Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Цирк повелителя зверей

ModernLib.Net / Нортон Андрэ / Цирк повелителя зверей - Чтение (стр. 4)
Автор: Нортон Андрэ
Жанр:

 

 


      Шторм знал, что Тани до сих пор порой снятся кошмары. И неудивительно! Они и ему порой снились. Но Тани сумела быстро оправиться от душевной травмы, которую нанесли ей проклятые жуки. На прошлой неделе они со Штормом ездили на охоту к племени нитра-джимбутов — арзорским туземцам, с которыми Тани крепко сдружилась, пока они пытались выяснить, откуда взялись щелкуны. Стаи жуков убивали туземцев и поселенцев, так что в конце концов обоим народам пришлось объединиться, чтобы извести эту заразу. На прошлой неделе Тани, её койотам и Мэнди — ишанской парасове — удалось добыть на охоте целый мешок степных курочек.
      Команду Шторма пришлось оставить дома. У Сурры, его песчаной кошки, была течка. В прошлую течку она так и не забеременела, и Шторм был уверен, что это случится теперь. И тогда она родит первых песчаных котят, которые появятся на свет через три с половиной года после уничтожения Земли. Африканская орлица Баку отложит яйца ещё не скоро. Но она уже согласилась принять самца, которого Тани создала для неё из образцов ткани, имевшихся на «Ковчеге». Что касается Хинг, сурикаты, та насчёт партнёра долго не раздумывала. Она сразу же сдружилась с предложенным ей самцом.
      Семейство сурикат, состоящее из Хинг, её нового самца, четырёх взрослых детёнышей Хинг и их партнёров, оказались первыми на Арзоре. И они произвели прямо-таки взрыв популяции сурикат, хотя проблем с ними не должно было возникнуть. Почти уничтоженные арзорские ринсы занимали на планете важную экологическую нишу: они сдерживали размножение нескольких видов крупных пустынных насекомых и мелких ящериц. Они также пожирали яйца крупных ядовитых ящеров — йорисов, если им удавалось сманить с гнезда самку.
      Ринсы почти вымерли в результате освоения людьми пустынных районов, а также из-за внезапно разразившейся эпидемии. Даже вмешательство учёных не помогло предотвратить их вымирание. Так что сурикаты заняли освободившуюся экологическую нишу или должны были занять в ближайшее время, ибо размножались они с молниеносной быстротой.
      Хостину нравилось наблюдать за ними. Хинг, которая долго жила без партнёра, стремительно навёрстывала упущенное. Поначалу их маленький клан вместе с добавленными к Тани партнёрами насчитывал десять особей. Однако все они плодились и размножались, и теперь их было около трёх десятков. Как правило, у сурикат размножается только одна, доминирующая самка, но пока что зверьки предпочитали игнорировать традиции.
      Тани со Штормом уже подобрали второе место для обитания сурикат. Когда малыши подрастут, они переселят половину семейной группы туда. После чего сурикаты будут расселяться самостоятельно, создавая новые и новые семьи. Со временем они заселят все пустыни Арзора. Поселенцы с туземцами будут этому весьма рады — избавившись от ринс, йорисы начали плодиться с ужасающей быстротой, а это, надобно признать, весьма опасные ящеры.
      Шторм почувствовал вспышку возбуждения шедшей впереди Тани. Она обернулась и поманила его к себе. Он подошёл к ней, заглянул в клетку и озадаченно вскинул брови, разглядывая Прауо.
      — А это что за зверь?
      — Я думала, ты знаешь. Логан присоединился к ним.
      — Кто это? Хостин хмыкнул.
      — Я видел много животных, но ничего подобного не встречал. — Он рассматривал пушистый золотистый мех на теле кота, блестящий чёрный, более гладкий и бархатистый на лапах, морде и хвосте. — Очень красивый! Интересно, откуда он взялся?
      Ларис подслушивала разговор, прячась за углом клетки. Теперь, когда прозвучал этот вопрос, она сочла, что самое время показаться пришедшим. Мужчина помоложе заметил её и толкнул брата. Все трое обернулись и посмотрели на неё. Прауо мысленно обратился к ней.
