Современная электронная библиотека ModernLib.Net

SAS (№10) - Золото реки Квай

ModernLib.Net / Шпионские детективы / де Вилье Жерар / Золото реки Квай - Чтение (стр. 11)
Автор: де Вилье Жерар
Жанр: Шпионские детективы
Серия: SAS

 

 


— Как тебя зовут? — спросил полковник.

— Ким Ланг.

Китаянка отвечала вялым голосом, почти не двигая губами.

Кимоно распахнулось, и на ее правом бедре Малко увидел синяк с блюдце. Допрос с пристрастием уже начался.

Малко нашел полковника Макассара все таким же вежливым и простодушным. При виде Тепен тот поклонился до пояса. Значит, это был не сон.

— Кто приказал тебе стать любовницей Джима Стэнфорда?

Китаянке этот вопрос задавали, должно быть, в сотый раз. Ким Ланг глухо ответила:

— Никто.

Полковник Макассар спокойно поднял Ким Ланг за волосы и наотмашь ударил ее по лицу. После второго удара голова Ким Ланг врезалась в стену, и с губ китаянки сорвался стон.

— Но послушайте... — промолвил Малко.

Он не переносил, когда били женщину. Даже если она сама покушалась на его жизнь.

— Помолчите, — прошептала Тепен. — Не надо ему мешать.

— Кто приказал тебе стать любовницей Джима Стэнфорда? — повторил Макассар.

— Никто.

На этот раз ее голос слегка дрогнул. Полковник резким движением схватил китаянку за горло и заорал:

— Ах ты, лживая шлюха! Мне все известно. Тебя наняли коммунисты. Но я хочу услышать это от тебя. Так кто, говори!

Он кричал почти в упор, выпятив челюсть. Покачав головой, Ким Ланг сползла вдоль стены вниз.

— С чего вы это взяли? — шепнул Малко на ухо Тепен.

— У нее не нашли ни одной ценной вещи, и она ничего не продавала. Мы уже давно за ней следили. А ведь Джим Стэнфорд дарил ей прекрасные украшения. Куда она их девала? И потом, все четверо китайцев, которые тебя чуть не убили, — коммунисты.

Полковник отошел от Ким Ланг и отдал распоряжение одному из своих подручных. Тот выбежал из комнаты.

— Раздевайся, — по-английски приказал полковник, — и поторапливайся.

Он повторил свое приказание по-тайски. Тут же второй его подручный бросился на Ким Ланг и одной рукой сорвал с нее кимоно. Ким Ланг осталась стоять голой. Все ее тело было в кровоподтеках и синяках. Она скрестила руки ниже живота. На какую-то долю секунды Ким Ланг подняла голову и встретилась взглядом с Малко. Тот непроизвольно опустил глаза: ему было не по себе. Он наклонился к уху Тепен, решив прервать допрос, но Тепен не дала ему и рта раскрыть.

— Полковник Макассар знает, что делает, — сказала она вполголоса. — И не забывайте, что он спас вам жизнь. Если вы не в состоянии этого выносить, уйдите.

В эту минуту возвратился помощник полковника с небольшой корзиной из ивовых прутьев, в которой лежали деревянные щипцами сантиметров тридцать длиной.

— Ты уверена, что не хочешь нам ничего сказать? — еще раз спросил полковник.

Потом он пролаял приказание. Двое тайцев набросились на Ким Ланг и кожаными ремнями привязали ее за руки и ноги к деревянному столу. Глаза Ким Ланг были закрыты, а на груди проступили капельки пота.

Один из тайцев открыл корзину. Полковник сам взял щипцы, покопался ими в корзине и, подобно фокуснику, вытаскивающему из шляпы кролика, выхватил яростно извивающуюся светлую живую ленту.

Змея!

Схваченная двумя деревянными лопатками чуть ниже головы, рептилия в бешенстве выбросила свой язык и натянулась как струна. В длину тело змеи, покрытое светло-желтыми и каштановыми полосами, достигало пятидесяти сантиметров.

— Смотри, шлюха, — грозно проговорил полковник. — Это коралловая змея. Если она тебя укусит, ты сдохнешь за минуту. Ну что, будешь теперь говорить?

