Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Грегор Эйзенхорн - Инквизитор Эйзенхорн

ModernLib.Net / Научная фантастика / Абнетт Дэн / Инквизитор Эйзенхорн - Чтение (стр. 56)
Автор: Абнетт Дэн
Жанр: Научная фантастика
Серия: Грегор Эйзенхорн

 

 


      - Как долго мы будем здесь стоять? - спросил я у проходившего мимо проводника.
      - Двадцать минут, сэр, - ответил он. - Мы должны поменять локомотив и набрать воды.
      Этого времени было недостаточно, чтобы успеть сбегать в город. На платформе я оставался до первого гудка, а затем постоял в тамбуре, наблюдая, как здание вокзала медленно уплывает назад, открывая ту часть города, которую было не видно с платформы. Крутые, покрытые снегом крыши, часовня Министорума, укрепленный блокпост арбитров. Посадочная площадка, прямо под вокзальной грядой, заполненная припаркованными и заправляющимися спидерами. Один из них был маленьким и желтым.
      Я вернулся в купе, снял плащ, ботинки, осторожно улегся на край кровати и смотрел на Крецию до тех пор, пока она не проснулась.
      - Что делаешь? - сонным голосом спросила она и поцеловала меня в губы.
      - Сверяюсь с расписанием.
      - Не думаю, что на этой линии возможны какие-либо изменения.
      - Никаких изменений, - согласился я. - Мы прибудем в Локастр приблизительно через четыре часа. Там будет продолжительная остановка. Сорок пять минут. Затем длинный перегон до Новой Гевеи.
      Креция села, протирая глаза. Заспанная и беззащитная, она казалась еще прекраснее, чем когда-либо.
      - Ну и что? - спросила она.
      - Там я проверю свою почту у астропатов. Времени должно хватить.
      Раздался стук в дверь. Вошел стюард с нагруженной тележкой. Последнее, что мы сделали прошлой ночью, - заказали себе полноценный горячий завтрак.
      Ну хорошо, не совсем последнее.
      Креция натянула платье и отправилась проверить Медею, состояние которой все еще оставалось неизменным. Элина и Эмос уже проснулись и, по всей видимости, отравились завтракать в вагон-ресторан.
      - Медея в порядке, - вернувшись, сообщила Креция. - Завтра или послезавтра она придет в себя.
      Мы вместе поели в ее купе, продолжая нашу ночную беседу. Между нами не было никакой неловкости или напряжения, словно мы оба вернулись на двадцать пять лет назад. Только теперь я понял, как соскучился по ней, как мне не хватало ее веселости и энергии.
      - В чем дело? - спросила Креция. - Ты выглядишь озабоченным.
      - Ничего, - ответил я, думая о желтом спидере.
      На пути к Локастру, во время долгого, медленного подъема по Уттам я обложился информационными планшетами и принялся изучать собранные Эмосом материалы. Особое внимание он уделял любым упоминаниям имени Ханджар Острый. Убер составил список планетарных культур, в которых использовалось слово «ханджар». Всего девять тысяч пятьсот миров. Я методично изучал этот перечень, хотя знал, что Эмос, всегда внимательный к мелочам, уже проштудировал его.
      Ханджаром назывался церемониальный клятвенный кинжал на Бенефаксе, Лувес и Крайтоне. На местном сленге Меканику так именовали главарей банд. В одном только секторе Скарус на пяти планетах это слово обозначало нож для подрезки древесных крон. В качестве прилагательного его использовали на Моримунде, имея в виду мошенничество. В трех тысячах миров так называли простой нож.
      Нож, который нанес мне глубокую рану. Кто же такой Ханджар Острый? Почему он столь усердно пытался уничтожить меня и расстроить все проводимые мной операции?
      Я снова вернулся к перечню нанесенных мне ран. Можно было не сомневаться, что все убийства совершались по его приказу. При мысли об этом меня бросало в дрожь.
      Размах его смертоносной деятельности поражал меня. Так много целей, так много миров… и все были атакованы в один и тот же сидерический момент.