      «Хороший запах», — сонно сказал он.
      «Не отвлекай меня. Эти люди могут заметить, что мы разговариваем», — мысленно ответила ему девушка, а вслух спросила:
      — Вам нравится мой кот, благородные господа?
      Логан заговорил первым:
      — Да, он очень красивый. Никто из нас никогда прежде не видел ничего подобного. Откуда он у вас?
      — С Фремлина… — начала Ларис, но тут вмешался повелитель зверей:
      — Я бывал на Фремлине. Там таких животных не водится.
      Ларис смерила его холодным взглядом.
      — Я и не говорила, что они там водятся. Я говорю, что нашла его на Фремлине. А с какой планеты он родом, я не знаю. Я нашла его крошечным голодным котёнком, когда цирк давал там представления. Подобрала на помойке рядом с космопортом. Он со мной уже давно. Возможно, он вообще результат какого-то генетического эксперимента, так что таких больше нигде нет.
      Девушка улыбнулась ей.
      — Меня зовут Тани, это Шторм, мой муж, а это Логан, его брат. Очень приятно познакомиться.
      — Меня зовут Ларис. Вы, похоже, разбираетесь в животных.
      Она сказала это таким тоном, что это можно было понять и как утверждение, и как вопрос. Тани негромко рассмеялась.
      — Шторм — повелитель зверей, если тебе это что-нибудь говорит.
      — Да, говорит.
      И Ларис закрылась наглухо.
      — Тебе тоже стоило бы стать повелителем зверей, — весело заметил Логан. — Этот номер с тигровыми вампирами — просто потрясающий. А от твоего выступления на трапеции у меня душа ушла в пятки.
      Он заразительно рассмеялся.
      — Как эта карра поймала тебя за ногу, когда ты раскачивалась! В жизни не видел ничего смешнее!
      Ларис обнаружила, что улыбается в ответ. Искренняя похвала располагала к необдуманным ответам…
      — Это не входило в программу номера, но им так нравится озорничать! Время от времени мы переиначиваем отработанные выступления. Все так делают. Особенно когда кто-то не может выступать, и нам приходится растягивать и усложнять оставшиеся номера.
      — А что, кто-то не мог выступать? — спросила Тани. — С ним что-то случилось?
      — Да нет, ничего особенного.
      Черт, это ведь Грегара не хватало! Не стоило об этом упоминать, одёрнула себя Ларис и поспешила вывернуться:
      — У нас дрессировщик простудился. Отлёживается теперь. Но он не хочет, чтобы об этом знали.
      Шторм промолчал — он был достаточно опытен, чтобы распознать ложь, и Тани тоже. Она сменила тему, ещё раз похвалила Прауо и принялась гадать вслух, откуда мог взяться такой зверь. О Прауо Ларис могла говорить бесконечно. Однако она тщательно следила за тем, чтобы ни словом не упоминать о других способностях кота. Эти люди тонко чувствуют. Возможно, ей померещилось, но, похоже, Шторм заметил, что она соврала насчёт отсутствующего дрессировщика.
      Ларис показала им остальных зверей, приняла приглашение поужинать с ними и внезапно обнаружила, что ей хорошо с этими людьми. Так хорошо, как давно уже не было!
 
      Поужинав с новыми знакомыми, она возвращалась в свою каюту, и тут в её мысли проникло сообщение Прауо.
      «Дедран тебя ждёт. Он тревожится».
      Благодаря этому предупреждению Ларис не вздрогнула от неожиданности, когда, свернув за угол, обнаружила поджидавшего её Дедрана. Она быстро завладела инициативой:
      — Я подружилась с ними, как вы и велели. Думаю, через пару дней мне удастся добиться, чтобы они пригласили меня к себе на ранчо. Как вы думаете, в этом есть необходимость?
      Дедран слегка расслабился.
      — Слишком явно не напрашивайся. Но, если получится, постарайся туда попасть, и чем скорее, тем лучше.
      Ларис хотела, чтобы он по-прежнему был доволен ею. Быть может, этого удастся добиться, если он будет рассчитывать на получение новых сведений… Ларис не раз видела крошечные аудио — и видеозаписывающие устройства, размером и толщиной с игральную карту. Устройства вмещали порядка пятисот часов записи, которую можно было просмотреть и прослушать на компьютере.
