Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Право - Азбука, Теория, Философия, Опыт комплексного исследования

ModernLib.Net / История / Алексеев С. / Право - Азбука, Теория, Философия, Опыт комплексного исследования - Чтение (стр. 2)
Автор: Алексеев С.
Жанр: История

 

 


"Норма" как общее правило в сфере поведения людей - это вообще очень эффективная и в чем-то даже удивительная категория. Она может рассматриваться как искусное творение, порождение ума и опыта людей. Порождение разума. Допустим, нужно установить, кто из данных лиц привлекается к общественным работам, например, - к работам по сооружению торгового центра в поселке. И бывает так, что ответственный за эту работу - бригадир рано утром обходит дом за домом поселка, и в каждой семье конкретно решает, кто из членов семьи и на какое время сегодня придет на стройку. Но можно поступить иначе - и человечество постепенно пришло именно к такому порядку решения qbnhu дел - установить администрацией в официальном порядке общее правило (норму) о том, что ежедневно каждый мужчина в возрасте от 18 до 50 лет участвует в строительстве на 6 часов или же - другой вариант - каждая семья выделяет на такое же время одного из работников. При помощи норм, таким образом, оказывается возможным не решать каждый раз тот или иной вопрос заново, а - обеспечить существование непрерывно действующего и экономного порядка, создающего постоянство в делах и сводящего к минимуму возможность самоуправства, произвола тех или иных лиц. И что не менее важно, этот порядок - именно общий, в юридической области общеобязательный, так он действует "для всех", т.е. в отношении заранее персонально не определенного круга лиц, как говориться, в отношении "всякого и каждого", кто находится в предусмотренной нормой жизненной ситуации. Конечно, и здесь в ряде случаев допустимы или даже оказывается крайне необходимыми индивидуальные, персональные решения, учитывающие различные жизненные сложности, многообразные жизненные обстоятельства (как это необходимо, например, при освобождении того или иного гражданина от общественных работ, при выделении земельного участка для строительства жилого дома, и тем более при вынесении судом приговора по уголовному делу). Но коль скоро действуют общие правила все эти особые случаи, исключения, льготы, извинительные или отягчающие обстоятельства и т. д. подчиняются общему порядку, направленному на то, чтобы произошло как можно меньше неоправданных случайностей, беспорядка и злоупотреблений - чтобы торжествовала справедливость. И вот что важно. Необходимость и целесообразность порядка в жизни людей, основанного на "нормах", касается всего общества. Везде, и в области публичных отношений, государственных дел, и в частной жизни людей, везде, где оказывается необходимым каким-то образом упорядочить, урегулировать человеческие поступки (в отношении добра и зла, нравов, людских объединений, семьи и т. д.) по мере развития общества все более и более действуют не разовые, индивидуальные решения, а общие правила, нормы. Поэтому и мораль, и обычаи, и правила, устанавливаемые в добровольных общественных объединениях - все они в современном обществе представляют собой нормы - социальные нормы, действующие в отношении заранее неопределенного круга лиц - для "всех". Там же, где существуют и действуют юридические права и обязанности, достоинства "нормы" как искусного творения, продукта ума и опыта людей возводится в степень. В чем это выражается? Прежде всего в том, что именно в юридической области права и обязанности людей обретают повышенную твердость, основательность (создавая в это связи у людей уверенность в их постоянстве и неизменности). И происходит это потому, что в основе действующего порядка находятся общеобязательные нормы, имеющие государственный, публичный характер, выражающий авторитет и силу государства. И - второе, наиболее существенное. Именно в юридической области юридические права и обязанности могут приобрести не просто "общий", а всеобщий характер - распространятся на "всех и каждого" в пределах всего государства. Точнее даже так - пределы действия норм в юридической области зависят от публичных отношений, от государства. Сфера их действия может быть разной. От весьма узкой, локальной - до максимально широкой. Допустим, если бы исключения для оплаты услуг интернета была установлена для Петрова и Семеновского не на два месяца, а на menopedekemm{i срок - "навсегда", то здесь можно было бы говорить о некой "персональной", локальной норме. Наличие более широкой по сфере действия, но все же так же локальной норме можно было признать, если бы указанная льгота была установлена для всех лауреатов конкурса-смотра. Широкую сферу действия имеют нормы, установленные законами и другими нормативными документами в регионах. Хотя и тут может быть известная локализация (правила бронирования мест в городском транспорте распространяется не на всех граждан, а только на "пассажиров с детьми и инвалидов"). Но наиболее существенно то, что основные нормы в государстве могут становиться в самом строгом смысле всеобщими, когда формула "правила для всех" реализуется в полном объеме, действует непрерывно, постоянно. И когда, следовательно, юридические права и обязанности могут существовать и возникнуть в любое время, вплоть до официальной отмены или изменения данного порядка, для каждого в пределах всего государства. Насколько это существенно для общества и какие сложности и перспективы связаны с такого рода всеобщим порядком, - разговор особый. А сейчас зафиксируем сам факт именно в юридической области возможно при помощи юридических норм достигнуть того, что не в силах сделать ни одна другая норма моральная, обычай, правила общественных объединений, безусловного охвата всех людей, всех лиц едиными правилами поведения, действующими непрерывно, постоянно ("вечно").
