Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хирургический удар (№2) - Штурм “Импресс”

ModernLib.Net / Боевики / Эхерн Джерри / Штурм “Импресс” - Чтение (стр. 10)
Автор: Эхерн Джерри
Жанр: Боевики
Серия: Хирургический удар

 

 


Глава 27

Дарвин Хьюз, Льюис Бэбкок, Вольс и Эйб Кросс быстро спускались по трапу. Стрелки, которые Дженни Холл оставила помадой на стенах, показывали им направление, в котором ушли О’Феллон и его люди.

Они задержались у верхней площадки трапа. Кросс одел пояс с кобурой, который принесли для него Хьюз с Бэбкоком, и просунул ножны с “Магнумом-Танто” между ремнем и животом. Взял автомат у Вольса, который держал оружие, пока он подтягивал ремень с кобурой.

Трап был погружен почти в полную темноту, причем приходилось спускаться, не включая фонарей, которые могли предупредить притаившегося впереди врага. Лишь время от времени они зажигали один из маленьких фонарей, прикрывая его рукой и осматривая стену в поисках очередных стрелок, оставленных Дженни.

Путь, по которому они шли, уводил их все глубже в недра “Импресс Британия”, и внезапно Кросс отчетливо осознал, куда направляется О’Феллон.

— Я понял, куда идет этот ненормальный, — прошептал ему на ухо Вольс.

— В грузовой трюм, — так же шепотом ответил ему Кросс. Он остановил Бэбкока и Хьюза. — Мы с Вольсом пришли к одному и тому же заключению. Есть только одно место, куда он может направиться. Возможно, он и хочет умереть, но отправиться с судном на дно не согласен. Он повел детей в грузовой трюм, где установлена большая часть взрывчатки.

— Можем ли мы опередить его? Возможно, есть более короткий путь? — спросил Люис Бэбкок.

— Может быть, — отозвался Вольс. — У меня как раз появилась мысль на этот счет. О’Феллон, чтобы сразу скрыться из виду, повел своих людей и детей под палубами. Он опасался, что в противном случае САС перехватит их по дороге. Но мы можем сократить путь, пройдя по шлюпочной палубе и спустившись в трюм по веревке.

— Вольс прав, — медленно произнес Кросс. — Если мы вернемся наверх и пойдем напрямик, а вы вдвоем отправитесь за ними, они, по меньшей мере, окажутся зажатыми между нами.

— Тогда нужно поторапливаться, — заговорил Хьюз. — Вы оба видели взрывчатку. Насколько вероятно, что она взорвется от случайного попадания? Сможем ли мы использовать оглушающие гранаты или газ?

Кросс закрыл глаза, мысленно представляя себе трюм. Потом произнес:

— Мы стреляли в трюме и ликвидировали шестерых из них. Но сначала выждали, пока они направятся к выходу и окажутся как можно дальше от взрывчатки. Это единственная возможность. Оглушающие гранаты могут сработать, но люди О’Феллона...

— Перестреляют детей, — закончил Бэбкок.

— Да, — согласился Кросс. — То же самое относится и к газу, если он только не подействует мгновенно.

— Боюсь, там слишком сильный сквозняк, — вмешался Вольс.

— Думаю, он прав, — кивнул Кросс. — Вместе с О’Феллоном их четверо. Нас тоже четверо плюс Дженни. Если нам удастся зайти с разных сторон, мы сможем попытаться действовать так же, как в баре.

— Не забывай, что О’Феллон прихватил с собой детонатор, который может задействовать в любое мгновение, — пробормотал Хьюз. — Однако лучшего плана у нас нет. Эйб, вы с майором Вольсом постарайтесь зайти к ним с тыла. Мы пойдем за девушкой. Встретимся в трюме.

— Когда все займут свои позиции, нужно будет подать какой-то сигнал, — произнес Бэбкок, как будто размышляя вслух.

— У меня есть ракетница, — сказал Хьюз. — Исходим из предположения, что вы доберетесь к месту раньше нас. Как только мы будем готовы, я пущу ракету. После чего немедленно приступаем. Нельзя будет терять ни секунды.

— Предупредите Дженни, куда отвести детей.

— Хорошая мысль, парень. Кстати, могу я передать ей что-нибудь от тебя, чтобы избежать церемонии знакомства?

— Передай мои извинения за то, что ударил ее в челюсть.

Хьюз тихо рассмеялся.

— Ладно. Удачи. — Хьюз, а за ним и Бэбкок двинулись дальше. Кросс с Вольсом вернулись к трапу.

