Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Кертория (№2) - Портал на Керторию

ModernLib.Net / Научная фантастика / Дихнов Александр / Портал на Керторию - Чтение (стр. 23)
Автор: Дихнов Александр
Жанр: Научная фантастика
Серия: Кертория

 

 


Последние же два уровня были и вовсе не заполнены – от парочки флаеров «торнадо», между которыми мы притаились, до стенки, куда Бренн должен был бросить нам спасательный круг, нас отделяло тридцать прекрасно просматривающихся и простреливающихся ярдов. При этом сама протяженность стены составляла ярдов четыреста, но я надеялся, что у моего друга хватит ума открыть портал по центру, напротив нас… Вдобавок ко всему в свободном пространстве дежурили два патруля общей численностью в пять человек, а сверху их прикрывал флаер с прожектором…

– Да, не получается, – с заметной досадой и очень в унисон моим мыслям пожаловалась Карин. Тем не менее, если исходить из того, что смотрела она назад, видимо, подразумевалось нечто иное…

– Вы о чем?

– Я пыталась запутать их, уничтожив парочку патрулей в разных концах стоянки. Но сейчас они уже разобрались, развернулись в цепь и идут в нашем направлении. – Она вновь чуть подумала, а потом кивнула сама себе. – Раз скрываться дальше бесполезно, надо расчистить путь вперед.

Прежде чем я успел как-то отреагировать на показавшееся мне весьма оригинальным замечание, Карин взялась за дело То есть извлекла левой рукой откуда-то еще один бластер, сняла обе пушки с предохранителей, вышла на открытое пространство и принялась стрелять. Я настолько обалдел, что даже высунулся из укрытия, дабы посмотреть на это диво…

Впрочем, выглядело оно довольно буднично – даже перестрелкой не назовешь. Стреляя с двух рук попеременно, Карин шестью-семью выстрелами скосила всех врагов, находившихся на разных концах площадки. Методично, как мишени в тире или тарелочки на стенде… Правда, был еще флаер – он прореагировал быстро и захватил Карин в конус слепящего света. Вслед за этим сверху должны были последовать выстрелы, но она моментально вскинула левую руку и влепила луч прямо в прожектор. А потом спокойно ретировалась ко мне, под прикрытие бронированных корпусов. С флаера все-таки открыли огонь, но попали по бетону.

– Проклятье! – ровно прокомментировала она. – Его мне не сбить – силовое поле бластером не прошибешь.

Карин стояла на фоне освещенного участка, и я вдруг заметил, что черная плотная ткань ее пиджака как-то странно поблескивает вокруг правого плеча. И вверх она почему-то стреляла левой…

– Дьявол! Да вы ранены!

– Царапина. Ерунда! – Она сунула один из бластеров за пояс и принялась копаться во внутреннем кармане…

Ерунда так ерунда. Тем более что за спиной уже слышались отрывистые переговоры агентов, не прибегавших больше к рациям.

– Теперь они бегут сюда со всех ног.

– Безусловно, – подтвердила она, вытаскивая на свет парочку продолговатых предметов. – Но это точно их задержит.

Заинтриговав меня подобным образом, она как-то по-особому надавила на торцы этих самых предметов и с размаху швырнула их по высокой траектории в сторону погони, после чего посоветовала:

– Пригнитесь! А то черт его знает…

Я пригнулся, но все же удивился, когда через пару секунд ярдах в сорока от нас грянула пара мощных взрывов – это оказалось плазменными гранатами. Причем, судя по миниатюрности исполнения, последним писком моды… Между тем поступать так было безумием – примерно таким же, как если кинуть спичку в бак с горючим для двигателей внутреннего сгорания или развести костер в степи в разгар долгосрочной засухи. Потому как при столь резком повышении температуры флаеры со снятыми защитными полями немедленно взрывались, и на такой большой стоянке эффект домино был неизбежен. Зато об агентах противника, в основной своей массе угодивших прямо в эпицентр пекла, действительно можно было больше не беспокоиться…

– Вы спятили, – констатировал я. – Мы сгорим.

