Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Книга камней (Sorceror's Stone - 3)

ModernLib.Net / Художественная литература / Джеймс Лэйна Дин / Книга камней (Sorceror's Stone - 3) - Чтение (стр. 8)
Автор: Джеймс Лэйна Дин
Жанр: Художественная литература

 

 


      - Сандаал? - Катина уселась на скамью рядом с ней, глядя на пустынный пейзаж. - Ты впервые вернулась сюда... после... Ты в порядке?
      Девушка кивнула, боясь, что голос изменит ей.
      - Ее величеству скоро надо будет переодеваться, - произнесла Роза у них за спинами, пробираясь по кибитке. - Я не могу найти свои шпильки.
      Занкос был встревожен их прибытием, и процессия не спешила въехать в город. В переполненной повозке королевы перетаскивали сундуки и картонки, чтобы освободить фрейлинам место для работы. Сандаал помогала королеве надеть новое платье, сшитое Катиной. Темно-фиолетовое шелковое платье было с глубоким вырезом и длинной прямой юбкой с разрезом, - так с древних времен одевались королевы Ксенары. Наряд завершали шелковые туфли того же цвета.
      Королева оглядела себя с испугом:
      - Господи, оно же слишком вызывающее! Одно неосторожное движение - и оно с меня свалится.
      - Не волнуйтесь, миледи, - леди Д'Лелан осторожно натянула фиолетовую туфельку на ногу ее величества. - Катина - великолепная портниха. Она знает, что делает.
      - Волосы, ваше величество, - сказала Роза. - Надо добавить еще шпилек.
      Она стояла на стуле, сооружая сложную прическу из медно-рыжих локонов. Кэт принесла маленькую корону, украшенную самоцветами, лучшее, что мог предложить Виннамир, а Сандаал стояла сзади, любуясь общим впечатлением. В ее стране мужчины высоко ценили красоту, и в Джессмин Д'Геррик они увидят свою погибшую королеву Джару. Народ с радостью примет ее, но не фракции, борющиеся за власть.
      Кто-то постучался снаружи.
      - Можно мне взглянуть? - спросил король.
      - Входи, - ответила Джессмин.
      Сандаал отвернулась, когда он вошел, ее внимание, казалось, было привлечено чем-то другим. Иногда она боялась, что выдаст себя раздражением. Великий посланник убедил Гэйлона Рейссона остаться внутри кибитки. Ему не обрадуются в Ксенаре, хотя Д'Ар чувствовал, что со временем к виннамирскому королю привыкнут, если не полюбят. Сандаал, однако, сомневалась, забыл ли хоть один житель Ксенары этого короля с его проклятым мечом и Камнем.
      Девушка прогнала горькие мысли и принесла королеве веер из фазаньих перьев. Ее величество вместе с фрейлинами проедут в открытой богато украшенной карете по широкой, вымощенной булыжником улице, ведущей ко дворцу. Король решительно возражал против этого. Но теперь он стоял молча, смирившись перед логикой королевы и рассудительным тоном посланника.
      - Вы не должны беспокоиться, ваше величество, - мягко сказала ему Катина. - Стража будет совсем близко, и все мы будем вооружены.
      Она показала ему маленький кинжал в драгоценных ножнах, привязанный к запястью и спрятанный в шелковых волнах рукава.
      - Мы умеем пользоваться оружием.
      - Без сомнения, - сказал Гэйлон с ноткой сарказма. - Значит, встретимся во дворце.
      - Милорд, - Джессмин попыталась повернуться, чтобы взглянуть на него.
      Роза вскрикнула:
      - Не шевелитесь!
      Король застучал сапогами, спускаясь по ступенькам, и Сандаал услышала его голос:
      - Разыщите Госни. Я хочу встретиться с ним в хвостовой кибитке. Поторопитесь!
      - Миледи, будьте добры, - сказала Роза, испугавшись, когда Джессмин опять попыталась повернуться.
      Приближались лошади, их копыта стучали по булыжнику, их поступь совсем не походила на движение утомленных животных, тянувших кибитки. Сандаал выглянула из-под занавески и увидела королевскую карету, украшенную дорогим пурпурным шелком и атласом. Фитцуол помог королеве спуститься по ступенькам и сесть в карету, затем помог фрейлинам занять места около Джессмин. Дети с нянькой будут ехать следом вместе с процессией.
