Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Туз в рукаве

ModernLib.Net / Детективы / Чейз Джеймс Хэдли / Туз в рукаве - Чтение (Ознакомительный отрывок) (Весь текст)
Автор: Чейз Джеймс Хэдли
Жанр: Детективы

 

 


Джеймс Хэдли Чейз

Туз в рукаве

Глава 1

Проходя по вестибюлю отеля «Кенигсхоф» в небрежно накинутой на плечи норковой шубке, Хельга Рольф ловила на себе восхищенные взгляды мужчин. Они с одобрением отмечали ее черный костюм, алую блузку и норковую шапочку. Но простое одобрение не волновало ее — она теперь нуждалась в большем.

Хельга положила ключ на стойку перед портье.

— Я уезжаю завтра в восемь часов утра, — сказала она по-немецки. — Позаботьтесь, чтобы моя машина была заправлена бензином.

— Не беспокойтесь, мадам, все будет сделано. Есть еще какие-нибудь пожелания?

— Нет.

Хельга стала надевать шубку в рукава. Подскочил мальчик-рассыльный и помог ей Она поблагодарила его улыбкой и вышла на улицу.

Было холодно, и небо над Бонном было свинцово-серым. Редкие снежинки падали на мокрый и скользкий тротуар.

Было 11.35. Хельга сегодня долго проспала Вчера вечером после ужина она сразу поднялась в номер и легла в постель. А что еще остается одинокой женщине в чужом городе. Ей пришлось даже принять снотворное. Сон был для нее лекарством от одиночества.

Хельга быстро шла по улице и вскоре добралась до торгового центра. Прогуливаясь вдоль витрин, она ловила на себе завистливые взгляды женщин, относившиеся к ее норковой шубке — подарку мужа. Хельга знала, что норковое пальто — это не бог весть какая редкость, но для нее оно всегда было символом роскоши и элегантности Да и на что другое, кроме подарков, годится ее старый муж.

Она задержалась перед одной витриной, чтобы посмотреть на себя в зеркало Сколько лет ей можно дать при ее сорока трех?

Она критически взглянула на свою стройную фигуру, холеное лицо с нежной кожей и синими глазами, белокурые волосы, выбивающиеся из-под шапочки. Она выглядела на тридцать, особенно сейчас, когда холодный восточный ветер разрумянил ее щеки.

Ее взгляд упал на высокого молодого человека, стоявшего на другой стороне улицы и наблюдавшего за ней. По его бейсбольной шапке, черной кожаной куртке, поношенным джинсам и красной ковбойке Хельга узнала соотечественника.

Молодому человеку, наверное, еще не было и двадцати. Он жевал резинку.

Бонн кишел американцами — студентами, путешественниками по Европе на попутных машинах, солдатами-отпускниками и, конечно, неизбежными туристами.

Хельга достаточно долго прожила в Европе, чтобы в ней выработалась неприязнь к ее путешествующим соотечественникам. Особенно ее раздражала жевательная резинка. Поэтому она резко повернулась и вошла в универмаг. Купив какие-то мелочи, она бесцельно побродила вдоль прилавков и опять вышла на улицу.

Молодой американец с жевательной резинкой стоял, прислонившись к фонарю и засунув руки в карманы. Хельга посмотрела на него внимательней и вдруг почувствовала острое сексуальное желание. Этот молодой человек был воплощением юности, весь его облик дышал властной мужественностью. В чертах его лица было что-то славянское: широкие скулы, большие глаза, короткий сильный нос, но это не портило его.

Бросив мимолетный взгляд на юношу, Хельга прошла мимо. Что это пришло ей в голову? По возрасту юноша годится ей в сыновья. Она разозлилась на себя за вызванный интерес к нему.

Хельга свернула на другую улицу торгового центра и пошла в толпе, не оборачиваясь. Почему она решила, что он последует за ней? Совсем ребенок… Она остановилась около обувного магазина. Готовая обувь ее не интересовала (она носила только сделанную на заказ). Ей просто хотелось взглянуть в зеркало, чтобы выяснить, не идет ли юноша за ней. Он шел и, когда она задержалась у витрины, остановился и прислонился к фонарю.

Хельга почувствовала, как в ней поднялась горячая волна. Она больше не ощущала холода и ветра. Неужели он действительно заинтересовался ею? Она поспешно пошла дальше.

Ей встретилось по дороге кафе, и она вошла в него, повинуясь мгновенному импульсу, стянула перчатки и заказала чашку кофе. Она запретила себе смотреть в окно. Дрожащими пальцами вынула сигарету из пачки и закурила. Так она просидела полчаса, чтобы немного успокоиться. Если юноша будет все еще ждать ее, она с ним заговорит.

В 12.30 она погасила сигарету, расплатилась и вышла на улицу.

Юноша стоял на другой стороне улицы, заложив руки в карманы, и по-прежнему жевал резинку. Хельга хотела подойти к нему, но потом раздумала и резко повернулась. Ее страшили возможные последствия этого шага.

Она направилась к отелю, но, сделав несколько шагов, оглянулась. Юноша следовал за ней. Их взгляды встретились, и он с легкой извиняющейся улыбкой коснулся своей фуражки.

— Что вам нужно? — спросила Хельга. Вблизи от него она так ясно почувствовала исходящую от него притягательную силу, что ее колени ослабли. Его улыбка стала шире.

— Вы выглядите такой доброй, мэм… — У него был приятный голос и четкий выговор. — Вы первая такая американка, которую я встречаю. Скажите, и я уйду.

— Нет, вы мне не докучаете, — Хельга злилась на себя за то, что голос выдавал ее чувство. После паузы она сказала: — Я сейчас собираюсь пойти поесть. Вы не составите мне компанию?

Опять эта широкая мальчишеская улыбка.

— С радостью, мэм, у меня уже два дня ничего не было в желудке.

Хельга почувствовала разочарование. «Соблазнительный парень, — подумала она. — Выбрал одинокую женщину, годящуюся ему по возрасту в матери, и теперь нажимает на — сострадание».

— Пойдемте, — сказала она. — Вдвоем есть веселее.

Повернувшись, она пошла по улице до ближайшего ресторана. Юноша шел позади нее, напевая что-то под нос. Почему бы и нет? Он честно заработал свой обед.

