Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Зарубежная фантастика (изд-во Мир) - Рама Явленный

ModernLib.Net / Кларк Артур Чарльз / Рама Явленный - Чтение (стр. 1)
Автор: Кларк Артур Чарльз
Жанр:
Серия: Зарубежная фантастика (изд-во Мир)

 

 


Артур Кларк, Джентри Ли
РАМА ЯВЛЕННЫЙ

ПРОЛОГ

      Одинокая, ничем не примечательная желтая звездочка медленно обращается в одном из внешних спиральных рукавов галактики Млечный Путь вокруг его центра, отделенная от него тридцатью тысячами световых лет. Эта стационарная звезда — Солнце — завершает свой полный оборот по галактической орбите за двести двадцать пять миллионов лет. Когда Солнце в последний раз находилось в нынешнем положении относительно центра Галактики, огромные рептилии только что начали устанавливать свою власть на Земле — небольшой голубой планете, одном из спутников Солнца.
      Среди планет и небесных тел, составляющих семейство Солнца, лишь на Земле возникла сложная жизнь и просуществовала долгие эры. Только в этом мире химические соединения путем эволюции достигли разума, а потом, познав чудеса и размеры Вселенной, начали задавать себе вопрос: может ли где-нибудь еще повториться чудо, подобное тому, которое породило их самих?
      В конце концов, рассуждали разумные земляне, лишь в нашей Галактике насчитывается сто миллиардов звезд. И мы достаточно обоснованно полагаем, что по меньшей мере 20 % этих звезд имеют планеты, а малая, но все же значительная доля таких планет хотя бы какое-то время своей истории обладала атмосферными и температурными условиями, допускающими образование аминокислот и прочих органических соединений, без которыхмы не в состоянии представить себе биологию. По крайней мере однажды в истории Земли эти аминокислоты обрели способность к самовоспроизведению — тогда и началось чудо эволюции, породившей в итоге человеческие существа. Разве можно предполагать, что подобные обстоятельства возникли лишь однажды во всей истории Вселенной? Тяжелые атомы, без которых нельзя создать живой организм, образовались в звездных катаклизмах, миллиарды лет прокатывавшихся по Вселенной. Возможно ли, что только здесь — на одной-единственной планете — эти атомы объединились в особые молекулы, из которых сложены тела разумных существ, способных задать вопрос: одиноки ли мы во Вселенной?
      Люди Земли начали искать своих космических братьев сперва с помощью телескопов, которые позволили им разглядеть лишь ближайшие окрестности. Техника сделала следующий шаг, и автоматические космические аппараты полетели к другим планетам, чтобы отыскать признаки биологической жизни на их поверхности. Однако эти исследования показали, что ни на одном небесном теле, входящем в нашу Солнечную систему, никогда не существовало разумной жизни. Так что, если кто-нибудь там все-таки есть, заключили земные ученые, если существуют разумные существа, с которыми мы могли бы, наконец, установить связь, они обитают по ту сторону бездны, что отделяет нашу Солнечную систему от других звезд.
      К концу XX века по земному летоисчислению мощные антенны Земли начали обшаривать небо, стараясь уловить в нем когерентные сигналы, несущие радиопослания чужого разума. Поиск продолжался более столетия; достигнув апогея в первой декаде XXI века — звездного часа международной науки, — к концу века он пошел на спад, когда четвертый комплекс сложных прослушивающих приборов не сумел обнаружить сигналов инопланетян.
      И к 2130 году, когда в нашей Солнечной системе обнаружился странный цилиндрический объект, подавляющая часть людей полагала, что жизнь, должно быть, редка во Вселенной, а разум, если он и впрямь существует где-нибудь вне Земли, встречается еще реже. Иначе как объяснить, говорили ученые, отсутствие положительного результата после всех усилий, потраченных в последнем столетии на поиски внеземного разума.
