Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездная стража

ModernLib.Net / Художественная литература / Нортон Андрэ / Звездная стража - Чтение (стр. 1)
Автор: Нортон Андрэ
Жанр: Художественная литература

 

 


Андрэ Нортон
Звездная стража

Наемники

      Когда разумная раса одной из девяти планет, вращающихся вокруг желтой звезды, известной под названием Солнце и находящейся вблизи края Галактики, приобрела знания о космических полетах и появилась на наших трассах, возникла проблема, которую предстояло решить Центральному Контролю, и решить быстро. Для этих «людей», как они себя называют, характерны любопытство, отвага, техническое искусство, соединенные с недоверием к остальным расам и видам и врожденной склонностью к конфликтам. Их реакция на любую проблему — агрессия. Если бы это их свойство не было сразу понято и направлено в нужное русло, возможно, их появление уничтожило бы мир на межзвездных линиях и вовлекло бы весь сектор в войну.
      Но немедленно были приняты соответствующие меры и землянам была предоставлена роль, которая не только соответствовала их природе, но давала благополучный выход для воинственных представителей системы, образующих нашу великую конфедерацию.
      После тщательного изучения и оценки психотехниками Центрального Контроля землянам была отведена роль наемников Галактики, пока эти слишком независимые и агрессивные существа не станут менее опасными.
      Так появились «орды» и «легионы», которые мы снова и снова встречаем в истории различных планет этого периода. Орды, состоящие из «арчей», и легионы «мехов» были к услугам любого правителя планеты, который с их помощью мог усилить свое влияние.
      Арчи, составляющие орды, предназначались для несения службы на примитивных планетах. Они вооружены ручным оружием и сражаются в единоборствах. Мехи вооружены боевой техникой, но относятся к войне как к игре, задача которой вынуждать противника признать себя побежденным без сражения.
      Едва родившись, «люди» с помощью специальных тестов делятся на арчей и мехов. После усиленного обучения они получают назначение к одному из полевых командиров. Часть платы, получаемой командиром от нанимателя, переводится на Землю. Иными словами, Земля стала экспортером солдат и военных материалов. Через несколько поколений земляне признали за собой эту обязанность без каких-либо возражений.
      Триста лет назад (прошу всех студентов обратиться к тому 6, колонка 2, дата 3956, год соответствует земному летоисчислению, мы используем ее, поскольку изложение основано, главным образом, на записях самих землян) небольшая орда, нанятая восставшим местным правителем на Фронне, изменила историю своей расы, а может, и всей Галактики. Пока еще неясно, приведет ли это изменение к добру для всех нас.
       Из лекции по Галактической истории, прочитанной в Галактическом юридическом университете в 4130 году по земному летоисчислению.

1. Мечник. Третий класс

      Поскольку Кана Карр, мечник третьего класса, арч, никогда не был в Прайме, он больше всего хотел встать со своего места и смотреть в иллюминатор на башне, возносившейся в бледно-голубое утреннее небо. Но сделать это — значит проявить себя зеленым новичком, и ему пришлось удовлетвориться беглыми взглядами на привлекавшие его картины. Больше чем когда-либо негодовал он на судьбу: он явился в штаб-квартиру на месяц позже своего класса и был, вероятно, единственным новичком среди ожидавших назначения в Зале Найма.
      Само пребывание в Прайме действовало возбуждающе. Это была цель, к которой их направляли упорными тренировками целых десять лет. Кана Карр опустил походный мешок и вытер влажные руки о ткань брюк; хотя стоял прохладный день ранней весны, он потел. Жесткий воротник новой зелено-серой куртки резал горло, края шлема терли, а личное снаряжение, казалось, весило больше, чем когда-либо раньше.
      Он остро ощущал грубую кожу ремней, скрещивающихся у него на плечах, и то, что шлем его был еще без верхушки. Его окружали ветераны, на куртках которых блистали многочисленные знаки отличия за успешно выполненные операции.