Войдя в стеклянную дверь, Хельга оглянулась. Все столики были на шесть персон и свободных не было, везде сидели люди.

Юноша, казалось, не испытывал никакой неловкости. Он взял ее под локоть и проводил к столику, где сидела немецкая супружеская пара с дочерью за своими сосисками с кислой капустой.

Официант положил им на стол два меню.

Юноша беспомощно поглядел на листок, отпечатанный на машинке.

— Вы знаете немецкий, мэм? — спросил он. — Для меня это китайская грамота.

Официант вернулся. Хельга кивнула ему:

— Фасолевый суп, бифштекс с жареной картошкой, а для меня омлет, — сказала она. — Да, и два пива.

Официант исчез.

— Вы говорите по-немецки, мэм? — В голосе юноши прозвучало восхищение. — Это, конечно, облегчит путешествие. — Он наклонился вперед и положил тяжелые кулаки на стол. — Меня зовут Ларри Стивенс. Я приехал из Небраски.

Наступила пауза. Ларри с восхищением разглядывал Хельгу.

— Вы не считаете более удобным снять вашу шляпу? — спросила она с легкой иронией и пожалела об этом. Покраснев, юноша стащил с головы фуражку и положил ее на стол.

Хельга посмотрела на его светлые коротко остриженные волосы и опять почувствовала желание.

— Простите, мэм, я, конечно, растяпа. Я совсем забыл, что эта чертова штука у меня на голове. Принесли пиво.

— За вас, за меня и за наше знамя, — сказал Ларри, поднимая кружку. Он пил жадными глотками, потом поставил наполовину опустевшую кружку на стол и удовлетворенно вздохнул. — Еще раз большое спасибо. — Он снова улыбнулся своей теплой мальчишеской улыбкой. — А я уже совсем было подумал, что прочно сел в лужу.

Принесли еду. Ковыряя свой омлет, Хельга наблюдала как Ларри уплетает суп и бифштекс с картофелем. Он ел с сосредоточенностью по-настоящему голодного человека. Время от времени он с набитым ртом посматривал на нее и улыбался. Эта улыбка была необычайно привлекательна.

Сидевшие за их столом немцы расплатились и ушли. Ларри положил вилку.

— Благодарю, мэм.

Заметив сожаление, с которым он смотрел на пустую тарелку, Хельга подозвала официанта.

— Было очень вкусно, — сказала она. — Пожалуйста, еще одну порцию бифштекса с картофелем.

Официант с понимающей улыбкой взглянул на Ларри, взял пустую тарелку и ушел на кухню.

— Что вы ему сказали, мэм? — с любопытством спросил Ларри.

— Попросила принести еще мяса, — ответила Хельга. Он рассмеялся своим мальчишеским смехом.

— Вот это здорово! — Он подался вперед и взглянул ей прямо в глаза. — Поверьте мне, мэм, я сумею оценить вашу доброту. — Он покивал своей белокурой головой. — Вот странно. Когда дела обстоят особенно плохо и кажется, что выхода нет, вдруг через тучи блеснет голубое небо. Рон говорил мне об этом, но я ему не верил. Теперь я знаю, что люди мне всегда помогут. — Он откинулся на спинку стула. — Может быть, и я вам тоже смогу помочь. Я с радостью сделал бы это.

Перед Ларри поставили тарелку со второй порцией бифштекса и картофеля.

— Прошу прощения, мэм, но это выглядит очень соблазнительно.

Он занялся едой, а Хельга закурила сигарету и погрузилась в свои мысли. О какой помощи он говорил? Сравнительно легко помочь человеку, если он нуждается в деньгах, но такая помощь ей была не нужна. Она нуждалась в человеке, который скрасил бы ее одиночество, но захочет ли Ларри помочь ей в этом?

Она отогнала от себя эти мысли и стала наблюдать за тем, как Ларри очищает тарелку. Наконец, он отложил нож и вилку.

— Давно не ел ничего более вкусного. Большое, большое спасибо, мэм.

Хельга заказала подошедшему официанту кофе и яблочный пирог со сливками.

Когда он отошел от стола, она спросила Ларри:

— Что вы делаете в Бонне?

— Вот это хороший вопрос. — Он рассмеялся. — Я и сам не знаю. В этом городе я оказался проездом, — сказал он, покачиваясь на стуле. — Мне пришла в голову идея повидать Европу, прежде чем я «осяду дома», как выражается мой старик. Вот я и приехал. Добрался до Копенгагена, оттуда приехал в Гамбург и, наконец, в Бонн. Деньги у меня пропали, и мне теперь придется искать работу. — Улыбнувшись, он пожал плечами, Принесли десерт. Пока Ларри уничтожал яблочный пирог, Хельга сделала несколько глотков кофе.

— Как же вы предполагаете поступить на работу, не зная языка?

— Иногда все можно понять без слов. Хельга взглянула на часы. Через 30 минут ей предстояла встреча с адвокатом ее мужа.

— Вы не хотите сопровождать меня в Швейцарию? — спросила она и почувствовала, как ее сердце забилось чаще.

— В Швейцарию? Почему бы нет? Мне все равно куда ехать.

— Вы умеете водить машину?

— Конечно.

Хельга открыла сумочку и вынула три банкноты по сто марок.

— Я остановилась в «Кенигсхофе». Завтра утром я уезжаю в Швейцарию. Мне нужен второй водитель. Хотите поехать? Юноша, не раздумывая, кивнул.

— Конечно, мэм.

Хельга встала, положила деньги под чашку и потянулась к шубе.

— Тогда я буду вас ждать. — Она сама надела шубу, в то время как юноша изумленно смотрел на нее. — Заплатите по счету, — улыбнувшись, она ушла. — До завтра, Ларри.

Она испуганно вскочила утром, боясь, что проспала. Но будильник на ее ночном столике показывал только 6.50. Успокоившись, она опять уткнулась в подушку.

Она уложила с вечера свои два чемодана и они были уже в машине. Так что у нее оставалось время, чтобы понежиться в постели и спокойно позавтракать перед путешествием.

Ее мысли обратились к Ларри: она вспомнила, как он сидел напротив нее в ресторане, улыбаясь своей мальчишеской улыбкой. Она подумала о том, как он должен быть хорош в постели, и от одной этой мысли по ее телу прошла горячая волна желания.

