Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Звездные войны (№144) - Кореллианская трилогия-3: Полет над бездной

ModernLib.Net / Фантастический боевик / Аллен Роджер Макбрайд / Кореллианская трилогия-3: Полет над бездной - Чтение (стр. 18)
Автор: Аллен Роджер Макбрайд
Жанр: Фантастический боевик
Серия: Звездные войны

 

 


Оссилеге наблюдал за дисплеями, изображавшими все, что происходит за пределами флагманского корабля. Много часов он оставался на мостике в одиночестве. Некому и незачем было приходить сюда. Пока не началось сражение. Время было его врагом и одновременно союзником. Нужен точный расчет. Ох как нужен. Если поторопиться, они раскроют свои карты и все старания Источника А. окажутся напрасными. Если запоздать, то противник нанесет удар первым и вырвет победу у них из рук.

И потом этот набивший оскомину вопрос. Получат они репульсор или нет? Будет он работать или же не будет? Верны ли данные калриссита относительно залпа Центральной? Цифры его проверялись добрый десяток раз. Похоже, они верны. А что, если в расчеты вкралась какая-то ошибка, которую никто не заметил? А вдруг они исходят из ошибочного предположения?

Адмирала терзали вопросы, которые мучили военачальников с незапамятных времен и будут еще долго мучить.

Время. Вот что самое главное. Как выбрать подходящий момент? Вот в чем вопрос. Определить это наверняка невозможно. Ты не найдешь на него ответ, разглядывая на дисплее графики, не помогут они и судить о боевом духе воинов противника, а об уровне их подготовки не узнаешь, изучая снимки, сделанные в инфракрасных лучах.

Суда двигались навстречу друг другу. Они все ближе. Ближе.

Наконец адмирал Оссилеге поднялся с кресла и, подойдя к карте боевой обстановки, принялся ее изучать. Он внимательно разглядывал данные, касающиеся каждого из кораблей.

Удовлетворенный тем, что ему удалось узнать, он вернулся к своему креслу и нажал на клавишу связи.

— Говорит Оссилеге. Приказ всем судам действовать по условленному сигналу. Начать Операцию «Уклонение» точно в назначенный срок, ровно через тридцать пять минут. Через час после Операции «Уклонение» наступает время для Источника А. Через час, пять минут и пятнадцать секунд после Операции «Уклонение» Центральная Станция произведет выстрел. Возможно, его удастся отразить, а возможно, и не удастся.

Час. Нужно выстоять в течение часа. С этой мыслью адмирал выключил связь. Его терзала мысль: правильно ли он определил момент начала Операции.

— Итак, Чуви, — произнес Хэн спустя полчаса. — Через пять минут совершаем прыжок. Держать ухо востро. Лея, тебе пора на свой насест — в гнездо стрелка.

Поднявшись с кресла наблюдателя, Лея кивнула головой:

— Знаю. — Но к пульту лазерной установки не пошла. Подойдя к мужу, обеими руками она взяла его за голову, привлекла к себе и поцеловала долгим и нежным поцелуем. — Я тебя люблю, — проронила она.

— Знаю, — отозвался Хэн. — И ты знаешь, что я тебя люблю.

— Ты прав, — улыбнулась она. — Конечно, знаю. — Потом протянула руку к Чубакке и потрепала его лохматую шевелюру. — Пока, Чуви, — проговорила она. И добавила: — На той стороне увидимся. — С этими словами, она покинула отсек управления.

Хэн посмотрел вслед жене, затем повернулся к Чуви:

— Ты знаешь, какое это хлопотное дело — быть женатиком!

Грубо расхохотавшись, Чубакка стал проверять установку защитных экранов.

Хэн взглянул на часы. Осталось пять минут.

Люк Скайвокер, сидевший в кабине своего крестокрыла, почувствовал знакомое сочетание страха и волнения. Он напомнил себе о том, что он Джедай, что адепты Джедая спокойны перед лицом опасности и не знают страха. Но кому-кому, а Люку было хорошо известно, что Джедай ничем не отличаются от простых смертных, поскольку живут в мире реальном, а не в мире неопровержимых и абстрактных истин. Исключать все чувства из своей жизни ничуть не лучше, чем дрожать, как заяц.