– Флаеры не будут рваться мгновенно, – с олимпийским спокойствием возразила Карин под аккомпанемент еще парочки фейерверков. – У нас есть две-три минуты. А вы говорили, надо рассчитывать на пятнадцать. Они только что истекли.

– Я говорил – не меньше пятнадцати минут! Карин секунду молчала, а потом очаровательно улыбнулась:

– Будем считать, я этого не слышала.

Там, где мы стояли, вовсю чувствовался жар, обещавший совсем скоро стать невыносимым, но я постарался не впадать в панику и переключился на философские вопросы… Чересчур часто мне везло, думал я, срабатывали и планы вне зависимости от их качества, и чистые импровизации. Но когда-то это должно было прекратиться, и я сильно подозревал, что такой момент наступил. Не вовремя. Очень печально, но вполне закономерно…

С таким настроением я чуть не прозевал портал. Нет, я отметил его появление, но был слишком занят собственными проводами из жизни… А ведь он даже возник там, где и ожидалось – у дальней стены стоянки, на пару ярдов правее нашего убежища. Когда же до меня наконец дошло, это совпало со взрывом машины, располагавшейся через одну от нас – обломки вовсю свистели вокруг…

– Есть выход! – не своим голосом заорал я и, наплевав на все, высунулся наружу. – Там! На три фута левее осветительной мачты. Бегите и ныряйте в портал! Я за вами!

– Ни за что! – Услышав такой ответ, я уставился на Карин в совершеннейшем опупении, но, к счастью, быстро понял…

Стоит сделать маленькое отступление. Я обычно не заостряю внимания на вещах, для меня естественных, но тут особый случай. На Аркадии использовались разные стили зданий, иногда их комбинировали, но вот отель «Хилтон» был построен строго в соответствии с принципом, повсеместным на моей любимой Новой Калифорнии, – первым этажом считался верхний, стоянка флаеров располагалась на крыше, а за ее трехфутовой высоты ограждением не было ничего, кроме воздуха. Если отвлечься от портала, я фактически предлагал Карин спрыгнуть с небоскреба… Можно, конечно, посетовать на то, что ей следовало больше мне доверять, но уж на споры время отсутствовало совсем.

На самом деле мои дальнейшие действия объективно заслуживают похвалы – они были быстры, решительны и точны. Не особенно церемонясь, я обхватил Карин одной рукой за плечи, затем чуть нагнулся и подсек второй под коленки. Не знаю, осознанно она не сопротивлялась или просто не успела, но через мгновение оказалась у меня на руках, и, покрепче прижав ее к груди, я бросился бежать…

Полагаю, эти тридцать ярдов мне не забыть до самой смерти. И даже не могу сказать, чтобы с нами приключилось нечто эдакое – я просто бежал и добежал. Но сама обстановка вокруг была чрезвычайно интригующей. Вспышки света, лучи бластеров, разрезающие пространство в непосредственной близости, нарастающий грохот взрывов за спиной, проносящиеся мимо раскаленные куски металла и, разумеется, вопрос года: удержит ли Бренн портал открытым, пока мы тут ковыряемся!.. Впрочем, нельзя не отдать должное Карин, она мне лишних проблем не создавала: весила мало, не визжала, не брыкалась. Напротив, она извернулась, переложила бластер в свободную руку и палила из него наверх и назад. И это, невзирая на рану в плече, несомненно доставлявшую ей сильную боль… Словом, я имел возможность укрепить свое мнение по двум позициям, и прежде не вызывавшим больших сомнений. Первое: спецагенты – необычайно закаленные и волевые люди. Второе: я – не поклонник эмансипации.

