Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Культура (№1) - Вспомни о Флебе (перевод Г. Крылов)

ModernLib.Net / Космическая фантастика / Бэнкс Иэн / Вспомни о Флебе (перевод Г. Крылов) - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Бэнкс Иэн
Жанр: Космическая фантастика
Серия: Культура

 

 


Он вспомнил, что идиране произносят своего рода молитву своему Богу, прежде чем уйти в гиперпространство. Однажды он летел вместе с Ксоралундрой: когда корабль входил в гиперпространство, кверл настоял на том, чтобы мутатор повторял за ним слова молитвы. Хорза возражал, говоря, что это не имеет для него никакого значения – идиранская концепция Бога противоречила его собственным убеждениям, к тому же молитва произносилась на мертвом языке ид идиран, которого Хорза не знал. Ксоралундра холодно объяснил ему, что тут важно само действие, а не что-либо другое. От существа, на которое идиране смотрели в основном как на животное (наиболее точным переводом их слова для обозначения гуманоидов было бы «биомат»), не требовалось ничего, кроме преданности: его сердце и разум в счет не шли. На вопрос Хорзы, как же быть с его бессмертной душой, Ксоралундра только рассмеялся. Больше Хорза никогда не слышал смеха старого воина. Слыхано ли, чтобы смертное тело имело бессмертную душу?

Когда заряд гиперпакета был практически исчерпан, Хорза выключил его. Звезды вокруг снова стали четкими. Хорза нажал комбинацию кнопок и отшвырнул аппарат подальше. Они разошлись в разные стороны: человек медленно двигался в одном направлении, гиперпакет – в другом. Вскоре пакет исчез из вида, включившись автоматически и пользуясь остатками энергии, чтобы сбить со следа возможную погоню.

Хорза постепенно понижал частоту дыхания. Некоторое время оно было очень быстрым и жестким, но усилием воли он замедлил и дыхание, и сердцебиение. Затем поближе познакомился со скафандром, проверил его функции и силовые узлы. Судя по запаху и внешнему виду, скафандр был новым, изготовленным, скорее всего, на Раирче. Скафандры с Раирча считались лучшими. Говорили, что скафандры, выпускаемые Культурой, еще лучше, но ведь говорили, что у Культуры вообще все лучше, а войну она тем не менее проигрывала. Хорза проверил встроенные в скафандр лазеры и поискал потайной пистолет – скафандры непременно оснащались ими. Оказалось, маленький плазменный пистолет, замаскированный, прятался в нарукавнике левого предплечья. Хорза с удовольствием пострелял бы из него, только вот прицелиться было не во что; пришлось засунуть оружие на место.

Хорза сложил руки на выпуклой груди скафандра и осмотрелся. Повсюду были звезды. Он понятия не имел, какая из них – солнце Сорпена. Значит, корабли Культуры могут прятаться в фотосфере звезд? И Разум – пусть даже находясь в отчаянном положении, спасаясь бегством – сумел перепрыгнуть через дно гравитационного колодца? Не исключено, что идиранам придется труднее, чем они предполагали. Они были воинами от природы, обладали опытом и крепкими нервами, и все их общество было заточено на постоянное противоборство. Но Культура (эта внешне разнородная, анархическая, гедонистская, упадочная смесь более или менее человеческих видов, вечно терявшая и абсорбировавшая различные группы людей) сражалась вот уже почти четыре года, не проявляя никаких признаков того, что собирается сдаться или хотя бы пойти на компромисс.

Все предполагали, что это будет короткое, ограниченное столкновение, носящее чисто символический характер, но оно переросло в полномасштабную войну. Первые поражения и колоссальные жертвы не потрясли Культуру, как то предсказывали ученые мужи и эксперты, не заставили ее ужаснуться жестокости войны и сдаться. Напротив, Культура была горда продемонстрировать, что представляет собой коллективную жизнь, а не только коллективный рот. Да, она отступала все дальше и дальше, но при этом готовилась, вооружалась, строила планы. Хорза был убежден, что за всем этим стояли ее Разумы.