      Тогда Землю ожидало потрясение. После тщательного исследования объект, вошедший в Солнечную систему в 2130 году, признали искусственным, созданным инопланетянами. Наконец-то земляне получили несомненное доказательство существования разума во Вселенной, хотя бы в прошлом. Земной космический корабль, находившийся в рейсе, изменил курс и направился навстречу серому цилиндрическому бегемоту; этот космический корабль мог бы вместить любой крупный город Земли. Космонавты-исследователи обнаруживали на небесном госте тайну за тайной, но так и не сумели ответить на основные вопросы о природе загадочного инопланетного корабля. Пришелец со звезд ничем не намекнул на свое происхождение и предназначение.
      Первая группа исследователей просто каталогизировала чудеса Рамы — так был назван гигантский цилиндр, еще до того, как стало известно, что он имеет искусственное происхождение, — побывала внутри его и составила карту. Когда исследователи оставили Раму, а инопланетный корабль, обогнув Солнце, покинул нашу систему с гиперболической скоростью, ученые смогли подробно проанализировать всю информацию, собранную экспедицией. Все согласились в одном: люди, посетившие Раму, так и не встретились с истинными создателями таинственного космического аппарата. Однако тщательный анализ позволил обнаружить принцип, заложенный в основу конструкции Рамы: принцип двойного дублирования. Все основные системы и подсистемы космического корабля были продублированы дважды. Рамане все проектировали тройками. И ученые предположили, что в ближайшее время могут появиться еще два подобных гостя из далекого космоса.
      Годы, последовавшие за визитом Рамы I, были полны ожидания. Ученые и политики объявили о начале Новой эры в истории человечества. Международное космическое агентство (МКА) совместно с Советом Объединенных Правительств (СОП) разработало подробные процедуры, которыми предлагалось руководствоваться во время нового посещения Рамы. Все телескопы были обращены к небесам, астрономы и обсерватории оспаривали друг у друга право первым обнаружить еще одного Раму. Но очередного зрелища не последовало.
      Во второй половине 2130-х годов экономический бум, отчасти усиленный общемировой реакцией на Раму, внезапно закончился. Мир погрузился в глубочайшую депрессию, которой еще не знала история, названную Великим хаосом. Ее сопровождал разгул анархии и беззакония. В эти скорбные годы все научные исследования были заброшены, и спустя несколько десятилетий внимание человечества было обращено лишь к мирским проблемам. Люди уже почти забыли так и оставшуюся нерешенной загадку.
      Но в 2200 году в Солнечную систему прибыл второй цилиндрический гость. Люди Земли стряхнули пыль со старых методик, разработанных после прощания с первым Рамой, и приготовились встречать Раму II. В экспедицию отправилось двенадцать человек. Вскоре после стыковки дюжина землян обнаружила, что второй космический аппарат почти во всем идентичен своему предшественнику. Люди встретились в нем с новыми тайнами и чудесами, даже с инопланетянами, но все же не сумели понять, куда и зачем направляется Рама.
      Три странные смерти унесли трех членов экипажа и вызвали на Земле великую тревогу; за ходом исторического полета вся планета следила по телевизорам. И когда огромный цилиндр совершил маневр, который вывел его на траекторию соударения с Землей, тревога перешла в страх. Главы государств без колебаний решили, что отсутствие информации не дает им возможности выбора, и им оставалось только предположить, что Рама II проявил враждебность. Они не могли допустить, чтобы космический корабль чужаков столкнулся с Землей или даже просто подошел к ней на расстояние, позволяющее воспользоваться оружием, которым он мог располагать.
      Было принято решение уничтожить Раму II в безопасном удалении от Земли.
      Исследователям приказали отправляться домой, но трое из них — двое мужчин и одна женщина — оставались на борту Рамы II, когда инопланетный космический аппарат уклонился от соударения с ядерной армадой, высланной, чтобы преградить ему путь к Земле. Рама повернул от враждебной Земли и, набрав скорость, оставил Солнечную систему, унося в себе неразгаданные тайны и трех пассажиров.
