Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Прославление дисциплины

ModernLib.Net / Религия / Фостер Ричард / Прославление дисциплины - Чтение (стр. 3)
Автор: Фостер Ричард
Жанр: Религия

 

 


62:2). Когда от апостолов требовалось быть активными во многих церковных делах, необходимых и важных, они приняли решение пребывать в молитве и служении слова (Деян. 6:4). Мартин Лютер объявлял: „У меня столько дел, что я не могу обходиться без трех часов молитвы ежедневно". Для него было духовной аксиомой, что, кто хорошо помолился, тот хорошо и потрудится.2 Джон Веслей говорил: «Бог действует, только отвечая на молитву»..3 Он подкреплял это убеждние ежедневной двухчасовой молитвой. Самой заметной чертой жизни Давида Брейнерда была молитва. Его дневник пестрит записями о молитве, посте, медитации. „Я люблю оставаться один в Своем домике, когда я могу много времени потратить на молитву"; „Сегодняшний день я отделил для тайного поста и молитвы Богу".4
      Для этих исследователей передовых рубежей веры молитва была не скромной привычкой где-то на периферии их жизни, нет, она была самой их жизнью. Это был самый серьезный труд самых активных лет их жизни. Уильям Пени свидетельствовал о Джордже Фоксе, что „больше всего он преуспевал в молитве".5 Адонирам Джудсон искал возможности удаляться от дел компании семь раз в день, чтобы помолиться. Это была полночь и рассвет, девять, двенадцать, три, шесть и десять часов – время его тайной молитвы. Для всех них, кто отваживался входить в глубины внутренней жизни, дышать – значило молиться.
      Многих из нас, однако, подобные примеры не вдохновляют, а, скорее, расхолаживают. Эти „гиганты веры" оставили далеко за собой то, что испытываем мы, и потому мы склонны отчаиваться. Но прежде чем заниматься самобичеванием, давайте вспомним, что Бог всегда встречает нас там, где мы есть, и медленно продвигает нас к более глубоким вещам. Любители спорта не вдруг становятся участниками олимпийского марафона. Они долгое время тренируются и готовятся к этому, то же самое должны делать и мы. Когда мы постоянно, хоть и немного, продвигаемся, мы можем рассчитывать, что через год будем молиться с большей уверенностью и большим духовным успехом, чем сейчас.
      Большой помехой в нашем продвижении является вложенное в нас понимание (предубеждение), что во вселенной все уже сделано и завершено, и поэтому ничего нельзя изменить. Но смутно мы ощущаем, что Библия этому не учит. Библейские молитвенники молились так, как если бы их молитвы могли произвести некоторое объективное изменение. Апостол Павел радостно объявил, что мы – «соработники у Бога» (1 Кор. 3:9), то есть мы трудимся вместе с Богом, определяя окончательный исход событий. Понятие о замкнутой вселенной –это стоицизм, а не Библия.
      Когда люди признают со вздохом, что все существующее есть „по воле Божией", то они гораздо ближе к Эпиктету, чем ко Христу. Моисей молился дерзновенно, потому что верил, что он может этим изменить обстоятельства и даже Божий разум! Фактически, Библия с силой и энергией подчеркивает открытость нашей вселенной, она говорит о том, что Бог постоянно меняет Свой ум в согласии со Своей неизменной Любовью. Посмотрите Исход 32:14: „И отменил Господь зло, о котором сказал, что наведет его на народ Свой". Или Ионы 3:10: „И увидел Бог дела их, что они обратились от злого пути своего, и пожалел Бог о бедствии, о котором сказал, что наведет на них, и не навел".
      Сознание этого факта оказывается настоящим освобождением для нас, но оно также накладывает на нас огромную ответственность. Мы – соработники Богу в том, что определяет будущее! Определенные события произойдут в истории, если мы будем молиться „на добро". Мы должны изменить мир молитвой. В какой еще мотивации мы нуждаемся, чтобы постичь это возвышеннейшее человеческое занятие?
