Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Семейство де Уоренн (№1) - Завоеватель

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Джойс Бренда / Завоеватель - Чтение (стр. 1)
Автор: Джойс Бренда
Жанр: Современные любовные романы
Серия: Семейство де Уоренн

 

 


Бренда Джойс

Завоеватель

Моей маме, воистину необычной и удивительной женщине.

Моему отцу, одному из тех парней, которым под силу свернуть горы.

Друзья постоянно твердили, что рано или поздно моя буйная фантазия породит мужчину, похожего на одного из моих героев, — и он похитит мое сердце. Так оно и случилось.

Посвящаю эту книгу Эли — моему герою во плоти. С особенной благодарностью Мегги Ликота.

Глава 1

Предместья Йорка

Июнь 1069 года

— Милорд?

— Выгоняйте всех крестьян из домов!

Рольф де Варенн, неподвижно сидя на своем массивном сером жеребце, замершем посреди дороги, с безразличным видом следил за тем, как его вассал Гай Ле Шан, выкрикивая приказы, развернул на месте боевого коня. Тяжелый шлем рыцарь держал в левой руке, подставив ветру густые золотистые волосы. Его правая рука привычно лежала на рукояти меча.

Все это время отряд норманнов выгонял из домов оставшихся в живых крестьян. Здесь же, возле дороги, валялись тела зарубленных в схватке мятежных саксов, уже начинавшие разлагаться под знойным летним солнцем. Горячка недавнего боя еще будоражила кровь и заставляла невольно сжиматься могучие мышцы нормандского рыцаря. Он только что уничтожил очередной очаг сопротивления, но это вряд ли доставит радость его королю, так как война с дикими северными кланами грозила растянуться на целую вечность. Прошло всего две недели с того дня, когда Вильгельм Завоеватель железной рукой выдворил из Йорка датчан и снова овладел городом, загнав неугомонного врага в уэльские болота и пустоши. Саксы поднимали мятеж уже во второй раз, и король Вильгельм был особенно зол оттого, что их вожаки, Эдвин и Моркар, ухитрились скрыться от преследования.

Рольф видел, что на околице собралась небольшая группа крестьян. Как и большинство здешних поселений, деревушка состояла из дюжины крытых соломой хижин, водяной мельницы и нескольких загонов для овец; рядом находились поля пшеницы и скудные огороды. Неожиданно внимание рыцаря привлек отчаянный женский крик.

— Нет! — Молодая крестьянка повисла на руке Гая, замахнувшегося мечом на тощую свинью, однако, несмотря на протесты, тот легко отсек свинье голову, и струя крови хлынула на землю.

Рольфу вдруг стало интересно, причем он сам не был уверен, что именно привлекло его внимание: столь глупая попытка помешать его капитану или необычный оттенок пышных волос этой саксонской девки.

Пока девушка стояла в раскорячку посреди дороги, открыв рот от неожиданности, Гай как ни в чем не бывало отъехал прочь. Округлые формы крепкого молодого тела разбудили в Рольфе внезапную вспышку желания, и он тут же решил, что не прочь позабавиться. Его немного смущало то, что физиономия рыжей крестьянки кого-то ему напоминает, — но разве это имело какое-нибудь значение?

— Милорд? — обратился к нему Гай в ожидании очередного приказа.

Солдаты уже прикончили двух быков и десяток овец — все, чем владели здешние крестьяне. Его отряду этого хватит на неделю. Повелительно глянув на Гая, де Варенн процедил:

— Все сжечь.

— И поле тоже?

Рольф стиснул челюсти. Без скота и пашни крестьяне могут умереть с голоду этой зимой — зато им будет не до мятежей.

— Все.

Ле Шан громко повторил приказ. Это не был привычный боевой клич, и его голос невольно дрогнул. Отряд Рольфа де Варенна никогда не занимался мародерством, в отличие от толп голодных стервятников, хлынувших в Англию следом за войском короля Вильгельма. Его рыцари по праву считались элитой нормандского войска, их преданность и отвага позволили когда-то Вильгельму стать повелителем Нормандии. Они доблестно отразили набеги из Франции и Анжу, захватили и удержали Мен. После этих войн битва при Гастингсе могла считаться детской забавой — саксы совершенно не умели сражаться в строю, хотя отлично владели оружием и были опасными противниками где-нибудь в лесу или в горах.

