Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дом отважных трусишек

ModernLib.Net / Ермолаев Юрий / Дом отважных трусишек - Чтение (стр. 2)
Автор: Ермолаев Юрий
Жанр:

 

 


      - То есть из игры, - пояснила Варя.
      - Потом снова хлопает, и так до тех пор, пока не останется один - самый смешной клоун. Тот и считается победителем. Ясно?
      - В нашей палате самая лучшая клоунша - Джаннат, - сказала Олечка. - Мы еe никак не перекорчим.
      - Приготовились! - крикнула Скульская и, выждав несколько секунд, хлопнула в ладоши.
      Девочки тотчас состроили смешные рожицы. Кто на какую способен. Маленькая Олечка с весeлым видом высунула язык и немигающим взглядом уставилась на Скульскую. Варя приставила к носу обе руки и быстро замахала пальцами, точно показывала кому-то длинный нос. Джаннат сморщилась так сильно, точно съела горькую-прегорькую таблетку. Даже еe прямой и остренький носик вдруг раздулся и потолстел. Наде стало смешно, и, вместо того чтобы самой что-то изобразить, она засмеялась.
      - Смеяться нельзя! - закричала на неe Скульская. - Ты не зритель, а клоун.
      - А может, она клоун, который смеется, - заступилась за Надю Варя Осипова, - откуда ты знаешь?
      - Да, клоуны всегда смеются! - схитрила Надя и, указав пальцем на Скульскую, засмеялась ещe громче.
      - Тогда ты выходи из игры, - сказала Варе сбитая с толку Скульская. Ты совсем не смешно сделала свой длинный нос.
      Варя не возражала. Главное, чтобы первой не вышла из игры новенькая. А то за ней закрепится слава самого плохого клоуна палаты. А пока у них такого нет. Олечка, Варя и Скульская никак не превзошли друг друга, хотя в жизни Скульская очень любит гримасничать. Наверное, потому в игре она всегда хочет быть фотографом.
      Скульская снова захлопала в ладоши. Джаннат тут же скомкала бумажку, сделала еe похожей на маленького страшного и усатого жука и посадила себе на нос. Глаза Джаннат сразу стали испуганными, готовыми вот-вот выпрыгнуть и покатиться по еe носу, чтобы сбить с него усатое чудище. А Надя, увидев это, до предела вытянула свои губы и озабоченно и вместе с тем смешно принялась сдувать с носа Джаннат страшного жука. Жук быстро упал. Но их игра на этом не кончилась. Надя быстро подбросила его и пришлeпнула себе на нос. Точно жук сам перелетел туда. И тут уж Джаннат принялась сдувать усатое страшилище с носа своей подруги, а Надя, дрожа от страха, начала вращать глазами.
      Олечка так загляделась на них, что даже забыла состроить смешную рожицу. Поднесла только руки к ушам.
      - Я снимаю Джаннат, - отсмеявшись, объявила Галя Скульская.
      - Я бы сфотографировала обеих, - высказала своe мнение Варя.
      - Двоих нельзя, - тотчас возразила Олечка, - это не по правилам. Пусть ещe кого-нибудь представят, пусть ещe! Мы выберем.
      Но тут вошла нянечка Нина и объявила:
      - Игра кончается, клоунам пора обедать.
      Галя, Джаннат и Олечка тотчас вышли из палаты, а Варя откинула одеяло и сказала нянечке:
      - Я только чехол перевяжу.
      Она придвинула к кровати стул и, положив на него ногу, стала медленно стягивать с неe чехол. Надя посмотрела на открывшийся аппарат и ужаснулась. Варина нога была продета в два металлических кольца величиной с глубокую тарелку. Из колец торчали во все стороны блестящие спицы. А выходили они прямо из ноги и прикреплялись к кольцам металлическими зажимами, похожими на подвязки.
      "Если спицы выходят с обеих сторон ноги, значит, ими прокалывают кость, - сообразила Надя и расстроилась окончательно. - Ведь сверлить кость очень больно".
      - И ты марш в столовую, чего пригорюнилась? - обратилась к ней нянечка и погладила Надю по волосам.
      Надя не выдержала и разрыдалась.