      «Что ж, — в который раз повторял он про себя, — достичь такого положения
      — лишь вопрос времени. Каждая из этих ныне сверкающих наградами ветеранских фигур когда-то тоже была неуверенным новичком и без всяких отличий…»
      Внимание Каны привлек неожиданный цвет, ослепительно яркий среди волн серо-зеленого и серебряного. Губы его сжались, голубые глаза, поразительно яркие на смуглом лице, приобрели холодное выражение. У входа в здание приземлился мобиль. Из него выбрался приземистый человек, закутанный в ярко-алый плащ. За ним — еще двое в черном и белом одеянии. Их прибытие словно послужило сигналом: солдаты-земляне расступились, образуя широкий проход к двери.
      «Но это не почетный караул», — подумал Кана Карр. Земляне на своей планете не оказывали почестей галактическим агентам, разве что в такой форме, которая подчеркивала неприязнь к ним. Обязательно наступит время, когда…
      Сжимая кулаки, он следил, как красный плащ и сопровождавшие его галактические патрульные исчезли в Зале Найма. Кана прежде не общался непосредственно с агентом. Негуманоидные существа, которые были его инструкторами, после того, как выяснилось, что он способен усвоить чуждые знания, принадлежали совсем к другим классам. Может, потому, что они были негуманоидами, он никогда не думал о них как о членах Центрального Контроля, которые несколько поколений назад так жизнерадостно назвали обитателей Солнечной системы «варварами», не пригодными для галактического гражданства, а только для предоставленных им узких обязанностей. Он сознавал, что вовсе не все его товарищи так же негодуют из-за этого, как он. Большинство из них, напротив, были вполне довольны уготованной им судьбой. Открытое неповиновение означало рабочие лагеря и никаких шансов на выход в космос. Только солдат, обученный военному делу, имел возможность отправиться к звездам. И как только Кана уяснил себе это, он решил стать образцовым арчем и даже находил в обучении утешение, которое смягчало его жгучую ненависть к тем, кто мешал ему занять достойное место среди звезд.
      Резкий звук военного свистка вернул его к насущным проблемам. Кана надел на плечи мешок и поднялся по ступеням, по которым только что прошел агент. Оставив мешок на полке у двери, он занял место в ряду ожидающих.
      В этой части зала мехи в своих серо-синих комбинезонах и пузырчатых шлемах превосходили по численности арчей. И немногие арчи поблизости от Каны были ветеранами. Поэтому, даже окруженный своими, Кана чувствовал себя здесь таким же одиноким, как и на улице.
      — Они пытались прикрыть крышку, но Фальфа отказался от назначения для своего легиона, — говорил слева от него мех, человек лет тридцати, с десятью почетными нашивками, не заботясь о том, чтобы приглушить свой громкий голос.
      — Его занесут в черный список за отказ, — с сомнением ответил его собеседник. — В конце концов, не всегда ему будет везти.
      — Везти? Два легиона не вернулись с этого задания, а ты говоришь о везении! Я слышал, что начато расследование. Знаешь ли ты, сколько легионов вычеркнуты за последние пять лет из состава? Двадцать! И похоже ли это на простое невезение?
      Кана чуть не повторил изумленное восклицание слушателя. Двадцать легионов, пропавших за последние пять лет, — это уже слишком много. Если современные, вооруженные новейшими средствами легионы, действующие только на цивилизованных планетах, так уничтожаются, то что сказать об ордах, которые служат лишь на варварских мирах? Неужели и их «удача» столь же перспективна? Неудивительно, что в последнее время велись разговоры о том, что плата, которую Земля отдает Центральному Контролю, слишком уж велика.