У Малко по коже пробежали мурашки. Он уже слышал раньше о коралловых змеях, самых опасных в мире, живущих и на суше, и в теплых реках.

— Я ничего не знаю, — ответила китаянка бесцветным голосом.

От страха у нее отвисла челюсть, сама она вся посерела и однако же продолжала упрямо твердить:

— Я ничего не знаю.

Полковник отступил на шаг и осторожно швырнул змею на распластанное тело. Ким Ланг издала нечеловеческий вопль и начала извиваться. Змея скользнула по ее животу, проползла по бедру, возвратилась назад и соскочила на пол. С невероятным проворством полковник Макассар ухватил ее своими щипцами. На этот раз он подошел еще ближе к столу и почти обмотал ужасную змею вокруг шеи девушки. Змея хвостом хлестнула Ким Ланг по уху, и та сдавленно застонала.

Она широко раскрыла глаза и вся как бы съежилась. Змея заползла на лицо, потом дергаясь опустилась на шею и грудь и вдоль бедра соскочила на землю.

Как только змея оказалась внизу, у Ким Ланг начался нервный припадок. Ее тело ходило ходуном, на губах выступила пена, она беспорядочно выкрикивала что-то по-тайски и по-китайски, в отчаянии натягивая ремни. Искаженное страхом лицо приняло землистый оттенок. Она дышала неровно, прерывисто, судорожно, как при сердечной недостаточности.

Полковник Макассар снова поймал змею щипцами и медленно поднес к столу. Рептилия устала и уже почти не вырывалась. Тогда полковник поступил по-другому. Не выпуская змеи, он положил ее Ким Ланг в ложбинку между грудями. Плоская треугольная голова змеи оказалась в нескольких сантиметрах от губ китаянки. Со своего места Малко мог видеть, как молниеносно ходит туда-сюда раздвоенный змеиный язык. Ким Ланг выпучила свои помутневшие глаза, содрогнулась всем телом и, совсем обезумев от страха, забормотала что-то нечленораздельное.

— Взгляни-ка, — сказал полковник, — теперь змея уж точно тебя укусит. Так тебе и надо, раз ты не желаешь говорить.

Крошечная пасть миллиметр за миллиметром подбиралась к пухлым губам девушки, которые еще недавно целовали Малко.

Ким Ланг не удалось выдавить из себя ни единого звука, но одно слово она как бы выдохнула. Полковник на несколько сантиметров отодвинул змею, чей хвост медленно стегал китаянку по груди.

— Будешь говорить правду? — спросил он.

Китаянка сдавленно ответила, и полковник приподнял змею. Как только липкая живая лента перестала касаться Ким Ланг, она разразилась потоком слов. Тайских и китайских, не понятных для Малко.

Девушка то и дело прерывала рассказ всхлипываниями, словно моля о пощаде.

Полковник задал вопрос, и, так как она немного помедлила с ответом, хвост змеи тут же дотронулся до ее правого бока. Пронзительно завизжав, китаянка еще быстрее начала выкладывать все, что знала. Теперь уже ничто не могло бы ее остановить.

Полковник, притомившись, бросил змею в корзину, которую сразу же закрыли. Продолжая слушать китаянку, он повернулся к Малко с Тепен.

— Откровения этой особы представляют интерес для органов безопасности. Я предпочел бы выслушать ее наедине.

Эти слова явно предназначались Малко. Бросив сострадательный взгляд на китаянку, он в сопровождении Тепен вышел из камеры. Его тошнило.

* * *

Когда они остались вдвоем с Тепен, Малко взорвался:

— Полковник поступает бесчеловечно. Какой смысл бороться с коммунистами, если вы сами используете те же методы? И потом, если бы змея укусила Ким Ланг, вы бы остались с носом. Мертвая, она бы вам уже не пригодилась.

Тепен натянуто улыбнулась и наставительно проговорила:

— У коралловых змей есть одна особенность: у них очень маленький рот. По существу, они могут укусить человека лишь в некоторые, строго определенные, места. Между пальцами, например, или в губу. Иначе крохотной змеиной пасти не за что ухватиться. Ким Ланг не очень-то и рисковала.