Она решительно встала и подбежала к окну. Внизу спокойно струился Рейн. Мимо проплыл паром с рабочими, его огни отражались в серой, холодной воде. Шел снег, и шпили церквей, и крыши домов были покрыты белыми шапками.

Предстояла долгая и утомительная поездка, причем без спутника, как уверяла себя Хельга. Молодой человек, конечно, взял деньги и отправился дальше в свое путешествие до тех пор, пока он опять не опустошит свои карманы и не подцепит еще одну богатую добросердечную американку.

Нахмурившись, Хельга вошла в ванную.

Через три четверти часа она вызвала официанта и попросила принести ей завтрак. К этому времени она была уже полностью одета и ей оставалось только подкраситься.

Без трех минут восемь она погасила сигарету, надела шубку и бросила испытующий взгляд в зеркало.

Выйдя из лифта, она быстро оглядела вестибюль. У нее еще оставалась надежда, что Ларри придет.

Но в вестибюле не было никого, кроме рассыльных и нескольких дельцов. Хельга расплатилась за номер и дала портье чаевые.

— Ваш багаж в машине, мадам, — сказал он. — Она заправлена бензином и готова к путешествию.

Хельга села за руль черного «мерседеса», купленное в Гамбурге. Ларри Стивенса нигде не было. Отправляясь в дорогу, Хельга взглянула на часы. Было 8.10.

Она включила мотор и нажала на педаль газа, но вместо обычного чувства умиротворения, охватывающего ее в роскошной дорогой машине, она чувствовала уныние при мысли об одинокой дороге.

Все правильно, с горечью подумала она. Юноша поел, взял деньги и теперь продолжает свое путешествие. Может быть, он когда-нибудь и вспомнит о даме, которая так легко поддалась его чарам…

На перекрестке она остановилась, чтобы пропустить машины, и вдруг услышала легкий стук в окно. Она повернулась.

Около машины стоял Ларри, запорошенный снегом, с посиневшим от холода лицом, но с той же теплой мальчишеской улыбкой. Хельга почувствовала, как будто у нее с плеч свалилось несколько лет. Она была счастлива. Она указала ему на другую дверцу. Ларри открыл ее и сел рядом с ней.

— Доброе утро, мэм. — В его голосе также звучала радость.

— Вы давно ждете? Почему же вы не подошли к отелю? Вы, должно быть, совсем окоченели?

Хельга была рада, что ее голос не выдает ее чувств. — Ах, это не важно. Мне не хотелось подходить к отелю, чтобы меня заметили. — Он улыбнулся. — Шикарная штучка эта машина. Ваша собственная?

— Да. — Хельга затормозила перед красным светом. — Где же ваши вещи, Ларри?

— Улетучились вместе с деньгами.

— Как? Неужели у вас нет ничего кроме того, что надето на вас?

— Да. Я повел себя как идиот, хотя Рон меня и предупреждал. Он говорил, что такие вещи случаются сплошь и рядом, но я ему не поверил. Та девушка показалась мне такой порядочной…

Он опять улыбнулся.

— Так что, она украла и ваши вещи?

— Не она, а ее дружок. Да, я совсем забыл, мэм. Вчера вы оставили на столике 300 марок, чтобы я мог заплатить по счету. Я это сделал. Вот остальные.

Он вынул из кармана пригоршню денег. — Оставьте их себе.

— Нет, — резко ответил он.

Искоса взглянув на него, Хельга заметила, что он шокирован.

— Я позволил себе поехать с вами, но денег я не возьму. Хельга нашла выход.

— Возьмите их и будете расплачиваться за бензин.

— Это другое дело.

Машина приблизилась к выезду на широкую магистраль. Дворники на ветровом стекле «мерседеса» постоянно работали, очищая снег. Вероятно, на шоссе их ждала гололедица. Пристраиваясь к движению, Хельга подумала, что нужно ехать очень осторожно.

— Да Базеля довольно далеко, — сказала она.

— Вы торопитесь, мэм?

— Нет.

— Я тоже. В моем распоряжении сколько угодно времени. — Ларри рассмеялся.

Нет, теперь, когда она сидела рядом с ним, она больше не торопилась. Собственно говоря, она собиралась в два часа дня быть в Базеле в отеле «Адлон», но теперь это казалось неважным. Кроме того, ей нельзя появляться в «Адлоне» с Ларри, особенно при отсутствии у него какого бы то ни было багажа. Лучше всего остановиться в каком-нибудь отеле попроще.

— Где же вы ночевали? — спросила она.

— Я снял комнату, взяв немного из ваших денег. Но я непременно верну вам долг. Девушка? Хельга почувствовала легкий укол ревности.

— Не беспокойтесь, у меня достаточно денег. — Подумав, Хельга сказала: — Деньги необходимы, но они не делают человека счастливым.

Ларри сдвинул фуражку назад, потом снова натянул на лоб.

— То же самое всегда говорит мой старик.

Хельга подумала, что ее слова прозвучали немного фальшиво.

— Богачам всегда не хватает счастья, — проворчал Ларри.

— Да, это верно. Если денег слишком много, они теряют свою ценность.

— Это я тоже не раз слышал. Рон говорит, что у одних людей слишком много денег, a v других — большинства — слишком мало.

«Очень мудрое замечание», — подумала Хельга, но вслух сказала:

— Вы часто упоминаете имя Рон. Кто это?

— Это мой друг. Самый классный парень, с которым я когда-либо встречался. Он очень умен. — Ларри покачал головой, как будто сам с трудом верил в это. — Можешь задавать ему любой вопрос, и у него есть ответ. Если у вас какая-то проблема, он найдет выход. Он по-настоящему классный парень.

— Да, поразительно. — Хельга постаралась, чтобы в ее голосе прозвучало воодушевление. — Где же вы с ним познакомились?

— Да так, в одном месте.

По тону Ларри Хельга поняла, что дальше лучше не расспрашивать.

— И почему же вы не путешествуете вдвоем? Рассмеявшись, Ларри хлопнул себя по ноге.

— Да потому, что он в данный момент сидит в тюрьме.

— В тюрьме? Что же он такое натворил?

— Ничего страшного. Он организовал в Гамбурге марш протеста, и за это его посадили.