А затем я еще раз прыгнул рыбкой головой вперед. Поверьте, проделать это с девушкой на руках совсем не легко, но я исхитрился, верно все рассчитал и пролетел на уровне трех-четырех футов аккурат в центр того места, где, по моему ощущению, находилась арка портала. При этом я все-таки сдался и зажмурился…

Ну что ж, портал оказался там где положено, и это была единственная хорошая новость. А вообще я не зря лишил себя зрения – иначе навряд ли мне пришелся бы по душе вид каменной стены, в которую я лечу. Так же я просто почувствовал жесточайший удар по темечку, после которого на время утратил восприятие реальности.

Нет, голова у меня крепкая, можно даже сказать, бывалая – она не раскололась как глиняный горшок (а именно так, полагаю, поступило бы большинство голов моего интеллектуального уровня), и я даже сознания не потерял. Только не соображал ничего вплоть до момента, когда обнаружил, что пошатываясь стою на собственных конечностях, заботливо поддерживаемый под локоть своим старым другом Бренном. Краткий обзор местности восстановил картину происшедшего: этот придурок выбрал в качестве безопасного места какой-то очередной проход между зданиями и догадался открыть портал вдоль проулка. В результате я произвел нападение на одну из стен, по которой теперь змеились зловещие трещины…

Меня, правда, немного утешило наличие Карин, прислонившейся к стене с видом обалдевшим, но вполне живым, и Креона, вокруг нее суетившегося. Да и Гаэль с Уилкинсом наблюдались в поле зрения целые и невредимые… Убедившись, что все в сборе, я вновь сфокусировал взгляд на виноватом лице Бренна, очень явно старавшегося не улыбнуться. После же фразы:

– Ну извини, старик. Я, понимаешь, не подумал… – я не выдержал: от избытка чувств врезал ему по морде и очень жалел, что, как всегда, предусмотрительный майор держится поодаль.

Через некоторое время все устаканилось (выброс эмоций ограничился десятиминутной перепалкой с участием всех действующих лиц). Но вот затем нам напомнили, что радоваться жизни рановато, и сделал это не Уилкинс, подверженный приступам острого пессимизма, а совершенно посторонние люди. Подозреваю, обитатели соседнего дома – их небольшая делегация из трех человек заявила, что мы слишком громко орем и напрасно ломаем стены и что если безобразия не прекратятся, они вызовут охрану.

Отношения мы уладили быстро – при виде энного количества бластеров, которые у нас было принято доставать по малейшему поводу, гонцы в молчании удалились восвояси. Но проблема осталась, и понимали ее все – ни здесь, ни где-либо еще на Аркадии покоя нам не видать. Нас будут искать, не считаясь с расходами и физическими затратами – я нисколько не сомневался, что первым делом противник растиражирует наши портреты через все мыслимые средства массовой информации и не поскупится на вознаграждение тому, кто нас заложит.

Короче, надо было срочно что-то выдумывать, но мой разум, проверив себя на крепость в противоборстве с камнем, ушел на заслуженный отдых. Свежесть мозгов остальных товарищей и соответственно способность выдвинуть стоящую идею тоже казалась сомнительной… Однако после многочисленных наморщиваний лбов и прищуриваний глаз такой человек нашелся. Достаточно логично, что им оказался Креон, потрудившийся в тот день меньше прочих.

Сама же мысль заключалась в следующем: раз в лоне цивилизации нам нигде не скрыться, надо отправиться в дикие края, благо на Аркадии такие наличествовали. Двух типов: пустыня в центре континента и скалы в океане. Пустыня отпадала – туда было сложновато попасть, а вот острова… Креон утверждал, что, болтаясь над морем в последние дни, он неплохо запомнил парочку вполне подходящих объектов и мог бы использовать портал, если мы его научим. Бренн и я идею поддержали сразу; некерторианская часть нашей компании отнеслась к ней менее благосклонно, но главных достоинств – надежности и безопасности – отрицать не могла. Так что Бренн вручил Реналдо перстень, провел краткий инструктаж, и вперед… Промелькнуло, правда, предложение отправиться не на некий безымянный остров, а конкретно – в вотчину Марандо, но автор (им была Гаэль) подвергся коллективной обструкции.

