Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Приключения Гвоздика

ModernLib.Net / Сказки / Арджилли Марчелло / Приключения Гвоздика - Чтение (стр. 1)
Автор: Арджилли Марчелло
Жанр: Сказки

 

 


Марчелло Арджилли, Габриэлла Парка

Приключения Гвоздика

ЧАСТЬ 1

ЖЕЛЕЗНЫЙ СЫН ПРОФЕССОРА ПИЛУККИ

<p>ГЛАВА I,</p> <p>В КОТОРОЙ ГВОЗДИК ПОЯВЛЯЕТСЯ НА СВЕТ</p>

В одном итальянском городе жил старый ученый по имени Пилукка. Детей у него не было, и он очень страдал от своего одиночества. Но однажды Пилукка услышал голоса ребятишек на улице, хлопнул себя рукой по лбу и воскликнул:

– Придумал! Я смастерю себе механического мальчика, и у меня будет сын!

Старик купил несколько листов железа и два куска стали и сразу же принялся за работу. Пилукка хотел, чтобы его механический мальчик был совсем как настоящий и даже лучше настоящего: он мечтал сделать его вежливым и послушным, а это ведь так редко встречается среди настоящих детей.

Когда Пилукка истратил все свои деньги, ему пришлось поселиться в старом сарае и, чтобы довести начатое дело до конца, пойти на разные хитрости: он смастерил своему мальчику нос из носика кофейника, из колесиков мясорубки сделал ему суставы, из печной трубы – ноги, прямые, как палки, и, наконец, вместо ступней приделал ему пару заржавленных утюгов, начистив их как следует наждачной бумагой.

И вот наступил день, когда нужно было оживить куклу, лежавшую неподвижно на столе. Старый учёный уже готов был включить ток, но вдруг заметил, что в кукле не хватает одного гвоздика, а гвоздей у Пилукки больше не было.

«Как! Из-за такого пустяка остановить всё дело?! Ни за что! – подумал он. – Тебе не достаёт гвоздика? Хорошо, ты его получишь… Я назову тебя: Гвоздик!»

Тут Пилукка опустил рычаг, и электрический разряд пробежал по кукле. В наступившей тишине послышался странный металлический звук. Это у Гвоздика дрогнули веки, он открыл глаза и удивлённо осмотрелся вокруг, затем приподнялся, сел и – крак-крак – потянулся.

Пилукка от волнения чуть не упал в обморок.

– Гвоздик, сын мой! – пролепетал он и хотел было уже его поцеловать. Но в ответ на отцовскую ласку жестокий мальчик лишь проскрипел своим тоненьким металлическим голоском:

– Ах, как я голоден! Скажите, папа, нет ли у вас чего-нибудь поесть?

Старик бросился к буфету, но там ничего не оказалось.

– Тогда я сам постараюсь раздобыть себе завтрак! – сказал Гвоздик, спрыгнул со стола, открыл дверь и вышел, даже не сказав «до свиданья!»

Он весело побежал по улице, расталкивая прохожих; им плохо приходилось от его железных локтей: каждый удар означал по меньшей мере одно сломанное ребро!

Вдруг, привлечённый аппетитным запахом, Гвоздик остановился, осмотрелся вокруг и, увидев колонку для заправки машин, в восторге закричал: «Ура! Теперь-то я наемся досыта!» Ведь механический мальчик питался бензином и машинным маслом, как все машины на свете. Осторожно стараясь обойти бензозаправщика (однако и тут три сломанных ребра), Гвоздик ухватился за шланг и – буль-буль-буль – принялся пить!

Тем временем Пилукка окончательно пришёл в себя и отправился искать Гвоздика. Старый учёный совсем уже выбился из сил, когда, наконец, увидел своего сына: тот к этому времени успел опустошить всю бензоколонку и теперь допивал последний глоток.

Печально кончился для Пилукки так счастливо начавшийся день: чтобы уплатить за бензин, выпитый маленьким обжорой, ему пришлось отдать всё до последней копейки. Возвращаясь домой с Гвоздиком, он почёсывал себе затылок и бормотал:

– Как видно, с ребёнком что-то не в порядке; должно быть, это из-за недостающего гвоздика… Но ничего, важно то, что механический мальчик существует!

