Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Секретные протоколы Второй Мировой - Как Черчилль развязал Вторую Мировую. Главный виновник войны

ModernLib.Net / История / Александр Усовский / Как Черчилль развязал Вторую Мировую. Главный виновник войны - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Александр Усовский
Жанр: История
Серия: Секретные протоколы Второй Мировой

 

 


Установление протектората Германии над Богемией и Моравией? С согласия тогдашнего законно избранного правительства Чехословакии. Никто президента Гаху на этот шаг насильно не толкал. Мог бы и отказаться – дескать, расстреливайте, но бумагу эту вашу гнусную ни за что не подпишу. Тем более пожилой человек, свой век прожил, мог бы и записаться в мученики чехословацкого народа. Нет, совместное заявление с Гитлером подписал – и не как гражданин Гаха, проживающий на Виноградах, улица Вацлава Непомуцкого, дом Штойбера, – а именно как Президент Чехословацкой Республики.

Замечу в скобках, что все послевоенные байки о чешском сопротивлении, вспыхнувшем после 22 июня 1941 года, – практически процентов на девяносто чистой воды вымысел. Работали чехи на германский Рейх исправно, строили бронетранспортеры и самоходки, тачали сапоги, патроны миллионами штук и снаряды сотнями тысяч. Которыми, замечу, немцы убивали наших с вами, читатель, дедов и прадедов.

Инженеры чешских фирм МВВ (бывшая «Прага») и «Шкода» на базе своего танка LT-38 создали для вермахта отличные самоходные орудия («Мардер» с нашей трофейной 76-мм пушкой Ф-22, лучшую у панцерваффе легкую противотанковую самоходку «Хетцер»). А ведь работай они с чуть меньшим усердием – скольким нашим танкистам была бы сохранена жизнь? С апреля 1944 года по 9 мая 1945-го (я не шучу, до 9 мая (!) чехи делали технику для немцев!) с конвейеров сошло 2584 самоходки «Хетцер», крайне эффективных в борьбе с русскими танками. Гайки б в цилиндры двигателей они бы немцам кидали, что ли! Так ведь нет, «хетцеры» отличались отличными эксплуатационными характеристиками, немецкие танковые генералы это в один голос подтверждают.

Вермахт оккупировал остатки Чехословакии за четыре часа. ЗА ЧЕТЫРЕ ЧАСА! У вас, черт бы вас побрал, на складах миллион с четвертью винтовок – раздайте их населению! Сыпаните напоследок блох немцам за воротник!

Исполнительные чешские офицеры сдали все вооружение и технику вермахту в образцовом состоянии.

И после этого они будут твердить о «насильственном включении протектората Богемии и Моравии в состав германского Рейха»?!

Когда женщину насилуют – она зубами и ногтями рвет насильнику лицо. И суд, почитав медицинское заключение, где описаны следы этого бесполезного, но отчаянного сопротивления, признает: «Да, факт изнасилования имел место, получи, дорогой гражданин имярек, свою десятку и ехай в далекие края, тяжким трудом на лесоповале искупая свой грех». А если никаких следов на цветущей роже подсудимого нет – тут любой суд задумается: а было ли вообще насилие? Или дамочка просто хочет срубить денег по-легкому? Или засадить надоевшего любовника туда, куда Макар телят не гонял? Чтобы под ногами не вертелся, не мешал новые романы крутить?

Чехи не сделали по вступившему в пределы их страны врагу ни одного выстрела.

Они могут сколько угодно оправдываться – мы все равно будем помнить, какие руки в 1939–1945 годах собирали пулеметы, из которых убивали русских солдат.

Так что с Чехией все более-менее ясно, а уж о Мемеле вообще речи быть не может – здесь Германия в чистом виде потерпевшая сторона! И возврат города-порта – абсолютно законная процедура, кстати, признанная таковой всеми международными органами.

Так за что ж так невзлюбили Гитлера демократические страны? Отчего к этому времени, еще не пролив особой крови, он уже стал хрестоматийным злодеем в прессе всего «свободного» мира?

А за «хрустальную ночь»!