У Креона все получилось, и таким вот образом на ночь глядя мы очутились на малогостеприимном осколке базальта посреди бескрайнего (отсутствие чего-либо на горизонте позволяет употребить данный эпитет) океана Аркадии. Здесь причина скепсиса части наших товарищей сразу же стала выпуклой – и заключалась она не только в очевидном недостатке комфорта. Гаэль, Карин и Уилкинс, чьи находчивость и изворотливость в сложнейших ситуациях были не раз убедительно доказаны, выглядели совершенно растерянными и беспомощными в первобытной обстановке. Отрезанные от флаеров, компьютеров и прочей машинерии, они, казалось, моментально утратили веру в себя, а для каждого из них эта черта характера являлась едва ли не доминирующей… Что ж, я позабавился.

Мы же еще помнили свою жизнь на Кертории, так что смогли хотя бы собрать и разжечь костерок из всякой ерунды, которую море выбрасывает на скалы. С едой решили не заморачиваться – кое-какие морские птицы на утесах гнездились, но перекусить ими никто желания не выразил. И правильно, лучше одну ночь потерпеть, чем схлопотать несварение желудка (особенно это было актуально для меня, в отличие от остальных оприходовавшего полноценный обед). Зато у запасливого Креона нашлась фляжка с выпивкой, которой досталось на брата понемногу, но вкупе с теплом от костра достаточно для того, чтобы согреться и расслабиться.

Ну а после принятия на грудь вечеринка быстро пошла на убыль. Реналдо и Карин ушли вдвоем на дальнюю оконечность острова – видимо, понаблюдать за догорающим закатом, Уилкинс объявил, что будет спать, и решительно взялся за дело, а Гаэль завязала с Бренном вялотекущую беседу. Нет, сперва она попыталась растормошить меня, но, убедившись в безнадежности этого занятия, переключилась на Лагана. Я с завистью подумал, что раз он еще может болтать, то полученная от меня плюха доставляет ему куда меньше неудобств, чем шишка, набитая мной по его милости, а затем наскреб последние душевные силы и бросил их в неравную битву с болью, старавшейся заполонить освободившееся пространство головы… В общем, скажи мне кто, будто в остаток вечера может произойти нечто существенное, я бы ни в какую не поверил. И тем не менее – произошло. Самое смешное, что я еще и выступил инициатором…

А случилось так: слушая вполуха ненавязчивый допрос, в своем стиле устроенный Гаэлью, я вдруг совершенно автоматически заинтересовался одним из его этапов. Касался он всяких керторианских магических штучек-дрючек, их производства, употребления и тому подобного. Мое внимание привлекли не сами вопросы и тем более не уклончивые ответы Бренна, а связь между моим другом и керторианскими драгоценностями. Я точно знал, что такая связь есть, но потратил уйму времени на раскопки ее в руинах своей памяти. Когда же я все-таки осознал ход собственных мыслей, то выждал ближайшую паузу в их разговоре и подал голос (только для того, чтобы труды не пропали втуне):

– Гаэль, а та камея, которую я нашел в твоем доме, она у тебя? – Я честно не помнил, у кого из нас она осталась после сцены у Креона, однако Гаэль энергично кивнула и полезла во внутренний карман. Судя по легкой любознательной улыбке, озарившей ее чело, она четко ухватила мою мысль, но я все же буркнул: – Покажи Бренну.

Достав кусочек кости, Гаэль подмигнула и перебросила Бренну камею над пламенем костра. Он с легкостью поймал ее, кинул мимолетный взгляд, а потом… Эффект намного превзошел мои ожидания. Бренн, сидевший со скрещенными ногами, подскочил в воздух и едва смог приземлиться на вытянутые конечности. Его била крупная дрожь, а выражение лица порождало желание дать совет – пройти пробу у Адриана Форбса на роль главного героя в фильмах ужасов…

В общем, моя фраза:

– Вижу, ты ее узнал, – прозвучала катастрофически слабо.