      Молитва – это столь многосторонний и широкий объект исследований, что мы сразу же признаем невозможность даже слегка коснуться всех ее сторон в этой главе. Есть множество важных философских вопросов. Почему молитва необходима? Как она действует? То есть, как может ограниченное и конечное человеческое существо вступить в диалог с бесконечный Творцом Вселенной? Как может такая нематериальная вещь, как молитва, воздействовать на материальный мир? И много подобных вопросов. Есть также много видов молитвы, которые питали христиан во все века. Есть молитва-беседа, умственная молитва, молитва сосредоточения, молитва покоя, молитва покинутости и молитва о руководстве. И много других.
      Написано множествено действительно хороших книг, молитве, и лучшей из них является классическая книга Эндрю Мюррея „Со Христом в школе молитвы". Нам хорошо было бы побольше читать, если мы хотим знать пути молитвы. Эта глава будет ограничена вопросом, как молиться за других и иметь в этом духовный успех. Наши современники столь отчаянно нуждаются в помощи, что мы должны самые большие наши усилия посвятить именно этой задаче.
 
       Учимся молиться
      Настоящей молитве нужно учиться. Ученики просили Иисуса: „Господи! научи нас молиться" (Лк. 11:1). Они молились всю свою жизнь, но в молитве Иисуса было что-то такое, что побудило их увидеть, как мало они знают о молитве. Если их молитве должно было изменять мир, значит, надо было научиться молиться.
      С На меня самого оказала освободительное воздействие мысль, что молитва – это процесс обучения. Это значило, что мне можно было спрашивать, экспериментировать, даже ошибаться, потому что я знал, что я учусь. Целыми годами прежде я молился обо всем и очень интенсивно, но с весьма ограниченным успехом. Только тогда я увидел, что я что-то не так делаю и что мне нужно учиться делать это по-другому. Я взял Евангелие и выписал оттуда все упоминания о молитве и наклеил эти выписки на лист бумаги. Когда я имел возможность прочитать таким образом все, что говорится в Новом Завете о молитве, я был потрясен. Или же меня неправильно учили, что бывают молитвы без ответа, или слова Иисуса были неправильны. И я принял решение учиться молиться так, чтобы мой опыт согласовался со словами Иисуса, а не наоборот.
      Может быть, самое удивительное в молитве Иисуса за других – это то, что Он никогда не завершал молитву словами: „Да будет воля Твоя". Никогда не делали этого также ни апостолы, ни пророки, молясь за других. Они со всей очевидностью верили, что воля Божия им известна еще до этой молитвы, молитвы веры. Они были столь исполнены Духа Святого, когда встречались с той или иной человеческой ситуацией, что знали точно, что должно быть сделано. Их молитва была столь уверенной, что часто принимала вид прямого требования: „ходи", „встань". Я увидел, что, когда они молились за других, у них не было и мысли о том, что это как бы „попытка" с полунадеждой: „Если на то будет Твоя воля".
      Есть, конечно, надлежащее время и место для молитвы „Да будет воля Твоя". Прежде всего, это в молитве о водительстве, когда наши сердца жаждут знать волю Божию. „Какова Твоя воля?", „Что будет угодно Тебе?", „Что продвинет Твое Царствие на Земле?" Это вид молитвы-поиска, который должен пронизывать весь наш жизненный опыт. А также в молитве покинутости мы готовы совершенно пренебречь своей волей, когда она находится в противоречии с волей и путем Божьими. Конечно, нашей целью является всегда учиться мыслить Божьими мыслями, но у нас всех бывают времена, когда преобладают человеческие желания. В такие времена мы должны следовать примеру нашего Учителя, Который молился в саду: „… впрочем не Моя воля, но Твоя да будет" (Лк. 22:42).