Малко потерял дар речи. Он ожидал чего угодно, только не этого. Ловко придумали. Разве что жертва сойдете ума от страха. Вот уж поистине, изобретательность людей желтой расы не знает границ. Рядом с ними палачи из гестапо и НКВД выглядели животными, лишенными воображения.

Спустя полчаса полковник Макассар вернулся к себе в кабинет. Его глазки сверкали от радости. Малко с Тепен деликатно ждали, когда он заговорит. Он слегка пригладил как всегда потную рубашку и уселся в кресло.

— Я узнал все, что хотел, — объявил он. — Эта девушка действительно оказалась очень полезной. Как и вы, милейший, — обратившись к Малко, добавил он.

— Но почему, несмотря на свои подозрения, вы не арестовали ее раньше, — поинтересовался тот, — не дожидаясь, пока она покусится на мою жизнь?

— У Ким Ланг малайский паспорт, а Малайзия — дружественная страна. Без явных доказательств мне было бы трудно обвинить ее в связях с коммунистами, тем более что не представлялось возможным уличить ее в каком-либо конкретном преступлении.

— А теперь? — Малко готов был сквозь землю провалиться. Полковник зажег сигару, потом вытащил из ящика стола бутылку и три стакана.

— Давайте выпьем за наш общий успех, — сказал он.

Малко вежливо обмакнул губы в «Меконге». Вонючем, приторно сладком и терпком. Под стать самому полковнику.

— Это печальная история, — задумчиво начал тот, — которая подтверждает, что даже самые надежные люди не застрахованы от неверного шага. С Ким Ланг все просто. У нее родственники в Китае, в провинции Сычуань. Однажды на нее вышли люди из коммунистической шпионской организации. Ей приказали стать любовницей Джима Стэнфорда, если она не хочет, чтобы у ее семьи или у нее самой были неприятности. Он должен был потерять из-за Ким Ланг голову. Задание было плевое, если учесть разницу в возрасте и красоту девушки. Когда Джим Стэнфорд клюнул, они приступили ко второй части плана. Ким Ланг приказали, чтобы она требовала себе с каждым разом все более дорогие подарки. Чтобы поставить Джима Стэнфорда в безвыходное финансовое положение. Именно по их приказу Ким Ланг два-три раза делала вид, что хочет с ним порвать. Надо было проверить, как прочно ее любовник сидит на крючке.

— Дьявольский план, — вздохнул Малко.

Полковник сочувственно кивнул.

— И он удался. За шесть месяцев Джим Стэнфорд истратил на Ким Ланг больше денег, чем мог себе позволить, и оказался совсем на мели. Тогда «те» вступили с ним в контакт. Китайцы предложили задорого покупать у него шелк. На тридцать процентов дороже обычной стоимости, и это когда со сбытом товара дело обстояло плохо. Джим закрыл на это глаза, так как у него, подталкиваемого разорительными требованиями любовницы, не было иного выхода, хотя он понимал, что это заманчивое предложение таило в себе ловушку. В последний момент он обнаружил, что за шелк он должен был платить оружием. И тут как бы случайно на это оружие объявился покупатель на юге страны, почти в Малайзии. У коммунистов, таким образом, все прошло как по маслу: они смогли без всякого риска снабжать партизан оружием. Джима знали по всей стране. Он без особых хлопот проходил через полицейские кордоны. Притом что все другие каналы, через которые к партизанам поступало оружие, нам удалось перекрыть. На этой стадии, предупредив нас, он еще мог выйти из игры. Но тогда он терял Ким Ланг.

— Но как же вы все-таки на него вышли? — спросил Малко. — Раз он был выше всяких подозрений.

Полковник загадочно улыбнулся.

— Бангкок — город маленький. В конце концов здесь все всегда всплывает наружу. К несчастью для Джима Стэнфорда. И потом, он слишком зачастил на юг.

— Как вы намерены поступить с этими китайцами?

Полковник опять ответил улыбкой.

— Это уже наша забота. Не слишком афишируя свои намерения, мы лишим их возможности причинять нам вред. Или немного подождем. Кто знает!

Малко в задумчивости уставился на свой стакан.