К тому времени, как они поднялись на шлюпочную палубу, солнце уже показалось над водой. Воздух наполняли крики отдаваемых приказов, плач детей и скрип лебедок. Шлюпки спускались на воду, более чем полдюжины их уже отчалило от судна.

Кросс побежал, ощущая жгущую боль в левом бедре. Вольс припустил за ним. Левая рука русского была неподвижно прижата к боку, но, тем не менее, сжимала пистолет. В правой он держал “Узи”.

Люди в страхе отшатывались при виде бегущих вооруженных мужчин. Времени на объяснения у них не было.

Впереди он заметил Лидекера и побежал еще быстрее.

— Лидекер! Лидекер!

— Кросс!

Кросс миновал последних разделявших их пассажиров и, приблизившись к Лидекеру, схватил того за плечи.

— Насколько можно судить, все заложники свободны. Кроме восемнадцати детей. Террористы убили всех судовых офицеров...

— Gott in Himmell... — и Лидекер перекрестился.

— Послушай. Нужно приготовить для них шлюпку.

Глаза Лидекера, казалось, остекленели. Известие буквально сразило его. Кросс встряхнул мужчину.

— Лидекер!

— Да, хорошо. Шлюпка для восемнадцати детей. Я лично прослежу за этим. Вы и герр Комсток — вы идете их спасти?

— Да, мы попытаемся это сделать. — И Кросс, переходя на бег, принялся пробираться сквозь толпу. На мгновение он оглянулся и прокричал Лидекеру: — Запомни! Забирай восемнадцать детей и тут же отчаливай! Нас не жди! — Но слова его, скорее всего, затерялись в перекрывающих друг друга приказах, криках людей, пытающихся отыскать своих близких, шуме спускаемых шлюпок.

Они остановились в месте, которое по расчетам Кросса находилось над грузовым трюмом, и, перегнувшись через ограждение, убедились, что в корпусе действительно имеется отверстие. Но оно было закрыто.

— Сюда, Кросс! Сюда, говорю! — Кросс оглянулся и увидел, что Вольс направляется к лестнице, ведущей вниз. — Сюда! — Еще раз прокричал русский, спускаясь вниз по ступеням. Кросс бросился за ним. Вольс уже исчез из виду, и только на мгновение голова его мелькнула на одной из нижних площадок. Кросс помчался, перепрыгивая через ступеньки, а перед площадкой хватаясь за ограждение и преодолевая четыре ступеньки за раз. Вскоре он почти поравнялся с Вольсом.

Они добежали до нижней площадки и остановились перед массивной герметичной дверью, предупредительная надпись на которой запрещала проход.

— Трюм, — выдохнул Вольс.

Кросс кивнул, всем телом наваливаясь на колесо, управляющее механизмом затвора. Управившись, он отступил назад, и Вольс распахнул дверь.

На карту было поставлено все. Оба это прекрасно понимали.

За дверью начинался мостик, и Кросс с Вольсом одновременно шагнули в проход. Внизу под ними зиял пустой трюм. Батареи принесенных минировавшими трюм террористами фонарей сели, и те едва светила.

О’Феллона не было видно.

Ухватившись обеими руками за поручни, Кросс помчался вниз по ступенькам мостика. Вольс, не отставая, бежал у него за спиной. На бегу Кросс не сводил глаз с люка. Пока никто не появлялся. Он продолжал бежать.

Он перемахнул через ограждение и, присев, остановился на дне трюма. Ожидая, пока к нему присоединится Вольс, Кросс навел ствол автомата на дверь. По-прежнему никого.

Вольс, тяжело дыша, остановился рядом с ним.

— Сюда, за решетку. При необходимости на нее можно будет взобраться.

В ответ Кросс только кивнул, медленно отступая назад и не отводя оружия от двери. Нырнул под решетку. Вольс уже поджидал его там, держа наготове нож.

— Итак, — едва слышно прошептал Вольс, — ты один из этих непобедимых коммандос? Вы, американцы, истинные виртуозы. Пианист, коммандо. Фокусы ты случайно не показываешь? — И Вольс улыбнулся.

— А ты один из коварных агентов КГБ, да? — Усмехнулся в ответ Кросс.

— Да, самый коварный. Так что? Ты и правда из их команды?

— Был когда-то. А каким образом приличный парень вроде тебя оказался в этой организации? Что ты там делаешь?

— Звучит почти как избитая фраза насчет “как такая скромная девушка как ты занялась” и так далее. Что я делаю для КГБ в данный момент — сказать трудно. Обычно же... Можешь назвать это службой Родине. Кстати, если мы останемся в живых, у меня к тебе просьба. Не рассказывай парням из ЦРУ, что я тебе помог. Люди на площади Дзержинского вряд ли меня поймут.

