Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездные войны (№125) - Школа Джедаев-2: Темный подмастерье

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Андерсон Кевин Дж. / Школа Джедаев-2: Темный подмастерье - Чтение (стр. 16)
Автор: Андерсон Кевин Дж.
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Звездные войны

 

 


— Это будет наш самый смертоносный «удар-и-отход», — продолжала Даала. — Это позволит достичь таких разрушений, что наши имена войдут в анналы имперской истории. Мы нанесем смертельный удар державе Повстанцев. По мере приближения к планете небольшая группа добровольцев на «Василиске» начнет отсчет времени до своего самоуничтожения. «Горгона» будет в центре внимания, пока мы не достигнем цели, и в этот момент она свернет в сторону. На полной скорости «Василиск» внедрится в атмосферу Корусканта. Остановить его будет невозможно.

На смоделированном изображении один Разрушитель резко изменил курс и лег на орбиту вокруг Корусканта, а затем стрелой ринулся в космос, в то время как другой крейсер ворвался в атмосферу планеты вблизи наиболее густонаселенного центра.

— Когда «Василиск» взорвется, — сказала Даала и остановилась, дожидаясь, пока изображение планеты озарится ярким кольцом огня, сполохи которого пронзили атмосферу. Ночная сторона планеты погрузилась в темноту. Но тут же появились мощные очаги пожаров. — Взрыв будет достаточно сильным, чтобы уничтожить все сооружения на половине планеты. Ударная волна, которая пройдет через ядро планеты, разрушит города на другой стороне. Вскроются подземные резервуары. Приливные волны вызовут разрушения на побережье. Ценою одного Разрушителя мы уничтожим весь Корускант.

Одоск, не сводя твердого взгляда со смоделированного изображения, заявил:

— Хороший план, адмирал.

— Но мой корабль, — заметил капитан Маллинор.

— Это будет прекрасная жертва, — сказал Кратас. Сцепив пальцы рук и облокотившись на полированный стол, он решительно добавил:

— Я согласен.

Смоделированная гибель Корусканта продолжалась. Города гибли в огне, и разрушение продолжалось долгое время после того, как «Горгона» исчезла в гиперпространстве, превратившись в раскаленное добела световое пятно.

— А что же будет с нами? — поинтересовался Кратас, — что мы будем делать после этого? Даала скрестила руки на груди:

— Мы выполним обе наши задачи, как я уже сказала. После того, как «Василиск» уничтожит Корускант, «Горгона» со всей командой возвратится на комплекс «Черная Прорва», который мы будем защищать всеми силами, даже если это будет стоить нам жизни. Повстанческий Союз знает, где находится Комплекс и, конечно, они будут пытаться добраться к нему.

Жажда мести превратила сердце Даалы в раскаленный добела кусок железа, которому уже было тесно в груди.

— Великий Мофф Таркин как-то сказал, что для нас отступление — просто возможность во второй раз произвести вдвое большие разрушения.

Капитан Маллинор побледнел больше обычного. Маленькие кровеносные сосуды четче выступили на его молочно-белой коже. Его светлые волосы были так гладко прилизаны, что при определенном световом ракурсе он мог показаться лысым.

— Адмирал, — обратился он к Даале, — позвольте мне остаться на борту «Василиска» для выполнения этой задачи. Я сочту за честь оставаться командиром моего корабля до самого конца.

Даала взглянула на него, пытаясь определить, нужно ли ему какое-либо сочувствие с ее стороны, и решила, что этого ему не нужно.

— Пусть будет так, капитан, — сказала она.

Маллинор удовлетворенно кивнул.

Даала встала. Мышцы ее были напряжены, как плотно скрученная проволока. После поражения на Каламари все ее тело представляло собой крепко сжатую пружину. Даала знала, что единственный способ освободиться от этого напряжения — это нанести испепеляющий удар Повстанцам.

— Приступайте к перемещению личного состава и снаряжения, — отдала она приказ, — после этого мы сразу ударим по Корусканту.

