Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Тени в море

ModernLib.Net / Биология / Мак-Кормик Гарольд / Тени в море - Чтение (стр. 9)
Автор: Мак-Кормик Гарольд
Жанр: Биология

 

 


Мало-помалу их опутали водоросли, и им стало трудно сдвинуться с места, и они становились все больше и толще и все сильнее обрастали ракушками. Когда капитан видел их в последний раз — это произошло в 1916 году, и именно тогда он рассказал свою басню репортеру «Нью-Йорк таймс», — они были каждая около шестнадцати метров в длину и до того обросли водорослями и ракушками, что совсем перестали быть похожими на акул. Возможно, наступит день, когда они так разрастутся, что помешают судоходству, и их утопят. А может быть, на них поселится какой-нибудь предприимчивый рыбак и сколотит себе капитал ловлей рыбы в этом столь богатом морскими дарами месте.

Но многие акулы, следовавшие за кораблями, не были ни шуткой, ни басней. Из камбузов ежедневно кидали за борт отбросы, и учуявшие их акулы неделями плыли за кораблем, чтобы получить это даровое угощение. Они даже хватали зубами лаги, которые спускали за борт для измерения скорости корабля.

Одно из самых ранних упоминаний о нападении акулы мы находим в номере «Фаггер ньюс-леттер» за 1580 год, где приводится рассказ очевидца о том, как матрос упал буквально в пасть акулы где-то между Португалией и Индией.

«Когда во время сильного ветра с корабля за борт упал человек, мы не могли остановиться и как-нибудь помочь ему, поэтому мы кинули ему конец каната, который был обвязан вокруг деревянного чурбана, припасенного специально для таких случаев. Ему удалось поймать канат, и он уже мнил, что спасен. Но когда наша команда стала подтягивать канат с человеком к кораблю и он был от нас на расстоянии выстрела из мушкета, а может, и того меньше, из глубины моря появилось ужасное чудовище по имени Тибурон; оно кинулось на человека и разорвало его в клочья на наших глазах. Поистине это была ужасная смерть».

В судовых журналах можно прочитать не об одной такой трагедии, но известен случай, когда в схватке с акулой победили моряки. В 1850 году за борт шхуны «Эйршир», находившейся в открытом море, упал ее капитан. Его верный ньюфаундленд прыгнул следом за хозяином. На них кинулась акула, но, согласно вахтенному журналу, обоих удалось спасти. Капитан не получил ни единой царапины, собака лишилась хвоста.

Многие моряки, умершие в пути, нашли свою могилу в чреве акулы. Среди моряков возникло поверье, будто акулы каким-то сверхъестественным образом знают, когда на корабле кто-нибудь должен умереть, и их появление за кормой корабля считалось дурным предзнаменованием. Когда на корабле вспыхивала холера или желтая лихорадка, матросы считали, что акулы только тогда оставят в покое проклятый богом корабль, когда получат свою последнюю жертву. Один капитан, который плавал между Сан-Франциско и Китаем, добавил свои подробности к этой сказке. Ему часто приходилось перевозить необычный груз — трупы китайцев, умерших в США, которых, по древнему обычаю, должны были похоронить на родине. Капитан клялся, что, когда он вез трупы, за его кораблем следовала целая стая акул, каким-то образом проведавших, какой у него груз, хотя трупы лежали в цинковых гробах глубоко в трюме.

Еще одна легенда связана с акулой, оказавшейся далеко на суше. В Австрии, в городке Брегенц, расположенном на берегу озера Кон-станс (Боденского озера), под аркой моста висит «русалка». Никто не знает, как она попала туда. В предании говорится, что она висит там с XIII столетия, когда Брегенц подвергался постоянным нашествиям германцев и не менее постоянным эпидемиям холеры и чумы.

Однажды рыбак забросил сеть в озеро и вытащил русалку. Только он собрался кинуть ее обратно в воду, как услышал голос, доносившийся из озера: «Возьми мою дочь и повесь ее под аркой Мартинстера. Она рождена женщиной и не нужна нам здесь».