      — Может, мне стоит взять с собой мини-камеру? У Грегара была такая, и если он не взял её с собой…
      Ларис видела, что Дедрана покинули всякие подозрения.
      — Нет, это опасно. Засекут ещё, насторожатся, начнут вопросы задавать… Не делай ничего, что могло бы их встревожить. Если они пригласят тебя пожить у них несколько дней, можешь остаться. И смотри, не говори им, что ты работаешь по кабальному контракту. Обрати, кстати, внимание на охрану и сигнализацию, если она у них есть. Вообще, постарайся разузнать всё, что получится.
      — Я хочу взять с собой Прауо.
      Дедран снова напрягся.
      — Зачем?
      — Они им интересуются. Девушка хотела взять образцы его тканей.
      Дедран хмыкнул, но ничего не сказал.
      — Я могу использовать его, чтобы проверить сигнализацию. Им покажется естественным, что он со мной. Ведь Шторм — повелитель зверей. Он наверняка будет больше доверять человеку, при котором есть животное.
      Ларис была вовсе не уверена, что это действительно так, но знала, что Дедран этому поверит. И он таки поверил.
      — Ну хорошо. Если тебя пригласят, можешь взять с собой Прауо, раз они будут не против. Можешь намекнуть им, что я решил задержаться здесь подольше. Мы будем давать тут представления ещё пару недель. А потом я планирую устроить тут небольшие каникулы, чтобы животные и актёры могли отдохнуть. Постарайся видеться с этими людьми почаще, пока мы не закончим выступать. И намекни, что тебе хочется повидать оба их ранчо.
      — Оба? У них что, два ранчо? Дедран мерзко ухмыльнулся.
      — Я же говорю, у твоих приятелей водятся денежки. У Куэйдов есть большое ранчо в Котловине. А ещё у старика есть земли в Пиках, примерно в пятиста милях отсюда. Шторм с женой владеют землями неподалёку от тех мест. Брэд Куэйд живёт в основном в Котловине, но трое остальных немало времени проводят на втором ранчо. Об этой семейке ходят странные слухи.
      Ларис покосилась на Дедрана. Похоже, он оставил свои подозрения на её счёт и теперь думает о Шторме, Логане и Тани. Вот пусть о них и думает.
      — Странные слухи?
      — Поговаривают, Шторм обнаружил отряд ксикских диверсантов и разгромил его с помощью своих зверей и приятелей. Поговаривают даже, что ему пособили туземцы. А потом ещё потерялась какая-то важная шишка, и Шторм отправился её разыскивать как раз тогда, когда аборигены взялись за оружие. Но эту историю удалось замять. Тут Патруль приложил руку. По крайней мере, так мне рассказывали.
      Ларис вздрогнула.
      Дедран, заметив это, понимающе хмыкнул.
      — Мне тоже не нравится, когда патрульные крутятся неподалёку. Но этот Шторм прямо-таки притягивает неприятности. Болтают, будто среди туземцев распространилась какая-то зараза. Хуже того, она перекинулась на людей, но Шторм с женой каким-то образом сумели остановить эпидемию.
      Ларис в изумлении уставилась на Дедрана.
      — Разве местные болезни могут быть заразны для людей! Если туземцы от неё умерли, значит, для нас она безвредна, разве не так? — повторила Ларис бытующее среди людей заблуждение.
      — За что купил, за то и продаю. — Дедран оторвался от стены, на которую опирался. — Ладно, иди спать. И помни: с этими людьми надо держать ухо востро! Я хочу, чтобы они считали, будто ты славная девочка с милым котиком.
      Дедран развернулся и зашагал прочь. Ларис осталась стоять, глядя ему вслед. Она знала, о чём думает хозяин цирка. Он боится, что семейство Куэйдов ей так понравится, что она сделается чересчур болтлива. Пока что ей удалось его успокоить, но надо быть осторожной. Проблема в том, что эти люди действительно ей очень нравились. Однако, если Дедран решит от неё избавиться, они ей ничем не сумеют помочь, а сами окажутся в опасности.