Даала еще раз взглянула на бурлящую туманность, которая скрывала ее корабль, после чего она покинула помещение. Она вернулась к себе, чтобы еще раз просмотреть ленты с записями таркиновских лекций по тактике, пытаясь отыскать в них тайную мудрость, которая гарантировала бы ей победу.

ГЛАВА 29

Женщина-каламарианка появилась из своего транспортного корабля каплевидной формы и стала с интересом оглядывать густые джунгли Явина-4 и высокие древние храмы. Она ждала. Люк уже спешил к посадочной площадке в сопровождении Арту.

Люк отметил, что женщина-каламарианка была меньше ростом, чем адмирал Акбар. На ней была свободного покроя желтовато-бирюзовая одежда, с водопадно струящимися рукавами. От нее веяло какой-то отчаянной решимостью.

Увидев приближающегося Люка, она махнула рукой невидимому пилоту корабля. Взревели двигатели, и корабль поднялся в небо. Женщина не смотрела, как корабль входил в низкие облака. Она просто продолжала стоять на месте.

— Мастер Скайвокер, — обратилась она к Люку приятным бархатистым голосом. — Я посол Силгхал с Каламари. У меня есть для вас кое-какая информация.

Из рукава своего одеяния она извлекла сверкающий диск с бронзово-золотистым орнаментом.

— Арту! — позвал Люк.

Маленький робот выехал вперед, и Силгхал, наклонившись к нему, вставила свое сообщение в дисковод Арту. После легкого секундного жужжания в воздухе перед Арту появилось мерцающее изображение Леи.

Люк удивленно отступил назад и весь обратился в слух.

— Люк, я надеюсь, что у тебя все в порядке. Кажется, мне удалось отыскать еще одного, в высшей степени достойного кандидата в Джедаи для твоей Академии. Если мои рекомендации имеют какой-то вес, то тебе следует обратить на Силгхал самое серьезное внимание. Я готова с радостью подтвердить, что у нее действительно прекрасные задатки для овладения Силой. Кроме того, она обладает способностями исцеления и краткосрочного прогноза. Она оказала большую помощь в недавнем сражении на Каламари. Пожалуйста, помоги ей и научи ее. Нам нужно как можно больше Рыцарей Джедаев. — Лея улыбнулась и продолжала: — Мы надеемся вскоре услышать, что некоторые из твоих учеников готовы помочь в нашей борьбе с Империей. Времена трудные. Нам ни на секунду нельзя терять бдительности. — Выражение ее лица смягчилось, казалось, она смотрит ему прямо в глаза. — Я скучаю по тебе. Дети постоянно спрашивают, когда они снова увидят дядю Люка. Я надеюсь, что ты сможешь посетить нас или, может быть, мы сами прилетим на Явин-4.

В конце своего послания Лея выразила надежду, что Силгхал станет одной из самых способных учениц. Лея улыбнулась, после чего ее изображение мелькнуло и исчезло.

Силгхал стояла молча, ожидая решения Люка. Тот тепло приветствовал ее:

— Ну, что ж, добро пожаловать!

С того момента, как Люк повздорил с Кипом Дарроном, он не находил себе места. Люк не представлял себе, куда мог отправиться юноша на похищенном корабле Мары Шейд. Печальная смерть Ганториса, бунт Кипа — всего этого было более чем достаточно для того, чтобы возродить в Люке его старые страхи. Его лучшие ученики озлоблялись, становились нетерпеливыми, пытались самостоятельно раздвинуть пределы своих возможностей.

Он ощущал и более глубокую опасность, которая скрывалась в самих камнях Великого Храма — зло, глубоко затаившееся зло. Люк сам пытался найти его источник, пробегая пальцами по каменным блокам стен, пытаясь нащупать холодную тень — но он не находил ничего. У него оставались лишь одни подозрения.

Каким образом Кип смог узнать подробности Великой Ситской войны? Откуда смог Ганторис узнать правила сборки Огненного Меча? Что увидел Ганторис в ту последнюю ужасную ночь перед тем, как погиб? Люку недоставало какой-то важной детали, чтобы решить эту загадку, и до тех пор, пока он ее не найдет, он не сможет победить страх.