      Человек перед ним неожиданно подвинулся, и Кана торопливо закрыл образовавшийся пробел. Они стояли у самого барьера. Кана подготовил свой браслет, чтобы показать его ожидавшему дежурному. Эта полоска гибкого металла, вставленная в щель рекордера, автоматически сообщит всю необходимую информацию относительно Кана Карра, австрало-малайско-гавайского происхождения, 18 лет и 4 месяца, подготовка — базисная, предыдущая служба — «нет». И когда полоска окажется в рекордере, пути назад не будет. Дежурный взял браслет, взглянул на него с выражением тусклой скуки и пропустил Кана.
      Внутри было множество пустых сидений — для мехов слева, для арчей справа. Он занял ближайшее и решил оглядеться. Прямо перед ним располагалось информационное табло, на котором все время загорались номера, и хотя Кана знал, что его номер не может появиться так быстро, он с напряжением всматривался в бегающие огоньки. Вызванные вставали и уходили в дальний конец зала.
      Арчи… Кана наклонился вперед, чтобы сосчитать людей на своей стороне. По меньшей мере двадцать мечников первого класса, среди них даже два мастера. И пятьдесят или больше солдат второго класса. Но — его глаза тщетно выискивали другие шлемы без крестов — он был один представитель третьего класса. Новобранцы, которые вместе с ним заканчивали обучение, должно быть, уже получили свои назначения. Минуточку.., красный цвет.
      Двое солдат второго класса встали, одергивая мундиры и подтягивая пояса. Но прежде, чем они успели пройти в проход, произошло непредвиденное. Табло вспыхнуло белым цветом и совсем выключилось, когда на платформе в центре зала появилась небольшая группа людей. Вперед выступил офицер без скрещенных плечевых поясов полевого образца, но с четырьмя звездами на груди. Рядом с ним стоял галактический агент в красном плаще и патрульные. Кана опознал всех троих. Агент был с Веги-3, патрульные с Капеллы-2. Об этом безошибочно свидетельствовала длина их ног.
      — Солдаты! — прозвучал натренированный на парадах голос офицера. Наступила тишина. — Недавние события делают необходимым это объявление. Мы провели расследование с помощью средств Центрального Контроля происшествия на Неверзе. Установлено, что наше поражение там — результат местных обстоятельств. Слухи об этом происшествии не должны повторяться никем в корпусе под угрозой применения Главного Кодекса.
      Во имя неба! Удивление Кана, возможно, и не отразилось открыто на маскоподобном лице, унаследованном от малайских предков, но мозг его напряженно работал. Сделать подобное объявление — значит, просто напрашиваться на неприятности! Неужели офицер не понимает этого? Хмурое выражение лица галактического агента свидетельствовала о его неудовольствии. Происшествие на Неверзе — он впервые слышал об этом. Но он был готов заложить половину своей первой зарплаты, если через десять минут все в этом зале не будут усиленно выяснять, что это за слухи, которые так яростно опровергаются. Слухи будут распространяться, как масло по реке. Похоже, что агент не соглашался с офицером. Но он мог лишь советовать, а не отдавать прямые приказы. Да и поздно уже что-нибудь предпринимать. Если офицер хотел уменьшить напряжение, то он, наоборот, усилил его.
      С решительным жестом офицер двинулся по проходу, остальные последовали за ним. Снова на табло вспыхнули огни. Но как только двери за патрульными закрылись, в зале поднялся настоящий гвалт.
      Кана вовремя успел взглянуть на табло. На его стороне зала встали еще три человека, и следом за их номерами появилась знакомая комбинация, на которую он отзывался последние десять лет, ставшая для него более привычной, чем имя, данное ему родителями.
      За дверью он пошел медленно, скромно держась за солдатами, ответившими на тот же вызов. Третий класс есть третий класс, ниже его разве что кадет, еще не закончивший обучения. Он самый младший из всех. Кана, не торопясь, вошел в лифт вслед за одним из ветеранов.
      Ветеран, судя по чертам лица, был афро-арабом, может быть, с небольшой примесью европейской крови от той горстки беглецов, что спаслись на юге от атомных войн. Он был очень высок, а на его безбородом темном лице виднелись старые шрамы. Множество знаков отличия сверкало на его шлеме и поясе, и среди них — Кана прищурился, чтобы разглядеть — не менее шести высшего ранга. А ведь ему не может быть больше тридцати лет.