Он не мог поверить, что обычные люди Культуры действительно хотят войны, как бы они ни голосовали. У них имелась собственная коммунистическая Утопия. Они были мягкими, изнеженными, снисходительными, а отдел Контактов, проникнутый миссионерским материализмом, тешил их совесть, находя для них трудную работу. Чего еще могли они желать? Эту войну им наверняка навязали Разумы, одержимые навязчивой идеей очистить галактику, заставить ее жить по безупречным и эффективным законам, без расточительства, несправедливости или страданий. Глупцы из Культуры не понимали, что в один прекрасный день Разумы могут решить, что и сами люди внутри Культуры – неэффективный вид, склонный к расточительству.

Хорза, используя для маневрирования внутренний гироскоп скафандра, осмотрел все небо, спрашивая себя, в каких уголках этой мерцающей огоньками пустоты бушуют битвы и умирают миллиарды существ, где Культура еще сопротивляется, где наступают флоты идиран. Скафандр едва слышно жужжал, пощелкивал и шипел – экономно, спокойно, успокаивающе.

Вдруг Хорза ощутил толчок – скафандр без предупреждения остановился, так, что лязгнули зубы. По ушам ударила неприятная – словно предупреждение о возможном столкновении – бешеная трель, и уголком глаза Хорза увидел, как на микроэкране у левой щеки вспыхнула красная голограмма.

– Цель/обнаружение/радар, – сказал костюм. – Сближение/увеличение.

3

«ТУРБУЛЕНТНОСТЬ ЧИСТОГО ВОЗДУХА»

– Что? – прорычал Хорза.

– Цель обнару… – начал скафандр снова.

– Да заткнись ты! – крикнул Хорза и, тыча в кнопки запястного пульта, стал поворачиваться в разные стороны, вглядываясь в окружавшую его тьму.

Наверно, существовал какой-то способ вывести индикацию на внутреннюю поверхность щитка шлема, чтобы разобраться, откуда идут сигналы, но у Хорзы не было времени как следует познакомиться с костюмом, и он никак не мог найти нужную кнопку. Потом он понял, что, может быть, нужно только спросить.

– Скафандр! Выведи мне на щиток индикацию источника сигналов!

На щитке вспыхнул верхний левый угол. Хорза поворачивался и сгибался, пока на прозрачной поверхности не появилась мигающая красная точка. Он опять принялся жать кнопки панели на запястье. Скафандр зашипел, выпуская газ через сопла в подошвах, и Хорза полетел с ускорением, не дотягивающим до одного «же». Казалось, не изменилось ничего, кроме его веса, но красный огонек ненадолго исчез, а потом появился снова. Хорза выругался.

– Цель обнару… – сообщил скафандр.

– Я знаю,сказал ему Хорза, отцепил от рукава плазменный пистолет и привел лазеры скафандра в боевую готовность. Газовые сопла он отключил.

Хорза не знал, кто его преследует, но сомневался, что от преследователя удастся уйти. Он снова обрел невесомость. На щитке по-прежнему мигал красный огонек. Хорза проверил внутренние экраны. Источник сигнала приближался по искривленной траектории в реальном пространстве со скоростью около процента от световой. Радар был низкочастотным и не особенно мощным – Культура и идиране давно уже использовали более совершенные устройства. Хорза приказал скафандру убрать индикацию на щитке, сдвинул увеличители с его верхнего края вниз, включил их и нацелил на то место, откуда шли сигналы. Один из малых экранов внутри шлема регистрировал синее смещение, а это свидетельствовало о том, что источник излучения замедляется. Что с ним собираются сделать – захватить в плен или уничтожить?