Хельга не знала, как прореагировать на это и только сказала:

— И как долго он просидит в тюрьме?

— Не знаю. Может быть, неделю.

— И потом вы опять объединитесь?

— Конечно. У меня есть его адрес, и я пошлю ему открытку. — Ларри кивнул, как будто посылка открытки разрешила все проблемы. — Тогда мы опять встретимся. Рон — классный парень.

Все это звучало так неопределенно, что Хельга решила сменить тему.

— Как же вы собираетесь путешествовать дальше без вещей и без денег?

— Не беспокойтесь об этом, мэм. Мне не впервой. Найду какую-нибудь работу. — Он рассмеялся. — Но это очень мило с вашей стороны, что вы заботитесь обо мне. Я могу подработать в каком-нибудь отеле или гараже. Мне немного нужно.

Впереди показалась стоянка, и Хельга сбросила скорость.

— Вы хотите сесть за руль?

— Охотно.

Хельга остановила машину. Ларри обошел ее и сел на место водителя, а Хельга передвинулась на соседнее место.

Когда они двинулись дальше, Хельга заметила, что ее спутник — прекрасный шофер. На спидометре вскоре стрелка стояла против цифры 170 километров и машина неслась как стрела.

— С такой скоростью мы через 4 часа будем в Базеле, — заметила Хельга.

— Я слишком быстро веду?

— Нет, скорость меня вполне устраивает. Вы отличный водитель.

— Благодарю, мэм.

Его слегка нахмуренный лоб подсказывал Хельге, что ему не нравится, когда его отрывают разговорами от езды. Ему хотелось сосредоточиться на этом процессе, отдаться радости стремительного движения, радости обладания такой прекрасной машиной. Хельга поглубже ушла в свое сидение, убаюканная ровным гудением мотора и плавным покачиванием, и погрузилась в свои мысли.

Хельга была единственной дочерью известного юриста и воспитывалась в Европе. Она выучилась на секретаршу и один год занималась на юридическом факультете. Ее отец сотрудничал в лозанской фирме, специализировавшейся на налоговых делах. Когда Хельге исполнилось двадцать четыре года, он взял ее в фирму в качестве своей личной помощницы. Вскоре Хельга сделалась незаменимой помощницей. Когда шесть лет спустя ее отец скончался от инфаркта, она стала личной секретаршей младшего компаньона фирмы, Джека Арчера.

Арчер нравился ей. Он был красив, динамичен и необычайно сексуален. А секс занимал важное место в жизни Хельги. Она нуждалась в мужчинах, у нее было столько любовников, что она потеряла им счет. В ответ на предложение Арчера работать с ним, она только кивнула, но стоило двери его кабинета закрыться за ними, как она отдалась Арчеру прямо на полу — «для скорости».

Однажды Арчер приказал Хельге встретиться с их новым клиентом Германом Рольфом. Это был высокий худой старик с довольно бесцеремонными манерами. Он занимался электроникой, которая сделала его одним из богатейших людей в мире.

В течение многих лет он законно и незаконно переводил огромные суммы на свой текущий счет в швейцарские банки. Когда ему понадобился свой человек, который управлял бы его финансами, он остановил свой выбор на Арчере.

Управление финансами Рольфа было необычайно важно для любой юридической фирмы, и Арчер очень дорожил этим клиентом.

Раз в четыре месяца Герман Рольф прилетал в Женеву, чтобы посоветоваться по поводу очередных капиталовложений. Накануне одной из таких встреч Арчер сломал ногу, катаясь на лыжах, и попросил Хельгу поехать вместо него на встречу с Рольфом.

Хельга много слышала о Германе Рольфе как о человеке и дельце, но не знала, что он был калекой. Поэтому для нее было неожиданным увидеть его на костылях.

Они провели три часа в роскошном номере Рольфа в отеле и говорили только о делах. В это время Хельге было тридцать шесть лет и она была удивительно хороша. Кроме того, она была опытна и прекрасно разбиралась в мужчинах. Поэтому она не могла не понять, какое впечатление она произвела на Рольфа. Ей стало ясно, что Арчер возлагает особые надежды на их встречу. Позже Арчер ей сказал:

— Ты совсем очаровала старика Он хочет увидеться с тобой Месяц спустя Рольф появился в лозанской конторе фирмы (чего он раньше никогда не делал) Он подошел к столу Хельги и пожал ей руку.

— Ваши советы были отличными, — сказал он — Позвольте преподнести вам это в знак моей признательности.

Он положил на стол пакетик, в котором были платиновые часы с бриллиантами.

Когда он ушел, Арчер вызвал Хельгу в кабинет.

— Старик хочет, чтобы ты стала его секретаршей. Ты должна решить. — Он с улыбкой смотрел на Хельгу. — Если ты правильно поведешь дело, то сможешь стать его женой. Он одинок и нуждается в человеке, который вел бы его дом. Его жена должна иметь голову на плечах и красивую внешность. Все это у тебя есть. Если хочешь, я пущу машину в ход.

Хельге понадобилось несколько секунд, чтобы уяснить смысл его слов. Потом она уже не раздумывала.

— Ты думаешь, что сможешь это устроить?

— Держу пари, что смогу, — Арчер был возбужден.» — Но ты понимаешь, дорогая, что после того, как ты станешь его женой, мы не сможем работать вместе… Так мне браться за это дело?

Жена одного из богатейших людей мира! В ее возрасте трудно противиться такому соблазну.

— Ну что же, посмотрим, что ты сможешь сделать.

И Арчер сделал, что смог. Три месяца спустя она получила от Рольфа письмо, в котором он просил ее приехать в Монтре в «Палас отель» и поужинать с ним.

— Дело сделано, — сказал Арчер. — Запри дверь, дорогая, и стягивай трусики. Я заработал свое вознаграждение.

Рольф был в разговоре с Хельгой краток и деловит. Он дал ей понять, что ему нужна жена. У него есть собственность в Европе и дом во Флориде, за которым должен кто-нибудь приглядывать. Он рад, что встретился с ней, и считает ее идеальной кандидатурой ему в жены. Согласна ли она выйти за него замуж?

Хельга поняла, что раздумьям и сомнениям здесь не место. Она взглянула Рольфу прямо в глаза.