— Не беспокойся, я никому не стану рассказывать, что подружился с майором КГБ, — прошептал Кросс, не спуская глаз с двери.

— Ты и в самом деле так считаешь? Я имею в виду “подружился”?

— Да. У тебя какие-нибудь возражения на этот счет?

— Собственно говоря, я отношусь к тебе точно так же. Но не беспокойся. Я тоже никогда не признаюсь в дружбе с прислужником империалистов — эксплуататоров рабочего класса.

Вольс переложил нож в левую руку и протянул ему правую.

— Остается надеяться, что мы никогда не встретимся по долгу службы.

Кросс сжал ее.

— Аминь.

И тут он услышал детский крик и поспешно оглянулся на дверь. Никого не было видно, но крик повторился. Кросс поставил автомат на предохранитель и сдвинул его на спину. Правая рука его сжалась на рукояти “Магнума-Танто”, левая извлекла из ножен меньший “Танго”, полученный им от Дженни Холл.

Больший клинок он прижимал к правому запястью, лезвием наружу, меньший держал наподобие кинжала.

Он почувствовал, как Вольс хлопнул его по плечу и показал в сторону решетки. Кросс кивнул. Вольс спрятал нож и принялся взбираться наверх.

Кросс огляделся по сторонам. Со всех сторон его окружало переплетение пластиковой взрывчатки. В случае неудачи, он уже никогда не узнаёт, какую ошибку допустил.

Теперь до него доносились голоса множества детей. Восклицания девочки и мальчика. А потом он увидел, как детей заталкивают и швыряют в трюм. Те падали на стальные плиты.

За ними появился О’Феллон. Это не мог быть никто другой. Бешеные глаза, лицо одержимого или безумца. С плеча у него свисал автомат “Узи”, в правой руке он сжимал пистолет.

Шляпа с опущенными полями, коричневая вельветовая куртка, чуть более светлые вельветовые штаны, сигарета, зажатая в губах, опущенные уголки рта.

— Мартин, заставь выродков замолчать! Падди, займись этой крикливой дрянью, — он показал в сторону девочки лет тринадцати, растрепанной, но все равно симпатичной с блестящими голубыми глазами, черными вьющимися волосами и вздернутым носом. Та как раз открывала рот, чтобы выкрикнуть что-то в сторону О’Феллона. — Укороти ей язык, если она не уймется.

— Сию минуту, Сеамус. — Падди, выражение лица которого явно свидетельствовало, что он предпочитает проделывать с молоденькими девочками совсем другие вещи, опустил правую руку в карман пиджака. Послышался громкий щелчок. Лезвие ножа, сверкнувшее в его руке, казалось непропорционально большим. Падди наклонился к девочке, и та закричала от страха.

— Отрежь ее проклятый язык! — вопил О’Феллон, хватаясь руками за голову и сжимая виски. — Давай, Падди!

Падди потянулся к девочке. Она вновь закричала, на что О’Феллон топнул ногой и проорал нечто нечленораздельное.

Кросс поднял глаза кверху, не столько в надежде на озарение, сколько рассчитывая увидеть Хьюза и Бэбкока. Никакого сигнала. Ничего.

— Остановись!

Кросс быстро оглянулся на дверь. Голос принадлежал Дженни Холл. Обеими руками девушка сжимала блестящий армейский пистолет, целясь в голову О’Феллона.

Кросс устремился вперед. Нельзя было терять ни секунды. Третий бандит выступил из тени, и из ствола его пистолета вырвался язык пламени, сопровождаемый раскатистым грохотом выстрела. Девочка отчаянно закричала. Не останавливаясь, Кросс выбросил правую руку вперед. Лезвие его клинка, описав широкую дугу, столкнулось с ножом Падди.

— Попытай счастья со мной, мразь, — проревел Кросс.

— Давай! — Голос принадлежал Хьюзу. Кросс не понял, откуда он раздался, а времени оглядываться у него не было. Падди швырнул девочку в его сторону и бросился на него с ножом. Кросс оступился, поворачиваясь, чтобы оттолкнуть девочку назад. Он почувствовал, как лезвие ножа скользнуло ему по ребрам. Кросс пропустил девочку и развернулся, отражая нож Падди большим “Танто”. Краем глаза он видел, как Вольс обрушивается с решетки на второго террориста. Левая рука Кросса устремилась вперед, метя в горло противника. Падди уклонился и, повернувшись, махнул ножом. Кросс рванул голову назад, едва не теряя равновесия. Конец ножа промелькнул буквально в нескольких дюймах от его лица. Поворачиваясь вправо и пригибаясь, Кросс выбросил вперед левую ногу. Носок его ботинка угодил Падди в правое колено. Падди пошатнулся назад.