— Как вы думаете, Джим Стэнфорд догадывался, что Ким Ланг его предавала?

Полковник выпустил великолепное кольцо дыма и неторопливо промолвил:

— Не знаю, по-моему, не догадывался. Иначе бы его спасла гордость. Во всяком случае, мне хочется так думать. Я крайне сожалею, что все так получилось.

— Однако вы убили его сестру самым... самым зверским образом, — вставил Малко.

Полковник Макассар бессильно развел руками.

— Мы не должны были этого делать, — признал он. — Эту оплошность мы совершили в порыве гнева. По приказу Джима Стэнфорда убили нашего очень ценного сотрудника. Его всего изуродовали. В тот момент мы думали, что до самого Джима Стэнфорда нам уже не добраться. Мы не могли оставить это убийство безнаказанным.

— Но эта женщина ничего не знала о деятельности своего брата.

Таец взглянул на Малко с некоторым состраданием.

— Вы должны бы знать, милейший, что мы тут не в бирюльки играем. Или ваши коллеги, к примеру, никогда не жертвуют агентом для достижения своих целей?

Крыть Малко было нечем. Он вспомнил, как за ним самим охотились убийцы из его родного ведомства и из аппарата Гелена. Как раз перед тем, как он слишком успешно завершал свою миссию.

— Как вы думаете, Джим Стэнфорд еще в Таиланде? — спросил Малко. — Ведь это страшный риск, хотя он и хорошо знает страну.

Полковник в задумчивости водил пальцем по столу. Потом он поднял глаза на Малко, и в них первый раз за время их разговора мелькнуло что-то человеческое.

— Думаю, он еще в Таиланде, хотя бы просто потому, что любит нашу страну, — сказал полковник. — Он провел здесь двадцать лет жизни. Да и куда ему податься! Впрочем, не знаю. Ким Ланг ничего нам про это не сказала. Думаю, ей и нечего сказать. Когда человеку угрожают коралловой змеей, он все готов выложить.

— Вы будете продолжать искать Стэнфорда?

— Нет. Он больше нам не опасен. И я не хочу рисковать своими людьми. Пусть все останется как есть. Он много сделал для нашей страны во время войны с японцами. И потом, он до самой смерти не забудет, что из-за него убили сестру. Над ним и так уже сгустились тучи. На первых порах его спрячут китайцы, которые поставляли оружие. Те самые, что были с ним в старом доме в Тхонбури. Но далеко он не скроется. Они его тоже бросят. Им теперь с ним опасно связываться. Если вы его найдете, он ваш.

Волнение полковника не было наигранным. Малко поблагодарил его кивком головы. Всегда унизительно оказаться на стороне предателя.

— А эта молодая китаянка? — спросил Малко.

На это полковник ответил коварным смешком.

— Вас так интересует ее судьба? Ну что ж, вы сами увидите. Пытать мы ее больше не собираемся. Ни к чему. Она сказала все, что знала. Вообще-то она всего лишь шестерка.

Малко привели в подвал, где допрашивали Ким Ланг. Она все еще лежала привязанной на деревянном столе. Два ее мучителя сидели у ног китаянки. Полковник распорядился развязать Ким Ланг. Ремни развязали, и она свалилась на пол. Один из ее мучителей вышел, принес одеяло и расстелил его на полу. Он грубо закатал в него голую, без сознания, Ким Ланг и завязал сверток с обеих сторон. Тайцы взяли его под мышки и вышли из камеры.

Тепен, Малко и полковник последовали за ними.

Во дворе стоял грузовичок с брезентовым кузовом. Тело Ким Ланг, как куль, швырнули внутрь, и один из тюремщиков уселся сверху. Другой сел за руль. Полковник вместе с Малко и Тепен занял место в своем «датсуне».

Они проехали по Пленчитр-роуд, свернули направо, на Сойчид-роуд, а потом в лабиринт маленьких улочек у зеленоватого канала. И в конце концов остановились перед довольно невзрачным домом.

На улице было мало народа. Никто не обратил внимания на большой сверток, который два тайца потащили на второй этаж. Вслед за полковником Малко с Тепен поднялись по лестнице. Макассар открыл им другую дверь, и они очутились в темном помещении. Полковник включил свет, и Тепен удивленно вскрикнула: в боковую стену было вделано огромное стекло размером два на три метра.