      Затем я стал искать людей, которые были успешнее в молитве, чем я, и просил их научить меня всему, что они знали. В дополнение к этому я искал мудрости и опыта у молитвенников прошлого, читая каждую хорошую книгу, какую только мне удавалось найти. Я с новым интересом начал изучать молитвенников Ветхого Завета – Моисея, и Илию, и Анну, и Даниила.
      В то же самое время я начал молиться за других с той надеждой и ожиданием, что изменение обязательно должно произойти. Я очень благодарен, что я не стал ждать того момента, когда я стану совершенным и только тогда смогу молиться, – в таком случае я бы никогда не смог начать. Как сказал один богослов, „молитва для религии то же самое, что исследование для науки".6 Каждая неудача вела к новому процессу изучения. Христос был моим Учителем, так что постепенно Его Слово стало подтверждаться моим опытом:
      „Если пребудете во Мне и слова Мои в вас пребудут, то, чего ни пожелаете, просите, и будет вам" (Ин. 15:7).
      Если мы поймем, что молитва включает в себя процесс обучения, то это сохранит нас от гордого пренебрежения ею как чем-то нереальным. Если мы включаем телевизор и он не работает, мы же не делаем из этого вывод, что не существует такой вещи, как телевизионные волны. Мы считаем, что нужно найти неисправность и устранить ее. Мы начинаем последовательно проверять включатель, трубку, свечи, пока не обнаружим, что именно препятствует потоку этой таинственной энергии, которая передает картины по воздуху. И мы знаем, что проблема решена, когда телевизор начинает работать. Точно то же самое и с молитвой. Мы можем заключить, что с ней все в порядке, когда просьбы наши исполняются. Если же нет, то надо искать неполадки. Может быть, мы молимся неправильно, или в нас самих что-то нужно изменить, или нужно научиться новым принципам молитвы, или же требуется больше терпения и настойчивости. Мы слушаем, делаем исправления и снова пытаемся молиться.
      Мы можем знать, что на наши молитвы имеется ответ, и знать это так же точно, как знаем, что телевизор работает.
      Один из самых важных моментов в этой науке – это войти в такой контакт с Богом, чтобы Его жизнь и сила могли через нас передаваться другим. Часто мы считаем себя в контакте с Богом, когда этого вовсе нет. Например, сейчас, когда вы читаете эти строки, дюжины радио-и-телепрограмм проходят сквозь вашу комнату, но вы их не воспринимаете, потому что не настроились на канал. Часто люди молятся и молятся со всей верой в мире, но ничего не происходит: они не настроены на канал. Мы начинаем молиться за других, прежде всего сконцентрировавшись и слушая тихий гром Бога духов. Настраиваясь на Божественное дыхание, мы совершаем духовный труд, и без него наша молитва есть простое повторение слов: „А молясь, не говорите лишнего, как язычники; ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны" (Мф. 6:7). Слушать Господа – это первая, вторая и третья необходимая вещь для успешного ходатайства. Серен Кьеркегор однажды заметил: „Человек молился, и сначала он думал, что молиться – это значит говорить. Но он потом все больше и больше затихал, пока, наконец, не понял, что молиться – это значит слушать".7
      Медитация поэтому является прелюдией к молитве. Труд ходатайства, иногда называемый „молитвой веры", предполагает, что молитва о руководстве при этом постоянно восходит к Отцу. Мы должны слышать, знать волю Божию и повиноваться ей, прежде чем мы начинаем молиться за жизни других людей. Молитва о руководстве всегда предшествует молитве веры и окружает ее.
      Таким образом, чтобы научиться молиться за других, нужно прежде научиться слушать указания. Нужно оставить в стороне артрит тети Сюзи, об исцелении от которого вы молитесь уже двадцать лет. Мы склонны всегда молиться за самые трудные ситуации, и это именно в начале своего обучения: рак, склероз и т.п. Но когда мы внимательны на слышание, тогда мы начнем с такого простого, как простуда. Успех в малом ободряет нас и дает дерзновение в более серьезных делах. Если мы затихнем, мы поймем не только то, каков Бог, но и как Он действует.