В толпе крестьян поднялся ропот. Пожилая супружеская пара пыталась удержать на месте запомнившуюся ему рыжую девицу, но та вырвалась и ринулась вперед, не обращая внимания на грозный взор нормандского рыцаря.

Норманн почувствовал, как отяжелели его чресла от резкого прилива крови. Он не спускал с крестьянки мрачного взгляда.

— Прошу вас, милорд! — выкрикивала она, тяжело дыша и заламывая руки. — Остановите их, ради Бога, пока не поздно!

Рольф даже растерялся на миг от такой дерзости. Грязная, наглая, как ее свинья! Впрочем, его мало волновало то, что она вымазалась в грязи с головы до ног; даже под слоем грязи он отлично мог разглядеть чудесный овал лица, приподнятые скулы, едва заметно вздернутый нос и огромные фиалковые глаза, а ее пухлые чувственные губки словно нарочно были созданы для того, чтобы доставить мужчине удовольствие. Наверняка молодка появилась на свет не без вмешательства кого-то из местных господ!

Рыцарь невольно ухмыльнулся, предвкушая предстоящую забаву. Будет что рассказать друзьям!

Пропустив мимо ушей ее стенания, он отвернулся, глядя на полыхающие соломенные крыши. Его солдаты потрудились на совесть. Хотя это и не принесло ему чувства удовлетворения, Рольф не собирался отступать — он был предан своему сюзерену и полон решимости сломить хребет упрямым саксам.

Неожиданно крестьянка схватила его за ногу, и Рольф резко дернулся в стременах, отчего его конь заржал и взвился на дыбы. Девушка едва успела отпрянуть: могучие копыта чуть не раскроили ей череп.

Наконец рыцарь усмирил своего скакуна и вперил в крестьянку надменный взор.

— Умоляю вас, оставьте хотя бы одно поле! — снова закричала она, обливаясь слезами. — Пожалуйста, милорд!

При мысли о том, что она подохнет с голоду заодно с остальными, Рольф поморщился и отвернулся.

Следом за хижинами заполыхало поле. Он услышал ее хриплый стон и оглянулся. Оказывается, юная мятежница бежала не обратно к толпе крестьян, а в сторону леса: она неслась, не разбирая дороги, то и дело спотыкалась, падала, и при виде резких движений ее бедер желание охватило норманна с новой силой. Судя по горестным причитаниям, поднявшимся над толпой, солдаты закончили свое дело, и двое рыцарей, развернув коней, поскакали к лесу, ведомые тем же желанием, что испытывал сейчас Рольф.

Не выдержав, он тоже дал шпоры коню и послал его с места в карьер.

Гай и Бельтайн скакали далеко впереди легкой рысью, и де Варенн мог расслышать, как беззаботно хохочет Бельтайн. Злорадно улыбаясь, он перевел коня в галоп.

Двое рыцарей, услышав за спиной грохот копыт, придержали коней, а тем временем девчонка оказалась на опушке и скрылась в кустах. Рольф на всем скаку пронесся между рыцарями. Он не сомневался, что Гай с Бельтайном не посмеют помешать своему господину развлекаться.

Погоня возбудила его еще сильнее: в паху болезненно пульсировала горячая кровь, и он уже предвкушал, с какой силой навалится на податливое женское тело, погружая свое копье во влажное, жаркое лоно. Вот она упала, оглянулась и, взвизгнув от ужаса, тут же вскочила и понеслась вперед. Оказавшись позади нее, он наклонился в седле и подхватил ее на руки, а затем, уложив лицом вниз к себе на колени, резко натянул поводья.

Девушка тут же принялась вырываться с дикой яростью и чуть не угодила локтем ему в пах, но Рольф был намного сильнее и проворнее. Миг — и он, соскочив с седла, опрокинул ее на землю, а сам навалился сверху.

Их глаза на секунду встретились. Ее взгляд был полон ярости и страха, а его — жгучего неистового желания.