      Тринадцать лет путешествия на релятивистских скоростях потребовались Раме II, чтобы добраться из окрестностей Земли к месту назначения: огромному инженерному комплексу, именуемому Узлом и находящемуся на далекой орбите вокруг Сириуса.
      К трем людям, отправившимся в путь на борту корабля, добавилось еще пятеро — дети сделали их семьей. Удивляясь чудесам, обнаруженным в космосе, человеческая семья вновь встретилась с уже знакомыми инопланетянами. Однако, достигнув Узла, люди уже успели убедиться в том, что вместе с этими инопланетянами они являются единственными пассажирами Рамы.
      Люди провели в Узле чуть более года.
      За это время космический аппарат Рама был реконструирован и переоснащен для третьего, последнего путешествия в Солнечную систему. Семья узнала от Орла, небиологического существа, созданного разумом Узла, что подобные Раме аппараты предназначены, чтобы собирать и каталогизировать всю разнообразную информацию о расах космоплавателей, населяющих нашу Галактику. Орел, существо с головой, клювом и глазами земного орла и человеческим телом, сообщил им, что внутри последнего, третьего Рамы устроят поселение, пригодное для землян, где смогут удобно разместиться две тысячи человек.
      Из Узла на Землю была послана видеопередача, предупреждающая людей о грядущем возвращении третьего Рамы. В ней сообщалось, что опередившие в своем развитии человечество инопланетяне собираются провести длительные наблюдения и исследования человеческого общества; они потребовали, чтобы две тысячи людей отправились на орбиту Марса встречать Раму III.
      Путешествие от Сириуса к Солнечной системе Рама III совершил со скоростью, превышающей половину световой. Внутри огромного космического аппарата в специальных камерах спали люди — почти все члены семьи, побывавшей в Узле. На орбите Марса их ждала радость — встреча с землянами, посланцами родной планеты. Поселение внутри Рамы они заселили быстро. Земную колонию, названную Новым Эдемом, от внутренней части космического корабля отделяла непроницаемая оболочка.
      Почти немедленно после этого Рама III разогнался до релятивистских скоростей; путь его из нашей Солнечной системы лежал к желтой звезде Тау Кита. Три года миновали без существенных событий в жизни людей. Жители Нового Эдема углубились в повседневную жизнь и забыли о Вселенной, окружающей их колонию.
      Но шаткую демократию, сложившуюся в раю, созданном раманами для людей, потрясла серия кризисов; власть захватил своевольный заправила-тайкун, немедленно начавший притеснять несогласных. Один из исследователей — пассажир Рамы II — бежал из Нового Эдема, случайно вступив в контакт с симбиотической парой инопланетных существ, обитавших на корабле во втором поселении — возле землян. Его жена оставалась среди людей, безуспешно пытаясь пробудить в них совесть. Через несколько месяцев ее заключили в тюрьму, обвинили в предательстве и вынесли смертный приговор.
      Условия и уровень жизни внутри Нового Эдема продолжали ухудшаться, поэтому люди захватили ближайший к ним район в Северном полуцилиндре Рамы и объявили войну на уничтожение соседям: симбиотической паре разумных инопланетян. Тем временем загадочные рамане, о существовании которых свидетельствовала только гениальная техника, продолжали дистанционные наблюдения, понимая, что люди обязательно вступят в контакт с весьма развитым видом, населявшим область к югу от Цилиндрического моря…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ПОБЕГ

1

      — Николь. — Поначалу ей показалось, что негромкий механический голос она слышит во сне. Вновь услышав свое имя — на этот раз чуть громче, — Николь вздрогнула и пробудилась.
      Волна жуткого страха окатила ее. «За мной пришли, — подумала Николь. — Настало утро. И я умру через несколько часов».
      Она глубоко вздохнула и попыталась взять себя в руки. Помедлив несколько секунд, Николь открыла глаза. В камере было совершенно темно. Озадаченная Николь оглянулась, стараясь взглядом найти окликавшую ее личность.