      Иногда мы боимся, что у нас не хватает веры молиться за это дитя или этот брак. Все эти страхи нужно отложить, потому что Библия учит нас, что для великих чудес достаточно веры с горчичное зерно. Обычно тот факт, что у вас есть мужество идти и молиться за человека, говорит о том, что у вас есть вера. Чаще нам не хватает не веры, но сострадания. Кажется, что наши искренние чувства в отношении того, за кого мы молимся, как раз и производят всю разницу. Нам говорится в Библии, что Иисус был движим состраданием к народу. Сострадание было заметной характеристикой каждого исцеления в Новом Завете. Мы молимся за людей не как за некие „объекты", но как за личности, дорогие нам. Если у нас есть Божий дар сострадания и заботы о других, то наша вера будет расти и укрепляться по мере нашей молитвы. Если мы действительно любим людей, мы желаем для них гораздо большего, чем сами в состоянии дать им, и именно это побуждает нас за них молиться.
      Внутреннее чувство сострадания является для нас ясным указанием от Господа, что нам поручается молиться за того человека. Во время медитации может возникнуть побуждение в сердце – молиться ходатайственной молитвой, и это побуждение сопровождается ободрением, потоком излияния Духа. Это внутреннее „да" есть Божественное утверждение, что вы должны молиться за этого человека или за данную ситуацию. Если мысль об этом сопровождается чувством тяжести, то отложите эту мысль: Бог поведет кого-то другого молиться об этом деле.
 
       Основы молитвы
      Никогда не нужно осложнять молитву. Легко поддаться этому искушению, раз мы поняли, что надо учиться молиться. Но Иисус учил нас приходить, как дети к отцу. Открытость, честность, искренность, доверие – вот характерные черты общения ребенка со своим отцом. Есть интимность в этих отношениях: они допускают как серьезность, так и смех. Мейстер Экхарт (мистик средневековья) заметил, что „душа развивается в личность, если Бог смеется в ней, и она отвечает тем же".8
      Иисус учил нас молиться о хлебе насущном; дитя просит завтрака в полной уверенности, что он будет дан ему. Ему не нужно припрятывать хлеб на завтра из страха, что завтра он ничего не получит. Ребенку нетрудно говорить с отцом, и он не стесняется приходить к нему с самыми маленькими проблемами. Так же и нам не надо стесняться доверчиво приходить к Отцу с самыми простыми просьбами.
      От детей мы можем научиться ценности воображения. Оно играет большую роль в молитве. Мы можем быть очень сдержанны в этом вопросе, чувствуя, что это ниже нас. У детей нет такой сдержанности. Не было ее и у святой Терезы Авильской: „Это был мой способ молиться; так как мне не удавалось размышлять, я создавала образ Христа внутри себя. Я верю, что моя душа много приобретала от этого, потому что я начинала молиться, даже не зная, что это такое".9 Жанна д'Арк настаивала на том, что она слышала голоса, исходящие от Бога. Скептики говорили ей, что это ее воображение. На Жанну это не производило никакого впечатления. Она отвечала: „Да, именно таким образом Бог говорит мне".
      Воображение открывает дверь вере. Если мы можем „видеть" своими внутренними очами, как разбитый брак восстанавливается или как больной человек выздоравливает, то это шаг к тому, что так и будет. Дети это мгновенно понимают и начинают молиться с воображением. Однажды мен» пригласили в дом, где была тяжело больная девочка. В комнате находился ее четырехлетний брат, и я сказал ему, что нуждаюсь в его помощи. Он был в восторге, и я – тоже, потому что знал о действенности детской молитвы. Он взобрался на стул рядом со мной. „Давай поиграем, – сказал я ему. – Мы знаем, что Иисус всегда с нами, поэтому давай представим себе, что Он сидит в кресле напротив нас. Он ждет терпеливо, пока мы сосредоточим свое внимание на Нем. Когда мы Его увидим, мы начнем думать больше не о том, как больна Джули, а о том, как Он любит нас. И вот Он улыбается, встает и подходит к нам. Тогда мы оба кладем наши руки на Джули, а Христос кладет Свои руки поверх наших. Мы представляем себе, как свет от Иисуса течет прямо в твою сестру и исцеляет ее. Давай представим себе, что свет Христа борется с болезнью, пока она не отступит. Хорошо?!" Малыш серьезно кивнул. Вместе мы молились так по-детски, а потом поблагодарили Господа за то, что мы видели, что так все и произойдет, как мы просили. На следующее утро Джули была совершенно здорова.