— Это зеркало без амальгамного покрытия, — ровным голосом пояснил полковник Макассар.

За зеркалом находилась просто обставленная спальня, где двое подручных полковника свалили Ким Ланг на кровать, после чего вышли, затворив за собой дверь.

— Что вы задумали? — спросил заинтригованный Малко.

— Тише, это сюрприз, — сказал полковник. — Простите, но я должен вас на некоторое время покинуть. Никуда не уходите.

Полковник прошел в соседнюю комнату, и Малко услышал, как он говорит по телефону, однако не понял о чем: разговор, разумеется, велся по-тайски.

Малко покорно уселся на не слишком удобную софу. Рядом с Тепен, которая напустила на себя такой же загадочный вид, что и полковник.

За зеркалом без амальгамного покрытия, на кровати, закрыв глаза, неподвижно лежала Ким Ланг. Нельзя было сказать, мертва она, без сознания или просто спит, измученная допросом.

Прошло около получаса, и они услышали шаги на лестнице.

Тепен наклонилась к Малко и зло сказала:

— Сейчас увидишь, что сделают с твоей шлюхой.

Оба они уставились в зеркало. Китаянка так и не шелохнулась.

С лестницы донесся шепот, потом дверь в комнату Ким Ланг резко распахнулась.

В проеме появилась женская фигура. Несмотря на черные очки, Малко тотчас же узнал мадам Стэнфорд, более элегантную и соблазнительную, чем когда-либо, в своем грежевом пальто. В правой руке она держала черную сумочку. Мадам Стэнфорд не торопясь закрыла дверь и сняла очки. Никогда еще Малко не видел, чтобы чье-нибудь лицо дышало такой злобой. Губы и глаза вытянулись в две тонких линии, черты застыли в гримасе ненависти, подбородок трясся.

Мадам Стэнфорд подошла к кровати и схватила Ким Ланг за плечо. Китаянка открыла глаза и издала крик, которого Малко за стеклом не услышал. Он лишь видел, как шевелились ее губы. Она попыталась встать, но мадам Стэнфорд снова толкнула ее на кровать.

Ким Ланг замерла, словно зачарованная. Мадам Стэнфорд наклонилась и изо всех сил влепила ей пощечину, оставив на щеке Ким Ланг отпечаток своей руки. Потом, выпрямившись и беспощадно глядя на свою жертву, она несколько минут поносила ее на чем свет стоит. Губы мадам Стэнфорд шевелились, глаза горели ненавистью. Через стекло до Малко доносился лишь глухой гул.

Мадам Стэнфорд вдруг открыла сумку, вытащила черный пистолет — «беретту» — и не спеша взвела курок.

Сложив руки на груди, Ким Ланг скрючилась на кровати. Страх так сковал ее, что она не в силах была даже закричать. Мадам Стэнфорд выставила вперед руку, как в тире, и выстрелила. Первая пуля попала Ким Ланг в правую ногу. Китаянка вскрикнула и попробовала подняться. Мадам Стэнфорд выстрелила снова.

Малко увидел, как в груди у китаянки появилось кровавое отверстие. Потом другое — над пупком. Китаянка повалилась вперед. Мадам Стэнфорд выстрелила еще дважды в спину — из позвоночника Ким Ланг полетели осколки костей. Страшная судорога прошла по ее телу, и она сползла на пол.

Малко бросился к выходу, но столкнулся с полковником Макассаром, который твердо, хотя и с вежливой улыбкой, ткнул своим револьвером ему в живот.

— Не вмешивайтесь, — прошептал он. — Тут простая ревность. Я сообщил мадам Стэнфорд, где она может найти женщину, погубившую ее мужа. Мадам Стэнфорд поступила так, как и подобает настоящей жене.

В эту самую минуту раздался еще один выстрел, но уже с улицы. Оставив своего собеседника, полковник бросился на лестничную площадку и сбежал по ступенькам вниз. Малко — за ним.