      Джессмин вглядывалась в толпу, пытаясь отыскать мужа. Его нигде не было, так же как и верного герцога. Появились солдаты в шлемах и кирасах, древки копий упирались в правое стремя. Поблескивали наконечники. Дюжина солдат проехала вперед, дюжина осталась позади. Великому посланнику помогли сесть на небольшие носилки, которые понесут перед королевой. По его сигналу процессия наконец сдвинулась с места.
      Руины остались позади, шествие вступало в город. За спинами собравшейся толпы высились здания: белая, розовая, бежевая штукатурка, хотя и новая, была уже изъедена солеными ветрами и солнцем. Железные балконы ломились от горожан и гостей, негде было яблоку упасть. Сидя на атласных подушках, Сандаал переводила взгляд с улицы на городские стены и обратно. Кругом царило молчание, и сверхъестественную тишину нарушали только стук подков и скрип колес.
      Королева озиралась в замешательстве, в утреннем свете она выглядела бледной и усталой. Затем она улыбнулась и жестом приветствовала горожан на ближайшем балконе. Улыбка на ее лице, которой Сандаал раньше не видела никогда, осветила и переменила Джессмин. Она помахала рукой не взрослым, а маленькому ребенку, красивой девочке в красном платьице, которая стояла впереди, вцепившись в прутья решетки. Девочка просунула руку через прутья и застенчиво помахала в ответ.
      Толпа наконец приняла решение, как встретить Джессмин Д'Геррик. Внезапно на булыжную мостовую упала шелковая ленточка, потом еще одна, и люди Занкоса закричали приветствия. Эхо от этого рева перекатывалось в узком ущелье зданий, пока у Сандаал не заложило уши. Возница изо всех сил сдерживал упряжку, а солдаты - своих лошадей. Цветные ленты, развевающиеся на ветру, совсем не способствовали этому.
      Сандаал обернулась и увидела, что двое солдат, ближайших к карете, крепко держат поводья и внимательно смотрят в толпу. Ей почудилось что-то знакомое в том, как один из них сидит на лошади. В ксенарских шлемах были кожаные клапаны, прикрепленные к кольчужному ободу, прикрывающему шею, но лицо защищало только широкое стальное переносье. Солдат снова посмотрел вверх, и леди Дослан увидела, как сверкают его зеленые глаза. Дэви. Вот дурак!
      Рядом с ним ехал высокий король Виннамира, Сандаал узнала его, хотя Гэйлон, настоящий мужчина и преданный муж, сбрил свою великолепную рыжую бороду, чтобы сыграть роль ксенарского солдата. Если их обнаружат, триумфальный въезд королевы в Занкос может обернуться катастрофой. Гэйлон Рейссон может пробудить ярость ксенарцев, от которой он хотел защитить жену. Бесполезная идея, но интересная. Даже колдуну будет нелегко справиться с разъяренной толпой.
      Сандаал смотрела по сторонам. Джессмин, скрывая замешательство, отвечала на приветствия. Она родилась здесь, но все же сейчас она ехала по чужим улицам чужого города, чужой страны. Яркие краски и возгласы смутят кого угодно. К медленно двигавшейся карете приближались дети, хотевшие вручить дочери Роффо маленькие подарки, обернутые в ткань. В основном подарки были съедобные - финики, кунжутные пирожки и другие сладости, - но королева не могла попробовать ничего. Позже еду отдали нищим, столпившимся у ворот дворца, - голодные люди, рискуя отравиться, жадно расхватали подаяние.
      Подошли еще несколько ребятишек, крутясь под ногами у двух странных солдат, ехавших за каретой. Леди Д'Лелан не обратила на них внимания, ее глаза были прикованы к молодому катайскому дворянину, стоявшему в проходе у фонарного столба, которого она узнала. Раф Д'Гулар оценивающе разглядывал Джессмин, и, несмотря на возгласы людей, окружавших его, он хранил молчание. Он сдвинул брови, и его красивое смуглое лицо слегка омрачилось.