Он возьмет ее тут же, не сходя с этого места. Одной рукой Рольф придерживал ее за волосы, а другой нетерпеливо задирал подол платья, не позволяя вырваться.

Он уже развел ей ноги, когда крестьянка прохрипела:

— Мои братья… Мои братья тебя…

Он заглушил эти смешные угрозы жадным поцелуем, при этом грубо, до боли тиская тугие груди и шаря другой рукой между ее ног.

— Они тебя убьют! — взвизгнула она, извиваясь в бесплодных попытках вывернуться.

Не тут-то было. От Рольфа де Варенна так просто не уйдешь! При виде ее влажного обнаженного лона Рольф, не в силах сдержаться, рванул ворот ветхого платья. Его взору открылись дивные груди и маленькая ладанка, висевшая на тонкой цепочке. Рольф снова навалился на нее и впился в губы, не обращая внимания на жалобные вопли — еще никогда такие мелочи не мешали ему получить то, что он желал.

Однако внезапно Рольфа остановил стук копыт приближавшихся галопом лошадей. Черт побери, ему не хватило каких-то жалких пары секунд, чтобы получить желаемое!

В мгновение ока он оказался на ногах с обнаженным мечом, готовый к бою.

— Милорд, остановитесь!

Гай едва успел натянуть поводья: меч господина просвистел у самой его шеи. Отлично понимая, что его голова лишь чудом уцелела на плечах, Гай отчаянно прокричал:

— Она сестра мерсийцев! Черт побери, она сестра мерсийцев!

— Что?

— Сестра Эдвина, Рольф! Сестра Эдвина и Моркара!

Рольф ошалело уставился на девку, беспомощно скорчившуюся у него под ногами, ту самую, которую он только что чуть не изнасиловал. Его вожделенный приз.

Глава 2

Кейдре, вжавшись в грязь, задыхалась и дрожала от ужаса. У нее в ушах все еще гремели копыта огромного нормандского жеребца, обдававшего ей спину жарким дыханием. Только что она видела своими глазами, как норманны насмерть затоптали безоружных крестьян на дороге, и не сомневалась, что та же ужасная участь вот-вот постигнет и ее. Святой Катберт, спаси ее и помилуй!

Кажется, жадные безжалостные руки все еще шарят по всему телу, между ног, и он сосет и кусает ее грудь, а то огромное, горячее, что выпирало у него в паху… Матерь Божья!

Она немного понимала их речь, но норманны говорили слишком быстро, чтобы скованный ужасом рассудок мог разобрать смысл отрывистых фраз; и все же она уловила имена своих братьев. Взяв себя в руки, девушка стала прислушиваться внимательнее, по-прежнему прижимаясь всем телом к земле.

— Будь я проклят! — воскликнул Рольф, и она догадалась, что рыцарь смотрит на нее. — Не может быть!

Разъяренный взгляд буквально обжигал ей кожу, и она вздрогнула от вспышки ненависти к этому мерзавцу.

— Я сам слышал, как об этом болтали крестьяне, — торопливо говорил один из его людей. — Ничего удивительного, отсюда до Эльфгара рукой подать!

При упоминании об их замке Кейдре напряженно застыла. Значит, пришельцы догадались, кто она такая. Неловко встав с земли и сжимая в руках обрывки платья, она подняла на норманна мрачный взгляд.

Холодный гнев, полыхавший в ярко-голубых глазах, леденил ей кровь. Что заставило его так возбудиться? Неудачная попытка изнасиловать Кейдре? Или то, кем она оказалась на самом деле?

Он двинулся вперед. Кейдре с большим трудом заставила себя сохранить достоинство и не пуститься в бегство. Пусть он хоть лопнет от гнева, пусть насилует ее сколько хочет, пусть избивает до смерти — она не поддастся страху и слабости!

При виде ее прямой спины и гордо задранного подбородка синие глаза снова потемнели от ярости, но в следующую секунду случилось нечто странное — рыцарь замер, словно осененный внезапной догадкой.