      Ларис устало добрела до каюты, погладила Прауо и плюхнулась на койку. Она уснула, едва успев натянуть на себя одеяло.
 
      В течение следующих двенадцати дней она чётко следовала инструкциям Дедрана. Искренне радовалась, видя кого-то из членов семьи Куэйдов. Помогла Тани взять образцы тканей у собачек. Часами болтала о цирке, о Прауо, о других животных, о представлениях и новых номерах. И ни слова о том, что могло бы рассердить Дедрана. Слушала рассказы Логана о туземцах и Арзоре. Она обратила внимание, что, несмотря на кажущуюся открытость, Логан ни словом не упоминал о рассказанных ей Дедраном событиях. Поначалу Ларис регулярно виделась со всеми тремя младшими членами семейства Куэйдов. Но по мере того как гастроли близились к концу, к ней всё чаще стал заходить один Логан.
      Вот и сейчас он нашёл её возле клетки с каррами.
      — Ларис, я слышал, вы заканчиваете выступать. А когда улетаете с Арзора?
      — Мы пробудем тут ещё долго! — с улыбкой заверила его Ларис. — Дедран говорит, все мы устали и нам надо отдохнуть. Мы пробудем тут ещё несколько недель, прежде чем лететь на Трастор. Нам предстоят там долгие гастроли.
      Логан уставился в землю.
      — У тебя бывает когда-нибудь настоящий отпуск? Я хочу сказать, ты можешь уйти из цирка?
      — Насовсем — нет, — быстро ответила Ларис. Логан поднял глаза.
      — Я… м-м-м… имел в виду… Ты не хотела бы погостить у нас на ранчо? Я бы тебя верхом научил ездить… Быть может, Дедран согласится отпустить тебя к нам на несколько дней?
      — Ну, я попробую спросить его…
      Ларис не знала, как следует себя вести. Посмотрим, что скажет на это Дедран.
      — Так давай найдём его и спросим, — предложил Логан, и они отправились искать хозяина цирка. А когда нашли его, спросил его напрямую:
      — Не будете ли вы возражать, если Ларис немного погостит у нас? Мой отец будет рад, а мы покажем ей Арзор. У нас она будет в безопасности.
      Так-то оно так, но зато семье Куэйдов будет грозить опасность из-за неё, печально подумала Ларис. Дедран сделал вид, что размышляет.
      — Я не возражаю. Моя подопечная — девушка благоразумная, и я уверен, что вы позаботитесь о ней.
      Он внимательно наблюдал за тем, как Логан отреагирует на его слова. Парень явно увлечён девчонкой. Что ж, может, оно и к лучшему. Он будет менее осторожен, а остальные, видя, как он к ней относится, тоже утратят бдительность.
      Дедран ласково взглянул на свою наживку.
      — Когда бы ты хотела уехать, дорогуша? О животных пока может позаботиться Гирран. Объясни ему, как и что надо делать.
      — Ничего, если я возьму с собой Прауо? Дедран кивнул, и Ларис обернулась к Логану.
      — Твои не будут возражать, если я приеду с ним? Логан улыбнулся.
      — Шторм был уверен, что ты захочешь взять его с собой. Он ведь не попытается загрызть кого-нибудь без твоего разрешения? Я имею в виду животных?
      Ларис покачала головой.
      — Тогда всё в порядке. Послезавтра я заеду за тобой на вездеходе. Жди меня после завтрака. — Он улыбнулся ещё шире прежнего. — Здорово, что ты приедешь к нам на ранчо! Не беспокойся, тебе у нас будет хорошо.
      Он оставил Ларис с Дедраном и убежал. Девушка знала, что Дедран следит за ней, и потому сохраняла невозмутимый вид.
      — Ты знаешь, что надо делать? Ларис кивнула.
      — Проверить все системы охраны, — принялась перечислять она. — Составить карту обоих ранчо. Запомнить распорядок дня: кто где когда находится. А что, если у них есть сейф? Мне попытаться раздобыть шифр? Это может оказаться полезным на случай, если Грегар захочет сбить с толку местную полицию. Или рейнджеров.