      Позвольте мне здесь вас предостеречь. Мы не стараемся произносить что-то вроде заклинаний, побуждая свое воображение видеть то, чего нет. Не пытаемся мы также манипулировать Богом и говорить Ему, что Он должен делать. Напротив, мы просим Бога сказать нам, что нам делать. Бог есть основа нашей мольбы, как выразилась об этом Джулиана из Норвича, и мы в высшей степени зависим от Него. Наша молитва должна быть ответным действием на Божию инициативу в воздействии на наше сердце. Идеи, картины, слова не помогают, если они не исходят от Святого Духа, который, как вы знаете, ходатайствует за нас „воздыханиями неизреченными" (Римл. 8:26).
      Дети, которым трудно учиться в школе, очень откликаются на молитву. Мой друг, который преподавал детям с замедленным развитием, решил молиться за них. Конечно, он ничего об этом не сказал детям, просто начал молиться. Когда кто-то из детей залез под его стол и принял неприличную позу, мой друг взял его на руки и молился, чтобы свет и жизнь Христа исцелили самоненависть в этом мальчике. Чтобы не смущать мальчика, он начал ходить с ним по классу, продолжая молиться. Через некоторое время дитя расслабилось, и занятия возобновились. Иногда мой друг спрашивал мальчика, может ли он вспомнить, что это такое – победить в соревнованиях по бегу. Если мальчик говорил „да", он побуждал его вообразить себе, как приближается финиш, как кричат, приветствуя его, все друзья. Таким образом ребенок мог участвовать в молитве благодарения и укреплять свое самопринятие. (Не иронично ли то, что люди спорят так отчаянно по вопросу общественной молитвы в школе и так редко используют возможность молиться за детей таким образом, против которого нет никакого закона!). В конце года все дети, кроме двоих, смогли вернуться в нормальную школу. Случайное совпадение? Возможно, но, как выразился один архиепископ, такие „совпадения" происходят гораздо чаще, когда мы молимся.
      Бог хочет, чтобы брак был здоровым, постоянным. Вы можете знать о каком-то браке, что он не таков. Семейная пара в горе и нуждается в вашей помощи. Может быть, у мужа любовная связь с другой женщиной. Расположитесь молиться за эту семью тридцать дней, каждый день. Представьте себе, как муж встречается с „другой женщиной" и смущен, сам в себе изумляясь, как он мог вообще когда-либо обратить на нее внимание. Наблюдайте, как сама мысль об измене становится ему отвратительна. Представляйте, как он подходит к своей двери и видит свою жену и переполнен любовью к ней. Представляйте, как они вместе отправляются на прогулку и влюбляются друг в друга, как это было когда-то, столько-то лет назад. „Видьте", как они все больше открываются друг другу и обретают способность выговариваться и заботиться друг о друге. В своем воображении возведите огромную кирпичную стену между мужем и „другой женщиной". Постройте дом из любви и внимательности для мужа и жены. Наполните его миром Христовым.
      Ваш пресвитер и богослужения должны просто купаться в молитвах. Апостол Павел молился за своих людей; он просил их молиться за него. Чарлз Сперджен весь свой успех приписывал молитвам своей церкви. Франк Лобах сказал своему собранию: „Я очень чувствителен и знаю, когда вы молитесь за меня. Если кто-то из вас меня презирает, я чувствую это. Когда вы молитесь за меня, я чувствую странную силу. Когда каждый человек в собрании молится за пресвитера, во время его проповеди происходят чудеса".10 Насыщайте богослужения своими молитвами. Представляйте себе Господа, наполняющего Своим присутствием святилище.