<p>ГЛАВА II</p> <p>ГВОЗДИКУ ХОЧЕТСЯ БЫТЬ КРАСИВЫМ</p>

Пилукка был настоящий отец, заботливый и любящий; он приготовил для Гвоздика всё необходимое: чудесный матрасик из железных стружек, напильник для чистки зубов и железную щётку для наведения блеска. Однако Пилукку очень тревожил странный характер мальчика. Вечером, когда Гвоздик уже засыпал, он подошёл поцеловать сына и пожелать ему доброй ночи.

– Дорогой Гвоздик, – ласково сказал он, – я понимаю: всё окружающее кажется тебе странным и необычным, ты – механический мальчик, а должен жить среди настоящих людей, но я всегда буду с тобой рядом и постараюсь помогать тебе. А ты обещай мне быть добрым и послушным и не огорчать больше своего папу… Хорошо?

Гвоздик, чтобы показать, какой он воспитанный и послушный, зевнул во весь рот и ответил: «Да».

На следующее утро Пилукка, успокоенный обещанием сына, приготовил ему на завтрак большую чашку масла и хотел уже разбудить ребёнка, но… Гвоздика и след простыл! Он потихоньку, не сказав даже «доброе утро», ушёл и при этом выбрал для себя кратчайший путь – проломил стену!

И вот Гвоздик, свободный и весёлый, бежит по городу. Сколько нового и непонятного встречается ему на пути, как много интересного предстоит ему ещё узнать!

Вот прохожий взвешивается на автоматических весах, и Гвоздику, конечно, тоже захотелось узнать, сколько он весит; он встал на весы, стрелка подпрыгнула, показала три центнера, затем… трах! – и весы разлетелись на куски!

«Мне надо бы немного пополнеть, – подумал Гвоздик, – уж очень я худенький!» – и, весело насвистывая, он пошёл дальше.

Не успел он сделать нескольких шагов, как очутился перед витриной роскошного универмага, и тут в глаза ему сразу же бросилась новинка «Бриллатутто» – бутылка с дорогой жидкостью для чистки металлических изделий.

Гвоздик, который, как и все дети, очень хотел быть красивым, даже не подумал удержаться от соблазна. Он протянул руку и – раз! – выбил стекло; потом он преспокойно вошёл в витрину, со свойственной ему ловкостью схватил несколько бутылок «Бриллатутто» и, ломая всё кругом, старательно принялся наводить на себя блеск.

– Вот теперь я на самом деле красив! – воскликнул, выходя из витрины, сияющий Гвоздик и снова смешался с толпой прохожих. Но хозяин универмага Чичетти поднял страшный крик, а так как он был самым богатым человеком в городе, то полицейские сейчас же прибежали ему на помощь.

– Арестуйте его! Он разорил меня! – кричал Чичетти.

Услужливые полицейские, даже не спросив, в чём дело, набросились с дубинками на Гвоздика. Но голова механического мальчика, как известно, сделана была из стали, которая крепче дерева, так что дубинки сразу же разлетелись на кусочки. Гвоздик принял всё это за шутку и, желая показать, что он не хуже других, стал щёлкать своими железными пальчиками полицейских по головам.

В эту минуту на улице появился папа Пилукка, он обегал весь город в поисках своего сына и вдруг увидел его среди десятка полицейских, лежавших без чувств на мостовой, и с удивлением разглядывал их.

Бедному Пилукке ничего больше не оставалось, как рвать на себе волосы, которых на его голове было немного. Ведь всё случившееся грозило ему судом и даже тюрьмой, а главное – нужно было уплатить Чичетти огромные деньги за нанесённые убытки. Но где взять деньги?

– Гвоздик, ты хочешь меня погубить! – тяжело вздыхая, сказал Пилукка, как только привёл своего проказника домой. – Когда же ты станешь хорошим мальчиком?