А если быть точным – за исключение евреев из хозяйственной жизни Германии и всей Центральной Европы, за неполученные прибыли и ариизированную недвижимость, за создание независимой от международного вненационального капитала экономики.

По большому счету, за немыслимо опасный пример для всего остального мира.

11

Давайте определимся. Германия – демократическое государство (на момент прихода к власти нацистов, разумеется). И германский народ большинством голосов избирает руководить страной партию, в чьих программных целях – изгнание евреев из хозяйственной жизни страны и планомерное оздоровление немецкой экономики стоят на первом месте. Такова воля немецкого народа – будем с ней считаться.

НСДАП последовательно ведет свою линию. Профсоюзы разогнаны, их собственность национализирована – вместо этого и промышленники, и рабочие объединяются в Немецкий трудовой фронт. Забастовки запрещены – отныне все споры между нанимателями и рабочими решают специальные суды. Безработица ликвидирована, начато колоссальное строительство – авто– и железнодорожное, которое без остатка вбирает в себя свободные рабочие руки.

1938 год – начало четырехлетнего плана. Прилив деловой активности, рост производства – небывалый!

С 1936 по 1939 год объем общего промышленного производства вырос на 27 %, за 1939 год Германия произвела 24 миллиона тонн чугуна (что составило 22 % общемирового производства), 22,3 миллиона тонн стали (24 %), 333 миллиона тонн каменного угля (17 %), а по производству искусственного каучука и металлообрабатывающих станков заняла устойчивое первое место. Экспорт черных металлов Германией превысил подобный американский показатель вчетверо!

Безработицы нет, есть уже дефицит трудовых ресурсов. При постоянном росте благосостояния немецких рабочих, заметим в скобках!

Заработная плата немецкого рабочего (в зависимости от квалификации) в 1938 году составляла от 300 до 500 марок в месяц. Офицер в чине лейтенанта получал 109 марок в неделю, кадровый унтер-офицер – 56 марок в неделю. Курс марки к доллару на тот момент составлял 1 к 0,4, т. е. за одну марку – сорок американских центов. Но это еще ни о чем не говорит.

Говорят цены на продовольственные и промышленные товары.

Литр пива в Германии в 1938 году стоил 50 пфеннигов, в пивной за него просили марку. Килограмм сосисок «вайсвюрст» стоил три-четыре марки (были сорта и подешевле, за две марки). Пиджачная пара обходилась немцу в 40–60 марок.

Автомобиль ДКВ, позже известный как «Фольксваген Жук», по прайс-листу завода стоил бы немецкому гражданину в 1939 году (если бы началось его массовое производство) 990 марок.

Кстати, немного о проекте «народного автомобиля».

26 мая 1938 года Адольф Гитлер заложил первый камень в фундамент этого завода. Немецкий Трудовой Фронт инвестировал в его строительство 300 миллионов марок – и к июлю 1939 года завод уже дал первую продукцию! Всего до 1 сентября было построено 630 «жуков», затем завод перешел на производство военной техники.

Продавать эти машины планировалось в кредит, каждый желающий (по плану немецкого руководства) получал бы в свое полное владение «жука» и еженедельно в течение неполных 4 лет платил бы за него 5 марок. При ежемесячной средней зарплате в 400 марок платить из них 20 марок за автомобиль – совсем не обременительно!

Германия строит круизные лайнеры – ДЛЯ РАБОЧИХ! Точнее, для организации «Сила через радость» – подразделения Немецкого трудового фронта, призванного заботиться об отдыхе своих членов. Тот же «Вильгельм Густлоф», потопленный нашей подводной лодкой С-13 под командой капитана Маринеско в январе сорок пятого, строился именно как круизный лайнер для простого народа. Он даже успел за два предвоенных года покатать по солнечному Средиземноморью более шестидесяти тысяч немецких рабочих. Самым характерным признаком доверия населения к власти стал бурный рост рождаемости – сравните это с сегодняшней катастрофической демографической ситуацией в России.

12

Адольфу Гитлеру любой более-менее образованный щелкопер с удовольствием вставляет в вину его фразу «пушки вместо масла». И ни один деятель не спросит самого себя: а вместо масла ли создавались эти пресловутые пушки?