      3 Еще одна встреча с правом. Злоключения любви. Мало кто из друзей Алексея и Марины встречали такую пылкую, романтическую любовь, как у них. Он спортсмен, недавно год-другой поражал всех отвагой каскадера на киностудии, ныне - руководитель группы спасателей МЧС, мастер спорта по альпинизму. Она, студентка старшего курса консерватории и одновременно преподавательница на полставки в музыкальной школе. Дело шло к свадьбе. И вдруг - гром при ясном небе, в солнечную погоду. Марина вечером за неделю пере регистрацией брака прибегает домой, к родителям. И говорит: - Свадьбы не будет. Никогда. Другой он человек. Уже сейчас думает о разводе. . . В чем дело? Оказалось - в том, что в тот злополучный день Алексей в разговоре с Мариной о всяких мелочах при подготовке к свадьбе неожиданно предложил, и предложил настойчиво, заключить брачный договор. Контракт. Марину сразу же взорвало: - Какой брачный контракт? Какой юридический договор, когда у нас любовь? Значит что - уже сейчас будем готовится к разводу? К дележу скарба и шмоток? Не бывать никакой свадьбы! Никогда! И побежала домой, не желая слушать никаких объяснений. Слава Богу, близким знакомым марининой семьи оказался видавший виды адвокат, искушенный как раз в семейных делах. Собрались все вместе. И оказалось, что Алексей с учетом своей нестандартной работы и увлечений, затеял все это дело с брачным договором только для того, чтобы записать в договоре, что 2/3 всего его имущества - наличного и того, что он получит в будущем должно, наряду с раздельной собственностью, закреплено за Мариной. - А то ведь, заметил Алексей, - при моих-то каскадерских фокусах и альпинистских увлечениях все может быть. Когда страсти улеглись и адвокат ушел, Марина сказала: - Ну, что ж, тогда запишем в договоре и то, что мы ни в коем случае не будем обращаться в суд. Будем все решать по любви . . . Согласились и с этим. Но когда при регистрации брака в тексте контракта увидели запись о суде, юрист ЗАГСа сказал : - Такая g`ohq| об отказе обращаться в суд при удостоверении договора в нотариате не пройдет . . . Увы, любовь вновь наткнулась на какой-то "юридический камешек". Как быть?