В поле увеличителей что-то неясно замерцало. Радар выключился. Источник сигнала был уже совсем близко. У Хорзы пересохло во рту, руки в тяжелых перчатках скафандра задрожали. Картинка в увеличителях словно взорвалась темнотой, и Хорза, задвинув их назад в верхнюю часть шлема, окинул взглядом звездные поля и чернильную ночь. Что-то абсолютно черное беззвучно мелькнуло в поле его зрения на фоне задника небес. Хорза нажал кнопку, включающую игольчатый радар скафандра, и попытался поймать радаром пролетавший мимо объект, который закрыл собой звезды. Но он промахнулся и потому не смог узнать, на каком расстоянии пролетел объект и каковы его размеры. След объекта затерялся в пространствах между звезд, но тут тьма перед Хорзой вспыхнула. Он догадался, что объект разворачивается: действительно, пульсации радара возобновились.

– Цель…

– Тихо, – сказал Хорза, проверяя свой плазменный пистолет.

Темные очертания увеличивались – объект надвигался почти прямо на него. Звезды вокруг объекта задрожали и стали ярче – эффект линзирования от плохо отрегулированного гипердвигателя на холостом ходу. Хорза смотрел, как объект надвигается. Чужой радар снова выключился. Хорза включил собственный, игольчатый, луч которого просканировал объект, и стал разглядывать полученное изображение на одном из внутренних экранов, но оно вдруг мигнуло и погасло. Скафандр перестал шипеть и жужжать, а звезды начали бледнеть.

– Оглушающий эффект о… гонь… – сказал скафандр, и тут он и Хорза резко ослабли, а затем отключились.


Хорза лежал на чем-то жестком. Голова болела. Он никак не мог вспомнить, где находится и что должен делать. Он помнил только свое имя. Бора Хорза Гобучул, мутатор с астероида Хибор, в последнее время находившийся на службе у идиран, ведущих священную войну против Культуры. Но как это было связано с болью в черепе и твердым, холодным металлом под его щекой?

Он получил сильный удар. Хорза еще не мог ни видеть, ни слышать, ни ощущать запахи, но почему-то знал: произошло что-то крайне серьезное, чуть ли не роковое. Он попытался вспомнить, что же случилось. Где он был перед тем, как потерять сознание? Что делал?

«Длань Божья 137»! Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда он вспомнил. Он должен был покинуть корабль! Где его шлем? Почему Ксоралундра оставил его? И куда подевался глупый меджель с его, Хорзы, шлемом? Помогите!

Он хотел пошевелиться, но не смог.

Во всяком случае, это не «Длань Божья 137» и не другой идиранский корабль. Палуба, если это палуба, твердая и холодная, и пахнет здесь совсем иначе. Теперь Хорза слышал и голоса, но видеть он все еще не видел. Он не знал, открыты его глаза и он ослеп или они закрыты и он просто не может их открыть. Он попытался поднести к лицу руки, чтобы выяснить это, но не смог ими пошевелить.

Голоса были человеческими. И их было несколько. Говорили на марейне, языке Культуры, но это почти ничего не значило. За последние несколько тысячелетий марейн широко распространился в Галактике в качестве второго языка. Хорза говорил на нем и понимал его, хотя не пользовался этим языком с тех пор… вообще-то с тех пор, как разговаривал с Бальведой, но до Бальведы был длинный перерыв. Бедная Бальведа. Но тут люди о чем-то говорили, а он не понимал ни слова. Он попытался пошевелить веками и наконец что-то почувствовал, хотя все еще не представлял, где находится.

Вся эта темнота… Потом появились неясные воспоминания о том, как он облачился в скафандр и какой-то голос рассказывал ему о целях или о чем-то в этом роде. Вдруг пришло понимание, потрясшее Хорзу: он или захвачен в плен, или спасен. Он забыл о своем намерении открыть глаза и изо всех сил сосредоточился на том, чтобы понять, о чем говорят люди рядом с ним. Он же совсем недавно пользовался марейном, он сможет понять. Должен. Он должен знать.

– … две недели в этой забытой богом системе, а достался нам всего лишь старикашка в скафандре.

Это был один из голосов – женский, как предположил Хорза.

– А чего ты, черт побери, ждала? Звездолета Культуры? – Мужской.

– Черт побери, а почему бы и нет – хоть маленького. – Опять женский голос. Смех.

– Хороший скафандр. Похоже, с Раирча. Пожалуй, я возьму его себе. – Еще один мужской голос. Тон властный – тут ошибки быть не может.