      Дом Гуларов имел собственного претендента на трон - старший единокровный брат Рафа Кил, побочный сын короля Роффо, был также единокровным братом Джессмин, старше ее на много лет. Раф заметил леди Д'Лелан, и его тонкие губы изогнулись в роковой усмешке. Почти все ксенарские мужчины были безбородыми, прочие брились, но у Рафа были узкие усики и козлиная бородка. Сандаал всегда считала его очаровательным предателем в семье предателей. Слегка кивнув, юноша повернулся и скрылся в толпе.
      Бульвар длинными поворотами протянулся вниз по склонам ко Внутреннему морю и дворцу. На месте разрушенной церкви Мезона была выстроена новая, но Сандаал не имела представления, какому богу она была посвящена. Богу войны, Мезону, больше не служили жрецы, и у него не осталось последователей. Гэйлон Рейссон, чародей, но и человек, властью Кингслэйера уничтожил жестокого бога.
      Рядом с церковью, сияющей белым мрамором, возвышался дворец, его с прилегающими садами, палатками и двориками окружала высокая стена. Из всего Занкоса лишь дворец пережил месть виннамирского короля. Сандаал еще помнила его стоящим над водой, залитой золотым солнечным светом. Он куда больше походил на крепость, чем Каслкип, вместо серых камней, кое-как скрепленных известковым раствором, он был сложен из гигантских, плотно пригнанных мраморных и гранитных плит.
      За спинами ревущей толпы Джессмин тоже увидела дворец. Ее глаза в изумлении блуждали кругом. "Да... - подумала Сандаал. - Любуйтесь своим новым домом, ваше величество. Принимайте восторги своего народа - он никогда не позволит вам вернуться в Виннамир".
      Солдат, одолживший Дэви свою форму, невольно одолжил ему и запах пота, и дурные привычки своей лошади. Эта маленькая бестия предпочитала идти вприпрыжку и пританцовывала, даже стоя на месте. Герцог безнадежно дергал поводья, стараясь проехать между тысячами кричащих людей, стоявших по обеим сторонам дороги.
      С балконов продолжали сыпаться цветные ленты, пугая лошадей. Несколько раз Дэви и король сталкивались друг с другом в центре бульвара. Гэйлон только ворчал на него на ксенарском жаргоне, который включал в себя сквернословие столь же цветистое, как сыпавшиеся ленточки. Солнце только ухудшало положение дел. Холодный ветерок освежал лицо Дэви, но железный шлем и кожаная кираса раскалились, и пот, стекая, попадал ему в рот.
      Сандаал, сидевшая напротив королевы, привлекала его взгляд гораздо чаще, чем он хотел бы себе позволить. Просто безумие. Все вокруг было безумием - эта толчея, выкрики, огромные дома. Но на лицах людей, толпившихся вокруг него, герцог заметил странную радость. Дом Геррика возвращался в Ксенару, а все остальное не имело значения.
      Шествие проделало три длинных витка вниз по склону, ко Внутреннему морю. Дэви недоумевал, как на таком крутом склоне смогли построить дома, но здания стояли длинными неровными рядами, с такими узкими проходами, что балконы почти соприкасались. Верхние этажи некоторых домов были соединены мостиками, и над грязными улицами в каждом окне в ящиках росли цветы. На некоторых плоских крышах были разбиты целые сады.
      Какой удивительный город. Сандаал была права - герцог уже окунулся в кипучую жизнь Занкоса.
      - Разуй глаза, ради всех богов! - рявкнул король, когда лошадь Дэви дернулась в сторону к сгрудившимся детям.
      - Слушаюсь, сир! - покаянным шепотом отозвался Дэви. Он крепко натянул поводья, чтобы вернуть лошадь на дорогу.
      Но разутые глаза первым делом отыскали Сандаал и увидели, что она улыбается. Дэви в смущении отвернулся, изучая крыши, но уже чувствуя, что никакого покушения не будет. О да, это место опасно, но не сегодня. Сегодня вся Ксенара влюблена в женщину, которая должна стать ее королевой.