      Арчи, ответившие на вызов, выстроились в линию в верхнем зале. Ветераны являли собой блестящее зрелище. Арчи и мехи привыкли носить все знаки отличия. Успешно выполненное задание означало еще одну драгоценность, прикрепленную на пояс или вделанную в шлем. В плохие времена эти драгоценности можно было продать или заложить. Такова была форма сбережений на всех планетах Галактики.
      В 12 часов 2 минуты Кана Карр вступил в кабинет офицера, ведающего назначением. Это был мастер-мечник с пластиковой рукой, объяснявшей его нынешнее занятие. Кана доложил:
      — Кана Карр, мечник, третий класс, первое назначение, сэр.
      — Нет опыта… — пластиковые пальцы отбивали нетерпеливую дробь на столе,
      — но высшая степень подготовки — класс Х-3. Далеко ли вы продвинулись?
      — Четвертый уровень, контакты с чужими культурами, сэр. — Кана гордился этим. Он единственный в своей группе достиг этого уровня.
      — Четвертый уровень, — повторил мастер. Тон его свидетельствовал, что на него сей факт не произвел впечатления. — Что ж, это уже кое-что. Мы набираем людей для орды Йорка. Полицейская акция на планете Фронн. Обычные условия. Сегодня вечером вылетите на базу Секундуса, оттуда на Фронн. В пути около месяца. Условия найма сохраняются на протяжении всей акции. Можете отказаться — это первый выбор, — он произнес официальную формулу усталым голосом, как человек, произносивший ее уже много раз.
      Кана знал, что ему позволено отказаться дважды, но делать это без достаточно веской причины — значило заработать черную отметку. И полицейская акция — хотя эти слова могли означать что угодно — была отличным способом приобрести опыт.
      — Я принимаю назначение, сэр! — он вторично снял браслет и смотрел, как мастер вложил его в блок перед собой и нажал клавишу. Когда он получит его обратно, на нем появится звездочка, означавшая успешное выполнение задания.
      — Корабль стартует в пятом блоке в семнадцать часов. Свободны!
      Кана отсалютовал и вышел. Он хотел есть. Столовая была открыта, и так как он теперь находился на службе, то мог позволить себе больше, чем обычный рацион. Но нежелание тратить еще не заработанные деньги заставило его заказать обычную для арча пищу. Он склонился над едой, вслушиваясь в обрывки разговоров. Как он и ожидал, объявление в Зале найма породило немало невероятных историй.
      — Потеряно пятьдесят легионов за пять лет! — провозглашал мастер-мех. — Нам больше не говорят правды. Я слышал, что Лонгмид и Грот отказались от назначения.
      — Шишки суетятся, — подхватил мастер-мечник. — Видели, как разговаривал с нами старый Поалкен? Он с радостью вызвал бы патруль и прикончил бы всех. Говорю вам, что нам нужно делать: заняться планетой, которую я мог бы назвать. Это помогло бы… — наступило мгновение тишины. Говорящему не нужно было называть свою цель. Вся ненависть человечества к Центральному Контролю лежала за этой вспышкой.
      Кана не мог оставаться дольше. Он покинул гудящую столовую. Орда Йорка была небольшой воинской частью. Фитч Йорк, начальник лезвия, был молод и командиром стал всего четыре года назад. Но при молодом командире легче выдвинуться. Фронн — этот мир Кану не известен. Но это легко исправить. Кана проделал через множество коридоров путь к тихой комнате с рядами будок у стены. В конце комнаты находился контрольный щит с рядами кнопок. Он набрал нужную комбинацию и подождал запись. Катушка оказалась небольшой. Немного известно о Фронне. Кана прошел в ближайшую будку, вложил катушку в ожидающую машину и снял шлем, чтобы приладить к вискам ленту передачи образов. Секунду спустя он погрузился в сон, а информация из катушки стала поступать в клетки его памяти.