Мадам Стэнфорд стояла около «тойоты», а у ее ног валялся труп мужчины. Она еще держала пистолет, из которого убила Ким Ланг. Полковник подскочил и вырвал оружие из ее рук. Она не сопротивлялась, только с ошалелым видом прислонилась к машине.

— Кто это? — спросил таец, показывая на труп с ужасной раной на виске.

— Мой шофер, — пробормотала мадам Стэнфорд.

Вокруг машины уже толпился народ. Полковник в ярости воскликнул:

— Но почему вы его убили?

— Я была так раздражена, — ответила мадам Стэнфорд, — и у меня оставалась еще одна пуля.

* * *

Полковник Уайт был весь зеленый, под стать своей форме. И в первый раз не из-за дизентерии. Малко пункт за пунктом проинформировал его, чем кончилось дело Стэнфорда. У американца язык отнялся. Он перемежал рассказ Малко горестными стонами, а выслушав все до конца, ударил кулаком по столу:

— В этой проклятой стране все гниет и разлагается. Она испортила даже такого человека, как Стэнфорд. От этой сырости и жары можно свихнуться.

Потом, успокоившись, он добавил:

— Тяжко думать, что наших ребят из спецкорпуса уложили из пулеметов, проданных Джимом Стэнфордом.

— Тяжко, — согласился Малко, — но тут мы ничего не можем поделать. У меня нет причин ставить под сомнение слова тайцев.

Уайт печально покачал головой.

— Им доставило удовольствие пересказывать вам, именно вам, всю эту историю. Я уверен, малышка кое-что скрыла. Непросто было бы ей явиться ко мне и объявить об измене Джима Стэнфорда. Другое дело, если вы сами докопаетесь...

— Может быть, — согласился Малко. — Как бы то ни было, моя миссия окончена. Я улетаю послезавтра утром рейсом Бангкок — Копенгаген — Нью-Йорк. Я больше не хочу искать Джима Стэнфорда.

— Я тоже, — грустно сказал полковник Уайт. — Но если мне о нем сообщат, я буду вынужден что-нибудь предпринять.

— Тяжелый выдался денек, полковник, — заключил Малко.

— Тяжелый, — отозвался американец.

Прощальное рукопожатие теплотой не отличалось. Все портила висевшая над ними тень Джима Стэнфорда.

Глава 14

Перекресток у Саванкалоке-роуд в миле от аэропорта Дон-Муанг, на севере Бангкока, как обычно, запрудила беспорядочная масса самых различных транспортных средств, и все старались выбраться из затора. Сам-ло, грузовики, белые автобусы и даже несколько повозок с буйволами смешались в один запутанный клубок. Полицейский, такой тщедушный, что ему можно было дать лет четырнадцать, с философским видом глядел из-под большого зонта на всю эту кутерьму, посасывая початок карликовой кукурузы. Стояла такая жара, что ему не хотелось лезть разбираться.

Вскоре на рисовом поле, зажатом между Саванкалоке-роуд и единственной железнодорожной колеей, началась какая-то суматоха. Крики, брызги. С ленивым любопытством полицейский бросил взгляд в ту сторону. Два буйвола бодались, топчась в грязной воде; мальчишка, пытаясь разнять, лупил их толстой бамбуковой палкой и оттаскивал друг от друга за хвосты. Одно из животных внезапно успокоилось и затрусило к яме с водой, куда, довольное, и плюхнулось. Но другой буйвол остался стоять на месте, с ревом поводя мордой и тяжело дыша. Вдруг, тряся своими двумя тоннами, он полез через ров на дорогу. Полицейский потянулся к кобуре. В Бангкок он переехал недавно. У себя на севере он часто видел взбесившихся буйволов. Опасные, как стадо слонов, они все сметали на своем пути.

Полицейский быстро взвел курок и закричал, чтобы предупредить людей. Опустив голову и выставив рога, буйвол мчался прямо к затору на перекрестке.