      - Ну чего ты, чего? - закудахтала над ней маленькая нянечка. - Вареньке ведь только три дня назад операцию сделали, вот и ходит с трудом... Погоди, Варюша, я тебе подсоблю. - И нянечка помогла ей встать с кровати.
      А Надя никак не могла перестать плакать. Хотела и не могла. Так всe хорошо началось, когда в весeлую игру играли. Надя даже забыла, что она в больнице... А ведь скоро ей самой наденут этот страшный аппарат.
      - Таким героем пришла, а ревeшь без причины, - подавая Варе костыли, говорила Наде нянечка. - И потерпеть-то придeтся всего ничего, а потом так будешь резвиться и бегать на этих аппаратах, что врачи сердиться начнут. Вон Лайна из седьмой палаты уже на вторую неделю после операции одна танец трeх лебедей нам станцевала. - И маленькая нянечка сама прошлась по палате лебeдушкой.
      Надя не удержалась и рассмеялась сквозь слeзы.
      - Вот и перестал дождик лить, - улыбнулась ей нянечка. - Ты погоди, познакомишься с нашей "Птичьей палатой", так совсем развеселишься. Знаешь, какие там малыши потешные! В момент со смеху уморят. Один Юрик Хохлачeв чего стоит. Ему всего девять месяцев. Он с мамой лежит. А отец его электромонтeр. Так ежели Юрик увидит где лампочку, сразу показывает на неe пальцем и кричит, ровно заводской гудок: "Папа-а-а!" Он, верно, думает, что все провода да лампочки проводит его отец. Говорить-то ничего не умеет ещe, вот и кричит на лампочки: "Папа-па го-го!" - Маленькая нянечка присела к Наде на краешек кровати и заговорщически предложила: - Потопали в столовку!
      Надя отказалась. Мама хорошо накормила еe перед больницей, и есть не хотелось. Нянечка покачала головой и вышла. А Надя, вспомнив о маме, загрустила ещe больше. Теперь она не увидит маму до самого воскресенья. Приeмные дни в детском отделении два раза в неделю. Каждый день пускают мам к тем детям, у кого недавно сделана операция. Значит, ко всем, кроме неe, завтра и послезавтра придут мамы. Нет, такой одинокой и заброшенной она ещe никогда себя не чувствовала... Ей стало ужасно тоскливо. Хорошо, что в палату спять вошла маленькая нянечка. Она держала в руках полную сумку.
      - Принимай, Наденька, гостинца. Вот тебе мама сколько накупила!
      - Ой, зачем это она... - смутилась Надя, беря из рук нянечки тяжeлую сумку, и вдруг обрадовалась: - Девочки придут из столовой, а я их угощу конфетами и соком. И вы, нянечка, приходите. Мы тут пир устроим.
      - Ну и затейница ты! - засмеялась нянечка Нина и пообещала: - Приду к вам, зайду, только приберу в коридоре. - И она ушла, захватив с собой пустую сумку.
      А Надя принялась расставлять на большом столе, который стоял у окна, бутылки с яблочным соком и раскладывать печенье с конфетами на вырванные из блокнота бумажные листочки. Как хорошо, что ей пришло в голову устроить этот пир. Наде очень хотелось хоть чем-нибудь порадовать девочек. Ведь у Джаннат с Галей на ногах тоже такие же мешки, и им, наверное, очень больно.
      Разложив угощение, Надя отошла к дверям и с удовольствием оглядела стол. Скорей бы приходили еe новые подружки!
      Глава шестая. ПЕРВОЕ УТРО
      Девочки напировались так, что маленькой нянечке Нине пришлось отводить их ужинать под конвоем. После ужина все смотрели в холле телевизор, а потом легли спать.
      - Кто какой сон увидит, рассказывать не скрывая, - закутываясь в одеяло, объявила Джаннат Шамхалова.
      - Хорошо, - ответила ей Олечка и тут же уснула.
      - Что рассказывать, если мне почти ничего никогда не снится, - зевая, возразила Скульская.
      Надя тоже скоро уснула и спала крепко, без всяких снов, до тех пор, пока их всех не разбудила усталая и немного бледная после ночного дежурства маленькая нянечка.
      - Девочки, просыпайтесь! Скоро врачи придут, а вы ещe неумытые.
