Джеки заботится о всех вас. Хорошо сделано, Род. теперь многие призадумаются. Кое у кого сегодня будет неспокойная ночка.
      – Но я не понимаю, – задумчиво заговорил Род, – почему Шорти возмутился первым.
      – Разве ты не слышал? Наверное, это случилось, когда ты был на охоте. Я сама тоже не слышала, но рассказывали, что Грант орал на него перед всеми. А Шорти не любит, чтобы на него кричали.
      – А кто это любит?
      На следующий день Грант Купер повел себя так, как будто ничего не случилось. Но он больше был похож на короля-чурбана, чем на короля-деспота из басни Эзопа. После полудня он разыскал Рода.
      – Уокер, можешь ли ты уделить мне несколько минут?
      – Почему бы и нет?
      – Отойдем в сторону. – Грант увел его за пределы слышимости.
      Они уселись на землю, и Род внимательно посмотрел на Купера. Тот, казалось, с трудом подбирал слова для начала. Наконец он сказал:
      – Род, я считаю, что могу положиться на тебя. – Он сверкнул своей улыбкой, которая на этот раз казалась вымученной.
      – Почему? – спросил Род.
      – Ну… из-за твоего поведения прошлым вечером.
      – Ах, так? Не заблуждайся, я сделал это вовсе не ради тебя. – Род помолчал, затем добавил: – Давай говорить прямо. Ты мне не нравишься.
      На это раз Купер не улыбнулся.
      – Это взаимно. Я не больше люблю тебя, чем ты меня. Но мы должны действовать вместе… и я думаю, что могу тебе верить.
      – Возможно.
      – Я пойду на такой риск.
      – Я согласен со всеми замечаниями Шорти. Не согласен лишь с его выводом.
      Купер криво усмехнулся.
      – Самое печальное, – сказал он, – что я тоже полностью согласен с этими замечаниями.
      – Как?
      – Род, ты, вероятно, считаешь меня глупым ничтожеством, но просто дело в том, что я лучше знаком с теорией управления обществом. Тяжелая участь – руководить им в переходный период. У нас здесь пятьдесят человек, и ни у одного нет навыков руководящей работы… не исключая и меня. Но каждый считает себя специалистом в этом вопросе. Возьми это предложение о «Билле о правах»: я не могу сопротивляться ему. Но я знаю достаточно, чтобы понять, что права и обязанности человека в таком поселении, как наше, не могут быть заимствованы слово в слово из документа аграрной демократии; они должны отличаться и от соответствующего документа, необходимого в индустриальном государстве. – Он выглядел расстроенным. – Это правда, что мы собираемся ограничить право участия в выборах.
      – Если ты это сделаешь, тебя бросят в ручей.
      – Я знаю. Это одна из причин того, почему законодательная комиссия не представляет свой доклад. Другая причина… как, в самом деле, готовить проект конституции, если нет ни листа писчей бумаги. Это раздражает меня. Но относительно права голоса: самым старшим из нас около двадцати двух лет, самым младшим – шестнадцать. Хуже всего то, что младшие по возрасту – это рано развившиеся подростки, считающие себя гениями или полугениями, – Купер взглянул на Рода. – Я не имею в виду тебя.
      – О, нет, – быстро ответил Род, – я вовсе не гений.
      – Но тебе и не шестнадцать. Эти драгоценные дети раздражают меня. «Законники»– каждый дурак может так сказать, не имея об этом ни малейшего понятия. Мы думали о возрастном цензе – это благоразумно: старшие будут останавливать младших, а младшие, повзрослев, остепенятся. Но это трудно сделать.
      – Невозможно сделать.
      – Но что тогда делать? Вот, например, это так и необъявленное распоряжение об охотничьих группах, оно не касается таких групп, как вы с Керолайн. Но большинство охотничьих групп способны причинить большой вред. Я просто забочусь об этих парнях. Мне хочется, чтобы они все повзрослели, женились и остепенились – Бакстеры, например, не доставляют никаких хлопот.