Кросс завершил поворот. Оба клинка в полной готовности сверкали в его руках.

Он увидел Хьюза и Бэбкока, бегущих вниз по ступеням мостика. На последней площадке Хьюз перепрыгнул через ограждение, бросаясь на террориста, который стрелял в Дженни. Бэбкок устремился прямо к О’Феллону.

И тут раздался пронзительный крик — голос, который Кросс столько раз с ненавистью слушал во время казни заложников.

— Всем стоять! Или я нажму эту кнопку!

Кросс замер, переводя взгляд с Падди, неподвижно стоящего перед ним, на Бэбкока, остановившегося менее чем в шести футах от О’Феллона, и, наконец, на самого О’Феллона. Правая рука О’Феллона была поднята над головой, пальцы сжимали маленький коробок, большой палец прикасался к красной кнопке.

— Встретимся в аду!

Кросс рванулся к нему, видя, как слева мелькает устремившийся в ту же сторону Вольс. Кросс успел заметить, как рука Хьюза поднимает пистолет. Бэбкок со всех ног мчался к О’Феллону.

И тут парнишка с рыжими волосами, едва вышедший из подросткового возраста — тот самый, которого О’Феллон называл Мартином — прыгнул, как заправский баскетболист, и его пальцы сомкнулись на правой руке О'Феллона. Тот отступил назад, ударяясь о перегородку. Левая рука О’Феллона пришла в движение. Послышался грохот выстрела, и рыжеволосого парнишку отбросило назад. Бэбкок ударил О’Феллона в пах, и пистолет выстрелил во второй раз. Вольс устремился вверх, перехватывая руку О’Феллона, сжимающую детонатор. Хьюз выстрелил, и пуля ударила О’Феллона в правую щеку. Внезапно Кросс оказался рядом, сам не понимая, каким образом ему удалось успеть. Правая его рука рванулась вверх, и он почувствовал, как лезвие большого ножа рассекает плоть, проходит сквозь нее. О’Феллон, большой палец которого отделился от ладони, душераздирающе закричал.

Все внимание Кросса было теперь приковано к детонатору, торчащему из изувеченной руки. Роняя нож, он рванулся рукой к нему и почувствовал, как его рука прикасается к коробке.

Ладонь Кросса сомкнулась на детонаторе, и его собственный большой палец едва не нажал роковую кнопку.

Краем глаза он заметил устремившегося к нему человека. Падди. Бэбкок перевернулся, и в правой руке у него возник пистолет. “Беретта” выстрелила дважды, потом — еще два раза. Падди споткнулся, падая на пол. Кросс перевернулся на спину, откатываясь от его ножа.

— Нам это удалось, — тихо произнес Хьюз. И повернулся к двери. Дети плакали. — Прости меня Бог, — и “Беретта” в руке Хьюза выстрелила еще раз. Кросс перевернулся на живот и посмотрел в сторону двери. Последний из террористов с широко открытыми глазами откинулся на перегородку и упал на пол.

Дарвин Хьюз опустил в кобуру свой пистолет и повернулся к детям, опускаясь на колени.

Потом сорвал с себя маску, закрывающую его лицо.

— Дети, мне очень жаль, что вам пришлось увидеть это. Но другого выхода не было. — Некоторые из детей приблизились к нему, и он обхватил их руками, прижимая к себе. — В мире встречаются плохие люди. Теперь все вы знаете это. И иногда, чтобы помешать им творить зло, нам и самим приходится становиться плохими. Но вы — вы учитесь ценить человеческую жизнь. Как свою — так и жизни других людей.

Кросс медленно поднялся с пола. Картина напоминала сцену из фильма о Бэтмэне или Одиноком Рейнджере, но смеяться ему не хотелось. Он попытался обезвредить детонатор, но оказалось, что у него слитком сильно дрожат руки.

Он вспомнил о Дженни и оглянулся по сторонам. Вольс подвел ее к нему, и она тихо произнесла:

— Агент ЦРУ в сопровождении майора КГБ — видело бы мое начальство!

Кросс встал, и тут Люис Бэбкок, сняв с себя маску, протянул руку за детонатором.

— Дай его мне.

Глава 28

Эйб Кросс окинул взглядом двадцать три ступеньки, ведущие вниз с переднего крыльца. Хьюз и Бэбкок оставались внутри дома. Хьюз только что проиграл партию в шахматы.