      Четверть часа спустя он очнулся. Так вот каков Фронн — не особенно гостеприимный мир. В катушке были только основные данные. Но он теперь обладал всеми знаниями, которые хранились в архиве.
      Кана вздохнул — предстоит провести месяц пути в камере давления. Офицер, нанявший его, не упоминал об этом. Камера давления и водная акклиматизация. Впрочем, какая разница? Кана надеялся лишь, что выдержит все и не заболеет.
      Возвращая катушку, Кана встретил стоящего у селектора меха — тот нетерпеливо насвистывал что-то сквозь зубы, поигрывая рукоятью своего бластера. Он был ненамного старше Кана, но держал себя с надменным высокомерием человека, выполнившего не менее двух заданий — у настоящих ветеранов такого высокомерия не было.
      Кана оглянулся на будки. Он был единственным посетителем. Чего же ждал мех? Кана положил катушку и пошел, но, выходя, увидел в полированной двери странное зрелище: мех схватил катушку с информацией о Фронне, прежде чем она исчезла в щели.
      Фронн — примитивный мир, планета пятого класса. Согласно правилам ЦК, здесь могут применяться только орды арчей, обученных для так называемой рукопашной: самое сильное их оружие — обычное ружье. На Фронне механизированный отряд с бластерами, краулерами, скутерами — вне закона. Зачем же меху сведения об этой планете? Пустое любопытство относительно планет, на которых никогда не придется служить, не было распространено среди наемников. Требовалась лишь та информация, которую действительно можно было использовать.
      Теперь Кана жалел, что не бросил более пристального взгляда на тонкое лицо, затененное пузырчатым шлемом. Удивленный и слегка встревоженный, он отправился добывать предметы личного снаряжения, какие подсказывали ему новые сведения о Фронне. Он задумчиво осмотрел спальный мешок из шелка узакианского паука, выложенный особым мехом, и отказался от него. А также от перчаток из кожи караба, которые пытался всучить ему торговец. Такая роскошь для ветеранов, у которых на поясе достаточно драгоценностей, чтобы позволить себе шикарные покупки. Кана расчетливо отобрал второсортный камбирийский спальный мешок, короткую куртку из шерсти састи, отороченную мехом, с капюшоном и прикрепленными перчатками — все очень скромное и легкое и без труда поместится в его тощем походном ранце. И, когда заплатил за все это, у него оставалось еще четыре кредита.
      Торговец небрежно завернул его покупки.
      — Похоже, парень, ты направляешься в холодные края, — заметил он.
      — На Фронн.
      — Никогда не слышал о таком месте. Для меня все равно, что никуда. Смотри, чтобы в тебя не метнули копье из-за куста. Парни в таких далеких местах неласковы. Но и вы тоже, не так ли? — он задумчиво взглянул на мундир Кана. — Да уж, я предпочитаю бластер и форму меха.
      — Но тогда вам будет противостоять противник, тоже вооруженный бластером.
      — Кана взялся за пакет.
      — Пусть будет по-твоему, приятель, — торговец утратил к Кане всякий интерес, приближался сверкающий драгоценностями ветеран.
      Кана узнал в нем человека, который перед ним вошел в кабинет офицера по найму. Неужели он тоже получил назначение в орду Йорка на Фронн? Когда на прилавке распростерся спальный мешок, сверкая паучьим шелком, и другие вещи, аналогичные выбранным Кана, но более роскошные, он понял, что его догадка верна.