      Я понял, что постоянно возвращаюсь к уведомлению о смерти Иншабеля. Оно никак не вписывалось в общую картину потерь.
      Во всех остальных случаях нападения совершались на объекты либо принадлежавшие мне лично, либо взятые мной в аренду. Все погибшие являлись моими сотрудниками или агентами.
      Но не Натан. Он был самостоятельным инквизитором. Пятьдесят лет назад, еще в чине дознавателя, Иншабелъ участвовал вместе со мной в кампании против Квиксоса. Он присоединился к моей команде после смерти своего наставника, инквизитора Робана, во время трагедии на Трациане Примарис и продолжал верно служить мне вплоть до окончания Зачистки цитадели Квиксоса на Фарнесс Бета. Затем при моей поддержке он получил чин инквизитора и стал вести собственные расследования.
      С тех пор мы контактировали всего несколько раз и не вели общих дел. Нас связывала только старая дружба.
      Почему он тоже оказался в поле зрения моих врагов? Совпадение? Вряд ли.
      Кто или что еще связывало нас? Очевидным ответом был Квиксос, но эта ниточка никуда не вела. Я лично уничтожил еретика.
      Я еще раз пробежал взглядом список, пытаясь обнаружить хоть какую-то зацепку. В перечне планет значился Квентус VIII.
      У меня возникло такое чувство, словно в мой мозг вонзился острый коготь. Да, Квентус VIII. Пограничный мир. Я никогда не бывал там. Но как-то раз мне о нем рассказывали.
      Повинуясь инстинкту, я проверил, не значится ли Квентус VIII среди миров, на которых встречались фамилии Таррай или Тари. Эмос уже выделил крестиком те планеты, на которых обнаружились эти фамилии и употреблялось слово «ханджар». Получился перечень из семисот миров. Квентус VIII был в этом списке.
      На Квентус VIII словом «ханджар» означался боевой нож, а один из кланов планеты носил имя Таррай.
      Я знал, что почти триста пятьдесят лет назад именно в этом мире начал свою карьеру один из самых мерзких социопатов Империума. Заявления Марлы Таррай о том, что она родилась на Гудрун, были опровергнуты Эмосом, который сверился с переписью населения и не нашел ни единого упоминания ее имени.
      Убер не стал возвращаться на три с половиной сотни лет назад. А я сделал это и обнаружил, что в те времена на Гудрун жила некая крестьянская семья с фамилией Тарри, однако их род вскоре прервался.
      Теперь я знал, кем был мой враг.
 

Глава 13
 
ЛОКАСТР
 
ПОЛНАЯ ОСТАНОВКА
 
КОНЕЦ ПОЛОСЫ

      Мы добрались до Локастра, выбившись из графика более чем на час. Не по сезону злые снежные бури налетали на Утты с востока, и экспресс был вынужден сбавить скорость до минимальной. Возникала опасность, что на крутых подъемах состав может скатиться назад, и мы чувствовали частые толчки, когда колеса вагонов пробуксовывали на обледеневших рельсах. На прямом участке к западу от Больших Утт поезд простоял десять минут, пока инженерные бригады устанавливали снегоочиститель на нос локомотива. Кругом бушевал снежный шквал, и за стеклами был виден только белый вихрь. Я прошел по коридору в тамбур и выглянул в окно. В белой мгле бродили черные силуэты, некоторые из них подсвечивались шипящими зелеными и красными сигнальными шашками. Последовало несколько толчков, металлический лязг, и подо мной задрожал пол.
      По внутренней связи сообщили, что мы скоро продолжим свой путь, что даже в такую погоду путешествие совершенно безопасно, а в качестве подарка и извинения за задержку в вагоне-ресторане всем желающим подают горячий пунш.
      Из купе стали выглядывать другие пассажиры. Они без нужды кутались в меха и дорогие костюмы для горнолыжного спорта, ворчали и рассуждали на тему: «А что если?».
      Я вернулся к Эмосу, запер двери и изложил старому другу свою теорию.