– Неразборчиво. Слишком тихо.

– Они подгоняются, идиот. – Опять тот же властный голос.

– … тут повсюду будут обломки кораблей идиран и Культуры, и мы могли бы… наш носовой лазер… он накрылся. – Еще один женский голос.

– Не мог же наш эффектор повредить его? – Еще один мужской голос, звучавший молодо, наложился на голос женщины.

– Он стоял на засос, не на выдувание, – твердо сказал капитан или кто он у них был.

Кто эти люди?

– … куда меньше, чем этот дед, – сказал один из мужчин.

Это про него. Они говорят о нем! Хорза постарался не подавать признаков жизни. Только теперь ему стало ясно, что его, конечно же, извлекли из скафандра. Он лежал в нескольких метрах от людей, а они, вероятно, стояли вокруг скафандра, некоторые спиной к нему. Хорза лежал обнаженный, на боку, лицом к ним, навалившись телом на одну руку. Голова все еще болела, и он чувствовал, как из полуоткрытого рта капает слюна.

– … к ним должно прилагаться какое-то оружие. Не пойму, – сказал главный.

Его голос теперь звучал иначе – похоже, он перешел с одного места на другое. Видимо, они не смогли найти его плазменный пистолет. Это наемники. Наверняка. Пираты.

– Можно мне взять твой старый скафандр, Крейклин? – Голос молодого мужчины.

– Посмотрим. – Голос главного прозвучал так, будто он до того сидел на корточках, а теперь вставал или поворачивался кругом. Похоже, он даже не обратил внимания, что ему задали вопрос. – Жаль, не попалась рыбка покрупнее, ну да ладно – скафандр, это тоже кое-что. Думаю, нам лучше убираться отсюда, пока не появились большие парни.

– И что теперь? – Опять одна из женщин. Хорзе понравился ее голос. Жаль, что он не мог открыть глаза.

– Тот храм. Легкая добыча, даже без носового лазера. Всего в десяти днях отсюда. Поживимся из алтарной сокровищницы, а потом купим на Ваваче вооружение помощнее. Там мы можем потратить неправедно нажитое добро. – Главный – Крейклин или как там его звали? – помолчал, потом засмеялся. – Доро, не делай такое испуганное лицо. Это будет легкая прогулка. Когда мы разбогатеем, ты еще поблагодаришь меня за то, что я узнал об этом месте. Эти чертовы жрецы даже не носят оружия. Легче легкого…

– Легкая прогулка. Да-да, мы знаем. – Голос женщины. Тот, приятный.

Теперь Хорза почувствовал свет. Перед глазами зарозовело. Голова все еще болела, но он приходил в себя. Он проверил тело по нервам обратной связи, оценивая свою физическую готовность. Ниже нормальной; но идеальной она и не будет, пока через несколько дней он не избавится от своей старческой внешности – нужно только прожить эти несколько дней. Он подозревал, что его уже считают мертвым.

– Заллин, – сказал главный, – выброси эту падаль! Он услышал, как приближаются шаги, и, вздрогнув, открыл глаза. Главный говорил о нем!

– Ух ты! – воскликнул кто-то рядом. – Он жив. У него глаза открываются.

Шаги остановились. Хорза неуверенно сел и прищурил глаза от яркого света. Он тяжело дышал, а когда поднял голову, все вокруг поплыло. Наконец ему удалось проморгаться.

Он сидел в ярко освещенном маленьком ангаре, примерно половину которого занимал старый обшарпанный шаттл. Хорза находился у одной из переборок, у другой стояли люди, чьи голоса он слышал. Между ним и группой людей стоял крупный нескладный парень с очень длинными руками и серебристыми волосами. Как Хорза и думал, раирчский скафандр лежал на полу у ног этих незнакомцев. Он сглотнул слюну и зажмурился. Парень с серебристыми волосами разглядывал его, нервно почесывая ухо. На нем были шорты и задрипанная футболка. Он подпрыгнул, когда заговорил высокий человек, чей голос Хорза уже определил как капитанский.