      В 16.30 новобранец стоял со своим багажом в секции ожидания пятого дока. Пока он был один, если не считать какого-то капрала в центре и двух космонавтов в дальнем конце, занятых работой. Прийти так рано — значит проявить себя зеленым новичком, но он был слишком возбужден, чтобы ждать где-то в другом месте. Без двадцати пять начали появляться его будущие товарищи по отряду. Десять минут спустя они заполнили подвижные платформы, которые доставили их на грузовой корабль. Сверившись со списком, судовой офицер пропустил Кана. Через пять минут он уже был в двухместной каюте, раздумывая, которая же койка принадлежит ему. За ним глухо прозвучало:
      — Эй! Полезай вверх или оставайся внизу! Не время спать на часах, рекрут! Никогда не летал прежде?
      Кана прижался к стене, торопливо убирая свой вещевой мешок с дороги входящего.
      — Тогда вверх! — с нетерпеливым фырканьем его сосед по каюте забросил вещмешок Кана на верхнюю койку. — Убери свои вещи в шкаф! Вон туда! — и коричневый палец указал на стену каюты.
      Кана всмотрелся в стену. Конечно, вот маленькая кнопка. Кана нажал ее: отодвинулась секция стены, а за ней оказалось углубление. Здесь будут лежать его вещи. Глубокий звук гонга прервал его исследования. По этому сигналу ветеран снял шлем и пояс, отложив их в сторону. Кана торопливо последовал его примеру. Гонг — первое предупреждение…
      Он растянулся на койке и занялся пряжками крепления. Под его весом матрас поддался. Он знал, как переносить ускорение — это было первой проверкой, которой подвергались рекруты на тренировках. И он был на полевых маневрах на Марсе и на Луне. Но это его первый выход в глубокий космос. Он разгладил мундир и стал ждать третьего гонга, за которым последует взлет.
      Земляне уже давно вышли в космос. Триста лет назад состоялся первый зарегистрированный полет в Галактику. Но существовали легенды о кораблях, задолго до этого улетевших от атомной войны и последовавших за ней веков политического и социального смятения. Они были либо очень отчаянными, либо очень смелыми, эти первые исследователи, посылая корабли в неведомое, сами спали, замороженные, и у них был, вероятно, один шанс из тысячи проснуться, когда корабль приблизится к другой планете. С использованием галактического овердрайва такой риск перестал быть необходимым. Но не слишком ли высокую цену заплатили люди за быстрые перелеты от звезды к звезде?..
      Хотя солдат не обсуждает открыто действий властей или существующего положения, Кана знал, что не он один недоволен ролью, отведенной землянам. Что было бы с его расой, если бы ее представители в первом историческом полете не встретились с могучей высшей силой Центрального Контроля? В соответствии с решением хозяев Галактики, мозг, тело и темперамент землян соответствовал лишь одной роли в тщательно организованной структуре мира. Появляющиеся на свет с врожденным стремлением к борьбе, люди должны были поставлять наемников на другие планеты. Психотехники ЦК считали, что земляне наилучшим образом подходят для схватки, и поэтому Земля была обречена на войны. И земляне приняли эту роль из-за обещания ЦК — исполнение которого отодвигалось с каждым годом — что, когда земляне будут готовы к вступлению в галактическое гражданство, то оно будет им предоставлено.
      Но что если бы ЦК не существовал? Неужели повторяющиеся утверждения агентов оказались бы справедливыми? Неужели земляне, никем не остановленные, захватывали бы планету за планетой в своей ожесточенной борьбе за власть? Кана был уверен, что это ложь. Но сейчас, если землянин хотел увидеть звезды, если в нем горело стремление к новому и неизведанному, у него был только один путь — меч солдата.
      Вдруг словно огромная рука прижала его грудную клетку к сопротивляющимся легким. Кана забыл все в отчаянной борьбе за глоток воздуха. Они стартовали. 2. Первое испытание
      Должно быть, Кана потерял сознание, потому что когда он вновь осознал свое положение, спутник по каюте уже прикреплял «космические ноги», приспособленные к низкому тяготению жилых секций корабля. Без шлема, в полураспахнутой тунике, обнажавшей широкую грудь, ветеран утратил часть своего пугающего ореола. Теперь он мог бы быть одним из тех жестколицых инструкторов, которых Кана знал большую половину своей короткой жизни.