Так вот – никак нет. Пушки в национал-социалистической Германии создавались вместе с маслом – для чего великий финансист двадцатого века Ялмар Шахт немало поломал голову. И нашел несколько великолепных экономических решений, которые позволили снабдить вермахт отличным оружием без понижения жизненного уровня немецкого народа.

С 1934-го по 1 сентября 1939 года военные расходы Германии составили 60 миллиардов марок, иными словами – 59,1 % расходов бюджета. Вроде ужасно много?

На самом деле – не очень.

Производительность труда в германской промышленности в это время была одной из самых высоких в мире. Теоретически германская экономика могла с легкостью снабдить армию оружием, гражданское население – всеми необходимыми ему средствами для жизни и отдыха, включая автомобили и квартиры, причем в весьма ограниченные сроки и в необходимом количестве.

Этот процесс был ограничен лишь финансовыми возможностями государства (заказчика вооружений) и населения (покупателя швейных машинок, велосипедов и штанов с юбками). На покупку у промышленных фирм-производителей нужного количества танков и штанов ни у государства, ни у населения не было денег – причем не было не красивых радужных бумажек (их-то можно напечатать сколько угодно), а реальных денег – золота, серебра, платины, запасов нефти, цветных металлов – всего того, что именуются «реальными активами». Надо было выбирать – или покупать танки, или штаны. Третьего, казалось, было не дано.

Как сделать так, чтобы, начав массированное строительство танков, пушек и самолетов, не оставить это самое население без этих самых последних штанов? В то же время не подняв колоссальную инфляционную волну? Над решением этого вопроса и посейчас бьются самые отчаянные кейнсианцы – немецкие же нацисты (не сами, конечно; для этого у них были высокопрофессиональные экономисты) смогли решить эту проблему.

Они создали параллельные деньги. Предназначенные исключительно для финансирования производства вооружений, не имеющие свободного обращения на финансовом рынке вне Германии. Говоря простым языком – создали дублирующую кровеносную систему немецкого хозяйственного механизма (как известно, деньги – кровь экономики).

Сначала, в 1934–1935 годах, такими деньгами были векселя Металлургического научно-исследовательского общества (Mefo). Их эмитировали для оплаты вооружений фирмам-поставщикам, они гарантировались государством и были нормальным финансовым инструментом – с одной оговоркой. Они могли использоваться лишь промышленными предприятиями, работающими на войну.

Из 101,5 миллиарда марок расходов немецкого бюджета в 1934–1939 годах не менее 20 миллиардов марок представляли собой не реальные деньги, а векселя Mefo, то есть инвестиционные деньги, не имеющие хождения на рынке, а посему – не создающие инфляционного давления на экономику.

Но это было только начало.

С 1938 года вместо денег имперское кредитное управление фирмам-производителям начало выплачивать «денежные переводы за поставку» со сроком погашения в шесть месяцев. За год таких переводов было выплачено более чем на шесть с половиной миллиардов марок – ни одна из них не пошла на закупку новеньких «Мерседесов» для топ-менеджеров военных концернов или на приобретение шикарных особняков и яхт на Бодензее. Все были целевым образом потрачены на оружие для вермахта.

С 1939 года 40 % военных заказов начало оплачиваться так называемыми «налоговыми квитанциями», которыми подрядчики (создатели вооружений) имели право рассчитываться с поставщиками. Всего до начала войны таких квитанций было выплачено 4,8 миллиарда марок.

13

Дабы исключить «бегство капиталов» за границу, в 1937 году было издано «положение о немецких банках», по которому ликвидировалась независимость государственного банка, прекращался свободный обмен марки на иные валюты и прекращались полномочия Базельского банка (коему союзники на основании соответствующих статей Версальского договора поручили контролировать немецкую финансовую систему до выплаты всех репараций). А «Закон о государственном банке» 1939 года вообще снял все ограничения по предоставлению государственного кредита – надобность в параллельных деньгах отпала, отныне марка обеспечивалась втрое возросшим достоянием Третьего рейха!

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3