Пора идти в бой. Он готов. А способности его, как адепта Джедая, пригодятся.

Люк взглянул на хронометр. До начала битвы оставалось три минуты.

Кроме Мары Шейд в командном отсеке ее корабля не было никого. Она осталась одна. В эту звездную систему она прибыла, имея второго пилота и штурмана — Тралкфу и Несдина. В первые дни смуты они, как и многие другие, исчезли. Что с ними — они погибли или находятся в заточении, — Мара не знала. Уж не прячутся ли где-нибудь в развалинах, ожидая, когда можно будет без опаски покинуть свое укрытие. Но зная что такое война, Мара сознавала, что рассчитывать на то, что они остались в живых, едва ли стоит. Это были знатоки своего дела, славные, честные люди. И их, как и многих других более чем вероятно предали смерти лишь за то, что они оказались на пути у какого-то кровожадного честолюбца. Одного этого было достаточно для того, чтобы исполнить ее жаждой битвы.

Конечно, с тех пор произошло и многое другое. И через две минуты она начнет расплачиваться по счетам.

— Я не уверен, что оказал тебе услугу, сняв тебя с твоего корабля, — проронил Ландо, застегивая ремни безопасности. — Там, где ты находилась до сих пор, тебя могли убить случайно. Теперь может произойти другое, и тебя могут убить преднамеренно.

Тендра покачала головой и с улыбкой возразила:

— Поверь, Ландо. На борту своего корабля я поняла одно: я не хочу умирать в одиночестве. Я всю свою жизнь была одинока, с меня достаточно.

Ландо протянул руку молодой женщине, сидевшей в кресле второго пилота. Та взяла ее в свою и крепко сжала.

Никто из них не произнес больше ни слова. Однако это молчание было красноречивее любых речей.

Но тут послышался сигнал будильника. Он напомнил о том, что до начала боя остается одна минута.

Белинди Календа была уже на мостике с остальными офицерами из окружения адмирала, но Гэриэл Каптисон все-таки прибыла вовремя и успела пристегнуться.

— Была у себя в каюте, — проговорила она, обращаясь к адмиралу Оссилеге, хотя тот ни о чем ее не спрашивал. — Думала. «О своей дочурке, — прибавила она мысленно. — О своей Малинзе, которая потеряла отца. Неужели сегодня она лишится и матери?»

— Удачно выбрали время, — отозвался Оссилеге. — Через тридцать секунд времени на раздумья не будет.

Вцепившись пальцами в ручки кресла, амортизирующего эффект перегрузки, она впилась взглядом в иллюминатор «Незваного гостя». «Звезды, — подумала она. — Теплые, ласковые звезды. Не среди них ли Бакура? А может, ее родная планета настолько мала, что ее и не видно с такого-то расстояния? Родная планета. Родина. Как хочется оказаться на родине».

— Десять секунд, — прозвучал голос в динамике. — Всему экипажу приготовиться к скачку через пространство. Пять секунд. Четыре, Три. Две. Одна. Ноль.

Звезды тотчас превратились в светящиеся полосы, залившие иллюминатор светом. Затем они поблекли, и вскоре на небе — там же, где они и были до этого, — вновь возникли звезды.

Но кроме звезд появились и корабли. Откуда ни возьмись. Всяких размеров и типов. Совершив выверенный прыжок через гиперпространство, «Незваный гость», «Часовой», «Защитник» и меньшие суда очутились в самой гуще вражеского флота. Оссилеге рассчитывал, что их внезапное появление окажется неожиданным для неприятеля, и, похоже не ошибся.

Главный калибр флагмана тотчас открыл огонь по ближайшему неприятельскому кораблю — неуклюжему старинному транспортному судну, зачем-то затесавшемуся среди боевых единиц.

Транспорт в мгновение ока превратился в гигантский сноп пламени, но к этому времени лазерные пушки бакуранского корабля уже били по новой цели, современному корвету размером приблизительно с «Нефритовый огонь». Корвет успел вовремя поднять защитные экраны, но выдержать ураганный огонь с близкой дистанции им было не под силу. Корвет тоже вспыхнул, как спичка.