      Космический загар на естественно смуглой коже делал его почти черным. Короткие волосы были пострижены кружком, как предпочитало большинство землян. Он двигался с кошачьей легкостью, и Кана решил, что не стоит скрещивать с ним мечи в схватке. Вдруг ветеран повернулся, как будто почувствовал на себе взгляд Кана.
      — Ваше первое назначение? — спросил он. Кана с трудом выбрался из ремней, удерживающих его на койке, и перебросил ноги через край, прежде чем ответил:
      — Да, сэр. Я только что закончил обучение…
      — Боже, каких молодых теперь посылают, — заметил ветеран. — Имя и ранг…
      — Кана Карр, сэр, мечник, третий класс.
      — А я Триг Хансу, — объявлять свой ранг ему не было нужды: двойная звезда мастера-мечника сверкала на тунике. — Назначены к Йорку?
      — Да, сэр.
      — Верите в трудное начало, а? — Хансу извлек из стенного углубления пружинное сиденье и сел. — Фронн — не райский сад.
      — Это начало, сэр, — коротко ответил Кана и встал на пол, не отпуская край койки.
      Хансу сардонически улыбнулся.
      — Ну, мы все герои, когда заканчиваем обучение. Пришлось позубрить, чтобы попасть к Йорку, а? У Кана был наготове ответ.
      — Офицер по найму искал добровольцев, сэр.
      — Это может означать несколько вещей, юноша, и ни одна из них не в вашу пользу. Ну, например, мечник третьего класса обходится гораздо дешевле первого или второго. Впрочем, не следует разрушать иллюзии молодых. Звонок на обед. Пошли?
      Кана был рад, что ветеран пригласил его, потому что маленькая столовая была буквально заполнена сверкающими знаками отличия высших рангов. Тяготения было вполне достаточно для того, чтобы сидеть и есть цивилизованно, но желудок Кана совсем не радовался пище. «А скоро это ощущение станет еще хуже, — подумал он угрюмо, — когда придется проходить адаптацию к условиям Фронна перед посадкой». С растущим отчаянием он рассматривал собравшихся.
      Орда делилась на отряды, а отряды — на пары. Если человек не сам находил себе пару, а ему назначал напарника командир — немногие удовольствия и удобства полевой службы становились сомнительными и даже опасными. Твой напарник играет, сражается и живет рядом с тобой. Часто твоя жизнь зависит от его искусства и храбрости — и точно так же, как его — от твоей. Пары служили совместно годами, переходя из одной орды в другую. А кто в этой сверкающей толпе выберет себе в напарники зеленого новичка? Очевидно, дело кончится тем, что его придадут ветерану, который будет недоволен его неопытностью и неумелостью, и начало у него будет действительно трудным. Уф, да у него появилась космическая хандра! Надо подумать о чем-нибудь другом.
      Но неуверенность и беспокойство, преследовавшие его весь день, долгий и полный событиями, сохранились и дошли до предела в странном пугающем сне: он бежал изо всех сил по сумеречной местности, стараясь спастись от красного луча бластера меха. Кана проснулся со сжимающимся сердцем и, вспотев, лежал в темной каюте.
      Его преследовал мех — хотя мехи не воюют с арчами. Но все же.., прошло немало времени, прежде чем он снова сумел заснуть.
      Свет искусственного корабельного дня разбудил его поздно. Хансу не было, содержимое его полевого мешка валялось на пустой койке. Внимание Каны привлек игольный нож в ножнах, гладко отполированный от многолетних прикосновений к гладкой коже владельца. Его простая ручка была удобна в работе. А присутствие его среди вещей означало, что Кана делит каюту с человеком, владеющим самой смертоносной формой рукопашной схватки. Кана хотел взять оружие, взвесить его в руках, примерить к себе. Но он знал, что нельзя прикасаться к личному оружию без разрешения владельца. Это прямое оскорбление, ведущее к «встрече», с которой один из них не вернется. Кана слышал достаточно рассказов инструкторов, чтобы быть знакомым с неписанным кодексом.