Силгхал подошла к Люку:

— Учитель Скайвокер, вы чем-то озабочены. Может быть Лея была неправа, предложив мне прибыть к вам?

Люк смотрел на нее, ощущая на своих плечах всю тяжесть лежавшей на нем ответственности.

— Нет, нет, — сказал он, — дело не в этом. Если Лея считает, что у вас есть потенциальные способности Джедая, то для меня будет большой честью учить вас. И вообще, — продолжал он шутливо, — появление каламарианки со спокойным характером — это то, что нам необходимо. Следуйте за мной. Мы попытаемся найти для вас комнату.

В то время, как ученики Люка старательно продолжали свои занятия по самораскрытию, с удовольствием медитируя и оттачивая свое умение, Мара Шейд внимательно слушала рассказ Силгхал — очевидца атаки на Каламари. Она задавала послу многочисленные вопросы о Звездных Крейсерах и количестве эскадрилий сид-истребителей. Пожилой Стрин сидел рядом с Кираной Ти на скамейке, слушая Тионну, которая, распустив свои красивые серебристые волосы, исполняла новые баллады. Некоторые ученики были в общих комнатах, другие же занимались у себя или бродили по джунглям.

Довольный своими учениками, Люк отправился к себе. Из-за угла появился Арту и обратился к нему с каким-то вопросом, но Люк покачал головой:

— Нет, Арту, я хочу, чтобы какое-то время меня никто не беспокоил.

Люк вошел в свою маленькую комнату с каменными стенами, которую он занимал еще будучи пилотом крестокрылого истребителя. Люк вынес все лишнее, убрал комнату по своему вкусу, но она теперь казалась ему скучной: с одной только жесткой кроватью и несколькими безделушками массаси.

На подставке из черного камня с вкраплениями минералов цвета крови покоился полупрозрачный Голокрон Джедая.

Люк плотно закрыл дверь. Затем он поставил Голокрон на ладонь и начал приводить его в действие, стараясь проникнуть в него как можно глубже, чтобы получить нужную ему информацию.

— Я хочу увидеть Учителя Водо-Сиоска Бааса, — сказал он.

Из куба поднялось призрачное изображение Джедай-Мастера с воронкообразным лицом. На нем была накидка и украшения в виде ожерелий. Он опирался на длинную суковатую палку:

— Я — Учитель Водо-Сиоск Баас, — донеслось до Люка.

Люк поклонился голографическому изображению:

— Мне необходимо получить от вас информацию, Учитель Водо. Вы были Джедаем во время Великой Ситской войны. Вы рассказывали нам о вашем ученике Экзаре Кане и о том, как он создал Братство Ситов. Вы рассказали нам, что он боролся за превосходство над другими Джедаями, лояльными к Старой Республике.

Люк глубоко вздохнул:

— Мне нужно, чтобы вы рассказали побольше. Как погиб Экзар Кан в конце войны? Что с ним случилось? Как он умер, и удалось ли вам, в конце концов, вернуть его на Светлую Сторону Силы?

— Экзар Кан был самым способным моим учеником, — ответил учитель Водо, — и все же его сломали. Его соблазнили темные силы с помощью древних ситских учений.

Люк мрачно кивнул:

— Я боюсь, что это же случилось с некоторыми моими учениками, Мастер Водо. Вернулся ли когда-нибудь Экзар Кан к силам добра?

— Этого не произошло. Поскольку я был его учителем, лишь я один из Союза Джедаев противостоял ему, надеясь, что я смогу вернуть его обратно. Я знал, что это безнадежное дело, но у меня не было другого выбора. Я должен был попытаться.

— И что же случилось? — спросил Люк. Изображение заколебалось, в Голокроне как будто что-то сверкнуло, затем Мастер Водо появился снова.

— Экзар Кан уничтожил меня. Он убил своего учителя.

Люк был неприятно поражен этим рассказом. Пытаясь успокоиться, он говорил себе, что изображения в Голокроне представляют собой интерактивные подобия с отпечатанными на них именами, а не действительных духов давно умерших Джедай-Мастеров.