      Всякие сексуальные отклонения требуют молитвы, чтобы произошли реальные и долговременные изменения. Секс подобен реке: он хорош и прекрасен, когда введен в берега. Река, вышедшая из берегов, опасна. Так же опасны сексуальные извращения. Какие границы создал Бог для секса? Один муж с одной женой в браке на всю жизнь. Когда молимся за людей с извращенным сексом, то это большая радость – видеть реку, вышедшую из берегов, и просить Господа вернуть ее на ее естественный путь.
      Ваши собственные дети могут и должны изменяться через ваши молитвы. Молитесь за них днем с их участием. Молитесь за них ночью, когда они спят. Чудесно – войти в комнату и легко положить свои руки на спящее дитя. Воображайте, как свет Христа течет через ваши руки и исцеляет всякую эмоциональную травму и израненные чувства, – все, что пережило ваше дитя за день. Наполните его миром и любовью от Господа.
      Как священник Христа, вы можете совершать чудное служение, беря ребенка на руки и благословляя его. В Библии родители приносили своих детей к Иисусу не для того, чтобы Он играл с ними или даже учил их, но чтобы Он мог возложить на них Свои руки и благословить их (Мк. 10:13-16). Он дал вам способность делать то же самое. Благословенно дитя, которое благословляют взрослые, знающие, как благословлять!
      „Мгновенная молитва" – это чудесная идея, развиваемая Франком Лобахом в его многих книгах о молитве. Он поставил своей задачей научиться так жить, чтобы молиться о каждом, кого только увидишь, об этих детях, разговаривающих друг с другом или играющих, об этом плачущем мальчике." Такие „мгновенные молитвы" очень волнующи и могут привести к интересным результатам. Я тоже попробовал такие молитвы, прося радости от Бога и сознания Его присутствия в тех людях, о которых я молился, то есть в каждом встречном. Иногда в людях не было никакого ответа, но иногда они оборачивались и улыбались, как если бы я к ним обратился. В автобусе или самолете мы можем воображать, как Иисус проходит, касаясь людей и говоря: „Я люблю тебя. Мое величайшее желание – простить тебя и дать тебе все добро. В тебе есть много прекрасного, но как бы в зародыше, и Я бы дал этому распуститься, если только ты скажешь: „да". Франк Лобах предположил, что если бы тысячи из нас делали так с каждым встречным, мы бы могли изменить всю атмосферу в нашем народе. Отдельные молитвы соединяются, как капли воды, образуя океан, которому невозможно сопротивляться.12
      Нам нужно научиться молиться против зла. Святые прошлых времен побуждали нас вести духовную войну против „мира, плоти и дьявола". Мы никогда не должны забывать, что это враг наших душ „ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить" (1 Пет. 5:8). Мы в своей молитве ведем борьбу „против начальства, против властей, против мироправителей тьмы века сего" (Еф. 6:12). И нам нужно молиться молитвой защиты, окружая себя жизнью Христа, покрывая себя кровью Христа, запечатывая себя крестом Христа.
      Молясь за других никогда не нужно ждать, когда такое желание в нас возникнет. Молитва – это как любой труд. Хочется нам или не хочется, но мы начинаем и обнаруживаем, что желание работать приходит само. Нам может не хотеться играть на пианино, но, когда мы уселись и ск«4гько-то времени поиграли, нам уже хочется играть. Точно так же с молитвой: наши молитвенные мышцы должны быть разогреты, и тогда поток крови начнется, и польется молитва ходатайства.