В мгновение ока «Незваный гость» оказался под защитой полутора десятков легких штурмовиков, которые тотчас накинулись на истребителей противника, очутившихся поблизости.

Заговорил и средний калибр флагмана, бивший по невидимой Гэриэл цели. Один из кораблей Триумвирата открыл огонь и попал в легкий штурмовик, только что вышедший из петли Нестерова и пролетавший над мостиком легкого крейсера. Штурмовик разнесло в клочья, и обломки его рухнули на палубу флагмана. Защитные экраны частью отразили, частью ослабили удар осколков. Внутри флагмана стоял гул от ударов, но серьезных повреждений он, похоже, не получил. Разумеется, если не считать потерю штурмовика вместе с пилотом. Остальные штурмовики закружили в смертоносном хороводе, вышибая дух из «Страшил» и двукрылое.

Наконец появился соперник, достойный «Нежданного гостя», — видавший виды лихой авианосный эсминец времен Империи, принадлежавший к классу, который Гэриэл не смогла определить. Корабль был меньше флагмана по габаритам, но, пожалуй, ничуть не уступал ему по своей огневой мощи. «Гость» открыл огонь по противнику, целясь ему прямо в переднюю лазерную установку. Эсминец ответил огнем носовой и кормовой башни, но точность его оказалась недостаточной. Носовая батарея его взлетела на воздух, и флагман тотчас сосредоточил огонь на кормовой башне. По-видимому, защитные экраны были повреждены во время первого попадания, поскольку спустя несколько секунд после начала ураганного огня, нацеленного на кормовую установку, они и вовсе вышли из строя. Башню охватило пламя, и корабль противника оказался беззащитным.

Взглянув на Оссилеге, Гэриэл удивилась тому, что он не обращал никакого внимания на огненную карусель. Глаза его были прикованы к тактическому дисплею, отражавшему ход битвы. Он предоставил командиру «Гостя», капитану Семмаку, делать свое дело, ни во что не вмешиваясь, сам же следил за большой игрой.

— Дела идут, — заметил Оссилеге, ни к кому не обращаясь.

«Лиха беда начало», — подумала Гэриэл.

— Держись за воздух, Арту! — воскликнул Люк, повернув крестокрыл кверху брюхом, а затем задрал нос, преследуя «Страшилу», который заходил в хвост «Госпоже Удаче», находившейся выше него. — Ландо, отваливай вправо и уходи в пике по моей команде. Три, два, один, ПОШЕЛ!

Люк бросил свой аппарат в ту же сторону на долю секунды раньше «Госпожи Удачи». «Страшила» — эта помесь крестокрыла и истребителя класса «Тай» — не обладал маневренностью крестокрыла Люка. Входя в затяжное пологое пике, чтобы достать Ландо, «Страшила» попал в ловушку, став превосходной мишенью для Люка. Последний открыл огонь, и правое крыло «Страшилы» оторвалось начисто. Гибрид потерял управление и вышел из боя. В следующее мгновение Люк увидел, что Ландо снова попал в переплет: он отбивался от двух машин, похожих на легкие штурмовики, оснащенных усиленными двигателями и дополнительным вооружением. Получилось что-то вроде тяжелых легких штурмовиков.

Издавна замечено, что нельзя утяжелять легкую конструкцию слишком мощным вооружением и движком. В результате вы получаете набор недостатков, завернутых в один пакет и стянутых проволокой оптимизма. Люк решил опытным путем проверить справедливость этой теории. С дальней дистанции он открыл огонь по одному из «тяжеленьких» и тотчас поджег левый двигатель.

Машина противника потеряла управление, прежде чем пилот успел вырубить и правый двигатель. Она вспыхнула и начала изрыгать густые облака пара, окутавшего ее, но, очутившись в вакууме космического пространства, пар тотчас же рассеялся. Отыскав глазами приятеля, Люк убедился, что со второй машиной тот справился сам. На какое-то время их участок неба оказался чистым. Выходит, самая пора лететь дальше.

— Ландо! — воскликнул Люк. — Я обнаружил на экране тихоходный эсминец, замыкающий строк судов неприятеля. Ты его видишь?