      Новый вывод о праве. - Предельная ("формальная") определенность. Когда речь заходит об юридических правах и юридических обязанностях, нередко у людей возникает представление о том, что в этой области главным становится не сама жизнь, не интересы человека, не его неподатливое, трепетное житие, а "бумаги" и "буква", да притом - такие, которые исходят из казенных канцелярий, чиновников и заскорузлых бюрократов. Такие представления в немалой степени верны. Но надо знать, что при всех издержках и недостатках, относящихся к канцелярщине и бюрократизму (в любом добром деле есть какие-то теневые моменты, а тем более - издержки и крайности), именно "бумаги" и "буква" выражают решающее достоинство юридических прав и обязанностей, которое имеет первостепенное значение для нашей жизни, решения наших жизненных проблем. Ведь все ранее указанные достоинства юридических прав и обязанностей (официальность, публичность; нормативный характер) имеют реальное значение не тогда, когда у нас существуют лишь какие-то мысли о возможностях и долге, о том, что "можно" и "должно", а лишь тогда, когда эти мысли и представления имеют строго определенный по содержанию характер и получают внешнее, "знаковое", в современных условиях - по большей части документальное закрепление. То есть приобретают характер формальной определенности. Мы можем иметь сколь угодно высокие представления о необходимости уважать женщин, детей, людей старшего поколения, но если бы не было таблички о местах "для пассажиров с детьми и инвалидов" (и плюс к тому - не содержались пояснения на этот счет в "бумаге" на планшете в салоне под названием "Привила для пассажиров") такого рода представления не имели бы характера официального и конкретного, строго обязательного правила "для всех". Ведь именно через "бумаги" и "букву" оказывается возможным достигнуть того, что не под силу ни морали, ни нормам-обычаям, ни другим способам регуляции поведения людей - предельно точного, конкретного и детального определения возможного и должного поведения людей, условий такого поведения, последствий несоблюдения установленных здесь требований и т. д. И следовательно, - достигнуть максимальной определенности (и хорошо ведь! - формальной определенности!) во взаимоотношениях между людьми, во взаимоотношениями с властью, с чиновниками, во всех наших делах. Кончено, далеко не всегда такая "максимальная определенность" необходима (нередко для человека требуется установление только "рамочных" нормативов и условий или исходных принципов, а все другое решается по договоренности). Не всегда нужной определенности удается в документах достигнуть практически (для того, чтобы "прописать" известные правила нужно владеть современным деловым языком, данными филологии и плюс к этому приемами юридической техники, о важнейших из них дальше пойдет еще речь). Но как бы то ни было, строгая определенность в поведении людей, необходимость ее четкого закрепления, - непременные требования современной цивилизации, показатель культуры, да и просто условие успеха, надежности в наших делах. Такая определенность достигается не только в юридических документах, идущих "сверху", от власти, но в наших частных документах - прежде всего в dncnbnp`u. И это порой имеет существенное значение не только в деловой жизни, в производстве и коммерции, но и в наших сугубо личных делах, в самой что ни на есть высокой духовной жизни, даже - в любви (что сделать? - все высоко духовное, сугубо личное происходит в нашей земной жизни, в прозаических условиях быта, заботах, мелочах, обыденной жизненной прозе). Знаменитый русский юрист дореволюционного времени И.А. Покровский - в дальнейшем мы довольно часто будем обращаться к его мыслям - говорил даже так; "право на определенность правовых норм есть одно из самых неотъемлемых прав человеческой личности, какое только себе можно представить; без него, в сущности, ни о каком "праве" не может быть речи"2 . . . . Марину потрясло, что перед священном обрядом - свадьбой ее возлюбленный заговорил о каком-то брачном договоре. Договоре? Значит, об имуществе, его возможном дележе. А дележ имущества бывает когда? Ясно - при предполагаемом разводе. Значит, не о любви, не о святом и возвышенном он, такой внешне красивый, героической профессии человек, думает? А сейчас - внимание! Внимательно вчитаемся - как и положено при чтении законов - в статью 42 Семейного кодекса, в которой говорится о брачном договоре. В ней, действительно, сказано о возможности (хотя это вовсе не обязательно) заранее определить имущественные последствия на случай развода. Но не это главное. В Семейном кодексе записано: "Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (ст. 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на отдельные виды или на имущество каждого из супругов" При этом специально оговаривается, что "брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов" и что супруги вправе определять свои права и обязанности по взаимному содержанию, другие условия, "а также включать в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов". В то же время в статье 42 Кодекса есть и такой пункт: "Брачный договор не может ограничивать правоспособность или дееспособность супругов, их право на обращение в суд за защитой своих прав, регулировать ... права и обязанности супругов в отношении детей, предусматривать положения, ограничивающие права нетрудоспособного нуждающегося супруга на получение содержания, другие условия, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение или противоречат основным началам семейного законодательства". Вот и получилось, что Алексей, возлюбленный Марины, - человек ответственный, связанный с таким родом деятельности, в которой много риска, грозящим , увы, и печальными последствиями, решил во имя любви! - заранее позаботиться на всякий случай о благополучии Марины. И с этой целью - так определить путем брачного договора режим их совместного имущества, чтобы "в случае чего" именно за ней было забронирована большая часть их совместной собственности, его доходов. Если внимательно присмотреться к приведенным и ко всем другим положениям Семейного кодекса о брачном договоре, то нетрудно убедиться в том, что в сфере семейных отношений используется достоинство юридических категорий - закона, договора - для того, чтобы придать отношениям между членами семьи предельную строгость и определенность, четкое определить возможное и должное поведение, заранее исключить возможность неясностей, конфликтов. И при этом отрегулировать все это так, чтобы в результате скоропалительных решений не пострадали основные права граждан (в том числе - сама возможность обращения в суд за защитой) или один из супругов не a{k бы поставлен в крайне неблагоприятное положение.