Боясь ослушаться Духа озера, рыбак исполнил это приказание. На следующее утро люди увидели, что русалка мертва. Стараясь освободиться от пут, она изогнулась самым невероятным образом. После ее смерти целых сто лет в Брегенце царили мир и благоденствие.

Русалка, умершая в жестоких муках, до сих пор висит под аркой. Это акула. Доктор Денис Такер, в прошлом работник Британского музея, с которым переписывался один из авторов этой книги, опознал в ней по фотографии сельдевую акулу. Могли ли ее поймать в озере Констанс? Это так же неправдоподобно, как и вся легенда о русалке. Но и по сей день никто не знает, как попала акула, причем акула-мумия, в австрийский город, расположенный так далеко от моря.

По-видимому, нет такого места на Земле, куда не может попасть акула... или рассказы о ней.

Столетие за столетием моряки, воображение которых подогревалось суевериями, страхом и тщеславным желанием рассказать то, что никому и не снилось, создавали об акулах одну небылицу за другой. Некоторые из этих небылиц оказались очень живучи, поэтому следует специально сказать, что акулы не нянчат своих акулят, не дают серой амбры, не забивают китов до смерти своими хвостами. И, как это ни печально, нет никаких оснований для замечательной истории, рассказанной нам Марком Твеном, истории о том, как, поймав в Австралии акулу, которая за десять дней до того проглотила в Лондоне газету, Сесил Роде раньше всех узнал о положении с шерстью на мировом рынке, и это дало начало его огромному богатству.

Но куда более удивительны и неправдоподобны, чем все россказни об акулах, которые можно услышать на баке корабля, истинные истории, прославившие некоторых акул. Благодаря привычке акул глотать все без разбора были раскрыты преступления и на дне моря найдены ключи к тайнам.

В 1952 году итальянские рыбаки сообщили о грустном послании, доставленном акулой. В желудке пойманной ими акулы оказалась бутылка, а в бутылке — письмо французского рыбака, который, умирая один в море, послал своей жене и детям прощальный привет.

Три раза благодаря акулам были раскрыты преступления, которые без их помощи навсегда остались бы покрытыми мраком. Каждый из этих случаев подтверждается документами, каждый основан не на россказнях и досужих вымыслах, а на судебных хрониках и исторических летописях.

ПРАВДА ИЗ ПАСТИ АКУЛЫ

3 июля 1799 года «Нэнси», двухмачтовое судно водоизмещением в сто двадцать пять тонн, выскользнуло из Балтиморы в Чесапикский залив и направилось в запретные воды. «Нэнси» была американским кораблем и не имела права идти туда, куда она сейчас направлялась, — в Британскую Вест-Индию. Но ее владельцы придумали, как замаскировать ее истинное лицо.

Сперва она направилась на остров Кюрасао — голландскую колонию в Вест-Индии, и там ее капитан достал фальшивые судовые документы, согласно которым владельцем «Нэнси» был голландец. С этими документами судно направилось дальше. Но 28 августа его перехватил английский тендер «X. М. С. Спэрроу». Капитану тендера лейтенанту Хью Уайли показались подозрительными голландские судовые документы. Он посадил свою команду на борт захваченного судна и велел отвести его в Порт-Ройял на Ямайке, где дело должно было быть рассмотрено в вице-адмиральском суде.

Тем временем команда другого английского судна — «Феррет» — поймала акулу, в брюхе которой были найдены документы с американского судна «Нэнси». Случайно в то самое время, когда поймали эту акулу, на борту «Феррета» находился лейтенант Уайли, приглашенный капитаном «Феррета» на завтрак. Уайли осмотрел найденные документы и окончательно убедился в том, что запечатанные им бумаги «голландского» судна, которое он направил в Порт-Ройял, — несомненная подделка.

«Акульи бумаги», как их впоследствии прозвали, были тут же направлены в суд, чтобы установить, кто является истинным владельцем «Нэнси», и 25 ноября 17°9 года и корабль, и его груз были конфискованы в качестве военной добычи.