— Да, и я надеюсь, что смогу дать вам столько же, сколько вы мне.

Долгую минуту он испытующе смотрел на Хельгу. Под этим пронизывающим взглядом она занервничала и почувствовала, что надвигается что-то серьезное.

— Прежде чем мы заключим окончательный договор, мне хотелось бы задать вам один интимный вопрос, — спокойно сказал он — Насколько важным для вас является секс?

Хельга была достаточно умна, чтобы предвидеть этот вопрос и приготовилась к нему.

— Почему вас это интересует?

— Я калека, — сказал Рольф, — и я спрашиваю вас, готовы ли вы ради того, чтобы стать моей женой, отказаться от нормальной любовной жизни. Если мы поженимся, вы не сможете иметь никаких других мужчин, я не потерплю никакого намека на скандал. Если произойдет что-либо подобное, Хельга, я тотчас же разведусь с вами и не оставлю вам ни цента. Прошу вас помнить об этом. Если вы примете это условие, во всем остальном я создам вам полную жизнь. Как я сам выяснил, в жизни есть достаточно радостей, которые могут заменить любовь. Если вы согласитесь на мое условие, мы поженимся сразу же, как будут выполнены все формальности.

— Мне тридцать шесть лет, — ответила Хельга, — и я уже испытала в жизни достаточно любовных увлечений, чтобы принять ваше условие.

В этот момент она говорила совершенно искренне.

Конечно, все получилось иначе. Первый год прошел еще сносно. Роскошный дом во Флориде, новые знакомства, положение жены одного из богатейших людей в мире — все это помогало Хельге забыть сексуальные желания. Но позже все изменилось, особенно после того, как она вступила в женскую лигу, где женщины только тем и занимались, что обсуждали своих мужей и украдкой хвастались любовниками.

Тогда воздержание начало мучить Хельгу.

Во время одной деловой поездки в Милан (по поручению мужа) произошло первое падение Хельги. В одном маленьком ресторанчике за городом ее обслуживал молодой официант, казалось, угадавший ее скрытые желания. Она вышла в довольно примитивный туалет, он последовал за ней и там овладел ею стоя и прижав ее к не слишком чистой стенке.

Это было ужасно, и даже теперь, четыре года спустя, Хельга вся содрогалась при воспоминании об этом.

Но это было только начало ряда авантюр с посторонними мужчинами, поскольку желание Хельги росло. При этом она была, насколько возможно, осторожной и ничего не устраивала во Флориде, их постоянном месте жительства. Теперь, выехав в Европу по поручению мужа для переговоров с Арчером, она снова искала мужского общества.

В то же время она собиралась как можно лучше выполнить поручения Рольфа. Его состояние росло, и одновременно увеличивались вклады в швейцарские банки.

Теперь здесь на его счету было двадцать миллионов долларов. — Деньги должны находиться в обращении, Хельга, — сказал ей муж перед отъездом. — Швейцарскими делами вполне можете заниматься вы одни — ты и Арчер. Мне достаточно будет прочесть полугодовой отчет о ваших предприятиях. И не забывай, что это и твои деньги, Хельга.

Деловые советы Арчера в отношении помещения капитала были удачны, и Рольф был доволен. Швейцарское состояние росло. Муж доверял Хельге. Он был старше ее на тридцать лет, так что все состояние должно было после его смерти отойти к ней. У Рольфа была еще дочь от первого брака, но он не слишком заботился о ней. Кажется, она жила среди «хиппи», и отец вычеркнул ее из своей жизни.

— Если ты меня обманешь, Хельга, нам придется расстаться, — говорил Рольф.

И она знала, что он выполнил бы свое обещание, если бы узнал, что она изменяет ему. Но Хельга не могла противиться своему желанию, оно было сильней ее.

Неожиданно она почувствовала потребность рассказать о себе юноше, сидевшему рядом с ней. Может быть, ему будет интересно…

— Вы думаете, что раз я имею деньги и эту машину, то у меня нет никаких проблем?

Ларри дернулся от неожиданности. Хельга с горечью подумала о том, что он был занят своими мыслями и совершенно забыл о ней.

Потом он кивнул.

— Рон говорит, что у каждого человека свои проблемы. «Боже, до чего же мне надоел этот Рон», — подумала Хельга. Вслух она сказала:

— Например, для меня проблемой является мой брак. Не глядя на Хельгу, он обогнал «фиат», затем сказал:

— Вот как?

Его голос звучал вежливо, но совершенно равнодушно.

— Мой муж калека.

— Это очень печально, мэм. — Опять без всякого интереса сказал он.

— Поэтому моя жизнь очень одинока.

— Понимаю, — Ларри обогнал сразу три машины с такой скоростью, что у Хельги захватило дух. — Но при вашей внешности вы не можете долго быть одинокой.

Хельга рассмеялась.

— Теперь я не одинока.

— Да. — Ларри кивнув с нахмуренным лбом. — Но от меня вам не так уж много проку, вы достойны лучшего общества. Кроме того, я не такой уж хороший собеседник.

— Я не взяла бы вас с собой в дорогу, если бы вы мне не понравились. — Она замолчала и постаралась выбросить из своего голоса нетерпеливые нотки. — Надеюсь, что я вам тоже нравлюсь.

— Ясное дело. Почему бы нет?

Если бы он только был не таким юным, имел больше жизненного опыта и умел понять женщину! Пусть даже жизнь слегка потрепала бы его. Но он был таким блестящим и неуязвимым в броне юности, красоты и мужественности. Ладно, не стоит желать слишком многого, сказала себе Хельга, надо быть благодарной судьбе и за этот нечаянный подарок.

Она начала расспрашивать его о прошлом, о семье и узнала, что его родители живут на ферме. Когда он вернется из Европы, он будет работать на ней вместе с отцом.

— И вас устраивает это, Ларри? Он пожал плечами.

— Нужно же что-то делать.

— Потом вы женитесь, да?

— Конечно. На ферме нужна женщина.

— У вас уже есть на примете девушка?

— Определенной нет.

— Значит, девушка вообще? Он почувствовал себя неловко.

— Ну, да…

Хельга с удовольствием продолжила бы разговор на эту тему, но боялась, что ему будет неприятно. Она перевела разговор на то, чем он интересуется.