      – Я не беспокоюсь об этом. Через год или около этого девяносто процентов населения колонии переженятся.
      – Надеюсь на это. Скажи… а ты не думал о женитьбе?
      – Я? – Род был очень удивлен. – Даже и в голову не приходило.
      – Просто я думал… а, впрочем, не все ли равно? Я отозвал тебя не для разговоров о твоих личных делах. Слова Шорти трудно проглотить, но я собираюсь кое-что изменить. Я упраздняю большинство комиссий.
      – Неужели?
      – Да. Черт возьми, они действительно не делали ничего, только сочиняли доклады. Я хочу сделать одну девушку старшей над кухней и одного парня старшим над охранниками. А тебя я просил бы стать главой полиции.
      – Что? Какого дьявола тебе нужен глава полиции?
      – Ну… всем видно, что нам не хватает порядка. Ты знаешь, что я имею в виду: чистота лагеря и т. д. Кто-то должен поддерживать сигнальный огонь – мы не нашли еще тридцать семь человек, не считая тех, о которых известно, что они погибли. Кто-то должен дежурить ночью. Если их не заставлять, наши парни быстро распустятся… Ты один можешь сделать это. Ты будешь получать приказы и исполнять их.
      – Почему?
      – Надо быть практичными, Род. Мы будем здесь жить. И у нас будет гораздо меньше забот, если все увидят, что мы действуем вместе. Это хорошо для всех.
      Род понимал, как и Купер, что отряд должен быть сохранен. Но Купер просил его поддержать свою покачнувшуюся власть, а Род не просто обижался на него, но и знал, что тот только говорил, но ничего не делал.
      Дело не только в недостроенной стене, – говорил он себе, – но и в десятках других вещей. Кого-то следует послать на поиски соли. Нужно организовать постоянные поиски съедобных корней и сбор ягод и другой растительной пищи – он например устал от постоянной мясной диеты, да и кто бы захотел питаться только мясом, может быть, всю жизнь? А кроме того, собралось столько воняющих шкур… Грант приказал приносить шкуры всех убитых зверей.
      – Что ты собираешься делать с этими сырыми шкурами? – спросил Род внезапно.
      – Что?
      – Они воняют. Если хочешь послушать моего совета, их нужно оттащить подальше и бросить в реку.
      – Но они нам понадобятся. Половина из нас уже сейчас ходит в лохмотьях.
      – Одежду из этих шкур сделать не удастся: нам необходима дубовая кора. А недубленые шкуры не выдержат местного климата.
      – Но здесь не может быть дубовой коры. Не говори глупостей, Род.
      – Пошли кого-нибудь искать замену. И давай избавимся от этих шкур.
      – Если я сделаю это, ты примешь мое предложение?
      – Может быть. Ты сказал «получать приказы и исполнять их». Чьи приказы? Твои? Или Килроя?
      – Обоих. Рой мой заместитель.
      Род покачал головой:
      – Нет, спасибо. У тебя есть Рой, значит не нужен я. Слишком много генералов, но мало рядовых.
      – Но, Род, ты мне действительно нужен. Рою не справиться с младшими. Он не умеет найти с ними общий язык.
      – Он не умеет найти общий язык и со мной. Ничего не поделаешь, Грант. Кроме того, я вообще не люблю титулы. Это, по-моему, глупо.
      – Выбери себе любой. Капитан гвардии… Управляющий городом… Все равно, как ты себя назовешь. Я хочу, чтобы ты следил за ночной охраной нашего поселка и чтобы все шло гладко. Особо нужно будет присмотреть за молодежью. Ты можешь это сделать, и это твой долг.
      – А что будешь делать ты?
      – Я буду готовить свод законов. Подумаю о долгосрочном планировании. Черт возьми, Род, у меня есть о чем позаботиться. Шорти был прав: мы не можем ждать. Если я отдаю приказ, я хочу, чтобы он был поддержан законом и чтобы мне не приходилось выслушивать насмешки сопляков. Но я не могу делать все, я нуждаюсь в помощи.