      - Понтиус Гло… - прошамкал Убер. - Понтиус Гло…
      - Все сходится, верно?
      - Судя по тому, что ты мне рассказал, Грегор, да. Хотя, конечно, я знаю слишком мало из того, что произошло между тобой и этим чудовищем на Синшаре.
      Впервые мы столкнулись со злодеяниями Понтиуса и его ядовитого отродья здесь, на Гудрун, в 240-м. С тех пор, казалось, миновала целая эпоха. Сам Гло, известный еретик, в 240-м был мертв уже два столетия, после того как его непотребные деяния пресек инквизитор Ангевин.
      Но интеллект Гло и энграмму его личности, заключенную в кристалле, сохранили его потомки. Мы помешали представителям Дома Гло вернуть его к жизни, а впоследствии я передал кристалл на сохранение старому союзнику, магосу Гиарду Буру из Адептус Механикус.
      Столетие спустя, в 340-м, занимаясь делом Квиксоса, я повторно посетил отдаленную твердыню Бура на горнодобывающем мире Синшара, чтобы получить от пленника информацию о демонхостах. Без темных знаний Понтиуса Гло мне никогда бы не удалось победить ни Квиксоса, ни порабощенных им демонов - Профанити и Черубаэля.
      Но мне пришлось сотрудничать с Гло. Пришлось предложить ему сделку. Я поймал его на удочку, пообещав, что в обмен на его услуги смогу убедить Бура изготовить для Понтиуса тело.
      И, поскольку был честным человеком, сдержал слово, полагая, что, если Гло и получит возможность передвигаться, ему никогда не удастся провести Гиарда Бура.
      Похоже, я заблуждался.
      Во время тех частных бесед на Синшаре Гло рассказал мне о случае, который подтолкнул его, преуспевающего потомка одного из наиболее уважаемых аристократических Домов Гудрун, к ереси варпа.
      Это произошло на Квентусе VIII еще в 19 году. Гло посещал квентийские амфитеатры, приобретая гладиаторов для своей арены. Еще до своего падения он был жестоким человеком. Тогда он приобрел одного могучего воина с отдаленного дикого мира. Бореи, если я правильно помню. Стремясь угодить новому хозяину, боец подарил Понтиусу свое ожерелье. Это была наследственная реликвия, и ни воин, ни Гло не понимали, что она заражена Хаосом. Понтиус надел ожерелье и в тот же миг попал под его власть. Столь простой поступок подвел черту под судьбой еретика, сделав его идолопоклонником и маньяком, терзавшим Гедиканский субсектор в течение двух десятилетий.
      Я рассказал обо всем этом Эмосу.
      - Кажется, все сходится. Ты, как я понимаю, полагаешь, что Понтиус Гло бежал из своего заточения на Синшаре, собрался с силами и решил тебе отомстить?
      - Месть? Нет… То есть он, конечно же, хотел бы отомстить мне, но, учитывая размах его замысла, - вычислить и уничтожить всех, кто участвовал в моих операциях, и Иншабеля вместе с ними.
      - Иншабель был с нами на Синшаре, - пожал плечами Эмос.
      - Это только подтверждает мою мысль. Понтиус стремится заткнуть рот всем, кому известно о его существовании. Большинство обитателей Империума верят, что он давно мертв. Мы представляем для него угрозу только потому, что знаем о нем.
      Эмос нахмурился и задумчиво пошевелил губами.
      - Что, Эмос?
      - Ничего, Грегор.
      - Старина?
      Он молча покачал головой.
      - Скажи мне, о чем ты думаешь. Ведь существование Понтиуса Гло остается тайной только потому, что я так и не доложил о нем Ордосам. Потому, что не отправил его энграммосферу в хранилище Ордо Еретикус, как должен был поступить. И свободен он теперь только благодаря подаренному мной телу.
      - Нет. - Убер поднялся и выглянул в окно, пытаясь различить хоть что-нибудь в снежном вихре. - Мы с тобой уже вели подобную беседу. О Черубаэле.
      Эмос обернулся, и вдруг я заметил, как он постарел.