О’Феллон изуродовал “Импресс”. Кросс, Бэбкок и Хьюз поступили с ней не лучше, добивая израненное судно. И когда морские волны окончательно сомкнулись над ним, им показалось, что океан на мгновение содрогнулся.

Карты показывали в этом месте глубину более двадцати двух тысяч футов. Так что детально осмотреть затонувшую “Импресс Британия” в поисках укрытой на ней ампулы смогут лишь тогда, когда технология подводных исследований будет значительно усовершенствована. К тому времени русские восстановят похищенный вирус или изобретут что-нибудь похуже, а Соединенные Штаты создадут свою версию такого же вируса или чего-нибудь похуже.

А может быть, к тому времени люди перестанут заниматься подобными вещами. Но в этом Эйб Кросс сильно сомневался. И, вероятно, именно поэтому сказал Дарвину Хьюзу и Люису Бэбкоку, что присоединяется к ним.

Стояла тихая прохладная ночь.

Дженни Холл позвонила ему из Западной Германии. Она освободится через несколько дней. Нет, она не хочет, чтобы он терял время на поездку к ней, так как не знает, когда вернется домой. На этот раз она намерена действительно посмотреть Европу, а не только местные ночные клубы и бары. Но когда вернется — после чего она собирается петь и только петь — она обязательно ему позвонит. Обязательно.

До свидания.

Послышался еще один телефонный звонок. Эйб Кросс почувствовал, как внутри у него все напрягается. Трубку взял Бэбкок. Потом до Кросса донесся его голос:

— Эйб, это тебя.

Кросс отбросил сигарету и, ворвавшись в комнату, буквально вырвал трубку из руки Бэбкока.

— Алло. Эй, послушай, мы могли бы...

— Кросс?

Кросс узнал голос и судорожно сглотнул.

— Вольс?

— Не спрашивай, как я узнал твой номер, старина. У меня всегда были хорошие связи. — Последовала короткая пауза. — Мне подумалось, тебе интересно будет узнать, чем закончилась эта история. Я вернулся в Москву, и что ты думаешь?

— Понятия не имею. Получил выговор?

— Нет, меня наградили медалью! Можешь себе представить? И сейчас у меня своего рода отпуск. Я намерен провести его с Анной — помнишь девушку, о которой я тебе рассказывал, пока мы болтались по морю в ожидании вашей подводной лодки? Кстати, еще раз спасибо за то, что помог сохранить мне свободу.

— Тебе не видать свободы, пока ты занимаешься тем, чем ты занимаешься.

— Как ни странно, я пришел к такому же выводу. На площади Дзержинского я рассказал, что твои соотечественники застали меня врасплох и отняли ампулу. Ты уж прости, но это было необходимо. Полагаю, мысль о том, что эта штуковина имеется и у вас, поудержит пыл наших стратегов.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что пришел к такому же выводу? — поинтересовался Кросс.

— На досуге я просмотрел наши материалы. Выяснилось, что кое-кто из наших людей давно работал с О’Феллоном. Своего рода подготовка антизападных диверсантов. Мне трудно ужиться с этой мыслью, Кросс. Сейчас мы с Анной в Западном Берлине. Я звоню из автомата в холле вашего посольства.

— Неужели ты...

— Да, мы сбежали. Хотя по прежнему остаемся патриотами своей родины. И не станем рассказывать ничего, что могло бы ей повредить. Разве что ровно столько, чтобы получить новые паспорта и стать новыми людьми.

Кросс закурил сигарету.

— Рано или поздно они тебя отыщут.

— Надеюсь, что все-таки поздно. Боюсь, нам вряд ли доведется еще когда-нибудь поговорить. Хотя не исключено, что мы встретимся в том месте, о котором упоминал О’Феллон. До свидания, старина.

— Вольс...

В трубке воцарилась тишина.

— Зачем он звонил? Что-нибудь случилось? — спросил Бэбкок.

Кросс посмотрел на Люиса Бэбкока, затем перевел взгляд на Дарвина Хьюза. Судя по расположению фигур на стоящей между ними шахматной доске, Хьюз был близок к проигрышу.

— Зачем он звонил? — повторил вопрос Хьюз.

— Ничего особенного он не сказал. Расскажу вам как-нибудь в другой раз. Разве что упомянул о месте, где мы когда-нибудь можем встретиться. А я не успел ему ответить.

— Ответить что? — поинтересовался Бэбкок.

— Что такие, как он, туда не попадают, — сказал Кросс и погасил сигарету.

Примечания

1

РУК — английская аббревиатура: Королевская Полиция Ольстера.

2

Специальная Воздушная Служба, английская аббревиатура SAS — британское антитеррористическое подразделение.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10