      – А как насчет Килроя?
      – Слушай, Род, ты же не можешь просить меня уволить человека, чтобы освободить его место для тебя?
      – Я вообще ни о чем не прошу тебя, – Род колебался. Не гордость побежденного заставляла отказаться его от поддержки Купера. Он не мог выразить это, но чувствовал, что Купер и Килрой – не одно и то же.
      – Я не хочу таскать каштаны из огня для Килроя. Грант, я тебе подчиняюсь: ты избран капитаном. Но я не желаю подчиняться подчиненному.
      – Род, будь рассудительным. Если ты получишь приказ от Роя, это будет мой приказ. Рой только передаст его.
      Род встал:
      – Ничего не выйдет.
      Купер сердито вскочил и ушел.
      В этот вечер, впервые за все время правления Купера, собрания не было. Род собрался навестить Бакстеров, когда его позвал Купер.
      – Твоя взяла. Я назначаю Роя главой охотников. Ты – управляющий поселком, или Майская королева, или еще как угодно. Никто не назначен на ночное дежурство. Так что ступай займись.
      – Минутку! Я не говорил, что согласен на эту должность.
      – Ты дал ясно понять, что единственное препятствие – это Рой. Прекрасно, ты будешь получать все распоряжения непосредственно от меня.
      Род колебался. Купер презрительно посмотрел на него и сказал:
      – Ты не можешь присоединиться ко мне, даже когда я выполнил твое требование?
      – Дело не в этом, но…
      – Никаких «но». Принимаешь ли ты эту должность? Отвечай прямо: да или нет?
      – Ну… да.
      – Ладно. – Купер нахмурился и добавил: – Я надеюсь, ты не изменишь свое решение.
      – Это зависит от нас обоих.
      Род принялся за организацию ночного дежурства и обнаружил, что каждый, к кому он обращался, был убежден, что он более чем выполнил свою норму дежурства.
      Поскольку комиссия по внешней безопасности не вела записей – у нее просто не было такой возможности, – было невозможно определить, кто прав, а кто увиливает от дежурства.
      – С этим покончено! – заявил Род. – И с завтрашнего дня у нас будет алфавитный список, как из типографии. Я добьюсь этого, хотя бы пришлось высекать его на скале.
      Он начал понимать, что Купер был прав, говоря о трудностях управления без бумаги.
      – Почему ты не назначишь дежурить своего приятеля Бакстера?
      – Ты знаешь: мэр дал ему две недели свадебного отдыха. Твое дежурство с полуночи до двух.
      Большинство согласилось с неизбежностью дежурства, поверив, что в будущем оно будет распределяться справедливо, но Пиви Шнейдер, шестнадцатилетний парень, самый младший в поселке, стоял на своих «правах»: он дежурил прошлую ночь, теперь он не будет дежурить по крайней мере три ночи, и никто его не заставит.
      Род сказал Пиви, что либо тот отдежурит свою смену, либо Род надерет ему уши, а затем добавил, что если в пределах лагеря Пиви по-прежнему будет употреблять нецензурную брань, ему придется вымыть Пиви рот с мылом.
      Шнейдер отверг его аргументы:
      – Где ты возьмешь мыло?
      – Пока его не будет, я использую песок. Запомни мои слова, Пиви: никакой брани в лагере. Либо мы остаемся цивилизованными, либо погибаем. Твоя очередь с четырех до шести, покажи Кенни, где ты будешь спать.
      Отходя, Род сделал в уме заметку, что следует собирать древесную золу и жир: у него была мысль приготовить мыло; кто-нибудь в лагере знает, как это делается… а мыло нужно не только для обуздывания сквернословящих молокососов. Он испытывал сильное желание отойти от самого себя… и уже давно выбросил свои носки.