— Что же случилось потом с Каном в конце Ситской войны? — спросил Люк.

— Все Джедаи собрались вместе и отправились на луну джунглей, чтобы взять приступом крепость Сигов, которую построил Экзар Кан. Союз объединил свои силы, чтобы нанести сокрушительный удар.

Изображение Учителя Водо вновь заколебалось, исчезло, затем вновь появилось. Послышался обрывок фразы:

— … который уничтожил туземцев массаси и…— Потом изображение замелькало, оборвалось, вновь появилось, затем опять исчезло, как будто его кто-то уничтожил.

— Ну, а Экзар Кан, что случилось с Экзаром Каном? — спрашивал Люк. Он не мог понять, что происходит с Голокроном. Он потряс его, несколько раз провел по нему пальцами, потом поставил его опять на поверхность стола и отступил назад, чтобы лучше видеть голографическое изображение Джедай-Мастера.

Внутри куба возникла зловещая тень, как бы предвещающая скорую катастрофу. Вновь появился Джедай-Мастер с обрывком фразы:

— … но Кану удалось…

Вдруг изображение Мастера Водо разлетелось на тысячу блестящих разноцветных фрагментов, как будто его разорвало изнутри.

Темнота внутри Голокрона сделалась более четкой и стала вспухать, как замедленный взрыв. Во всех направлениях вырвались искры красноватого пламени. С высоким звуком высвобождающейся энергии грани куба распались. Голокрон рассыпался на множество сполохов и клубы черного дыма, наполнившие помещение неприятным запахом горелой изоляции и органических веществ.

Люк отклонился назад, защищая глаза от ослепительной вспышки. На мгновение ему показалось, как будто плотная, черная, одетая в капюшон субстанция, похожая на чей-то силуэт, поднялась из Голокрона со странным зловещим смехом. Затем она уплыла прочь, исчезнув в каменных стенах.

Люк почувствовал, как его охватывает холодный страх по мере того, как белый куб Голокрона превращается в расплавленную жижу.

Люку теперь придется самому искать ответы — и это будет очень скоро!

ГЛАВА 30

— Ну все, Люк, с меня хватит! — недовольно бросила Мара Шейд, выходя из турболифта в ангаре Великого Храма. Она провела на луне джунглей уже несколько дней — срок достаточный для того, чтобы узнать, как ей пользоваться своими способностями Джедая, но это не улучшало ее настроения. Инцидент с Кипом и потеря корабля вывели ее из равновесия.

Люк в это время провожал двух своих учеников в очередной поход в джунгли. В этот раз собирались идти Кирана Ти и Стрин. Кирана Ти вскинула на спину груз — снаряжение, которое они должны были взять с собой. Она была очень эффектна в костюме змеиного цвета и блестящем боевом шлеме, который напоминал ей ее суровую родину — планету Датомир.

Стрин был несколько возбужден. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь приоткрытые двери ангара, падал на его состоящий из сплошных отдельных карманов костюм, который он сохранил со времен пребывания на планете Беспин.

Запахнув плотнее накидку вокруг талии, Мара быстрыми шагами подошла к ним. Люк подумал, как она изменилась после первой их встречи среди контрабандистов Миркара.

Мара едва взглянула на обоих учеников, отправлявшихся в джунгли, и обратилась к Люку:

— Я не могу не признать, что я кое-чему здесь научилась. Но Тэйлон Каррд поручил мне контролировать деятельность союза контрабандистов, и у меня слишком много дел. Я не могу целый день заниматься медитацией.

Даже при тусклом свете было видно, как покраснело ее узкое, правильно очерченное лицо.

— Мне необходим корабль, чтобы выбраться отсюда, ведь на моем смылся твой самый лучший ученик.

Люк кивнул, отчасти признавая затруднительность ее положения и в то же время чувствуя себя уязвленным предательством Кипа Даррона.

— У нас есть станция связи в штабе на втором этаже. Ты можешь связаться с Каррдом и попросить новый корабль.