— А я сам хотел тебе сообщить о нем, — отозвался Ландо. — Ну-ка навалимся на него. Именно такую дичь мы и искали.

Их план состоял в том, чтобы атаковать флот неприятеля и, пробиваясь сквозь его порядки и сбивая по пути его суда, вырваться в тыл и заставить противника лечь на обратный курс и броситься вдогонку за бакуранскими кораблями и их союзниками.

А то пустяковое обстоятельство, что придется иметь дело с восемью десятками крупных кораблей и приданной к ним мелочевкой, которая станет поливать вас огнем из всех своих пушек, придется проигнорировать. Что делать, иногда приходится и рисковать.

— Тогда в путь, как сказал покойник, когда его повезли на кладбище, — согласился Люк.

Анакин, устроившийся за пультом управления, внимательно слушал техника Антона.

— Теперь все ясно, — заметил последний. — Теперь мы знаем, каким образом производится выбор цели. Нужно направить репульсор на Южный полюс Центральной Станции. Ты готов к набору команд по запуску репульсора?

— По-моему, еще нельзя этого делать, — возразил Анакин, на минуту задумавшись. — Мне кажется, тут что-то не так. Я это чувствую.

В тысячный раз откинув от глаз свои космы, Антон нервно посмотрел на мальчугана.

— Что значит «что-то не так»? — спросил он удивленно. — И как это ты чувствуешь?

— Он все делает по наитию, — объяснил Джесин. — У вас перед глазами наставление, а он все делает не по бумажке. Вы же сами сказали, что он не понимает, как у него все получается.

— Нет, понимаю! — рассердился Анакин, зыркнув на брата.

— Неужели и правда? — спросила Джайна. Ей, как и Антону, явно надоела таинственность, которой окружал себя младший брат. — Ты действительно понимаешь, что делаешь или же просто пускаешь нам пыль в глаза?

Мальчуган нахмурился и, скрестив руки на груди, изрек:

— Перестаньте донимать меня, а то не буду вам больше помогать. — Спрыгнув с табурета, он пошагал куда-то прочь.

— Вот беда-то! — воскликнула девочка.

— Я полагаю, что юный Мастер Анакин переутомился, — заметил Трипио. — Вчера он засиделся допоздна. Он часто капризничает после тяжелого рабочего дня.

У Антона глаза вылезли на лоб, а нижняя челюсть отвисла. Он не сразу смог ответить на замечание дройда.

— То есть как это капризничает? Он… он единственный, кто может… — Не находя слов, юноша ткнул пальцем в пульт управления. — Через час Центральная выстрелит, а ты мне заявляешь, что Анакин капризничает?

— Не надо так волноваться, — успокоил его Эбрихим.

— Но он исчез! — кипятился Антон. — А ведь только он умеет обращаться с этой машиной!

— Вы всю ночь работали и перетрудились, — добавил дролл. — Мы вернем мальчугана.

— Конечно, всю ночь, — закивал Антон, нервно расхаживая по комнате. — Может, и мне нужно капризничать, показывать характер? — Остановившись, он посмотрел на близнецов. — Хотя не время нам показывать характер. Я просто в панике! Ведь у меня на Бово Ягене есть родственники! — продолжал нервничать юноша. — Если я допущу, чтобы ее планету сожгли, моя тетка убьет меня!

— Не надо нервничать, — строго произнес Эбрихим. — Далеко уйти он не мог. Для этой работы вы нужны нам оба. Джесин, догони брата, заставь его вернуться. Успокой его. И постарайся запомнить, что жизнь двенадцати миллионов человек зависит от этого капризного существа. Прошу тебя. Когда он вернется, нам всем нужно быть как можно любезнее с ним.

— Хорошо, — недовольным голосом отозвалась Джайна. — Только в течение часа.

— Залповый огонь по люку носового воздушного шлюза! — раздался из ПУ голос Мары. — Эта развалюха сейчас получит свое.

Лазерные пушки «Нефритового огня» принялись всаживать один снаряд за другим в неуклюжий, чиненый-перечиненый фрегат Мон-Каламари, перешедший на сторону противника.