      Род спал совсем немного. Все время он просыпался и проверял дежурство; дважды его будили дежурные, заметившие, как кто-то крался во тьме за сторожевым костром… Род не был уверен в своих впечатлениях, но тоже заметил какую-то большую длинную тень, передвигающуюся в темноте. Он все время держал наготове ружье, опасаясь, что ночной гость перепрыгнет через стену или ворвется через промежутки между кострами. У него было сильное искушение выстрелить в крадущуюся тень, но он преодолел его. Этот выстрел нанес бы ущерб их скудным запасам боеприпасов, не принеся существенного вреда ночным хищникам. Такие посетители приходили каждую ночь; они жили среди них.
      На следующее утро он чувствовал усталость и раздражение, ему хотелось спать, и он решил после завтрака вздремнуть в пещере. После четырех утра он вообще не уснул, часто проверяя, как дежурит Пиви Шнейдер. Однако было слишком мало свободного времени и много дел; он обещал себе, что вздремнет позже, и разыскал Купера.
      – Нужно обсудить два или три дела, Грант.
      – Выкладывай, Род.
      – Почему мы не используем на дежурстве девушек?
      – Не думаю, что это хорошая мысль.
      – А почему? Наши девушки не закричат при виде мыши. Все они собственными усилиями продержались почти месяц, прежде чем присоединились к нам. Ты когда-нибудь видел, как действует Керолайн?
      – Нет.
      – Погляди. Получишь удовольствие. Внезапная смерть в обеих руках и глаза на затылке. Если она будет дежурить, я усну спокойно. Сколько у нас теперь мужчин?
      – Двадцать семь – с тремя, пришедшими вчера.
      – Прекрасно. Кто из них освобожден от ночного дежурства?
      – Все должны отдежурить свою смену.
      – А ты?
      – Я? Но это уж слишком. Я ведь не жду, что ты будешь дежурить ночью. Ты распоряжаешься этим и назначаешь других.
      – Значит, уже двое не дежурят. Рой Килрой?
      – Слушай, Род, пойми, что он, как мой заместитель и глава охотников, должен быть освобожден от ночного дежурства. Ты знаешь почему – это принесло бы дополнительные беспокойства.
      – Я знаю. Боб Бакстер тоже не дежурит?
      – До следующей недели.
      – Но сейчас эта неделя. Комиссия постановила, чтобы дежурили по одному; я настаиваю на том, чтобы дежурили по двое. На каждую ночь я хочу назначить одного начальника охраны. Он должен дежурить всю ночь и отсыпаться на следующий день… Видишь, что мне остается? На каждую ночь мне надо двенадцать дежурных: и их нужно выбирать менее чем из двенадцати мужчин.
      Купер выглядел обеспокоенным.
      – Комиссия не предполагала, что нам понадобится более одного дежурного на ночь.
      – Комиссию надо разогнать! – Род поцарапал свои шрамы и подумал о ночных тенях. – Могу ли я поступать так, как считаю нужным? Или мне следует выступить с предложением на собрании?
      – Ну, не знаю…
      – В одиночестве дежурный становится нервным и видит призраки… а некоторые, наоборот, слишком спокойны и поэтому бесполезны. Мне пришлось разбудить одного прошлой ночью… не буду говорить, кого. Нам нужна настоящая охрана, способная отразить нападение врага или сдержать его, пока не проснется весь лагерь. Но если ты со мной не согласен, тогда почему бы не освободить меня и не назначить кого-нибудь другого?
      – Нет, нет, ты прав. Делай, как считаешь необходимым.
      – Отлично, я буду назначать на дежурство девушек. Боба и Кармен также. И тебя.
      – Что?
      – И себя. И Роя Килроя. Каждого. Это единственная возможность добиться, чтобы все дежурили без принуждения. Только так можно убедить всех, что это серьезная и важная обязанность, даже более важная, чем охота.
      Купер разглядывал заусеницу:
      – Ты на самом деле считаешь, что я должен нести дежурство? И ты тоже?
      – Несомненно. Это поднимет моральное состояние на семьсот процентов. Кроме того, это политически верный поступок.
      Купер посмотрел на него без улыбки.
      – Ты меня убедил. Дашь знать, когда моя очередь дежурить.