      Наконец процессия подошла к церкви, и, кроме горожан, хлынувших вслед за ними на бульвар, ревущие толпы остались позади. Дэви прерывисто вздохнул и позволил себе расслабиться, разглядывая высокие колонны церкви. Здесь, в тени, было прохладно. На верхней из широких каменных ступеней стояли статуи грациозных богов, и запах ладана смешивался с морским воздухом. Потребуют ли они, чтобы Джессмин поклонялась их богам? А если потребуют, согласится ли она? Нет, королева никогда бы не пошла на такую фальшь.
      Широкие дубовые ворота медленно раскрыли створки, чтобы впустить их на дворцовые земли. Сам дворец возвышался у дальнего конца ограды, сияющее строение со множеством куполов, подавлявшее своим величием. Оно было куда больше Сторожевого замка, его линии и формы были просты и прекрасны; и башня, и купол, и терраса представляли совершенную гармонию.
      Эовин Д'Ар вылез из своих носилок, когда прибыла последняя повозка и ворота закрылись. На лице старика было написано удовлетворение.
      - Миледи покорила сердца всего народа, - сказал он восхищенно. - Вы сделали все, на что я надеялся, и даже больше. Благодарю вас, ваше величество.
      - Сердца слишком легко разбить, господин посланник, - отозвалась королева со своих подушек. - Я должна покорить еще их умы.
      Великий посланник согнул перед ней старую, окостеневшую спину:
      - Служить вам - большая честь, ваше величество.
      Он помог ей выйти из кареты, затем подвел ее к другим носилкам. Королева двигалась медленно, стараясь скрыть боль в бедре. Посланник возвратился к своим носилкам, когда подошла дворцовая стража, чтобы проводить их. Дэви смотрел, как они уходят.
      - Эй, ты! Капрал!
      Властный голос Сандаал странно прозвучал в тишине. Герцог огляделся по сторонам в надежде, что он обращается к кому-то другому. Но остальные уже ушли.
      - Да, миледи.
      - Помоги нам сойти, ты, глупое животное! - Сандаал вздернула подбородок, боясь, что он ослушается.
      Дэви спешился, на мгновение обрадовавшись, что избавился от солдатской лошади, но неохотно вступая в игру, навязанную Сандаал. Леди Д'Лелан протянула ему руку, а сестры Д'Ял с изумлением смотрели на происходящее. Герцог помог ей спуститься на землю.
      Сандаал фыркнула:
      - Тебе пора бы принять ванну.
      - Не мне, а лошади, миледи.
      Дэви помог выйти Розе, затем Катине. Обе сморщили носы.
      - Тебя следовало бы выпороть за дерзость, капрал. Ты уже не в Виннамире.
      Как будто он нуждался в этом напоминании! Герцог обернулся, услышав стук копыт. Гэйлон, все еще в форме ксенарского солдата, возвращался от кибиток. Он остановился перед ними.
      - Миледи, этот человек доставил вам беспокойство? - спросил король.
      - Только его зловоние, - сказала Сандаал и, озорно улыбнувшись герцогу, отошла к своим подругам.
      - Она меня узнала, - мрачно пробормотал Дэви, приближаясь вместе с королем к остаткам процессии.
      - Теперь она узнала и меня, - в голосе Гэйлона слышалось раздражение.
      - Она скажет посланнику?
      Король покачал головой:
      - Это неважно. Наши солдаты все равно скажут. После того как они все утро просидели связанными и с кляпами во рту в повозке с провиантом, мне что-то не хочется перерезать им глотки.
      - Это было бы слишком по-ксенарски, - согласился Дэви. - Что, действительно ужасно пахнет?
      - Ну, если ты не стоишь против ветра... - засмеялся Гэйлон. - Ты не одинок, мой герцог. Все мы четыре дня не мылись. Но, благодаря Виннамиру, в Занкосе теперь хватает свежей воды.
      Он пустил лошадь коротким шагом.
      - Давай освободим наших друзей-солдат, вернем им одежду и этих безобразных животных, а потом поищем ванную.