      - Ты инквизитор Прославленного Империума Человечества. Ты посвятил свою жизнь уничтожению зла в любой из трех его ипостасей: Ксенос, Маллеус, Еретикус. Выполняя самую трудную работу, какая только может лечь на плечи служителя Империума, приходится сталкиваться с невообразимыми опасностями. Для того чтобы сохранить нашу цивилизацию, необходимо использовать любое оружие, имеющееся в твоем распоряжении. Пусть даже из арсенала врага. И ты прекрасно знаешь, что иногда за это приходится платить. Мы можем теперь сожалеть о твоем сотрудничестве с Понтиусом Гло, но ведь без него ты бы не уничтожил Квиксоса. Мы можем играть в «если бы» хоть целый день. Но существует простая истина: за победу надо платить, вот мы и расплачиваемся сейчас. И на самом деле твоя оценка нынешней ситуации зависит только от того, что ты собираешься делать дальше.
      - Исправлять свои ошибки. Уничтожить Понтиуса Гло.
      - В этом я и не сомневался.
      - Спасибо, Эмос.
      Он снова сел на кровать.
      - А эта женщина, Таррай. Как она вписывается в твою схему?
      Я показал ему информационный планшет с переписью населения Гудрун.
      - Семейство Таррай принадлежало к самым низшим слоям общества. Они жили на Гудрун еще в те времена, когда Понтиус Гло вел свое органическое существование. Затем их род резко прерывается, но потом их следы обнаруживаются вновь, уже на Квентусе Восьмом. Думаю, что Таррай, или, по крайней мере, один из них, находились в свите Гло, и он взял их с собой на Квентус Восьмой. Мне потребуется твоя помощь, чтобы выяснить это в Локастре.
      - В Локастре? Но мы же остановимся там только на сорок пять минут.
      Я кивнул в сторону окна:
      - Скорее всего дольше, учитывая погоду. Но тебе все равно придется действовать быстро. Я же собираюсь использовать это время, чтобы проверить состояние «Эгиды».
      Ручка запертой соседней двери задергалась из стороны в сторону.
      - Грегор? - позвала Креция. - Ты почему заперся?
      - Просто надо было кое-что обсудить с Эмосом.
      - Они раздают горячий пунш в ресторане. Думаю, мы могли бы присоединиться.
      - Дай мне еще минутку, - прокричал я в ответ. Поезд дернулся и снова тронулся в путь.
      Я вновь посмотрел на Эмоса.
      - То, о чем мы говорили, не должно пойти дальше этого купе. По крайней мере, не сейчас. Учти, ни Креции, ни Элине об этом знать ни к чему.
      - Мой рот на замке, - заверил меня Убер.
      В полдень, вырвавшись из бурана, мы стали спускаться к Локастру. Непогода серой стеной двигалась за нами, скрывая из виду Утты, но прогнозы обещали, что снежный фронт уйдет в долину.
      В Локастре проводники объявили полуторачасовую остановку. Я приказал Элине сделать все, чтобы экспресс не ушел до нашего с Эмосом благополучного возвращения.
      Локастр расположился в рассеченной ледниками лощине. Стены старых зданий, построенных из гранита, в отличие от традиционного для Гудрун аузилита, были темно-серыми. Из-за разреженного горного воздуха и превратностей погоды здешние дороги представляли собой не что иное, как обогреваемые тоннели из армогласа. Я нанял сервитора-носильщика и приказал ему нести меня по теплым, сырым улицам, над прозрачными крышами которых бушевали грозные снежные бури.
      Остановив сервитора возле офиса Гильдии Астропатика, я велел ему подождать и в подтверждение своих намерений вставил в его считывающее устройство кредитную карточку. После этого внутри механизма, как мне показалось, что-то одобрительно щелкнуло, и он припал на свои паукообразные конечности, выпуская пар из гидравлики.
      В почтовом ящике «Эгиды» для меня лежало письмо от Нейла. Он сообщал на глоссии, что быстро добрался и уже дожидался меня в Новой Гевее. Вылет с Гудрун уже был подготовлен, эту услугу нам согласилось оказать грузовое судно под названием «Kayкус» . Гарлону не терпелось встретиться со мной.