      Надя приоткрыла глаза и увидела, что нянечка Нина стаскивает одеяло с Олечки. Она была ужасно сонная, но всe равно очень хорошенькая, прямо куколка из магазина.
      - Ну, Ниночка, ну дай ещe немножко поспать, - капризным голосом просила она. - Я сон не досмотрела.
      - Запомни, на чeм остановилась, и в тихий час досмотришь, - ответила ей маленькая нянечка и, чтобы окончательно разбудить Олечку, спросила: - А тебе что снилось-то?
      - Ой, что мне снилось! Просто чудо! - садясь на кровать, всплеснула здоровой рукой Олечка. - Будто я приехала домой совсем здоровая. Всe-всe у меня срослось как нужно. А аппарат с кольцами и спицами везде за мной ходит. Куда бы я ни пошла, везде за мной идeт. Я даже рассердилась на него и ногами затопала. А потом позвала тeтю Ганночку, и она его в кладовку заперла.
      - Всe-то в твоeм сне перепуталось, - потягиваясь в постели, фыркнула Галя Скульская. - Тeтя Ганна здесь работает, а во сне ты уже дома была. Как же она могла запереть аппарат в кладовую?
      - А вот так: взяла и заперла! - рассмеялась Олечка, показывая свои ровные, белые зубы.
      Надя ещe не видела тeти Ганны, но вчера во время пира узнала от девочек, что тeтя Ганна "директор" всех колец, спиц, зажимов, костылей и ортопедических подушек, обтянутых клеeнкой и набитых войлоком. Их подкладывают больным после операции, чтобы ноги и руки находились в нужном положении. Девочки очень хорошо относились к тeте Ганне. Даже ворчливая Галя сказала:
      - Еe Глафирой Павловной зовут, а Ганночкой старшие ребята прозвали за то, что она очень внимательная к больным.
      - Она мне так после операции постель взбила, что нога сразу перестала ныть, - протирая платком очки, сказала Варя.
      - А мне костыли бинтами знаешь как обмотала! Даже под мышками совсем больно не было, - сверкнула своими чeрными глазами Джаннат Шамхалова.
      - Всe равно лучше всех у нас сестра-хозяйка, - подпрыгивая на кровати, объявила Олечка. - Она мне всегда расшитые полотенца даeт.
      Девочки поспешили в умывальню, а когда вернулись, увидели на своих кроватях чистое бельe, а на тумбочках новые салфетки. Значит, к ним заходила сестра-хозяйка.
      К обходу врачей девочки были уже умыты, причeсаны и сидели на кроватях с таким видом, точно в гости собрались.
      Отворилась дверь, но вместо врачей, к которым Надя приготовилась, в палату просунулся голубой бант с большими любопытными глазами.
      - Верив топ-топ! - объявили любопытные глаза и исчезли, оставив дверь приоткрытой.
      - "Птичья палата" всегда всех об обходе предупреждает, - сказала Наде Джаннат Шамхалова.
      Почти тут же к ним вошли та самая женщина-врач, которая осматривала Надю вчера, молодой врач-практикант и дежурная сестра.
      Вероника Ивановна была заведующей детским отделением.
      - Доброе утро, девочки, - сказала она всем и стала смотреть температурные листы, привешенные к кроватям.
      - Доброе утро, - нестройно ответили девочки, следя за врачом.
      Вероника Ивановна осталась довольна всеми. Даже чуть-чуть повышенная температура у Вари из Братска еe не смутила: воспалительный процесс вокруг одной спицы начал затухать.
      - Почему не подняли вчера кровать? - спросила она сестру, перейдя к Гале Скульской. - Из-за вашей небрежности у девочки небольшой отeк пальцев ноги. Сейчас же установите кровать как нужно и сделайте массаж.
      Сестра записала в блокнот распоряжение Вероники Ивановны и стала нервно покусывать кончик шариковой ручки. Конечно, ей было неприятно получать замечание при всех. Но ведь она сама виновата. Не подняла с одной стороны ножки кровати, вот у Гали и получился отeк.
      Вероника Ивановна внимательно осмотрела у Олечки руку в аппарате и сообщила, что у неe хорошие снимки. Кость срастается правильно, и мозоль уже крепкая.