Мара фыркнула:

— Каррд позволяет мне связываться с ним лишь в строго определенное время. Он постоянно меняет свое местонахождение, так как боится, что кто-нибудь выдаст его — слишком велика награда, обещанная за его голову. Мне кажется, он просто не хочет, чтобы ему надоедали. По-моему, ему уже не терпится покончить со своей жизнью контрабандиста и зажить как все нормальные люди.

— Ты всегда можешь связаться с Корускантом, — стал убеждать ее Люк. — Я уверен, они найдут для тебя шаттл. В любом случае к нам вскоре должен прибыть грузовой корабль. Мара поджала яркие губы:

— Для разнообразия я предпочла бы получить от Новой Республики личного шофера.

Люк попытался найти скрытый сарказм в ее замечании, но увидел лишь своеобразный юмор. Он покачал головой:

— Вот уж сомневаюсь, что найдется много охотников на такую работенку.

Когда Ландо без стука ворвался в жилище Хэна Соло и Леи, Хэн собирался просмотреть разные варианты интерактивных игр для детей. Расположившись на полу, Джесин и Джайна возбужденно возились с аляповатыми самозаводящимися игрушками, которые все время норовили вырваться из цепких детских ручонок.

Трипио, наблюдавший за игрой близнецов, первый предложил Хэну:

— Я имею достаточную квалификацию, чтобы сделать выбор, сэр. Я уверен, что смогу отыскать что-нибудь, что позабавит детей.

— Зато я не уверен, — ответил Хэн. — Вспомни, как им понравился зоопарк голограмм.

— Ну, это же — исключение, сэр, — не смутился Трипио.

Вбежавший Ландо был очень возбужден:

— Хэн, старина! Сделай мне одолжение, большое одолжение.

Хэн со вздохом поручил процесс отбора игр Трипио:

— Ладно, выбери что-нибудь. Но если детям не понравится, поручу им провести проверку твоей схемы, вот это, действительно, должно их позабавить.

— Все ясно, сэр, — ответил Трипио и занялся выполнением поставленной перед ним задачи.

— Что за одолжение? — осторожно спросил Хэн у Ландо.

Ландо откинул капюшон на плечи и нервно потер руки:

— Мне нужно одолжить у тебя «Сокола», совсем ненадолго.

— Что? — переспросил Хэн. Ландо торопливо стал объяснять.

— Мара Шейд застряла на Явине-4, и ей нужен транспорт. Я хочу выглядеть галантным джентльменом, который спасет ее. Позволь мне воспользоваться твоим «Соколом». Будь другом, а?

Хэн покачал головой:

— Я не одалживаю свой корабль всяким темным личностям. Кроме того, если ты хочешь пустить пыль в глаза такой бабе, как Мара Шейд, то «Сокол» не средство. Тут нужна, по меньшей мере, Звезда Смерти.

— Но, Хэн, — возразил Ландо, — я ведь отправился с тобой спасать Лею, когда была совершена атака на Каламари. Теперь ты мой должник.

Хэн раздумывал:

— Вообще-то я не прочь повидать Люка и Кипа.

Он обернулся к Трипио и не удержался, чтобы не уколоть его:

— Кроме того, на этот раз Лея сможет присмотреть за детьми.

Когда «Сокол» приземлился перед Великим Храмом на Явине-4, Хэн высунулся из кабины и увидел, как Люк со всех ног спешит к нему с выражением детского восторга на лице. Хэн улыбнулся и направился по трапу вниз, стуча сапогами по металлическим ступенькам. Люк, подавшись вперед, энергично обнял его, что как-то не вязалось с образом уравновешенного Джедай-Мастера.

Хэн спросил:

— Ну как ты здесь — полный оттяг и никакой политики?

— Я бы не сказал, — ответил Люк, несколько волнуясь.

Ландо-калриссит появился из «Сокола» только после того, как тщательно причесался, разгладил на себе одежду и убедился в том, что его внешний вид безупречен. При виде Ландо Хэн в удивлении округлил глаза, считая, что все эти тонкости — не то средство, чтобы добиться благосклонности Мары Шейд.