      Я отправил ответ на глоссии. Если позволит погода, мы доберемся до Новой Гевеи через два дня. По прибытии я собирался немедленно встретиться с ним.
      - Это все, сэр? - спросил обслуживавший меня астропат.
      Мне вспомнилось, как Креция за ужином поинтересовалась, можно ли доверять Нейлу. Подумав, я добавил к посланию еще одну строчку, в которой указывал, что ситуация напоминает мне те трудные времена, которые нам довелось пережить много лет назад на Иичан, когда мы столкнулись с Садией Колдуньей.
      - Отправьте это, пожалуйста, - сказал я.
      На станции экспресс уже подал первый гудок.
      Преследуемый фронтом непогоды, состав грохотал по перевалам Центральных Атенат. Несмотря на то, что теперь мы преодолевали один из самых крутых и длинных подъемов маршрута, локомотив бежал на полной скорости, стараясь опередить снегопад.
      Главный хребет Атенат, который мы теперь пересекали, состоял из самых крупных вершин Гудрун: Скарно, Дорпалины, Геледге, Веспера, Атены. Любая из них была выше виденных нами ранее пиков вроде Монс Фулько. Эти темные исполины казались циклопическими, словно вставшие на дыбы континенты.
      Кроме того, они были прекрасны. Необъятные просторы голубовато-белого льда, безупречно чистый снег, свет солнца, напоминающий жесткое свечение звезд в вакууме.
      Но еще до наступления ночи все это великолепие исчезло за стеной холодного тумана. Казалось, перед окнами опустился гигантский занавес, скрывающий солнце. Видимость сократилась до нескольких десятков метров, пошел снег, локомотив снова сбросил скорость. Непогода настигала нас.
      Я как раз наблюдал за приближающимся бураном, когда услышал, как Креция позвала из-за смежной двери:
      - Грегор, иди сюда. Медея очнулась.
      Дроны отплыли назад, освобождая мне место. Я присел на краешек кровати. Бетанкор выглядела усталой и измученной. Чуть приоткрыв глаза, она поприветствовала меня еле заметной улыбкой.
      - Все в порядке. Ты в безопасности.
      В ответ она лишь беззвучно пошевелила губами.
      - Не пытайтесь говорить, - прошептала Креция.
      Я увидел любопытство в глазах Медеи, когда она перевела взгляд на Крецию.
      - Это доктор Бершильд. Старый друг. Она спасла тебе жизнь.
      - …долго…
      - Что?
      - Как долго… я спала?
      - Почти неделю. Тебя ранили в спину.
      - Ребра болят.
      - Это пройдет, - успокоила ее Креция.
      - Они… они схватили нас?
      - Нет, они нас не схватили, - сказал я. - И уверяю тебя, им это не удастся.
      Терзаемый жесточайшими снежными бурями, локомотив еле выжимал из двигателя шестьдесят километров в час. Теперь мы путешествовали под самым куполом мира. Я несколько раз наведывался в вагон-ресторан и другие увеселительные заведения. Сотрудники экспресса устраивали для пассажиров самые разнообразные развлечения: от фуршетов, музыкальных салонов и обучения игре в карты до турниров по регициду и показов популярных гололитических феерий. Облаченный в униформу персонал выбивался из сил, чтобы осчастливить клиентов, всем своим видом старательно показывая, как им повезло, ведь снежный шторм на Атенатах - это самая увлекательная часть романтического путешествия.
      А вовсе не опасное осложнение.
      Я прекрасно отдавал себе отчет в том, что, если локомотив сойдет с рельсов или его энергоустановка выйдет из строя, поезд застрянет посреди снежной бури, которая может продолжаться несколько дней, а то и недель, и мы все замерзнем. Чтобы откопать нас, придется ждать до весны.