— Сообщение понял, — отозвался Хэн. — Лея, держись крепче. Я немного накренюсь, чтобы освободить тебе поле боя.

— Я отлично вижу цель, — отозвалась Лея. — Открываю огонь.

Счетверенная лазерная установка изрыгала один снаряд за другим. Наружная дверь шлюза перекосилась во время боя. Она стала красной, затем оранжевой, потом раскалилась добела. В следующее мгновение внутреннюю дверь вырвало, и в космос вырвался воздух, находившийся внутри корабля. Но струей воздуха захлопнуло внутренний люк.

Фрегат открыл ответный огонь по «Соколу», Завыли сирены системы защиты, которые тотчас же выключились, едва мини-торпеда, выпущенная Марой, попала прямо в башню фрегата.

Безоружный и подбитый корабль противника решил, по-видимому, не искушать больше судьбу. Развернувшись, он стал улепетывать.

— Пусть себе бежит, — сказал Хэн, обращаясь к Маре. — Он теперь не вояка, а это все, что имеет для нас значение.

— Долго ли продолжается бой? — спросила Лея по внутрикорабельной связи.

— Минут сорок, — отозвался муж. — Не зевай, пара «Страшил» делает заход.

— Они у меня на мушке, — отозвалась Лея. В голосе ее ощущалось напряжение. Из счетверенной установки вырвался сноп огня. Один из нападавших взорвался, а второй, помня старинную поговорку: «Бег некрасив, но здоров», бросился наутек. Жаль, что «Сокол» был не вправе последовать его примеру. Ведь рано или поздно и их самих достанут.

— Мара! — крикнул Хэн Соло. — Давай прорываться сквозь их строй! — Протянув руку, он выключил межкорабельную связь и обратился к Чубакке и Лее: — Осталось еще двадцать минут, и конец.

Конечно, конец. Только какой?

— «Защитник» докладывает о том, что главный калибр выведен из строя, но средний функционирует полностью, — сообщила Календа. — Многочисленные незначительные попадания, однако большого ущерба они не причинили.

«Но сотня незначительных попаданий может привести к тому, что сто первое выведет корабль из строя», — подумал Оссилеге, качая головой. Нет, нельзя допускать такие мысли. Это не к лицу адмиралу, да еще в самый разгар сражения.

— А что с «Часовым»? — спросил он.

— Повреждена силовая установка. Произошла декомпрессия в одной из секций в кормовой части корабля, повреждение локализовано. Все огневые системы исправны, получены донесения о ряде успешных атак.

— Великолепно, — отозвался Оссилеге, изучавший тактический дисплей. «Незваный гость» получил такое же количество повреждений. Все идет по плану, — подумал адмирал. Правда, приходится платить дорогой ценой, но все идет, как было задумано. Оссилеге выделил каждому крупному кораблю маршрут движения через боевые порядки противника, такое же указание дано и каждой паре малых судов. План заключался в том, чтобы, прорываясь в тыл противника, нанести ему урон и расстроить его боевые порядки. План выполняется. Четкий строй кораблей противника нарушен, половина их, похоже, повернула вспять, чтобы догнать надоедливые, как осы, суда бакуранского флота.

— Адмирал! Капитан Семмак докладывает, что к кораблю приближаются четыре фрегата. По-видимому, это скоординированное нападение.

— Неужели? Я все ждал, когда же они соизволят перейти к решительным действиям. Ну что ж, превосходно. Посмотрим, как капитан Семмак умеет организовать оборону.

Оссилеге разглядывал экран. С четырех сторон к «Гостю» неслись четыре одинаково тупорылых фрегата, бившие по нему из лазерных пушек. Первый удар защитные экраны, похоже, выдержали. Задрав нос «Гостя», Семмак попытался вывести корабль из-под перекрестного огня. Главный калибр флагмана сосредоточил огонь на ближайшем из фрегатов. Семмак бросил свой корабль в пике, пытаясь вырваться из кольца, но фрегаты изменили курс, не давая флагману возможности осуществить свой маневр.