      Олечка была в восторге. Она захлопала здоровой ладошкой по коленке и показала Веронике Ивановне расшитое полотенце, которое оставила ей сестра-хозяйка.
      - Смотри не корми его киселeм, - пошутила Вероника Ивановна и, осмотрев Джаннат Шамхалову, строго предупредила: - Надо больше ногу разрабатывать, а то коленка не будет разгибаться.
      - Надо, - покорно согласилась Джаннат. - У нас в Баку даже здоровым говорят: "Будешь двигаться - через хребет перевалишь, засидишься - в яму свалишься".
      - Вот видишь, - улыбнулась Вероника Ивановна и пошла к дверям.
      Надю Вероника Ивановна не осматривала. Ей пока ничего не сделали.
      - Кто на что жалуется? - спросила она перед уходом.
      Девочки молчали. И вдруг раздалось всхлипывание.
      - Ты что, Скульская? - обернулась к ней Вероника Ивановна.
      - Мне ногу больно, которая отекла, - выдавила из себя Галя.
      - Это неправда, - возразила Вероника Ивановна, - нога у тебя немножко отекла, но болеть она не может.
      - А у меня болит, - уже совсем неуверенно пробурчала Галя.
      - Любишь ты, Скульская, фантазировать, - укорила еe Вероника Ивановна и обратилась уже к Наде: - Тебе у нас нравится?
      - Да, - кивнула Надя головой и решилась спросить то, что еe мучило уже второй день: - А когда мне сделают операцию?
      - Будем тебя готовить, - ответила Вероника Ивановна и сказала сестре: Сегодня же начните делать анализы.
      Сестра снова записала распоряжение Вероники Ивановны в свой блокнот. А Вероника Ивановна перед уходом ещe раз погладила Олечку по еe кудрявой головке.
      Олечка была всеобщей любимицей. Одна Галя Скульская относилась к ней безразлично. По возрасту Олечке полагалось лежать в палате первоклассников, но там нет мест, вот еe и положили к старшим. Надя как увидела Олечку, сразу назвала еe про себя "Куколкой". Но дня через два, когда Олечка надела свой зелeный халатик, а на волосы повязала красную косыночку, Надя переименовала еe в "Земляничку".
      Зато Скульскую за еe въедливый характер Надя прозвала "Цибулей". По-украински "цибуля" - "лук". Галя всегда злилась, если лук попадался ей в супе, и кричала: "Паршивый цибулька весь суп испортил!" И отставляла тарелку. Кроме того, лук едкий, от него даже плакать хочется, когда начнeшь резать. И от Гали девочки не раз плакали. Особенно Олечка. Вот Надя и прозвала еe Цибулей.
      Вообще Галя держалась в палате, как самая тяжeлая больная, часто охала, жаловалась на боль, а во время обхода врачей всегда старалась, чтобы они уделяли ей внимания больше, чем другим. А ведь у неe всего лишь была искривлена одна нога, и то не сильно. Надя ещe прошлым летом, в санатории, заметила, что Цибуля любит вредничать. Вот и три дня назад позвала Надя всех девочек на пир, который устроила так неожиданно. Все обрадовались, быстро сели за стол, а Цибуля подошла к столу с таким видом, будто делает Наде громадное одолжение. И под конец пира, когда на тарелках почти ничего не осталось, Галя спросила Надю:
      - Небось не всe на стол выложила, припрятала что-нибудь сладенькое?
      От такого вопроса Надя даже растерялась.
      - Ничего не осталось, можешь проверить, - сказала она и покраснела, точно в самом деле что-нибудь припрятала.
      "Какая же эта Скульская бессовестная! И сама неприятная: глаза - щeлки, нос толстый и уши оттопыренные. Даже волосы их не скрывают. Одним своим кислым взглядом на кого хочешь тоску нагонит".
      Вот Джаннат Шамхалова совсем другая - весeлая, простая. И смуглое личико у неe очень симпатичное. Особенно когда Джаннат поeт. Голос у неe звонкий-звонкий. Могла бы со временем певицей стать или музыкальным клоуном. Женщины тоже такими клоунами бывают. Даже интересно: снимет клоун после выступления парик с носом, а под ним женское лицо. Но Джаннат хочет быть учительницей. Только бы ноги вылечить!