– Узнал, – замогильным голосом ответствовал Бренн и пару раз шумно втянул целебный морской воздух.

Похоже, и вправду помогает – после паузы мой друг заговорил почти нормально:

– Я выиграл ее как-то у Креона. Он говорил тебе, да?.. – Бренн моргнул и попереводил дикий взгляд с меня на Гаэль и обратно. – Ну, сейчас тебе понравится, Ранье. Вещица-то бесполезная – так, шуточки шутить, – поэтому, когда собирался уходить, я с собой-то ее не взял. Дома оставил. Понимаешь, Ранье, дома! В своем замке на Кертории!..

…Тут можно бы и точку поставить. Но поскольку в этот момент мне раскрылся маленький секрет, мучивший меня более полувека, я не могу не поделиться своим успехом на лингвистическом поприще. Однажды в недрах одного из спортивных залов Рэнда мне довелось услышать некое сочное и даже в чем-то мистическое слово, звучавшее как «пердимонокль». Оно настолько меня заинтриговало, что я обращался за разъяснениями к самым выдающимся знатокам, но те только руками разводили. И вот – свершилось. Понял сам! Безусловно, то, что сейчас сказал Бренн, – это был типичнейший пердимонокль!

Глава 5

Следующий день наша компания встретила в атмосфере редкого единодушия – все как один были невыспавшиеся, злые и расположенные к самым решительным действиям. После оказавшейся неожиданно холодной ночи, с удобством проведенной на голых камнях, в качестве барометра общего настроения вполне могла послужить фраза, которой Уилкинс – всегда такой осторожный и склонный к сомнениям – открыл утреннее заседание (или застояние, если исходить из предпочитаемых всеми нами поз). «Итак, что мы сделаем с Марандо?» – спросил майор и был встречен едва ли не аплодисментами. Да, именно так, не «будем ли…» и «а может…»; заработав насморк и сведенные руки-ноги, народ алкал крови врага и удовлетвориться меньшим был явно не готов.

Из общего ряда, правда, несколько выбивались двое: жена Креона и я. Она по причине более чем уважительной – очевидно, полученная вчера рана была не такой уж пустяковой и без нормального медицинского ухода доставляла ей немалые страдания. Нет, Карин не жаловалась, но даже на фоне остальных выглядела чертовски скверно – в лице ни кровинки, под глазами синие тени, а правая рука вообще не работает. Временами мне казалось даже, что ее бьет сильнейшая лихорадка. И тем не менее повторюсь, на отдых Карин не просилась, и в мыслях не имела.

Что касается меня, тут проблема была совсем другого рода. После вчерашнего сенсационного заявления барона Латана мне стало понятно многое. В отличие от остальных, которых такой поворот поверг в совершеннейшее изумление (или они удачно создавали видимость этого). Убедившись, насколько возможно, что Бренн не врет и ничего не путает, никто даже не предпринял попытки обсудить феномен древнекерторианской камеи, хотя не сомневаюсь – данный предмет на протяжении ночи занимал умы многих (спать в подлинном смысле слова удавалось только железобетонному Уилкинсу, да и то – периодами)… Между тем я был уверен, что построению теории, описывающей ситуацию глобально, ничто уже не мешает, и никакой Марандо со своими секретами для этого на хрен не нужен. Необходимо было всего лишь подумать какое-то время в спокойной обстановке, когда нет постоянного ощущения, будто на твоих ребрах бригада золотоискателей производит обработку руды… И я хотел приступить именно к этому делу, но в то же время не отказался бы и поквитаться с Князем Д'Хур – не могу не признать. В результате я занял двойственную позицию: сам никуда не лез, но и другим мешать не собирался.