– Скоро, папа, – рассеянно ответил Гвоздик и, не зная, чем бы ещё заняться, начал пробивать в стене дырку, чтобы сунуть в неё голову и уснуть.

<p>ГЛАВА III</p> <p>ДЕТЕЙ У РОДИТЕЛЕЙ НЕ ОТНИМАЮТ!</p>

Пилукка, доведенный до крайней нищеты поведением своего необыкновенного сына, ломал себе голову над тем, как уплатить Чичетти долги.

Надо, однако, сказать, что Чичетти возненавидел Пилукку не столько за нанесённые убытки, сколько от зависти. Ему очень понравился механический мальчик. «Ах, если бы он был мой, – думал владелец универмага, – вот бы я разбогател! Но я всё равно доберусь до него, чего бы это мне ни стоило».

И каждый день он прогуливался возле дома учёного, чтобы посмотреть на механического мальчика, и, потирая руки, мечтал о том, как он заберёт себе Гвоздика, если только Пилукка не заплатит ему в срок все долги.

Тем временем Пилукке и его сыну жилось невесело. Но не долги отца омрачали настроение Гвоздика – такие мысли не волновали его железную голову. Механическому мальчику было не по себе только потому, что, сколько ни старался Пилукка, старику не удавалось купить своему сыночку вдоволь масла, до которого тот был большой охотник…

Наконец наступил срок платежа. В этот день Гвоздик залпом проглотил свою долю масла и такими голодными глазами посмотрел на Пилукку, что у бедного старика сжалось сердце: ему показалось, что те несколько капель масла, которые он оставил себе, чтобы съесть их с последним куском хлеба, он украл у своего мальчика.

– Мне совсем не хочется есть, – сказал Пилукка, притворяясь сытым. – Я ем этот хлеб только для того, чтобы почистить зубы, а масло возьми ты…

Но мальчик всё понял: его сердце, хотя и сделанное из алюминиевого кофейника, не было бесчувственным.

– Нет, нет, я не хочу есть! – воскликнул растроганный Гвоздик и, как бы извиняясь, добавил: – Знаете, папа, масло я, конечно, люблю, но только понемножку, потому что, если пить его много, оно действует, будто слабительное!..

Такова была первая благородная ложь в жизни Гвоздика. В то время как отец уговаривал сына выпить оставшееся масло, в дверях послышался грозный окрик:

– Именем закона, отворите!

Это был судебный исполнитель, – он пришёл забрать у Пилукки Гвоздика за неуплату долгов.

– Но это же мой сын! – негодовал Пилукка. – Вы не имеете права отнимать у меня ребёнка!

– Это не ребёнок, а машина! – невозмутимо произнёс судебный исполнитель. – А согласно статье «27.351(1), – смотри выше, параграф 3X8» – машины должников могут быть описаны и изъяты.

– Зачем мне ещё смотреть выше? – возмутился Пилукка. – Я смотрю только на Гвоздика и говорю вам, что вы не имеете права отнимать у меня сына! Я не позволю вам увести его!

Мальчик понял, как любит его Пилукка; всё внутри у него заскрежетало, и… он бросился обнимать своего отца, но сделал это так порывисто, что чуть не переломал ему все кости. Гвоздика вырвали из объятий отца, который, боясь, как бы сын не наделал ещё больших бед, категорически запретил ему оказывать сопротивление.

На улицах люди удивлённо оглядывались на механического мальчика: он шёл с поникшей головой; на шее у него была верёвка, и Чичетти тянул её изо всех сил.

Но это странное шествие продолжалось недолго, потому что внимание Гвоздика неожиданно привлекло огромное объявление: «Миллион – тому, кто победит знаменитого боксёра Спакканазо!»

– Вот где я достану деньги, чтобы заплатить долги моего отца! – воскликнул обрадованный мальчик.

И, дёрнув верёвку так, что она разорвалась, а Чичетти полетел вверх тормашками, Гвоздик помчался туда, где выступал непобедимый Спакканазо – знаменитый Разбиватель Носов.