      Впрочем, больше всех Наде понравилась самая высокая девочка в их палате - Варя из Братска. Конечно, не потому, что она уже хорошо выросла и могла не опасаться, что останется маленькой на всю жизнь. Варя понравилась ей своим спокойным, справедливым характером и ещe умением постоять за себя и подруг. Как раз этого-то не хватало самой Наде.
      Варя была некрасивая, всегда ходила в очках, но две толстые косы, которые она укладывала венцом вокруг головы, шли к ней. И имя Варе очень подходило. В нeм тоже слышалось что-то мягкое и приветливое.
      Наде захотелось подружиться с Варей, и после обхода врачей она ей сказала:
      - Давай помогу убраться в тумбочке. Ведь тебе трудно наклоняться. - И, не дожидаясь ответа, Надя раскрыла дверцу Вариной тумбочки. - Ой, как тут чисто! - вырвалось у нее. - Выходит, мне не у тебя, а у себя убираться надо.
      Девочки рассмеялись и стали вместе выбрасывать из Надиной тумбочки всe лишнее.
      - Какие в нашем коридоре красивые вазочки висят, - сказала Надя, расставляя у себя в ящике стеклянные банки с компотом (вчера их принесла мама). - Прямо настоящие стволы берeзок! И на каждой божья коровка ползeт.
      - Ну да? - удивилась Варя. - Какая же ты наблюдательная! Я больше тебя здесь лечусь, а коровок на вазочках не заметила.
      Наде это было очень приятно услышать. Ведь она в самом деле любит наблюдать и почти всегда что-нибудь подмечает. Вот и врачей-женщин она уже ни за что не спутает с медсeстрами, а медсестeр с нянечками. Хотя никаких отличительных знаков, как военные, они не носят. Зато, если внимательно приглядеться, их можно различить по халатам.
      Врачи надевают халаты с отложными воротничками и застeгивают их впереди на все пуговицы. На головах у них белые стоячие колпачки. Халаты у врачей накрахмалены так, что, проходя мимо больных, они оставляют какой-то вкусный хруст, точно кто-то рядом с аппетитом жуeт капустную кочерыжку.
      Медсeстры носят халаты без пуговиц. У них на халатах пояс, который завязывается замысловатым бантом сзади. На головах у медсестeр не шапочки, а белые косынки. Карманы на халатах всегда оттопырены, потому что там лежат бинты и пакетики с таблетками.
      А у нянечек хоть халаты надеты правильно, но кажется, что они носят их задом-наперед. Это потому, что застeжка у них на спине. Рукава у всех нянечек засучены по локоть. Ведь они постоянно что-то трут, моют, чистят. Надя не успела вспомнить, какие у них косынки, как вошла нянечка Нина и сказала:
      - Погодка-то, точно лето посерeдке, а вы закупорились. А ну марш на улицу! Мы вам тут порядок наведeм. Генералку устроим.
      - А почему ты не дома? Ведь всю ночь дежурила? - спросила еe Варя.
      В ответ маленькая нянечка только руками замахала.
      Все знали, что больница для неe - родной дом. Прикурнeт где-нибудь в уголке после ночного дежурства часок-другой - и опять за дела. Маленькая нянечка даже в выходные дни в больницу заглядывала. Кому-то принесeт продукты с рынка, а про кого-то ей самой узнать захочется, как себя чувствует. Наверное, поэтому еe все так и любили.
      - А что такое "генералка"? - спросила Надя у девочек.
      - Это такая уборка, когда всe вверх дном переворачивают, - проворчала недовольная тем, что надо выходить из палаты, Галя Скульская и тут же предупредила нянечек: - В моей тумбочке ничего не трогайте, сама уберу.
      Девочки пошли в сад, а маленькая Нина и другая нянечка, пожилая и грузная, напоминающая своим постоянным пыхтением стиральную машину, уже принялись мыть окна. Потом они вымыли пол, протeрли стеклянную дверь и вынесли во двор одеяла с матрацами. Там они на специально устроенном длинном столе начали выстукивать всe палками.
      - Опять, наверное, к нам какое-нибудь начальство явится, - глядя на нянечек, проворчала Галя-Цибуля.