Нет, читает он немного. Комиксы, на большее его не хватает. Классической музыкой он не увлекается, только «поп», конечно. Политика его не интересует. В кино, конечно, ходит. И на секс-фильмы, но предпочитает картины с хорошими драками.

Между их вкусами лежала большая пропасть.

Неожиданно они увидели щит с надписью, предупреждающей, что до Базеля осталось 36 километров . — Базель — это ведь в Швейцарии? — спросил Ларри.

— Да.

— Нам придется пересекать границу? Так ведь?

— Конечно.

Не говоря ни слова, он огляделся и сбавил скорость.

— В чем дело, Ларри?

— Сейчас мы остановимся.

Через несколько километров им попалась стоянка, и Ларри вырулил на нее. Выключив мотор, он повернулся и взглянул Хельге прямо в глаза.

— Недавно вы рассказывали мне о своих проблемах, мэм. Теперь очередь за мной. Помните, я говорил вам, что у меня украли деньги и вещи! Так вот, мой паспорт тоже пропал при этом.

Хельга озадаченно смотрела на него.

— У вас нет паспорта?

— Да.

— Вы заявили об этом в полицию?

— Нет. Я рассказал вам, что участвовал в марше протеста. Полиция ищет участников. Мне не хотелось наводить ее на мой след.

Хельга стала размышлять. Немецкая полиция пропустит ее без проверки, но на швейцарской границе потребуется предъявить паспорт. Как прореагируют власти на заявление Ларри об утрате паспорта? К тому же ее имя будет втянуто в эту историю. Конечно, она может заявить, что подсадила юношу на дороге, но это ему не поможет. В любом случае им придется расстаться, а этого ей не хотелось.

— Почему же вы мне раньше не сказали об этом, Ларри? Я могла бы уладить это дело в американском посольстве в Бонне. Он покачал головой.

— Это не так просто. Но я знаю один выход. Что у вас лежит в багажнике?

— Мои чемоданы, а что?

— Вы хотите, чтобы я сопровождал вас в Швейцарию? — спросил Ларри. — Я могу оказаться вам полезным. Но, может быть, вы не хотите брать меня с собой?

— Я ничего не понимаю.

— Послушайте, мэм. Если я переберусь через границу, я смогу достать себе паспорт. Рон мне дал один адрес. Но если это для вас слишком рискованно, то скажите, и я исчезну. Я думаю, только… Вы были со мной так добры, что я с удовольствием бы еще остался с вами.

Взгляд его карих глаз как будто гладил ее по лицу.

Хельга прижала руку ко лбу.

— Как вы хотите это устроить?

— Я спрячусь в багажник. Рон говорил, что американские машины не обыскивают, и так я проеду.

Хельга вспомнила те случаи, когда ей приходилось переезжать через границу. В багажник ее машины никогда не заглядывали.

— А если вас найдут? Юноша усмехнулся.

— Да, тогда у меня будут серьезные неприятности. Но вас они не коснутся, я просто скажу, что спрятался в вашем багажнике без вашего ведома на стоянке.

— Но тогда вас посадят в тюрьму!

— Надеюсь, что меня не найдут. Так хотите вы мне помочь или нет?

«Что же, у меня нет другого выхода, — подумала Хельга. — Если я откажу, Ларри навсегда исчезнет из моей жизни.» Чем она рискует? В конце концов она может заявить, что ни о чем не знала.

— Ну, что же, Ларри, попробуем. Его лицо осветилось.

— Благодарю вас, мэм. Вы не раскаетесь. Тогда вы дальше поведете машину.

Он вылез и подошел к багажнику. В зеркальце Хельга видела, как он вынул оттуда чемоданы и положил их на заднее сидение. Потом вернулся и улыбнулся ей через стекло.

— Желаю успеха, мэм.

Высоко подняв большой палец, он скрылся. Хельга услышала стук захлопнувшегося багажника, сделала глубокий вдох и завела мотор.

Глава 2

За несколько километров до границы началась снежная метель. Хельга с трудом различала красные огоньки впереди себя. Несмотря на трудные условия езды у нее было какое-то приподнятое настроение. Из предыдущих поездок она знала, что все формальности на границе в плохую погоду выполняются быстрей.

Ее разрывали противоречивые чувства — изумление, возбуждение, сомнение. Конечно, она сильно рисковала, взяв себе в спутники сомнительного бродягу, но юноша произвел на нее такое приятное впечатление. Все же теперь ее одолевали разные мысли. Неужели он, действительно, потерял все свои вещи вплоть до паспорта? Впрочем, он такой честный, успокаивала она себя. Разве он не вернул ей деньги, которые она оставила на столе в ресторане? Хельгу беспокоило и это дело со швейцарским паспортом, который Ларри хотел себе раздобыть. Ведь он, наверно, будет фальшивый?

Появился пограничный столб с таможенной будкой. Машины перед ней поднимались на пограничный мостик. Немецкий пограничник в стеклянной будке нетерпеливо подгонял из жестом руки.

С отчаянно бьющимся сердцем Хельга ожидала, когда ее пропустят. На коленях у нее лежал паспорт и зеленый страховой полис. Таможенник кивнул ей, не позаботившись заглянуть в ее документы.

Теперь оставалась швейцарская граница. Перед ней находились три машины, на одной из них стоял швейцарский номер. Две машины швейцарские пограничники пропустили, а третью задержали. Они обменялись с водителем несколькими словами, потом один из полицейских подошел к «мерседесу» Хельги. Она опустила боковое стекло.

Поздоровавшись, полицейский взял ее паспорт и страховку. Перелистал страницы и спросил ее:

— Везете с собой что-нибудь, подлежащее обложению пошлиной?

— Нет, нет.

Она заметила, что он восхищенно разглядывает ее, и попыталась улыбнуться. Полицейский вернул ей бумаги.

— Погода будет еще хуже? — спросила она.

— Хуже некуда, мадам, — ответил он и отошел, приложив руку к фуражке. Хельга подняла боковое стекло и поехала дальше — в полуобмороке от страха и одновременно торжествующая.

Теперь оставалось только найти подходящее место и выпустить Ларри из багажника.

Должно быть, он совсем окоченел там, — подумала она, пробираясь в уличном движении. Вскоре она увидела на улице пустырь. Метель разогнала всех прохожих. Хельга остановилась на пустыре, оглядела улицу, вышла и открыла багажник.