      — Мы здесь… на твоем топчане возле правого уха, — проговорил очень тихий голос. — Ричард послал нас, чтобы устроить твой побег… но действовать мы должны быстро.
      На мгновение Николь показалось, что она все еще спит. А потом она услышала другой голос, очень похожий на первый, но тем не менее слова были различимы. — Перевернись на правый бок и мы осветим себя.
      Николь повернулась. На топчане возле ее головы стояли две крошечные фигурки, восьми или десяти сантиметров высотой, по-видимому, женские. И вдруг они словно засветились изнутри. Одна из них, коротко стриженая, была облачена в европейские рыцарские доспехи XV столетия. Голову второй венчала корона над пышным платьем средневековой королевы.
      — Я Жанна д'Арк, — провозгласила первая.
      — А я Алиенора Аквитанская.
      Нервно расхохотавшись, Николь удивленно поглядела на обе фигурки.
      Чуть позже, когда внутреннее освещение роботов погасло, Николь, наконец, собралась и заговорила.
      — Итак, Ричард послал вас, чтобы вы помогли мне бежать? — сказала она шепотом. — И как же мы это сделаем?
      — Мы уже заблокировали всю систему слежения, — с гордостью произнесла крошечная Жанна, — и перепрограммировали Гарсиа… Она придет сюда через несколько минут и выпустит тебя на свободу.
      — У нас есть базовый план побега и несколько вариантов, — добавила Алиенора. — Ричард продумывал их несколько месяцев — после того как закончил изготавливать нас.
      Николь расхохоталась. Она была ошеломлена.
      — В самом деле? А можно ли поинтересоваться, где сейчас находится мой гениальный муж?
      — Ричард живет в вашем старом доме под Нью-Йорком, — ответила Жанна. — Он велел передать, что там ничего не изменилось. Он следит за нами по навигационному радиомаяку… Кстати, Ричард просил передать, что любит тебя и не забыл…
      — Не двигайся, — перебила ее Алиенора, когда Николь автоматически поскребла за правым ухом. — Я устанавливаю на тебе индивидуальный навигационный маяк, мне тяжело это делать.
      Мгновение спустя Николь прикоснулась к крошечному приборчику, оказавшемуся за ее ухом, и покачала головой.
      — А он может сейчас слышатьнас? — спросила она.
      — Ричард решил, что переговоры — вещь рискованная, — ответила Алиенора.
      — Их легко могут перехватить люди Накамуры… а так он будет хотя бы, знать где мы находимся.
      — А теперь вставай, — сказала Жанна, — и одевайся. Мы должны быть готовы к приходу Гарсиа.
      «Неужели чудеса никогда не прекратятся?» — думала Николь, в темноте омывая лицо в голубой раковине. Николь вдруг пришло в голову, что оба робота могут участвовать в каком-нибудь хитроумном замысле Накамуры, а ее ждет смерть при попытке к бегству. «Невероятно, немыслимо, — сказала она себе несколько мгновений спустя. — Даже если среди подручных Накамуры найдется человек, способный создать подобных роботов, лишь Ричард знает меня настолько, чтобы придать им обличье Жанны д'Арк и Алиеноры Аквитанской… Кстати, зачем им убивать меня при попытке к бегству? Все равно утром меня ждет электрический стул».
      К решетке снаружи подошла Гарсиа. Николь напряглась, еще не веря, что крошечные подруги действительно сказали ей правду.
      — Садись на топчан, — услышала она голос Жанны, — чтобы мы с Алиенорой могли забраться к тебе в карман.
      Николь ощутила, как оба робота карабкаются по подолу ее платья. Она улыбнулась. «Ты у меня удивительный, Ричард, — подумала она. — И как чудно знать, что ты жив».
      Посвечивая фонариком, в камеру Николь с важным видом вошла Гарсиа.
      — Пойдемте со мной, миссис Уэйкфилд, — объявила она громким голосом. — Я получила приказ перевести вас в подготовительное помещение.