Когда судебное разбирательство было окончено, акульи челюсти, достигавшие пятидесяти пяти сантиметров, были выставлены на берегу в гавани Кингстона как грозное предостережение всем лжесвидетелям: истина, мол, всегда выйдет наружу, даже если ее похоронить на дне моря. А рядом с челюстями висело объявление: "Лейтенант Фиттон рекомендует всем гражданам нейтральных государств присягать в этом «воротнике». «Акульи бумаги» до сих пор экспонируются в Кингстоне.

АКУЛА-СВИДЕТЕЛЬ

В ноябре 1915 года правительство Соединенных Штатов возбудило судебное дело против четырех служащих пароходной компании Гамбург — Америка. Им было предъявлено обвинение в нарушении таможенных законов. Но на самом деле их судили за то, что они хотели воспользоваться портами нейтральной Америки для стоянки предъявивших поддельные документы немецких грузовых судов, которые везли снабжение немецким подводным лодкам и рейдерам.

В своей обвинительной речи помощник прокурора Роберт Вуд сообщил, что норвежский корабль «Гладстон» был зарегистрирован в порту Ньюпорт-Ньюз в Вирджинии как корабль из Коста-Рики «Марина Квесадо» и в декабре 1914 года вышел оттуда под этим именем. Было указано, что корабль направляется в порт Вальпараисо в Чили. На самом деле целью его была встреча с германскими рейдерами.

— В начале января 1915 года, — сказал Вуд, — на корабле спустили флаг Коста-Рики и подняли норвежский. Имя «Марина Квесадо», красовавшееся на носу и бортах корабля, было вновь заменено на первоначальное имя «Гладстон». И, после ряда удачных и неудачных приключений, корабль под именем «Гладстон» бросил якорь в бразильском порту Пернамбуко[10].

— Здесь, — продолжал Вуд, — таможенные чиновники потребовали предъявить судовые документы. И капитан, после долгих отговорок, положил наконец документы в кожаный мешок и сел в шлюпку, чтобы ехать на берег, но по пути уронил мешок за борт шлюпки.

— Я не могу, джентльмены, поручиться за то, что я вам сейчас сообщу, — сказал здесь Вуд, — но один из свидетелей утверждает, что моряки с бразильского корабля, стоящего на якоре рядом с «Мариной Квесадо», убили акулу и в желудке нашли судовые документы. Но нам не удалось заполучить эти бумаги.

Свидетеля, о котором упомянул Вуд, звали Джон Олсон, он был главным механиком корабля. Давая показания, он рассказал под присягой о том, в каком маскараде участвовал «Гладстон» и как этот корабль прибыл в Бразилию, а также о том, как, садясь в шлюпку, которая должна была отвезти его на берег, капитан уронил в воду документы. Олсон утверждал, что он слышал, как капитан рассказывал об этом первому помощнику и добавил: «А неплохо я их провел, да?»

— Вы видели после этого судовые документы? — спросили Олсона.

— Я видел мешок, в котором они были, сэр.

— Где?

— В Пернамбуко.

— А бумаги вы видели?

— Нет, сэр.

— Вы ушли с корабля в Пернамбуко?

— Да, сэр.

Согласно отчету корреспондента «Нью-Йорк таймс», Олсон хотел было еще что-то добавить, но, «к его явному разочарованию, ему не позволили рассказать о том, что бумаги были найдены в животе акулы».

Так что тайна акулы из Ресифи так и не была раскрыта, во всяком случае публично. Авторы не смогли разыскать упоминание о ней в газетных подшивках Ресифи. Единственно, что осталось, — это те скудные сведения, которые можно почерпнуть из стенограммы речи Вуда. Но даже в качестве незримого свидетеля акула сделала свое дело. История «Гладстона» — «Марины Квесадо» была еще одним вопиющим примером того, что германское правительство не считалось с нейтралитетом США, и четырем чиновникам из компании Гамбург — Америка был вынесен приговор: виновны.