Оссилеге нахмурился. Что-то тут не так! Фрегаты лупили по «Гостю» что есть мочи, но без толку. Давно их пушки должны были прожечь флагманский корабль насквозь, но этого не происходило. Оссилеге определил уровень мощности лазерных пушек фрегатов. Она была ничтожной. Но почему? Отгадка может быть одна — лазерный огонь ведется лишь для отвода глаз. Да и сами фрегаты летят как ни в чем не бывало, словно они не изрешечены пушками «Гостя».

Адмирал увеличил изображение ближайшего фрегата и похолодел.

У него были нарисованные иллюминаторы! А корпус из сверхпрочной стали.

Оссилеге нажал на кнопку ПУ:

— Капитан Семмак! Эти фрегаты представляют собой замаскированные роботы-самоубийцы! Их орудия безвредны. Они намерены сблизиться, чтобы…

Но было слишком поздно. Первый из фрегатов включил ракетный ускоритель на полную мощность и с устрашающей скоростью бросился на флагман, направив на него мегатонный таран.

Удар пришелся по корпусу флагмана перед самым мостиком.

— Все в порядке, — сказал Джесин. — Я его привел.

— Вот и хорошо, — отозвался Антон. — Лучше не бывает. А теперь продолжим работу.

Войдя в отсек управления, Анакин долгим и пристальным взглядом посмотрел на каждого, кто в нем находился. Потом занял свое прежнее место.

— Я готов, — заявил мальчуган.

— Ну вот и молодчина, — отозвался Антон, приклеив на лицо веселую улыбку, — Тогда перейдем к набору команд для запуска.

— Нет, не перейдем, — сказал Анакин. Лоб Антона покрылся потом.

— Анакин, прошу тебя. Попытайся понять. Это не игра. Много — очень много — людей погибнет, если этот репульсор не выстрелит в определенный момент в определенном направлении.

— Я это знаю, — произнес мальчуган. — Но он направлен не туда, куда следует. Он слишком тяжел.

— Как тебя понять — слишком тяжел? — удивился Антон.

— Сила тяжести! — воскликнул Джесин. — Он говорит о силе тяжести. Наставление, которое у вас в руках, предназначено для селонианского репульсора. А на Селонии сила тяжести совсем другая.

— Верно! — согласился Анакин. — И я про то же: слишком тяжело будет.

Подумав с минуту, Антон отчаянно завопил:

— Ах ты матушка родная! Он прав! — Техник посмотрел на часы обратного отсчета времени: — У нас осталось десять минут. Мы еще сумеем внести коррективы в расчет цели. — Схватив одного из своих помощников за плечо, Антон подтолкнул его к Главному Сопливому Специалисту.

— Объясни ему, в какой последовательности нужно набирать команды, а также все остальное, и мы перенацелим репульсор, прежде чем выстрелить.

С этими словами Антон умчался прочь, чтобы отыскать свободный стол и электронный блокнот.

Второй и третий роботы ударили в «Нежданого гостя», который завертелся, словно волчок. Четвертый робот-таран пролетел мимо. Но это уже не имело никакого значения: корабль был выведен из строя.

Поднявшись с палубы, Оссилеге с трудом влез на кресло. Гэриэл удалось удержаться в своем кресле. Вскочив на ноги, Белинди Календа огляделась кругом. Она была в ужасе: они единственные, кто уцелел. Все остальные, кто находился на мостике, погибли. Оссилеге даже не стал выяснять, кто остался в живых на флаг-деке. Потому что большей части флаг-дека как не бывало.

— ПОКИНУТЬ СУДНО! — послышалось в динамике. — ВСЕМ ПОКИНУТЬ СУДНО!

— Я не ощущаю ног, — проговорила Гэриэл. — Вижу, что из них идет кровь, но не чувствую их и не могу ими пошевелить.

Оссилеге бессмысленно кивнул головой. «Травма позвоночника, — подумал он. — Должно быть, это произошло после тех страшных ударов». Лишь сейчас адмирал Оссилеге заметил, что прижимает левую руку к животу. Убрав ее на секунду, он увидел широкую и глубокую рану. Странно, что он не испытывает боли.

— ПОКИНУТЬ СУДНО! — повторил голос робота.

Оссилеге посмотрел на Гэриэл Каптисон, затем на Календу.