— Быстро, вылезайте!

Ларри вылез и захлопнул крышку.

— Вы поведете машину, — сказала Хельга. Усевшись на сиденье водителя, Ларри посмотрел на нее со своей теплой мальчишеской усмешкой.

— Я ведь говорил вам, мэм, что это очень просто.

— Но вы совсем замерзли.

— Ничего страшного. Прежде всего мне хотелось бы вас поблагодарить. — Он взял ее руку и пожал. — Вы классно справились с этим делом, правда?

Через перчатку она чувствовала холод его руки.

— Прежде всего мы поедем, — сказала она, освобождая руку. — Потом поговорим. Она указала ему на Сен-Жак-авеню, потом направо. Там была стоянка машин. Поставив «мерседес», Ларри сказал:

— Вам здесь все известно, мэм.

— Да. Здесь поблизости есть ресторан. Мы пойдем до него пешком.

Через десять минут они вошли в небольшой ресторан, знакомый Хельге по ее прежним одиноким путешествиям. Она заказала для себе только тарелку супа, а для Ларри свиные котлеты с жареной картошкой. Когда они уже принялись за кофе, Хельга сказала:

— Ларри, вы должны рассказать мне об этой истории. Что это за девушка украла ваш паспорт?

Он отвел взгляд, и она почувствовала, как он задвигал ногами под столом.

— Вы правы, мэм, но это дело немного неприятное. — Нахмурившись, он уставился на свои руки. — Ну, иногда мне бывает нужна женщина… Простите, но вы сами начали спрашивать. Думаю, вы поймете…

«Еще бы не понять, — подумала Хельга. — Это случалось не с ним одним».

— Понимаю, Ларри. Профессионалка? Он кивнул, избегая ее взгляда.

— Да. Ну и произошла обычная история. Два парня ворвались в комнату и устроили мне взбучку. Она забрала все мои вещи, а меня выбросили на улицу. Хорошо, что на мне еще что-то осталось.

Хельга искала на его лице следы ударов, но не нашла их. Неожиданно она почувствовала к нему сострадание.

— Ну, теперь вы в Швейцарии, Ларри Что вы собираетесь предпринять в отношении своего паспорта?

— Без паспорта мне нельзя ступить здесь ни шагу. — Он теребил за край свою шапочку, потом вспомнил и залился ярким румянцем. — Черт возьми, я опять забыл про эту проклятую штуку!

Он сдернул шапку с головы и сунул ее в карман джинсов. — И где вы хотите его приобрести? — спросила Хальга. — Что вам посоветовал Рон?

— Он дал мне один адрес в Базеле, — он подался вперед и посмотрел ей в глаза. — Послушайте, мэм, вы уже много сделали для меня. Я благодарен вам за все. Теперь я буду действовать сам.

Хельга пристально взглянула на него.

— Это отлично сказано, Ларри, только я думаю, что вы немного кривите душой. Не хватает только фразы: «Я вас никогда не забуду, но пробил час прощания»!

Он покраснел до корней волос.

— Что вы говорите, мэм?

Хельга достала золотой портсигар и закурила сигарету.

— Не заблуждайтесь, Ларри. Я не вчера родилась. Если вы хотите путешествовать дальше один — пожалуйста. Если вам нравится висеть над пропастью — ради бога. Но не принимайте меня за дуру и не морочьте мне голову. Я выражаюсь достаточно понятно?

В растерянности Ларри хотел ухватиться за шапку, но ее не было на голове, и он поворошил густые светлые волосы.

— Простите, мэм. Я не хотел… Я, конечно, болван…

— То-то же. Не считайте меня дурой. Все эти подходы мне известны. Когда вы еще пешком под стол ходили, я обводила вокруг пальца мужчин, гораздо более высокого интеллектуального уровня, чем ваш. Усвойте себе: вы мне нравитесь. Я считаю вас очень славным юношей, но только не принимайте меня за дурочку.

Он кивнул.

— Я и не собирался морочить вам голову.

— Ну и прекрасно. А теперь расскажите мне, как можно получить паспорт, о котором говорил вам Рон?

Ларри безуспешно пытался вернуть себе независимость.

— Не нужно, мэм. Я сам займусь этим. Она наклонилась к нему.

— Неужели вы не понимаете, что без моей помощи вы пропадете?

Он безнадежно повесил голову.

— Вы правы, мэм. Кажется, это действительно так.

— Только вы делаете из этого трагедию. Итак, что с этим паспортом?

— Один человек в Базеле может дать мне паспорт, только на другую фамилию. У меня есть его адрес. Юноша полез в нагрудный карман.

— Почему на другую фамилию, Ларри? Почему не пойти просто к американскому консулу и не рассказать ему, что у вас украли паспорт?

Ларри удрученно молчал., — Я задала вам вопрос, Ларри!

— Меня разыскивает полиция. Я ведь уже говорил вам, что принимал участие в марше протеста. Мой сосед по колонне ударил полицейского и убежал, а меня схватили. Хотя я уверял, что это ошибка и я никого не бил, у меня отобрали паспорт и сунули в полицейскую машину. Тут подошел Рон. Он дал мне адрес, сам отвлек полицейских и я сбежал.

— Значит, ваш паспорт украла не та маленькая шлюха?

— Совершенно верно, мэм. Но остальное стащила она и ее дружки.

Хельга размышляла, затягиваясь сигаретой. Самое правильное было бы в ее положении — дать юноше пару банкнот и отпустить его на все четыре стороны. Но ее тело так тосковало по нему, что она тотчас отбросила эти мысли.

— Теперь вы сказали правду, Ларри?

— Да, мэм. Даю честное слово.

— Кто тот человек, который может сделать вам паспорт?

— Вот у меня его адрес. — Ларри вынул из кармана бумажку и передал Хельге. — Это знакомый Рона. Паспорт обойдется в 3 тысячи франков. — Три тысячи франков. Вы обходитесь мне все дороже, Ларри! Хельга развернула записку. Там стояло имя: Макс Фридлендер. Адрес ничего не сказал ей.