<p>ГЛАВА IV</p> <p>НЕПОБЕДИМЫЙ ЧЕМПИОН СПАККАНАЗО ОСТАЁТСЯ С РАЗБИТЫМ НОСОМ</p>

Вбежав в раздевалку, где лежали без сознания побитые противники чемпиона, Гвоздик, ничуть этим не смущаясь, быстро натянул на себя чей-то, брошенный на столе, шерстяной свитер и шерстяные трусы, – теперь его нельзя было узнать.

А в это время на ринге Спакканазо обращался к публике:

– Любезные синьоры, – говорил он слащавым голосом, – неужели среди вас нет никого, кто бы хотел получить миллиончик? Заработать его проще простого: стоит только подняться на ринг и победить меня…

Потом, изменив тон и выпятив колесом грудь, Спакканазо заревел:

– Трусы, идите же сюда, и я отправлю вас на полгода в больницу! Я убью вас всех! Ну, где же вы, смельчаки? Или, может быть, никто не хочет получить миллион?!

Вдруг среди онемевших от страха зрителей послышался резкий металлический голосок:

– Спакканазо, я принимаю твой вызов!

И Гвоздик очутился на ринге лицом к лицу со страшным Спакканазо.

– С тобой, малявка, я разделаюсь одним ударом! – закричал чемпион и, разбежавшись, со всей силы ударил Гвоздика. Но… раздался пронзительный крик, и Спакканазо заплакал, как ребёнок: – Ай-ай-ай, моя бедная рука, что я теперь буду делать?! Он сломал мне руку!

Гвоздик расхохотался, а публика была ошеломлена – никто ещё так легко не расправлялся с могучим Спакканазо.

Чемпион вытер слезы и уже наступал снова:

– На сей раз я тебя убью! – Но едва он это произнёс, как заревел во весь голос: – Ай-ай-ай! Он сломал мне другую руку!!!

Публика пришла в ещё большее недоумение, но мы-то прекрасно знаем, в чём секрет: под шерстяным свитером – была стальная броня толщиной в три сантиметра. Гвоздик тоже нисколько не удивился своей победе, а, напротив, вспомнив о папе, решил поскорее покончить с этим делом. Двумя пальцами он щёлкнул по носу чемпиона, и Спакканазо, едва успев вскрикнуть «ай!», упал на землю, словно отравленная муха.

Не обращая внимания на аплодисменты публики, Гвоздик схватил мешок с выигранными деньгами, протиснулся сквозь возбуждённую толпу и побежал домой.

– Папа, – закричал он, – мы спасены! Вот деньги для уплаты долгов!

Но только успел он это произнести, как растворилась дверь и вошли Чичетти, судебный исполнитель и полицейский.

Полицейский сказал:

– Ты не такой, как все; ты сделан из стали, а потому твоя победа считается недействительной, и я забираю у тебя мешок с деньгами.

Судебный исполнитель сказал:

– Так как Пилукка не заплатил долги, Гвоздик становится собственностью Чичетти.

Только Чичетти ничего не сказал, а лишь самодовольно ухмыльнулся. Это он узнал Гвоздика на ринге и дал знать в полицию. А для большей надёжности на сей раз вместо верёвки он обвязал шею мальчика толстой железной цепью и с торжествующим видом потащил его за собой.

<p>ГЛАВА V</p> <p>ГВОЗДИК НЕ СДАЁТСЯ</p>

Чичетти повёл закованного Гвоздика в свой универмаг. У него уже был разработан план, как при помощи механической куклы нажить большие деньги, недоставало только согласия Гвоздика.

– Милый Гвоздик, – сказал Чичетти заискивающе, – ты ведь машина, и тебе всё равно, для кого работать – для меня или для Пилукки. Но я богат, и у меня ты получишь всё, что пожелаешь. Я дам тебе масло лучшего сорта, я буду чистить тебя каждый день дорогим «Бриллатутто», а взамен…

Но Гвоздик не дал ему договорить:

– Я никогда не стану тебя слушаться! – закричал он. – Я хочу домой, к папе Пилукке! – И, наклонив голову, словно танк, он бросился вперёд, стараясь пробить стену. Цепь выскользнула из рук Чичетти, но он нажал все двадцать звонков на своём письменном столе, – сейчас же прибежали его двадцать личных секретарей. Гвоздик головой и ногами пробил в стене дыру и собрался просунуть туда голову, когда по команде Чичетти двадцать секретарей повисли, все вместе, как гроздь винограда, на конце цепи и изо всех сил упёрлись ногами в пол, словно рыбаки, вытаскивающие из воды невод.