      Не нужно также беспокоиться, что этот молитвенный труд займет слишком много времени, потому что „он не требует времени, но занимает все наше время".13 Молитва не прибавляется к нашему труду, но идет одновременно с ним. Молитва и действие соединяются. Томас Келли выразил это так: „Можно организовывать свою умственную жизнь на разных уровнях. На одном уровне мы обсуждаем, спорим, думаем, соображаем, отвечаем на все требования внешнего мира. Но глубоко внутри, за „сценой", мы можем пребывать в молитве и поклонении, пении и в готовности принять Божественное дыхание".14
      Нам нужно столькому учиться и так далеко идти. Желание нашего сердца высказано архиеписком Тайтом, который сказал: „Я хочу жизни молитвы, более великой, глубокой, истинной".15

4. Дисциплина поста

      «Одни превознесли пост выше Писаний и выше разума, другие же совершенно пренебрегают им».
      Джон Веслей

      Пост долгие годы находился в пренебрежении. Я не мог найти ни единой книги о посте в период с 1861 до 1954 года, почти сто лет. Недавно возродился интерес к этому вопросу, хотя скорее в плане догматическом и часто не в библейской перспективе, не в равновесии с другими вопросами внутренней духовной жизни человека.
      Как объяснить тот факт, что пост, столь пылко практиковавшийся христианами в течение веков, вдруг стал никому не интересен, хотя многократно упоминается в Писании? Здесь две причины. Во-первых, средневековый аскетизм. С падением внутренней реальности христианской веры всегда развивается внимание к ее внешней форме, и как только форме недостает ее внутреннего содержания, тут же возникает строгое законничество, а именно – принудительное. Поэтому пост сопровождался многими строгими правилами, достигая „умерщвления плоти", пользуясь „самобичеванием". Современная культура реагировала на все эти насилия и склонна была смешивать пост с самоумерщвлением.
      Есть и вторая причина. Современная пропаганда убедила нас, что, если мы не имеем обильного трехразового питания каждый день, включая между ними еще несколько перекусов, – то мы умираем от голода. Если еще прибавить к этому мнению общую уверенность в том, что должно удовлетворять всякое человеческое желание, то понятно, что пост выглядит чем-то по меньшей мере устарелым. Каждый, кто решит серьезно относиться к посту, услышит с разных сторон возражения, что это – вредно, это лишает вас энергии, разрушает здоровье. Все это совершенный вздор, основанный на предрассудках. В то время, как человеческое тело не может прожить без воздуха и воды, оно может много дней обходиться без еды – до сорока дней, пока не начнется действительное голодание. Без всякого преувеличения можно сказать, что, если совершать пост правильно, он имеет благоприятные последствия для тела.
      В Писании так часто говорится о посте, что и нам нужно хотя бы бросить взгляд на эту древнейшую духовную дисциплину. Прочитаем о Моисее, через которого был дан закон народу, о царе Давиде, об Илье пророке, о царице Есфири, о пророчице Анне, апостоле Павле, Иисусе Христе, воплощенном Сыне Божием. Многие великие христиане всех веков христианской истории постились и свидетельствовали о ценности поста: Мартин Лютер, Жан Кальвин, Джон Веслей, Ионафан Эдварде и многие другие.
      Пост не является только христианским делом: все главные мировые религии мира признают его достоинства. Заратустра практиковал посты, и Конфуций, и. индийские йоги. Платон, Сократ, Аристотель – все постились. Даже Гиппократ, отец современной медицины, верил в пользу поста. Тот факт, что все эти люди уважали пост, не делает, конечно, его правильным и желанным в наших глазах, но дает нам основание остановиться с готовностью пересмотреть общий взгляд нашего времени на роль поста.
 
       Пост в Библии
      Во всем Писании пост – это воздержание от пищи в духовных целях. Он отличается от голодной забастовки, целью которой является привлечь внимание к тому или иному делу или же приобрести политическое влияние. Он отличается также от „диеты" в лечебных целях. В наше время пост мотивируется чаще всего либо тщеславием, либо желанием власти. Библейский пост всегда имеет своим центром духовные цели.