Впрочем, Кейдре уже привыкла к тому, что люди ведут себя необычно, если внимательно посмотрят ей в глаза. Сначала, конечно, они удивляются, потом на смену удивлению приходит отвращение и даже ужас.

— Я слышал, что такое бывает, но вижу впервые! — потрясенно пробормотал рыцарь. — Дьявольское око!

Кейдре знала, что иногда в минуты волнений ее правый глаз начинает вращаться в глазнице сам по себе, и этот проклятый недостаток отравлял ей жизнь с самого детства, хотя проявлялся не так уж часто. Люди считали, что она обладает способностью смотреть сразу в двух противоположных направлениях, они испуганно крестились и старались по возможности держаться как можно дальше от нее. Правда, жители Эльфгара, особенно те, кто приходился ей родней по матери, мало-помалу свыклись с этой особенностью и уже не считали ее глаз дьявольским: из-за дара целительницы, доставшегося ей от бабки, ее прозвали колдуньей, но колдуньей доброй, и относились к ней с почтением и опаской. А вот ее братьев «дьявольское око» нисколько не волновало, и Кейдре без конца благодарила небо за их преданную любовь и дружбу. Правда, и здесь не обходилось без недоразумений: к примеру, однажды Моркар попросил отвадить от него особо настырную девицу, задумавшую непременно прогуляться с ним к алтарю.

Холодные голубые глаза смерили ее взглядом с головы до ног и остановились на лице. Кейдре покраснела от досады: теперь о ее недостатке знает и этот ненавистный чужак!

— Она не ведьма, — процедил он. — Ведьмы не бывают из плоти и крови.

— И все же лучше бы поосторожнее с ней, милорд! — почтительно возразил Гай.

— Значит, вы и есть леди Алис? — осведомился норманн, упершись кулаками в бока.

Кейдре растерянно заморгала. Так вот в чем дело! Он спутал ее со сводной сестрой! В отличие от нее Алис не была незаконнорожденной и наверняка имела для этого чужака гораздо большую ценность — конечно, в зависимости от того, какую игру он намерен вести. Чтобы избежать насилия и чего-то еще более худшего, лучше как можно дольше поддерживать заблуждение самоуверенного захватчика.

— Да, это так, — сказала Кейдре.

Как ни странно, ее ответ пришелся норманну по нраву, и он улыбнулся, повергнув девушку в полную растерянность. Оказывается, он умеет улыбаться! Еще минуту назад его лицо внушало ужас своим оскалом разъяренного божества, а теперь Кейдре невольно залюбовалась правильными мужественными чертами и белозубой улыбкой.

— Ну, Гай, что скажешь? — все еще ухмыляясь и не поворачивая головы, спросил де Варенн.

Бедняга, видимо, не знал, что ответить — на его лице читался откровенный испуг.

Норманн прошелся по ее телу хозяйским взглядом, и лицо Кейдре снова вспыхнуло от гнева. Тем не менее при виде ее попытки подняться с земли рыцарь поспешил прийти ей на помощь и тут же помрачнел, заметив, что Кейдре откровенно избегает его прикосновений.

— Миледи, — пробормотал он, — что завело вас так далеко от замка да вдобавок в таком наряде? В наши времена это небезопасно!

— Какое вам до этого дело? Разве я у вас в плену? — Несмотря на надменный вид, Кейдре дрожала от собственной дерзости.

Судя по тому, как рыцарь стиснул зубы, ему стоило немалого труда удержать себя в руках.

— Вы не моя пленница, миледи, но я считаю своим долгом проводить вас до замка во избежание возможных неприятностей.

— Я не нуждаюсь в провожатых! — выпалила Кейдре. — Подумаешь, шесть километров!

— Разве вас не научили считаться с мнением мужчин?

— Я умею считаться с мнением своих мужчин!

— И все же я провожу вас до Эльфгара, а на ночь мы встанем лагерем в этой долине. Вы — моя гостья, и Гай позаботится, чтобы вас приняли должным образом. Но прежде я бы хотел услышать ответ на свой вопрос.

Кейдре понимала, что кроется под учтивыми словами: ее захватил этот негодяй, этот чужак! А что, если он так же захватил в плен и, не дай Бог, убил ее братьев?