Хотя ее гнев несколько поутих, Мара все еще пребывала в скверном настроении. Хэн удивлялся, почему Ландо так заинтересовался этой женщиной, которая когда-то сама себя называла «Клинок Императора». Хотя, с другой стороны, его благоверная Лея тоже ведь представляла собой смесь безудержного темперамента и ледяной холодности, когда он впервые ее встретил. Зато какой она стала теперь!

Изящная фигура Мары Шейд показалась из полуоткрытых ворот ангара. На плече у нее висела сумка.

Ландо быстро спустился по трапу и дружески хлопнул Люка по спине:

— Как дела, Люк?

Не скрывая цели своего визита, он тут же направился через посадочную площадку к Маре.

— Кажется, вас надо подвезти? — спросил он, протягивая руку за сумкой.Что же случилось с вашим кораблем?

— Не спрашивай, — невесело усмехнулась она перед тем, как передать ему свою поклажу. — Наконец-то ты нашел дело, которое действительно тебе по плечу, Калриссиан, — быть носильщиком.

Он закинул сумку на плечо и показал на «Сокола». — Шаттл — Карета подана, мадам.

Хэн сделал шаг в сторону и обвел взглядом источавшие туман джунгли и увитый виноградной лозой Великий Храм.

— А где же Кип? — поинтересовался он. Люк опустил глаза. Потом, как бы собираясь с силами и применяя для этого Джедайское упражнение, он с трудом поднял их на Хэна:

— У меня плохие новости для тебя. Кип… у нас возникли разногласия относительно того, насколько быстро ему следует осваивать опасные новые навыки и каким образом он должен развивать свои способности к применению Силы.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Хэн. — Он ранен? Почему же ты не вызвал меня? Люк покачал головой:

— Я не знаю, что с ним случилось. Он практиковался в использовании некоторых техник, которые, я боюсь, завели его на Темную Сторону. Я очень переживаю, Хэн. Ведь Кип — самый способный из всех моих учеников. У нас с ним вышел спор, и после этого он украл корабль Мары Шейд и покинул Явин-4. Я совершенно не представляю, где он теперь и что делает.

Хэн был поражен, а Люк продолжал:

— Кип обладает большой силой, очень вспыльчив и самолюбив, и при этом страшно нетерпелив. Очень опасная комбинация.

Хэн почувствовал свою полную беспомощность. Он едва заметил, как Ландо провел Мару Шейд по трапу на Сокола.

— Я не знаю, что делать. Люк, — пробормотал он.

Люк сумрачно кивнул:

— Я тоже.

«Сокол» преодолевал гиперпространство с вибрирующим звуком двигателей гиперпривода. Склонившись в кабине корабля поближе к Хэну и понизив голос почти до шепота. Ландо уговаривал его:

— Ну, дай мне повозиться с кухонными автоматами, Хэн, пожалуйста. Я прихватил с собой кухонные программы самых дорогих казино Города Туманов. У меня там такие улетные рецепты! Мара просто потечет от удовольствия.

— Хрен тебе, — Хэн посмотрел на хронометр, который отсчитывал, сколько еще времени оставалось до Корусканта, — лично меня вполне устраивают мои кухонные автоматы.

Ландо сердито опустился в кресло второго пилота и вздохнул:

— Они все запрограммированы на жирную кореллианскую пищу. Некоторым же людям, таким, как Мара, необходима экзотическая пища специального приготовления, а не простые сосиски и клецки с картошкой.

— Ландо, эти продукты я сам принес на корабль — на мой корабль, и я хочу, чтобы кухонные автоматы готовили те блюда, которые нравятся мне. В течение всего нашего полета до Явина-4 я помогал тебе вылизывать жилые отсеки, полировать стол для игры в голошахматы и распылять по всему кораблю этот вонючий дезинфицирующий раствор.

— Но, Хэн, — заметил Ландо, — корабль был отвратительно грязным и неухоженным.

— А мне он нравится именно таким, — настаивал Хэн. — Это — моя грязь, на моем корабле.