Удар пришелся по небольшой синей «тойоте». Рога пробили тонкую жесть, как лист бумаги, пропоров водителя. Запутавшись рогами, буйвол в бешенстве тряханул машину. Пассажирка с визгом вылетела вон. Буйвол обратил свою ярость на нее, топча и поддевая рогами. Полицейский в ужасе увидел, как рог проткнул шею женщины. Он встал посреди дороги на колено, тщательно прицелился и выстрелил. Пуля попала животному в плечо, рана оказалась неглубокой и лишь еще больше его разозлила. Бросив покореженную «тойоту» и растоптанный труп женщины, буйвол ринулся дальше.

Поднялась паника.

Люди выпрыгивали из машин и разбегались кто куда. С жутким лязгом столкнулись два такси, окончательно перегородив улицу.

Теперь буйвол набросился на оставленные машины, протыкая их рогами и лягая. Одно сам-ло он превратил в кучу железа; владелец, оставшийся без мотоцикла, дающего ему средства к существованию, в отчаянии ломал себе руки. Высунувшись из-за автомобиля, полицейский выпустил еще несколько пуль и два раза угодил в истекавшее кровью животное. Буйвол, однако, попался сильный, как черт. Он лишь остановился и огляделся в поисках новой жертвы. Пустые машины его, очевидно, больше не привлекали. Вдруг взгляд буйвола упал на небольшой грузовик «датсун» с водителем за рулем. Полицейский увидел, как буйвол перешел на мелкую рысь, и заорал шоферу, чтобы тот убегал.

Слишком поздно: буйвол достиг цели, когда водитель только открывал дверцу. Выскочить он не успел. Удар рогов разбил кузов в щепы. Буйвол, стряхнув с головы деревяшки, атаковал шофера, когда тот спрыгивал на землю. Острый рог пробил ему бедро и, оглушенного, отбросил далеко в сторону.

Животное упрямо вернулось к грузовику и набросилось на дверцу. С такой яростью, что застряло рогами в покореженном листе железа. Буйвол затоптался на месте, заревел и тут внезапно успокоился.

Полицейский только этого и ждал. Он обогнул грузовик и, вытянув руки, всунул дуло кольта в ухо буйволу.

Выстрел и мычание смертельно раненного животного слились в один звук. После секундной судороги буйвол рухнул на землю, так и не высвободив застрявшей головы. Полицейский, которого все еще пробирала дрожь, глянул в грузовик, и его глаза полезли на лоб.

От толчка один из ящиков раскрылся, и его содержимое вывалилось на дорогу. Полицейский увидел тщательно завернутые в промасленную бумагу стволы пулеметов. Одиннадцать штук. А таких ящиков было два десятка. Водитель грузовика по-прежнему лежал метрах в десяти от своей машины, и из его раны хлестала кровь. Полицейский подскочил к нему и с помощью ремня наложил пострадавшему жгут.

Люди возвращались к своим машинам, прикидывали, какой потерпели ущерб, кричали, протестовали. Хвосты автомобилей в неописуемом беспорядке тянулись на несколько километров во все четыре стороны.

Раненый открыл глаза и увидел фуражку полицейского. По лицу стража порядка он сразу все понял. Сдерживая стон, он попытался встать, но тут же опять рухнул на землю. Тогда он левой рукой притянул полицейского к себе и прошептал:

— Получишь десять тысяч батов, если будешь держать язык за зубами.

Десять тысяч батов — это двухлетнее жалованье. Полицейский заколебался, но в эту минуту на перекрестке остановилась машина с четырьмя его коллегами.

Десять тысяч батов на пятерых — за такие деньги не стоило мараться. Он выпрямился и громко позвал других полицейских.

* * *

— Мы знаем, где Джим Стэнфорд будет находиться завтра в десять часов, — сказал полковник Макассар. — Хотите заняться этим сами или мы возьмем дело в свои руки?

Малко сидел напротив полковника в его кабинете на улице Пленчитр. На сердце у него скребли кошки. Он проделал такой далекий путь, чтобы участвовать в облаве на своего старого приятеля. Лучше все же не выносить сор из избы. Последовать примеру тайцев. Мадам Стэнфорд арестовали за непреднамеренное убийство из ревности. И условно освободили из-под стражи. Она проведет несколько месяцев в тюрьме или опять-таки отделается условным наказанием.

Ким Ланг покоилась на коммунальном кладбище Бангкока. Никто не востребовал ее тело. Малайцам, очень щепетильным, когда дело касалось подданных их страны, оставалось лишь выразить свое сожаление по поводу преступления на почве ревности.