— Я здесь шпионила! — пропела Кейдре сладким голоском. — А иначе зачем было уходить так далеко?

— Не советую вам испытывать мое терпение! — прошипел Рольф.

— Я хорошо разбираюсь в травах. — Девушка вдруг вспомнила несчастную свинью. — И пришла сюда, чтобы вылечить свинью!

— Вылечить свинью? — опешил рыцарь.

Кейдре сердито кивнула. Он что, тупой или глухой? Скорее всего и то и другое — чего же еще ждать от норманна?

— Вот именно. Как-никак я все-таки ведьма — или вы уже забыли?

— А разве настоящая ведьма не может лечить на расстоянии?

— Это очень породистая свинья, и у нее случился запор, когда мы ждали от нее приплод. Впрочем, теперь уже все равно.

— И вы отправились за шесть километров лечить свинью?

— За шесть с половиной.

— Ушам своим не верю! Ты слышал? — повернулся он к Гаю.

— Может, и правда лучше отпустить ее подобру-поздорову? — вполголоса предложил тот. — Еще напустит на нас порчу!

— А может, замужество и брачное ложе пойдут ей на пользу? — Острый взор Рольфа разил подобно кинжалу. — Заодно она вспомнит, что значит быть женщиной, и узнает свое место. — Синие глаза внезапно вспыхнули. — Гай, смотри, что получается: она оказалась здесь в один день с заговорщиками! Чем не тайный гонец? Ты только взгляни на эти лохмотья! Свинья тут ни при чем — она нарочно переоделась крестьянкой, чтобы доставить послание своим двуличным братцам! И ведь до чего хитра — надеялась, что я приму ее признание за глупую шутку.

— Черт побери! — выдохнул потрясенный Гай, и оба оглянулись на пленницу.

Кейдре едва успела отвести глаза. Ну кто тянул ее за язык? Какая глупая бравада — объявлять себя шпионкой, да еще перед своим злейшим врагом! И что теперь с ней будет? Теперь она стала в их глазах драгоценной добычей, заложницей; они не причинят ей вреда, пока считают ее Алис, но если поверят, что она шпионка… И кстати, что это за намеки на замужество и брачное ложе? От мрачных предчувствий у нее похолодело в груди.

— Я не позволю, чтобы моя жена шпионила против моего короля! — выпалил Рольф в дикой ярости, пригвоздив Кейдре к месту пронзительным взглядом.

— Не понимаю… — пролепетала она непослушными губами. Этого не может быть…

— Очень скоро я стану вашим господином, — мрачно пообещал Рольф, — нравится вам это или нет.

— Не может быть! — вскричала Кейдре.

— Еще как может! Мы непременно сыграем свадьбу, миледи, и вы станете моей женой! — Его губы скривились в хищной улыбке.

Глава 3

Итак, леди Алис и замок Эльфгар с принадлежавшими ему обширными землями должны были стать его вожделенной наградой за десять лет преданной службы королю Вильгельму.

Это произошло несколько дней назад. Рольф вошел в королевский шатер и увидел, что его повелитель мечется взад-вперед в приступе ярости. Оба еще не остыли от недавно завершенной битвы, после которой датчане вынуждены были искать спасения на борту своих кораблей, а саксы оставили столицу на милость победителю. Однако эта победа не принесла королю радости — и Рольф слишком хорошо знал почему.

— Какие новости? — раздраженно спросил Вильгельм Завоеватель.

— Саксы разгромлены наголову, ваше величество!

Они посмотрели друг на друга, и королевский взор потемнел от бешенства.

— А эти проклятые изменники?

— Эдвин и Моркар бесследно исчезли.

В шатре находились еще двое: родной брат Вильгельма, епископ Одо, и Роджер Монтгомери, один из самых влиятельных вельмож при дворе. Оба следили за разговором, делая вид, что целиком заняты своими бокалами.

— Надеюсь, ваше величество, — небрежно заметил Одо, — на этот раз ни о каком снисхождении не может быть речи?