      Николь вновь испугалась, биот явно не обнаруживал дружелюбных намерений. «Что, если…» — впрочем, времени на размышления уже не оставалось. Гарсиа торопливо вела Николь по коридору. Через двадцать метров они миновали караул биотов, которым командовал молодой офицер; Николь еще не приходилось встречать его.
      — Подождите, — окликнул их офицер, когда Николь с Гарсиа уже собиралась подняться на лестницу. Николь застыла.
      — Ты забыла расписаться, — проговорил человек, протягивая документы Гарсиа.
      — Безусловно, — ответила та, с шиком проставляя на бумаге свой идентификационный номер.
      И менее чем через минуту Николь оказалась за пределами дома, где провела в заточении несколько месяцев. Она глубоко вдохнула свежий воздух и направилась следом за Гарсиа по тропе к Сентрал-Сити.
      — Нет, — услыхала Николь голос Алиеноры, донесшийся из кармана. — Не за биотом. Поворачивай на запад, к той ветряной мельнице с фонарем на крыше. Придется бежать со всех ног, мы должны оказаться у Макса Паккетта до рассвета.
      Тюрьма ее оказалась почти в пяти километрах от фермы Макса. Николь ровно трусила по небольшой дорожке, время от времени ее подгонял то один, то другой робот — они старательно следили за временем. До рассвета оставалось немного. На Земле переход от ночи ко дню происходит постепенно, но в Новом Эдеме рассвет наступал внезапно. Только что было темно, а в следующий момент загоралось искусственное солнце, начинавшее выписывать небольшую дугу по куполу над поселением.
      — Осталось двенадцать минут до света, — проговорила Жанна, когда Николь добралась до велосипедной дорожки, которую от фермы Макса Паккетта отделяли две сотни метров. Николь уже почти теряла силы, но продолжала бежать. Два раза во время бега она ощутила тупую боль в груди. «Нечему радоваться, надо же было настолько потерять форму, — подумала она, ругая себя за то, что забывала упражняться в камере. — Впрочем, мне уже почти шестьдесят».
      В домике огней не было. Николь поднялась на крыльцо, пару раз вздохнула, переводя дыхание. Дверь отворилась.
      — Я ждал тебя, — проговорил Макс с озабоченным выражением на открытом лице, только подчеркивавшим серьезность ситуации. Он торопливо обнял Николь и, увлекая ее в сторону амбара, бросил: — Следуй за мной.
      — Пока полицейских машин на дороге не видно, — произнес Макс, когда она оказались внутри амбара. — Возможно, они еще не обнаружили, что ты сбежала. Но это произойдет через какие-нибудь минуты.
      Цыплят он держал на дальней стороне амбара. У кур было свое помещение — отдельно от петушков. Когда Макс и Николь вошли в курятник, там поднялся шум. Птицы бросились во все стороны, кудахча, вскрикивая и шумно ударяя крыльями. В курятнике стояла жуткая вонь.
      Макс улыбнулся.
      — А я уже и позабыл, что это мне одному куриное дерьмо духами кажется. Еще бы — я давно уже принюхался к нему. — Он легко похлопал Николь по спине. — Кто знает, быть может и вонь тоже защитит тебя. А внизу особо пахнуть не будет.
      Отогнав с пути нескольких кур, Макс подошел к уголку курятника и встал на колени.
      — Когда ко мне явились эти забавные крохи-роботы, посланные Ричардом, — сказал он, отодвигая в сторону сено и куриный корм, — я все не мог решить, где мне тебя укрыть, а потом подумал об этом месте. — Макс поднял пару досок, под ними в полу обнаружилось прямоугольное отверстие. — И, по-моему, не ошибся.
      Он пригласил Николь последовать за ним и первым заполз в дыру. Став на четвереньки, они направились по грунтовому ходу сперва параллельно полу, но через несколько метров он круто повернул вниз. Было очень тесно. Николь то и дело натыкалась на Макса, ползшего впереди нее, на земляные стены и потолок.