      – Второе. Прошлой ночью нам едва хватило дров для костра.
      – Это твое дело. Используй всех, кто не занят сегодня на охоте и на кухне.
      – Я так и сделаю. Но ты услышишь немало жалоб. Но это все второстепенные дела, босс. Перехожу к самому важному. Прошлой ночью я взглянул на это место свежим взглядом. Оно мне не понравилось, для постоянного лагеря
      оно не пригодно.
      – Почему?
      – Это место трудно защищать. Наш лагерь вытянут на пятьдесят метров между обрывом и берегом ручья. Вниз по течению еще не так плохо – там узкое место и мы перегораживаем его кострами. Но вверх по течению мы не дотянули стену и до середины; кроме того, за стеной нужно поставить множество кольев. Да через эту щель можно провести целую армию, а прошлой ночью ее закрывали два небольших костра. Мы должны закончить стену.
      – Мы ее закончим.
      – Но нужно искать лучшее место для поселения. Это годится лишь как временное… Прежде чем тебя избрали, я пытался найти новую пещеру, но искать далеко было некогда. Ты бывал в Меса Верде?
      – В Колорадо? Нет.
      – Пещерные жилища, ты их видел на картинках. Может, где-нибудь выше или ниже по течению – скорее ниже – мы найдем пещеры, подобные Меса Верде, где сможем устроить жилище для всех. Ты должен отправить разведывательный отряд на две недели или даже больше. Я вызываюсь участвовать в нем.
      – Может быть. Но ты не можешь с ним идти: я нуждаюсь в тебе.
      – К концу недели я так налажу ночное дежурство, что оно пойдет само собой. Боб Бакстер сможет заменить меня: его все уважают. Ну… – Он подумал с минуту. Джеки? Джимми? – Я пойду с Керолайн.
      – Род, я ведь сказал, что хочу, чтобы ты был здесь. Но собираешься ли ты жениться на Керолайн?
      – Что? Почему ты так думаешь?
      – Тогда ты ни в коем случае не должен идти с ней.
      – Ну, ладно… Но первое, что нужно сделать, это закончить стену. Я хочу, чтобы все участвовали в этой работе.
      – Гм… – сказал Купер. – К сожалению, это невозможно.
      – Почему?
      – Потому что сегодня мы будем строить дом. Билл Кеннеди и Сью Бригс поженятся вечером.
      – Я не слышал об этом.
      – Ты слышишь первым. Они сказали мне об этом по секрету за завтраком.
      Род не был удивлен: Билл и Сью давно уж почти не разлучались.
      – Но неужели им необходимо пожениться именно сегодня? Закончить стену важнее. Я же объяснял тебе.
      – Не будь так настойчив, Род. Мы можем провести одну-две ночи с большими кострами. Помни: моральное состояние важнее материальных ценностей.

Глава 11. БЕРЕГ КОСТЕЙ

       29 июня. Билл и Сью поженились сегодня вечером. Мэр никогда не выглядел так привлекательно. Он хорошо провел всю церемонию – я плакала, и многие девушки тоже. Если бы этот парень мог действовать так же хорошо, как говорить! Я играла свадебный марш Мендельсона на своей губной гармошке, слезы текли у меня по носу и капали на гармошку – этот марш я хотела сыграть на свадьбе дорогой Кармен, но не могла, так как была подружкой невесты. Жених перенес невесту через порог своего «дома» – если его можно так называть – и, опустив, посадил ее перед собой. Потолок гораздо ниже, чем следует, так как мы истощили запас камней, и Родди устроил скандал, когда мы для этой цели начали разбирать стену. Мэр возглавлял разрушение стены, они оба покраснели и кричали друг на друга. Но мэр сдался после того, как Родди отвел его в сторону и что-то сказал; Билл обиделся на Родди, но Боб хорошо поговорил с ним и предложил поменяться домами, а Родди обещал Биллу, что мы поднимем крышу и надстроим стены, как только будет закончена ограда. Это будет не так скоро, как он думает: пригодные для наших целей камни находить все труднее. Я сломала все ногти, пытаясь обломать куски скалы, которые мы могли бы использовать… Но я согласна с Родди, что прежде всего нужно закончить стену; я сплю крепче с тех пор, как он возглавляет дежурство, а совсем хорошо буду спать только тогда, когда стена станет непреодолимой и будет закончена подушкой для кольев-булавок за ней.