– Вабслин… – повернулся тот к одному из мужчин, – наш эффектор что, плохо работает?

Не позволяй им говорить о тебе так, будто тебя здесь нет! Хорза откашлялся и произнес так громко и твердо, как только мог:

– Ваш эффектор в порядке.

– Тогда, – высокий мужчина улыбнулся, не разжимая губ, и приподнял одну бровь, – ты должен быть мертвым.

Все смотрели на него, большинство – с подозрением. Стоящий рядом парень все еще почесывал ухо, вид у него был растерянный, даже испуганный. Но остальные поглядывали на Хорзу так, будто хотели как можно скорее избавиться от него, и только. Все они были с виду гуманоидами или родственны им: мужчины и женщины, одетые в скафандры, полностью или частично, но некоторые – в футболках и шортах. Капитан, высокий и мускулистый, расталкивая стоявших вокруг него, направился к Хорзе. У него была черная грива волос, зачесанная назад, болезненного цвета лицо и что-то дикое во взгляде и выражении губ. Голос ему очень подходил. Он приблизился, и Хорза заметил в его руке лазерный пистолет. На капитане был черный скафандр, тяжелые сапоги его громыхали по голому металлу палубы. Он шагал вперед, пока не поравнялся с серебристоволосым парнем, который теребил подол майки и покусывал губы.

– Ты почему не мертв? – спокойно спросил главный.

– Потому что я куда крепче, чем выгляжу, – ответил Хорза.

Главный улыбнулся и кивнул.

– Да, иначе бы тебя уже не было. – Он повернулся и бросил короткий взгляд на скафандр Хорзы. – Что ты делал в нем тут?

– Я работал на идиран. Они не хотели, чтобы меня захватил корабль Культуры, и думали, что, может быть, смогут подобрать меня позднее. Поэтому они выбросили меня за борт, чтобы я дождался прибытия флота. Он появится здесь часов через восемь-девять, так что на вашем месте я бы не стал тут задерживаться.

– Появится? – сказал капитан, и одна его бровь снова поднялась вверх. – Ты, кажется, очень неплохо информирован, старик.

– Я не такой уж старый. Это маскарад для моего последнего задания – я принял препарат, вызывающий внешнее старение. Его действие уже проходит. Еще дня два – и я опять смогу быть полезным. Главный печально покачал головой.

– Нет, не сможешь. – Он повернулся и пошел назад, костальным. – Вышвырни его! – приказал он парню в футболке.

Тот сделал шаг вперед.

– Эй, постой-ка, черт тебя побери! – закричал Хорза, пытаясь встать на ноги.

Он оперся спиной о стену, выставил вперед руки, но парень шел прямо на него. Остальные поглядывали то на Хорзу, то на капитана. Хорза выкинул ногу вперед и вверх с такой быстротой, что парень не успел среагировать. Удар пришелся точно в пах. Парень охнул, упал на колени и скорчился. Главный обернулся, посмотрел на парня, потом на Хорзу.

– Да? – сказал он.

Хорзе показалось, что происходящее забавляет капитана. Он показал на скорчившегося парня.

– Я же тебе говорю, что могу быть полезным. Я неплохой боец. Ты можешь забрать скафандр…

– Я уже его забрал, – сухо ответил капитан.

– Тогда дай мне хотя бы шанс. – Хорза оглядел всех по очереди. – Вы наемники или что-то вроде этого, верно? – Никто не ответил. Он почувствовал, что начал потеть, и остановил процесс. – Возьмите меня с собой. Я прошу только дать мне шанс. Вы в любое время можете вышвырнуть меня, если я вас подведу.

– А почему бы не вышвырнуть тебя прямо сейчас – и дело с концом?

Капитан засмеялся, широко разведя руками. Некоторые засмеялись вместе с ним.

– Один шанс, – повторил Хорза. – Черт возьми, не так уж много я прошу!

– Мне очень жаль. – Главный покачал головой. – Корабль и без того уже переполнен.