      4 И еще встреча с правом. Право против права. Не так давно, летом, в заводском районе крупного индустриального города случилось вот что. Студент второго курса Технологического университета Володя Лесных в летние каникулы решил подработать в геологоразведочной партии, два месяца провел в "поле" коллектором, в конце августа за неделю до начала университетских занятий вернулся в город. Почерневший от загара, чуть отощавший, но за то - полный кошелек. Поезд пришел в пятницу, днем, Володя по телефону дозвонился до приятелей по университету, договорились встретится у него после работы, в часов 7-8. Заняться до вечера было нечем, Володя решил пока сходить в кино, и тут же, не переодеваясь, в чем был в дороге, в штормовке, побежал в ближайший кинотеатр - "Сокол". Шел новый авантюрный боевик. Очень хорошо! В кассовом зале кинотеатра было пусто. Но только Володя, купив билет, стал выходить из кассового зала как лицом к лицу столкнулся с двумя парнями - Журавлевым и Семеновым, бывшими соучениками по параллельному классу, еще где-то в 8-9 классе оставившими школу. У Володи были в ту пору какие-то распри с ними. Парни были на взводе, настроены зло, жестко: - Ну что, красавчик, говорят, обогатился? Выворачивай-ка кармашки , делится надо. Да и вообще должочек у тебя есть перед нами, простыми работягами. И тут же Володю резко качнуло в сторону - это невесть откуда подскочивший младший брат Журавлева ударил его чем- то тяжелым в голову. Тот час же Семенов с размаху пнул его ногой в живот. В этот миг Володя вспомнил, что в кармане его штормовки есть оставшийся с походного времени охотничий складной нож. Выхватил его, раскрыл, пару раз взмахнул им слева направо. Братья Журавлевы отпрянули. А Семенов, изловчившись, еще раз пнул ногой в живот Володи и бросился бежать - через дверь кассового зала на улицу. Володя - за ним. Потом вслед за Семеновым заскочил в тронувшийся с остановки троллейбус, .и там ударил ножом обидчика. Нож попал в руку и скользом в грудь - тяжкое телесное повреждение. Семенов с места происшествия был отправлен в городскую больницу, где пролежал более четырех недель, а Володя Лесных препровожден в районное отделение милиции, где ему через несколько дней было предъявлено обвинение в совершении преступления. Затем состоялся суд и В. Лесных был осужден по статье 114 Уголовного кодекса к одному году лишения свободы (условно). Перед рассмотрением дела В. Лесных по кассационной жалобе в областном суде во статьей "Право против права" в защиту осужденного выступила областная молодежная газета. В газете говорилось: да, Володя нарушил право на телесную неприкосновенность Семенова, но сначала он, Семенов, и его дружки нарушили права осужденного, и в газете ставился вопрос об оправдании В. Лесных и, напротив, о привлечении к уголовной ответственности напавших на него парней - братьев Журавлевых и Семенова.