— Правда, мэм, не нужно. Я найду себе какую-нибудь работу…

— Не говорите глупостей. Мы сейчас вместе отправимся к этому Фридлендеру и раздобудем вам паспорт. Юноша неуверенно посмотрел на нее.

— Мне не хотелось бы впутывать вас в это дело. Если вы действительно хотите помочь мне, то дайте деньги и я сам все устрою.

— Если вы думаете, что я доверю вам такую сумму, то вы меня принимаете за сумасшедшую, — сказала Хельга.

Они кивнула официанту. Расплачиваясь, спросила его, как найти нужную им улицу. Он принес план и показал. Хельга дала ему такие чаевые, что у него глаза на лоб полезли, надела шубку и вышла из ресторана. Ссутулившись под холодным ветром, чуть сзади нее шел Ларри.

Макс Фридлендер жил на первом этаже довольно обшарпанного дома. Хельга нашла его фамилию на двери.

— Вот, — сказала она.

Ларри стряхнул снег со своей шапочки и потом опять надел ее.

— Правда, мэм, лучше я сам…

Не слушая его, Хельга позвонила в дверь. Через несколько секунд дверь открылась, и высунулась маленькая головка тощего человека. Где-то в конце коридора горел свет.

— Что нужно? — тонким, визгливым голосом спросил он. «Ну и тип», — подумала Хельга. Она быстро прошла мимо него в коридор, чтобы не стоять на ветру.

— Мистер Фридлендер?

— Да, а что вам нужно?

— Ларри, объясни ему. Ларри тоже вошел в коридор.

— Меня послал Рон Смит, — сказал он.

Мужчина прошел вперед, открыл дверь комнаты и впустил их.

Приятная теплота охватила Хельгу. Комната была заставлена старыми вещами, наверное, подобранными на свалке. С потолка свисала тяжелая люстра, в которой горели всего две лампочки.

Теперь Хельга смогла лучше разглядеть хозяина дома. На вид ему было лет шестьдесят. У него был желтоватый болезненный цвет лица, под беретом виднелись седоватые волосы. На нем был старый пуловер и потертые брюки.

— Так вас прислал Ронни? — спросил он.

— Да. Он просил передать вам: — «Гилли помнит о вас», — сказал Ларри. — Вы сами знаете, что это значит. Фридлендер кивнул.

— Как поживает Ронни?

— В данный момент сидит в тюрьме.

— Я читал об этом в газетах. Итак, что я могу сделать для вас? Друзья Ронни — мои друзья.

— Мне нужен паспорт, — сказал Ларри. Фридлендер посмотрел на Хельгу.

— Кто такая ваша приятельница?

— У меня есть деньги, этого достаточно, — сказал Хельга. Старик оценивающе оглядел ее норковую шубку и шапочку. Обласкал взглядом сумочку из крокодиловой кожи и усмехнулся.

— У вас есть с собой фотография? Ларри вынул из кармана конверт.

— Вот!

— Это будет стоить четыре тысячи франков. Вас обслужат по первому разряду.

Этого и следовало ожидать, подумала Хельга. Она посмотрела на Ларри, а тот зло уставился на Фридлендера.

— Рон сказал, что это обойдется только в три тысячи. Хельга с радостью отметила его решительный том. Старик с сожалением развел руками.

— Дружище Рон, он забыл о растущих ценах. Четыре тысячи, и вы останетесь довольны.

— Я уплачу вам только три.

— Тогда до свидания, — сказал Фридлендер, — предупредите Рона, что мои цены изменились.

— Думаю, что JTO не понадобится, — медленно сказал Ларри. — Рон мне говорил, кроме всего прочего, что вы настоящий художник в своем деле. — Он придвинулся к Фридлендеру. — Как вы думаете, во сколько это вам обойдется, если я защемлю ваши пальцы в двери?

Хельга похолодела. Ларри всегда был для нее добродушным американским юношей и этот тон был для нее новостью. Судя по всему, он вполне мог привести свою угрозу в исполнение. Увидев лицо Ларри, Фридлендер непроизвольно сделал шаг назад.

— Что вы сказали?

— Вы оглохли? Мне нужен паспорт, приятель, и я заплачу за него три тысячи франков и ни сантима больше. — На лице Ларри была обычная улыбка. — Непонятно? Иначе мне придется защемить ваши пальцы дверью.

Старик испуганно отступил к стене.

— Ладно, вы получите его за три, — сказал он, — но я сделаю это только для вас.

— Это от вас и требуется, — сказал Ларри. — Итак, принимайтесь за работу. Мы подождем.

— Деньги вперед, — поспешил сказать Фридлендер.

— Мы посидим, — повторил Ларри.

Фриндлендер вопросительно посмотрел на Хельгу.

— Насколько я понял, платить будете вы?

— Да, — коротко сказал она, садясь на стул Оглядев ее и Ларри, старик вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Наступила долгая пауза, потом Хельга сказала.

— Вы это неплохо разыграли, Ларри Он стянул свою шапку.

— Благодарю вас мэм Это ведь ваши деньги и вы были очень щедры ко мне. Я не мог позволить, чтобы этот тип одурачил вас.

— Очень мило с вашей стороны, — Хельга посмотрела на него. — Очень неплохой трюк с этими пальцами. Меня интересую только одно: вы действительно привели бы свою угрозу в исполнение.

Ларри покачал головой.

— Нет, мэм. Мне бы не хотелось причинять людям зло. Хельгу поразил тон его голоса: в нем была какая-то ледяная нотка. Так ли прост этот юноша, каким он ей казался?

— Как мне расплачиваться? — вдруг спросила она. — У меня только чеки. Может быть, мне сходить в банк и обменять их на наличные?

Ларри подошел к окну и взглянул на метель.

— В такую погоду? Может быть, он возьмет чеки?

— Но мне не хотелось бы, чтобы он узнал мою фамилию Нет, я пойду, поблизости найду банк и обменяю чеки.

Хельга вышла из дома и пошла по улице. Ей пришла в голову мысль вернуться к машине и уехать, бросив Ларри. Но предчувствие подсказало ей, что если она так поступит, то сожаление будет терзать ее всю жизнь.

В этот момент она увидела банк, зашла и обменяла чеки на пять тысяч долларов на швейцарские франки. Пять минут спустя она уже стучалась в дверь Фридлендера. Ей открыл Ларри.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2