Серебристоволосый поднял глаза на Хорзу. Его лицо искажала гримаса боли и ненависти. Люди, стоявшие кучкой, с ухмылкой глядели на Хорзу или тихо переговаривались, кивая на него и посмеиваясь. Хорза вдруг понял, что в их глазах он всего лишь костлявый старик, стоящий в чем мать родила.

– Черт бы вас драл! – выкрикнул он, смерив главного гневным взглядом. – Дай мне пять дней, тогда я и тебя уложу на обе лопатки.

Брови капитана поползли вверх. Целую секунду казалось, что сейчас грянет буря, но затем он расхохотался. Потом махнул лазером в сторону Хорзы.

– Ладно, старик. Я скажу тебе, что мы сделаем. – Он упер руки в бедра и кивнул на парня, все еще корчившегося на палубе. – Ты можешь схватиться с Заллином. Как ты насчет подраться, Заллин?

– Я его убью! – сказал Заллин, устремив взгляд на горло Хорзы.

Главный рассмеялся. Его черная грива частично нависала над воротником скафандра.

– Так будет справедливо. – Он посмотрел на Хорзу. – Я тебе уже сказал, что корабль переполнен. Ты должен сам освободить место для себя. – Он повернулся к остальным. – А ну-ка подвиньтесь! И пусть кто-нибудь даст этому старику шорты, а то меня от его вида вырвет.

Одна из женщин бросила Хорзе шорты, и он их надел. Скафандр подняли с палубы, шаттл откатили в сторону на несколько метров, и он с железным лязгом ударился о стенку ангара. Заллин наконец поднялся и присоединился к остальным. Кто-то побрызгал ему на гениталии болеутоляющим средством. «Еще повезло, что у него яйца неубираемые», – подумал Хорза. Он стоял, прислонившись к переборке, не сводя взгляда с кучки людей. Заллин был выше всех остальных. Его руки, казалось, доставали до колен и были толстыми, как бедра Хорзы.

Хорза увидел, как капитан кивнул в его сторону, и к нему направилась одна из женщин. У нее было маленькое, суровое лицо, темная кожа и жесткие светлые волосы, стоявшие торчком. Все ее тело казалось сухим и жестким; Хорза подумал, что и походка у нее мужская. Когда женщина подошла поближе, он увидел, что у нее покрыто пушком лицо, а также руки и ноги – там, где они были видны из-под длинной рубахи. Она остановилась и оглядела его с ног до головы.

– Я твой секундант, – сказала она, – уж не знаю, будет ли тебе от этого польза.

Это ей принадлежал приятный голос. Хотя страх заглушал все чувства Хорзы, он испытал разочарование.

– Меня зовут Хорза. Спасибо за предложение. «Идиот! – сказал он себе. – Имя свое им назвал. Скажи им еще, что ты мутатор. Кретин».

– Йелсон, – внезапно сказала женщина и протянула ему руку.

Хорза не понял, что значит это слово – приветствие или ее имя. Он злился на себя. Мало у него проблем, так он еще назвал свое настоящее имя. Может, это и не будет иметь значения, но Хорза прекрасно знал, что такие вот мелкие промашки и, казалось бы, не имеющие последствий ошибки нередко определяют разницу между успехом и неудачей и даже между жизнью и смертью. Наконец он понял, что от него требуется, и схватил руку женщины. Рука была сухой, прохладной и сильной. Женщина пожала его ладонь и тотчас отпустила – он даже не успел ответить ей тем же. Хорза совершенно не представлял, откуда она родом, поэтому не придал этому жесту большого значения. На его родине такое пожатие было бы воспринято как недвусмысленное приглашение.

– Значит, Хорза? – Она кивнула и уперла руки в бедра, как это сделал капитан. – Ну, удачи тебе, Хорза. Кажется, Крейклин считает Заллина самым никудышным членом экипажа, поэтому он не будет особо возражать, если победишь ты. – Женщина посмотрела на дряблую кожу его живота и выпирающие ребра и нахмурилась. – Если победишь, – повторила она.

– Большое спасибо. – Хорза постарался втянуть живот и выпятить грудь, потом кивнул в сторону остальных и попытался улыбнуться. – Они делают ставки?