      Стражники во дворце были рослые и здоровые; вне сомнения, решила Джессмин, их выбирали не только за боевые качества, но и по внешности. Все здесь казалось близким к совершенству. Стражники носили легкие кожаные кирасы, складчатые килты и сандалии на шнуровке. У них были мускулистые загорелые ноги. Королева, не привыкшая видеть столько голой кожи, отводила глаза в смущении. Небольшой отряд пронес ее носилки через нижние сады ко дворцу. Королева услышала за спиной нежный смех, и ей стало любопытно, приводит ли фрейлин это место в такой же благоговейный трепет, как ее.
      Вдоль дороги рядами росли молодые оливковые деревья, и карликовые цитрусовые в горшках склонялись под тяжестью цветов и плодов. Повсюду стояли тенистые павильоны между высоких, разлапистых финиковых пальм. Здесь не было лужаек, только влажный желтоватый песок и клумбы с каменными бордюрами, на которых цвели бесчисленные растения, названий которых Джессмин не знала.
      Огромный центральный фонтан рассыпал серебристые брызги в теплом воздухе. Запахи моря, рыбы, специй, экзотические ароматы наполняли ноздри королевы. Садовники на северной стене ограды смотрели, как она приближается с террасы на склоне. Слуги и служанки, все в одинаковых белых рубахах без рукавов, встречали свою новую хозяйку у ближнего входа во дворец, низко кланяясь.
      О Боже, здесь их не меньше сотни, все почтительно опускают глаза. Джессмин почувствовала, как носилки опустили на сверкающие красные глиняные плиты патио, потом подошел Эовин Д'Ар и помог ей выйти. Он повел ее вперед.
      - Нильс! - окликнул старик скрипучим голосом.
      - Да, господин.
      У человека, пробиравшегося сквозь толпу, были невероятно кудрявые черные волосы и вышитая рубаха. Его бледно-голубые глаза остановились на посланнике, затем на королеве, и она увидела в них доброту и заботу. Тысяча крохотных морщинок на его лице говорили, что он старше, чем показался на первый взгляд.
      - Миледи Джессмин, это наш лекарь Нильс Хэлдрик, - Эовин жестом подозвал его поближе. - Позаботьтесь о королеве, а потом Уик покажет ей апартаменты.
      Нильс кивнул:
      - А вы, милорд? Вас осмотреть?
      - Попозже. Сперва мне надо отдать распоряжения. - Старик поклонился Джессмин: - Если вы позволите, я покину вас, ваше величество.
      - Конечно... но... когда я смогу увидеть детей?
      Королева почувствовала страх, оказавшись в незнакомом окружении.
      - Скоро, миледи. Я обещаю.
      Великий посланник повернулся к слугам:
      - Идите работать. Когда ее величество отдохнет, вас представят ей.
      Люди молча разошлись, а Д'Ар направился во дворец через широкое патио. Стражников уже не было видно. Нильс улыбнулся Джессмин, затем взял ее за руку, но никуда не повел. Вместо этого он стал мягко массировать ее правую ладонь кончиками пальцев. Она вздрогнула, когда он надавил под большим пальцем.
      - Вашему величеству больно, - сказал лекарь. - Повреждено правое бедро.
      - Посланник сказал вам...
      - Нет, миледи. Мне сказала ваша рука.
      Королева улыбнулась в удивлении:
      - Какая умная рука. Я никогда не знала...
      - Ваше величество, целительство - древняя наука, но и диагностика тоже. Ваше тело может говорить по-разному. - Пальцы Нильса продолжали исследовать руку. - На руках и ступнях есть особые точки, соединенные с жизненно важными органами, с каждой костью и суставом. Здесь - сердце, здесь - желудок, - он наконец отпустил ее. - У вас здоровое тело, миледи, - если не считать недавних повреждений. Если вы позволите отвести вас к моему аптекарю, я надеюсь, что смогу ускорить ваше выздоровление и облегчить боль.
      Этот вежливый человек поразил ее не меньше, чем все окружение. Он был так не похож на надменного виннамирского лекаря Гиркана и его самоуверенного ученика. Джессмин поняла, что ей по-настоящему нравится Нильс Хэлдрик, хотя казалось неблагоразумным довериться кому-либо в Ксенаре с первого взгляда. Она прошла следом за ним через сверкающую арку внутрь дворца.