      Конечно, за девятьсот девяносто лет существования Трансатенатского экспресса подобного ни разу не случалось. Поезд всегда прибывал в пункт назначения. Это был в высшей степени безопасный вид транспорта. Особенно если учитывать маршрут, по которому ему приходилось следовать.
      Однако все когда-нибудь происходит в первый раз, как справедливо считают некоторые, и это простительно. Опыт, накопленный за многие годы, приучил персонал экспресса к тому, что, как только налетает непогода, пассажиров необходимо постоянно успокаивать и отвлекать, иначе может возникнуть паника. Праздные богачи беспокоятся по любому поводу.
      В течение следующего вечера и ночи мы останавливались четыре раза. В первый раз приблизительно в десять часов. По внутренней связи нас оповестили о том, что нет никаких причин для волнения, просто, прежде чем пересекать мост над ущельем Скарно, необходимо дождаться, пока стихнет ветер. Менее чем через пять минут мы вновь продолжили путь.
      Я все еще бодрствовал, когда мы мягко затормозили и снова остановились. Взглянув на часы, я встревожился. По истечении пятнадцати минут я сунул пистолет за ремень, повесил Ожесточающую на пояс, закрыл их длинной зеленой накидкой Эмоса и вышел из купе.
      В темном коридоре горел тусклый янтарный свет дежурных ламп. В конце вагона на служебном мониторе, вмонтированном в деревянные панели, мерцали зеленые огоньки.
      Я услышал, как кто-то поднимается по спиральной лестнице, и обернулся.
      - Все в порядке, сэр? - вежливо поинтересовался стюард.
      - Я вас собирался об этом спросить. Мне стало интересно, почему мы остановились.
      - Обычное дело, сэр. Мы только что поднялись на вершину склона Скарно, и мастер машинист приказал проверить тормоза на предмет обледенения.
      - Понятно. Просто рутина.
      - Все в полном порядке, сэр, - произнес стюард с отлично отрепетированной уверенностью.
      В подтверждение его слов дежурное освещение моргнуло, и состав двинулся снова.
      - Вот видите, сэр, - улыбнулся он.
      Я вернулся в свое купе и лег спать. Еще две ночные остановки я едва заметил. Но оружие держал под рукой.
      Следующий день прошел без происшествий. Погода то и дело преподносила сюрпризы. Яростные снежные атаки внезапно сменялись периодами ослепительно солнечного затишья.
      До ужина экспресс останавливался еще пять раз. Обычные рутинные мероприятия. Репродуктор нашептывал, что, хотя мы и выбились из графика, скорее всего нагоним время, когда во второй половине следующего дня окажемся на Южном плато.
      Я начал беспокоиться. Заметив, как я мерю шагами купе, Креция отвела меня в ресторан пообедать, где мы пробыли достаточно долго, чтобы успеть сыграть пару партий в регицид.
      К Медее постепенно возвращались силы. К полудню она уже смогла сесть и самостоятельно принимать пищу. Дроны отсоединили систему жизнеобеспечения, оставив включенным лишь один монитор, на который выводились основные параметры функционирования ее организма.
      Мы поочередно сидели с ней. Я разрешил Элине рассказать подробности всего, что произошло с момента нападения на Спаэтон-хаус. Медея выслушала ее внимательно, хотя и заметно волновалась.
      Настала моя очередь развлекать Бетанкор.
      - Ты вернулся за мной? - спросила она, когда я вошел в купе.
      - Да.
      - Тебя могли убить.
      - Не вернись я тогда, тебя бы точно убили.
      - Они прикончили Йекуду, - насупившись проговорила Медея. - Они подстрелили его, когда мы бежали по выгону.
      - Знаю. Я почувствовал это.
      - Я ничем не могла ему помочь.
      - Знаю.
      - Это было ужасно. Ведь это именно он показал мне отца. А я не смогла спасти его.
      - Думаю, все произошло слишком быстро. Вессоринцы - беспощадные убийцы.
      - Мне показалось, что, упав, он звал на помощь. Я пыталась вернуться, но они были повсюду.
      - Все в порядке.
      Она взяла с тумбочки стакан и выпила воды.
      - Элина говорит, что они убили всех.