      Дедран посмотрел на неё одобрительно.
      — Неплохо придумано. Если получится добыть шифр сейфа — добудь его. Но рисковать не надо. Кроме того, в наше время даже на таких захолустных планетах многие имеют сложные системы охраны. Все ранчо вряд ли оборудовано системой сигнализации, но сейф — наверняка. К тому же у них тут, скорее всего, сенсорные замки, а у Грегара не будет времени миндальничать с обитателями ранчо.
      Последние слова он произнёс особенно многозначительно, и Ларис содрогнулась. Она знала, каким образом Гильдия отпирает сенсорные замки. Зачастую, чтобы открыть их, требовалась всего лишь рука владельца, неважно, живого или мёртвого. Иногда была необходима рука живого, да ещё и голосовая команда хозяина. Но и это несложно было устроить. Немногие отказывались сотрудничать, когда им показывали кого-нибудь из членов семьи и растолковывали, что с ним сделают, если сейф не будет открыт. Гильдия славилась своей беспощадностью, однако зачем Грегару сейф? Ведь он должен был украсть животных повелителя зверей, а уж их-то в сейф никто запирать не станет…
      Однако эта короткая передышка ей необходима. Должна же она хоть ненадолго ощутить себя обыкновенной девушкой, которая приехала погостить к друзьям! И Прауо сможет побегать на воле, поразмяться, поохотиться, когда ему разрешат. Он никогда прежде не имел такой возможности…
 
      Логан приехал в назначенный час, и Ларис уселась рядом с ним, а Прауо весело запрыгнул на заднее сиденье вездехода.
      — У вас много таких машин?
      — Только одна, чтобы перевозить тяжёлые грузы. Мы на Арзоре стараемся как можно меньше пользоваться техникой. Она требует привозное горючее, часто ломается, а доставлять сюда новую технику и запчасти слишком дорого. У себя на ранчо мы обычно ездим верхом. У рейнджеров и охранников есть вертолёты. Но не много.
      — У охранников? Ты имеешь в виду местных мужиков из Патруля?
      Логан немного удивился.
      — Почему мужиков? Среди них немало женщин.
      — Да ну? На Коваре женщин-патрульных не было. Только мужики.
      — Ты родилась на Коваре?
      — Можно сказать и так, — пробормотала Ларис и поспешила сменить тему. — А это что за кустики? Красивые какие!
      Логан принялся рассказывать ей о местных растениях, а потом и о местах, которые они проезжали. К тому времени, как они подъезжали к ранчо, он уже позабыл о вопросе, на который она так и не ответила. Но Ларис чувствовала, что надо что-то решать. Что им говорить, если они станут расспрашивать? Ведь, так или иначе, во время бесед неизбежно возникнут какие-то вопросы… В принципе, можно сказать правду. Единственное, что следует скрывать, — это свои настоящие отношения с Дедраном. При Куэйдах он называл себя её опекуном. Это было почтенно и безопасно. На некоторых планетах не признавали кабальных контрактов и почти на всех относились к ним более чем прохладно. Особенно к договорам с несовершеннолетними…
      Может, и на Арзоре их тоже не признают? Нет, о договоре она будет помалкивать. Но если спросят, расскажет правду о том немногом, что она помнила о своём детстве. Ларис успела принять это решение, когда вездеход миновал ворота ранчо Куэйдов и остановился на вершине холма. Логан указал вперёд.
      — Вот и наш дом, — негромко сказал он.

ГЛАВА 5

      Ларис прижилась на ранчо Куэйдов так легко, словно родилась тут. Ездить верхом она научилась быстро, как будто умела это с детства, а теперь лишь припоминала забытое искусство. Это ещё больше возвысило её во мнении Шторма и его отчима. Прауо держался со зверями из команды Шторма сдержанно, но не вызывающе. Благодаря длинным ногам и поджарому телу он без труда поспевал за Ларис во время конных прогулок, пробегая десятки миль. Они охотились вместе, и оба действовали так согласованно, что Хостин не раз одобрительно кивал, наблюдая за ними.