      9
      Юная служанка провела Розу, Катину и виннамирских принцев в глубь дворца. Тейн немного отстал от других, испытывая благоговейный трепет перед лабиринтом коридоров и холодом пустых огромных палат, которые они пересекали. Пол был выложен огненно-красной плиткой в сочетании со снежной белизной стен. Мягкий рассеянный свет проникал через небольшие проемы в высоком своде потолка. Легкий ветерок гулял по коридорам.
      Тейн обреченно озирался вокруг. Мрачные холодные залы Каслкипа казались теперь такими далекими!
      - А где мама с папой? - спросил он наконец, и его вопрос вернулся к нему гулким эхом.
      Роза, которая вела за руку маленького Робина, остановилась.
      - Твоим родителям сейчас показывают их комнаты.
      - А куда мы идем? - поинтересовался Робин, надув губы. От усталости вокруг его глаз появились темные круги.
      - Мы идем в вашу комнату, - ответила Катина. - Там вы пообедаете и ляжете спать.
      - Я не хочу спать, я хочу к маме! - захныкал маленький принц.
      - Обещаю, что ты ее скоро увидишь. - Роза опять поймала его руку в свою. - Но подожди немного, скоро ты увидишь детскую. Это самое замечательное место во всем дворце.
      Они продолжили путь. Ветерок доносил до них отдаленные голоса, музыку и однажды аромат готовящейся пищи и пряностей. У Тейна заурчало в животе. Пройдя под высокой аркой, они очутились во внутреннем дворе, заставленном огромными деревьями в кадках, низкими скамьями и столиками. Двор окаймляли маленькие деревца, гнущиеся под тяжестью зреющих плодов, а по камням источника струилась прохладная вода. Крышей служила металлическая решетка, открывавшая ясное ксенарское небо.
      Слуга провел их к центру двора, к столу, уставленному блюдами со свежими фруктами и пирожками. Робин не стал ждать приглашения. Освободившись из рук Розы, он вскарабкался на стул у ближайшего стола и принялся набивать рот виноградом.
      - Ваше высочество, стойте, - вскрикнула Катина и попыталась вынуть ягоды изо рта мальчика.
      Резким жестом Роза подозвала служанку. Кланяясь, та приблизилась и пошла вокруг стола, пробуя понемногу от каждого блюда. Мгновение спустя женщина кивнула, на ее бледном лице выразилось удовольствие.
      - Оставьте нас, - приказала ей Катина, затем повернулась к Тейну: Милорд может приступить к трапезе.
      Старший принц уставился на фрукты.
      - А что случилось с пищей?
      - Ничего, ваше высочество, - пробормотала Роза, отрезая кусок сладкой булки для Робина. Она разлила в чашки виноградный сок. - Здесь, в Занкосе, мы должны быть более осторожными. Робин, вымой сначала руки, пожалуйста.
      Мальчики вымыли в источнике руки, вытерев их потом белым пушистым полотенцем. Опасения были не беспочвенны. Тейн, погруженный в свои мысли, мыл руки более тщательно. Еда была превосходной, особенно после черствых походных припасов. Но воспоминание о бескровном лице служанки не давало ему покоя. Яд. Отец говорил с ним об этом, перед тем как они отправились в путь. Но Тейну было непонятно, как это кто-то может добровольно подвергать себя такому риску, повинуясь приказу пробовать пищу, предназначенную для короля. Он также не мог поверить в то, что кто-то совершенно незнакомый хочет нанести вред ему и его семье. Думать об этом было очень неприятно.
      - Это детская? - спросил Робин с набитым ртом.
      - Часть ее, - кивнула Катина.
      - Какая большая! - сказал мальчик. - Она мне нравится.
      Роза понимающе улыбнулась:
      - Милорд посланник скоро подыщет воспитательницу для вас. А до тех пор я останусь с вами.
      Это Робину понравилось, но не слишком.
      - Роза, я хочу красивую няню. Я хочу тебя.
      - А кто же будет прислуживать королеве? - рассмеялась юная Д'Ял. - Не беспокойся, Робин, мы попросим милорда посланника подыскать хорошенькую.