      - Боюсь, это правда.
      - Не только в Спаэтон-хаусе. Еще Дамочки. Нейл. Иншабель.
      - Кто-то очень постарался той ночью, - кивнул я. - Но думаю, что могу тебя немного порадовать: Нейл жив, как и Фишиг. Скоро мы встретимся с ними.
      Это сообщение заставило ее улыбнуться.
      - Как Нейлу удалось ускользнуть?
      - Не знаю. Он не вдавался в подробности. Похоже, ему удалось что-то учуять и покинуть Мессину до нападения. Мне не терпится узнать, что же ему удалось выяснить.
      - Ты имеешь в виду, выяснить, кто стоит за всем этим?
      - А вот это, Медея, мне уже известно, - подмигнул я.
      Она широко распахнула глаза.
      - И кто же?
      - Скажу, как только мои подозрения подтвердятся. Мне бы не хотелось заставлять тебя волноваться раньше времени.
      - Это просто подло, - выругалась Бетанкор. - Я же теперь больше ни о чем другом не смогу думать!
      - Что ж, заодно увидим, к каким ты придешь выводам.
      Медея была посвящена в подробности большей части моих операций, и я подумал, что будет интересно посмотреть, сможет ли она самостоятельно прийти к каким-либо умозаключениям.
      Резкий толчок сотряс вагоны один за другим. Я ударился головой о стену и проснулся. Послышались еще два громких удара, а затем поезд остановился. Часы показывали три, за окном стояла непроглядная тьма. По стеклам барабанило ледяное крошево.
      Раньше состав останавливался плавно и тихо. Не так, как в этот раз. Я включил ночную лампу и взял Ожесточающую.
      - Что случилось? - сонным голосом спросил Эмос.
      - Надеюсь, ничего.
      В дверях показалась заспанная Элина.
      - Вы это почувствовали? - поинтересовалась неприкасаемая.
      - Найди свой пистолет, - приказал я.
      Я разбудил Крецию и велел всем собраться в купе Медеи. Бершильд казалась взволнованной. Элина к тому времени пришла в себя и проверяла обойму пистолета. Я набросил на плечи накидку Эмоса, чтобы скрыть свое вооружение.
      - Оставайтесь здесь и будьте настороже, - сказал я и вышел в коридор.
      В соседних купе зашевелились пассажиры, послышались приглушенные голоса. Время от времени звенели кнопки вызова проводника.
      На служебном мониторе среди зеленых огней загорелось несколько красных. Откинув стеклянную крышку дисплея, я приложил перстень к оптическому сканеру. Могущественные коды Инквизиции с легкостью преодолели системы безопасности компании Трансконтинентальных Перевозок, и я получил доступ к центральной базе экспресса.
      Небольшой экран ожил. Я запросил расшифровку значения красных аварийных огней.
       Аварийный код 88, ключ 508- преднамеренная активация тормозных механизмов в вагонах с седьмого по десятый, форсировавшая включение основной тормозной системы.
       Аварийный код 521, ключ 6911 - несанкционированное вскрытие замка, дверь 34, вагон восемь, нижний уровень.
      Я поспешил по коридору к винтовой лестнице. Из купе выглядывали любопытные лица.
      - Нет причин для беспокойства! - выкрикивал я, стараясь подражать уверенному тону персонала и усиливая свои слова Волей.
      Двери за моей спиной захлопывались одна за другой.
      В шестом вагоне-ресторане мне пришлось спуститься на нижний уровень. Проходя через седьмой, я увидел троих сотрудников поезда, спешащих по коридору к восьмому вагону.
      Там, на нижнем уровне, стоял обжигающий холод, дул сильный ветер. Я увидел, как шесть или семь механиков ремонтной бригады, одетых в грязные комбинезоны, зажгли сигнальные шашки и выпрыгнули из открытой двери в ночь. Еще несколько человек сгрудились вокруг монитора.
      - Пожалуйста, вернитесь в свое купе, сэр. Все в порядке, - проговорил стюард, заметив мое приближение.