      Еще одна черта права. - Юридические права призваны очерчивать границы свободы поведения людей. Да, правильно, в только что кратко описанном происшествии юридические права одного лица столкнулись с юридическими правами других лиц. И здесь надо заметить, что в жизни, в юридической практике такого рода столкновения - "право против права" - происходят нередко. И именно в этом, да в интересах людей, которые выражают юридические права, - в большинстве случаев и состоит существо юридических дел, споров, конфликтов, происходящих на практике. Володя Лесных, имел право на защиту против нападавших парней. И он не несет юридической ответственности, если в ходе такой необходимой обороны причинит вред нападавшим. В статье 37 Уголовного кодекса сказано: "Не является преступлением причинения вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц , охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства . . . "(обратим внимание - в конце последней фразы многоточие, продолжение несколько дальше). При этом законом определено, что такое право на необходимую оборону "принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти"(часть вторая той же статьи). Но какой фрагмент фразы статьи 37 Кодекса бал заменен многоточием? А вот какой. Вслед за словами о том, что гражданин в состоянии необходимой обороны не несет ответственности за причиненный вред, говориться: ". . . . если при этом не было допущено превышение пределов необходимой обороны". И в этой же статье в ее третьей части поясняется: "превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства". И в этой связи как раз Уголовный кодекс особо предусматривает ответственность за такие случаи, когда при превышении пределов необходимой обороны совершено убийство (статья 108 Кодекса) или причинен тяжкий или средней тяжести вред здоровью (статья 114 Кодекса). По всем данным, Володя Лесных превысил пределы необходимой обороны (он нанес Семенов тяжкие телесные повреждения, когда нападение на него было закончено; возможно, он в троллейбусе вообще действовал уже "в состоянии аффекта", на этот счет в Кодексе есть особая статья). Так что приговор суда по делу В. Лесных, по-видимому, обоснован; хотя здесь и остаются спорные вопросы - это дело суда о чем в дальнейшем еще пойдет речь. Но в данном месте наше внимание должно привлечь другое. Каждое право, которое принадлежит тому или иному лицу, - это известные возможности, определенная свобода поведения (поступить так-то и так-то; что-то потребовать от других лиц). Вместе с тем для юридических прав характерно то, что они призваны строго определять границы ("меру") свободного поведения. Они не могут и не должны быть беспредельными. Вспомним случай в троллейбусе. Контролеры, конечно, имели право потребовать от веселящихся студентов освободить места, предназначенные для пассажиров с детьми и инвалидов. Они, кроме того, - при наличии соответствующих муниципальных правил - могли потребовать уплаты штрафа. Можно было даже и физически поднять с места нарушителя, хотя, разумеется, в не столь грубой форме. Но заламывать руки за спину, затем - наручники. . . .- все это находится за пределами тех прав, которые в данной ситуации вправе использовать контролеры и работники милиции. Или - случай в у кинотеатра. Володя имел право на защиту, защиту самую активную, когда допустимо, по всем данным, перед тремя агрессивными парнями, наносящими удары, продемонстрировать готовность использовать при защите охотничий нож, случайно оказавшийся в кармане походной штормовки. Здесь надо указать на то, что и по международным и по нашим отечественным законам человек имеет широкие юридические возможности не только для того, чтобы при решении его проблем юридического характера к нему на помощь пришло государство, в том whqke они были рассмотрены независимым и компетентным судом, но и для защиты, самообороны. В статье 45 Конституции Российской Федерации говориться: "Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом". О необходимой обороне, о самозащите говориться не только в Уголовном кодексе, но и в других законах. В Гражданском кодексе сказано: "Допускается самозащита гражданских прав" (статья 14). Но право на защиту не включает возможность преследование с ножом одного из нападавших, причем - преследовать не с целью пресечения правонарушения или задержания нападавшего, а с целью его покарать за удар ногой в живот, - в свою очередь нанести ему вред - теперь ножом. Расправа над Володей Лесных в кассовом зале продолжилась другой расправой - расправой над