Рольф и Роджер с досадой поморщились при упоминании о недавнем прошлом. В день битвы при Гастингсе Эдвин с Моркаром не подняли оружие против войск Вильгельма, и Рольф знал, что именно это в итоге позволило норманнам победить. Братья принесли Вильгельму вассальную клятву в день коронации и даже последовали за ним в Нормандию, когда на юге Англии установился прочный мир. Эдвин получил во владение почти треть тогдашнего Английского королевства — включая и его собственные земли в Мерсии, — а Моркар — графство Нортамберленд. Вдобавок Эдвину была обещана в жены прекрасная Изольда — дочь Вильгельма. Столь стремительный взлет и без того опасного и вероломного саксонского эрла насторожил преданных Вильгельму вассалов, в конце концов Вильгельм отказался от своих обещаний, а Эдвин с Моркаром вернулись домой, считая себя оскорбленными и пылая жаждой мести.

Не прошло и года, как весь север охватило восстание. Мятежники подошли к самому Йорку, и Рольфу де Варенну снова пришлось показать свое воинское искусство. Эдвину и Моркару удалось получить прощение, однако на сей раз Вильгельм лишил их большинства владений.

И вот теперь мятеж вспыхнул снова. Рольф почти не сомневался, что он не случайно совпал по времени с набегом датчан. Северные лорды потерпели очередное поражение и поспешили скрыться, больше не надеясь на королевскую милость, так как в битве за Йорк погибло слишком много нормандских рыцарей.

— Ни в коем случае! — взревел Вильгельм. — Этим подлым саксам сильно повезет, если я прикажу их просто повесить! — Он повернулся к Рольфу: — Ты должен все здесь взять в свои руки!

Рольф не спускал с повелителя взгляда, стараясь ничем не выдать своего волнения. Будучи четвертым, самым младшим отпрыском в роду де Варенное, он вынужден был податься в наемники. Жан, его старший брат, унаследовал земли в Нормандии и титул графа, второй брат постригся в монахи, а третий, Вильгельм, отправился в Англию и после Гастингса стал хозяином Льюиса, так же как Рольф получил Брамбер, Монтгомери — Арундел, Одо — Дувр, а Осборн — остров Уайт. Распределив таким образом земли между самыми преданными вассалами, король утвердил свою власть над Суссексом и Кентом. В этом году Рольфу даже не довелось побывать дома, в Нормандии, так как он был слишком занят возведением новых укреплений на границах своих владений — залога благополучия его будущей семьи. Но разве не ради этого они рисковали головой, служа Вильгельму?

— Брамбер я отдаю Браозу! — многозначительно произнес король.

На лице у Рольфа не дрогнул ни один мускул.

— А ты станешь наместником в замке, который выстроишь здесь, в Йорке!

Рольф молча стиснул зубы.

— И хозяином Эльфгара! — с улыбкой добавил Вильгельм.

Рыцарь с облегчением вздохнул. Эльфгар, с его необъятными землями, да вдобавок наместник Йорка… Он станет самым влиятельным феодалом на севере! Вдобавок владелец Эльфгара получает титул эрла. Значит, король окончательно решил подвергнуть братьев опале. Тем труднее будет Рольфу удержать в руках свой приз.

— Твои границы еще не утверждены, — все с той же милостивой улыбкой продолжил Вильгельм, — и ты мог бы расширить их на север по собственному усмотрению. А чтобы закрепить свои права, возьми в жены Алис — ведь она здесь единственная законная наследница.

Теперь уже Рольф не скрывал улыбки. Это действительно была королевская щедрость!

— Очень разумный подход, — похвалил брата епископ Одо. — Если кто и сможет удержать наши северные границы, так это де Варенн.

— Вот именно! — Вильгельм оживился. — Рольф на севере, Роджер на болотах — кстати, я отдал ему Шрусбери. Надеюсь, скоро мы забудем о мятежах.

— Благодарю вас, ваше величество! — Рольф, запоздало вспомнив об этикете, опустился на одно колено.

— Встань, Рольф Беспощадный, встань! — Вильгельм прищурился. — Принеси мне головы Эдвина и Моркара — и я не пожалею для тебя еще и Дарем!