      - Похоже, возникла какая-то проблема?
      - Просто вернитесь обратно, сэр. Номер вашего купе? Я распоряжусь, чтобы вам принесли выпить.
      - Только что в последних вагонах сработали тормоза и кто-то взломал тридцать четвертую дверь,- сказал я.
       -Откуда вы?… - удивленно заморгал стюард.
      - Что происходит?
      - Сэр, ради вашего спокойствия и комфорта, просто вернитесь…
      Времени на споры не оставалось.
      -  Что происходит, Инекс?- Я прочитал его имя на латунной табличке и приправил свои слова легким касанием Воли. Произнесение имени всегда помогает усилить ментальное воздействие.
      Он снова удивленно заморгал.
      - В четырех последних вагонах включились тормозные системы, что привело к остановке состава, - быстро и покорно ответил стюард.
      - Кто-то дернул стоп-кран?
      - Нет, сэр. У нас нет такой информации. К тому же все тормозные системы поезда сработали бы одновременно. Мы полагаем, что причина в обледенении механизмов.
      - Это могло привести к избирательному включению тормозов?
      - Да, сэр.
      - А что насчет двери?
      - Она открылась сразу после того, как мы остановились. Старший стюард полагает, что это сделал один из инженеров, чтобы проверить исправность тормозов. Вероятно, он забыл уведомить систему и…
      - Значит, взлома не было?
      - Дверь открыли изнутри. С помощью ключа.- Влияние моего психического воздействия убывало, и к стюарду возвращался его шутливый тон. - Сэр, прямо сейчас на линии работает ремонтная бригада. Вам не о чем беспокоиться.
      - Включая того инженера, который открыл дверь?
      - Я уверен в этом, сэр.
      -  Узнайте! -приказал я, снова воздействовав на него Волей.
      Стюард оттолкнул озадаченных коллег и занялся монитором.
      - У кого есть доступ к ключам?
      - Кто вы, черт побери, такой? - спросил кто-то.
      -  Заинтересованный гражданин.- Мне ничего не оставалось, как применить Волю ко всем присутствующим. - Итак, у кого есть ключи?
      - У инженеров начиная со второго класса и выше, а еще у стюардов первого класса и у сотрудников охраны, - запинаясь от острого желания выложить мне все, произнес один из них.
      - Сколько всего человек?
      - Двадцать три.
      - Их пересчитывали?
      - Не знаю, - пожал плечами Инекс.
      - Отойди! - приказал я и приложил перстень к сканеру монитора.
      Численность персонала составляла восемьдесят четыре человека. Каждому из них был имплантирован подкожный датчик, чтобы бригадир поезда в любой момент мог узнать, где находятся его люди. На дисплее возник план состава, но экран был настолько крошечным, что мне пришлось прокручивать изображение. Локомотивная бригада отображалась красными огоньками, инженеры - янтарными, стюарды - зелеными, а сотрудники охраны - синими. Обслуживающий персонал - повара, официанты и уборщики - розовым.
      Красные и янтарные точки сосредоточились в районе локомотива, а синие и зеленые рассеялись по вагонам. Верхний уровень девятого вагона, где располагались комнаты персонала, был полон розовых огней. Я увидел скопление зеленых и синих курсоров на нижнем уровне восьмого вагона, около двери № 34. Это были люди, стоявшие сейчас возле меня.
      В дополнительной графе светились янтарные и синие огоньки, обозначающие тех, кто покинул поезд; чтобы проверить тормозную систему.
      В девятом вагоне, среди розовых курсоров, затесался один зеленый. Я запросил более подробную информацию. Зеленый огонек указывал на стюарда первого класса Реберта Оуинса. Он находился в своей комнате.
      Экспресс совершил аварийную остановку, и весь штат, кроме обслуги, рассеялся по составу, чтобы контролировать порядок в поезде. Кроме Оуинса.
      - Оуинс - стюард первого класса. У него должны быть ключи.
      - Да, сэр, - кивнул Инекс.
      - Почему же он не отправился по вагонам?
      Охранники переглянулись.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64