«КАРАЮЩАЯ ДЕСНИЦА»

17 апреля 1953 года живущий в Сиднее рыбак по имени Альберт Хобсон, вытащив из воды свою лесу, приподнял занавес над одним из самых жутких убийств, какие были известны в Австралии. Хобсон забросил приманку в двух километрах от Куджи-Бич, одного из самых популярных пляжей Сиднея, и когда он на следующее утро вытащил лесу, то увидел, что поймал не одну, а целых две акулы.

По-видимому, ночью приманку схватила небольшая акула, а незадолго до того, как там появился на своей шлюпке Хобсон, ее, в свою очередь, проглотила четырехметровая тигровая акула, но сама запуталась в лесе. Хобсон и его брат Чарльз ухитрились вытащить акулу на берег и там с помощью всех, кто был на пляже, проволокли ее по песку до находившегося в Куджи-Бич аквариума. К тому времени, как акула очутилась в аквариуме, она выглядела полудохлой. Целые сутки она лежала, не подавая признаков жизни. В аквариум пустили кислород, и это помогло. Через два дня после того, как ее поймали, акула пожирала всю рыбу, которую ей кидали.

Даже в Сиднее, где акулы — самое обычное явление, тигровая акула в аквариуме Куджи-Бич вызвала некоторую сенсацию, и возле аквариума все время толпились зрители. Словно тигр в клетке, металась акула по аквариуму, ни на секунду не прекращая поисков выхода из своей темницы. Но вдруг — это было 24 апреля — акула перестала принимать пищу. Она чахла на глазах, она едва двигалась.

25 апреля, в то время когда возле аквариума было четырнадцать человек, она неожиданно вернулась к жизни. Она стала бить по воде хвостом и бросалась на стенки. Затем метнулась к тому краю аквариума, где было мельче, и стала описывать причудливые круги. Ее покрыла коричневая зловонная пена. Один из зрителей стоял в пяти шагах от акулы. Он видел, как вокруг акулы распространилось темное облако, а из этого облака возникли, медленно поднявшись на поверхность, остатки крысы... тело морской птицы, парившей на безжизненных крыльях, и отделенная от тела, словно помахивающая остолбеневшим зрителям... человеческая рука с обрывком веревки вокруг запястья.

Руку перенесли в городской морг, где ее осмотрел доктор Артур Палмер, правительственный санитарный инспектор. Рука — левая рука мужчины — не была повреждена и очень хорошо сохранилась. На мускулистом предплечье красовалась татуировка — два боксера, друг против друга, один в синих, другой в красных трусах. Запястье туго обвивала двухсантиметровая веревка, завязанная морским узлом.

Доктор Палмер вызвал на консультацию доктора В. М. Копплсона, хирурга, живущего в Сиднее. Доктор Копплсон, много лет занимавшийся детальным изучением различных ран, нанесенных акулами, увидел с первого взгляда, что рука была отделена от тела не зубами акулы. Ее аккуратно отрезал у плеча нож, находившийся в руках искусного мясника. Это не было делом хирурга, так как при хирургической ампутации соблюдаются определенные правила.

Руку мог отрезать у трупа студент-медик, а затем (кто знает, по какой причине) бросить в море или, в виде шутки, кинуть в аквариум. Обе возможности почти сразу же были исключены. Опросили свидетелей, видевших, как акула изрыгнула руку, выяснили, что в медицинских учебных заведениях не исчезали за это время ни трупы, ни части трупов.

Акулу убили. В ее желудке нашли некоторое количество рыбных костей и остатки небольшой акулы, но ни частей человеческого тела, ни даже клочка одежды там не оказалось. Рука была единственной уликой, по которой можно было попытаться установить личность погибшего человека.

Это было поручено эксперту по отпечаткам пальцев, находящемуся на службе в полиции Сиднея. Задача оказалась очень трудной. Съежившиеся кончики пальцев не давали никаких отпечатков. Тогда с руки сняли кожу, обработали ее химическим способом, так что восстановились все узоры, и, сделав из нес нечто вроде перчатки, взяли отпечатки пальцев.