Столь щедрое обещание поразило не только Роджера с Одо, но и самого Рольфа. Завладев Даремом, он сможет тягаться во власти с самим королем — а Вильгельм не настолько глуп, чтобы создавать себе соперника. Вряд ли его слова следовало воспринимать всерьез.

Де Варенн как раз направлялся в Эльфгар, чтобы объявить себя хозяином замка и без промедлений сыграть свадьбу, когда на них напал отряд мятежников, а теперь еще по всему выходило, что его нареченная оказалась шпионкой мятежных саксов и колдуньей. Он невольно улыбнулся. Рольф не был суеверным человеком, хотя и не исключал того, что на свете бывают колдуньи. Правда, до сих пор ему не приходилось с ними встречаться, да и вряд ли это случится впредь — как правило, все они на поверку оказывались жалкими шарлатанками, старавшимися заработать на кусок хлеба. Колдунья? Какая же она колдунья, если он сам убедился, что имеет дело с созданием из плоти и крови? Впрочем, даже колдунья (в сущности своей) прежде всего остается женщиной.

А вот то, что она может оказаться шпионкой саксов, тревожило Рольфа гораздо больше. Завоеватель, чужак — вряд ли он встретит в замке радушный прием. Насколько ему известно, Моркар и Эдвин все еще живы, и хотя им приходится скрываться, братья не станут мириться с тем, что их наследством завладеет какой-то норманн. Рольф слишком хорошо знал эту парочку и не сомневался, что ему предстоит нелегкая борьба, как не сомневался и в том, что победа в итоге достанется ему — недаром его прозвали Рольф Беспощадный. Он всегда добивался своего и тем более не намеревался уступать, когда речь шла о его земле и его женщине.

Придется потрудиться, чтобы укротить эту красотку, иначе она станет настоящей занозой в заднице. При мысли об этом Рольф снова почувствовал, что возбуждается. Пожалуй, ему предстоит немало приятных часов, пока эта женщина не усвоит, что ее место — возле мужа, которого она обязана почитать как своего хозяина. Как она вскинулась, едва узнала, что король отдает ее Рольфу в жены… И то ли еще будет, когда ей станет известно, что де Варенн — новый владелец Эльфгара! Нареченная невеста не скрывала, что считает его самым заклятым врагом, и ему придется помнить об этом постоянно.

Глава 4

Кейдре в отчаянии металась по тесному походному шатру. Алис отдают замуж за норманна! Что означает эта новость и как такое могло случиться? Оставалось предположить самое худшее. Если Вильгельм отдает Алис одному из своих солдат… От ужаса все внутри у нее похолодело. Хоть бы братья дали о себе знать! Увы, от них не было ни слуху ни духу уже целую неделю — с того дня, как пал Йорк.

Она не хотела думать о самом плохом — ведь может быть и так, что они снова помирились с королем, как это случилось год назад. Тогда Вильгельм простил Моркара и Эдвина, и они принесли ему вассальную клятву, а теперь Эдвин мог отдать норманну Алис в обмен на невесту из норманнов, на которой женится сам. Ах, если бы это было правдой! В противном случае предстоящая свадьба означает самое ужасное: опалу, лишение наследства и даже казнь…

Перед глазами Кейдре встала жуткая картина: ее сводная сестра стоит перед алтарем возле норманна. Он такой огромный, златокудрый и белокожий, а она — смуглая и маленькая. Сердце тоскливо сжалось у нее в груди. К несчастью, сводные сестры никогда не любили друг друга, но даже это не имело теперь значения. При воспоминании о том, как рыцарь шарил у нее между ног, Кейдре чуть не взорвалась от отчаяния и гнева.

Снаружи все еще было достаточно светло, и на фоне тонкого полотна можно было различить неподвижный мужской силуэт Гая — доблестного защитника благородных дам. Кейдре захотелось расхохотаться. Да будь она хоть трижды невестой — никто не может помешать норманну сделать ее своей пленницей! Но она убежит отсюда, убежит во что бы то ни стало, чтобы вернуться в Эльфгар и предупредить Алис о новой угрозе. Теперь им обеим придется отправиться на поиски братьев. Если Эдвин устроил этот брак — он же его и расторгнет, и уж, во всяком случае, не даст сестер в обиду.