      Конечно, мы, девушки, спим в самом безопасном месте лагеря, но кто хотел бы проснуться и обнаружить, что не хватает многих из наших парней. Это не потому, что мы приберегаем их про запас, желая осчастливить их глупые маленькие сердца. Мама всегда говорила, что только мужчина придает дому настоящий жилой вид.
       30 июля. Ничего не пишу, так как ничего особенного не произошло. Мэр говорит об изготовлении папируса наподобие египетского, но я поверю, только когда сама это увижу.
       5 августа. Прошлой ночью я была на дежурстве, и Родди не спал почти всю ночь. После завтрака я улеглась и проспала допоздна. Проснувшись, я увидела Родди, раздраженного, сердитого, с покрасневшими от бессонницы глазами; он организовывал заготовку дров для костра.
       9 августа. Элис нашла соленое озеро. Оно ближе, чем найденное Шорти на прошлой неделе, но хуже.
       14 августа. Джеки окончательно решила выйти замуж за Джима. Родди был поражен, хотя ему я говорила об этом месяц назад. В таких вещах Родди очень наивен.
       15 августа. Джимми и Джеки, Агнес и Курт поженились сегодня. Был прекрасный двойной обряд бракосочетания. Трокстоны временно будут жить в доме Бакстеров, а Пулвермахеры – в низком доме Кеннеди, пока мы не разделим пещеру на комнаты для семейных и на кладовую.
       1 сентября. Я попробовала корни, выкопанные вчера, и не отравилась. К вечеру приготовлю из них кушанье. Защитный экран из сумок с энергией для ружья-молнии, принадлежавшего, вероятно, Джону, превращен в котел, достаточно большой для приготовления нескольких порций. Вкус необычный, может быть, потому, что Агнес готовила в котле мыло – мыло, кстати, получилось не очень хорошее. Я буду называть эти корни ямсом, так как они похожи на ямс, хотя по вкусу больше напоминают пастернак. И их много вокруг. Завтра я сварю их с зеленью, мясом и солью. Кроме того, я испеку их в золе.
       16 сентября. Чед Эймс и Дик Берк пришли с поджатыми хвостами. Мэр смилостивился и разрешил им остаться. Они сказали, что Джок Мак-Гоун сошел с ума. Могу поверить в это.
       28 сентября. Филипп Шнейдер погиб сегодня во время охоты. Рой принес его, но он был сильно изранен и потерял много крови. Рой отказался от должности начальника охотников, и мэр назначил на нее Клиффа. Рой тяжело переживает случившееся, хотя его не упрекнул никто. Бог дал, бог и взял. Да святится имя твое, Господи!
       7 октября. Я решила выйти замуж за М.
       10 октября. Кажется, я ошиблась. М. решил жениться на Марджори Чанг. Они хорошие ребята, и я даже рада, что я буду одна: если нас освободят отсюда, я хочу вступить в корпус амазонок. Будь более сдержанной, Керолайн. Постарайся.
       20 октября. Кармен???
       21 октября. Да.
       1 ноября. Я – новый управляющий поселком. Маленькая Керол, девочка с двумя левыми ногами. Правда, временно, на несколько недель, так как Родди не будет, но говорите «сэр», обращаясь ко мне. Мэр наконец отпустил Родди в разведку вниз по течению реки, на чем настаивал Родди, сопроводив свое разрешение тысячей советов и наставлений. Родди не обратил на них внимания и забудет сразу же, как скроется из виду, – если я знаю Родди. Отправлен отряд из двух человек, и Родди выбрал в качестве партнера Роя. Они отправились сегодня утром.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14