одним из потерпевших в троллейбусе с применением оружия - ножа, с наступлением тяжких телесных повреждений у. нового потерпевшего. В практических делах такого рода "цепочки правонарушений", когда пострадавший от противоправных действий сам становится инициатором расправ и бесчинств, встречаются нередко. И в этой связи надо заметить, кстати, что отъявленные нарушители закона, насильники и хулиганы, довольно часто оправдывают свои преступные действия ссылками на то, что жертва "сама толкнула", "сама грубила", "не так посмотрела". Встречаются здесь и такие случаи, когда будущие жертвы в чем-то даже бездумно провоцируют явно возможную беду (скажем, двое студенток, затеяв, казалось бы, легкий флирт с мужчинами в парке, затем, закупив горячительные припасы, отправляются в холостяцкую квартиру "послушать пластинки"; а потом - ужас жестокого насилия, заявление о возбуждении уголовного дела об изнасиловании - статья 131 Уголовного кодекса). Итак, юридические права - таковы, что они должны строго очерчивать границы возможного и должного - "по праву" - поведения. Их назначение - определять пределы дозволенного и недозволенного. Они в принципе, так сказать, по идее не должны открывать возможность для произвола, самочинных действий, для вседозволенности. И если такого рода случаи встречаются, то это уже правонарушение, преступление. Ведь и в Гражданском кодексе Российской Федерации, установившего в статье 14 право на самозащиту гражданских прав, тут же , как и в уголовном законодательстве, дается ограничение - "Способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения".
      5 И должен быть судья. Юридические права (а также - юридические обязанности, ответственность), само их существование теснейшим образом связаны с судьи. С тем, что есть человек или особый властный орган, который вправе решать сложные жизненные ситуации и от решения которого зависит признание тех или иных возможностей или притязаний в качестве юридических прав, обязанностей, ответственности, их реализация на практике. Впрочем - не одних только юридические прав, обязанностей, ответственности. Вот для мальчишек пустырь за домом стал футбольным полем, где ворота обозначены колышками, а края поля камешками. Бегали - бегали ребятишки, то одна, то другая команда вскидывала руки и кричала "гол!!!". И вдруг все встали, сбились в кучу - шум, перекрикивают друга, чуть ли ни наскакивают петушками один ну другого. Различимы лишь отдельные возгласы: - Почему это не засчитывать гол? - Была штанга! - Нет, не было штанги, - А ты вообще не имел права быть по воротам, был офсайд! - Не было офсайда, имел право . . . . Почему у мальчишек возник весь этот сыр-бор? Бывает - потому, что pear` не договорились о правилах (значит не было обязательных для них - их всех! - норм!) Но чаще всего - потому, что игра проходила без судьи. Без рефери, без арбитра. То есть такого авторитетного мальчишки или, лучше, взрослого парня, который хорошо знает нормы - футбольные правила, тонкости игры, не имеет особых симпатий или антипатий ни к одной из команд, может без колебаний устанавливать нарушения, взятие ворот, положение "вне игры" и т.д., а главное вправе выносить окончательные решения. Решения, которые должны принимать и исполнять все. Насколько необходим такой судья - и еще более подготовленный! еще более независимый! еще более авторитетный! - в наших жизненных делах. Особенно - тех которые затрагивают юридические права, юридические обязанности, юридическую ответственность. Примечательно, что почти все ранее приведенные, и к тому же - не очень сложные, случаи "выходили" на суд, нуждались в том, чтобы соответствующие дала рассматривались судом и по ним было вынесены судебные решения. Вот на руках двух студентов, вошедших в конфликт с контролерами, щелкнули наручники, нарушители оказались в отделении милиции, а вскоре и обвиняемыми по уголовному делу ( хулиганство - статья 213 Уголовного кодекса). Несмотря на все строгости, существующие при подготовке юридических дел об ответственности, это дело - при всех явных огрехах обвинения - дошло до суда. И суд в коллегиальном составе (профессиональный судья, два народных заседателя) изучил все представленные материалы, заслушал в открытом заседании новых свидетелей - очевидцев происшествия в троллейбусе, заслушал адвоката, показания и последнее слово самих обвиняемых. А затем - в совещательной комнате оценил все факты, все "за" и "против", и в завершении рассмотрения дела - вынес оправдательный приговор. Обвиняемые, студенты