      Он опоздал в столовую и с виноватой поспешностью ел под нетерпеливыми взглядами стюардов. Потом прошел на прогулочную палубу, где проводили время солдаты. Здесь играли в карты, и обычная толпа нетерпеливых игроков окружала доску. Но Триг Хансу не включился ни в одну из групп. Он сидел на матрасе, скрестив ноги и держа портативный аппарат для чтения, внимательно всматривался в проекцию.
      Заинтересованный Кана миновал игроков, чтобы взглянуть на маленький экран. Он успел разглядеть какую-то местность, угрюмую, темную: поперек экрана двигались вьючные животные. Хансу, не поворачивая головы, сказал:
      — Если интересно, садись, новичок. Покраснев, Кана хотел смешаться с толпой, но Хансу на самом деле подвинулся и дал ему место.
      — Видишь, наше будущее, — он ткнул пальцем в экран, когда Кана опустился рядом с ним. — Это — Фронн.
      Вьючные животные фроннианских равнин были четвероногими, их длинные ноги, казалось, состояли из обтянутых кожей костей. С обеих сторон их чешуйчатых спин свисали тюки, костистая растительность покрывала все их тело, из черепа торчали рога.
      — Караван гуенов, — узнал Кана. — Должно быть, западные береговые равнины.
      Хансу нажал кнопку, и экран погас…
      — Вы специально изучали Фронн?
      — В архиве, сэр.
      — Молодость полна энтузиазма. Вы ведь только что из обучения? Специализация — нож, ружье?
      — Всего понемногу, сэр. Но специализация Х-3. В основном, связь с чужими культурами…
      — Гм. Это объясняет ваше присутствие здесь, — Хансу говорил не очень ясно. — Х-3… Интересно, чем они теперь вас начиняют… — и он быстро разразился целой серией вопросов, очень похожих на те, что слышал Кана, прежде чем получил знак своей специальности. Когда он ответил на них, стараясь изо всех сил — откровенно говоря, ему не раз приходилось отвечать: «Не знаю, сэр». — Хансу кивнул.
      — Неплохо. Как только большая часть теории вылетит из вашей головы, а опыт научит тому, что действительно необходимо знать об этой игре, вы оправдаете, по крайней мере, половину своего жалования…
      — Вы сказали, что специализация Х-3 объясняет мое назначение, сэр?..
      Но ветеран, по-видимому, потерял интерес к разговору. Игра явно кончилась шумным и не очень добродушным спором, и Хансу хлопнул по плечу другой ветеран такого же ранга и увел в группу, образовавшуюся для нового кона. Не получив ответа на свой вопрос, Кана начал внимательно всматриваться в окружающих его людей. Здесь были не только ветераны, но и старослужащие, с большим количеством звезд. В разговорах упоминались знаменитые командиры орд.
      Но Фитч Йорк был сравнительно новичком, не обладающим достаточной известностью, чтобы привлечь этих людей. Не естественнее было бы, если они отказались от назначения? К чему такая концентрация опыта и искусства в небольшой орде на неизвестной планете? Кана, например, был уверен, что Хансу сам выдающийся Х-3 специалист.
      Но в течение следующих дней он редко видел ветерана, и посадка на Секундус после скуки путешествия наступила не скоро.
      В качестве временного помещения орде Йорка назначили длинный зал, в одном конце которого размещалась столовая, а в другом расставили койки. И сотня мужчин, перетаскивающих свои пожитки и личное вооружение, приветствующих старых друзей, делящихся солдатскими слухами и новостями, превратили зал в ураган шума и смятения. Кана, не зная куда идти, пошел за Хансу вдоль зала. Но когда мастер-мечник подошел к сверкающему кругу своих товарищей, новичок был предоставлен себе и отправился в темный угол, соответствующий его неопытности и общей зелености.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11