      Глава седьмая. НАЧАЛОСЬ!
      Ворчала Галя зря. Назавтра в детское отделение не явился никто, кроме медсестeр, которые брали у Нади мазок из горла, кровь из пальца, измерили ей давление и, наконец, повели фотографироваться. Сняли Надю три раза: боком, прямо и спиной. Вернувшись от фотографа, она сейчас же спросила девочек:
      - Что мне ещe осталось проверить?
      Все стали вспоминать, что им делали перед операциями, но оказалось, каждую проверяли по-разному, и что будут делать Наде еще, никто не знал.
      До обеда больше Надю никто не беспокоил, а после тихого часа, когда она вышла на минутку из палаты, дежурная медсестра передала девочкам, чтобы Надя никуда не отлучалась, так как очень скоро ей нужно будет идти на разбор.
      Непонятное слово "разбор" встревожило Надю, она даже побоялась спросить, что это значит. Решила додуматься сама. Надя любила разбираться в непонятном без посторонней помощи. Села на кровать и стала рассуждать так, точно объясняла себе трудную задачу:
      "Разбирать можно книги, укладывая их по порядку на полки. С учительницей русского языка, которая ходит ко мне на дом, мы делали разбор ошибок в диктантах".
      Но как могут разбирать врачи еe, Надя так и не сообразила. Вместо этого начала клевать носом. Должно быть, от напряжения. Прилегла на кровать, повздыхала немножко и задремала. Во сне Надя увидела вот что: будто самый главный доктор (а Надя его ещe в глаза не видела и во сне не разглядела) велел санитарам положить еe на операционный стол, потом сделал Наде укол и вдруг взял еe руку и, точно какой-нибудь посторонний предмет, отложил в сторону. Потом туда же положил другую Надину руку. Надя видит это, а сказать не может. Ведь она под наркозом. Только удивляется, зачем ей разбирают руки, когда надо исправлять ноги? И тут она испугалась: вдруг еe руки перепутают с Таниными или Валеркиными, ведь они тоже назначены на разбор. Должно быть, от испуга и проснулась. Лицо у Нади горело, губы дрожали.
      - Ну чего ты мечешься точно угорелая, - сказала ей нянечка Нина, стараясь успокоить девочку.
      - Разбор - это... что такое? - не выдержала Надя.
      "Вот что еe тревожит, бедняжку", - поняла нянечка и объяснила:
      - Разбор для вас самое лeгкое дело. Стой перед врачами да ходи, как они скажут. Вот врачи на разборе головы поломают, потому как они решают, с чего твоe лечение начать да чем кончить. А тебе ничегошеньки не сделают.
      - А на разборе много врачей? - выдохнув страх, спросила Надя.
      - Много, - сказала нянечка, - кому и не надо, приходят. Чтоб от нашего Кирилла Андреевича его науку перенять.
      - Значит, я его увижу? - обрадовалась Надя.
      - А как же, - кивнула головой нянечка, - без него разборов не делают. Сначала наглядятся все на тебя, а потом он спросит, что они думают. Ну, значит, как тебя лучше оперировать. И если скажут, как и он сам думает, очень обрадуется.
      - А если по-другому? - снова встревожилась Надя.
      - Тогда меж ними начнeтся... диспут.
      - Что это?
      - Ну, станут врачи друг дружку убеждать, правду свою доказывать. А как выговорятся все, на Кирилла Андреевича посмотрят. На чьей стороне он будет, те и окажутся именинниками.
      - А Кирилл Андреевич никогда не ошибается? - с надеждой спросила девочка.
      - Слышала пословицу: "Тот никогда не ошибается, кто ничего не делает"? - ответила нянечка Нина. - А иной раз и такое случается: никто именинником не выходит. Укажет им Кирилл Андреевич, чего не углядели, да не додумали, ну и, конечно, огорчатся все.
      Тут за Надей пришла дежурная медсестра.
      - Как вызовут в кабинет, быстренько разденься и на вопросы отвечай быстро. Кроме тебя, на разборе будут ребята из других отделений, предупредила она и повела Надю на второй этаж, где находится кабинет главного хирурга.
      В приeмной, перед кабинетом, было много мальчиков и девочек.
      - Кто пойдeт первым? - громко спросила ребят Вероника Ивановна.