техникума, тут же, в зале суда были освобождены из под стражи. Суд к тому же, кроме оправдательного приговора, вынес два, так называемых, частных определения. Одно - в адрес трамвайнотроллейбусного управления и управления внутренних с требованием, чтобы контролеры и привлекаемые ими работники милиции при обеспечении порядка в общественном транспорте не превышали предоставленных им прав, и чтобы в данном случае было проведено служебное расследование; другое - в адрес техникума с предложением принять по данному случаю необходимые дисциплинарные и воспитательные меры. По другому уголовному делу, уже рассмотренному судом (дело В. Лесных, нанесшего ножевое ранение Семенову) областной суд, рассмотрев доводы, содержащиеся в кассационной жалобе обвиняемого, доводы прокуратуры, другие материалы, не нашел оснований для пересмотра приговора, который в этой связи и вступил в силу. Хотя - надо заметить - один из трех судей, подписавших определение областного суда, приложил "особое мнение": он признал убедительными доводы прокурора, полагающего, что деяние В. Лесных следовало квалифицировать не в качестве превышения пределов необходимой обороны, а в качестве преступления, совершенного в состоянии аффекта, т.е. не по статье 114, а по статье 113 Уголовного кодекса, с вытекающей отсюда возможностью изменения меры наказания. Вместе с тем и в данном случае областной суд принял дополнительный документ - он вынес определение о возбуждении уголовного дела в отношении братьев Журавлевых и Семенова в связи с установленными судом фактами, свидетельствующими о их нападением на В. Лесных в кассовом зале кинотеатра. Припомним, что и по тому жизненному случаю, где у молодых людей возникли проблемы в связи с "брачным договором", события затронули qsd. По разъяснениям юриста ЗАГСа нотариат не будет регистрировать тот пункт брачного договора, в котором супруги при возникновении у них в будущем разногласий отказываются от обращения в суд. Почему "не будет"? И почему такого рода норма содержится в Семейном кодексе (статья 42)? Да потому, что "право обращения в суд защитой своих прав", также как и упомянутые в Кодексе боле широкие категории "правоспособность" и "дееспособность" (о них - речь дальше) - это и по международным законам, и по нашей Конституции неотъемлемые права человека, которые не могут быть изменены никаким частным актом. Словом, юридические права предполагают не только государственную поддержку, так сказать, в "милицейском" смысле, возможность приведения в действия с целью их осуществления правоохранительных учреждений, но прежде всего - существования правосудия - "правого суда", - независимого суда, имеющего полномочия на тщательное и беспристрастное рассмотрение данной жизненной ситуации и возникшего в связи с этой ситуацией юридического дела, вынесение по этому делу правосудного решения, имеющего обязательную силу силу закона.
      Итак, первые впечатления. Из "встреч с правом" - из тех отдельных случаев, когда люди в той или иной жизненной ситуации, сталкиваются с юридическими вопросами, у нас - надо полагать сложились впечатления о том, какими чертами, отличаются юридические права. То есть каковы особенности права в строго юридическом значении. Сведем вместе сформулированные ранее положения об этих особенностях. Для юридических прав характерно то, что предоставляемые ими возможности (свобода поведения): во-первых, относятся к официальной, публичной жизни общества; юридические права поэтому могут быть выражены в праве требования, которые призвано обеспечивать государство своей принудительной силой; они находятся в одном ряду и связаны с юридическими обязанностями и с юридической ответственностью; во-вторых, основываются на общих правилах - общеобязательных нормах ("правилах для всех"), выраженных в законах; в третьих, и это позволяет точно и конкретно, как правило в письменной виде определять возможное и должное поведение ("формальная определенность); в четвертых, юридические права имеют границы, пределы тог, что дозволено и что недозволенно; в пятых, в юридических правах дается итоговое (выражающее только что отмеченные юридические особенности) решение определенной жизненной ситуации; в шестых, юридические права требуют того, чтобы существовала система их установления, признания, гарантированная возможность рассмотрения решения в этой связи данной жизненных ситуаций путем правосудия - через компетентный, независимый, полновластный суд, решения которого имеют силу закона.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12