      В Писании говорится о посте как о воздержании от пищи, всякой пищи, но не от воды. О сорокадневном посте Иисуса в пустыне сказано, что Он не ел ничего и „взалкал" и что Сатана искушал Его, предлагая Ему поесть, то есть воздержание было от пищи, а не от воды.
      Иногда в Писании говорится о частичном посте. Хотя пророк Даниил имел обычай поститься, был такой случай, что в течение трех недель „вкусного хлеба я не ел; мясо и вино не входило в уста мои…" (Дан. 10:3). Все эти дни Даниил был в сетовании.
      Есть в Писании также случаи, которые можно было бы назвать „полным воздержанием", то есть и от пищи, и от питья. Это, так сказать, срочная мера, по огромной нужде, как это случилось с царицей Есфирью, когда она говорила Мардохею: „Пойди, собери всех иудеев, находящихся в Сузах, и поститесь ради меня, и не ешьте и не пейте три дня, ни днем, ни ночью, и я с служанками моими буду так же поститься, и потом пойду к царю, хотя это против закона, и если погибнуть, погибну" (Есф. 4:16). Апостол Павел тоже имел три дня полного поста после своей встречи с живым Христом (Деян. 9:9). Нужно понять, что такой пост является исключением, и к нему не надо прибегать, если на то нет ясного Божьего указания.
      В большинстве случаев пост – это дело между человеком и Богом. Есть, однако, времена общего поста или группового. В Моисеевом законе единственный раз в году требовался общий пост – это в День примирения (Лев. 23:27). Это должен был быть день смирения пред Богом и скорби за свои грехи, день очищения. (Постепенно добавлялись другие посты, и сейчас их установлено более двадцати!) Посты также назначались во времена критические для нации: „Вострубите трубою на Сионе, назначьте пост и объявите торжественное собрание" (Иоиль 2:15). Когда было нашествие на Иудею, царь Иосафат призвал народ поститься: „И убоялся Иосафат, и обратил лицо свое взыскать Господа, и объявил пост по всей Иудее" (2 Пар. 20:3). В ответ на проповедь Ионы весь город Ниневия, включая животных (без их желания, естественно), постился. Перед своим возвращением в Иерусалим Ездра велел всем поститься, чтобы Бог сохранил их на пути от бандитов и грабителей: „И провозгласил я там пост у реки Агавы, чтобы смириться нам пред лицом Бога нашего, просить у Него благополучного пути для себя и для детей наших и для всего имущества нашего" (1 Езд. 8:21).
      Групповой пост может быть делом чудным и могущественным, если люди, принимающие в нем участие, подготовлены к этому и единодушны в этом вопросе. Церкви или другие группы, имеющие серьезные проблемы, могут получить исцеление через общую молитву и пост. Когда достаточное число людей правильно понимает задачу, всенародный пост и молитва могут иметь благословенные результаты. В 1756 году король Британии призвал нацию к торжественной молитве и посту ввиду французского вторжения. Джон Веслей так записал об этом в своем дневнике 6 февраля: „День поста был славным днем, какого Лондон не видел со времени Реставрации. Каждая церковь в городе была переполнена, и на каждом лице была видна торжественная серьезность. Точно, Бог слышит молитву, и наш покой будет продлен". В сноске он написал: „Смирение превратилось во всеобщее ликование, потому что угроза вторжения была отвращена".1
      В истории христианства получило развитие то, что можно было бы назвать „регулярными постами". Ко времени пророка Захарии получили свое развитие четыре поста (Зах. 8:19). Похвальба фарисея в притче Иисуса описывает, по-видимому, установившуюся практику: „Пощусь два раза в неделю" (Лк. 18:12).* Книга евреев Дидах вменяла в обязанность два поста, по средам и пятницам. Регулярные посты были приняты обязательными на втором Орлеанском соборе в VI веке. Джон Веслей стремился вернуться к учению Дидахи и побуждал ранних методистов поститься по средам и пятницам. Он так серьезно к этому относился, что даже отказывался поставлять кого-нибудь на методистское служение, если тот не придерживался данных дней поста.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13