— Он твой только потому, что тебе повезло в сабакк, — небрежно бросил Ландо. — Он встал, расправляя свой летный костюм. — Верней, я нарочно дал тебе выиграть.

Хэн и Ландо сидели друг против друга по обе стороны тщательно протертой игральной доски.

Тасуя старые карты Хэна, Ландо поглядывал на Мару Шейд.

Большую часть их пути к Корусканту Мара не обращала никакого внимания на Ландо. Она пресекала на корню все его попытки приготовить обед, выбрать для нее музыкальный фон или просто вовлечь в разговор. Теперь, наблюдая за тем, как они играли в карты, пытаясь в очередной раз решить спор о том, кто является законным владельцем «Сокола», она сердилась на них, как будто они были двумя мальчишками, ссорящимися из-за шариковой ручки.

Ландо взял пачку блестящих металлических карт с кристаллическими изображениями на них и протянул их Маре.

— Миледи, не сдвинете ли колоду?

— Нет, — холодно ответила она, — не сдвину.

— Я уже устал от этого. Ландо, — заметил Хэн. — Вначале я выиграл у тебя «Сокола», играя в сабакк на Беспине, потом ты отыграл его у меня на Корусканте, а я вновь отыграл его у тебя по пути на Каламари. Этого более чем достаточно. Это наша последняя игра.

— Все в порядке, старина, — Ландо начал раздавать карты.

— Никаких переигровок, — предложил Хэн.

— Никаких переигровок, — согласился Ландо.

— Тот, кто сейчас выиграет, навсегда становится владельцем «Сокола».

— Идет, — подтвердил Ландо. — «Сокол» становится собственностью выигравшего и переходит в его полное распоряжение непосредственно в момент объявления результатов партии. Никаких больше одалживаний и никаких тяжб.

Хэн добавил:

— Проигравший до конца своих дней будет пользоваться общественным транспортом Корусканта. — Он взял свои карты. — А теперь заткнись и играй.

Хэн бросил карты, которые принесли ему проигрыш, и встал, чтобы скрыть опустошающее чувство потери, ему казалось, что его сердце взяли, смяли, как кусок использованного пипифакса:

— Ну, что же, радуйся, Ландо.

Мара наблюдала за игрой с обычным ледяным выражением лица, но уже с меньшим безразличием, чем раньше. Теперь она хмурилась, предвидя, как Ландо будет бурно выражать свой восторг по поводу выигрыша. Хэн ощущал то же самое.

Ландо встал из-за стола.

— Ну вот, — медленно проговорил он, — конец игре. Теперь мы никогда больше не будем играть на «Сокола».

— Да, — чуть слышно отозвался Хэн, — мы сошлись на этом.

— «Сокол» теперь мой, и я могу делать с ним что захочу, — продолжал Ландо.

— Ну, давай, радуйся, — сказал Хэн, стараясь казаться саркастичным, чтобы скрыть свое разочарование. Он укорял себя за то, что опять ввязался в эту глупую игру. Он вел себя как последний идиот и вот остался гол как сокол. — Зря я согласился играть с тобой.

— Тьфу на вас, какие-то вонскры пописали на одно и то же дерево и теперь шипят друг на друга, — нарушила молчание Мара, энергично тряхнув головой, так что растрепались ее необычного цвета волосы. Не делая ни малейших усилий, она всегда, тем не менее, выглядела очень эффектно.

Бросив на Мару быстрый взгляд. Ландо отвернулся, сделав вид, что не обращает на нее внимания. Он снова обратился к Хэну.

— Поскольку ты мой друг, Хэн Соло, и поскольку я знаю, что «Сокол» значит для тебя гораздо больше, чем для меня, — тут Ландо сделал паузу, чтобы добиться нужного эффекта, и, украдкой взглянув на Мару Шейд, продолжал: — Я решил вновь вернуть тебе «Сокола». Это мой подарок тебе. Свидетельство нашей многолетней дружбы, нерушимой, несмотря на все удары судьбы.

Хэн, почувствовав слабость в коленях, опустился в кресло. В горле у него пересохло, и он безуспешно пытался что-либо сказать, беззвучно открывая и закрывая рот.