      - Можно, я? - вдруг осмелилась Надя и тут же испугалась. Но было уже поздно: Вероника Ивановна взяла Надю за руку и ввела в кабинет.
      - Разденься, девочка, - сказала Наде румяная сестричка с красивыми ногами в туфлях на высокой платформе.
      На такие ноги Надя всегда смотрела с завистью и болью. Почему другие рождаются с красивыми, здоровыми ногами, а она всю жизнь мучается? Только зря Надя так подумала. Потом, когда она вернулась в палату после разбора, Варя спросила ее:
      - Обратила внимание на сестру, которая была на разборе?
      - А что? - встрепенулась Надя.
      - У неe тоже ноги болели. Одна была тоньше и короче другой. Это наш доктор сделал их такими ровными.
      - Даже трудно поверить, - подивилась Надя.
      А разбор у Нади прошeл так. Войдя в кабинет, она быстро разделась и осталась в одних трусах. Сестра с красивыми ногами поставила еe на край ковровой дорожки, у самой двери. Врачи, оглядев Надю, стали тихо переговариваться между собой. Наде очень хотелось посмотреть на них и найти главного доктора, но она боялась поднять глаза и смотрела в пол.
      - Подойди к нам поближе, девочка, - сказал врач с маленькими, коротко подстриженными усиками.
      "Может, он и есть главный? Ведь он приказывает - значит, главнее всех других. И усы у него. Девочки говорили, что Кирилл Андреевич с усами", подумала Надя.
      Она подтянулась и хотела пройти так, как старалась ходить по улицам, чтобы на неe меньше обращали внимание. Но тут другой врач, который до этого сидел за столом и просматривал какие-то бумаги, поднял голову и улыбнулся Наде. И он тоже оказался с усиками. Вот попробуй разберись!
      Задумавшись, Надя расслабилась и заковыляла по ковровой дорожке, точно гусыня.
      - Бeдра кривые, голени тоже... - тотчас зашушукались врачи, а тот, что улыбнулся Наде, протянул им рентгеновские снимки и попросил Надю:
      - Пройдись ещe раз от нас к двери.
      Надя повернулась, пошла, а сама думает:
      "Не может быть, чтобы это был главный. Все главные строгие и не улыбаются".
      Дошла Надя до двери и услышала густой мужской голос:
      - Обратите внимание на еe походку. Видите, как трудно она переступает.
      "Вот главный! - вспыхнула Надя. - Только он может указывать другим", и обернулась без разрешения.
      Уж очень хотелось ей поскорей рассмотреть доктора, о котором она слышала столько хорошего.
      Одна мама уже поправившейся дочери рассказывала Надиной маме: "Он был наша последняя надежда. Все врачи от нас отказались. А он взялся. И вот смотрите!" - и она с гордостью продемонстрировала им свою прямоногую дочь. Надя тогда очень разволновалась. А теперь этот замечательный доктор был перед ней. Теперь он стал еe надеждой. Надя уставилась на него, как на волшебника из той самой сказки, которую она за все годы леченья нафантазировала себе. И ей вдруг стало обидно, что такой знаменитый и талантливый доктор ничем не выделяется из всех. Даже узнать его нельзя сразу. Вот тот, с подстриженными усиками, и то заметнее. Он даже сестре приказал:
      - Уведите девочку!
      - Но не совсем, - быстро добавил Кирилл Андреевич.
      Надя не успела выйти, как услышала голос врача с усами:
      - Правое бедро у неe кривее левого. Надо начинать с него.
      - А может, с голеней? - неуверенно возразил женский голос.
      "Начинается диспут", - вспомнила Надя нянечкины слова.
      И верно. Только она вышла, как врачи заговорили все разом, точно школьники на перемене. Главный доктор слушал их молча, облокотившись на стол. Его пристальный взгляд не отрывался от глаз говорившего. Но вдруг он оживился. Подергал себя за усы и весело сказал:
      - А разве не могут исправленные голени помочь нам выпрямить бедра? Я имею в виду именно этот случай. Вот, посмотрите-ка. - И он стал показывать врачам Надины снимки.