Тут Кейдре вспомнила о непосильном грузе ответственности за людей и земли, лежавшем на плечах Эдвина, и у нее упало сердце. Нет, она не станет добавлять ему забот и сама справится с угрозой, а заодно поможет Алис. Она займется этим прямо сейчас, пока есть возможность.

Ей уже принесли в шатер еду и нитку с иголкой, чтобы привести в порядок платье. Кейдре посмотрела на поднос с хлебом, сыром и элем, а потом решительным движением извлекла из-за пазухи ладанку и всыпала в эль какую-то траву. Заботливо спрятав ладанку, она пригладила волосы и выглянула наружу.

Гай Ле Шан был тут как тут: вскочил на ноги и учтиво осведомился:

— Миледи?

От Кейдре не укрылось, что доблестный рыцарь чувствует себя весьма неловко в обществе ужасной колдуньи. Судя по всему, юноше едва минуло двадцать лет, как и самой Кейдре.

Она постаралась успокоить его любезной улыбкой.

— Разве вам не трудно стоять на посту после такого утомительного дня?

— Нет, миледи, я совсем не устал!

— Я собираюсь подкрепиться, — сообщила она светским тоном, стараясь вести себя, как самая заправская герцогиня. — Вас не затруднит составить мне компанию?

— Право, не знаю… — Гай растерянно захлопал глазами.

— Вам жаль потратить на меня несколько минут? Или этот упырь отнял у вас даже право побеседовать с дамой? — многозначительно добавила она.

— Милорд никакой не упырь, миледи! — вскинулся Гай. — Он прекрасный человек и доблестный воин. Король считает его лучшим в своем войске, и об этом все знают!

— Так, значит, мне можно съесть свой ужин в вашем присутствии? — тут же воспользовалась его горячностью Кейдре.

— Конечно!

Она вынесла поднос с едой и уселась у входа в шатер, предоставив Гаю переминаться с ноги на ногу, следя за ее трапезой. Судя по тому, что вокруг никого не было, солдатам отдали приказ не приближаться к шатру. В отдалении на большом костре готовили еду для всего отряда. Рольф де Варенн сидел на валуне, сжимая в руках какие-то бумаги и не спуская с Кейдре подозрительного взгляда.

Заметив это, она покраснела и поспешила отвернуться. — Пожалуйста, присядьте! — Кейдре старалась не подавать вида, что от этого взгляда у нее захватило дух. Ей не раз приходилось видеть распаленных похотью мужчин, но так откровенно на нее еще не смотрел никто. Ее отец умер пять лет назад, так и не успев выдать Кейдре замуж. Впервые он попытался найти ей жениха в пятнадцать лет, а когда ей исполнилось семнадцать — его не стало. Поначалу старый и могущественный эрл остановил свой выбор на втором сыне своего северного соседа, Джоне Лэндауэре. Кейдре встречалась с ним прежде на рыцарском турнире: высокий, стройный юноша запомнился ей своей привлекательностью и умным, выразительным взглядом. От радости, что отцовский выбор пал на него, она не находила себе места и без конца грезила о свадьбе…

Но Джон отказался жениться. Его не соблазнили ни земли, ни деньги. Ни за какие сокровища он не возьмет в жены колдунью!

Разумеется, отец уверял ее, будто это он сам решил, что Джон не достоин ее руки, но Кейдре прекрасно слышала, о чем сплетничает челядь в их замке. При отце и братьях она вела себя по-прежнему непринужденно, но когда оставалась одна, ее слезам и горю не было конца. Почему Создателю было угодно сделать так, что ее принимают за ведьму?

Эрл одного за другим предлагал ей женихов, но теперь уже сама Кейдре отвергала их с надменным видом, потому что боялась снова пережить унижение, которому ее подверг Джон. Отец любил ее и не стал бы выдавать замуж насильно — да такую все равно никто бы не взял. Кейдре делала вид, что ее это совершенно не волнует, и мало-помалу избавилась от ненужных мечтаний и грез.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18