Эти отпечатки совпали с отпечатками пальцев некоего Джеймса Смита, в прошлом любителя-боксера, содержавшего бильярдную в Розелле, пригороде Сиднея. Отпечатки его имелись в картотеке полиции, потому что года за три до того Смит был арестован за нелегальную игру на скачках — преступление, довольно распространенное в Австралии. Полиции было известно, что он водится со всякими темными личностями, но сам он, как считалось, ни в чем замешан не был. Брат Смита, Эдвард, признал руку по татуировке.

Уильям Прайор, младший инспектор отдела уголовных преступлений полиции Нового Южного Уэльса, знал, что его цель — найти преступника, хотя у него не было доказательств того, что вообще совершено преступление. Акула проглотила руку человека по имени Смит. Смит пропал без вести. Этого было мало, чтобы начать следствие. Следователь не мог признать Смита мертвым, пока не были найдены остальные части его тела. Не афишируя своих намерений, Прайор (репортеры прозвали его Уильям Молчальник) заручился помощью Джильберта Перси Уитли, специалиста по акулам и, возможно, первого ихтиолога, которому пришлось участвовать в расследовании убийства. Прайор попросил Уитли собрать все данные, касающиеся пищи и физиологии пищеварения акул, главным образом тигровых акул. Он знал, что, если дело дойдет до суда, обвинителю придется рассказывать присяжным невероятную историю. Только научные данные, собранные Уитли, помогут ему убедить присяжных.

Тем временем агенты сыскной полиции занимались поисками убийцы. Вскоре они раскопали кучу любопытных фактов. Смит, владелец бильярдной, был замешан в каких-то темных махинациях вместе с неким Реджинальдом Уильямом Холмсом — богатым сиднейским судовладельцем. На вопросы, заданные ему в полиции, Холмс ответил, что действительно знал Смита и давал ему деньги, нужные для ведения некоторых дел. Больше ничего узнать у него не удалось.

В последний раз, когда видели Смита, он был в обществе некоего Патрика Брэйди. Они прожили некоторое время в рыбачьем поселке Кронулла. Хозяин дома, в котором они жили, сообщил, что после их отъезда он обнаружил пропажу сундука, матраса и нескольких метров веревки (эти предметы так и не были обнаружены). Он показал также, что нашел в доме жестяную банку с дурно пахнущей жидкостью, которая показалась ему похожей на кровь.

Стали разыскивать Патрика Брэйди. Допросив его, полиция предъявила ему обвинение в убийстве Джеймса Смита. Через четыре дня в полиции тревожно зазвонил телефон; сообщали, что Реджинальд Холмс носится по гавани в потерявшей управление моторке с пулей в голове. Когда удалось добраться до него, он еле внятно пробормотал: «Джимми Смит мертв, я — умираю, остался еще один».

Но он не умер... Рентгеновский снимок показал, что пуля 32-го калибра расплющилась о необычайно толстую лобную кость. Через несколько дней его уже выписали из больницы. И в ту же самую ночь он был убит в своей собственной машине.

Теперь полиции надо было распутывать два убийства. Позиции обвинения были очень шаткими. Против Брэйди фактически не было никаких улик: не было найдено тело, неизвестна дата смерти, не удалось найти никаких ключей к тому, как был убит Смит. Отпечатки пальцев, обнаруженные в машине Холмса, были оставлены его компаньоном, который часто пользовался его машиной. Того и другого судили и... оправдали.

Для того чтобы яснее понять, что произошло со Смитом и Холмсом, мы должны вернуться к «карающей деснице», изрыгнутой акулой. Ее свидетельство было расшифровано следующим образом.

Смит был убит. От его тела каким-то образом избавились... от всего, кроме руки. То ли она случайно избегла уничтожения, которому было подвергнуто тело Смита (оно так никогда и не было найдено), то ли была специально оставлена в качестве доказательства совершенного преступления, которое требовалось предъявить тому, кто был заинтересован в смерти Смита. Затем запястье было обвязано веревкой, к другому концу которой прикрепили груз, и рука была брошена в море, возможно, с лодки.