      Диспут прекратился. Врачи посовещались и согласились с главным. Тот, у которого были маленькие подстриженные усики, даже смутился. Взлохматив шевелюру он проговорил:
      - Это возможно, но трудно и... даже рискованно.
      - Так надо же когда-нибудь попробовать, - возразил ему Кирилл Андреевич, - а всю жизнь сомневаться ещe труднее. - Тут главный доктор, прищeлкнув языком, попросил румяную медсестру снова пригласить к ним Надю.
      Надя вошла встревоженная. Вдруг врачи, посовещавшись, решили, что оперировать еe бесполезно. Наверное, от волнения Надя не дождалась их ответа и спросила:
      - У меня будут прямые ноги?
      - Будут! - раньше главного сказал молоденький врач с усиками.
      - Только сначала будет и больно, - посмотрев на неe, сказал Кирилл Андреевич. - Ты готова потерпеть?
      - Больно? - с испугом переспросила Надя.
      - Да, - кивнул головой главный доктор и снова улыбнулся, - но терпимо.
      У него была какая-то особенная улыбка. Ей просто нельзя было не верить.
      - Как зубы болят или сильнее? - спросила Надя.
      - Пожалуй, похоже, - согласился главный доктор.
      - Вытерплю, - уже расхрабрившись, сказала Надя и, чтобы никто не сомневался, похвасталась: - У меня уже три зуба болели.
      - Ну, тогда всe в порядке! - весело рассмеялся Кирилл Андреевич.
      - Значит, начнeм с правой голени, Она у неe кривее, - снова высказался врач с усиками.
      На этот раз главный доктор почему-то ничего не ответил. Он опять склонился над рентгеновскими снимками и задумался. Надю отпустили в палату.
      - Раз тебя разбирали, значит, на этой неделе сделают операцию, отрываясь от книги, сказала ей Варя.
      - Могут не успеть, - тотчас возразила ей Галя-Цибуля, жуя овсяное печенье. - Ещe с прошлого вторника кто-то остался.
      - Ты-то откуда знаешь! - рассердилась на неe Джаннат Шамхалова и объяснила Наде: - Если кровь из вены возьмут и вечером с тобой доктор поговорит, который усыпляет, значит, утром обязательно сделают.
      - Этого доктора дежурная сестра по телефону вызовет, - добавила Олечка. - Он тебе зелeную конфетку принесeт. Вкусную.
      Надя послушала девочек и вышла в холл. Там она села на диван, раскрыла книгу, которую оставил кто-то из ребят на журнальном столике, а сама стала потихоньку следить за дежурной сестрой. Как она дотронется до телефонной трубки, у Нади по спине мурашки пробегают. Сейчас, думает, сообщит врачу-наркотизатору, чтобы пришeл к ней.
      Посидела она с полчаса - сестра никому не звонит. Устала Надя, решила в "Птичью палату" заглянуть. Что там за веселье такое? Только посмотрела, как Джаннат хоровод с малышами водит, а Варя еe уже в холле ищет: дежурная сестра только что заявку на неe по телефону дала.
      Увидела медсестра Надю и увела в специальный кабинет - брать кровь из вены.
      Надя напряглась и приготовилась к самому худшему, но она даже не успел испугаться укола, как сестра сказала: "Всe в порядке".
      - Спасибо, - с облегчением произнесла Надя и побежала в палату. А там еe уже ждал врач-наркотизатор.
      - Ты знаешь, что завтра тебе будут делать операцию? - спросил он.
      - Знает, знает, - ответили за Надю девочки, - мы еe уже подготовили.
      - То-то, я смотрю, глаза у неe такие испуганные, - пошутил врач, наверное, от подготовки?
      Надя улыбнулась и закивала головой.
      - А как мы спим? - спросил еe врач. - Не чихаем, не жалуемся на живот?
      Надя ни на что не жаловалась. Врач пожелал ей спокойной ночи и ушeл.
      - Он тебе конфетку потому не дал, что ты уже выросла, - решила Олечка и приказала Наде: - Спи! Перед операцией надо хорошо выспаться.
      - Она завтра и так выспится, во время операции, - сострила Галя-Цибуля, но, заметив на себе осуждающий взгляд Вари, поспешно добавила: - Я же шучу. А вы, девочки, не разговаривайте и погасите свет.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7