Инициативу же захватил в свои надежные руки Уилкинс. Не получив на сакраментальную фразу никакого стоящего ответа (одобрительные возгласы не в счет), он ничуть не стушевался и первым делом приступил к сбору информации. То есть попросил Гаэль и Карин доложить о результатах их вчерашних миссий – за всеми треволнениями накануне это так и не было сделано. Рапорт моей подруги оказался по-военному четким, что майора безусловно порадовало, но очень уж коротким. Как и предписывалось приказом, Гаэль и Креон честно болтались вокруг острова Марандо с полудня и до шести вечера, но никого и ничего не заметили. Все – явная пустышка. Результаты слежки, проводимой нашим кадровым шпионом, были не многим, но все же лучше. Никаких попыток скрыться Князь Д'Хур не предпринял – расставшись со мной в ложе ипподрома, на выходе из здания он был взят под присмотр группой своих телохранителей и препровожден во флаер. Сразу после этого машина поднялась в воздух и кратчайшим курсом отправилась на север, к офису банка «Gates of Paradise». Того самого банка, который, напомню, финансировал аферу Вольфара и услугами которого мы воспользовались для передачи Марандо приглашения на встречу. У банка объект вместе со своей кодлой выгрузился, вошел внутрь, проследовал в закрытую зону служебных помещений и больше оттуда не показывался. Карин с сожалением признала – она не может гарантировать того, что Марандо вовсе не покидал «Gates of Paradise», но в одиночку проконтролировать всю прилегающую к банку территорию было невозможно. Только главный выход – не обессудьте… Разумеется, ее было трудно в чем-либо упрекнуть, хотя майор и попытался, заметив, что стоило последить за флаером, который возил клиента. Но получил на это сдержанное возражение в том духе, что профессионалы в подобных советах не нуждаются – флаер остался припаркованным у офиса. И никуда больше лететь не собирался, потому как являлся собственностью банка, и это было ясно по его бортовым номерам.

После этого майор с минуту подумал и сообщил: поскольку нам надо переходить в атаку, а банк выглядит единственным объектом, сулящим хоть какое-то продвижение вперед, то нападать мы будем на него. Даже несмотря на агрессивное настроение, такое заявление было встречено уже без аплодисментов – Бренн, например, указал, что банки обычно представляют собой превосходно защищенные объекты, и даже если их грабят, то на подготовку операции уходит масса времени. Однако Уилкинс очень самоуверенно возразил: располагая столь прекрасными тактическими возможностями, он уверен в успехе. Нам ведь не нужны хранилища со множеством степеней защиты; нет, нам требуется всего лишь один человек. Конкретно управляющий, которого надо поймать и выпотрошить на предмет информации. При этом у нас есть портал, три керторианца, умеющих с ним работать, и я, бывавший в банковском кабинете управляющего, – следовательно, ничто не мешает нам нанести тому неожиданный визит в течение рабочего дня. Хоть сейчас, поскольку на западном побережье начало десятого, и аккуратные клерки уже заняли свои места. А потом берем банкира за жабры, скоренько его колем и разрабатываем дальнейшую программу, – так вот майор себе это мыслил.

Зная, с какого типа персонажем нам предстоит столкнуться, я сомневался в легком осуществлении допросной части, но это не помешало мне примкнуть к раздавшимся выражениям согласия – слишком уж все было просто и быстро. Начни майор разглагольствовать про хитроумные планы по заманиванию Марандо в ловушку, расположенную где-нибудь в другом времени и пространстве, я бы, пожалуй, попытался спустить дело на тормозах, а так, почему не попробовать?..

Но даже при столь нетипичной для себя поспешности проработкой деталей Уилкинс не пренебрег. Он заставил меня начертить на песке схему кабинета, тщательно ее изучил, указал оптимальную точку для портала, определил порядок, в котором мы пойдем (как настоящий джентльмен, майор решил галантно пропустить вперед дам с пистолетами) – в общем, все как полагается…

Потом Креон вернул мне перстень, я совершил необходимые приготовления, открыл проход, и мы двинулись. И честно говоря, глядя, как они один за другим исчезают в чуть поблескивающей в лучах утреннего солнца арке (а мне выпало идти последним), я почему-то был переполнен дурными предчувствиями, ожиданием какого-то подвоха… Но ошибся, и такое бывает. Шагнув в створ портала и закрыв его за собой, я обнаружил в кабинете довольно забавную, но вполне предсказуемую сцену.