      Путь освещал лишь небольшой фонарик, который Макс сжимал в правой руке. Через пятнадцать метров узкий тоннель привел их в темное помещение. Макс осторожно спустился вниз по веревочной лестнице, затем повернулся, чтобы помочь Николь. А когда они оба оказались в середине подземной каморки, Макс протянул руку вверх и включил единственную электрическую лампу.
      — Конечно, не дворец, — проговорил он, пока Николь оглядывалась. — Но я бы сказал, что здесь просто здорово, если сравнить с твоей камерой.
      В комнате оказались постель, кресло, две полки с едой, еще одна с электронными книжными дисками; в открытом шкафчике висела кое-какая одежда. Были туалетные принадлежности: большой таз с водой, который едва удалось протащить через проход, и глубокое квадратное отхожее место, устроенное в дальнем углу.
      — И ты сделал все это один? — спросила Николь.
      — Угу, — ответил Макс. — По ночам… за несколько последних недель. Я не рискнул попросить у кого-нибудь помощи.
      Николь была глубоко тронута.
      — Как же мне отблагодарить тебя?
      — Не попадись, — ухмыльнулся Макс, — помереть я хочу не больше, чем ты… Да, кстати, — добавил он, вручая Николь электронное читающее устройство, с помощью которого она могла читать книжные диски, — надеюсь, что чтиво тебе подойдет. Справочники по свиноводству и цыплячьим болезням, конечно, не столь занимательны, как романы твоего отца, но я не хотел привлекать к себе внимание, забирая из книжного магазина непривычный груз.
      Николь пересекла комнату и поцеловала его в щеку.
      — Макс, — проговорила она с пылом, — ты такой хороший друг, я просто не могу представить как…
      — Наверху настал рассвет, — вмешалась Жанна д'Арк из кармана Николь. — В соответствии с нашим графиком мы запаздываем. Мистер Паккетт, мы должны внимательно осмотреть наш маршрут, прежде чем вы нас оставите.
      — Ну, дерьмо, — проговорил Макс. — Вот она, моя судьба: выслушивать приказы от робота ростом не выше коробки сигарет. — Он вынул Жанну и Алиенору из карманов Николь и поместил их на верхнюю полку — за банку с фасолью. — Вы видите эту маленькую дверь? С другой стороны есть труба, она проходит как раз за свинарником… Можете проверить и выйти наружу.
      Через одну-две минуты после того, как роботы отправились наружу, Макс принялся объяснять ситуацию Николь.
      — Полиция будет искать тебя повсюду, — сказал он. — Особенно здесь, поскольку все знают, что я друг вашей семьи. Поэтому я намереваюсь завалить вход в твое убежище. Припасов тебе должно хватить на несколько недель. — И прокомментировал со смешком: — К тому же роботы могут свободно входить и выходить, если только их свиньи не слопают. Они будут единственной твоей связью с внешним миром и дадут тебе знать, когда настанет время приступать к исполнению второго этапа плана побега.
      — Значит, я не скоро снова увижу тебя? — спросила Николь.
      — Во всяком случае, не раньше, чем через несколько недель, — ответил Макс. — Это слишком опасно… Кстати, когда сюда нагрянет полиция, я отключу электричество в твоем подполье — будешь сидеть тихо, как мышь.
      Алиенора Аквитанская уже стояла на полке возле банки с фасолью.
      — Удобный маршрут, — заявила она. — Жанна оставила нас на несколько дней. Она намеревается покинуть поселение и связаться с Ричардом.
      — Ну, теперь и мне пора уходить, — обратился Маке к Николь. Он помолчал несколько секунд. — Но сперва я должен сказать тебе одну вещь, моя милая дама… Как ты, наверное, догадываешься, всю свою жизнь я был клепаным циником. Не так уж много людей произвели на меня впечатление. Но ты сумела убедить меня в том, что хоть кое-кто из нас, людей, стоит выше свиней и цыплят. — Макс улыбнулся. — Таких не много, — добавил он торопливо, — хорошо уже то, что попадаются.