– А ну тяни! – кричал Чичетти, стоя на письменном столе. – Посмейте только отпустить его, и я уволю вас всех!

Гвоздика, несмотря на всю его силу, втащили обратно и приковали к железобетонной стене.

Чичетти неистовствовал. Как это так, – мальчишка, да ещё железный, не хочет ему повиноваться и разрушает все его планы?!

Прежде всего богач решил поморить пленника голодом. Через несколько дней Гвоздик почувствовал боли в суставах, и при малейшем движении все колесики в нём начинали скрипеть и накаляться. Но гордый мальчик ни на что не жаловался и даже не подавал вида, что страдает.

Однажды Чичетти с лицемерной улыбкой подошёл к своему пленнику.

– Гвоздик, – сказал он, – будет тебе упрямиться. Разве ты хочешь умереть от голода? Давай лучше помиримся и станем добрыми друзьями. Согласен?

Гвоздик, увидев руку, протянутую к нему, недолго думая, схватил её своими железными пальцами и сжал с такой силой, что чуть не раздавил.

– За это ты поплатишься! – заревел Чичетти, корчась от боли. – Ты умрёшь… заржавленный!

Много дней владелец универмага не давал Гвоздику масла и, уверенный, что теперь-то уж тот покорится, решил, наконец привести в действие свой план – выставить механического мальчика в универмаге. Публика хлынет смотреть чудо, и хозяин наживёт большие деньги.

Так по всему городу появились огромные объявления:

Когда Пилукка прочёл это объявление, он чуть не расплакался. Но тотчас же подумал: «Тем лучше. Теперь, по крайней мере, я знаю, где находится Гвоздик, и сделаю всё возможное, чтобы его освободить. Я не допущу, чтобы эксплуатировали моего сына!»

<p>ГЛАВА VI</p> <p>И ЖЕЛЕЗНЫЙ МАЛЬЧИК МОЖЕТ ПЛАКАТЬ</p>

В день представления зал универмага был набит до отказа: все хотели увидеть механическую куклу. Но едва поднялся занавес, публика так и ахнула от жалости и удивления.

Освещённый ослепительными лучами прожекторов, Гвоздик сидел неподвижно, с поникшей головой. Огромной цепью он был прикован к стене; вид у него был такой грустный и безутешный, что вызывал сострадание. Почувствовав тревожное настроение в зале, Чичетти обратился к публике:

– Не волнуйтесь, синьоры! Перед вами автоматическая кукла, обладающая удивительной способностью выполнять любое приказание. Не думайте, что это мальчик, у которого есть мама и папа, – нет, это только машина…

При этих словах Гвоздик почувствовал, как всё внутри у него заскрежетало. «Папа-то уж во всяком случае у меня есть! – подумал он с горечью. – Ах, если бы он был здесь!»

– Гвоздик, будь умницей, – продолжал Чичетти, – поклонись милостивым синьорам, которые пришли на тебя посмотреть! В награду за это я дам тебе целую банку масла.

Но Гвоздик не двинулся с места, хотя от голода его несмазанные суставы скрипели, как при ревматизме.

Он не послушался даже и тогда, когда взбешённый Чичетти замахнулся на него огромной плёткой. Он не сдвинулся бы с места, даже если бы ему угрожало пламя газорезки. Гвоздик думал о папе Пилукке и только теперь по-настоящему оценил его доброту и любовь.

Чичетти продолжал кричать. И вдруг произошло нечто невероятное: на жестяной реснице Гвоздика появилась капля ржавого цвета; она дрогнула и упала, за ней другая, третья… Гвоздик плакал!

Тогда среди онемевшей от изумления публики раздался пронзительный крик:

– Гвоздик, сын мой!