      Прауо радовался жизни, а девушка прямо-таки расцвела на воле. Она радовалась возможности носиться верхом, видеть новые места, слышать новые звуки, вдыхать незнакомые запахи. Нравились ей и тёплые, дружеские отношения, шум и гам большой семьи. Логан был с ней повсюду. Это он научил её ездить верхом, он сопровождал во время поездок и сидел рядом с ней за трапезой.
      Они много разговаривали — иногда просто болтали ни о чём, иногда беседовали всерьёз, обсуждая события на других планетах, о которых рассказывали в новостях. Ларис начала сознавать, что отнюдь не глупа. У неё обо всём было своё мнение, и она умела отстаивать свою точку зрения. А благодаря лагерному опыту и разговорам, подслушанным в цирке и на планетах, где она побывала, девушка неплохо представляла себе, какие обстоятельства могут сопутствовать тем или иным событиям. Дней через пять разговор о её происхождении получил неожиданное продолжение.
      — Логан говорил, что ты с Ковара? — спросил Брэд Куэйд, дружелюбно глядя на неё. Он не договорил, однако Ларис поняла, что тот имеет в виду: она была совсем не похожа на коварских поселенцев. По большей части они происходили из азиатской части старой Земли.
      — Можно сказать и так, — повторила сказанное Логану Ларис. — Хотя на самом деле я не помню, где родилась. Дедран удочерил меня на Коваре, взяв из лагеря беженцев Де-Пьялл. Я много лет провела в лагерях, и это был последний из них. Последние два года, которые запомнились мне лучше других, я провела именно там, так что, наверно, могу считать Ковар своей родиной.
      — А что-нибудь до Ковара ты помнишь? — поинтересовался Брэд.
      — Почти ничего, — ответила Ларис и задумчиво оперлась подбородком на кулаки. — Я была на корабле вместе с другими. Я никого не знала. Мне было лет восемь или девять. Мы приземлились на Мериле, и я провела там, наверное, года два. А до того я была ещё в каком-то лагере. На Эрмейне, кажется. Тот лагерь, где я была до этого, тоже назывался Де-Пьялл. Возможно, это было на Йохале. Тогда ещё была жива моя мать. Мне, наверно, было года четыре или пять.
      Шторм поднял голову.
      — А что случилось с твоей матерью?
      — Умерла, — коротко ответила Ларис. — Перед этим она болела. Я думаю, в том лагере многие умирали. В течение некоторого времени обо мне заботилась какая-то женщина. Но когда нас решили перевезти, она оказалась на другом корабле.
      — Ты можешь не говорить об этом, если тебя это расстраивает.
      Девушка покачала головой.
      — Это всё было давно. Теперь меня это не волнует.
      — Ну, если так, что ты помнишь о своей матери? Как называли её другие люди, когда разговаривали с ней? Она тебе никогда не рассказывала о том, где вы жили раньше? — Брэд подался вперёд. — Может быть, ты помнишь имена, какие-то слова, которые не имеют отношения к тем местам, где ты бывала потом?
      Ларис попыталась вспомнить те времена, от которых в её памяти ничего не осталось. Тогда её, наверное, любили и берегли. Вероятно, у неё была своя семья… Но нет, в глубинах памяти было по-прежнему темно и пусто.
      — Наверное, я болела одновременно с матерью. Я ничего о ней не помню. Ни имён, ни лиц. Иногда мне вроде бы что-то снится. Но когда я просыпаюсь, то вспомнить ничего не могу. — Она пожала плечами. — Да это, скорее всего, и неважно.
      Брэд кивнул.
      — Но имя своё ты помнишь, — негромко сказал он.
      Она ответила не раздумывая:
      — Я — Ларис. Меня всегда звали Ларис.
      — Да… — подтвердил Брэд. — Ты — Ларис. Своё имя — это первое, что ты заучиваешь ребёнком, и, вероятно, последнее, что забываешь. Тебе хотелось бы узнать, кто ты и откуда, если бы это было возможно?