      — Спасибо тебе, Макс, — проговорила Николь.
      Макс подошел к лестнице, обернулся и помахал ей, прежде чем начать подъем.
      Николь опустилась в кресло и глубоко вздохнула. Судя по звукам, доносившимся из тоннеля, она заключила, что Макс заваливает вход в укрытие огромными мешками с кормом для цыплят.
      «Итак, что же теперь будет?» — спросила себя Николь. Она поняла, что в эти пять дней, последовавших за вынесением приговора, слишком мало думала о чем-либо еще, кроме приближающейся смерти. И более не страшась внутренней цензуры, Николь позволила мыслям течь своим путем.
      Сперва она подумала о Ричарде, муже и друге, которого не видела уже более двух лет. Николь ярко помнила последний вечер, проведенный с ним вместе, эту жуткую вальпургиеву ночь убийств и разрушений; вечер, начинавшийся с радости и надежды — со свадьбы ее дочери Элли и доктора Роберта Тернера. «Ричард не сомневался, что нас тоже ждала смерть, — вспоминала она. — Скорее всего он был прав… Но побег отвлек гнев новых властей на него, и меня на какое-то время оставили в покое».
      «Я уже решила, что ты умер, — думала Николь. — Ричард, мне следовало бы иметь больше веры… но каким же образом тебе удалось вновь очутиться в Нью-Йорке?»
      Она сидела в единственном кресле в своей подземной комнате, и сердце ее ныло от тоски по мужу. Николь улыбнулась нескольким слезинкам, прокатившимися по ее лицу следом за воспоминаниями. Она снова увидела себя в птичьем подземелье на Раме II, годы и годы назад, в недолгом плену у странных птицеподобных существ, осмысленно бормотавших и вскрикивавших, обращаясь к ней. Рискуя жизнью, Ричард нашел ее там. Он вернулся в Нью-Йорк, чтобы найти Николь, рассчитывая обнаружить ее живой. Если бы Ричард не вернулся к ней, Николь навсегда бы осталась на этом острове.
      Чтобы возвратиться к друзьям-космонавтам из экспедиции «Ньютон», они отыскали способ перебраться через Цилиндрическое море. Ричард и Николь стали любовниками. Она была удивлена и обрадована ощущениями, которые пробудили в ней воспоминания о начале их любви. «Мы вместе перенесли атаку армады ракет. Мы сумели пережить даже мое дурацкое стремление обеспечить генетическое разнообразие среди своих отпрысков».
      Николь дернулась, вспомнив о своей давнишней наивности. «Ты простил меня, Ричард, хотя тебе так сложно было это сделать. А потом мы сошлись даже еще ближе — в Узле, во время долгих переговоров с Орлом».
      «Так что же на самом деле представляет собой Орел? — вновь удивилась Николь, переменив направление мыслей. — Кто или что создало его?» Ей ярко представилось странное существо, бывшее их единственным гостем во время пребывания в Узле, пока там реконструировали космического левиафана. Инопланетное существо с телом человека и лицом орла сообщило людям, что оно создано искусственным разумом специально для общения с людьми. «Но в глазах его виделось нечто невероятное, в них была тайна, граничащая с мистикой, — вспоминала Николь. — Они пронзали меня подобно глазам Омэ».
      В зеленом облачении колдуна племени сенуфо ее прапрапрадед Омэ явился Николь в Риме за две недели до старта экспедиции «Ньютон». Дважды до этого Николь встречалась со стариком в родной деревне ее матери в Республике Берег Слоновой Кости. Первая встреча произошла во время обряда поро, когда Николь было семь, вторая — три года спустя на похоронах матери. Во время этих недолгих встреч Омэ подготавливал Николь к будущей жизни и сулил ей необычайную судьбу. Именно Омэ поведал Николь, что она окажется той самой женщиной, которая, по преданиям сенуфо, должна нести семя их племени «даже до звезд».
      «Омэ, Орел… Ричард, — думала Николь. — Странная компания, если не сказать большего».