Рука плавала на конце привязи недалеко от дна, куда упал груз, и привлекла внимание небольшой акулы, почуявшей запах крови. Акула кинулась на руку так, как она кинулась бы на рыбу — одним стремительным броском. Если бы рука плавала на поверхности, акула, скорее всего, стала бы ее кусать и разорвала в клочки, уничтожив пальцы (то есть возможность получить отпечатки) и предательскую татуировку, которая позволила опознать, кому принадлежала рука. Теперь же рука была проглочена целиком, и сомкнувшиеся челюсти только перервали веревку, державшую руку на привязи.

Вскоре после того акула обнаружила приманку Альберта Хобсона, кинулась на нее и попалась на крючок. Попытки освободиться привлекли к ней четырехметровую тигровую акулу, увидевшую, что перед ней легкая добыча. Опять быстрый бросок, опять огромная пасть не кусает, а заглатывает целиком. Но на этот раз проглотить добычу оказалось труднее, так как ее удерживал крючок. Зубы тигровой акулы начинают рвать маленькую акулу. Возможно, тигровая акула и сама зацепилась за тот же крючок, такие случаи бывали. Она принялась биться и запуталась в ослабевшей леске. Выбраться она уже не смогла. К счастью, прежде чем ее попытки освободиться привлекли к ней других акул, появился Хобсон, вытащил ее и препроводил на берег.

Почему же желудочные соки первой акулы, как известно, очень сильно действующие, не разложили руку на составные элементы? Почему она так превосходно сохранилась? Для объяснения этого возникло множество теорий. Возможно, внезапная смерть маленькой акулы остановила работу ее желудочной секреции, а когда ее, в свою очередь, проглотила тигровая акула, тело первой акулы послужило как бы футляром для руки, защитив ее от действия пищеварительных соков тигровой акулы. Смита, судя по всему убили где-то в середине апреля. (Он появился в Кронулле 7 апреля, хозяин дома, где он жил, видел его «через пару дней»). Акулу поймали 18 апреля. Она изрыгнула руку 25 апреля.

Австралийской полиции и врачам известны случаи, когда человеческие останки сохранялись в чреве акулы в течение более долгого времени.

Так расшифровывали удивительную одиссею «карающей десницы» Смита. Но рука, раскрывшая преступление, не смогла указать преступника. Вместо этого она завела полицию в лабиринт.

Были люди, говорившие, что напрасно рука обнаружила убийство Джеймса Смита, ведь никто не был признан виновным, так и не выяснилось, как и почему он был убит.

Но те, кто занимались расследованием этого невероятного дела, задавали себе вопрос, не стоял ли за убийством Реджинальд Холмс. И когда, взывая о справедливости, появилась в роковой час эта рука, не сыграла ли она роль духа, являющегося человеку незадолго до смерти (как верят австралийцы)? Холмс хотел утихомирить бурю, поднявшуюся в его душе, убив самого себя. Но ему не удалось так легко отделаться. И, возможно, когда Холмс последний раз перед смертью вышел из дома, он знал, что его убьют, и хотел этого, чтобы искупить свою вину. Возможно, он шел на свидание с убийством.

Неважно, кто на самом деле убил терзаемого угрызениями совести Холмса: курок револьвера спустила рука Смита, принесенная акулой.

Глава 6

Можно ли есть акул?

Неужели акул можно употреблять в пищу?

Да! Соленое, копченое, а также приготовленное особым способом свежее мясо многих видов акул удивительно вкусно. Правда, свежее акулье мясо обладает неприятным запахом, так как в нем содержится много мочевины. Но это можно устранить, вымочив мясо в соляном растворе. Акулье мясо портится быстрее, чем мясо других рыб. Но, зная, как надо его готовить, этого можно избежать.