      Ларис задумалась. В её жизни с Дедраном это ей ничем не поможет. И всё же знать это было бы приятно. Неплохо, наверно, иметь возможность сказать, что она — Ларис с такой-то планеты, а не просто сирота из лагеря. Внезапно она ощутила острый приступ тоски. Да, ей бы очень хотелось знать о себе всё, что возможно! Так она и сказала Брэду.
      — Хорошо, я наведу справки.
      И только два дня спустя до девушки дошло, что она натворила. Если Брэд обратится в лагерь Де-Пьялл на Коваре, там поднимут архивы, и станет известно, что её не удочерили, а заключили с ней кабальный договор. Она хотела убедить Брэда отказаться от этой идеи, но, по всей вероятности, было уже слишком поздно. Во всяком случае, она могла сказать, что просто подписала тогда какую-то бумагу. Что думала, будто её на самом деле удочеряют. В конце концов, ей было всего двенадцать лет. Необразованная, невежественная, девчонка из лагеря… Брэд ей поверит.
      К счастью, Брэд не возвращался к этой теме, и объяснять ничего не пришлось. Вот только Логан, кажется, стал к ней ещё внимательнее и все пытался развеселить её.
      А Логан и впрямь из кожи вон лез, чтобы угодить девушке. Ему так нравилось, когда она улыбалась! Увы, Ларис улыбалась очень редко и так неуверенно, как будто не знала, как это делается и стоит ли это делать. В этом не было ничего удивительного, если принять во внимание то, что сумел разузнать о ней его отец! Судя по лагерным архивам, девочке было около десяти, когда она попала на Ковар. О её семье сведений не сохранилось. А покинула она лагерь в возрасте двенадцати лет.
      Брэд принялся выяснять, как получилось, что двенадцатилетняя девочка покинула лагерь беженцев. И обнаружил её контракт, зарегистрированный в другой конторе. Причём в договоре утверждалось, что девочке исполнилось шестнадцать. Почему и зачем это сделали — ясно было бы и слепому. Логан бы давно обсудил это с самой Ларис, но Брэд запретил.
      — Я полагаю, Ларис в курсе, что она подписала кабальный договор. Она надеялась, что я этого не обнаружу, и солгала она нам, вероятнее всего, из стыда: на некоторых планетах быть в кабале считается постыдным. В лагерях дети рано приучаются быть практичными. Возможно, для неё это был единственный способ вырваться оттуда. Если мы дадим Ларис понять, что нам это стало известно, то отравим ей всё время пребывания здесь. Она всего лишь хотела узнать, откуда родом и кто такая. Но раз мы не можем этого узнать, лучше к этой теме не возвращаться, сынок.
      Логан послушался. Ему был уже почти двадцать один год, и он мало-помалу начинал соображать, что люди иногда бывают очень уязвимы. Полученные сведения заставили его обращаться с Ларис ещё заботливее.
      Шторм же, куда лучше Логана понимая, какую жизнь вела Ларис, по-прежнему относился к девушке с подозрением. Дети, выросшие в лагерях, рано привыкали заботиться в первую очередь о себе. Если Ларис придётся бороться за выживание, она махнёт рукой на любые принципы. Он наблюдал, как она общается с Прауо, а потом с сурикатами и Суррой. У девушки был природный дар. Животные тянулись к ней, доверяли ей, и она, казалось, инстинктивно понимала, чего они хотят. Осознав это, Шторм принялся наблюдать за нею вдвое пристальнее: возможно, он угадал верно и она действительно обладает врождённой восприимчивостью, свойственной повелителям зверей.
      Возможно, именно потому хозяин цирка и заключил с ней договор. Любой, кто работает с животными или просто дорожит ими, заплатит большие деньги за человека с таким талантом. Отчего бы не допустить, что её хозяин позволил ей поехать на ранчо просто затем, чтобы порадовать ценного работника…
      В тот день, когда они все вместе выехали кататься в степь, Хостин, впрочем, не думал о своих подозрениях, а просто любовался молодыми людьми и своей несравненной женой.
      Тани, как обычно, ехала на Судьбе, серебристой кобылке, на три четверти двуроге.