Центральное место в композиции занимал, как и положено, мистер горилла, сидящий на своем месте во главе стола для совещаний. Сидел он, надо признать, абсолютно невозмутимо, дисциплинированно положив руки на стол перед собой. Далее, по обе стороны от него располагались двое подчиненных – на вид совершенно безобидные банковские служащие (что неудивительно – чем бы в действительности ни являлся «Gates of Paradise», кто-то должен был обеспечивать его функционирование по прямому назначению), а по периметру кабинета, держа их всех на мушке, стояли мои друзья. Что же показалось мне забавным? Выражение лица того из клерков, который не сидел ко мне спиной, – оно было… Ну, таким, как если б он дернул Сайта-Клауса за бороду и обнаружил, что она не приклеена.

Окинув нас свежим взглядом, я мог его понять. Представьте: вы приходите утром на работу в родной респектабельный банк, заходите к начальнику на совещание, зачитываете рутинную служебную записку, и тут прямо из воздуха перед вами возникают люди. Женщина, одетая как наемный убийца и словно сошедшая с видеоэкрана, еще одна, выглядящая менее грозно, но почему-то с бластером в каждой руке, угрюмый отставной военный, негр-блондин с голубыми глазами, знаменитый в Галактике банкир, косящий под личность с интеллектом много ниже среднего, и наконец я… Пусть на фоне остальных я смотрелся серовато, но, поверьте, обгоревшие лохмотья дорогого костюма и здоровенная шишка на лбу придавали мне определенную живописность. «Это, должно быть, розыгрыш!» – вот, по-моему, единственная мысль, которая при виде такого паноптикума может возникнуть у человека, не сомневающегося в собственном душевном здоровье…

Но это был не розыгрыш, о чем после полуминутной паузы напомнил всем присутствующим наш несгибаемый майор. Убедившись, что бремя руководства перехватить никто не хочет, он прокашлялся и обратился непосредственно к объекту:

– Послушайте, мистер как-вас-там…

– Мое имя написано на табличке с той стороны двери, – неожиданно остроумно подметил управляющий, но Уилкинс сразу нашелся:

– Надеюсь, на могиле оно будет выглядеть так же хорошо. Итак, у нас мало времени – даже если вы не дернетесь, сюда в любой момент может кто-то войти. Поэтому слушайте внимательно: вчера днем в ваш банк вошел один карлик… – Управляющий не шелохнулся, но вот клерки настолько откровенно выдали испуг, что Уилкинс довольно усмехнулся. – Вижу, все понимают, о ком идет речь.

Прекрасно. Мы хотим зайти к этому господину в гости и нуждаемся в вашей помощи. Предупреждаю сразу: дважды просить не будем. Если вы откажетесь, мы пойдем дальше. Что скажете?

Двое служащих посмотрели на босса, а тот, даже не глянув на Уилкинса, презрительно усмехнулся:

– А идите вы на… – дальше последовало банальное грубое слово.

Не могу поручиться, но, кажется, управляющий решил, будто его внаглую берут на понт. И признаться, я думал то же самое – на какое-либо подобие пыток времени не было, так не убивать же их одного за другим?.. Майор слегка пожал плечами и обратился к клеркам:

– Может быть, господа, вы хотите что-то сказать? Только прежде, чем отказаться, учтите: поскольку мистер управляющий является наиболее ценным источником информации, начнем мы с вас.

Парень, за которым я мог наблюдать, окончательно удостоверился, что происходящее – совсем не анекдот, и просто мелко трясся, а ответил второй, едва слышно пробормотавший:

– Но мы ничего не знаем…

– Очень жаль, – произнесено было настолько искренне, что я внутренне содрогнулся. Я хорошо знал майора и вдруг понял, что он действительно не шутит: если убийство является единственным (или простейшим) способом достижения цели, значит, будем убивать!