      Тейн скривился. Он не хотел вообще никаких воспитательниц. Он хотел быть вместе с солдатами, чтобы убедиться, что за Соджи хорошо ухаживают. Больше всего на свете он хотел знать, где отец и Дэви. Какое-то время они ели в тишине. Старший принц открыл для себя восхитительный вкус фиников, с начинкой из мускатных орехов и обсыпанных сахарной пудрой. Оказывается, эта страна определенно могла предложить кое-что новенькое.
      Робин заснул, уронив рыжую вихрастую голову на стол. Катина взяла его на руки и понесла к дверям в дальнем конце двора. Роза и Тейн последовали за ними, ополоснув пальцы в воде. Следующий зал был светлым, просторным и гораздо большим, чем дворик. Кафель пола был укрыт толстым пушистым ковром, на кроватях наброшены тонкие покрывала. Шелковые подушки разбросаны в живописном беспорядке. Но Тейн едва обратил на это внимание, так как в другом конце комнаты он заметил множество таинственных предметов.
      - Пойдем посмотрим, - позвала Роза. Кэт уже положила Робина на одну из кроватей и, склонившись над ним, укутывала легким одеялом.
      С трудом выдерживая присутствие Розы, старший принц пересек комнату. Четыре похожие на пони деревянные лошадки образовали круг, прибитые к деревянной подставке железными гвоздями. Платформа была приподнята над полом на три шага. Тейн поднял глаза на Розу.
      - Вот рукоятка, которая приводит в действие пружину внутри механизма, сказала она. - Если ее завести, лошадки скачут по кругу вверх и вниз и играет музыка. Дед короля Роффо привез эту карусель из лагеря Тьюэли. С тех пор многие ксенарские принцы катались на ней.
      - Но я не ксенарский принц, - ответил Тейн, лениво поглаживая деревянный круп. Уздечка и поводья были из настоящей кожи, а седло вырезано из дерева и покрыто золотой краской. Грива и хвост из длинного конского волоса были серебристыми, как у Соджи.
      - Что это? - спросил он, подходя к сложному сооружению из дерева и металла, которое не было похоже ни на что им раньше виденное.
      Роза пожала плечами:
      - Никто точно не может сказать, что это такое. Мы даже не можем вспомнить, как это здесь очутилось, но если ты будешь двигать рычаги и нажимать на кнопки, то сможешь играть любую музыку. К тому же при этом он переливается всеми цветами и выпускает цветные искры.
      - М-м-м, - пробормотал Тейн, но трогать агрегат отказался.
      - А это - козлиные карты.
      Девушка подвела его к четырем удивительным вагончикам, сделанным в форме парусников и оснащенных легкими парусами. В каждом была каюта внизу, в которую мог поместиться маленький ребенок.
      - Эти сундуки наполнены остальными игрушками.
      Широкие деревянные ларцы выстроились вдоль стены. Много, целая дюжина. Невольно Тейн был заинтригован. Какие еще чудеса могут в них находиться? Но он повернулся к ним спиной, чтобы показать Розе свою невозмутимость. Та только улыбнулась в ответ.
      - Милорд, не желаете ли отдохнуть?
      - Я не устал.
      - Не имеет значения, - произнесла Катина, подходя к ним. - Вы должны лечь ненадолго. А попозже, перед ужином, я приготовлю для вас ванну.
      При этой мысли по спине Тейна побежали мурашки, но он вернулся к кровати и растянулся на ней рядом с Робином. Через минуту он уже спал.
      Дэви задумчиво стоял посреди своих владений. Путешествие было слишком коротким, комнаты, отведенные ему, - слишком малы и к тому же расположены совсем рядом с западным входом дворца. Он не имел ни малейшего представления о том, куда мог уехать король. Они были вместе в конюшне, пока Дэви не убедился, что Кристаль и Соджи удобно размещены на ночлег. Размеры дворца Занкос потрясли его. Почти втрое большие, чем размеры Каслкипа. Дворец был переполнен слугами и бравыми гвардейцами, все они были преисполнены сознанием собственной значительности. Дэви стоял у единственного окна в его главной комнате и смотрел на зелень олив, окаймляющих изнутри дворцовую стену, на городские здания, взбирающиеся по склону холма по ту сторону ограды... Что ему действительно было нужно, так это искупаться и отдохнуть. Еще ему хотелось побыть наедине с Сандаал, но она по-прежнему не обращала на него никакого внимания.