— Уходите! — вскричал он. — Нам это не под силу. А вы можете спастись. Уходите! — Неожиданно Оссилеге почувствовал ужасную слабость.

— Но… — начала было возражать Календа.

— Я ранен в живот, — оборвал ее адмирал. — Премьер-министр не в состоянии ходить. Мы не сможем добраться до спасательной капсулы. Но даже если бы добрались, то не дожили бы до того момента, когда нас подберут. Уходите. Немедленно. Это приказ. Вы были отличным офицером, лейтенант Календа. Не тратьте время понапрасну. Ступайте.

Календа открыла было рот, но ничего не сказала. Она отдала честь адмиралу, поклонилась Гэриэл и затем побежала.

— Вот и отлично, — заметил Оссилеге. — Надеюсь, ей удается спастись.

— Мы должны взорвать корабль, — заявила Гэриэл, но голос ее походил на шепот. — Нельзя допустить, чтобы его захватили.

Оссилеге кивнул головой и ответил:

— Да, вы правы. Но мы должны подождать. Необходимо дать время уцелевшим спастись. Подождем, пока не окажемся в самой гуще вражеских судов. Захватим их с собой на тот свет. Подождем. Подождем Источник А.

— Источник А.? — едва слышно переспросила Гэриэл.

— Источник А., — подтвердил Оссилеге. — Мы должны подождать адмирала Акбара.

— Час прошел, Люк! — закричал Ландо. — Давай убираться отсюда, пока нас не разобрали на запчасти!

— Тебя понял, Ландо, — отозвался Люк. — Сматываем удочки и как можно скорее!

— В чем дело? — удивилась Тендра. — Почему мы должны бежать?

— Мы вовсе не бежим, — возразил калриссит, ложась на обратный курс. — Мы выполняем план Оссилеге. Он настолько прост, что даже мы сумели руководствоваться им. Ворваться в боевые порядки противника, нанести ему в течение часа наибольший урон, а затем убраться отсюда, чтобы не мешать.

— Не мешать кому?

— Не мешать Источнику А., мой драгоценный Источник Т.

— О чем это ты?

— Это кодовое имя. Зашифровано так, что догадаться нетрудно. Источник Т. — значит Тендра. Источник А. означает адмирал Акбар. Как только блокада каналов связи прекратилась, Оссилеге начал получать от него сообщения по гиперволновой связи. После того как мы улетели с Корусканта, адмирал Акбар все свое время посвятил тому, чтобы сколотить ударный отряд кораблей. Судя по всему, армады собрать ему не удалось, но в его распоряжении имеется двадцать пять современных боевых судов, оснащенных новейшим вооружением. Тут они будут весьма кстати. Тем более что силы противника основательно потрепаны, разрозненны и движутся в противоположном направлении. — Ландо круто повернул в сторону, чтобы не столкнуться с подбитым остовом «Страшилы», после чего на всех парах понесся прямо к Центральной Станции. — Пожалуй, мы направимся к Северному полюсу, подальше от установки, которая испускает смертоносные импульсы.

— Но ты еще не кончил с Акбаром. В чем состоит остальная часть плана?

— Все достаточно проста Совершив прыжок через гиперпространство, адмирал Акбар набросится на корабли противника, как ястреб на цыплят. Они даже не успеют сообразить, кто по ним шарахнул. Да и наши корабли не останутся без дела.

— И когда же его можно ждать? Сверившись с показаниями навигационного компьютера и хронометра, Ландо ответил;

— Да сию же минуту. Легок на помине.

Все свободное пространство впереди их корабля внезапно осветилось ослепительными вспышками космических кораблей, вынырнувших из гиперпространства. Они промчались так близко от «Госпожи Удачи», что казалось, в ушах ее пилота и пассажирки свистит ветер. Впечатление, конечно, было обманчиво, потому что из-за вакуума звук в космосе не передается. Зрелище было потрясающее, великолепное и в то же время страшное. Стиснув зубы, Ландо вцепился в ручку управления. Он изо всех сил старался не уклоняться от летящих навстречу кораблей, опасаясь врезаться в какой-то, которого он еще не видит.

Но вот вся эта армада пронеслась мимо и исчезла, словно ее и не было. Лишь тогда Ландо снизил скорость своей «Госпожи Удачи» и облегченно вздохнул.