– Только на то, сколько ты продержишься. Хорза стер с лица неудавшуюся улыбку и отвел взгляд от женщины:

– Знаешь, раз такая безнадега, я, пожалуй, обойдусь и без твоей помощи. Если хочешь тоже сделать ставку – я тебя не задерживаю.

Он снова посмотрел в лицо женщине и не увидел на нем ни сострадания, ни хотя бы сочувствия. Та еще раз оглядела Хорзу с головы до ног, кивнула, повернулась на каблуках и пошла к остальным. Хорза выругался.

– О-па! – Крейклин хлопнул ладонями в перчатках.

Группа разделилась, люди разошлись к стенкам ангара, и посередине образовалось что-то вроде арены. Заллин мрачно смотрел на Хорзу с другого конца расчищенного пространства. Хорза оттолкнулся от переборки и встряхнулся, пытаясь расслабить мышцы и приготовиться.

– Деретесь до смерти одного из вас, – с улыбкой сообщил Крейклин. – Без оружия, но никаких судей я здесь не вижу, так что… разрешено все. Начинайте.

Хорза слегка отодвинулся от переборки. Заллин наступал на него, чуть сгорбившись и выставив руки – они напоминали громадные жвала какого-то колоссального насекомого. Хорза знал, что с помощью всего встроенного в него оружия (и если бы всего – постоянно приходилось напоминать себе, что ядовитые клыки ему удалили на Сорпене) он победит без труда, если только Заллин не нанесет удачный удар. Но он был также уверен, что если сумеет употребить единственное оставшееся у него эффективное оружие (ядовитые железы под ногтями), то все поймут, кто он такой, а это означает смертный приговор. Будь его зубы на месте, Хорза мог бы исхитриться и использовать их незаметно. Этот яд воздействовал на центральную нервную систему, и Заллин просто становился бы все неповоротливее; вероятно, никто ни о чем бы не догадался. Но если Хорза его оцарапает, это будет смертельно для них обоих. Яд в капсулах под ногтями последовательно парализовал мускулы, начиная от места его попадания в тело, и все поняли бы, что Заллин оцарапан отнюдь не обычным ногтем. Даже если остальные наемники не сочтут этот прием нечестным, высока была вероятность, что главный, Крейклин, заподозрит в Хорзе мутатора и прикажет его убить.

Мутатор представлял угрозу для каждого, кто правил при помощи силы, будь то сила характера или оружия. Знал это Амахайн-Фролк, знал, наверное, и Крейклин. А кроме того, вид, к которому принадлежал Хорза, вызывал у людей подсознательную неприязнь. Мутаторы не только ушли далеко от своего изначального генетического типа, но и представляли собой угрозу идентичности, вызов человеческому «я», даже если речь шла о тех, в кого они вообще не собирались перевоплощаться. Это не имело ничего общего ни с душой, ни со страхом перед одержанием физическим или духовным. Дело состояло в том – это прекрасно понимали, например, идиране, – что неприязнь вызывало именно подражание поведению других. Индивидуальность – то, чем большинство людей дорожили как зеницей ока, – обесценивалась: мутатор мог легко преодолевать собственную индивидуальность и использовать в качестве личины чужую.

Хорза принял облик старика, и эта маска по-прежнему оставалась при нем. Заллин подходил все ближе.

Парень метнулся вперед и неудачно попытался обхватить Хорзу клещами своих длинных рук. Хорза пригнулся и отпрыгнул в сторону быстрее, чем ожидал Заллин. Прежде чем тот успел развернуться, мутатор лягнул его в плечо, хотя целил в голову. Заллин выругался, Хорза тоже. Он ушиб ногу.

Потирая плечо, парень начал приближаться снова, поначалу будто бы без всякой задней мысли, но вдруг, сжав кулак, выбросил вперед длинную руку и едва не попал Хорзе в лицо. Мутатор почувствовал на своей щеке движение воздуха от этого убийственного выпада. Угоди кулак в цель, на этом бы все и закончилось. Хорза сделал обманное движение в одну сторону, прыгнул в другую и повернулся на пятке, снова нацеливая ногу в пах противнику. Удар достиг цели, но Заллин только болезненно скривился и снова попытался схватить Хорзу. Должно быть, спрей основательно притупил его чувствительность.