— Полковник, — сказал Малко. — Я беру Джима Стэнфорда на себя. Вы о нем больше не услышите.

Макассар развалился в кресле.

— Вы нам очень помогли, и я вам признателен. Поэтому я предоставляю вам свободу действий. Все же я прошу вас взять с собой мадемуазель Раджбури. И еще я вас прошу покинуть нашу страну сразу же после того, как будет улажен вопрос с Джимом Стэнфордом. Я даже позволю себе сообщить вам, что самолет скандинавской авиакомпании отправляется послезавтра в десять часов утра пейсом из Бангкока в Копенгаген и Нью-Йорк через Ташкент. Этот рейс самый лучший.

Он заглянул в бумагу на своем столе.

— Из Копенгагена в Нью-Йорк этот же самолет отправится в восемнадцать часов. В Нью-Йорк вы поспеете к ужину. Удивительный прогресс, вы не находите? Кто бы мог подумать, что настанет время, когда из Бангкока в Нью-Йорк, не пересаживаясь из самолета в самолет, можно будет долететь за сутки? Я даже взял на себя смелость забронировать для вас место в первом классе. Этот самолет летает раз в неделю.

Малко поблагодарил полковника за заботу. Прищурив глаза, полковник Макассар с улыбкой глядел на Малко.

— Мы не можем допустить присутствия на нашей земле иностранного агента, — добавил он. — Люди полковника Уайта работают в тесном контакте с нами. А вы сами по себе. До свидания, князь. Надеюсь увидеться здесь с вами уже при иных обстоятельствах.

Он нажал на кнопку, и через несколько секунд в кабинет вошла Тепен.

— Я прошу вас не оставлять нашего друга вплоть до его отъезда, — сказал полковник Макассар.

На этот раз обошлось без «меконга». Малко раскланялся достаточно холодно. Неприятно, когда тебя объявляют персоной нон грата. Вместе с Тепен он вышел из кабинета.

Ее «мерседес» стоял во дворе. Уже залезая в машину, Малко схватился за голову.

— Полковник ведь не сказал, где мне завтра искать Джима Стэнфорда.

— Я знаю, где искать, — сказала Тепен, — и знаю, как мы на него вышли.

Она поведала ему историю с буйволом. Водитель все рассказал, чтобы сохранить себе жизнь. Оружие, найденное в грузовике, составляло лишь малую толику того запаса, который они обнаружили в сарае в Тхонбури. Водитель должен был на следующий день приехать на грузовике к реке Квай на свидание с Джимом Стэнфордом. Оружие принадлежало ему.

Потом, погрузив пулеметы в джонки, их должны были переправить по реке на юг.

У Малко сжалось сердце, когда он подумал о пожилом уже человеке, который, все потеряв, прятался в джунглях, преследуемый своими друзьями.

«Мерседес» пробирался по запруженным машинами улицам.

Тепен, вопреки обыкновению, молчала. Перед зданием «Эр Америка» она вдруг повернулась к Малко:

— Если ты не хочешь послезавтра уезжать, я все устрою. Мой отец — очень влиятельный человек. И даже полковник Макассар не сможет воспротивиться его приказу.

— Зачем мне тут оставаться?

Темные глаза Тепен еще больше потемнели.

— Чтобы жениться на мне.

Мольба в ее взоре мешалась с ненавистью. Малко понял, что ему надо выиграть время. Теперь он уже знал, на что способны таиландские женщины.

— Я не могу ответить вот так сразу, — сказал он. — Сперва мне надо покончить с делом Стэнфорда.

Не отступая, она дотронулась до его руки.

— Оставайся. Мы будем счастливы. Я тебя люблю.

— Но что я буду делать в этой стране? — возразил Малко.

Но Тепен тут же отмела его возражение.

— У меня хватит денег на двоих. Потом ты найдешь чем заняться. Да это и неважно. Я хочу, чтобы прежде всего ты занимался мной. Я говорила о тебе с отцом. Он согласен, чтобы я вышла за тебя замуж. Это, знаешь ли, редкий случай.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12