Но стрелять Уилкинс не стал – его бластер так и остался наведенным на голову управляющего, а взгляд отправился в обзорную экскурсию по нашим лицам. И хотя я не мог одобрить майора, но понять его было нетрудно: расстрел безоружного и, в общем-то, невинного человека – не самое полезное мероприятие для собственной кармы, так что если кто-нибудь другой относится к этому более наплевательски, то милости прошу!..

Получился любопытный в психологическом отношении момент. Майор не проверял нас по кругу, а двигался в порядке убывания вероятности. Под номером один, по его мнению, значилась Гаэль. Но она отказалась, едва заметно качнув головой, в чем я и не сомневался. Затем – жена Креона. Логично, как мне это виделось, но Карин немой вопрос полностью проигнорировала. Далее следовал сам Креон, – и он лишь пошевелил стволом бластера в знак отрицания… Я подумал было, что теперь-то майору деваться некуда – оставались Бренн и я, и оба мы стояли с пустыми руками (при раздаче пушек на всех не хватило). Судя по тому, как Уилкинс чуть прикусил губу, его посетило сходное предположение, но все же он скосил глаза влево, где в нескольких ярдах от него стоял барон Лаган…

И тут произошло неожиданное. Бренн, не хуже остальных понимавший смысл заминки, но дотоле совершенно безучастный, откровенно перехватил взгляд майора, с секунду смотрел на того в упор (жаль, я не видел с каким выражением), а затем ослепительно улыбнулся и сказал:

– Ну хорошо.

Вслед за словами Бренн очень быстрым и резким движением вскинул левую руку, в воздухе со свистом промелькнула сталь, и сидевший спиной ко мне парень опрокинулся назад вместе со стулом. Упал он практически к моим ногам и, издав слабый хрип, умер. Знакомый мне по вчерашней стычке керторианский кинжал вновь сработал безотказно – с той лишь разницей, что угодил не в сердце, а в горло… Честно говоря, мне стало страшно. Никогда в своей жизни я не боялся Бренна, а тут вот испугался. Представьте, стоит перед вами человек, вроде бы ничем не угрожающий, а через мгновение – вы окончательно и бесповоротно мертвы…

В общем, если бы эпизод был срежиссирован заранее, постановщик заслужил бы овацию. Драматический эффект потряс всех без исключения: и своих, и чужих. Последние, правда, в данный момент меня интересовали больше… У оставшегося клерка нервы сдали – с писком ужаса он вскочил и бросился к дверям, но, не сделав и пары шагов, замер. Автоматизм реакции – очень полезная вещь; Уилкинс, хоть и пораженный развязкой, не растерялся, вышел на перехват и остановил бегство, попросту ткнув ствол бластера товарищу в затылок. Гориллообразный управляющий проявил куда больше самообладания: разок конвульсивно дернулся, но затем вновь образцово-показательно застыл на месте. И все же кое-какая переоценка ценностей в его башке явно происходила…

Теперь уже майор обязан был максимально использовать момент, поэтому его слова не удивили:

– Спрашиваю второй раз. Считать до трех не буду. – Надо отдать должное, голос не дрогнул, и интонация была что надо.

Однако ответом Уилкинсу послужило молчание, и я мысленно попрощался со вторым клерком. Но Бренн решил подать еще одну реплику – весьма нейтральным тоном он проинформировал:

– Предупреждаю заранее, майор: у меня только два кинжала.

Каким бы коротким по замыслу моего друга ни было мгновение, отделявшее эту фразу от следующего убийства, управляющий успел в него вписаться.

– Не надо! – бросил он и продолжил сквозь зубы: – Я покажу вам то, что вы хотите. Все равно вы будете разочарованы!

Никто из нас не счел нужным прокомментировать подобное предположение, и, убедившись в этом, управляющий сообщил:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28