— Теперь я иду к кухонным автоматам, — предупредительно объявил Ландо.Если Хэн позволит внести изменения в их программу, вы увидите, какие изысканные блюда я смогу приготовить, и мы все вместе чудно отобедаем.

Хэн чувствовал себя слишком опустошенным, чтобы вступать в спор. Ландо и не стал ждать никакого ответа. Взглянув еще раз мельком на Мару, он отправился на кухню.

Еще не оправившись от шока, Хэн, тем не менее, заметил, как поднялись ее брови и с какой удивленной и загадочной улыбкой смотрит она вслед Ландо-калрисситу, как будто совершенно изменив о нем свое мнение. Хэн понял, что придуманный Ландо план в отношении Мары, удался.

ГЛАВА 31

Млатоглавец Момау Нейдон организовал для Виджа Антиллеса и Кви Ксукс прогулку на скиммере с открытой кабиной, чтобы они могли полюбоваться красотами девственного ландшафта. Утреннее небо было бледно-пурпурным. Сквозь обрывки туч виднелись проплывающие в нем тусклые луны.

Кви устроилась в обитом бархатистой тканью кресле кабины и пристегнулась ремнем безопасности:

— Почему ты не хочешь, чтобы Момау Нейдон нас сопровождал? — спросила она Виджа, знакомясь с топографическими данными и изображениями тех достопримечательностей, которые иторианец предлагал осмотреть. — Кажется, он очень гордится своей планетой.

Видж чересчур сосредоточенно склонился над панелью управления, хотя казалось, что управлять скиммером дело довольно простое.

— Ну, потому что он очень занят и потому что…— Его голос затих, и он смущенно улыбнулся: — Мне просто хотелось побыть с тобой наедине.

Кви почувствовала радостное волнение от его слов:

— Да, я думаю, так будет лучше. Скиммер снялся со взлетной полосы и направился вдоль вершин деревьев в сторону исполинского диска иторианского экогорода. На многие километры под ними тянулась Бухта Тафанда, и Виджу пришлось изменить курс.

Они направились к низкому горному хребту, где темно-зеленые заросли джунглей переходили в менее густой лес.

— Что же ты мне хочешь показать? — поинтересовалась Кви.

Видж наклонился вперед, вглядываясь в линию горизонта:

— Великое кладбище деревьев баффорр, которые были погублены силами Империи во время блокады много лет тому назад.

— Эти деревья чем-то особенно интересны? — удивилась Кви.

— Иторианцы боготворят их, — пояснил Видж. — Эти деревья обладают интеллектом, похожим на интеллект пчел. Чем гуще становится лес, тем более высок интеллект деревьев.

Когда они подлетели достаточно близко к этому месту, Кви увидела аквамариновый кристаллоидный лес, слабо мерцающий при солнечном свете. Он покрывал часть холма. Скиммер парил над лесом, над стреловидными вершинами и переплетениями острых ветвей. На земле по всему периметру валялись изуродованные темные стволы. Это напомнило Кви останки, разбросанные вокруг разрушенного Собора Ветров на Вортексе. Но кое-где на каменистой земле виднелись и крошечные молодые деревца.

— Похоже, лес вновь начинает расти, — заметил Видж. В отличие от остального леса молодые деревца мерцали бело-голубым светом.

— Я вижу внизу людей, — показала рукой Кви. Под прикрытием плотных зарослей холма промелькнули фигуры четырех иторианцев. — Ты же говорил, они не могут ходить по джунглям.

Видж озадаченно посмотрел вниз. Иторианцы уже исчезли под покровом деревьев. Видж нахмурился, как бы пытаясь найти ответ.

— Кажется, я припоминаю что-то о Вечном Зове джунглей. Это случается редко, и это никто не может объяснить. Некоторые иторианцы все бросают и отправляются жить в дикую природу. Им запрещается возвращаться в свои экогорода. В некотором смысле они становятся изгоями, поскольку иторианцы считают кощунством прикосновение к лесам. Но" должно быть, этот зов очень силен.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18