      Её койоты подняли самку оленя-мерена, и четверо всадников со смехом устремились в погоню — не слишком, впрочем, усердствуя. Миноу с Ферарре поняли, что охота ненастоящая, и трусили за зверем не спеша, весело вывалив языки. Олень метнулся в одну сторону, в другую, срезал угол и оторвался от погони. Преследователи остановились. Олениха тоже остановилась и оглянулась на них с небольшого холма.
      Ларис расхохоталась.
      — Какой у неё удивлённый вид! Кажется, она думает, что мы сумасшедшие!
      Смех у неё был заразительный — даже Шторм хмыкнул.
      — Ничего, пусть потренируется.
      — А-а, — сказала Ларис, изображая удивление, — так вот для чего мы за ней гонялись! Мы, значит, дичь тренировали! Может, поищем ещё кого-нибудь? Логан говорит, у вас сейчас самый благодатный сезон. Как бы животные не разжирели!
      — Может, просто построим для них спортзал? — предложила Тани. — Тогда они смогут тренироваться без нашей помощи и нам не придётся за ними гоняться!
      Шторм посмотрел на неё.
      — Ах, моя трепетная лань! Совсем обленилась, да?
      Логан застонал — каламбур явно не состоялся.
      — Пожалуйста, Шторм, не шути так больше! Я только что позавтракал, меня и стошнить может!
      Ларис снова рассмеялась весёлым беззаботным смехом, от которого всем как будто стало теплее.
      — Ну что ты, Хостин тут ни при чём! — сказала она, мило улыбнувшись. — Ты просто слишком долго тренировал животных, вот тебя и укачало!
      На этот раз застонали все.
      — Ларис, тебя здесь портят! — фыркнула Тани. — Это худшая шутка, какую я слышала за много лет.
      Ларис только хихикнула в ответ.
      Шторм следил за ней краем глаза. Когда ей было хорошо, она выглядела совсем девочкой. Но на самом деле она далеко не дитя. Брэд говорил, что, судя по архивам, ей шестнадцать-семнадцать лет. Пока что ему удалось проследить её путь до Эрмейна, а ранние следы были утеряны. Никакой фамилии — просто «Ларис», и все. Даже планета рождения неизвестна.
      Хостин помнил, каково ему было до того, как он нашёл отчима и брата. А каково ей? Её это не сломило, это ясно. Но выпавшие на её долю испытания могут изменить и исказить душу, хотя со стороны это не заметно. Впрочем, маленькие дети на удивление живучи. Души их эластичны, и, возможно, ей удалось вырваться из лагеря, сохранив чистую душу. По крайней мере, Брэд в это верил, а Брэд человек мудрый и проницательный. Шторм чуть поотстал, наблюдая за остальными. Логану девчонка нравится. Но Хостин слишком любил своего сводного брата и не хотел, чтобы он пострадал.
      Ехавшая впереди Ларис внезапно спрыгнула с коня и принялась рыться в россыпи щебня у растрескавшейся скалы. Убежавший вперёд Прауо вернулся трусцой, чтобы взглянуть на её находку. Ларис покатала её в ладони и показала остальным. Глаза её расширились от радости.
      — Я еду, смотрю: на солнце что-то блестит! Красивый, правда?
      Шторм взглянул на камень — это был кошачий глаз.
      — Он не только красивый, он ещё и довольно ценный.
      — А-а…
      Девушка поколебалась и протянула камень ему.
      — Он был на вашей земле…
      Шторм заметил, что жена и брат смотрят на него укоризненно. Он покачал головой.
      — Ты нашла, тебе им и владеть.
      Логан бережно взял у Ларис находку и повертел в пальцах.
      — Ночь была морозная, вот скала и треснула. А эта штука была внутри.
      Он коснулся её руки.
      — Шторм шутит, Ларис. Камушек, конечно, красивый, но по-настоящему ценятся только зелёные. А этот — золотистый и небольшой. Один зелёный кошачий глаз стоит больше, чем дюжина золотистых. Но всё равно он твой. Главное, не начни теперь рыть землю, как джимбут, в надежде найти ещё!
      Ларис взяла свою находку, полюбовалась прозрачным золотистым камнем с чёрной, похожей на зрачок прожилкой внутри, делящей его надвое. Она указала на прожилку и спросила:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18