Это был Пилукка: он находился в зале среди публики и всё видел. Гвоздик вскочил и голосом, хриплым от радости и волнения, воскликнул:

– Папа, папа! – Он хотел было броситься к Пилукке, но его не пустила цепь, а Пилукка не мог выбраться из рядов зрителей. Сердце сжималось у каждого при виде несчастного механического мальчика и старика, которые тянулись друг к другу и кричали: «Папа!», «Сын мой!»

Но Чичетти это ничуть не тронуло: для него ведь такие вещи, как отцовская и сыновняя любовь, не существовали. Он любил только деньги и, испугавшись, что не получит барышей, заорал:

– Всё это комедия! Не волнуйтесь! Это же кукла! Машина!

– Какая же это машина! – возмутилась одна женщина. – Разве вы не видите, как мальчик страдает? – И, достав из своей хозяйственной сумки помидор, она со всего размаха бросила его в Чичетти. Вслед за ней и остальные зрители стали бросать в него разные овощи и фрукты. Как только Чичетти пытался заговорить, кто-нибудь метко затыкал ему рот помидором или картошкой.

Тем временем Гвоздик, словно настоящий трактор, тянул цепь, которой он был прикован к стене. Цепь не поддавалась, но в стене появилось несколько больших трещин.

– Спасайся, кто может! Всё рушится! – крикнули в зале; толпа, опрокидывая шкафы и витрины, бросилась к выходу. Чичетти, краснее помидора, от которых он едва успевал отплёвываться, ревел:

– Полиция, ко мне! Я – хозяин! Арестуйте Пилукку! Это он во всём виноват!

Полицейские сразу же схватили старика.

Тогда рассвирепевший Гвоздик рванулся так сильно, что стена рухнула с ужасающим грохотом. Сквозь лавину посыпавшихся кирпичей и штукатурки Гвоздик увидел, как полицейские уводили Пилукку.

– Хорошо, что папа жив, – пробормотал мальчик и потерял сознание.

<p>ГЛАВА VII</p> <p>ГВОЗДИК В БОЛЬНИЦЕ</p>

Пожарные, прибывшие на самой большой скорости к месту происшествия, вытащили Гвоздика из-под груды развалин. Сильно помятый, он не подавал никаких признаков жизни.

Чичетти, боясь окончательно потерять механического мальчика – неиссякаемый источник будущих доходов, – отправил пострадавшего в лучшую больницу города.

В больнице Гвоздика сразу же отнесли в операционную, и три самых знаменитых бородатых доктора принялись исследовать необыкновенного пациента.

– А что, если мы будем лечить его железом? – предложил один из них, почёсывая голову.

– Нет, это не годится! – сказал другой, почёсывая нос. – Железа в нём хоть отбавляй. По-моему, здесь следует назначить массаж…

– Ну, вот ещё! – сказал третий, почёсывая ухо. – Кому захочется калечить себе руки?! Не сделать ли лучше укол?

– Ещё чего! – возразил первый. – Для этого потребовался бы бурав. Не попробовать ли…

Так прошло больше двух часов: один предлагал одно, другой – другое, потому что никто из них не понимал, в чём дело.

– В конце концов, сделайте хоть что-нибудь! – закричал Чичетти. – Мне нужно, чтобы кукла была здорова и немедленно! Я не пожалею денег!

Услышав эти слова, три доктора воскликнули хором:

– Раз так, сейчас же сделаем ему операцию! Операция всегда приносит пользу, да и стоит дороже!

Они сразу же приступили к делу. Но оперировать железного пациента было не так-то просто – не годился ни один инструмент: скальпели притуплялись, пинцеты ломались, иглы сгибались. Три доктора потели, пыхтели, но, как ни старались, им не удавалось разрезать тело Гвоздика. Ведь оно было железным! Однако хирурги не сдавались. Один велел принести пилу, другой – напильник, а третий, самый сильный, потребовал – топор! Затем они все вместе с ожесточением набросились на больного.

Один пилил, другой точил, третий рубил, но Пилукка сделал Гвоздика так крепко, что с ним ничего нельзя было поделать. Доктора снова решили поменять инструменты.