Выходит, война окончена. Для него и для Тендры.

Гэриэл Каптисон почувствовала боль. Не в ногах, разумеется, а во всем теле. Адмирал Оссилеге сидел рядом с нею, теряя сознание. Он истекал кровью. Молодой женщине почудился запах гари. Правда, вряд ли теперь это имело какое-то значение.

Несмотря на тяжелое ранение, адмиралу Оссилеге удалось открыть крышку пульта управления, вмонтированного в его кресло с боковой стороны. Отключив предохранительные устройства, он нажал на все кнопки. Кроме одной, которая включила бы взрывное устройство. Он все еще ждал, ждал, продолжая следить за тактическим дисплеем. Хотя изображение было нечетким, но все же достаточно разборчивым, чтобы он смог увидеть то, чего хотел.

— Летят! — воскликнул он. — Летят! Корабли их уже здесь!

— Ну что ж, тогда пора, — проронила Гэриэл. — Вы славный человек, адмирал Оссилеге. Вы настоящий мужчина. Свой долг вы выполнили. Вы храбро сражались и задержали противника. Вы молодчага.

— Благодарю вас, сударыня: Я горжусь тем, что был рядом с вами.

— А я горжусь тем, что находилась рядом е вами, — отозвалась молодая женщина. — А теперь пора прощаться. — Гэриэл вспомнила о своей дочери Малинзе, которая осталась одна-одинешенька на всем белом свете. Конечно, о ней будут заботиться. Об этом можно не беспокоиться. Возможно, мир воздаст ей за все лишения, которые ей придется претерпеть в своей юной жизни, и будущее ее окажется безоблачным и счастливым. Такая мысль утешает. С такими думами легко распрощаться с жизнью.

— Я не могу… не могу пошевелить рукой, — выдавил Оссилеге. — Мне никак не нажать на кнопку.

— Я сейчас, — отозвалась Гэриэл. Взглянув в иллюминатор, она увидела, что рядом с их кораблем, по крайней мере, три сакоррианских судна. Улыбнувшись, она протянула руку. — Сейчас, — повторила она. — Позвольте мне.

Взрыв осветил небо, образовав брешь в рядах кораблей флота Триумвирата. Вслед за первым раздался другой, еще более оглушительный взрыв, ввысь взвился гигантский столб огня, затмивший сияние звезд.

— Клянусь всеми светилами! — воскликнула Тендра. — Это взорвался «Нежданный гость». Они погибли. Все погибли. Все кончено.

Ландо снова взглянул на судовой хронометр, затем перевел взгляд на Центральную Станцию, а следом за этим — на далекую светлую точку, какой отсюда казался Дролл.

— Пока не все кончено, — возразил он. — Но через минуту и двадцать секунд все будет кончено. И возможно, для очень и очень многих людей.

— Антон! — воскликнула Джайна. — Живее! Необходимо сделать это сию же секунду!

Выпучив глаза, техник Антон бросился на зов девочки.

— Не могу, — ответил он, потрясая электронным блокнотом. — Не получается. Чтобы решить задачу, нужно еще пять минут, самое малое. Двенадцать миллионов! Жизнь двенадцати миллионов зависит от ее решения! — Сев на пол, Антон схватился обеими руками за голову.

— Мы обречены! — застонал Трипио. — Если наши враги смогут произвести выстрел, мы все будем уничтожены.

Джесин Соло стоял, точно прикованный к одному месту. Никто из находящихся в шахте репульсора не мог пошевелиться, охваченный одной и той же мыслью. Двенадцать миллионов! У них остается один-единственный шанс спастись, но шанс этот будет упущен лишь потому, что никто не может дать нужные цифры семилетнему ребенку.

— Секундочку, — произнес в раздумье Джесин. — А зачем нам какие-то там цифры? — Обратившись к младшему брату, по-прежнему сидевшему за пультом управления, он сказал: — Анакин, тебе кажется, что масса слишком велика, так ведь? А ты можешь определить нужную величину? Закрыть глаза и почувствовать ее? Так, чтобы масса оказалась именно такой, какая необходима?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19