У скатов также вкусное мясо, и во многих странах они считаются деликатесом. Обыкновенные скаты употребляются в пищу вдоль всего Атлантического побережья Соединенных Штатов. Европейский обыкновенный скат представляет собой одну из важных статей европейского рыбного рынка. В Америке, на побережье Тихого океана, едят калифорнийского обыкновенного ската.

В 1961 году в Соединенных Штатах поступил в продажу в переводе на английский язык «Larousse gaslronomigue» — эпос французского поваренного искусства. Эта кулинарная энциклопедия, в которой содержится 8500 рецептов, в том числе такие блюда, как лапы медведя или яйца чибиса, не удостаивает своим вниманием акулу. Зато довольно много места отводится блюдам из скатов; мы встречаем здесь заливное из ската, рагу из ската и печень ската.

Сравнительно с другими рыбами, акулы не очень популярны у американских хозяек. Например, в 1959 году на рыбном рынке Соединенных Штатов было продано около трех миллионов килограммов акульего мяса, стоимостью в 162 тысячи долларов. Эта цифра сразу перестает быть внушительной, если сравнить ее, скажем, с цифрами прибылей от продажи трески. В том же 1959 году трески было продано около тридцати миллионов килограммов, стоимостью 3976 тысяч долларов. А это всего один процент всей рыбы, пойманной в том году в Соединенных Штатах.

Статистика показывает нам только часть картины, Многие акулы, мясо которых едят в Америке, появляются на тарелках под чужим именем. Когда торговцу рыбой предлагают, скажем, сельдевую акулу, у него может возникнуть искушение преподнести своим покупателям акулу в замаскированном виде. Для этого нужно только отрубить ей голову, плавники и хвост и разрезать ее на куски. В таком виде ее мясо вполне сойдет за мясо меч-рыбы, и мало кто почувствует разницу.

С той же целью из мягкого мясистого плавника ската вырезают специальным приспособлением, вроде формочки для печенья, диски, которые неискушенному глазу кажутся похожими на морской гребешок". Конечно, истинный знаток заметит подделку, хотя на вкус плавники ската очень хороши. (Иногда они идут в продажу под этикеткой «глубинный морской гребешок», чтобы можно было продавать их легально.)

На некоторых рыбных рынках Америки колючая акула, или катран, продастся под именем «грейфиш», а скаты под именем «райяфиш». В некоторых местах мако и, возможно, другие виды акул продаются под этикеткой «меч-рыба».

Как-то летом 1944 года некий посетитель ресторана в Лонг-Бич, Калифорния, неодобрительно рассматривал рыбу, подававшуюся в качестве белого морского окуня[11], калифорнийского палтуса, барракуды и семги. Семга выглядела особенно подозрительно, но посетитель знал, что и вся остальная рыба не что иное, как нарезанная ломтиками суповая акула. Этот посетитель был Уильям Эллис Рипли из Калифорнийского управления морского промыслового рыболовства. Хозяин заведения был вынужден признать, докладывал позднее Рипли, что мясо рыбы, которую он выдавал за семгу, подверглось специальной обработке для придания ему розового цвета. И во многих других городах штата акулье мясо продают под чужим именем... Даже в таком рыбачьем порту, как Санта-Барбара, морская лисица и суповая акула сходили за палтуса, треску и тому подобное.

Говоря о том, что акула идет в продажу под чужим именем, Рипли основной упор делал на то, что «нет ни научного, ни этического основания для того отвращения, с которым у нас относятся к мясу акул». Однако он указал, что любители другой рыбы, хотя могут и не догадаться о подлоге, будут считать, что, скажем, палтус, за которого им выдали акулу, не совсем на высоте. «Если это повторится несколько раз, покупатель палтуса будет потерян для рынка», — сказал Рипли. Поэтому в интересах всего рыбного рынка добиться того, чтобы таких случаев было как можно меньше.