      Наконец герцог нашел в себе силы сдвинуться с места. Открыв маленькую дверь слева, он обнаружил таз и низкий деревянный настил с дырой посередине. Из темного проема доносился звук бегущей воды. На краю бассейна в углу он заметил кран. Как только он нажал на кнопку, горячая вода с журчанием хлынула в фарфоровую емкость. Потрясающе... В мгновение ока он сбросил одежду и погрузился в ванну. Только сейчас он понял цену этой роскоши - ванна в любое время, когда пожелает, без полудюжины слуг, наливающих воду ведрами в бак. Дэви с блаженством растворялся в теплой воде, не упуская из виду амулет на груди. Камень оставался холодным и темным, и все, что произошло раньше, казалось волшебным сном. Сможет ли он заставить Камень ответить ему сейчас? При этой мысли его охватило волнующее предчувствие. По воде пошла легкая рябь, покачивающая амулет. На какое-то мгновение, казалось, оно длилось вечность, Дэви обожгло холодом, а затем кинуло в жар. Камень пробудился, распространяя сначала слабое, а затем все усиливающееся голубое свечение. И тотчас же другое присутствие проявило себя.
      - Дитя моей крови, - шептал на ухо Орим.
      - Убирайся прочь, старик! - проворчал Дэви с неудовольствием. - Когда ты будешь нужен, я позову тебя.
      - Какой ты злой! - прошелестел бестелесный голос. Колеблющееся отражение Черного Короля появилось на поверхности воды. - Тебе необходимо еще столько узнать, а ты прогоняешь своего учителя!
      Дэви заскрежетал зубами:
      - Дай мне помыться спокойно! Мне нужно время, чтобы отдохнуть.
      - Опасайся, чтобы у тебя не появилось его слишком много!
      Последовала тишина, во время которой Дэви осмысливал эти зловещие слова.
      - Что ты имеешь в виду?
      - А, это тебя все же интересует? - лицо старого короля исказила гримаса. - Ну, слушай же, Дэвин Дэринсон. Это место грозит опасностью!
      - Ты говоришь мне то, что я уже знаю, - огрызнулся Дэви. - Это Ксенара, Занкос...
      - Слушай! Эта комната предназначена для того, чтобы убить неосторожного.
      Это заставило герцога замолчать.
      - Они решили меня убить?
      - Не тебя, но того, кто был в этой комнате до тебя. Стыдно умирать из-за глупой случайности!
      - Стыдно умирать из-за чего угодно. Где? Где опасность?
      - Этого я не могу сказать.
      - Или не хочешь.
      - Скажи спасибо душе этого человека, которая рассказала мне все. Эта смерть произошла недавно. Его тело нашли на кровати, как будто он умер во сне.
      - Отлично. Тогда я буду спать на полу, - спокойно произнес Дэви.
      - Когда отдохнешь, позови меня. Мы поработаем с "Книгой Камней". Теперь тебе самое время познать Сон Видений.
      Орим растворился в воздухе, и сияние Камня исчезло вместе с ним. Герцог заворочался в ванне, отягощенный размышлениями. Его долг - защищать короля и его семью, но сначала он должен защитить себя самого. Не слишком хорошее начало.
      На полке над его головой лежало душистое мыло и жесткая мочалка, чтобы отскрести двухнедельную грязь с его измученного тела. Там также поблескивало небольшое зеркало и странной формы нож, очевидно, предназначавшийся для бритья. Герцог сильно оброс за время длительного путешествия. Он не был искушен в искусстве бритья, поэтому быстро порезался.
      Вид алой крови на своей щеке поверг его в легкую панику. Глупец! Орим же предупредил его! Тем не менее он схватил незнакомый нож и тут же порезался! Если лезвие отравлено... Но ничего ужасного не произошло, и Дэви расслабился. Завернувшись в белоснежное мохнатое полотенце, он вернулся в большую комнату, чтобы отыскать чистую одежду в одном из сундуков.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21