Хорза обошел вокруг парня. Заллин смотрел на него крайне сосредоточенно. Полусогнутые руки он все еще держал перед собой, наподобие клещей, пальцы его то сжимались, то разжимались, будто Заллин горел нетерпением вцепиться противнику в горло. Хорза почти не замечал ни людей, стоявших вокруг, ни огней, ни обстановки ангара. Он видел перед собой только сгорбившегося, готового к броску человека с огромными руками и серебристыми волосами, в потрепанной футболке и легких башмаках. Башмаки провизжали по металлической палубе, когда Заллин снова метнулся вперед. Хорза развернулся, выбрасывая вперед правую ногу. Удар пришелся Заллину в правое ухо, и парень отпрыгнул назад, потирая его.

Хорза отметил, что его дыхание участилось. Он тратил слишком много энергии, чтобы оставаться в максимальном напряжении, быть готовым к отражению атаки, а вреда Заллину причинял всего ничего. Если так пойдет и дальше, он скоро вымотается без всяких усилий со стороны парня. Заллин расставил руки и снова начал приближаться. Хорза нырнул в сторону, его старческие мускулы жалобно заныли. Потом он прыгнул вперед с разворотом на одной ноге, другой нанося удар парню поддых. Звук удара показался Хорзе вполне удовлетворительным, и он хотел было отпрыгнуть, но оказалось, что это невозможно – Заллин держал его за ногу. Хорза упал.

Заллина качало. Одну руку он прижимал к подреберью. Воздух с хрипом вырывался из его груди, он почти сложился пополам, ноги его подгибались (Хорза подумал, что сломал ему ребро), но другой рукой Заллин продолжал крепко сжимать ногу Хорзы. Как Хорза ни дергался, вырваться не удавалось.

Он попробовал выделить пот из правой голени. Прием этот не доводилось применять со времен тренировочных поединков в Академии на Хиборе, но попытаться стоило. Стоило испробовать все, что давало шанс вырваться. Нет, ничего не выходит. Может, он забыл, как это делается, а может, его искусственно состаренные потовые железы неспособны были реагировать с нужной быстротой – так или иначе, парень крепко держал его за ногу. Заллин понемногу отходил от удара. Он тряхнул головой – в волосах его отразились огни внутри ангара – и схватил ногу Хорзы второй рукой.

Хорза перемещался на руках вокруг парня, который прочно удерживал одну его ногу; другой, свисавшей вниз, он пытался дотянуться до палубы, чтобы перенести на нее часть своего веса. Заллин посмотрел на мутатора и сделал такое движение руками, будто пытался отвинтить ногу Хорзы. Но тот предугадал финт противника и развернулся вокруг своей оси, предупреждая маневр Заллина, затем вернулся в исходное положение. Заллин крепко держал ногу Хорзы, а тот перебирал руками по палубе, пытаясь подладиться под действия парня. «Можно попытаться укусить его в ноги, выгнуться и укусить, – мелькнуло в голове у Хорзы, отчаянно старавшегося что-нибудь придумать. – Как только он начнет уставать, у меня появится шанс. Остальные ничего не заметят. Мне нужно только…» Но тут он опять вспомнил, что у него вырваны зубы. Эти старые ублюдки… и Бальведа… что ж, похоже, они все-таки убьют его: Бальведа – так та из могилы. Пока Заллин сжимает его ногу, исход у схватки может быть только один.

«Черт с ним, все равно укушу». Эта мысль удивила его – она возникла и осуществилась еще до того, как Хорза успел обдумать ее. Он просто поймал себя на том, что изо всех сил оттолкнулся от палубы руками, дернул ногой, которую удерживал Заллин, изогнулся и оказался лицом между ног парня. Он вонзил оставшиеся у него зубы в правое бедро соперника.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7