– Кувалду! – заорали они. – Отбойный молоток! Газорезку!

И не переводя дыхания бросились на Гвоздика. Прошло пять минут. Наконец Гвоздик вздрогнул, открыл глаза и начал вертеться и смеяться, как сумасшедший:

– Ой! Ой! Вы меня совсем защекотали, – кричал он. – Хватит, я больше не могу!..

Увидев столь плодотворные результаты своего тяжёлого труда, три доктора в изнеможении упали на пол. Гвоздик с любопытством огляделся вокруг, но, заметив, что к нему подкрадывается Чичетти с толстой цепью в руках, он, несмотря на свою болезнь и тяжёлое состояние, из последних сил подбежал к окну и спрыгнул вниз.

Он упал прямо в такси, которое стояло на улице. Шофёр, услышав, что садится пассажир, спросил: «Куда едем?» – и включил мотор, но с места тронулась только передняя часть машины, потому что задняя, раздавленная Гвоздиком, осталась лежать на мостовой.

Шатаясь, механический мальчик направился к дому Пилукки. «Вот кто меня вылечит, – думал он. – Только папа Пилукка может сделать это, потому что только он один любит меня».

<p>ГЛАВА VIII</p> <p>ЛУЧШИЙ ДОКТОР – ПАПА ПИЛУККА</p>

Гвоздик скрипел всеми заржавленными суставами. Он чувствовал, что силы его покидают.

К счастью, на длинном спуске, ведущем к дому Пилукки, мальчик повстречал детей, которые катили перед собой самодельную тележку.

– Пожалуйста, – пробормотал Гвоздик, еле державшийся на ногах, – дайте мне вашу тележку: я болен, а мне нужно добраться до дому…

Ребята при виде такой необычной куклы смутились и не знали что ответить. Но, когда Гвоздик, обессиленный, свалился в тележку, один из мальчиков со всей силы подтолкнул её.

Тележка сдвинулась с места и покатилась по склону. Набирая скорость, она в несколько секунд достигла дома Пилукки, точно снаряд, вышибла дверь и влетела в комнату.

От такого удара чуть не обрушился весь дом. Можно было подумать, что случилось землетрясение. Но из груды осыпавшейся штукатурки и обломков мебели вскоре показались две головы: почти лысая голова Пилукки с огромной шишкой на макушке и сплющенная головка Гвоздика. Старику казалось, что всё это он видит во сне. Он подпрыгнул от радости и бросился обнимать Гвоздика. При этом Пилукка со всей силы ударился своим толстым красным носом о железный носик Гвоздика и окончательно убедился в том, что он не спит.

– Гвоздик, сын мой, наконец-то ты вернулся! Как я тебя ждал! – бормотал старик, прижимая к себе мальчика, и крупные слезы лились у него из глаз. Но Гвоздик наклонил голову с таким скрипом, от которого у Пилукки мурашки забегали по телу.

– Милый папа, мне плохо, – прошептал он и потерял сознание.

Пилукка не упал духом. Он засучил рукава, взял молоток, клещи и тотчас же принялся за работу. Ему-то, любящему отцу, хорошо был знаком этот сложный маленький механизм.

Не прошло и часа, как Пилукка вылечил Гвоздика. Он сменил ему два изношенных колесика, соскоблил ржавчину, заняв у соседей масло, хорошенько смазал его. Наконец, металлический мальчик заблестел, как зеркало.

Гвоздик открыл глаза, вскочил на ноги, заскрипел и закричал во всё горло:

– Ура! Я здоров! Теперь нас никто не разлучит; я навсегда останусь с тобой! – Он схватил за руки папу Пилукку и весело закружился с ним по комнате.

Но старик остановился.

– Ах, если бы всё было так, как ты говоришь! – с грустью сказал он. – Только Чичетти не оставит нас в покое до тех пор, пока мы не заплатим долги…

– Я буду работать! Так ведь говорят? – спросил Гвоздик, мало искушенный в житейских делах. – Я достану деньги, чтобы уплатить Чичетти. Я не хочу, чтобы нас разлучили.