В течение многих лет торговля акульим мясом в США велась только благодаря итальянским и китайским иммигрантам и их потомкам. Каждый год на нью-йоркском рыбном рынке Фултона, самом большом оптовом рыбном рынке на Атлантическом побережье США, продается от тридцати до сорока тысяч килограммов катрана, и почти все покупатели — американцы итальянского происхождения. Как на побережье Атлантического, так и на побережье Тихого океана, выходцы из Китая обеспечивают спрос на акульи плавники для их любимого супа.

Малая популярность акульего мяса в Соединенных Штатах объясняется главным образом тем, что акула пользуется репутацией людоеда. Коровы, бараны, свиньи... а также скаты и катран на людей не нападают (хотя и свиньи, и катраны пожирают трупы). Поэтому их едят без отвращения. По правде сказать, как раз у тех видов акул, которые время от времени нападают на купающихся, не очень вкусное мясо. Говорят даже, что мясо большой белой акулы, а также некоторых других акул ядовито.

Рассказы о ядовитых акулах ходили во Франции в XVIII веке, а на островах Тихого океана — в еще более далекие времена. Но часто рассказы эти лишены основания. На Сайпане, например, существует табу на черную и красную рыбу и не едят черноперую акулу, а на Гуаме, где такого табу нет, ее едят. Мясо шестижаберной акулы в Калифорнии идет в пищу, а в Германии — используется в качестве слабительного. Во многих южноамериканских приморских городах манту едят, а на некоторых островах Тихого океана верят, что тот, кто ест манту, разделяет трапезу с дьяволом, и не притрагиваются к ней даже пальцем.

Мы можем со снисходительной улыбкой взирать на эти нелепые суеверия, но ведь предубеждение, не пускающее мясо акулы на обеденный стол американцев, ничуть не более разумно. Все попытки заставить американцев употреблять в пищу мясо акул терпели фиаско. Такую кампанию, под лозунгом «Акулы для вас полезны», начало, например, подготавливать Управление рыбных промыслов США в 1916 году. И тут как раз произошли те нападения акул в Нью-Джерси, о которых мы писали. Стоит ли удивляться, что после того как четыре человека было убито акулами и один тяжело ранен, никто не захотел включить акулу в свое меню.

Когда Америка вступила в первую мировую войну, была начата новая кампания. По просьбе министерства пищевой промышленности и по-прежнему поддерживавшего это начинание Управления морского промыслового рыболовства, известная фабрика рыбных консервов Гортона в Глостере стала выпускать консервы из катрана. По словам Ф. М. Банди, президента фирмы, «законсервированный продукт по вкусу и виду был вполне хорошего качества, но когда банки вскрывали, рыба издавала резкий запах аммиака. Поэтому все, что мы отправили, пришло к нам обратно. Естественно, что мы прекратили производство акульих консервов».

Теодор Рузвельт считал, что у акульего мяса великолепный вкус, и заявлял об этом публично, чтобы побудить людей есть акул. Во время первой мировой войны Рузвельт обратился за поддержкой к своему другу Расселу Коулзу, который уже много лет подряд изучал и ловил акул на Каролинских островах. Коулз хвастал, что он пробовал не меньше восемнадцати разных видов акул и скатов. По просьбе Рузвельта, Коулз дал на неизбежный вопрос: «Что напоминает на вкус акула?» — следующий восторженный ответ:

— Акула-нянька имеет вполне приличный вкус, хотя мясо ее несколько жестче, чем у других видов; гладкая кунья акула — одна из самых вкусных рыб на свете; у мяса бычьей серой довольно сильный запах, но, если приготовить ее, как подобает, она вполне годится в пищу; акула-молот — украшение любого обеда; коричневая акула не оставляет желать ничего лучшего; обыкновенные скаты восхитительны на вкус, некоторые из них весьма напоминают креветок; малый электрический скат — одно объедение; большой хвостокол — вполне приемлем; песчаный скат, или скат-бабочка, — хорош; пятнистый хвостокол — превосходен, по вкусу напоминает тунца; тупоносый скат ближе всего по вкусу к морскому гребешку; орляки — очень хороши; малые морские дьяволы — вкусны необыкновенно.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12