      Лицо Генри, принца Уэльского, возникло рядом с лицами троих мужчин, и Николь на миг вспомнилась всепоглощающая страсть их короткой любви… Эти три дня после олимпийской победы. Она невольно поежилась, припоминая боль разлуки. «Но без Генри, — напомнила она себе, — не родилась бы Женевьева». Вспоминая любовь, которую делила со своей дочерью на Земле, Николь бросила быстрый взгляд через комнату на полку с электронными книжными дисками. Отвлекшись, она подошла к полке и начала читать заголовки. Конечно же, Макс снабдил ее кое-какими руководствами по выращиванию свиней и цыплят. Но ими дело не ограничилось. Похоже, он предоставил Николь всю свою библиотеку.
      Вытащив книжку сказок, Николь улыбнулась и вставила диск в читающее устройство. Она перелистала страницы и остановилась на сказке о Спящей Красавице. Вслух прочитав слова «а потом они жили долго и счастливо», Николь необычайно остро ощутила себя маленькой девочкой, лет шести или семи, сидящей на коленях отца в их доме в парижском пригороде Шилли-Мазарин.
      «В детстве я хотела стать принцессой, а потом жить долго и счастливо. Откуда было знать, что рядом с моей судьбой даже сказка покажется пресной».
      Николь вернула книжный диск на полку и возвратилась в кресло. «И вот, — подумала она, — праздно оглядывая комнату, когда я наконец решила, что моя немыслимая жизнь, наконец, завершилась, судьба даровала мне по крайней мере еще несколько дней».
      Она вновь вспомнила о Ричарде и тоска возвратилась. «Мы так много с тобой разделили, мой Ричард. Я надеюсь, снова сумею ощутить твое прикосновение услышать твой смех, увидеть твое лицо, но если этого не случится, постараюсь не жаловаться. В моей жизни и без того было столько чудес».

2

      Элеонора Уэйкфилд-Тернер появилась в большой аудитории Сентрал-Сити в 7:30 утра. Хотя казнь была назначена на 8:00, на передних сидениях уже расположилось человек тридцать; некоторые переговаривались, но в основном все сидели молча. По сцене вокруг электрического стула бродила бригада телевизионщиков. Казнь должны были показывать в прямом эфире, однако полицейские, собравшиеся в аудитории, тем не менее ожидали полного зала — правительство хотело, чтобы жители Нового Эдема своими глазами увидели смерть бывшего губернатора.
      Вечером Элли слегка повздорила со своим мужем.
      — Избавь себя от этой муки, Элли, — говорил Роберт, узнав, что она намеревается присутствовать на казни. — Да, ты увидишь свою мать в последний раз; но эта радость не стоит жутких переживаний, когда она умрет прямо на твоих глазах.
      Но Элли знала нечто такое, о чем Роберту не было известно.
      Усаживаясь, Элли попыталась совладать с наполнявшими ее сильными чувствами. «На моем лице ничто не должно проявиться, — сказала она себе. — И тело не может позволить даже крохотного намека. Никто не должен заподозрить, что я знаю о побеге матери».
      К ней разом обернулись несколько человек. Элли ощутила, как сразу затрепетало сердце, и только потом поняла, что ее узнали. Подобное любопытство вполне естественно.
      С маленькими роботами отца, Жанной д'Арк и Алиенорой Аквитанской, Элли впервые встретилась шесть месяцев назад, когда находилась за пределами отведенного землянам обиталища — в карантинном поселке Авалон, где она помогала своему мужу-врачу заботиться о пациентах, обреченных на смерть от ретровируса RV-41. Был поздний вечер, и Элли только что приятно побеседовала со своей бывшей учительницей и нынешней подругой Эпониной. Элли оставила ее комнату и шла по пыльной дороге, ожидая Роберта, который вот-вот должен был выйти ей навстречу. И вдруг она услышала, как два странных голоска дружно окликают ее по имени. Элли огляделась и с трудом обнаружил две крохотные фигурки на крыше ближайшего дома.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35