Но тут раздался стук в дверь и послышался хорошо знакомый голос:

– Пилукка, открой! Гвоздик у тебя, я знаю! Верни его мне, или ты попадёшь в тюрьму!

Это был Чичетти в сопровождении целого отряда полицейских.

– Беги, Гвоздик, беги, спасайся! – крикнул Пилукка. – Обо мне не беспокойся!

Хотя Гвоздику и тяжело было расставаться с папой Пилуккой, но он не заставил просить себя дважды.

– До свиданья, папа! Я вернусь с деньгами! – воскликнул он, целуя Пилукку. – До скорой встречи!

И в тот самый момент, когда дверь подалась под напором полицейских, Гвоздик пробил головой стенку и удрал.

<p>ГЛАВА IX</p> <p>ГВОЗДИК ЗНАКОМИТСЯ С ПЕРЛИНОЙ</p>

Гвоздик покинул родной город и зашагал по автостраде. Он шёл и шёл, его ноги-утюги до того накалились, что ступни жгло, как огнём. Но вот показался маленький автомобиль; он ехал медленно, потому что в нём сидел толстый-претолстый синьор. Недолго думая, одним прыжком Гвоздик прицепился сзади. Машина, потеряв равновесие от неожиданного груза, подняла передние колёса и продолжала двигаться только на задних до тех пор, пока разъярённый хозяин не закричал на мальчика:

– Убирайся отсюда, бродяга! Если хочешь путешествовать, поезжай поездом!

Гвоздик решил тотчас же воспользоваться дельным советом. Свернув с автострады, он отправился на железнодорожную станцию и вскочил в товарный поезд. Состав двинулся, и мальчик почувствовал вкусный запах. Гвоздик побежал по крышам от вагона к вагону, пока не добрался до цистерны с бензином.

– Вот это удача! – воскликнул механический мальчик. – Не только бесплатный проезд, но ещё и в вагоне-ресторане!

Поезд мчался, тяжело пыхтя, а Гвоздик сидел верхом на цистерне, как генерал на коне, и во время всего пути с наслаждением потягивал бензин из резинового шланга.

Когда состав подошёл к первой станции, мальчик слез. В дороге он хорошо отдохнул, наелся досыта и теперь отправился искать работу: он не забыл о своём обещании – заработать деньги и расплатиться с долгами.

«Я буду механиком, – подумал он. – Пожалуй, это самая подходящая для меня профессия».

Без особого труда Гвоздику удалось устроиться на небольшом заводе. Ему не терпелось как можно скорее начать работу, но не успел он войти в машинное отделение, как взлетел на воздух, словно кто-то поднял его за шиворот, – механического мальчика притянул к себе огромный магнит. Гвоздик повис на нём, болтая ногами.

– Что это за шутки? – закричал он. – На помощь! Освободите меня! – Пришлось остановить машину; со всех сторон сбежались рабочие, чтобы общими усилиями оторвать железного мальчика от магнита.

Тогда Гвоздик попробовал работать продавцом в посудной лавке, но через четверть часа за прилавком не осталось ни одного целого стакана: как только он брал что-нибудь в руки, всё моментально разбивалось. Из посудной лавки его тоже уволили.

Гвоздик не падал духом; он пустился на поиски другой работы и вскоре нашёл себе место лифтёра, но и здесь ему не повезло: под тяжестью механического мальчика лифт не двигался с места, если даже нажимали на все кнопки сразу. Гвоздика снова уволили, и больше он уже не нашёл себе работы.

Прошло несколько дней. Голодный и усталый, Гвоздик не знал, что дальше делать. Однажды вечером он бродил по городу и думал о том, какой он несчастный. Вдруг мальчик нечаянно наступил на что-то и услышал пронзительный крик:

– Ой! Что за безобразие?! Разве вы не видите, куда ставите ноги?!

На ступеньке сидела девочка и держалась за ногу. Девочка была маленькой, худенькой, с болезненным, но миловидным личиком; две светлые косички спускались ей на грудь.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7